«ДВЕРЬ В ПОТОЛКЕ»
и …
«РОМАН В ИНТЕРНЕТЕ»
(жизнь плюс четыре года)
Том 2
ИННА. ПЕРВАЯ ИСПОВЕДЬ
(конец семидесятых)
Я по-детски нетерпеливо ждала скорого чуда, и оно явилось в лице женщины, снимавшей дачу на соседней улице. Назовём ей Инной. Мы были едва знакомы, поэтому её внезапный ко мне визит, да ещё с чемоданом, удивил. Инна сказала, что ей надо срочно уехать на месяц-другой, за дачу она расплатилась, вещи пока там побудут, да и вещей этих – постельное бельё и посуда. А вот чемодан она просит разрешения пока оставить у меня, был ей на сей счёт то ли сон, то ли знак свыше, потому что в нём самое дорогое, что у неё есть, и ни в коем случае не должно пропасть.
Чемодан был тяжеленный.
- А что здесь? – спросила я не без опаски.
- Книги. Вот ключ. Если хочешь, можешь почитать.
Чемодан я открыла в тот же вечер. Там действительно лежали бесценные и недоступные в конце семидесятых сочинения святых отцов (Максима Исповедника, Иоанна Лествичника, Исаака и Ефрема Сирина, Игнатия Брянчанинова, Феофана Затворника, Филарета Московского и других), всевозможные жития и толкования, «Добротолюбие», «Исповедь» Блаженного Августина. И русские религиозные философы от Хомякова и Владимира Соловьёва, Евгения Трубецкого и Сергия Булгакова до Павла Флоренского и Николая Бердяева.
Я впилась в них и, забросив все дела, читала запоем – умирая от ужаса, восторга и бессилия постичь, обливаясь слезами и ледяной водой, чтоб хоть как-то остудить терзающую меня лихорадку. Конечно же, в первую очередь «набросилась» на философов, и лишь потом поняла, что у «отцов», в сущности, о том же самом, только гораздо проще.
Они воистину были о «самом-самом», ответы на эти вопросы я искала всю жизнь, сама того не ведая. Поначалу пробовала конспектировать, переписывала целые страницы, потому что всё казалось важным, потом сдалась и, когда Инна вернулась, взмолилась не забирать их у меня на любых условиях. Потому что и я, и мы все – слепые котята, и надо немедленно написать книгу, лучше в художественной форме, скажем, о пути человека к Богу, где доступно и сжато довести главное до ума и сердца…
Инна улыбнулась и сказала, что давно это делает, хоть и не в художественной форме, печатает на машинке, составляет брошюрки по темам и развозит по церквам, где батюшки их раздают прихожанам. Рассказала про типографию, которая в своё время вовсю печатала такую литературу, включая молитвенники, Евангелие, сведения о праздниках и таинствах, а затем была внезапно прикрыта, людей начали арестовывать. И тогда она, захватив с собой лишь этот чемодан и кое-какие ценности, исчезла из собственной квартиры в центре, а теперь вынуждена искать по углам пристанище, потому что за ней следят и хотят схватить или убить. В последнее не очень-то верилось. Тогда она поведала в доказательство несколько воистину леденящих кровь мистических историй из личной жизни, тоже достаточно невероятных. Но когда одна из первых московских красавиц и модниц, жена известнейшего человека, вдруг после некоего потустороннего переживания (по словам Инны, ей было показано «вечное ничто», ад) резко рвёт с прежней жизнью, скитается по монастырям и церквам, жертвует все личные деньги на храмы, - какие ещё нужны доказательства?
Короче, Инна поселилась у меня. Она велела прежде всего купить тяжёлые светонепроницаемые шторы на окна и, когда кто-либо приходил, затаивалась в своей комнате на втором этаже, стараясь не двигаться, чтоб не скрипели половицы. Из дому выходила крайне редко, только иногда ездила к своему духовнику в Лавру, строго постилась, подолгу молилась и целыми днями составляла и печатала на моей «Эрике» религиозного содержания брошюрки, которые затем отвозила в Лавру. А я продолжала изучать содержимое чемодана. Мы с Инной вели долгие душеспасительные разговоры, в которых она меня убеждала в необходимости «воцерковления», просвещая о смысле церковных таинств, праздников и постов.
Но лишь сами таинства помогли мне преодолеть устоявшееся предубеждение против церкви как «вместилища злобных чёрных старух», многочасовых изнурительно-непонятных ритуалов и измождённо-суровых иконных ликов на стенах. Всё это в моём сознании не имело никакого отношения к чуду, что открылось той июльской ночью и перевернуло всю мою жизнь:
«Твоё созданье я, Создатель! Твоей премудрости я тварь! Источник жизни, благ податель, душа души моей и царь! Твоей то правде нужно было, чтоб смертну бездну преходило моё бессмертно бытиё. Чтоб дух мой в смертность облачился и чтоб чрез смерть я возвратился, Отец! в бессмертие Твоё.»
Эти замечательные строчки Державина я тоже отыскала в заветном чемодане и упивалась ими, заучивала наизусть, как и многое другое, переполнявшее душу счастьем веры в бессмертие и добро. Смысл подлинного Бытия был только в их сочетании, потому что и вечное зло, и смертное добро – земные стороны одной обесцененной первородным грехом медали, которую можно было назвать наградой лишь в насмешку.
И вот сижу над старой викиной тетрадкой, из которой вырвала два первых листа с тройкой с минусом за диктант, и пишу грехи, готовясь к первой за тридцать лет исповеди. Почему-то показалось совершенно невозможным не только их отстукать на Эрике, но и использовать для этого обычный машинописный лист. Пришлось перерыть полдома в поисках школьной тетрадки, и тогда паркер сам забегал по бумаге. Вот как я поведала в «Дремучих дверях» аналогичный эпизод из жизни героини романа:
«Иоанну потрясло, что она так хорошо это помнит, все свои детские грехи, подростковые, юношеские! Она писала мельче и мельче, боясь, что не хватит тетрадки, а память выискивала всё новые чёрные крупицы прошлого, будто мышиный помёт в горсти зёрен, отбирая, просеивая свою жизнь. Как, оказывается, умела память безошибочно отделять зёрна от плевел! От всего, что отлучало от Бога, от Жизни. Всё меньше оставалось зёрен – сплошная чёрная груда ядовитого мусора, а она всё вспоминала…Если действительно нам даровано Небом такое чудо – посеянное тобой в мире зло сжечь, вычеркнуть, если не из бытия (хотя Богу возможно всё), то хотя бы из собственной судьбы, - как можно продолжать таскать с собой улики прошлых преступлений?
Только брать, хапать…Тщетно силилась Иоанна отыскать хоть какие-то свои добрые дела – их просто не было! На память приходило лишь нечто смехотворное - вроде мелочи нищему или кому-нибудь десятку в долг до получки.
«Я - зло и тьма, но мне почему-то не страшно, - признавалась тетрадке Иоанна, - Я больна и безумна, но не страдаю от этого. Я умираю и не чувствую боли. Похоже, я никого не люблю, даже себя.» (конец цитаты).
Тетрадка кончилась – я исписала ещё и обложку и остановилась перед самой таблицей умножения. Инна сказала, что к причастию меня вряд ли допустят, назначат епитимью месяца на три, а может, и на полгода. Но на всякий случай велела поститься и накануне прочесть молитвенное правило перед святым причащением.
А дальше началось то, что она называла «искушением». Слова молитвы расплывались, я засыпала стоя – пришлось плеснуть в лицо холодной водой. Тогда ужасно захотелось есть, причём именно жареного мяса с луком – чувствовала во рту его вкус и умирала от голода. Пришлось отломить кусочек алоэ и пожевать – от едкой горечи неистовый аппетит прошёл. Но комната вдруг наполнилась запахом сигаретного дыма. В доме никого не было, кроме Инны, которая сроду не курила. Я на всякий случай осмотрела все комнаты – пусто, но запах курева всё усиливался, даже, кажется, дымок появился, запершило в горле. Пришлось будить Инну. Она спросонья спросила, курила я когда-нибудь и не забыла ли, что это тоже грех? Пришлось снова искать место для записи. Запах улетучился. Наконец, я закрыла тетрадь и отправилась спать.
Не тут-то было. Едва удалось задремать, в кровать ко мне стал ломиться какой-то верзила с гнусными предложениями. Я отбивалась, уверяя, что в данный момент это совершенно неуместно и недопустимо, а верзила врал, что он мой муж, Борис, а значит, всё по закону. И скороговоркой что-то цитировал в подтверждение, якобы из Библии, пряча лицо. Когда я уже готова была сдаться, он торжествующе полоснул по стене огненно-чёрным взглядом, вагонка задымилась. Я в ужасе оттолкнула его и проснулась с бешено колотящимся сердцем. Всё было так реально – и спальня, и сбитое одеяло, и ощущение на теле его раскалённых лап, и даже тёмная полоса на стене, оказавшаяся при ближайшем рассмотрении просто разметкой, по которой мы с Антоном Васильевичем прибивали вагонку к доске. Я долго колебалась, стоит ли рассказывать читателю обо всей этой бесовщине, когда рядом с чудесным, таинственным и великим сосуществует чистой воды мракобесие - повод посмеяться над автором и покрутить пальцем у виска. И всё же решила, что умолчать не имею права. Хотя бы потому, что никогда бы не рискнула чётко прочертить грань подлинного бытия и зыбкого воображения – вот так же, гвоздями по карандашной разметке. Пусть уж о том судит читатель, которому собралась поведать «правду, ничего, кроме правды».
Я потянулась было к привычной склянке с валокордином, но вспомнила, что и лекарства после двенадцати под запретом. Так, промаявшись всю ночь, встала совершенно разбитой. И тут меня охватил настоящий мандраж – тряслись руки, зубы, коленки – я готова была отдать всё на свете, лишь бы не идти на эту самую исповедь, которая ещё вчера представлялась чем-то вроде пустяковой прививки против кори – так, формальность, на всякий случай…
Но именно эта неожиданно бурная, если не сказать паническая реакция на предстоящую «прививку» меня поразила и не позволила отступить.
Что со мной? Я должна была понять, разобраться.
И вот я в исповедальне. Дальнейшее описала в романе, рассказывая о первой исповеди Иоанны. Моего священника звали не отцом Тихоном, а Василием – постник и молитвенник, принявший в конце жизни схиму, Царствие ему Небесное.
«Она убеждалась, что надо всё сделать именно так, как принято – надеть строгое платье, платок и туфли без каблуков, чтобы выстоять длинную службу, и что так и должно быть – почти бессонная ночь над тетрадкой, по-осеннему моросящий дождик, путь к храму по мокрому шоссе – почти бегом, чтоб не опоздать, потому что опоздать было нельзя. Ещё пустой полутёмный храм, лишь кое-где зажжённые свечи, и женщины, не обращающие на неё никакого внимания, и подмокшая тетрадь – вода накапала с зонта, и неуместно яркий зонтик, который она не знает, куда сунуть, и стук сердца – кажется, на весь храм, и умиротворяющий запах ладана…
И смиренное ожидание в дальнем углу храма, и страх, что отец Тихон про неё забыл, и опять страх, когда он пришёл и снова исчез в алтаре, потом появился, но на неё не смотрит…Он читает долгие молитвы, подзывает мальчика. Потом бабку, другую. Будто её, Иоанны, и нет вовсе.
Храм тем временем наполняется людьми, пора начинать службу. У Иоанны подкашиваются ноги. Может, он не узнал её? Этот дурацкий плащ, платок… И непреодолимое желание сбежать.
- Подойди, Иоанна.
Стукнуло сердце. Взять себя в руки не получается. Да что это с ней, в конце концов?
- Не ходи, умрёшь! – будто шепчет кто-то, - Извинись, что плохо себя чувствуешь, и бегом отсюда. Всё плывёт, ты падаешь…
Всё действительно плывёт, но отец Тихон уже взял тетрадку, надел допотопные, перевязанные проволокой очки.
- Что, худо? Сейчас пройдёт, это духовное. Это он, враг, сейчас не знает, куда деваться, тошно ему. Ну-ка подержи мне свечу. Ближе.
Он читает её жизнь, шевеля по-детски губами. Они только вдвоём в исповедальном углу, полная народу церковь ждёт, монотонный голос псаломщика читает «часы». Потом начинается служба, отец Тихон в нужных местах отзывается дьякону, не отрываясь от тетрадки. Ей кажется, все смотрят на неё. Господи, тут же целый печатный лист! Он до вечера будет читать…
Отец Тихон по одному вырывает листки, скомкав, бросает в блюдо на столе и поджигает свечкой. Корчась, сгорают листки, чёрные страницы иоанновой жизни. Листки полыхают всё ярче, на всю церковь. Настоящий костёр - или ей это только кажется?.. Так надо. Что останется от тебя, Иоанна? Господи, неужели всё прочёл? Так быстро? Это невозможно…
Но сама понимает, что возможно, здесь совсем иной отсчёт времени. Отец Тихон снимает очки. На блюде корчится, догорая, последний листок с таблицей умножения. Отец Тихон отдаёт ей титульный лист и промокашку, которые Иоанна машинально суёт в карман плаща.
- Прежде матерей-убийц в храм не пускали, у дверей молились, - качает головой отец Тихон. И Иоанна уже готова ко всему – пусть выгонит, опозорит на весь храм, лишь бы скорее всё кончилось…
Но происходит нечто совсем неожиданное.
- Разве можно так себя ненавидеть? Надо с грехом воевать, а она – с собой. Бедная ты, бедная…
Это ошеломляет её, привыкшую считать себя самовлюблённой эгоисткой. Как прав батюшка! Ведь она уже давно ненавидит себя…С какой злобой она себя тащила, упирающуюся, в яму на съедение тем, кого не получалось по-христиански любить. И они охотно жрали, насиловали её, как плату, жертву за эту нелюбовь. Но разве они виноваты, имеющие право на подлинник, а не эрзац? Она сама ненавидела этот эрзац – Иоанну одновременно изощрённо-чувственную и ледяную. Рассудочную, самовосстанавливающуюся всякий раз подобно фантому для нового пожирания.
Не они виноваты - лишь она, Иоанна Падшая, достойна казни. Сейчас отец Тихон осудит её, прогонит, назначит долгую епитимью. Он не должен жалеть её. Не должен так смотреть…
Опираясь на её руку, отец Тихон медленно, с трудом опускается на негнущиеся колени. Вся церковь ждёт. Псаломщик начинает читать по-новой, пока батюшка с истовой жалостью молится о «заблудшей рабе Иоанне. Невесть откуда взявшиеся слёзы заливают ей лицо. «Бедная ты, бедная!» Годами убивающая себя и не ведающая, что творящая. Или ведающая? По его знаку она опускается рядом.
- Нельзя на коврик, для батюшки коврик! – шипит кто-то в ухо. Она послушно, без обиды отодвигается, умирая от жалости, ненависти и любви к бедной Иоанне Падшей» (конец цитаты).
- Неужели сразу причаститься разрешил? – изумится Инна, - Ему теперь за тебя перед Богом отвечать, если сорвёшься. Всё равно, что разбойника на поруки. Слишком мягкий он, отец Василий, добрый… Прости меня, Господи, батюшке, конечно, видней. Но у тебя теперь будет огненное искушение – жди. Это случается, когда сразу к причастию…Взрыв бывает. Мир и антимир.
Так напророчествовала искушённая в духовных делах Инна, и предсказание её с лихвой сбылось. Но прежде был упоительный период эйфории неофитки, полагающей, что стоит лишь открыть миру глаза на то, что открылось тебе, и он, этот несчастный заблудший мир, мгновенно встрепенётся, пробудится и оживёт, подобно заколдованному сказочному царству, которое спас поцелуй любви.
B БЕСЕДКЕ С: Александром, Л.Толстым, С.Желябовым,
Н.Бердяевым, С. Булгаковым, С.Аскольдовым,
митрополитом Антонием, Игорем Игнатовым,
Кругом, Андреем и Искателем
Кто страшится апокалипсиса
Александр: - А может, такие коммуно-секты как раз и приближают сказанное в Писании? Скорее так. Потому и радуюсь очередной неудачной попытке приблизить Апокалипсис.
Ю.И.: - Вам-то чего бояться Апокалипсиса, праведник вы наш?
«И увидел я новое небо и новую землю; и услышал я громкий голос с неба, говорящий: се, скиния Бога с человеками, и Он будет обитать с ними; они будут его народом, и Сам Бог с ними будет Богом их. И отрёт Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже, ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло.»
Так что праведники совсем не боятся Апокалипсиса, а жаждут его, как избавления от мерзости нынешнего бытия. Бояться же Света следует не только вампирам, но и «теплохладным», которые попустительством злу или равнодушием к голодным, обобранным, «униженным и оскорблённым» умножают зло на земле.
Не желающие стать «теплохладными» и отвергнутыми Богом мечтают построить Изанию. Чтобы накормить, одеть, дать крышу над головой, ободрить, вернуть человеку «образ и подобие». Именно «своим» адресован в Апокалипсисе приказ Спасителя:
Вот чего нам надо бояться – Вампирии, к которой обращены эти грозные слова. Не призрака Советского Союза, не столь ненавистного вам аскета Джугашвили, не Изании, а Нового Мирового Порядка, который вас так манит.
Вот о какой «Последней революции» я Вам говорила. Но и её не стоит бояться «праведникам»:
Так что не стоит упрекать меня в «мании величия». Апокалипсис рано или поздно состоится, будет Изания или нет. Просто Изания, помогая храмам, поможет во много раз уменьшить количество людей, которым стоит Апокалипсиса бояться. С той лишь разницей, что храмы – для верующих разных конфессий, а Изания задумана всех объединить, в том числе и «невоцерковлённых». Не в единую религию (Боже упаси), а в едином противостоянии Новому Мировому Порядку (грядущему царству Зверя).
Изания возвращает человека к божественному мироустройству заповеди: «Возлюби ближнего, как самого себя». Поскольку человечество – единый организм, то, убивая и пожирая ближнего, или попустительствуя этому, ты в конечном счёте убиваешь себя. Вот и всё.
Сказано:
Изания по своим задачам тоже «не от мира сего», поэтому построить «сотню Изаний» не так-то просто. Куда легче при наличии тугого кошелька возвести бордель, кабак или казино.
2002-03-12
Страшно далеки вы, батенька, от народа!
Александр: - Вот посмотрите – период Джугашвили прошёл, он и его кровавые приспешники осуждены и проклинаемы народом, а православная Церковь живёт.
Ю.И.: - Вы когда в последний раз в России-то были? Православие жило и при Сталине, а по последним опросам общественного мнения в провинции на первом месте среди политиков, которых в первую очередь стоило бы клонировать, стоит как раз Иосиф Виссарионович. Я сама однажды слышала, как в электричке сын сказал отцу, восхваляющему вождя: «Пап, ты же сам при нём десять лет сидел»! – «Да я б сейчас и двадцать отсидел, только б он ожил и нынешним гадам бошки пооткручивал!».
На левых тусовках значки со сталинской символикой раскупаются населением мгновенно.
Кстати, не только многие уважаемые философы, общественные деятели, писатели и журналисты изменили своё отношение к духовно-исторической миссии «отца народов», но и некоторые пастыри нашей Церкви (факты приведены в «Дверях»). Разумеется, речь идёт не о разрушении храмов или оголтелом атеизме бесноватых ярославских, а о возведении «храмов внутренних».
Большое, как известно, «видится на расстояньи».
Лев Толстой, Сергей Желябов, Николай Бердяев
и другие «агенты ГПУ»
Александр: (цитирует) «Для большевиков, пришедших к власти в 1917 году, Русская Православная Церковь уже априори была идеологическим противником, так как она и после октябрьского переворота, будучи институциональной частью царской России, решительно защищала старый строй».
Ю.И.: - Вот именно. Большевики боролись не с Церковью Христовой, а с социальной, благословлявшей свергнутый строй эксплуататоров и угнетателей. Большевизм, по выражению Бердяева, - «путь к Богу с чёрного хода», то есть попытка искать Истину вне официальной церковной проповеди, зачастую искажающей суть учения Христа (я говорю не о Символе Веры, а о социологии). Ни в коей мере не оправдывая репрессии и гонения на священников, просто хочу подчеркнуть не духовную, а социальную сторону этого конфликта, приведя несколько цитат, использованных в «Дремучих дверях»:
Ник.Бердяев: «Воинствующее безбожие есть расплата за рабьи идеи о Боге, за приспособление истинного христианства к господствующим силам.» «Осуждение церковью капиталистического режима, признание церковью правды социализма и трудового общества я считал бы великой правдой.»
Народоволец Желябов (речь на суде): «Крещён в православие, но православие отрицаю, хотя сущность учения Иисуса Христа признаю. Эта сущность учения среди моих нравственных побуждений занимает почётное место. Я верю в истину и справедливость этого учения и торжественно признаю, что вера без дел мертва есть и что всякий истинный христианин должен бороться за правду, за право угнетённых и слабых, а если нужно, то за них пострадать: такова моя вера.»
Лев Толстой (Исповедь): «Мы живём так, как будто нет никакой связи между умирающей прачкой, 14-летней проституткой, измученными деланьем папирос женщинами, напряжённой, непосильной, без достаточной пищи работой старух и детей вокруг нас; мы живём – наслаждаемся, роскошествуем, мы не хотим видеть того, что не будь нашей праздной, роскошной и развратной жизни, не будет и этого непосильного труда, а не будь непосильного труда, не будет и нашей жизни…Нам кажется, что страдания сами по себе, а наша жизнь сама по себе, и что мы невинны и чисты , как голуби.»
Сергий Булгаков (священник и религиозный мыслитель): «От распутинствующего царя она (церковь) должна была бы отказаться и раньше, как только выяснилось, что Россия управляется вдохновениями хлыста. В этом попустительстве был действительно великий грех и иерархии, и мирян, впрочем, понятный ввиду известного паралича церкви, её подчинения государству в лице обер-прокурора. Слава Богу, теперь Церковь свободна и управляется на основе присущих ей начал соборности.
Вы упускаете из виду ценнейшее завоевание русской жизни, которое одно само по себе способно окупить, а в известном смысле даже и оправдать все наши испытания. Это – освобождение православной русской церкви от пленения государством, от казёнщины этой убийственной. Русская церковь теперь свободна, хоть и гонима.»
Декрет 1918 года о свободе совести и отделении церкви от государства многими был встречен с одобрением.
С. Аскольдов (философ): «Имея мистический страх перед революцией и отстаивая религиозные основы существующей власти, церковь, несомненно, перешла допустимые пределы охранительной политики в её эмпирической земной организации. Именно в этой своей роли совести общественного организма России со времён Петра 1 православная церковь была совершенно бездейственна. И в ней начался как бы своего рода внутренний гнойный процесс, для одних служивший отравой, для других – соблазном к хуле и отпадению от христианства.
Много веков русская Церковь находилась под охраной самодержавия. Но это состояние охраняемости она превратила в роль политического служения. То в сознании русского народа, что должно было бы быть носителем святого начала невидимой души России, Святой Руси, стало оскорбляющим достоинство этого начала внешним, загрязнённым вместилищем. И охрана, начавшая служить не к пользе, а к прямому вреду, была снята. И русская революция свершилась как нежданный Божий суд. Мы твёрдо убеждены, что русская революция не есть дело рук человеческих, хотя подготовлялась она и человеческими усилиями.»
Как только в конце 30-х Сталин понял, что церковь больше не социальный враг, он изменил к ней отношение. А до этого гонения во многом объяснялись состоянием войны, которую первой объявила новой власти сама церковь:
«Православные христиане! Вставайте все против власти красного Антихриста! Не слушайте ничьих призывов примириться с ним, от кого бы призывы сии не исходили. Нет мира между Христом и сатаной. Властью, данной мне от Бога, разрешаю и освобождаю всех верующих от присяги, данной советскому самозванному Правительству, ибо христиане сатане не подданные. Властью, данной мне от Бога, благословляю всякое оружие против красной сатанинской власти поднимаемое, и отпускаю грехи всем, кто в рядах повстанческих дружин или одиноким метателем сложит голову за Русское и Христово дело!» (Архипастырское послание Блаженнейшего митрополита Антония ко всем православным русским людям в подъяремной России и Зарубежье).
Круто, не правда ли?
2002-03-13
Игорь Игнатов
: «С Воскресением Христовым!
Я всё изготавливался дать обстоятельный философский ответ на Ваше последнее письмо, да дела держат за горло до отпуска.
По существу. Согласен со всем, что Вы сказали, но слишком сильно сидит во мне ген Руси – не могу принять до конца.»
Круг: - Нужен юрист – написать устав фонда, как некоммерческой организации, чтобы ни к чему никто не сумел придраться.
А на первый взгляд, проект хорошо смотрится.
Давно не заходил. Вижу, дело движется.
2002-03-27
Андрей (на: «давайте посчитаем»): - Выход, наверное, в том, чтобы предельно упростить и автоматизировать оформление со стороны администрации Изании и брать при этом налог порядка 10% со сделок.
Создать картотеку, налаживать связи с производителями – это серьёзный труд и много затраченного времени. Которые, наверное, тоже должны быть оплачены. Чем? Хотелось бы узнать ваши расчёты.
Изания в коротких штанишках
Искатель: - Но на иуе топор не купишь. Как бы вы решили задачку с помощью мини-Изании, чтобы все были сыты и довольны?
Ю.И.: - Вот Вы к нам редко заходите, а я уже отвечала несколько раз на подобные вопросы, в частности, Юстасу. Ну да ладно, для дорогого гостя повторюсь. Даже в мини-изании обязательно найдутся люди, которые не имеют ни груш, ни лишней жилплощади или другой собственности, да и профессия у них - не портные, огородники и столяра, а, допустим, инженеры или шахтёры. Ну что с них взять? А в Изанию рвутся, потому что тоже хотят жить без вампиров. Такие граждане могут подключиться к Изании, оплатив рублями неотложные заявки, поступающие в нашу кассу взаимопомощи – не только о покупке топора, но и стройматериалов, продуктов питания, сложной операции, медицинского оборудования, плёнки для теплиц и т.д. Вам просто сообщат, куда следует перечислить посильную для вас сумму (строительной фирме за вагонку или протезисту за чью-то искусственную челюсть), и при подтверждении оплаты у вас появится личный счёт в иуе, при помощи которого вы отныне сможете пользоваться имеющимися у нас услугами на льготных условиях. И пополнять его, периодически оплачивая из зарплаты требующие нала заявки.
При этом основное правило – наличность в нашей кассе не лежит и никаким служащим на руки не попадает, а сразу же идёт в дело. Если тебе нужно что-то оплатить к такому-то числу, подай соответствующую заявку, и тебе её удовлетворят в срок, дав указание такому-то изанину (или изанам, если сумма большая) перечислить её на указанный тобой счёт фирмы. При этом с твоего изанского счёта снимается сумма в иуе, а изанам (инженерам и шахтёрам) начисляется.
Как видите, все сыты и довольны. Заходите почаще.
2002-03-13
НЕОФИТКА И ОДИНОКИЙ ВОЛК
(конец семидесятых -начало восьмидесятых)
Первым делом я принялась за родственников – все они были некрещёнными, включая Бориса, дочь Вику и зятя. Поначалу домашние снисходительно отмахивались от моих пылких проповедей и увещеваний, затем стали раздражаться, удирать в другую комнату, а потом и вовсе объединились в убеждении, что у матери «съехала крыша». Возглавила эту контратаку, как ни странно, воспитанная при царизме крещёная свекровь. Не лучше обстояло дело и в семье отца, где его русская жена и мой брат тоже были некрещёными, а в семье отчима только мама с пониманием отнеслась к моему «обращению» и даже написала записку своему духовному отцу Всеволоду с просьбой принять меня и наставить на путь. Но мамина вера отличалась от моей – она вся была направлена на сугубо земные добрые дела в кругу «ближних». Моя же душа рвалась спасать весь мир.
Отец Всеволод обещал подыскать мне духовника, но заболел и поиски затянулись. Я же принялась помогать Инне в её просветительской деятельности – теперь в доме за наглухо завешанными окнами стучали уже две «Эрики». Борис от всего этого приходил в ярость, орал, что «всю нашу богадельню разгонит, а деревяшки сокрушит» (это по поводу заполнивших дом икон). Инна объявила, что в Бориса вселился бес (что, видимо, было недалеко от истины), что ей оставаться здесь небезопасно, поскольку бесы тесно связаны с КГБ, и в одно прекрасное раннее утро по-английски исчезла.
Я осталась наедине со своей неистовой жаждой «оправдать доверие и послужить» Небу. «Эрика» моя теперь стучала за двоих. Я писала и продолжение «Дремучих дверей» – уже не просто историю необычной любви, а пути души к Богу. Всё чаще меня тянуло в храм, где я постепенно становилась «своей». Полюбила стоять у подсвечника, подменяя злобных бабулек, норовивших отпугнуть новоначальных: «Не так стоишь, не так крестишься, не так одета». Я старалась с каждой новенькой поговорить по душам, объясняя смысл богослужений, молитв и таинств, и была счастлива, когда удавалось кого-либо привести впервые к исповеди и причастию.
Иногда мне разрешали подпевать в церковном хоре или с кем-то в паре собирать с блюдом пожертвования. Однажды пришлось это делать в нутриевой шубе, так уж получилось, и помню жгучий стыд от контраста своей в, общем-то, обычной, поношенной, но шубы, и мелочи на блюде. С тех пор всегда старалась одеваться в храм проще и не мозолить глаза.
В посёлке рвалась воцерковить всех соседей, просвещая, снабжая дефицитными тогда молитвенниками и Библиями. Но этого казалось ничтожно мало, душа жаждала подвига.
И объект для этого не замедлил явиться в лице Толика Трыкова, который когда-то, помогая по строительству, жил у нас на даче. Как выяснилось, скрывался от алиментов и необходимости лечиться от нехорошей болезни. Толика, в конце концов, сцапала милиция, посадили и лечили принудительно. Он отбыл срок, вернулся в Москву, но квартира его оказалась опечатанной, шансов на её возвращение никаких, как и устроиться без прописки на работу или где-то снять жильё без денег.
Короче, Толик сказал, что если я его прогоню, он отправится грабить и убивать всех подряд.
Об «прогоню» не могло быть и речи. Приюти бездомного, накорми голодного, протяни руку, утешь, помоги снова встать на ноги… Но Толику требовалась ещё и регулярная выпивка, и возможность после неё на кого-то выплеснуть свою обиду и ненависть к человечеству. Нужна ему была и свобода, которой он был начисто лишён, потому что не имел права находиться в Москве без прописки и работы, короче, попал в заколдованный круг. Он чифирил, колобродил, дымил Беломором и разговаривал сам с собой. А я запиралась в спальне на все замки, гадая, что втемяшится в его больную башку, одновременно мечтая, чтоб бедолага, наконец, угомонился, и страшась, что заснёт с непогашенной сигаретой. Не знаю, жалела я его больше или ненавидела.
Однажды, когда Борис был дома, Толик крепко выпил и стал, как обычно, слать проклятия на головы всех подряд, начиная с правительства, начальства и милиции и кончая женщинами и бывшими дружками. И до того меня разбередил, что я в порыве самых высоких чувств рухнула на колени и попросила у Толика прощения за все обиды и зло, нанесённые ему человечеством. Реакция последовала совершенно неожиданная. Вместо того, чтобы умилиться, пролить вместе со мной слезу и возлюбить врагов своих, Толик вдруг в ярости вскочил, рывком поставил меня на ноги и с криком: «Ненавижу!» сорвал с меня крест и впился в шею железной пятернёй. Всё произошло так неожиданно, что я даже не успела испугаться, да и Борис застыл посреди комнаты с тряпкой в руке. Я видела прямо перед собой бешеные глаза Толика с черными, несущимися мне прямо в сердце, как две пули, зрачками, но вдруг что-то произошло. Пули замерли, будто увязнув в невидимом щите, пальцы, сжимающие моё горло, ослабли, разжались. Маска звериной злобы сменилась растерянностью и изумлением, да и я ощутила вдруг возникшее между нами пуленепробиваемое табу.
Эта властно защитившая меня рука свыше наполнила душу таким безмерным покоем и счастьем, что я вышла на кухню и, сжимая в ладони порванную цепочку с крестом, наверное, улыбалась, потому что выскочивший следом Борис с криками: «Что тут смешного? Дура! Населила тут шизы, он же тебе чуть шею не свернул!» весьма выразительно передразнил мою блаженно-отрешённую улыбку. Он потребовал, чтоб я немедленно указала Толику на дверь. Толик в комнате тоже орал, что, конечно же, он сам сейчас уйдёт, и больше мы его не увидим, и никто не увидит, потому что ему самому обрыдла такая жизнь. Что от отбросов общество должно избавляться, а всякие там добренькие святоши, вроде меня– сплошное лицемерие и туфта.
Уж не помню, какие единственно верные слова подсказал мне в тот вечер Господь, но вскоре мы втроём мирно пили чай с клубничным вареньем и смеялись над вселившимся в Толика бесом, которому мой крестик стал поперёк горла. И Толик, чтобы этому бесу насолить, ушёл к себе в комнату и вернулся с крестом на шее, который прежде не носил, хотя я ему давно его подарила вместе с цепочкой. И мою цепочку отремонтировал, всячески стараясь загладить вину. А я ещё долго чувствовала его пятерню на горле и защитный покров Божий, с которым, наверное, не горят в огне, и расступается море, и ласкаются дикие звери.
Немало странного творилось теперь в нашем доме, о чём и поделиться было не с кем, хоть и появился у меня к тому времени, по благословению отца Всеволода, духовник - отец Владимир, известный в Москве опальный батюшка. Его переводили из храма в храм, куда за ним следовала и его многочисленная паства – в основном, интеллигентские семьи с чадами и домочадцами. Поначалу я пыталась им подражать – приезжала спозаранку на исповедь, выстаивала долгие службы, часто причащалась. Всё у отца Владимира было очень строго и серьёзно, исповедь порой проводилась у кого-либо на квартире, в долгой беседе полагалось скрупулёзно разобраться во всём содеянном за ближайшее время, в причинах и следствиях того или иного проступка. Расходились и разъезжались иногда далеко заполночь.
Первое время я добросовестно записывала малейшие проступки, пока не поняла, что это не имеет особого смысла, поскольку не совершаешь часто куда более худшие вещи - просто потому, что не представился удобный случай. Вот это я могу совершить, а это – нет, - размышляла я, заглядывая на дно собственной души и ужасаясь обилию притаившихся там гадов. Ведь они же есть, - размышляла я, - они там, а поверхностная прозрачность воды – сплошной обман. Чуть копнёшь, растревожишь – они тут как тут. Так что же мне исповедовать – благополучное стечение обстоятельств? Вот, послала на три буквы соседку – эка невидаль, а загорись её дом – прибежала бы спасать?
Обнаружилось также, что я совершенно не готова к послушанию – с первых же шагов. С интересом выслушивала все рекомендации, но поступала по-своему. «Гони их всех!» – приказывал отец Владимир, требуя запирать в прямом и переносном смысле двери и окна перед сомнительными личностями, посещающими наш дом. А не сомнительных с некоторых пор просто не было. Алкаши, матершинники, многожёнцы, бомжи и уголовники – кого только ни приводили к нам нескончаемые проблемы сельского быта, с которыми мы не умели справляться сами. От прежнего московского окружения я к тому времени напрочь отошла, да и оно вряд ли соответствовало бы новому образу жизни. Ну а выгонять я вообще никого не способна – уж не знаю, что для этого нужно было сотворить! Поэтому Толик несмотря ни на что продолжал у нас гужеваться, потом и Инна снова появилась так же неожиданно, как и исчезла, объявив, что там, где она скрывалась, её выследило КГБ и установило за домом наблюдение, так что пришлось удирать из окна задними дворами.
Я к её страхам серьёзно не относилась – уж очень всё это напоминало известный анекдот про неуловимого ковбоя. Но хотите верьте, хотите нет, вокруг неё действительно творилась какая-то бесовщина – стоило с ней оказаться в каком-либо людном месте, как количество милиции вокруг на порядок увеличивалось. Люди в форме начинали кружить рядом, вроде бы, занимаясь своими делами и не обращая на нас внимания, но на нервы и психику действовало.
Толика Инна, как ни странно, не боялась, он её часто дурил, выуживая деньги на выпивку. Уж не знаю, правдивая ли, но у него была в запасе душераздирающая история про урну с прахом матери, которая стоит у какого-то приятеля на шкафу и которую необходимо предать земле, на что нужно 87 рублей. Поначалу он эти 87 рэ выудил у меня, потом тайком у Бориса, потом, наконец, у Инны, после чего пропал на несколько дней. Вернулся весь оборванный, грязный, в синяках и ссадинах, поведав, что его поймала милиция, избила и отобрала всё до копеечки. Надо сказать, что сочинителем и актёром Толик был гениальным. У меня не было ни малейшего сомнения, что он врёт, но всё же я с трудом удерживалась, чтоб не присоединиться к слезам Инны, сокрушённой безвинными страданиями бедного Толика. «Верю!» – сказал бы сам Станиславский.
ВОТ БЫЛА БЫ ИЗАНИЯ…
«В приёмное отделение нескончаемым потоком поступают бомжи, и кажется, затхлый, гнилой воздух въелся в стены. Но это не запах пота, крови и мочи больных. Так пахнут деньги, которые с готовностью отдаст любой нормальный человек, чтобы его не положили в одну палату с бомжами, чтобы посмотрели, сделали укол, чтобы просто обратили внимание. Заплатит, сколько скажут – лишь бы уйти отсюда живым и здоровым.»
Москва, городская больница, наши дни.
B БЕСЕДКЕ С: Александром и священником Владимиром
Ермолаевым
В самой гуще.
Изания – альтернатива не только вампиризму, но и терроризму
Александр: «Ю.И.: - Я б сейчас и двадцать отсидел, только б он ожил и нынешним гадам башки пооткручивал.» Не думаю, что на таких людей следует равняться.
Ю.И.: - Я тоже на них не равняюсь, хотя и признаю за каждым право защищать себя, своих детей и ближних в вампирском государстве. Безусловно, оно порождает терроризм и кровавые революции, потому мы и создаём Изанию, как мирный выход.
А разговор в электричке я привела в ответ на ваше утверждение, что Сталин ненавидим и проклят народом. Выражение «Эх, Сталина на них нет» уже стало банальностью, я его слышу по несколько раз в день, да и вы, ежели действительно живёте «в самой гуще». Не в гуще «новых русских», а «униженных и оскорблённых».
Александр: «Любите врагов ваших».
Ю.И: - «Ваших», то есть личных! А не врагов слабого и беззащитного ближнего. Вот вчера по ящику была оглашена статистика: смертность в России при столь любезной вашему сердцу власти вдвое превысила рождаемость. Так кого вы советуете любить – убиваемых или их убийц?
Кстати, и убийц жалко, потому что «есть Божий суд, наперсники разврата», а они порой «не ведают, что творят». Чтобы по возможности уменьшить число их преступлений, мы и создаём Изанию.
Александр: - Как низко пал человек, если главное для него – месть. Будут глотки друг другу грызть. Доказывать свою правоту на основании того, у кого челюсти крепче. В масштабах государства – гражданская война… Ничего богоугодного я в этом не вижу.
Ю.И.: - Что же «богоугодно» – позволить им себя загрызть, физически и духовно? Это они с удовольствием! А в Евангелии сказано: «Вы куплены дорогой ценой, не делайтесь рабами человеков» – я эти слова поставила эпиграфом ко второму тому «Дремучих дверей».
Повторяю, не физическое уничтожение вампиров, а ограждение, защита от них – вот цель Изании.
Александр: - Раз уж вы так скучаете по ежовым рукавицам, то готовы ли примерить их на себе?
Ю.И.: - Отвечаю совершенно искренне – если не удастся создать Изанию, готова приветствовать и Георгия Победоносца с копьём, разящим змея. Поверьте, лично мне и моей семье «вампиры» ничего плохого не сделали, я давно живу по иным законам в персональной «Изании». Но не хочу и не могу сидеть в одноместной байдарке и бездействовать, глядя, как тонут другие, и буду рада любому спасительному кораблю, даже пиратскому.
Таким пиратом-спасителем был Сталин. Отобравшим у богачей их золото (не для себя), но спасшим народ и страну.
2002-03-21
Слово священника Владимира Ермолаева
«Если власть не чувствует приближение Страшного Суда в усилении народного стона, рождённого реформами русского самосознания и духовного мировоззрения, то потерявшему всякую надежду на родную власть и кусок небесного хлеба населению ничего не будет стоить перешагнуть внутренние, да и внешние ограждения. Например, железобетонные стены, которыми в срочном порядке обносят белые дома в активных губерниях, как будто можно чем-то отгородиться от народного гнева.
Вытравливание жизненной сущности народа с ослаблением иммунитета ко лжи и унижению со стороны авангарда капиталистического привело нас к недопустимо опасной черте, за которой теряется высокая способность человека подчинить свою волю воле народа на реализацию лучшего в нём, Божественного, и обязательно ради великой цели, на которую только Богоносец способен.
Пора от самолюбований и нелепых возмущений заслуженной реальностью переходить к борьбе по большому счёту на линию огня, где «двум богам служить невозможно», где Сам Господь жаждет вручить тебе победоносное знамя, если ты уже «возненавидел и жизнь такую свою».
«Печка», от которой можно «танцевать» Изанию
(один из возможных вариантов)
1. Публикуется реклама о создании Фонда Взаимопомощи союза Изания, сведения о его задачах и порядке работы. Открываем в сбербанке счёт и сообщаем номер всем желающим принять участие в проекте и конкретных программах. Взносы делаются в форме
2. Все, принявшие участие в организационных хлопотах, вносятся в картотеку, где им начисляется зарплата в иуе (приравненная к уе наша денежная единица, имеющая хождение только внутри системы Изании). Туда же вносятся все жертвователи Фонда со своими счетами, продублированными в иуе (нал остаётся в Фонде под строгим контролем). Начиная с какой-то суммы (допустим, в 1000 рублей) наши активисты и жертвователи получают на руки членские карты с вкладышем, где будет фиксироваться дебет-кредит, а также личную печатку.
3. Одновременно будет идти формирование (уже идёт) нашей Службы Быта или Системы Взаимного Жизнеобеспечения. Предстоит обработать десятки, сотни объявлений от мастеров-умельцев и производителей во всех областях, поступающих в центральную и местную периодику, переговорить с ними по телефону, рассказав, что такое Изания, и выяснив, на каких условиях они согласны временно, а затем и постоянно, у нас работать (в перспективе – постоянная клиентура, оплата услугами, а, в случае необходимости, и налом). Подходящие кандидатуры вносятся в картотеку с анкетными данными и пожеланиями «мастера», в каких наших программах жизнеобеспечения он нуждается (иными словами, согласен получать зарплату в иуе, то есть нашими продуктами и услугами).
Объявлений от соискателей работы– море, и вполне можно отобрать в каждом разделе по несколько десятков кандидатур. Это – наиболее активная, трудоспособная и талантливая часть общества, многие из них нуждаются в самореализации и поддержке, потому что существует масса фирм, наживающихся просто на посредничестве между соискателями и их будущими хозяевами. За посредничество они берут аж половину зарплаты работника. А порой и вовсе обдирают и кидают.
Кстати, отчаявшиеся иногда стихийно пользуются изанскими методами. Например, я прочла объявление, где за помощь по хозяйству кто-то обязуется преподать «помощнице» полный курс английского и французского.
Отбор мастеров будем вести по следующим программам:
Шофёры со своим транспортом с указанием района проживания, автослесари, строители всех профилей, ремонтники бытовой техники и электрики, мастера по починке одежды и обуви, повара и кулинары, воспитатели детских садов (на дому), сиделки за больными и престарелыми. Преподаватели всех профилей для школьников на «продлёнке» (языковые, компьютерные классы, живопись, музыка, эстетическое воспитание), репетиторы, врачи и младший медперсонал (в перспективе – создание своей поликлиники) и т.д.
Нужны также будут специалисты в различных областях для помощи и консультаций, бухгалтеры, юристы, охранники.
Налаживаем напрямую контакты с производителями сельхозпродукции ( коллективами, фермерами, частными садоводами и огородниками).
4. Отдельно формируем картотеку резервов: сдающиеся комнаты, квартиры, гаражи и дачи, заброшенные участки, которые хозяева согласились бы сдать в аренду под теплицы и другое «доведение до ума». Различное оборудование, транспорт (например, фургон-магазин на колёсах), холодильные установки, пилорамы, бытовая и прочая техника, детские коляски, одежда и обувь и т.д. Таких объявлений тоже полно. Что-то нам придётся приобретать за наличные, за что-то – расплачиваться услугами.
Подведём итоги. Если удастся создать эти четыре компонента: Фонд Взаимопомощи (источник нала), базы данных о потенциальных изанах, о мастерах и о наших ресурсах, систему можно будет постепенно запускать.
Два основных правила: Никаких «денег в рост» – наличные всё время в работе, идут на первоочередные нужды Изании. Налом оплачиваются, в первую очередь, счета производителей и организаций, не входящих в нашу систему – покупка стройматериалов, различного оборудования, аренда помещения, сложные медицинские операции, учёба в вузах и т.д. Нал, как правило, на руки не выдаётся – просто Фонд по заявкам своих членов оплачивает их счета в тех или иных учреждениях, погашая при этом соответствующую сумму со счётов изан в иуе.
Ну а иуе имеют хождение только внутри системы Изания.
Нам, разумеется, понадобится помещение с компьютером, картотекой, телефоном и дежурным диспетчером.
Итак, поступающие в Фонд средства фиксируются на личных счетах (в иуе) в нашей компьютерной картотеке (впоследствии – в Изан-банке). Они гарантируют их обладателям постепенное подключение к системе взаимного жизнеобеспечения Изании. На руки каждому выдаётся членская карта с вкладышем типа сберкнижки, в которой проставлялся бы «дебет-кредит», и личная печатка. Вкладышей может быть несколько, и разного цвета – продовольственный, бытового обслуживания, транспортные услуги, медицинские, учебно-воспитательные и т.д. Каждая карточка рассчитана на определённую сумму, соразмерную с твоим счётом в Изан-банке. Когда сумма потрачена, карточка возвращается администрации и заменяется на новую. Ты можешь пополнить свой счёт, внося нал в Фонд, или услугами - работая у нас водителем, маляром или телемастером. А также ресурсами (сдавая Изании в аренду участок, комнату и т.д.).
Если кто-то «с улицы» хочет снять дачу у изанина, или отдать ребёнка в наш детсад на дому, или протезировать зубы у нашего стоматолога, он вносит наличными соответствующее «пожертвование» в Фонд, а сумма поступает на счёт этого стоматолога в иуе в Изан-банк.
Итак, с одной стороны, у нас в фонде имеются наличные, есть «жертвователи» (совсем бескорыстных, честь им и слава, я не имею в виду), которые как бы нам дали аванс в надежде гарантированно получить те или иные услуги. И есть мастера, которые ждут от нас гарантированного обеспечения работой за нал или за ответные услуги (последнее, разумеется, предпочтительнее). Или за то и другое.
Как всё это должно работать? Допустим, нуждающиеся в тех или иных перевозках приходят или звонят в диспетчерскую нашего штаба (пока нет единого компьютерного центра), и оставляют соответствующую заявку с учётом района, километража и приемлемой суммы. Здесь – своеобразная внутренняя конкуренция, рвачи и халтурщики постепенно отсеиваются. Подбирается подходящий вариант и сообщается (сразу или по телефону), время исполнения заявки. И вот машина у подъезда, поездка благополучно завершена. Клиент проставляет во вкладыше водителя соответствующую сумму (в плюсе), заверенную подписью и личной печаткой, а водитель в транспортной карточке пассажира – эту же сумму в графе «кредит», тоже с печатью и подписью. Когда вкладыш заполнен, водитель сдаёт его в штаб и получает взамен, допустим, продуктовую карту, или детскую, или просто увеличивает свой счёт в иуе. Или просит оплатить наличными покупку компьютера для сына.
Или, допустим, обеспечение продуктовой карты. Заключаются договора с хозяйствами, испытывающими проблемы со сбытом продукции, с ремонтом теплиц и ферм, с медицинской помощью – немало найдётся точек соприкосновения, где мы могли бы помочь друг другу. Но, конечно, продукты придётся и закупать за наличные через Фонд. У нас будет в штабе стол заказов с прейскурантом ближайших поступлений: (овощи, фрукты, мясные и молочные продукты, яйца и т.д.). Возможна закупка оборудования для их хранения и переработки. Со временем планируются свои столовые и доставка обедов на дом. При получении заказа в продуктовой карточке проставляется сумма в графе «кредит». По этому же принципу делается отметка в карточке бытовых услуг при ремонте холодильника или телевизора, при расчётах с преподавателем или воспитателем в детской карточке, или с врачом – в медицинской.
Врач или воспитатель, сдав «погашенные» вкладыши, смогут обменять их на продуктовые или бытового обслуживания. Или увеличить счёт в иуе. Или подать заявку в Фонд на оплату какой-либо покупки, турпутёвки и т.д.
В диспетчерской штаба можно будет вызвать по телефону, пейджеру или электронной почте врача, ознакомиться с предложениями по продаже бытовых приборов, различных вещей, аренде квартир, комнат и дач. Можно устроить при наличии подходящего помещения обмен такими вещами с учётом их примерной стоимости.
Со временем намечается ряд интересных программ, которые могла бы осуществить Изания. Например, детсады и продлёнки на дому, с горячими обедами, занятиями с детьми (преподаватели различных профилей), развоз детей по домам.
Уход за больными и престарелыми (создание своего рода «пансионатов» для нескольких человек по системе взаимных дежурств).
Своя поликлиника с закупкой необходимого оборудования из средств Фонда.
Комплексная шефская программа над каким-либо районом Подмосковья. Вначале заключаются договора с престарелыми безденежными хозяевами полуразрушенных домов об их ремонте - на условии сдачи в аренду нашим дачникам для отдыха (на один или несколько сезонов в зависимости от стоимости ремонта). Стройматериалы оплачиваются Фондом, бригада строителей работает за ИУЕ или за наши услуги, в отремонтированные дома приезжают на лето родители с детьми, преподаватели, которые занимаются с московскими и местными ребятишками, сочетая отдых с пользой. Можно также арендовать и «довести до ума» запущенные участки, построить хозблоки и теплицы, выращивать овощи-фрукты, снабжать всех огурцами и зеленью, а заодно и ребятам привить необходимые навыки в садоводстве, огородничестве и животноводстве. Ну и попутно осуществить на добровольных началах экологическую программу по наведению порядка в лесу, водоёме и т.д.
Программа «Изания юных» (см. на сайте статью «Праздник на нашей улице»).
Есть ещё одна идея – курсы мастеров не только для подростков, но и для взрослых – обучение их различным полезным специальностям для последующей работы в Изании.
В общем, есть, где силы приложить. Приглашаю всех, желающих стать «первопроходцами», к обсуждению и сотрудничеству. В данном послании речь лишь о практической стороне проекта, а с его духовно-идеологическим содержанием можно ознакомиться во втором томе романа «Дремучие двери» и в других материалах на сайте.
Первопроходцы, ау! «Первопроходимцев» просим не беспокоиться.
2002-03-27
ЮЛЯ, ОСВЯТИ ДОМ!
(начало восьмидесятых)
Инна сообщила, что ей был то ли сон, то ли глас с небес: «Юля, освяти дом!» Я рассказала об этом отцу Владимиру, который, несмотря на крайнюю занятость, согласился немедленно приехать.
Борис был дома, никакого протеста не высказал и даже пожелал после освящения поговорить с батюшкой о своём крещении. Разговор у них получился долгим, и я сразу поняла – что-то произошло, потому что обоим после разговора явно было не по себе. Мы проводили батюшку на станцию, и на мои расспросы Борис вдруг разрыдался и объявил, что батюшка сказал, что его не то что крестить, в порядочный дом нельзя пускать, потому что он – страшный грешник. Что у него, по сути, вторая семья, что клятву покончить с той прежней связью он не только не сдержал, но и усугубил ситуацию, потому что девчонка ушла от мужа и родила Борису дочь. И теперь он не может её бросить, а меня тоже не может, но отец Владимир сказал, что выбор всё же сделать придётся, и, скорее всего, в пользу младенца, которому нужен отец, а молодой матери – муж, иначе она пойдёт по рукам, и виной тому будет мой, то есть уже не мой Борис. Юля же, мол, – сильная, она с Богом и всё выдержит с Его помощью. И рассудит по-Божьи, раз уж так получилось.
Странная у меня была реакция. Внезапный шок, вроде удара током, минутная клиническая смерть, но затем – абсолютное спокойствие и лёгкость необычайная от ощущения вдруг открывшейся мне непривычно-пьянящей свободы, от которой захватило дух.
«Туда, где гуляют лишь ветер, да я…»
Однажды я уже от Бориса уходила – после того, как он как-то не явился домой ночевать. Быстро забрала все вещи и фотографии, Вику, и уехала к маме. Решила отдать Вику в детсад на пятидневку, потом кого-то там срочно полюбить – даже забыла, кого именно. Помню лишь эйфорию от этой ледяной свободы, от которой неожиданно для себя загуляла и пошла вразнос. Борис разыскал меня где-то а кабаке на ипподроме, буквально скрутил, кому-то то ли набил, то ли обещал набить морду и привёз домой с клятвами любви и верности.
Оттуда, где гуляли «лишь ветер да я».
А на сей раз я взяла бумагу, паркер и стала…побыстрей делить имущество. Дача мне, квартира и машина – тебе. Гараж – тебе, антиквариат – мне…
Звонок в дверь – приехали Вика с мужем Андреем. Как потом обнаружится (из области мистики), их свадьба пришлась в аккурат на тот самый день, когда у «разлучницы» родилась дочь.
Молодожёнов надо было принимать, кормить, улыбаться и делать вид, что ничего не происходит. Борис был на это совершенно не способен, пришлось ребятам сказать, что он после визита батюшки устал и лёг отдохнуть. Втроём мы сели обедать, болтали о том о сём, я слушала краем уха, мечтая, как теперь буду вольготно жить и буквально пьянея не столько от домашнего вина, сколько от с каждым глотком распахивающихся передо мною горизонтов и возможностей. Вплоть до устройства личной жизни с тем, о ком прежде и помышлять себе не позволяла. Время от времени поднималась к Борису в комнату, находя его всё более невменяемым. Он пытался описать мне весь ужас и двусмысленность своего положения, необходимость постоянно лгать и притворяться, смятение и страдание. Он ждал, что я его пожалею, успокою и, как всегда, найду выход. Это был взрослый ребёнок (отец Владимир потом его так и охарактеризует), чем когда-то меня и покорил, и я всё время как бы крепко держала его руку, переводя через петляющую улицу собственной жизни. Но теперь он сам эту руку отверг, а я рванула вперёд, оставив его одного на разделительной полосе в состоянии полнейшей паники. Слыша за спиной его всхлипы, я мысленно уже неслась навстречу новой жизни на той стороне улицы, не желая ничего знать, передав его другой женщине (его выбор) и находясь отныне в полном согласии с совестью.
Так обычно у меня получалось – любила лишь то, что мне принадлежит. А когда это «что-то» выходило за пределы зоны моего поля, забывала сразу и насовсем. Ну, отрезало палец, больно, конечно, но что толку плакать? Буду жить без пальца, эка невидаль. Может, новый отрастёт…
Но, в данном случае, речь шла не о «пальце», а о нашей без малого четверти века совместной жизни. Борис порой недоумевал, ворчал, роптал, но всегда неотлучно шёл рядом по синусоиде моих блужданий и шараханий. Конечно, я чувствовала в последнее время – что-то не так, но сознательно отмахивалась от выяснения отношений, могущих помешать Делу – тому, что в данный жизненный момент было для меня единственно главным. Может быть, подсознательно давала возможность нарыву созреть, лопнуть и разом освободиться от боли, осложнений и сепсиса.
Но чем решительней я отпускала супруга с миром: («Завтра утром уедешь и всё, общаться будем только по делу, письменно или по телефону. Развод дадут быстро в виду сложившихся обстоятельств»), тем ясней видела, что уходить он отнюдь не собирается. Это начало меня раздражать. Борис был уже «не мой», я хотела как можно скорее выбраться из «житейского омута», куда он меня затащил.
Гуляла по лесу с ребятами, потом они смотрели телевизор, пили чай, мы вместе поднялись к нему – он беспробудно дрых с подушкой на голове, наглотавшись каких-то таблеток. Затем я проводила их, так ничего и не заподозривших, на станцию. Выбралась из своего убежища Инна и поздравила меня с освящением дома, заверив, что теперь всё в нашей жизни пойдёт по-Божьи, «во всяком благочестии и чистоте». Я усмехнулась про себя. Вернулся Толик (он халтурил у кого-то на даче), Инна нажарила на всех картошки, поужинали. Толик сел смотреть хоккей, Инна отправилась стучать на «Эрике» очередную душеспасительную брошюру, а я – снова наверх, надеясь, что Борис спокойно проспит до утра. Завтра ему на работу, и эта морока, наконец, кончится.
Но Борис не думал ни спать, ни, тем более, давать мне свободу. На все мои разглагольствования о морально-этической и экономической выгоде перспективы разбежаться навеки он вдруг изрёк с полными слёз глазами:
- Значит, всё это враньё. Нет никакого Бога. Я так ждал этой исповеди, я всё честно рассказал, …так просил, чтоб Бог спас меня. Чтоб ты спасла… Ведь она совсем, совсем неверующая…Я хотел покреститься, а ты…о каких-то шкафах…
Опять этот удар током, опять мгновенная клиническая смерть, из которой я выхожу уже с твёрдым осознанием, что всё, бывшее минуту назад – полная чушь. Что нет ничего на свете важнее борисовой души, которую, как бесценного ребёнка, Господь сейчас поручил мне, вложив в её уста единственно верные слова…А все мои личные радужные перспективы по сравнению с этим – тлен и прах.
Я сказала, что, раз такое дело, подождём, пока он определится с крещением. Обещала сделать всё, чтоб ему в этом помочь.
БЫЛ МЕСЯЦ АПРЕЛЬ
В БЕСЕДКЕ С: Игорем, Андреем, Игорем Игнатовым, Юстасом,
Леонтием Александровичем Хачатуровым
и Игорем (с форума С.К-М)
К халявщикам и слабонервным просьба не беспокоиться…
Игорь: - Условные денежные единицы создаются элементарно. Есть много способов:
1. Потребительская кооперация. Собираются наличные деньги с участников, затем закупаются на оптовом рынке продукты, затем раздаются пропорционально взносам, которые можно фиксировать просто в бухгалтерской отчётности, на персональных магнитных картах, талонах и т.п. При этом, если, скажем, сдал 100 рублей на картошку, а приобрёл в кооперативе уже не 10, как в магазине или рынке, а 15 кг.– то твои 100 рублей на твоей магнитной карточке будут означать, что 15 кг картошки в такой системе стоят 100 иуе.
2. Схема производственной кооперации. Сдавать каждый месяц наличные - на твой счёт заносится сумма. Отмечается в твоей магнитной карточке. На твои деньги Изания покупает трактора и горючее. Сажает картошку и овощи. На следующее лето ты получаешь свои продукты, исходя из суммы в своей карточке и урожая. Бухгалтерия Изании считает, что, исходя из полученного урожая 1 кг картошки стоит столько-то условных единиц в твоей карточке. «Картошку» после этого не продают, а просто разносят по домам участников, снимая с их карточек электронный код. Денег (рублей) на этом этапе распределения не возникает, поэтому братки побоку. В этой системе первоначально данные деньги, на которые будут куплены средства производства, могут обрастать сложными процентами и на последующие годы (трактор не один год служит).
3.Ты можешь сам работать в системе и получать зарплату в иуе, ничего не сдавая в наличных. Например –ты можешь строить дом на средства производства Изании. Тебе зачисляют каждый месяц на магнитную карточку зарплату в иуе. Ты покупаешь на неё изанские продукты, кормишь семью и часть условных денег оставляешь на покупку квартиры в том доме, который строишь, или строят другие, но тоже в Изании. Можешь вообще подрабатывать в Изании только по выходным и в отпуске.
Тогда все иуе пойдут на покупку квартиры (схема, подобная схеме молодёжных строительных жилищных кооперативов в конце 80-х). Это относится к любой производительной деятельности внутри Изании. В данном случае иуе не покупаются, а имитируются Центральным банком Изании на основе уравнений материального баланса.
В общем, здесь много чего можно придумать. Но принцип один – всё, что производится – производится для заранее спланированного
2002-04-06
Андрей: - Для описанной системы, если я правильно понял, нужен мощный руководящий механизм в центре, который и будет организовывать упомянутую доставку картошки, сопоставлять массы иуе и товаров и пр. При увеличении количества изан, работы у него будет больше и больше, и центр будет увеличиваться пропорционально этому.
Хватит ли разницы между ценами внутри Изании и вне её на то, чтобы было откуда взять взнос на содержание этого центра? Или подразумевается, что центр будет содержаться на безвозвратные пожертвования?
Если развозить картошку по запросам изан, оплатит ли та же разница в цене затраты на бензин и амортизацию автомобиля? Особенно когда изан ещё мало и в одном районе их единицы?
Я спрашиваю, потому что действительно не знаю, сколько это стоит. Крестьяне картошку возят грузовиками и продают прямо с них в районах Москвы. Так грузовик гоняют не из-за одного потребителя, и налоги с этого, возможно, зажимают.
Касательно братков. Я тоже от них не в восторге. Но не стал бы недооценивать.
Если есть что-то, что можно превратить в деньги, не такой уж труд помахать у исполнителя из упомянутого центра стволом перед носом, чтоб он направил машины с товаром куда-то, откуда их перегонят на рынки.
Значит - охрана и соответственно оплата. Или идти под крыло к группировке, что рано или поздно кончается умывкой.
2002-04-08
По проводу инициативной группы
Игорь: - Здесь, в общем, всё правильно изложено. Только начать нужно, как вы правильно говорили, с инициативной группы. Эта инициативная группа должна состоять из людей, которые вполне готовы работать или регулярно вносить наличные средства в фонд и без прямого материального вознаграждения, только на чистом интересе к делу
Вот Вы, Ю.И., готовы пожертвовать на Изанию часть тиража своих книг, т.е. готовы действовать бескорыстно, подвижнически. Тоже хоть сейчас готов ежемесячно вносить деньги и даже без гарантий, что всё получится. Без первоначального подвижничества дело не сдвинется с мёртвой точки. Нужно набрать определённый коллектив единомышленников, который и будет вносить первоначальные взносы на счёт в Сбербанке (не дай бог в коммерческом банке). При этом вовсе не обязательно на первом этапе помещать рекламные объявления во всех общедоступных газетах. На первом этапе вполне может сгодиться и Интернет. В Интернете, на мой взгляд, можно найти сотню-другую человек, согласных принять участие в таком проекте. Только на форуме Кара-Мурзы можно найти до сотни человек способных вполне понять нужность и необходимость Вашего, Ю.И., начинания. Конечно, здесь нужно авторитетное лицо, гарантирующее сохранность фонда своим авторитетом. Здесь можете подойти и лично Вы или кто другой, например, сам Кара-Мурза. Кроме того, есть лица в сети, ведущие свои собственные сайты, вполне их тоже можно привлечь.
Здесь есть техническая сторона дела. Как лицам, живущим в разных городах, (а у меня есть на примете люди, готовые заняться практикой в Вологде, Саратове, Одессе, Ленинграде) регулярно вносить взносы, скажем, в течение определённого периода, гарантирующего создание достаточного для развёртывания организации денежного фонда? Как им регулярно подтверждать, что они переводят через местные отделения сбербанка деньги и на определённый счёт. Для этого подтверждения опять-таки сгодится Интернет. Номера платёжных поручений с вносимыми суммами могут посылаться каждым участником инициативной группы персонально в определённую область Интернета, где и будут суммироваться. Программно оформить это можно вообще без выделенного интернет-сервера. То есть где-нибудь на бесплатной или платной персональной страничке сайта, или системе таких страничек-сайтов, выделяется область для хранения двоичного кодированного файла. После этого всем участникам инициативной группы раздаётся команда клиента – ну, например, написанная мною, которая по ftp-протоколу может вносить в кодированный файл или систему таких файлов - распределённую базу данных, изменения и просматривать изменения, внесённые другими.
Так строится распределённая по сети бухгалтерская отчётность взносов участников. На основе такой системы можно создавать и закрытые для посторонних глаз форумы для обсуждения текучки и т.п. и практически много чего ещё. С помощью обычного интернет-браузера в эту систему заглянуть будет невозможно. Я полагаю, что внутреннюю бухгалтерскую отчётность, а также планы всем любопытствующим раскрывать не надо. При этом, разумеется, у всех участников будут разные права на просмотр информации для служебного пользования. В соответствии с разными функциями в системе. Недостаток файл-сервера по сравнению с клиент-сервером – меньшая производительность. Но систему, в которой вносят изменения несколько сотен людей, обслужить вполне сможет. Преимущества – не нужно содержать оплачиваемый выделенный сервер, и полная конфиденциальность. С развитием системы можно будет перейти и на свой собственный сервер-компьютер или систему компьютеров (стоящую в снимаемом или построенном Изанией помещении), тогда свой данные можно будет защищать с помощью стандартных средств защиты или разработать новые. Главное, чтобы сервер контролировали свои люди, а не чужие дяди.
2003-04-04
Игорь Игнатов: - Ваше последнее сообщение на форуме Изании настроило меня на весьма оптимистический лад. Проблемы ещё есть, но ничего невозможного нет. Я уверен, Изания состоится! Жаль, что меня нет там физически. Хотелось бы помочь, но пока, видимо, могу помочь только вкладом в «фонд».
С моей стороны ещё совет: надо бы подумать не только об Уставе, но и о юридическом оформлении связей между Изанией и её потенциальными участниками. Даже безо всякого злого умысла наверняка будут какие-то недовольства и конфликты с некоторыми из них. Организации надо себя от этого обезопасить. Совсем бюрократизироваться, конечно, не надо, но определённый уровень юридической защиты надо держать. Подумайте об этом.
Чуть-чуть режут слух эти «иуе». Я бы назвал их каким-нибудь нормальным русским словом – «руяны», «гривны» или «руны». Это, конечно, не горит, но так, на будущее... Мне кажется, идею «узкой Руси» или «Русского Лукоморья» вполне можно с Изанией совместить. Дух Изании – именно отсюда…
…Кристаллизуется проект. К сожалению, я так занят, что не могу принимать даже деятельного теоретического участия.
Сейчас Изанию я вижу как никогда ясно. Вижу ясно и «напряги», и возможно узкие места, но это всё преодолимо и нелетально. Совместимо с жизнью.
2002-04-07
Игорь: - Что касается «сортирования» денег, то, по-моему, совершенно очевидно, что в первую очередь они должны идти на наболевшие, социально значимые и базовые функции. Надо помочь «нашим» свести концы с концами. Именно из них позже выкристаллизуется прослойка лояльных и возможно даже пассионарных граждан Изании. Чтобы запустить этот процесс, я лично готов «сдавать» деньги не раз и не два. И не просить взамен никаких стиральных машинок.
2002-04-08
Игорь Игнатов: - По поводу инициативной группы. Нужен «нулевой» этап.
Игорь совершенно прав. Тот этап, который описывается частенько как «первый» или «экономический», в нашем деле – этап уже довольно «продвинутый». Прежде, чем выйти на него, надо проделать непростую работу, в которую должны быть вовлечены не нервные «выживальщики» и не капризные потребители, а энтузиасты, которые будут работать просто для того, чтобы «поставить» Изанию.
На первом этапе надо не «публику зазывать», хотя бы и благонастроенную, о чём Юстас печётся, а искать таких энтузиастов. Прежде чем Изания превратится в некую экономическую систему, её придётся «обтёсывать» и съесть немало соли. Как только мы столкнёмся с реальной жизнью, выяснится, что значительная часть наших рассуждений вилами на воде писаны. Нас ещё ждут неизбежные неприятные сюрпризы.
Юстас, подумай дважды, прежде чем вступать в сей странноприимный дом. В Изании в течение неопределённого времени (зависящего от нашего таланта, сообразительности и наличных средств) придётся
Юстас - Игорю Игнатову: - Объяснитесь.
«Так что к халявщикам и слабонервным просьба не беспокоиться. Им и на более продвинутых этапах беспокоиться смысла нет. А уж на «нулевом» и подавно.»
По структуре предложения проистекает, что «халявщик» и «слабонервный» – это обо мне. Извольте объясниться. Из каких моих слов это проистекает, и с чего Вы решили, что Вы вправе так выражаться в мою сторону.
С какой стати Вы указываете мне, вступать или не вступать мне в Изанию, в которой «придётся вкалывать», таким тоном, как будто это Вы всё время пытаетесь оживить этот форум, а я как раз отсиживаюсь в сытой-умытой Калифорнии и пассивно почитываю – чой-то они там, в российской грязи и разрухе, в форуме накропали.
И прежде чем разглагольствовать о труде, потрудитесь для начала сами ту минуту, которая требуется, чтобы дублировать свои сообщения в переведённом виде.
2002-04-10
Леонтий Александрович Хачатуров: - Прошу разъяснить мне, как будет работать изанский взаимозачёт на моём примере. Я готов оказать для православных детей –изанцев преподавательскую услугу.
1.Пригласить в детскую Веб-студию с целью создания сайта «Православные дети в Интернете».
2. Научить детей сетевым технологиям.
Оба учебных курса будут преподаваться мною в центре «Планета». По изанским внутренним расценкам я, допустим, назначаю их стоимость - 10 уе с одного сопливого детского носа в месяц, могу набрать сейчас около 16 детей.
Вопрос: куда вы поместите это предложение и какими мне можно будет воспользоваться заработанными внутриизанскими капиталами?
2002-04-11
Дело спасения утопающих
Ю.И.: - Вы вполне можете назначить цену уроков сами. Итак, 10 у.е. в месяц. Мы вносим Вас в банк данных Изании в раздел «Дети, образование, обучение сетевым технологиям» с краткой рекламкой (что за уроки, где и почём, если у Вас есть отзывы и рекомендации, тоже можете привести). Также Вы должны будете указать, ознакомившись со списком предоставляемых Изанией услуг, в каких из них нуждаетесь (планируется сеть внутренних продуктовых заказов с доставкой на дом, обеды на дом, ремонтно-строительные услуги, транспортные, медицинские, аренда жилья и дач на лето, служба быта, детские сады, летний отдых для детей и взрослых с попутным обучением различным полезным специальностям (в перспективе для работы в системе Изания), языкам, живописи, тем же сетевым технологиям и т.д. Или желаете получать за свой труд деньгами. Возможен и комбинированный вариант. После этого ждёте предложений. По мере развития Изании при достаточно большом количестве участников в банке данных возникнет внутренняя конкуренция. Поэтому, если Вы назначите за свои уроки слишком большую цену, вполне можете прогореть.
Заработанные Вами деньги будут поступать на Ваш счёт в иуе (наша внутренняя валюта, соответствующая курсу уе), туда же будут поступать и ваши расходы в рамках нашей системы. Затем к концу месяца вы сможете или получить разницу деньгами, или копить их в иуе на какие-то большие расходы (например, ремонт квартиры или дачи). Излишне говорить, что для нас приоритетны будут те участники проекта, которые, особенно на первых порах, будут стараться получать с Изании не деньги, а услуги. Так мы поможем друг другу «раскрутиться», гарантируя каждому участнику, его талантам, возможностям и собственности максимальную востребованность в рамках системы.
А наличные пойдут туда, где нам собственными силами не обойтись (закупка продуктов оптом у различных хозяйств, стройматериалов, всяких там мини-цехов по переработке молока, мяса и овощей, стипендии нашим студентам, дорогостоящие операции и т.д.).
Основной источник нала – Фонд Взаимопомощи Изании. Если вы желаете расплатиться с нами за услуги деньгами, Вы просто вносите эту сумму в Фонд в виде пожертвования. Сумма проставляется в иуе на счету изанина, который оказал вам данную услугу (например, сдал дачу на лето), а наличные тут же идут на удовлетворение текущих заявок. Фонд должен быть устроен таким образом, чтобы наличные не лежали и не обрастали процентами, а всё время работали на неотложные нужды участников проекта.
2002-04-16
Игорь (К-М): - С какой стати вы решили, что в Изании средства производства будут отдаваться в собственность частным лицам, пусть и изанам? Средства производства, изготовляемые в Изании или покупаемые за доллары могут по смыслу самой Изании находиться только в коллективной собственности всех её граждан. Изания – не благотворительный фонд, чтобы снабжать всех желающих заводами, фабриками и муфельными печами.
Андрей: - А с какой стати Вы решили, что можете высказываться: что Изания будет делать, а что нет. Будете высказываться в таком тоне – закрою доступ.
2002-04-11
ИСКУШЕНИЕ
Наутро Борис уехал. Мы договорились пожить врозь, пока будет решаться вопрос с крещением. Первым делом я бросилась к отцу Владимиру, который сказал, что креститься Борису ещё рано, что он должен вначале решить, как и с кем намеревается жить дальше. Именно на это мой «сорокалетний ребёнок» был совершенно неспособен, впал в отчаяние и депрессию и не нашёл ничего лучше как обратиться к знакомому психиатру. Тот прописал курс какой-то сильнодействующей дряни, от которой Борис погрузился в состояние сонной одури, забросил все дела, всё забывал, терял документы и вещи, а по телефону лишь тяжко вздыхал или мычал нечто нечленораздельное.
Казалось, целый мир был против продолжения нашего брака - мои родители, знакомые, особенно борисова родня, давно считающая, что ему нужна нормальная жена. А эта того гляди ещё и в монастырь затащит… Даже дочь Вика посоветовала отцу выбрать из нас двоих «разлучницу», которая приезжала к ним в гости и всем понравилась. Благо и своя приличная жилплощадь у неё имелась.
Мне в московскую квартиру даже ехать не хотелось. Договорились встретиться где-то в метро. При виде Бориса я ужаснулась – постаревший, опухший, какой-то «мешком вдаренный» – больно глядеть. Я позвонила отцу Владимиру и попросила срочной аудиенции, наказав Борису ждать меня в метро. Я сказала батюшке, что Борис на грани безумия, а может, и самоубийства, что надо немедленно его крестить, однако тот был непреклонен: «Тебя Господь призывает, а ты… Отпусти его с миром, положись на волю Божью и думай о своём спасении».
Я вопреки всем правилам дерзнула вступить в полемику.
- Ты знаешь, что такое послушание? – строго спросил батюшка.
Я упрямо молчала. Я думала лишь о Борисе - сломленном, не похожим на себя, ждущим меня на станции метро, и это беспрецедентное несогласие с духовным отцом, чтобы не сказать неповиновение, протест, росло с каждой секундой.
Отец Владимир понял – со мной что-то неладное.
- Давай-ка вместе помолимся.
Я мотнула головой. Мне надо было быстрее туда, к Борису.
- А крест можешь поцеловать?
- Могу.
Я поцеловала крест, даже руку батюшки, и он, немного успокоившись, - видимо, по поводу вселившегося в меня беса, отпустил меня. Я помчалась вниз по лестнице.
Борис ждал внизу на скамье не помню какой станции – в той же позе, что я его оставила. Согбенный под тяжестью снега медведь в глубокой спячке. Спрятавшийся от нагрянувшей зимы и связанных с нею непосильных проблем в это странное полудохлое состояние – ещё не мёртвый, но уже и не живой.
Втолковывать ему что-либо было бесполезно. Я велела ему ехать домой, – он покорно кивнул. Впихнула его в переполненный вагон и отправилась на дачу, чувствуя одно – больше так не могу. Вот сейчас быстро соберу вещи, отключу отопление, собаку и цветы поручу соседям, запру дом – и пошли они все... «Они все» – то есть моя нынешняя жизнь – непосильная развалившаяся повозка, которую я должна по-прежнему волочь. А в ближайшей телефонной будке – лишь набрать номер, по которому меня всегда ждут…Или уже не ждут, без разницы, важно это дивное предвкушение свободы, апокалиптический хруст летящей под откос повозки за спиной – и вперёд, стряхнувший путы одинокий конь, - в неведомые дали, в новую жизнь!
Туда, где гуляют лишь ветер да я…
Запихивала вещи в сумку, и всё пело – свобода, наконец-то! Дрожали руки. Боялась – кто-то войдёт, остановит – никто не вошёл. И тут суровое – останавливаться-то придётся самой. Но почему, Господи? А потому, что ты это знаешь не хуже Меня…
Да, знаю, но понимаю с ужасом, что уже себе не принадлежу. Скорее туда, на станцию, прыгнуть в электричку и прочь, навсегда. Неведомая неодолимая сила, огненное искушение, которому невозможно противиться…
«А цыганская дочь за любимым в ночь…»
Да не цыганская я дочь, и не за любимым, просто наваждение какое-то, но уже пишу записку соседям как кормить собаку, вкладываю им в конверт деньги. Мало, добавляю ещё столько же…Электричка – через полчаса. Господи, да что же это? Необходимо остановиться, но как?
- Молиться надо было, - скажет духовно подкованный читатель, - «Не введи в искушение, но избави от лукавого»…
Всё правильно, но я не хотела избавляться от искушения, я жаждала в него впасть! Одновременно понимая, что это совершенно недопустимо. Так, наверное, в восторге и блаженстве летит парашютист к земле в свободном падении, зная, что должен в последнюю секунду дёрнуть за кольцо.
И тогда я сделала то, что и моя героиня Иоанна из «Дремучих дверей» - вернее, она сделала то же, что я, только совсем по иному поводу.
Измотать вселившуюся в меня нечисть её же методами. Лечить подобное подобным.
Первым делом я залпом опрокинула полстакана водки, запив холодной заваркой прямо из чайника, затем включила магнитофон. Поставила кассету, под которую обычно разминалась по утрам, - отплясала всё подряд, от «Барабан был плох» и «Эй вы там, наверху», до Элвиса и Битлов. Никакого впечатления, разве что пса суть не довела до инфаркта – Марс поначалу прыгал вокруг меня, поскуливал, а потом, тяжело дыша, задрал голову и завыл.
Плеснула ещё в стакан, повыла вместе с Марсом, а в мыслях одно – не опоздать бы на очередную электричку. А что потом? Да суп с котом. В этом «супе с котом» и была, как теперь говорят, «фишка». Отчаявшись, я применила последнее средство – пошарила по рабочим курткам, где всегда можно было найти среди гвоздей смятую пачку «Примы» с недокуренными «бычками», выбрала, который побольше, жадно затянулась. Второй раз после моего зарока в пасхальную ночь и несчастья с Димкой Шельговым.
Подействовало. Вокруг поплыло, замутило. Едва успела вырубить магнитофон и добраться до дивана, который кувыркался вместе с комнатой. «Ага, не любишь», - пробурчала я неизвестно кому и прямо так, в одежде и одной туфле, провалилась в кромешный сон.
Пробудилась среди ночи в состоянии куда худшем, чем Иоанна - сердце колотилось, не хватало воздуха. Чёрный прямоугольник таинственной двери в потолке едва различимо плыл над головой, и золотисто-голубая полоска нездешнего света из-под неё звала и манила…
«Господи, помилуй.» Я повторяла Иисусову молитву снова и снова, пока не успокоилось сердце и дверь в потолке не растворилась в предрассветном дурмане.
В БЕСЕДКЕ С: Игнатовым Игорем, Б.В. Болотовым,
Л. Хачатуровым, Игорем (С.К-М) и прессой
Ю.И - Игнатову Игорю: - Очень Вам благодарна за ободряющие слова, и тоже уверена, что «Изания состоится», что этот новорождённый призван когда-нибудь объединить «наших» в альтернативную цивилизацию. Но очень хотелось бы успеть – и в России и в мире творится что-то ужасное, всеобщее безумие. Вы как-то призывали меня не обращать внимания на «их разборки», но сейчас вот передали, что Израиль обстреливает Церковь Рождества Христова, что там начался пожар.
А у нас в посёлке народ молча вымирает – кто духовно, кто физически. На днях гуляли с овчаркой – навстречу живущий у леса алкаш. Еле идёт, держится за бок – то ли что-то с сердцем, то ли действительно рёбра сломаны, как он сказал. И пьяный. Доведите, говорит, до дому, сам не дойду. Оставила мужа с собакой, взяла бедолагу под руку, приковыляли. А у него в доме на полу мать лежит на подостланном тряпье, вся высохла, но взгляд осмысленный, просит есть и пить. Чашка стоит рядом, но бабку пришлось поить, не может приподняться. Я говорю сыну: - Дай ей поесть. - Да она уже ела. Нашла в буфете пряник, - бабка схватила и буквально проглотила. Вышла от них со слезами – навстречу муж бежит. Испугался, что со мной что-то случилось. И подумалось – а ведь ему тоже нянька нужна. Всем нужна нянька, никто ничего не хочет делать, каждый сам по себе и подыхает в одиночку. Среднее поколение занято, в лучшем случае, лишь тем, что вкалывает по-чёрному. Ну а молодёжь прожигает жизнь, спивается, колется или часами убивает время у компьютера. Тоже наркотик, но всё же не худший вариант.
Таких умирающих стариков и их родичей, спившихся от невостребованности и тоски, – здесь можно найти почти в каждом дворе. И у всех – разваливающиеся дома, заросшие участки. Никакими единичными благотворительными акциями ничего тут не решить: принесёшь еды для немощной бабки – тут же соберётся компания и всё сама слопает в качестве закуски. Нынешним вампирам такая ситуация на руку – потом скупят посёлок за бесценок, понастроят коттеджей. А Изания бы легко решила проблему: аренда таких домов и участков, ремонт и строительство теплиц руками тех, кому негде жить (сейчас таких в России полно), стариков и немощных компактно поселить с уходом, лечением, телевизором и библиотекой. А освободившиеся дома можно сдавать дачникам с детьми, педагогам всех профилей. Да и алкашей, которые пьют от безделья и безысходности, можно попробовать приобщить к чему-то полезному и интересному.
Господь приказал расслабленному: «Встань и иди»! И тот пошёл. А что могу я? Пока одного на себе поднимешь, другой опять заваливается. Наверное, есть какая-то сила, партия или движение, отдельные пассионарии, которые могли бы взяться за реализацию проекта, но ведь их надо по-настоящему искать, рыть землю! Иногда с трудом сдерживаюсь, чтобы самой не ринуться в бой, отложив рукопись. И сама же себя останавливаю: нельзя. Всё же «вначале было слово». Мало кто по-настоящему понимает духовную суть Изании, большинству интересна лишь её материальная сторона, так что пусть проект будет толком изложен и обоснован хотя бы на бумаге в ожидании своего часа. Ведь, если верить Булгакову, «рукописи не горят».
Вы совершенно правы – нужны консультации с юристами и экономистами, нужна инициативная группа хотя бы из пяти человек для сбора базы данных. В одной только газете «Из рук в руки» такое количество предложений (и услуг, и резервов), что можно построить сто изаний. И идею «Русского Лукоморья» действительно вполне можно с Изанией совместить – с ней вообще совместимо всё, не противоречащее Замыслу о Богочеловечестве. Была бы сейчас надёжная группа добровольцев-организаторов - можно открывать фонд. Рекламу сделать несложно, мне обещали, помещение с телефоном и компьютером тоже не проблема, но... Как говорил отец народов: «Кадры решают всё». Да и Владимир Ильич незадолго до смерти изрек, что революцию спасли бы несколько «святых Францисков Асизских».
Вот и в Евангелии от Матфея сказано: «Видя толпы народа, Он сжалился над ними, что они были изнурены и рассеяны, как овцы, не имеющие пастыря. Тогда говорит ученикам Своим: жатвы много, а делателей мало; итак молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою».
Здесь нам прямое указание: народу нужны «делатели» (спасатели), именно их руками умножает Господь Свою жатву. Он – Спаситель, а мы – спасатели. Поэтому популярный призыв «Спасай себя» противоречит Закону Неба. Просто надо молиться, и Господь даст, когда придёт время, – и силы, и помощников.
Ещё раз благодарю за поддержку, она для меня очень важна. В конце концов, двое «делателей» – уже Изания.
2002-04-09
ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ
Почему они вымерли
«В те давние годы учёный (речь идёт о «человеке-академии» Б.В.Болотове) нашёл основополагающий принцип устройства живых систем – лидерность. Наблюдал за стайкой рыб в аквариуме. Она вела себя осмысленно, как коллектив, объединённый единой целью. Болотов разделил стайку пополам, отсадив половину в другой аквариум. С одной полустайкой вроде ничего не произошло, она функционировала так же. Зато другая половинка разбрелась по углам, словно потеряла смысл существования, рыбки стали одинокими, начали болеть и угасать. Здоровую, полную сил полустайку исследователь вновь разделил пополам, опять выделил из неё жизнеспособную часть…И так много раз. Пока не осталась последняя, единственная рыбка, которую Болотов признал лидером.
Подобный лидер имеется в любом сообществе: среди сперматозоидов (без лидера не происходит зачатие), среди атомов, среди звёзд, среди людей. Не отыщешь клетку-лидера в заболевшем органе – невозможно его лечить.
Лидер пчелиного улья – матка. Не случайно все прочие пчёлы о ней заботятся, отдают ей лучшую еду. Жизнь улья целиком зависит от жизни матки. Если каждый год заменять матку на более молодую, пчелиная семья может существовать нескончаемо долго.»
2002-04-09
Л. Хачатуров: - Сложности построения Изании в существующем правовом поле.
Отклик: «Всё элементарно» побудил меня указать уважаемым участникам данного форума на некоторые сложности, которые, с моей точки зрения, могут возникнуть на пути «изанической» идеи.
Я вижу несколько юридических препятствий (юристы наверняка увидят больше).
1.1. По сути, предлагается при помощи некоей взаимозачётной схемы уйти от государства, фактически обкрадывающего нас за счёт удушающих налогов. Как только рубль стал активно девальвироваться, удушающие экономические законы совсем стали невыносимыми. Множество предпринимателей стали создавать аналог натурального обмена, организовывать взаимозачёты.
Обороты этого хозяйства оказались столь высоки, что несколько лет назад, ещё в прошлом тысячелетии, кто-то из наших недолговечных премьеров (кажется, Кириенко) запретил взаимозачёты при помощи комплекса указов, законов и подзаконных актов. Вернее, не совсем запретил, а законодательно лишил их экономической выгодности (то есть, если делать всё по закону, то разоришься).
Таким образом, осуществляя взаимозачётные операции без участия государства, все изане, с точки зрения существующего законодательства, становятся преступниками.
1.2. По сегодняшним законам, если ты осуществляешь благотворительный взнос денег, например, в детский дом (храм, больницу и т.д.), то ты ещё должен отвалить государству с этого взноса, после его получения, также должен отдать государству подоходный налог.
Таким образом, с любой финансовой транзакции – приход или расход, мы имеем дырку от бублика.
1.3. Надо будет привлекать специалистов по клиринговому праву, потому что при больших потоках взаимозачётных сделок наверняка возникнут конфликтные ситуации.
В завершение хочу сказать, что взаимозачёты – достаточно старая область экономики, и математический аппарат, описывающий взаимозачёты, весьма непрост. Существует специальное спринговое матобеспечение, которое позволяет находить и формировать в базе данных взаимозачётные цепочки любой длины.
Адаптировать его к задачам Изании должны высококвалифицированные экономисты. Согласятся ли они это делать за иуе?
2002-04-13
Про частную собственность
Игорь (К-М): - Средства производства, изготовляемые в Изании, или покупаемые за доллары, могут по смыслу самой Изании находиться в коллективной собственности всех её граждан.
Ю.И.: - Совсем необязательно. Допустим, вы накопили в иуе энную сумму, а затем лично, или договорившись с другими изанами-компаньонами, приобрели цех по переработке молока, ремонтную автомастерскую или медицинский центр.
Всё это – ваша частная или коллективная собственность, и это отнюдь не мешает вам жить по принципу Изании. То есть вы производите для Изании молочные продукты, ремонтируете машины и лечите больных, а зарплата вам поступает в иуе, обеспеченных услугами Изании. Или оказываете неизанам услуги за наличные, которые они оплачивают через Фонд Взаимопомощи, а сумма опять-таки поступает на ваш счёт в иуе. Но как только вам необходимы наличные, подаёте заявку и их получаете.
Основное правило: мы – единый организм, и нал поступает туда, где он необходим. Поскольку иуе в данном случае – реальная мера труда и услуг, такая система будет максимально выгодна для всех при условии добросовестной работы каждого (халявщики и жульё сразу окажутся на виду). Она также даст возможность накапливать необходимые сумму без угрозы дефолта (иуе и в Африке иуе), осуществлять, объединясь, самые смелые проекты, участвуя в начинаниях друг друга. Так, например, режиссёр, сценарист, актёры, могут совместно поставить фильм, не дожидаясь подачки от спонсора или чиновников, пригласив изан, желающих поддержать проект материально, из самых разных сфер – врачей, сантехников, инженеров. Потом они будут вместе получать с готового фильма прибыль. Это их собственность, остальные изане тут не при чём.
Но с одной оговоркой. Здесь речь уже идёт о второй ступени Изании, подразумевающей определённое духовное восхождение и не позволяющей её членам тратить деньги «на дурь» - (на всякую там роскошь, непотребства, подпитывающие Вампирию и дискредитирующие духовную суть Изании, как альтернативной цивилизации).
Здесь мы будем руководствоваться принципом: на чью мельницу льёшь воду? Эти ограничения должны быть изложены в Уставе, и при злостных нарушениях человек из Изании исключается. Но мы ещё какое-то время оказываем ему услуги до полного расчёта.
2002-04-16
ОТЕЦ ГЕРМАН
Наутро я распаковала сумку, накормила Марса и отправилась в храм – поговорить с каким-либо батюшкой.
День был будний, только что кончилась служба. Священника – уже не помню, кого именно, срочно увезла к больной какая-то женщина на своей машине, церковь опустела, а я всё ждала неизвестно чего. За вратами малого алтаря слева от входа кто-то горячо читал молитву – слов не разобрать, но у меня от этого голоса вдруг навернулись на глаза слёзы. Решила ждать, вызвавшись чистить подсвечники. К счастью, монашка Мария меня знала и, вручив замасленную кисть с тряпочкой, ушла в трапезную.
Подсвечники уже сверкали, когда он, наконец, вышел из алтаря, - иеромонах Герман (имя я потом узнаю). И что он сюда прислан из Лавры служить требы, и что в миру его звали Сашей, и охранял он когда-то советскую границу, - всё потом… А тогда этот высокий молодой священник, темноволосый и кареглазый, явился для меня просто посланцем небес. Он и повёл себя соответствующим образом, спросив сам, забирая у меня из рук тряпку:
- Ну, что там у тебя стряслось?
И тогда, в горячке перебивая сама себя, я сходу вывалила перед ним всю свою биографию вперемешку с последними метаниями и сомнениями. Вкратце – жила в слепоте и грехе, но Господь смилостивился, призвал, однако начались искушения, потому что все вокруг –неверующие. У мужа фактически другая семья, да и я планирую повенчаться с другим и начать новую жизнь. Но та другая женщина тоже неверующая, а муж мой бывший хочет креститься, и я пообещала перед Богом, что не уйду от него, пока это не свершится. Но мой духовный отец говорит, что ему надо сначала определиться и начать христианскую жизнь, а бывший муж не то что определяться, он вообще уже на грани, принимает какую-то дрянь и говорит, что жить не хочет. Да и в меня от всего этого вчера бес вселился…
Отец Герман терпеливо внимал, отмахиваясь от Марии, которая приглашала его на трапезу, строя мне свирепые гримасы. Когда я помянула беса, батюшка понимающе кивнул и перекрестился.
- Ты вот что, ты приведи мужа ко мне, поняла? Там и решим. Хоть завтра – я по утрам всю неделю на требах.
На другой день, примерно в то же время, я опять протирала в пустом храме подсвечники, пока отец Герман уже более получаса беседовал с Борисом. На этот раз Мария лишь покачала головой и исчезла. Я отошла подальше, чтоб не было слышно, о чём они там говорят. Кажется, говорил, в основном, Борис.
Наконец, отец Герман подозвал меня:
- Вот что, Юлия, - всё, что худого было – наплевать и забыть. Вот твоя жена, Борис. А он, Юлия, муж твой.
Я остолбенела.
- Живи у неё, кончай с таблетками и приходи в любое воскресенье, как буду младенцев крестить.
- Но… Как же ребёнок?
- Нет никакого ребёнка! - сверкнул очами отец Герман, - Нет.
Странно всё это было, но спорить я, разумеется, не стала.
Забрала Бориса на дачу – курс лечения нельзя было бросать, обращалась с ним, как с больным, да так оно и было. Он почти всё время спал. Однажды попросился съездить к сопернице, которая позвонила, что очень больна. Я ей передала банку протёртой с сахаром облепихи, предупредив Бориса, чтоб сказал, будто купил на рынке. А то подумает, что ягода отравлена. Вслушалась в себя – ноль эмоций, кроме вполне естественного желания помочь больному человеку. Подумала: а если он не вернётся? Опять эмоции на нуле…
Вернулся. И всё же как-то зашкалило. Мы гуляли в лесу с собакой. Я завела разговор о чём-то «горнем» – Борис отмалчивался. Вдруг услыхала, как за спиной кто-то взвизгнул злобно:
- Душу ты мою не получишь!
Вздрогнула, обернулась – никого. Только Борис бредёт со своим обычным отсутствующим выражением, которое я называла «мешком вдаренный».
- Это кто пищал?
- Что? – отозвался он своим обычным голосом.
- Да про душу кто-то сказал.
- Ну я.
- Ты так буратинить не умеешь. А потом, разве я распоряжаюсь душами?
Тут наша собака, зарычав, ни с того ни с сего залилась лаем.
У меня волосы на голове зашевелились. Зачерпнула горсть талого мартовского снега, натёрла лицо, чтоб придти в себя. Очень хотелось со страху зареветь.
А потом во сне я увидела его воочию, этого самого беса. Приснилось, что нещадно ругаюсь с Борисом, молочу его кулаками по спине. Он молча отворачивается, укрываясь от ударов, а потом вдруг вижу, что это вовсе не Борис, - лицо детское, круглое, всё в веснушках и зарёванное.
- Да что ж ты меня мучаешь? – восклицает он всё тем же буратинящим фальцетом, из глаз брызжут слёзы, - Разве ж я здесь по своей воле?
И добавляет, в последний раз всхлипнув, уже почему-то голосам режиссёра Сергея Апполинарьевича Герасимова:
- И потом, коли уж княгиня встала на этот путь, пусть лёгкой жизни не ждёт.
Надо же, «княгиня»!
Разумеется, я помчалась к отцу Герману.
- Тошно нечистому перед святым крещением, вот и мается, - пояснил батюшка, - И удрал бы, да ведь верно сказал – они тоже твари подневольные.
- Мне его даже жалко стало…
- Ишь ты, жалко. Он-то тебя не пожалеет. Видишь, даже предупредил, чтоб не ждала лёгкой жизни. Готовься.
B БЕСЕДКЕ С:
Юстасом и Игорем
Юстас: -
Хрусталя-то где стоко взять?
Ю.И.: - Да он у нас под ногами, дорогой Юстас, и хрусталь, и золото, и таланты, и замечательные люди – всё только надо организовать, довести до ума. Вот я несколько дней, разозлившись и отложив все дела, пролистывала столичные и областные рекламные газеты. Просто море невостребованных мастеров, ресурсов, возможностей – можно сто изаний построить. «Хрусталя» полный примус, план моста, в основном, тоже есть, хоть и «не до Кремля», - нам туда ни к чему. Чтобы Изания «заработала на другом принципе» нужна не «тыща готовых энтузиастов», как Вы пишете, а всего лишь несколько человек, - настоящих энтузиастов, делателей, организаторов, без которых самый идеальный проект повиснет в воздухе. Об этом ещё вождь сказал – «Кадры решают всё».
Я в своё время была журналисткой и могу засвидетельствовать, что все начинания и движения - всяких там стахановых и бригад комтруда, организовывали мы, журналисты. Потом, уже в порядке частной инициативы, я селила у себя и перевоспитывала вернувшихся из тюрьмы бомжей и алкашей – так они за несколько недель становились праведниками и передовиками производства, но держались, пока их кто-то держал и вёл к цели. Как только отпустишь – всё, загремел.
Я по природе – лидер, и, конечно, при первой возможности сама впрягусь в поиски «делателей», несмотря на пенсионный возраст (пока ещё, честно говорю, занималась не практикой, а теорией). Но нам нужна будет убеждённая команда проводников-альпинистов, спасателей, умеющих вывести народ из пропасти к вершине в экстремальных условиях, а не просто организаторы очередной богадельни. Ни в коем разе не хочу последних принизить, они делают своё большое дело. Но согласитесь, Юстас, - надо уже с закладки фундамента определить, что именно мы будем строить. Вот жил когда-то в Калуге чудак, о ракетах мечтал. Так и помер в нищете в обнимку с чертежами. А пришли бы Вы к нему и предложили лучше построить для людей тарантас – просто, понятно и вполне осуществимо, - наверное, послал бы куда подальше.
Не хочу себя сравнивать с Циолковским, но к тарантасу тоже душа не лежит. К этой вашей «примитивной конкретике». Впрочем, ежели Вы мне объясните, как на тарантасе можно одолеть вампиров с их персональными самолётами (а именно это- цель Изании) – извольте. Ждём-с.
Юстас: - И на первом этапе это простой и ясный принцип: для людей (для них делается-то или для кого?), который они поймут. И придут, а среди них, глядишь, и энтузиасты найдутся.
Ю.И.: - Ну какой же он «простой и ясный»? Чистая абстракция. И Гитлер создавал третий рейх «для людей», и бардаки строят не для инопланетян, и крематории. И Союз разваливали «для людей», и ваучеры народу раздавали, и сериалы крутят, и Кашпировского в ящик пригласили – всё для него, любимого народа. Вампирские когти, клыки и шерсть уже потом повылезали из-под овечьих шкур.
Само собой, Изания тоже будет в первую очередь обеспечивать людей «хлебом насущным», но он для нас – всего лишь средство взаимно освободиться от материальной и родовой необходимости, чтобы самореализоваться в самом высоком понимании этого слова. Осуществить призвание. Это совсем не означает, что все должны стать изобретателями и режиссёрами, но Изания даст возможность простому сантехнику и автослесарю своими средствами приобщиться к созданию фильма, научно-исследовательского центра или «школы мастеров» для наших детей. Разве это не замечательно?
Я в который раз повторяюсь, но что ж Вы никак не врубитесь?
Юстас: - Год назад, а то и больше Ю.И. уже излагала про Изан-банк, а в книжках написала про него же и того раньше.
Ю.И.: - Верно, самой надоел ликбез, но речь-то в последнем послании шла не столько об Изан-банке, сколько о Фонде Взаимопомощи, который позволил бы нам оперировать наличными и общаться с внешним миром, послужил бы для «Теремка» тем самым «трансформатором» безболезненного перевода средств из иуе и обратно. Вы же сами не так давно сетовали, что дачнику «с улицы» будет очень хлопотно снимать у изанина дачу, поскольку придётся вместе с ним куда-то ехать, оплачивать своими долларами чужие счета и т.д. Теперь обладателю «зелени» надо просто внести в Фонд Взаимопомощи необходимую сумму в виде «пожертвования», она сразу же пойдёт на оплату текущих заявок и будет зафиксирована на счету хозяина дачи в иуе, (уже в Изан-банке). На неё он сможет по льготным тарифам приобрести у нас продукты, осуществить ремонтные работы, пользоваться нашим транспортом, снять комнату в Москве, подлечить зубы и.т.д. Ну где Вы тут видите «Коммунизм Загоризонтный»? Всё очень просто и понятно. Любой человек, желающий воспользоваться нашими услугами, их получает, внося деньги непосредственно в Фонд. Если он имеет членский билет Изании и счёт в иуе, ему, безусловно, скидка. Если же нет – оплатил, получил своё и иди гуляй. Понравилось - приходи ещё. Хочешь пользоваться скидками – вступай в наши ряды.
Давно была бы очередь
Юстас: - Где на Ю.И. написано, что она не «Властелина» какая-нибудь?
Ю.И.: - Уверяю Вас, если бы на Ю.И. было написано «Властелина», которая выдаёт за полцены машины, к ней бы уже выстроилась очередь в три километра. И не потребовалось бы никаких гарантий, и народу было бы плевать, что она только что с нар слезла, и на все разоблачения и предостережения плевать. Всё это уже сейчас происходит в каком-то подмосковном дворике – вообще ничего не написано, никаких гарантий, только слух – «Властелина!» – и народу навалом. Неужели не смотрели по ящику – забавный сюжет. «Ах, обмануть меня не трудно, я сам обманываться рад.» А потому что халява.
Это - не наш контингент, Юстас. И сутками просиживающие в собесах, и митингующие с плакатами «Хочу есть!» - тоже не наши. «Наши» снова и снова дают объявления с предложениями своих рук, мозгов, талантов, имущества, они бьют лапками, желая выбраться из болота, и дело Изании – им помочь. Это люди, уже заранее знающие, что идут на риск, (в индустрии объявлений тоже полно жулья, и ни на ком ничего «не написано»), но они всё же рискуют, и это – «наши».
Я не хочу быть единственным учредителем Фонда, хоть многие и просят, - как раз из-за слишком большой нагрузки и ответственности. Нужно хотя бы человека три: идеолог, финансист и практик. Пассионарии, первопроходцы, бескорыстно преданные делу. Нужна и группа народного контроля над заявками по налу, без которой никто, включая самих учредителей Фонда, наличных на руки получить не может.
Так что, если я, допустим, захочу снять фильм по своей книге, я подам в Фонд заявку, подберу себе добровольцев-компаньонов из числа членов Изании, у которых приличные счета в иуе, затем мы с ними составим смету и передадим в группу народного контроля по поводу возможных сроков перечисления денег в студию.
Во всяком случае, если у нас будет Фонд, я смогу искать спонсора на создание фильма не среди толстосумов, а среди изан, отдав компаньонам по договору соответствующие доли прибыли от показа. И рискуем мы на равных - прочие изане в случае нашей неудачи ничего не теряют.
Кстати, если бы это сбылось, я свою долю прибыли целиком отдала бы на съёмку нового фильма, поместив её в виде иуе до поры, до времени, на свой счёт в Изан-банке. А наличные крутились бы для реализации чьих-то других проектов, пока, глядишь, нашлись бы у меня ещё компаньоны. Разве это не выход для простаивающих годами режиссёров, стареющих актёров? Мы, писатели, хоть книжки можем выпускать, а они?
Юстас: - И нельзя рассчитывать на идеальные условия, частью которых являются идеальные люди. Люди у нас, слава Богу, есть просто замечательные, но не идеальные, и на них к тому же будет давить неидеальная среда.
Ю.И.: - Я вовсе не рассчитываю на идеальных людей, а на тех, для кого деньги – лишь средство реализовать духовно-творческий потенциал. Свой и друг друга. Мы вполне можем, делая членские взносы в Фонд и «доводя до ума» свои внутренние резервы (а их при внимательном рассмотрении окажется немало), взять на сдельную работу на разных условиях мастеров всех насущных профилей. Осуществить в течение какого-то срока среди них «естественный отбор», свести их друг с другом (например, строителю нужен транспорт, питание, проживание, занятия с детьми – уже получится дешевле), и понемногу запустить Изанию. Им, уже состоявшимся мастерам, у нас будет выгодно (гарантированные заказы). А «саморегуляция» – это конкуренция внутри системы, когда выгадывает специалист наиболее добросовестный и не рвач. Только на практике люди смогут убедиться, что принципы Изании – на просто выгодны, но и воистину являются формулой Жизни. Потому что без них, других, ослепнешь, задохнёшься без крови, захромаешь и вообще рухнешь со всем телом в канаву. Ветхий мир этого не признаёт, вернее, не желает признавать, и потому работает на самоуничтожение.
Юстас: - И давайте договоримся о Могучей Изании. Пусть она будет! Я – за. И все – за. А теперь оставим эту красивую картинку и посмотрим в окно. Где энтузиастов будем брать?
Ю.И.: - Вот я и повторяю: глядеть надо не в окна – там разве что ворон увидишь, а в газетные объявления о предложениях услуг, жилья, изделий, различного оборудования и т.д. Регулярно обзванивать людей, информируя об Изании и выясняя, согласны ли они попробовать с нами сотрудничать и на каких условиях. То есть постепенно формировать базу данных по разным профилям. Сумеем делом убедить уже готовых мастеров в правоте и выгоде Изании – получим энтузиастов. Можно также нанять их для передачи опыта молодёжи, и не только молодёжи, для обучения «наших» разным полезным специальностям, лучше всего на практике (например, вместе строя друг другу дома или ремонтируя автомобили) – тогда мы очень быстро сможем получить свои кадры.
Просто хочу сказать, что энтузиастами не рождаются, а становятся. Как это там у Высоцкого? «Парня в горы тяни, рискни…»
В Советском Союзе хватало трещин, пропастей и лавин, всяких там вредительств-предательств, но всё же это было общество восхождения, чем мне и интересно. И Изания интересна именно как продолжение, преемница общества тех, кто хочет «восходить».
Игорь: «Раздача книг»: - Ну давайте я попробую передать по нескольким ближайшим библиотекам. А своим знакомым можно раздавать?
Ю.И.: - Можно, но не в собственность. На каждой книжке будет написано: «Фонд Взаимопомощи Изания. Эта книга продаже не подлежит. Прочти и передай другому.» И адрес нашего сайта, где можно будет узнать о проекте. А впоследствии – укажем и номер счёта будущего Фонда. Это послужит своеобразной рекламой. Так что, ежели согласны поучаствовать, передам Вам для начала пару пачек «Последнего эксперимента» и «Лунных часов». Дайте знать.
А КРЕСТИТЬСЯ ЕМУ ЗАВТРА НЕЛЬЗЯ…
С крещением долго не получалось. Уж Борис и таблетки свои отглотал, и пошёл на работу, и весна наступила. Однажды совсем было собрались к отцу Герману – попостились, приготовили чистое бельё, завели будильник, чтоб встать пораньше. Борис уже давно похрапывал, я читала «Свет невечерний» Сергия Булгакова, свернувшись в старинном кресле.
И вдруг…
- А креститься–то ему завтра нельзя.
Я уже знала этот Голос - вроде бы во мне, но не от меня исходивший.
- Но почему, Господи?
- А ты подойди и спроси: зачем ты креститься идёшь?
Я встала, растолкала, спросила. Борис сквозь сон пробормотал:
- Чтоб ты от меня не ушла.
Всё стало ясно. Я отключила будильник и легла спать.
Произошло это уже в мае, как -то само собой. Просто в одно воскресное утро он положил в сумку приготовленное чистое бельё и сообщил, что идёт креститься. Я не стала ничего уточнять.
Возвращался он от отца Германа… - не могу сказать, чтоб совсем другим человеком, хоть та семейная буря и улеглась. Искушений нам предстояло достаточно – но уже совсем иного плана. Одно бесспорно– из купели Борис вышел верующим. Его замечательная фраза, высказанная «до того»: «Бог, конечно, есть, но я в Него не верю» обернулась теперь фанатичным упованием на чудо с Небес – вот сейчас, немедленно, по щучьему велению. И Господь посылал ему в утешение эти чудеса, как настрадавшемуся непослушному ребёнку, обжёгшемуся об утюг.
Подходя к станции, мы издали увидали электричку, но я сказала, что бежать ни к чему, потому что по расписанию наша ещё нескоро, а эта наверняка мимо. Однако Борис вдруг заявил, что нет, это именно «наша» электричка, и понёсся. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Мы скакали через колдобины, на бегу переругиваясь.
- Она остановится, остановится, - твердил он.
Запыхавшись, взбежали на ступени платформы. Электричка приближалась. Не так быстро, чтоб мимо, но и не так медленно, чтоб окончательно затормозить.
- Остановится, остановится, - повторял Борис.
До сих пор не понимаю, что это было. То ли машинист услыхал его молитвы, то ли действительно сам Господь, но чудо произошло. Неизвестно откуда взявшаяся электричка, абсолютно вне расписания и совершенно пустая, вдруг замедлила ход, и прямо перед нами гостеприимно раздвинула двери.
- Погоди, может, она не туда…
- Туда, туда! – торжествующе орал он, запихивая меня в тамбур, - Я просил, и Он услышал!
Теперь уже я молилась, чтоб всё так и было. Волшебная электричка мчалась мимо подмосковных дач в нежной майской зелени, тормозила на каждой станции, сажала изумлённо осчастливленных пассажиров, тоже недоумевающих, откуда она взялась, и Борис всякий раз победоносно на меня поглядывал, с трудом удерживаясь, чтоб не объявить всему вагону, кто виновник этой счастливой случайности в железной закономерности, установленной МПС.
Зато в Москве случился скандал. Борис поведал, что свекровь, увидав на шее сына крест, побелела и потребовала, чтоб тот его немедленно снял, иначе она умрёт. При этом вид у неё был такой, что свою угрозу она намерена сию минуту выполнить. Испуганный Борис повиновался и положил крест в карман.
Мне его рассказ не понравился. Я сказала, что устами матери говорил бес и снимать крест не следовало.
- А если б она действительно умерла?
- Глупости, это - духовная брань. А потом сказано: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, тот не достоин Меня». Вот пойдёшь на исповедь, обязательно покайся.
Борис не возражал. В результате - ещё одно чудо. Через пару недель мы отправились на исповедь. Немного опоздали – отец Герман уже начал проповедь, которой обычно предварял таинство. Из-за приоткрытой двери филипповского придела мы услышали:
- А некоторые ещё вот что делают: крест с шеи снимают да в карман кладут…
B БЕСЕДКЕ С: Игорем Игнатовым, Игорем и Л. Хачатуровым
Жатвы много, а делателей мало
Игорь Игнатов: - Игорь совершенно прав. Тот этап, который описывался частенько как «первый» или «экономический» – на самом деле, этап уже довольно «продвинутый». Прежде чем выйти на него, надо проделать непростую работу, в которую должны быть вовлечены не нервные «выживальщики» и не капризные потребители, а энтузиасты, которые будут работать просто для того, чтобы «поставить» Изанию.
Ю.И.: - Вот именно, потому и ждём-с. Нужны организаторы, «делатели». И ещё отыскать бы трёх лидеров-аскетов, учредителей Фонда: финансиста, практика-организатора «на все руки» и идеолога. Но с лидерами-аскетами вообще в мире напряжёнка. Может, ребята, освоим метод клонирования?
2002-04-16
Игорь: - По поводу инициативной группы. В интернете, на мой взгляд, можно найти сотню-другую человек, согласных принять участие в таком проекте. Только на форуме Кара-Мурзы можно найти до сотни человек, вполне способных понять нужность и необходимость Вашего, Ю.И., начинания. Конечно, здесь нужно авторитетное лицо, гарантирующее сохранность фонда своим авторитетом. Здесь можете подойти и лично Вы или кто другой, например, сам Кара-Мурза.
Ю.И.: - Ловлю Вас на слове, дерзайте, ищите, надеюсь на помощь. Ну а учредителей, считаю, должно быть не меньше трёх – мало ли что! Сергей Георгиевич в курсе Проекта, мы договорились в принципе, что вернёмся к нему, когда будет повод для практического разговора. Ну а я со своей стороны, как Вы предложили, готова предоставить Вам для рекламной раздачи свои книги и описание проекта «Изания». Можете и сами скачать с форума и сайта всё, что покажется нужным для дела.
Кстати, мы пока вполне можем начислять нашим организаторам зарплату в иуе с перспективой расплатиться услугами или наличными, когда Изания заработает. Будет и материальный стимул.
2002-04-16
А бегемоты у нас хорошие
Л.А. Хачатуров: - Вообще-то я этой публикации не поверил.
Ю.И.: - Я тоже. Меня заинтересовал просто отрывок насчёт лидеров, потому что имеет прямое отношение не только к Изании, но и к перспективам человечества вообще. Из личной практики убедилась: бегемота из болота надо тащить, сам не вылезет! А бегемоты у нас хорошие, жалко их.
2002-04-16
Игорь Игнатов: «Недавно вернулся из субтропических лесов. Там тоже весна. Вечнозелёные дерева и кустарники полезли в рост, листопадные тоже. Зацвела в лесах магнолия крупноцветная (Магнолия грандифолора), которая, я уверен, хорошо знакома Вам по JBK и Гаграм. На меня эта магнолия навевает ностальгию по СССР.
Первое место в мире, где я её увидел и свыкся с ней в нежном пионерском возрасте, была Ялта… Кто бы мог знать тогда, где и при каких обстоятельствах я с ней свижусь да ещё буду изучать, как «plant ecologist»…
Спасибо за Ваше длинное письмо. Я очень люблю читать Ваши длинные письма. Грустное оно. Вы знаете, я (как, наверное, и Вы) презираю тупых и «трезвых» обывателей, предавших Советский Союз. Но я почему-то не могу питать схожие чувства по отношению к таким бедолагам, которых Вы описали. Казалось бы, тут самое место сказать: «Ну вот, эта-то пьянь и похоронила СССР». Но нет, не получается у меня такого сказать. Вопреки всей логике, сердцем чувствую, что нет тут их вины. Я периодически выступал на Форуме КМ с критикой «быдла». И удивительное дело – у меня некое мистическое чувство, опять-таки, вопреки всякой здравой логике, что не принадлежит этот вот бедолага – как бы он ни был виноват перед своей матерью и собой лично – к категории этого самого «быдла». Быдло – это те, кто выходили, любопытствуя, с колясочками поглазеть на зарево над Домом Советов в 1993 и те, кто выходил позже, в 2000-м и 2001-м с лозунгом «хотим жрать» к владивостокской мэрии. Но не этот бедолага, живущий вне пространства и времени, где-то в незнакомой, но такой знакомой подмосковной деревеньке, «рядом с лесом».
Как-то просветлело на душе после Вашего письма. Захотелось поехать туда и придумать что-то для этих людей, сделать что-то…Вот Вы говорите, что Изания должна быть как бы «везде», растворена, размазана по пространству, а Ваше-то письмо показывает, что она вполне может и даже должна иметь фиксированные точки приложения сил, прицепку к местности.
Опираясь на такие точки, она позже и взрастёт, переплавляя человеческие сердца. Почему бы не попробовать начать что-то делать на основе Вашего посёлка. Вы в письме и сами программу набросали. Стимулировать развёртывание Изании, как системы, могут весьма разнообразные проекты. Быть может, даже не с экономической системы надо начинать, а с помощи таким бедолагам и их родителям. Я в 90-м немного поработал в приюте для бездомных животных – тогда ещё, в относительно благоустроенное время, хотя и уже со свинцовыми тучами на ближайшем горизонте. Я знаю, какую колоссальную работу вершит в сердце и сознании сострадание.
Для меня, по крайней мере, Ваше последнее письмо является куда более мощным духовным стимулом к развёртыванию Изании, чем самые привлекательные экономические схемы.
По поводу схем, кстати. Пришла пора серьёзно обговаривать оные со специалистами. Аудитория выдохлась. Что могли – сказали. Меня, кстати, очень насторожил факт, что никто почти до сего момента не высказал элементарнейшей вещи: почти любой обмен трудом, не говоря уже о денежных расчётах, налогооблагаем. Следовательно, придётся очень крепко думать, как: 1) Либо избежать контактов с Вампирией. 2) Либо максимально упростить их, дабы избегнуть возможности штрафов. Не надо будет никаких братков, Юлия, с разноцветными фарами. Придут две толстые скучные тёти и насчитают таких штрафов, что пустят Изанию по миру. Надо очень детально проработать вопрос «how far we can go» в смысле всех этих иуе и обмена трудом. С моей точки зрения, надо исходить из того, что основным обеспечением валюты Изании будет человеческий труд. Надо будет продумать, как накапливать результаты нашего труда
По поводу книг. По совету Андрея, я зашёл на «narod.ru» и там залез в Ваш многотомник. Перечитывал вторично. Понравилось значительно больше, чем в первый раз. Да и в первый раз мне в общем-то понравилось…
Поделюсь некоторыми моментами. Всё-таки, на мой взгляд, диалоги в «потусторонке» (ангелы- хранители и губители) - трудно читать. Всё там правильно по существу «хранители» говорят, но по форме накат слишком тяжёлый идёт. Мне понравилось начало, провал в потусторонку. А потом я честно пытался читать, но не мог. Читал начало каждого диалога, а потом просто перескакивал на «историю жизни». Это было для меня самым интересным.
Самыми трогательными и захлёбными были для меня раннее детство и молодость героини. Война, 50-е годы…Заинтриговал этот Денис. Интересно, а кто был прототипом? Или это полностью вымышленный персонаж. Этот вопрос меня очень заинтриговал. Это один из самых лучших сюжетов книги. Фрагмент с «замёрзшим», со статьёй-разоблачением и обратным разоблачением – блестяще! Я читал всю ночь, забыл, что назавтра лекции, ничего не подготовил, а потом вольно импровизировал. Не мог оторваться! Понимаю, что «stupid question», автор имеет право на 100 %-й вымысел, но этот вопрос у меня и сейчас сидит в мозгу – был ли прототип и чем он занят сейчас? Ваш муж, я так понимаю, на Дениса явно не похож. Уж извините за такой вопрос в лоб.
Собственно, читая об этих злоключениях с Денисом, я живо вспоминал дорогое застойное время (ни для меня, ни для страны оно застоем не было – только для дюжины тогда несостоявшихся первопроходцев). У меня тоже были противоречивые друзья из «золотой молодёжи» – какая-то ностальгия проснулась. Очень странная, специфическая. Ушедшая юность, Парк Горького, прогулки там после школы в 1980-м, 1981-м, когда был в 9-м, 10- классе. Эпоха была, конечно, уже другая, но там была та же магия. Очень странная магия. В Вашем случае она просто сильнее.
Да я и сам был слегка «серебряным» (на золотого, видимо, не тянул) – «система Внешторга», так сказать, правда, без антисоветчины. Благо родители - изначальные провинциалы. Когда у героини Вашей проходило действо с Денисом, мама моя как раз училась (или поступала) в финансовый. Потом работала с начала 60-х. Отец прожил лет восемь в Египте, строил Ассуан, потом участвовал в процессе послевоенного (после 6-дневной войны) урегулирования и укрепления режима Насера. Те годы, хотя я в них и не жил, мне почему-то близки. От них у меня остались реликтовые ассоциации с высотным зданием на Смоленке (МИД), иностранными классическими фильмами 50-60-х, которые там показывали в клубе и на которые я протаскивал моих беспропускных товарищей. Удивительное было время, какое-то «смешение пластов». Я как будто сам жил в 50-е и 60-е.
Меня очень волнует тайна человеческой судьбы, особенно ранних, детских лет. Мне была очень близка та часть книги, где Вы описываете воспоминания о детских и юношеских годах Иоанны. Когда я был совсем маленький, мы жили точно в таком же (ну, может, не совсем таком) доме. Старом, ещё довоенном. Двухэтажном, ярко-охряном, почти жёлтом, с густо-коричневыми дверьми и полами. По-моему, на них даже были ромбы!
Только было это в Москве, тогда ещё на окраине – на Нагорной. Рядом долина реки Котловки, остатки старых дубово-кленово-липовых лесов (на склонах оврага) с деревьями, история которых прослеживается с середины 19 века (бывшая усадьба), обширные, пышащие зноем поляны и бурьяны с голубыми цветами цикория – всё то же, что Вы описывали или не описывали, но наверняка видели и помните.
Так что, хотя эти воспоминания относятся к гораздо более позднему периоду (родился я в 64-м, а жили мы в том доме включительно по 68-й год, да и потом переселились в 12-этажку всего в метрах 60-ти от нашего старого дома), воспоминания Иоанны я читал, как свои собственные.
Читал, как после войны она уже девушкой подошла к старому своему дому – и видел свой старый жёлтый дом с коричневыми дверьми и деревянными крашеными полами. Воспоминания не из прошлой, а из позапрошлой жизни…
А вот описания круга «tv. интеллигенции» мне читать было тяжело.
Что-то бесконечно чуждое. Об этой стороне советской реальности я подозревал, даже знал, что она существует, но никогда не сталкивался.
Их «modus vivendi», переживания, логика – были и остаются для меня чем-то инопланетным. Это при том, что родители «ездили» и я был, что называется, «eхposed» с младых ногтей. В детстве меня за границей другие вещи влекли – бассейн реки Амазонки, экваториальная Африка, пропавшие экспедиции, исчезнувшие цивилизации, влажнотропические леса, тропические животные, деревья и насекомые (часами я проводил у их коробок в музее МГУ на Моховой, рядышком с вашим журфаком, где мы, кстати, проходили «военку»). Сами понимаете, мне эту мающуюся зыбкую породу советских интелей постигнуть невозможно. Что ребятам не хватало и почему не хватало – для меня до сих пор загадка. Я мрачно подозреваю, что тут скрыта какая-то биопатология. Более свободной и прекрасной страны, чем та, в которой мы жили, я не могу себе представить. Не могу представить и более беззаботной и потенциально насыщенной жизни. Ведь жили мы, как птахи Божии -где и когда это на Земле ещё было, где и когда ещё повторится.
Меня как-то было заинтересовала интрига с этим «художником» (кто, интересно, прототип, опять-таки), но Вы её не развили. Была ли суть в том, что он «узрил нездешними глазами» вторую Иоанну, которая оторвалась от первой и превратилась как бы в дух в момент «бегства в Москву»? Сцена падения? Душа-монада, сокровенное приближенное к Господу «Я», наблюдающее за омирществлением и «сползанием в мир» второй половинки, прежде с ней слитой? Проблема здесь в том, что Вы не дали никаких намёков в той сценке в электричке. Вы-то возможно что-то и помнили (всё время ставлю Вас на место Иоанны, хотя и понимаю, что это грубая наивность), но читатель-то об этом так и не узнал. В результате, вроде мистика какая-то, потенциально интересная часть, но она так и осталась нерасшифрованной.
В общем, извините за долгое письмо. Воспоминания из другой жизни привалили.
Передайте привет Андрею. Мне нравится, как он ведёт Форум. Вот есть же люди. Значит, будет дело.
Я больше опасался свою чрезмерную восторженность выставлять на Форум. Наверное, не надо это. Она только в среде «своих» уместна, а там имеют место попытки анализа, народ разный, а я, как зайчик-попрыгунчик… Да и рано восторгаться. Сейчас требуется невозмутимое (даже в случае успеха) упорное делание.
Извините меня также, если я слишком по Юстасу недавно «прошёлся».
Задним числом думаю – наверное, не следовало бы. Уж очень рассердил он меня. Ну сколько можно трепаться про какую-то клоповью «выгоду». Ну какая «выгода» там может быть в таком низком смысле – а особенно на первом этапе. Да и видно же, что ломанье это всё с его стороны, игра какая-то подростковая. Искал бы выгоды по жизни – не шлялся бы по форумам Изании. Другого хочется душе человеческой, а обнажить её, душу, страшно – вдруг засмеют или воспримут «несовременным». Интельские комплексы, одним словом…
Прощаюсь. Не пропадайте, Юлия. Да хранит Вас Бог и да поможет Он Вам в Вашей многотрудной работе. Святое дело Вы делаете – keep the flame!
Подумайте насчёт консультации со специалистами. Был бы я там, я бы за это дело взялся. А так – хоть напоминать буду. Без идентификации области определения функции мы дальше не двинемся. Оторванные от юридической реальности умствования имеют предел своей эффективности».
2002-04-17
ПОКОЙ НАМ ТОЛЬКО СНИТСЯ…
(начало восьмидесятых)
Потом начались главные чудеса. Нашу потерпевшую крушение семейную лодку вдруг вынесло на безмятежный берег с золотым песком и безоблачным небом. Помню, как совершенно искренне молилась о сопернице с новорождённой дочкой, чтоб даровал им Господь мир и счастье. Однажды она, соперница, приехала к нам на дачу, спросила Бориса. Я угостила её чаем с клубникой и деликатно оставила их вдвоём, удалившись полоть грядки. Эти мои поступки, сбивающие с толку домашних, вызывающие у них то ли разочарование (мордобитие не состоялось), то ли восхищение, давались мне безо всякого труда – похоже, я действительно умерла для вражды и ненависти. Но, как потом выяснится, только к врагам личным.
Борис проводит её на станцию, а, когда вернётся, сообщит, что она приезжала спросить, всё ли между ними кончено, потому что есть человек, который предлагает ей руку и сердце. Получив свободу, она вскоре действительно удачно выйдет замуж. Потом обнаружится, что подрастающая девочка – вылитый этот самый Юра. И вообще, как отрезал тогда отец Герман: «Нет никакого ребёнка!».
Теперь мы ходили на исповедь вдвоём – то к отцу Герману, то к отцу Владимиру, который отнёсся к «самовольному» Борисову крещению неожиданно спокойно, даже с некоторым облегчением. «Я не говорил Борису, чтобы уходил к той женщине, это не так», -
как-то сказал он мне, будто оправдываясь. Я промолчала – для меня это действительно не имело никакого значения, я всё равно слушалась того духовника, чьё мнение в данный момент совпадало с моим.
А девятнадцатого ноября он нас обвенчал в подмосковном деревенском храме. С тех пор мы отмечаем не шестое (когда расписались в 1958 году), а именно 19 ноября. Венчались в подмосковной церкви, ещё с такой же средних лет парой. Приехали на своей машине. Всё было очень торжественно – прекрасный хор, длинные витые свечи и венцы из Кузнецов, где прежде служил отец Владимир. Он благословил нас иконой Одигитрии-путеводительницы и сказал напутственную проповедь о первом чуде Господнем - превращении воды в вино. Пожелав нам, чтобы милостью Спасителя испорченное вино нашего брака вновь обрело аромат и крепость…
- А ты, Юлия, желаешь ли взять в мужья раба Божия Бориса? – услышала я будто сквозь сон. Зная, что надо ответить: - Да, честный отче.
Но почему-то молчала, не в силах произнести ни слова. Наступила неловкая пауза. «Да, честный отче», - потеряв терпение, подсказал отец Владимир. Я машинально выдавила нужный ответ, язык не слушался. Все с облегчением вздохнули.
До сих пор не ведаю, что это вдруг на меня нашло. Может, воистину «браки совершаются на небесах»?
Наша жизнь постепенно стабилизировалась, и я с новыми силами взялась за «подвиги» по перевоспитанию «алконавтов». Кроме Димы Шельгова и Толика Трыкова были ещё: Артур Скавронский, Нина Глотова с бой-френдом Сашей, Вася Яковцев и Лиля, мать моей крестницы Натальи. Но всё по порядку.
Нина Глотова была дочерью соседки через дорогу. Симпатичная, способная, начитанная - всё при ней, она прежде работала в каком-то КБ. Потом какая-то неудачная любовь, стала понемногу спиваться. С работы выгнали, дома скандалы, загремела в ЛТП. Вернулась озлобленной, уже законченной алкоголичкой. На работу, разумеется, не брали, а тут ещё мать отказалась прописывать…Короче, ушла Нинка бомжевать в окрестные леса с таким же бедолагой Сашкой. Сашку в своё время подозревали в ограблении дачи. Не помню, то ли улик не нашли, то ли немного уже отсидел… Но паспорта у него тоже не было, прятался от милиции.
Построили ребята шалаш, натащили всякого тряпья, кастрюлю да чайник, сдавали бутылки, лазили по садам-огородам и вообще промышляли, что где плохо лежит. Летом ещё ничего, но наступила осень, задождило, потом и подмораживать стало по ночам. Однажды, гуляя в лесу с собакой (уже первые белые мухи летели), я встретила их, обмотанных какими-то шинелями и одеялами, и испугалась – ну прямо «разгром немцев под Москвой».
Они поначалу от меня шарахнулись, но затем, признав, не то чтоб стали жаловаться – всё вроде бы на юморе, однако какой уж тут юмор…Нинка вся синяя, полусогнутая - почки застудила, Сашка надсадно кашляет, взгляд затравленный…
- А дальше-то что, когда снег ляжет? На вокзал?
- Не, там живо мусора заметут, - пугается Сашка, - Лучше уж как медведи, в спячку.
- Нет, ребята, так нельзя. Живите у меня, но с одним условием – не пить.
Поклялись. Помчались радостно собирать вещички, а я - подготовить Инну и Толика к приёму гостей.
Отмылись, отъелись, подлечились. Стали думать, как быть дальше. Сашку я устроила в ЛТП на добровольное лечение – после справки здесь обычно помогали с документами и трудоустройством. Ездила к нему регулярно, возила передачи, ну и, разумеется, вела душеспасительные беседы. Думаю, они оба всерьёз меня не принимали, называя между собой «блаженной», но терпели. А Нина тем временем помогала нам печатать на машинке духовно-просветительские брошюрки, читала Владимира Соловьёва (которого, кстати, одолела и поняла достаточно глубоко), ходила в храм к отцу Герману, принимающему в судьбе этой пары живое участие, как и во многих моих подопечных.
Потом Нинка затосковала и запила. Я никак не могла понять, почему она часто «под мухой», хотя в доме нет ни капли спиртного, а из дому она не выходит, боясь, в первую очередь, матери, которая обещала её сдать в милицию. Однажды ранним утром рождественского поста мы с ней отправились в храм причащаться. По дороге Нина отстала, сказав, что у неё расшнуровался сапог. А когда меня догнала, я остолбенела - она была в стельку. Не просто под мухой, а именно в стельку. На все упрёки лишь отнекивалась и хихикала. В электричку она всё же вползла, но я демонстративно пересела в другой вагон и отправилась на исповедь одна.
Явилась Нина лишь поздно вечером, сказав, что вместе с электричкой моталась в отключке до Москвы и обратно, затем попала в депо, откуда её вызволила уборщица из закрытого вагона. Нинка клялась, что больше подобное не повторится, винила во всём бесов и призналась, что пила «блошку», который обнаружила у меня в чулане. «Блошкой» именовался стеклоочиститель ядовито-голубого цвета в двухсотграммовых бутылочках с надписью БЛО.
«Блошку» я заперла в секретере вместе с документами, а заодно и одеколоны, духи, всякие содержащие спирт лосьоны и капли. Ничего не помогло – вскоре Нинка опять сбежала, попала в милицию, а оттуда и в ЛТП на принудительное лечение. Тем временем вернулся вроде бы излечившийся Сашка, однако, узнав о печальной судьбе своей подруги, тут же сошёл с орбиты. Временами появлялся то у меня, то у отца Германа, мы давали ему на еду и одежду, но он всё пропивал. А там и лето наступило, излечившуюся Нинку приняла оттаявшая мать, но следом явился Сашка, начались пьяные драки. То старуха, то Нинка вопили на весь посёлок, соседи, кто посмелее, приходили разнимать. Милицию не вызывали – потом ещё подожгут…
Как-то утихомиривать их пришлось мне. Конфликт разгорелся из-за Сашки, которого бабка видеть в доме не желала. Картина была удручающая. Сашка с рассечённой об угол стола бровью вытирал скатертью кровь, повторяя, что «упал сам», а дочь с матерью, стоя рядом на коленях перед иконами, насылали на головы друг друга проклятья и кары. Я опять забрала недоделанных к себе, наутро повела в храм. Отец Герман был очень серьёзен.
- Нина, не дури, за тобой смерть по пятам идёт, - вдруг изрёк он. У меня мурашки по коже побежали.
Дома Нина сказала, что Царствие Небесное, может, и неплохо, но пока она хочет на этом свете порадоваться. Помню, как меня поразило это её «порадоваться» – ну что может быть отрадного в такой собачьей жизни?
Отец Герман собирался их повенчать, я купила недорогие колечки. Потом Нинка рассказала про плохой сон – будто ходят они с Сашей в храме по кругу, а кольцо на её пальце рассыпается в прах.
Кольца эти до сих пор лежат у меня в ящике письменного стола.
Наступили тёплые дни, и парочка опять отправилась в бега по окрестным лесам.
Предсказание отца Германа сбылось буквально. Утром Нина шла по путям к станции, торопясь к открытию магазина, Сашка – следом. От платформы отъехала встречная электричка, проезжающий мимо машинист сделал Сашке знак из кабины – оглянись, мол. Сзади приближался скорый. Сашка сошёл с пути и стал орать Нинке – но та ничего не слышала из-за шума электрички. Тогда Сашка побежал к ней, однако было уже поздно.
По идее, это была его смерть, а не её.
Спустя несколько дней Нину похоронили. Она была в моём чернильного цвета костюме, который я когда-то пошила в литфондовском ателье. Поехала в храм её заочно отпевать, больше некому, а в мыслях одно – не останови я тогда их октябрьским студёным вечером, не забери к себе «спасать» – может, всё бы сложилось иначе… Но история не знает сослагательного наклонения.
Мне тогда за многих доводилось подавать в церковь на отпевание – у родни покойников то не было средств, то желания. Помню, посадила на своём поле за пределами участка специально выписанную элитную картошку, зацвела она нежно-розовым цветом на удивление всем очень рано. А тут, как раз на Петра и Павла, возвращаясь из храма, заглянула – одни привядшие стебли валяются. Расстроилась, конечно, но взяла себя в руки и «совершила подвиг», простив в душе обидчиков и помолившись, чтоб Господь отпустил мне мои грехи так же, как я им прощаю.
Через несколько дней являются местные знакомые алкаши: «Хочешь, скажем за бутылку, кто твоё картошку выкопал?»
Согласилась более из любопытства, чем из мести.
- Сталин.
Это не хохма. Был у нас в посёлке отпетый бандюга и уголовник с таким именем, я его знала через Толика, а он знал меня, потому что отпевала я его мать Фросю и даже читала над ней Псалтирь. Несчастная Фрося была парализована и лежала в только что выстроенном кирпичном доме, на который претендовал «Сталин», но в котором мать с отцом его ни за что не желали прописывать. Сталина все звали просто Славкой.
Так вот, то ли Славка этот устроил со злости поджог (часто грозился), то ли что ещё, но комната, где лежала Фрося, выгорела от якобы замыкания в электронагревателе, а сама она от тяжёлых ожогов скончалась. Я приняла участие в её посмертной судьбе, потому что незадолго до несчастья она просила меня принести ей из храма крестик и вообще с большим интересом слушала «о вечном», когда я приходила навестить болящую.
То про вечность, то про картошку…Славку я встретила случайно на улице. Он бил себя кулаком в могучую волосатую грудь и клялся, что понятия не имел, что эта картошка – моя. А я благородно сказала, что было бы куда хуже, если б он лишил последнего куска многодетную семью, вроде Донских. Так пусть уж даст слово, что будет в дальнейшем выкапывать именно мою картошку, - у меня дети по лавкам с голодухи не плачут.
Такая вот получилась умилительная сцена. Потом Славку в этом доме прирежут дружки-собутыльники, я его тоже заочно отпою в храме в день похорон. И когда со всеми необходимыми атрибутами, которые следовало опустить в могилу вместе с покойным, буду возвращаться со станции, встретившийся парень на мотоцикле сообщит, что процессия уже отбыла на кладбище, что ни про какое такое отпевание никто не упоминал, но за пару бутылок он берётся догнать автобус и доставить конверт лично «Сталину» в гроб. На том и порешили.
И Лидия Ивановна, Нинкина мать, трагически погибнет через пару лет в автокатастрофе, за каким-то лешим отправившись на рынок за валенками в соседний город на машине зятя. Помню, как накануне вечером, перед праздником (1 Августа, день памяти Серафима Саровского), она попросит с непривычной серьёзностью:
- Ты уж там завтра в церкви помолись за меня...
Я, кивнув, отшучусь. Кто же знал…
Ну а с Сашкой вышло иначе.
B БЕСЕДКЕ С: Л. Хачатуровым, Андреем и Игорем (С.К-М)
Есть ли свобода воли у бегемота
Л. Хачатуров: - Ю.И. написала: «…бегемота из болота надо тащить, сам не вылезет!»
При всей моей любви к бегемотам, как мне кажется, если силком тащить, то можем нарушить свободу воли бегемота. Другое дело, если бы бегемот просил вытащить. «Караул! Тонем! Погибаем!» – кричал…Но вроде ситуация обратная - «а ну разойдись! Пустите меня обратно в моё любимое тёпленькое болото!»
Разбежится, прыгнет, аж брызги из болотной жижи во все стороны полетят. А тащильщики, облепленные этими брызгами, будут скорбно стоять на берегу, заламывая руки…
2002-04-17
А если не замахиваться на Вильяма нашего, Шекспира?
Л.Хачатуров: - После того, как Изания выберет способ правовой репрезентации и засветится в различных государственных органах, государство начнёт размышлять, как бы у вышеупомянутой Изании отобрать че-нибудь. И пабольше, пабольше…
Когда Дизраэли спросил у Фарадея, мол, что это за такое электричество он открыл, то Мишка Фарадей ему так прямо в лоб и ответил, что независимо от того, чем является электричество, Дизраэли придумает, как с него брать налоги.
Пока я вам буду ремонтировать компьютеры, а вы мне за это стирать рубашки, то, конечно, государство достать нас не сможет. А вот как только мы начнём перемещать купюры, то государство претендует на контроль над любым перемещением и взятие соответствующего налога с них.
2002-04-19
Л. Хачатуров: - Игорь, кратко напоминаю Вам историю данной нитки дискуссии:
Ю.И. сказала, что надо из болота тащить бегемота.
Понятно, что и болото и бегемот были аллегорическими. Как бы под болотом подразумевалась наша действительность, под бегемотом – наш многострадальный народ.
Но я спросил, а как быть со свободой воли аллегорического бегемота-народа?
Тут встрял некий Александр и начал защищать бегемота от «насилия», угрожая неким «барином». Я понял его так, что он за то, чтобы бегемот оставался в болоте, прокомментировал это. После этого встряли Вы и начали нести откровенную «пургу». Ваш страх перед пресловутым «барином» заставляет вас выплеснуть с водой ребёнка.
Чтобы вылезти из болота, надо напрячься, организоваться, что скорее всего приведёт к появлению некоего организующего начала, которое скорее всего будет воплощено в некоем Вожде или Царе, которого бегемот должен будет слушаться. Сейчас свободы нет. Более того, сейчас в России и народа нет. Есть гибрид населения с электоратом. «Общество Потребителя», о котором так долго говорили большевики, наконец, создано! Поэтому сейчас не «барина» надо бояться, а того, что «болото» нас и наших детей окончательно «обегемотит».
2002-04-24
Да суньте свой транспарант в …
Андрей - Игорю (К-М): - Опять Вас понесло. «Тоталитаризм», «Народ вправе!» Идите кликушествовать к музею Ленина, там публика подходящая.
Насчёт того, что законодательство должно быть переделано – это что, ваш указ правительству, что ли?
Оставьте ваши рассуждения о том, как всё должно быть, и рассуждайте о том, как оно есть сейчас.
Есть действующее законодательство, и есть реалии того, как оно выполняется. И вопрос форума: как к ним приспособиться и одновременно найти выход.
2002-04-24
Л.Хачатуров: - Нам всем предстоит преобразиться. Изания сможет послужить своеобразным реабилитационным центром, где население будет превращаться в народ.
2002-04-25
Вопрос форума - не как «к чему-то приспособиться»
Игорь (ФКМ): - Первый раз слышу, что следует обсуждать «как оно есть сейчас». Мой ответ – приспособиться к нынешнему устройству государства российского никак нельзя для широких слоёв населения в принципе. В моём понимании – Изания – это есть способ существования вопреки нынешним реалиям. При этом предлагается отнюдь не революционный способ что-то решить, а эволюционный способ дополнить уже имеющееся. Властям всё равно надо будет как-то решать проблемы холодных и голодных бунтов. Почему бы не предложить им решение?
2002-04-26
Л.Хачатуров: - Но ведь товарищ с улицы оплатит государственными деньгами. А значит, именно эта операция по перечислению государственных
2002-04-29
Игорь (КМ): - Какие налоги государство может сдирать у организации, замкнутой сама на себе, – т.е. и производство, и потребление идёт только внутри её участников? Налог на прибыль взимать нельзя – прибыль – рыночная категория, образуется только при продаже на рынке за государственные деньги. Налог на доход-расход – только небольшую часть, складывающуюся из обмена Изании с внешним рынком – вряд ли он будет составлять более 10 % всех потребностей Изании. Налог на имущество – да, но и только. Вот и представьте себе ситуацию, когда организация закупает средства производства, землю, право на разработку месторождений на первоначальные взносы и пожертвования участников, а потом с этих средств производства показывает российскому рынку большой кукиш и начинает обеспечивать потребности только (за небольшим исключением) своих членов. У такой организации перед всеми прочими рыночными получается огромное преимущество – она работает не ради прибыли, а ради обеспечения потребностей её членов, причём безо всяких государственных денег (
В результате государство по закону сможет сдирать с неё только малую толику на имущество – и кое-что с немногочисленных актов обмена Изании с внешним рынком, на общих основаниях, как со всякой другой. Для этого необходимо и достаточно создать центральное ядро средств производства, находящихся в коллективной собственности всех членов Изании – это и должно быть тем самым «саморегулирующимся» ядром, про необходимость которого тут говорили. Ядро коллективной собственности, обслуживающее и производство и конечное потребление всех участников Изании – позволит уйти от большинства государственных налогов на совершенно законном основании, что, вкупе с плановостью производства, создаст невиданную для рыночных предприятий экономическую эффективность. При этом все участники Изании легко смогут понять, что независимость почти всех производственных и распределительных цепочек Изании от рыночной конъюнктуры (поди – продай произведённое) и финансовых пертурбаций (дефолты, инфляция и прочее) – создаст лично каждому материальное обеспечение и уверенность в завтрашнем дне.
2002-04-30
А долговые расписки – это мысль!
Андрей: - По-моему, Игорь выдал отличную идею.
«ИУЕ – просто долговые расписки администрации Изании»
Если оформлять взаимоотношения между участниками как возврат долга, сможет ли это облагаться налогом?
Если я официально дал что-то Изании, поднимется ли у кого-ньть рука обложить данью возврат этого долга? Фактически ведь передачи ценностей не произошло. Т.е. если документально это выглядит так: изанин пишет бумажку, что даёт (как бы) Изании в долг большую сумму. Изания при оказании им услуг выдаёт ему соответствующую его труду порцию услуг, товаров, или, там, продуктов, сопровождая это бумажкой о том, что возвращает часть долга.
Боюсь, однако, что сейчас Л.А.Хачатуров, не дрогнув сердцем, выдаст неумолимую цифирь налога, предназначенного государством как раз для регулирования долговых отношений граждан.
2002-05-05
ЧУДЕСА ПРОДОЛЖАЮТСЯ
(начало восьмидесятых)
Несмотря на все эти катаклизмы, на личном фронте всё у нас было вроде безоблачно.
Родственники опасались, что у воцерковлённого Бориса будут неприятности по службе (он был, к тому же, партийным), но Господь хранил. Как-то мы поехали перед чистым четвергом собороваться на квартиру одной из духовных чад отца Владимира. Народу было много, помогали батюшке ещё отец Димитрий Смирнов и отец Аркадий. Закончилось всё очень поздно, метро закрылось, и мы предложили развезти батюшек по домам на нашей машине. Искушения начались сразу же, как только Борис, не вняв совету отца Владимира не ехать через Центр, помчался по площади Дзержинского. Как раз у здания Лубянки раздался милицейский свисток.
- Вот к чему приводит непослушание, - сокрушенно вздохнул отец Владимир, готовясь к худшему. Но ничего не произошло – Борис переговорил с инспектором и вернулся. Оказалось, свистели вовсе не ему.
Двинулись дальше. Отца Владимира благополучно доставили домой, но затем в машине стало что-то погромыхивать и потрескивать. С грехом пополам отвезли и отца Аркадия, ну а уж на Ленинском проспекте, по дороге к дому отца Димитрия, машина и вовсе словно взбесилась. Под оглушительный треск и лязганье отец Димитрий выскочил из неё, замахал руками на наши уговоры, что «может, исправим», и помчался ловить такси.
- Тут стоять не положено.
Мы объяснили инспектору, что сломались – мотор даже не заводился. Он помог откатить машину в переулок, посочувствовал и ушёл. Что делать? – мы ведь собирались на дачу. Воззвали к небу и в последний раз попытались завестись. И вдруг, о чудо, поехали, как ни в чём не бывало - никакого лязга, треска. На место прибыли уже без всяких приключений.
Потом выяснится, что в тормозной барабан попала открутившаяся гайка. Этот случай я описала в «Дремучих дверях».
Но там нет про Сашку, который снова объявится – как всегда без документов, в каком-то рванье и зверски голодный. Поев, отогревшись и отмывшись, порадует, что за ним опять охотится милиция.
- Вот завтра туда и пойдём, - сказала я.
- Не, уж лучше под электричку, чем в камеру.
- А мы помолимся.
Надо сказать, что в экстремальных ситуациях я снова и снова убеждалась в волшебной силе молитвы. Расскажу лишь о нескольких случаях.
Вечером 17 июля, накануне Сергиева дня, поехала я в Лавру. Исповедалась, подала записки. Хотела приложиться к раке, но народу битком, шла служба, в июльскую жарищу дышать было нечем. Боялась упасть в обморок, но терпела, пульс частил. Какая-то бабуля милостиво подвинулась, освободив мне место у открытого окна.
- Что, дочка, худо? Ничего, Преподобный милостив, сподобит приложиться. Я сама только из больницы. Сказывали, инфаркт.
Я взяла её сухую коричневую руку, с трудом нащупала пульс. В жизни не слыхала ничего подобного! Тук. Тук-тут-тук. Тук-тук. Долгая пауза. Тук-ту-тук. Ту-тук. Опять пауза…Похоже, мерцательная аритмия.
- Бабуль, давай я тебе валокординчику…
Сама –то я уже не раз приложилась к пузырьку. Прямо из горлышка, без воды.
Бабуля отмахнулась, чтоб я ей не мешала слушать службу. Оглядевшись, я устыдилась – кругом было полно таких же немощных телом, но сильных духом прихожан, и все молились усердно, и объединяла их одна цель – приложиться с последним «аминь» к животворящей раке Преподобного. И плевать им было на пульсы, давление и прочие инфаркты-инсульты, их уж если выносили из храма, то замертво, как рядовых с поля боя.
Наконец, очередь двинулась к раке. Бабуля с предынфарктным пульсом прокладывала мне дорогу. Я прикоснулась губами к влажному от сотен губ стеклу, вышла из храма, окунувшись с наслаждением в благодатную вечернюю прохладу догорающего Сергиева дня, и действительно ощутила себя усталым солдатом на привале.
Но расслабляться было нельзя. Заглянув в расписание поездов, обнаружила, что если не успею на электричку, отходящую с нашего вокзала в 23-40, то следующая будет далеко заполночь, придётся идти одной от станции. А в те времена лютовал в наших краях какой-то маньяк…
«Святой Сергий, помогай»! – взмолилась я и рванула к вокзалу. Едва успела вскочить в десятичасовую Александровскую электричку, отдышалась, стала подсчитывать. На Ярославский прибываем в одиннадцать минут двенадцатого, там – по платформе, вниз в метро по эскалатору, проехать пять остановок, затем вверх по одному, другому эскалатору…Нет, не успеть. Разве что чудо…
И чудо несло меня, преодолевая время и земное притяжение – мимо подмосковных платформ, расступающихся пассажиров, сквозь толпу которых я петляла, как плывущий уж. Затем вниз по эскалатору, будто на санках – аж ветер в ушах. На Комсомольской секунда в секунду успеваю вскочить в сдвигающиеся двери. Несёмся по кольцу… До сих пор помню это дивное ощущение невесомости, полёта, когда до отхода электрички оставалась одна минута, а я бежала вверх по двум эскалаторам – некое существо без тела и возраста. По вестибюлю метро, по платформе к ждущей меня электричке. Я уже не сомневалась – она ждёт именно меня, потому что часы показывали сорок две минуты двенадцатого, и светофор был зелёный.
- Осторожно, двери закрываются, - грянуло из того другого, реального мира.
«Святой Сергий, святой Сергий!» – молила я, приближаясь к вожделенной двери между двумя измерениями, в которую вонзилась стрелой, и которая сразу же намертво за мною сомкнулась.
Я даже не запыхалась. Вагон был почти пустой, пассажиры оглядывались на меня, но мне было плевать. Сидела на каком-то неудобном месте, среди чужих мешков, и всхлипывала, промокая щёки краем косынки.
В БЕСЕДКЕ С: Игорем Игнатовым и Л.Хачатуровым
Ключ от жития Иоанны
Ю.И. - Игнатову Игорю: - И Вам спасибо за хорошее письмо. Я тоже жду с нетерпением Ваших посланий, которые помогают в какой-то мере переносить долю «вопиющей в пустыне» (говорю о духовном общении). Поэтому и зазываю Вас к нам на Форум, чтобы по возможности поднять уровень дискуссии от «хлеба насущного» к «долгам нашим».
О магнолии. У меня она ассоциируется, прежде всего, с Артеком, откуда я послала маме нацарапанное на её листе письмо. Незадолго до смерти мама мне его показывала вместе с другими детскими реликвиями. Может, до сих пор сохранилось, если не выкинули сёстры.
В магнолии есть что-то от садов утраченного рая.
У меня тоже язык не повернулся бы сказать, что «пьянь похоронила СССР». Его похоронили вампиры, наши и забугорные, которые были, есть и будут. Просто советский строй какое-то время их обуздывал, вынуждал натягивать овечьи шкуры, но нестерпимая фальшь потенциальных оборотней отравляла и убивала всё вокруг, в том числе и душу народа. Вспомните эти бесконечные разговоры за непременной бутылью: «что-то неладно в датском королевстве». Спивались наиболее талантливые и ранимые, не имея сил и смелости что-либо изменить. Если не в состоянии поступать по совести, от неё прячешься.
Ну что ж, наверное, всё же лучше отсиживаться в окопе, чем рваться в вампирскую армию. Однако беда в том, что князь тьмы действует именно через «дезертиров», в том числе и алкашей. Львиная доля преступлений совершается из-за бегства в «добровольное безумие». Я много занималась этой проблемой, навидалась женских и детских слёз, убийств и самоубийств, загубленных талантов. Страна спивается – это аксиома, это политика властей – «меньше народу – больше кислороду». Наш посёлок - не исключение, да и мою семью не миновала беда. У дочери по этой причине распался первый брак, едва ноги унесла. И мой благоверный время от времени пытается спрятаться от нынешней «свинцовой мерзости бытия» на дне стакана. Наутро давление зашкаливает, завтракать приходится таблетками.
Конечно, алкашей жаль. Впрочем, жаль и оборотней, продавших небесное «первородство» за «чечевичную похлёбку» сладкой жизни. Я привожу в романе «пари на Бога» Блеза Паскаля – там об этом.
Суть христианской жизни - спасать других, пока хватит сил. И, как капитан, уйти последнему. Всякое зерно должно умереть, чтобы прорасти в новую жизнь - в этом смысл Распятия и Воскресения. «Спасти» в наши дни означает помочь другому встать на ноги, вернуть веру в себя место в жизни, утраченные «образ и подобие». То есть Высшая Идея, смысл заложены не только в самом историческом процессе, не только в судьбе каждой нации, но и в каждом из нас.
В народе говорят: «Собором и чёрта поборем».
Вы уж извините за такую идейную атаку, но мне действительно очень важно, чтоб Вы хотя бы маленькими порциями вникали в ту часть книги, за которой стоит не просто «мудрование», а итог духовного опыта всей жизни. Понимаю, охотников до такого чтива всегда мало. Даже столь популярный на Западе Бердяев сетовал, что его идеи по-настоящему разделяют лишь несколько человек, причём дамы. И у Владимира Соловьёва была наиболее глубинная мистически -эпистолярная связь именно с дамой - по имени Анна, а по фамилии, кажется, Штерн. Которая потом эти письма издала и прославилась. Так что всё впереди.
Ну а ежели серьёзно, страшно одно – не успеть исполнить предназначенное. Прервать цепь между теми, кто строил альтернативную цивилизацию до нас, при нас, и теми, кто придёт после. Потому что если не мы с вами, то кто? Попыталась в «Дремучих дверях» суммировать и отстоять духовные ценности Антивампирии, обозначив возможный выход из нынешнего идеологического вакуума. Это спор не только с нашими духовными и идейными врагами, лжецами и путаниками, но и с попытками исказить учение Христа. Спор с нынешней социально-церковной проповедью, символом которой стал новый храм на месте разрушенного, больше напоминающий торговый центр.
Суть случившегося со мной духовного переворота (об этом в истории Гани в финале первого тома) заключалась в том, что я стала воспринимать окружающую действительность менее реально, чем мир, который был мне на мгновенье приоткрыт и чьи тайны с тех пор так рвусь познать. Тут можно провести параллель с двумя пассажирами поезда, один из которых верит, что рано или поздно преставится в своём купе и на этом для него всё кончится, а другой – что просто сойдёт однажды на своей желанной остановке, где и начнётся подлинное бытие. Согласитесь, разница между поведением этих двух пассажиров будет разительной – первый будет шустрить и устраиваться поудобнее, а второй…
Вы, естественно, спросите, с чего это я в таком случае впилась в Изанию и даже собираюсь её возводить не только в своём купе, но и во всём поезде, где уже давно чувствую себя случайной пассажиркой? Да в том-то и дело, что катастрофа с нашей страной, посланная свыше в назидание, вдруг ясно показала, что никто в поезде не случаен, как и сам поезд. Что сидеть на чемодане и глядеть в окно – предательство, преступление против Замысла. Что это мечтательное сидение и спячка в ожидании своей остановки - такое же опасное состояние души, как и ссоры из-за верхней и нижней полки. Потому что и рай, и ад берут начало именно здесь, в земном пути – неизвестно откуда в неизвестно куда.
Поэтому для меня Изания, которую мы сейчас так прозаично пытаемся на Форуме сконструировать со всякими там иуе, должна, в конечном счёте, стать тем самым сквозным коридором «не от мира сего». Ведущим не в вагон-ресторан и не на рельсы, а в иное измерение.
В этом самом «ином измерении» я первым делом разыщу господина Достоевского и скажу, что он был не прав, считая, что бесов атеизма и русской революции породил бунт против Бога и Его Замысла. Напротив, атеизм был бунтом против ложного бога и лжехристианства, выдуманных рабовладелицей-Вампирией, путь к Богу и Истине «с чёрного хода». Это происходит, когда церковная социальная проповедь, благословляя казино и банки (хотя христианам запрещено давать деньги в рост), вступает в противоречие с вписанным в сердца Законом или совестью. Народ в Октябрьскую революцию, по моему глубокому убеждению, разрушал не храмы, а социальные институты угнетения «в образе храмов». А бесы просто не преминули воспользоваться ситуацией.
Ну вот, не хотели читать мои «мысли о главном» в романе, подсунула их Вам в письме. Всё, больше не буду.
«Почему бы не попробовать начать что-то делать на основе Вашего посёлка» - пишете Вы. Посмотрите на сайте мою статью «Праздник на нашей улице» - там именно об этом. Об «Изании юных». Ну а «помощь бедолагам» должна войти в него как часть проекта, с использованием бесхозных домов, участков, доведения до ума наших резервов, пока их совсем не прибрали к рукам, и трудотерапией «расслабленных». Народ пребывает «в расслабухе», и задача Изании пробудить в нём творческие и духовные силы, поставить на ноги, а не просто накормить. Не можешь ходить – вяжи и шей. Не можешь шить – поделись своим жильём с теми, кто его не имеет, получив за это пищу и уход. Пусть это жёстко, но другого выхода нет. Осознать себя частью живой системы, а не кричать «Моё»! пока не околеешь.
Основная проблема, как я уже писала, в отсутствии «делателей», которых, видимо, придётся добывать, как руду, а у меня сейчас на это нет времени – важнее разобраться с теорией.
Насчёт серии консультаций с юристами, экономистами и налоговиками. Вы правы – надо всё это тщательно изучить, прежде чем приступать к конкретным практическим шагам.
Теперь по поводу Дениса, Гани и других мужчин в жизни Иоанны. Один товарищ с ФК-М сказал своему сыну, что по ним можно изучать разновидности совершенно непохожих друг на друга состояний души, которые в русском языке почему-то именуются одним словом: «любовь».
1. Рома с медфака – это «любовь-дружба». Помните, были такие дискуссии? С ним «можно пойти в разведку» и вообще надёжно шагать по жизни. Кстати, наилучший вариант для счастливого замужества.
2. Денис. Любовь-собственность. «Хочу заполучить, завладеть». Крайне болезненное состояние, сродни лихорадке.
3. Ганя – Любовь Неземная, тот самый брак, который «совершается на небесах» и на земле невозможен, - ни в виде идиллии семейной, ни сексуальной, ни даже какого-то «общего дела» – уж очень высока по полёту эта нездешняя птица.
4. Кольчугин. Любовь эротическая. Я не говорю «плотская», потому что «фишка» здесь, как теперь говорят, в букете обоюдных комплексов, замешанных на богатом воображении, присущем творческим натурам. Короче, «мороженое из сирени».
5. Любовь христианская. Это уже второй том, болезнь Дениса. Ну, просто есть некто, кого тебе поручил Господь, можно даже сказать «прирастил» к тебе. Некто может тебя мучить, дёргать за хвост, это, кстати, не обязательно муж или мужчина, а живущая у тебя в доме девочка из неблагополучной семьи, у которой от пьянки умерли родители, как моя крестница Наташка. Просто ты не можешь, а главное, не хочешь избавиться от этого креста и связанных с ним мучений, даже мысли такой не допускаешь. Тоже мистика. Но тут есть одна грань – человеколюбие не должно стать человекоугодием – ты должен именно спасать, а не позволять себя использовать всуе.
Вот Вы и получили ключ от личного «жития Иоанны».
Теперь по поводу «прототипов». Здесь, как обычно водится у сочинителей: «Я его слепила из того, что было».
А что же, собственно, было? Тут уж, сами понимаете, не только моя тайна.
Длинное, однако, вышло письмо. Прошу - одолевайте понемногу второй том (он ещё труднее первого), хоть по чайной ложке, как микстуру. Мне многие говорят, что начинают понимать и оценивать некоторые мысли только с третьего прочтения. Может, это и плохо, но утешаюсь тем, что и великих мыслителей народ не читает, не только Иванову.
Ещё раз приглашаю к нам на Форум - для поднятия планки обсуждения.
Храни Вас Господь, Игорь, ещё раз спасибо за хорошее письмо»
2002-04-25
А если не замахиваться на Вильяма нашего Шекспира…
Л.Хачатуров: -
А вот как только мы начнём перемещать купюры, то государство претендует на контроль над любым перемещением купюр и взятие соответствующего налога с них.
Ю.И.:
- Согласна. Прежде чем запускать Изанию, надо будет проконсультироваться всесторонне с квалифицированными юристами, налоговиками, экономистами и программистами. Впрочем, это можно делать уже сейчас.
А что, ежели так: сидит за столиком барышня, перед ней телефон, компьютер или просто несколько картотек с базой данных. А также стопка неоплаченных заявок-счетов от различных изан, у которых есть в нашем внутреннем банке заработанные в иуе суммы. А ещё перед барышней – стопка разноцветных карточек-талонов на обслуживание по темам: жильё, питание, строительство, ремонт, учёба, лечение, уход за детьми и престарелыми, отдых и т.д. Или общая карта-талон, можно отрывной.
Допустим, приходит с улицы товарищ, желающий приобрести у нас карту на месячную аренду шофёра с машиной (кадры мастеров, желающих с нами сотрудничать, подбираем заранее, хотя бы по газете «Из рук в руки» - с обязательством обеспечивать их работой). Барышня находит товарищу подходящий вариант (цена, район и т.д.), подсчитывает сумму (аванс и окончательный расчёт в конце месяца) и выбирает в стопке счетов (за коммунальные услуги, плату за обучение, лечение, покупку стройматериалов на складе и т.д.) один-два на подходящую сумму. Которые «товарищ с улицы» просто должен оплатить (можно по перечислению в соответствующую бухгалтерию). Как только счёт оплачен, находящаяся на руках у товарища изанская транспортная карта становится документом и может быть предъявлена как оплата перевозок нашему шофёру, которому на его личный изанский счёт сразу же поступает соответствующая сумма в иуе. Получить «зарплату» шофёр сможет по завершению работ в конце месяца – допустим, нашей продуктовой или иной карточкой. Или, по необходимости, наличными, когда другой «товарищ с улицы» пожелает приобрести у нас за нал жилищную или медицинскую карты. Тогда этот нал выплачивается шофёру.
При такой системе, если её хорошо продумать и обкатать, в изан-банке будут лежать на счетах лишь виртуальные иуе, которые не уколупнёшь.
2002-04-25
САШКА, ВАСЬКА И СНОВА ОДИНОКИЙ ВОЛК
(начало восьмидесятых)
О «чудесах» Преподобного я и поведала Сашке перед тем, как отправиться с ним в милицию. И ещё рассказала, как однажды должна была отвезти маме, живущей на станции по нашей дороге, две полных сумки скоропортящихся слив и яблок. В тот же день я была записана к зубному, и встала дилемма: или первым делом отвезти маме «дары сада», рискуя опоздать к врачу и «не быть принятым», или же с тяжеленными сумками таскаться по Москве в поликлинику, а уж затем – к маме. А в сумках к вечеру наверняка будет компот…
Тогда я стала взывать к Небу подсказать правильное решение и не придумала ничего лучше как традиционно кинуть монету. Выпало – ехать в Москву. Плелась с сумками по платформе к метро, подняла глаза и… В электричке, готовой вот-вот отбыть из Москвы, с моей стороны, у открытого окна, сидела сестра Алёна, проживающая с мамой. Я быстро передала ей в окно сумки, а уж потом стала размышлять, какова вероятность подобного совпадения. Чтоб две электрички в одно и то же время, на одном пути, да чтоб Алёна сидела с моей стороны, да чтоб я вышла именно на эту платформу, да чтоб подняла глаза…
И ещё я рассказала Сашке про бурю, которая внезапно распахнула огромную тяжёлую створку окна – едва успела удержать, и ураган начал рваться внутрь комнаты. Я была в доме одна. Навалившись всем телом на раму, чувствовала, что долго так не выдержу – от порывов ветра рама ходила ходуном, выскочив из пазов, никак не хотела закрываться. Стоит отпустить – вмиг разобьётся стекло, и тогда…Что же делать, Господи?
И вдруг – внезапное озарение. Неведомая сила остановила ветер и подсказала, что в камине лежит небольшая деревяшка, предназначенная на дрова, но заточенная с одной стороны клином. Я бросилась к камину, затем назад к раме, едва успев к очередному порыву ветра. Оставалось лишь втиснуть деревяшку заточенным концом между рамой и подоконником, несколько раз стукнув по ней оказавшимся тут же под рукой камнем для засолки капусты. Деревяшка легко продвинулась под раму – будто специально для того и была заточена. Рама приподнялась и встала на место, замок закрылся. Ну скажи, Сашок, – разве не чудо?.
Не знаю, поверил ли он, но наутро мы с молитвой отправились в милицию. Я его всю дорогу крепко держала за рукав куртки, чтоб не сбежал. В тамбуре электрички Сашка выразил желание закурить.
- В последний раз, там уж «Яву» не купишь, - обречённо вздохнул он.
Но в милиции снова началось волшебство. Те самые церберы, что ловили его по полям и лесам, заламывали руки, материли и грозили сроками, вдруг превратились в сущих ангелов. Здоровались с ним приветливо, будто брата увидели, расспрашивали сочувственно, давали советы, ходатайствовали, водили из кабинета в кабинет, пока мы с ним, не уставая благодарить и раскланиваться, не добрались до начальницы паспортного стола, которая записала все данные и велела через несколько дней приходить за документом. А кто-то и работу порекомендовал хорошую – в соседнем совхозе, с общежитием…
Спустя полгода мы с Борисом увидели Сашку воскресным днём в храме. Прилично одетый, он чинно кивнул, шепнув, что у него всё в порядке, работает, собирается жениться. И что поставил свечку за упокой горемычной нинкиной души. Больше мы его не встречали.
Довелось спасать и Ваську, сына Валентины из нашего посёлка, с которой мы вместе ездили в храм. Прибежала как-то, бухнулась в ноги. Приходили, мол, из милиции – сын твой тунеядец, алиментов не платит, будем сажать. Короче, Юлька, спасай Ваську. Беспутный Васька, по прозвищу «котяра», с наглыми кошачьими глазами и презрительной улыбочкой на тонких губах, очень нравился женщинам, которые от него беспрерывно беременели, делали аборты, вцеплялись друг другу в волосы и лили слёзы. А Васька кочевал от одной к другой, девчонки щедро поили его, чтоб удержать, сами спивались и погибали. Короче, в глубине души я считала (не ведая, правда, об ужасах тюремной жизни), что Ваську давно пора изолировать от общества. По крайней мере, от его прекрасной половины. Но Валентина так взывала к Божьей и лично моей милости…
- Ладно, приведи его.
Васька явился трезвый и какой-то пришибленный – он уже однажды сидел и повторения явно не жаждал. Он безропотно согласился на все мои требования – надел крест, затем мы вместе помолились. Дал слово пораньше лечь спать и не употреблять, даже пива. А наутро, вооружившись всевозможными удостоверениями и убойными аргументами в защиту заблудшей васькиной души, я повела его в психбольницу. Как сейчас помню, на улицу 8 марта, куда, как меня предупредили, устроиться по блату стоит пятьсот рублей.
Удостоверения и пламенные речи сработали. Лицо главврача постепенно сменило маски «Пой, ласточка, пой» и «Меня больные ждут», на всё более возрастающий интерес – не к Ваське, молча сидящему у стола в позе притомившегося от добрых дел ангела, а к моей персоне. Причём интерес чисто профессиональный. А «ласточка» всё пела про вернувшегося из тюрьмы Толика, про его опечатанную квартиру, и как тот едва её не придушил, обидевшись на человечество. И про Нинку с Сашкой в шалаше на мёрзлой земле, и про Нинкину гибель под электричкой, и что надо обществу в лице милиции встречать своих заблудших подопечных жильём и работой по душе, а не толкать на новые преступления…
- А у вас дома они костры разводить не пробовали? – вдруг весело перебил главврач, - Скажи, тебе-то какого лешего до их дурдома?
Из неуклюжих моих попыток прояснить для него, да и себя самой, ответ на этот вопрос, он увидел во мне, скорее всего, экзальтированную жертву религиозного дурмана, напуганную поповскими байками про адские муки для не соблюдающих заповедь о «милости к падшим».
- Грехов, что ль, много? – подмигнул он.
Грехов хватало. Я вообще себя порой осознавала испорченным механизмом, производящим сплошной брак из поступков, желаний и помыслов. Но, видит Бог, боязнь ада, наказания, меньше всего были стимулом моей неуёмной жажды спасать. Мысль: «вот стану творить добрые дела и спасусь» вызывала зевоту. Некоторые духовники говорили, что это «от гордости», но я и сейчас не приемлю этой корыстной цепочки: «Вот пущу переночевать бездомного – попаду в рай.» И не могу сказать, что «любила» этих бедолаг, - порой от них прямо-таки воротило. Тут было другое, мистическое – некое действо с элементами творчества, битва с врагами видимыми и невидимыми и, конечно же, самоутверждение, потому что радость, когда иногда что-то получалось, была и моей. Нас будто связывала отныне некая пуповина общей победы.
Может, и Творец, вложивший в нас, грешных, частицу Себя, так же страдал за каждого из-за этой «пуповины», когда она до предела натягивалась или совсем обрывалась, а «творение» обрушивалось в очередную бездну?
Во всяком случае, Ваську Господь помиловал – скорее всего, по слёзной и горячей материнской молитве Валентины. Его оставили в психушке на излечение, выдали нужную справку. Чтобы он и дальше трепал матери нервы, то впадая в запой, то завязывая, то работая, то тунеядствуя. Чтоб менял женщин, которые по нему сохли, чтоб фактически сгубил Лильку, Наташкину мать. Но об этом ниже.
Во всяком случае, сейчас, в октябре 2002-го, когда я пишу эти строки, красавица и «царь-баба» Лиля уже давно в могиле, а Васька полгода как закодирован. Скоро срок кодировки кончается, и Валентина с очередной его подругой со страхом ждут, что будет дальше.
Неисповедимы пути Господни.
Миловал Господь и Толика, который всё больше зверел от необходимости у нас скрываться и жаждал свободы. И вот приснился мне странный сон. Будто я в комнате с открытым окном, выглядываю во двор и вижу волка, который тоже видит меня и начинает прыгать, пытаясь вскочить в окно. Я протягиваю волку руку, втягиваю в комнату за лапу, но через мгновение уже застываю в страхе, потому что волк начинает, как бешеный, носиться по комнате, круша всё подряд. Мне удаётся с невероятными усилиями добраться до окна и снова его распахнуть, куда волк в конце концов и обрушивается. Мне становится жаль зверюгу – неужто разбился? Выглядываю – слава Богу, всё в порядке, волк, прихрамывая, трусит прочь.
Сразу подумалось о Толике. Пошла к отцу Герману. Тот подтвердил мою мысль, сходу предсказав:
- Терпи. Он сам скоро уйдёт.
После очередного закидона нашего «волка», Борис мой, позвонив по кремлёвке секретарю райкома партии Киевского района, получил аудиенцию и обещание разобраться насчёт толикиного жилья, работы и дальнейшей судьбы. Через неделю секретарь сказал, что в Киевском суде из архива дело Трыкова исчезло. Скорее всего, уничтожено как липовое.
Что делать? Борис рухнул на колени перед иконой Спасителя и слёзно молился, а наутро поехал прямо к директору завода им. Хруничева, где прежде работал Толик.
- Трыков? Так это же бывший капитан нашей лыжной команды! Где он? Пусть приходит прямо ко мне.
Толика сразу же оформили на работу, затем Борис отправился к начальнику паспортного стола по поводу прописки и жилья и обнаружилось, что квартира «волка» чудесным образом пока никем не заселена, только опечатана, что надо лишь заплатить квартплату за два с половиной года, что мы незамедлительно сделали. Толик попросил ещё деньжат (взаймы до получки) – пришлось занять у родичей, но дать.
Наверное, так чувствовали себя атланты, с которых сняли тонну-другую груза. Спустя полгода или год, не помню, «волк» заехал в гости, сообщив, что работает, проживает по месту прописки, нашёл хорошую женщину и выражает нам благодарность. Про «долг» ни он, ни мы, речь не заводили. Толик привёз подарок – сделанный своими руками макет домика, который мы вскоре подарили каким-то молодожёнам на свадьбу как символическое гнездо «верной любви и защиты от жизненных бурь». Не знаю, принёс ли им счастье наш с «волком» дар
БЫЛ МЕСЯЦ МАЙ
В БЕСЕДКЕ С:
Игорем, Л.А.Хачатуровым и Игорем (ф.С.К-М)
И остави нам долги наши, как и мы
оставляем должникам нашим…
Игорь: «ИУЕ – просто долговые расписки администрации Изании.»
Ю.И.: - В противостоянии Вампирии мы должны прежде всего представить Изанию как проект духовно-социального возрождения народа, а не коммерческий.
Изания – Союз Взаимопомощи. Здесь первая часть фразы заключает в себе духовное содержание (Исполни Закон Неба), а вторая – социалку. Союз
Рассмотрим несколько примеров, исходя из предложения Игоря насчёт
Таким образом, если взять за основу долговые обязательства, как предлагает Игорь, то получается следующая картина:
Продолжим. Зубной техник Петров, протезируя зубы шофёру Иванову и другим изанам, тоже выполняет долговое обязательство, только жилищное, снимая у изанина Сидорова помещение под свой зубоврачебный кабинет. А Сидоров расплачивается сдачей квартиры за долговое обязательство по ремонту своей дачи изанской бригадой.
Бригада же строит и ремонтирует дома, отрабатывая, допустим, комплексные карты жизнеобеспечения: питание, детсады, репетиторство, медобслуживание, уход за лежачими родственниками, отдых и т.д.
Мне предложение Игоря представляется интересным и достойным обсуждения.
Здесь есть ещё один аспект: Изания – это «Исполни Закон Неба».
Взаимное оставление долгов, на чём будет основана Изания, даст нам возможность привлечь на свою сторону духовно-социальную общественность и стать под её защиту.
Властям придётся изрядно попотеть, чтобы найти юридическое и нравственное обоснование для обложения налогами такой системы элементарного
2002-05-15
Ой ли? Обратимся к первоисточникам
Л.А.Хачатуров: - Прям не знаю, что ответить. Финансы и мирское богатство всегда были ниже Власти. А Власть была от Бога.
Ю.И.: - Ой ли? У апостола Павла действительно есть фраза, что «всякая власть от Бога», но ниже в «Послании к римлянам» следует уточнение: «Ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся; ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое.
Приравнять к такому «справедливому» начальству времён первых христиан звероподобных кесарей последующих столетий было бы кощунством, а требование подчиняться им – грехом против этой самой
Подчиняться же человек должен непосредственно Творцу через вписанный им в сердце Закон Неба (совесть). Эта аксиома, кстати, и положена в основу Изании – (Исполни Закон Неба).
Это – внутренняя подлинная Свобода духа в противовес внешней: «что хочу, то и ворочу», а обрести эту Божественную свободу можно лишь в добровольном сыновнем послушании непосредственно Отцу.
В подтверждение я уже приводила неоднократно цитату из самого что ни на есть первоисточника – из Библии, где Господь предостерегает через Самуила еврейский народ, пожелавший подчиняться не Богу, а царю. Что, мол, царь ваш вскоре сделает вас рабами и заставит на себя ишачить. А когда взвоете от такого царя, Бог вас уже не услышит.
Вы полагаете, что «финансы и мирское богатство всегда были ниже власти». Увы, они родились вместе с властью и с тех пор идут, как правило, бок о бок. Цель Изании этому порядку противостоять, отдавая «кесарю – кесарево», но по возможности изменяя мир к лучшему. И помня ещё одну Евангельскую установку, которую я сделала эпиграфом «Дремучих дверей»:
«Вы куплены дорогой ценой; не делайтесь рабами человеков.»
Молчание постсоветских ягнят
Л.А.Хачатуров: - Резюме: «На всякую овцу найдётся стая голодных волков.»
Ю.И.: - «СНГовцы, СНГ-бараны! В ваших СНГоловах СНГнулись краны. До костей ободраны, в СНГульку пьяны, и жуют из вас шашлык СНГ-паханы.»
Этот стишок я сочинила именно про таких «молчащих овец».
У нас несколько выходов:
1. Кровавая революция, где волки и овцы меняются местами, на какое-то время восстанавливается справедливость, а затем всё возвращается на круги своя, потому что в бывших овцах просыпаются те же волки. Иными словами, человека «по образу и подобию» побеждает «зверь первородного греха». Это мы уже проходили. Опять же сказано: «Не убий».
2. Самим стать волками или им прислуживать, питаясь костями своих ближних «с барского стола». Тоже запрещено свыше и совесть не позволяет. Всевозможные «демократические и социальные преобразования» легальным путём отметаю сразу как охмурёж и типичный разговор волка с ягнёнком, вздумавшим «качать права»: «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать».
3. Покорно ждать, когда тебя сожрут. Некоторые даже полагают, что в этом и состоит суть христианства. Типичная сатанинская ложь, подмена понятий. Не хочется повторяться - об этом, по сути, все мои книги. Приведу лишь две библейских цитаты:
«Вот пост, который Я избрал: разреши оковы неправды, развяжи узы ярма, и угнетённых отпусти на свободу.»
В Евангелии также сказано: «Не противься злому», а не «злу». То есть злому человеку, своему личному врагу, исправляй его добром. Прощать надо своих врагов, но не врагов слабых и беззащитных ближних, которых терзают современные Чикатиллы. Потворствовать вампирам – не что иное, как умножать зло. Тот самый случай, когда «молчанием предаётся Бог».
4. Есть ещё путь святых, молитвенного и аскетического подвига «за грехи мира». Но тут мы с Вами, как я понимаю, не потянем.
Значит, остаётся Изания – противостояние тех, кто не хочет быть ни волком, ни молчаливой овцой. Ни жрать других, ни самому служить пищей. Путь в гору и против течения всегда труден, но у нас нет иного выхода. Разумеется, лезть на рожон глупо, но уповать, что законы бойни станут гуманными – ещё глупее.
Поэтому давайте следовать опять же евангельскому наставлению: «Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков: итак будьте мудры как змии, и просты, как голуби.»
Л.Хачатуров: - Сейчас ситуация такова, что финансы есть, а Власти нет. Есть псевдовласть от финансов и богатства, но она защищает не народ, а финансы и богатство.
Ю.И.: - Но это и есть власть! Та самая «власть тьмы», когда «сатана правит бал и люди гибнут за металл» и о которой сказано: «У нас в России две напасти: внизу – власть тьмы, а наверху – тьма власти.» О какой такой Власти с большой буквы Вы грезите? Капитал же, стремясь к «дурной бесконечности» возрастания, всегда стремится войти во власть и завладеть ею – на этом, собственно, и строится глобализм нового мирового порядка. Идеал которого – человек, служащий нулям своего банковского счёта.
Л.Хачатуров: - Возникнет Власть – и он (капитал) съёжится до своих нормальных размеров.
Ю.И.: - Неужто Вы не слыхали о поголовной коррумпированности чиновничества? Даже «отцу народов», смертельному врагу капитала, приходилось время от времени производить чистки среди «касты проклятой», как он называл перерождающуюся номенклатуру.
Основой Изании должно стать не наличие или отсутствие капитала,
Восхождение в связке.
Л.Хачатуров: - Нам всем предстоит преобразиться. Изания сможет послужить своеобразным реабилитационным центром, где население будет превращаться в народ.
Ю.И.: - Спасибо, лучше не скажешь. Только ежели мы для этого будем ждать милостей от земной власти, оно, население, превратится не в народ, а в кладбище.
Ни в коем разе не призываю «Русь к топору», но окончание этого знаменитого письма Герцена из позапрошлого века весьма поучительно:
«Прощайте и помните, что в который раз губит нас вера в добрые намерения царей.»
2002-05-07
Про Третьяковых и Пироговых
Игорь (К-М): - Частная собственность – законный механизм власти над людьми и их эксплуатации. Если она настоящая, а не игрушечная, про которую Вы пишете. Нужно такое в Изании?
Ю.И.: - Повторяю – частная собственность действительно, как правило, является «законным механизмом власти над людьми и их эксплуатации», но это отнюдь не означает, что какой-либо Третьяков, Пирогов или Боткин из Изании не могут по этой причине приобрести в собственность картинную галерею или больницу. Не вижу в современном мире иного способа реального его преобразования в лучшую сторону. Практически всё можно использовать и во благо, и во вред – и атом, и генетику, и интернет, и даже церковь. Кстати, многие святые были очень богатыми людьми (святитель Николай, Василий Великий), и богатство давало им возможность делать добрые дела. Изания - союз тех, кто (на второй ступени) будет использовать частную собственность и прибыль (внутри Изании) для развития духовно-творческого потенциала своего и других - для возрождения страны, для противостояния новому мировому порядку. Ведь к нам люди будут идти
Или Вы собираетесь противостоять глобализму с сохой? Группы изан будут иметь в собственности больницы, киностудии, издательства, сельхозугодья, возможно, и предприятия – что в этом плохого, если все они будут работать друг на друга по нашим законам? Новая форма частной коллективной собственности безо всякой эксплуатации.
Не забывайте, Игорь, - речь ведь не о всём населении. Изания – союз сугубо добровольный. Просто если дело пойдёт правильно, к нам будет присоединяться всё больше народу.
Тащить не всех бегемотов
Л.Хачатуров: - Ну вот вам, Юлия, получите: «Глас из болота».
Ю.И.: - Был ещё при советской власти писатель Валентин Овечкин. Слыхала, что он однажды вступился за народ и написал очерк супротив властей. Так эти же самые рабочие в ответных откликах до того измордовали «народного заступника», что он, разочаровавшись в «бегемоте», пустил себе пулю в лоб. Я, к счастью, никогда по поводу «народной святости» не обольщалась – первородный грех ещё никто не отменял. И постсоветский бегемот своей «свободной волей» в данный момент из болота вылезать не намерен – тут Вы совершенно правы.
Изания, повторяю, уповает не на весь «народ», а на его лучших представителей. То есть мы будем тащить не всех бегемотов подряд, а которые об этом попросят своим бегемотским волеизъявлением.
Про власти-напасти
Александр: - А вы всё ищете хозяев на свою голову.
Л.Хачатуров: - То, что сейчас народ незащищён, означает, что власти нет.
Ю.И.: - Ребята, будьте точнее в высказываниях. Это лишь означает, что нет власти «пастырской», а есть вампирская «власть тьмы». Но это тоже власть, заставляющая людей терять человеческий облик. Извините за повтор, но воистину «в России две напасти: внизу – власть тьмы, а наверху – тьма власти».
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
(начало восьмидесятых)
Потом мне последовало ещё одно грозное предупреждение – опять в виде сна. Будто возвращаюсь домой, а к нашей калитке тянется процессия – вроде как крестный ход, с иконами, хоругвями, свечами. На ведущей
к крыльцу дорожке пытаюсь потихоньку протиснуться к священнику - узнать, что происходит. Попадаю вместе с шестви
ем в большой зал - уже и не наш дом вовсе, а нечто вроде ресторана – люди за столиками, люстры, дверь в туалет. Наконец настигаю священника и складываю руки для благословения, но он ускользает в эту самую дверь, а я вижу перед собой Сашу Лобанова, с нашего факультета журналистики. В руках у Сашки что-то типа рации.
- Нет, ты погляди, что они здесь устроили! – негодующе бормочет он, - Ну, погодите.
И начинает спешно с кем-то созваниваться. Собираюсь тоже нырнуть в туалет, но Сашка удерживает, глядя подозрительно на мои по-прежнему сложенные для благословения руки.
- А чего это у тебя с руками, а? – грозно спрашивает он.
- Ничего, это я так, мыла в туалете, теперь сушу, - пятясь оправдываюсь я и тащу за собой прочь неизвестно откуда взявшегося Бориса.
- Что ты дёргаешься, это же Сашка Лобанов, - недоумевает тот.
- Какой тебе Сашка! Сашке, как и нам, сейчас за сорок, а этому не больше двадцати. Садись скорей, будто ждём заказа.
Борис нехотя опускается на стул. Утыкаюсь в меню и с ужасом вижу краем глаза, что вокруг за всеми столиками сидят бесы – с уродливо вытянутыми, сплющенными или вогнутыми лицами, как в зеркалах комнаты смеха в парке культуры. И все смотрят на нас. Некоторые встают и начинают подбираться ближе, хихикая и гримасничая. Что делать?
Крест! – вспоминаю я, размашисто осеняя крестным знамением уродливые надвигающиеся силуэты. Не сразу, но помогает – бесы отступают, отпрыгивают, а то и беззвучно лопаются, оставляя после себя клочья пены, как от мыльных пузырей. Я смелею, впадаю в эйфорию, чувствуя себя всесильной и наслаждаясь их паникой. И тут в углу комнаты (теперь это снова наша дачная комната с русской печкой) вырисовывается на стене огнедышащая страшная маска с чёрными прорезями глаз. Понимаю, что это он, самый главный, и кричу с дерзким вызовом: «Ну пугай меня, пугай!». Поднимаю для спасительного креста руку и… Тут из маски что-то выстреливает – то ли кулак, то ли пушечное ядро, меня подбрасывает, крутит в воздухе…
Фойе, вокруг зеркала. Но… В них нет моего отражения! Борис - вот он, рядом, а моего - нет.
- Меня нет в зеркале, - шепчу в панике, - Она… он убил меня!
- Ближе подойди, - усмехается Борис.
Подхожу… Отражение проявляется, но эта распухшая фиолетово-коричневая физиономия не имеет ко мне никакого отношения. В ужасе отшатываюсь и просыпаюсь. Не иначе как была мне показана в зеркале падшая моя душа, изуродованная грехами.
На исповеди рассказываю сон отцу Владимиру. Тот укоризненно качает головой.
- С ним так нельзя.
- Так я ж во сне!
- Всё равно нельзя. Осторожней на поворотах.
Спустя недели две я полезла на верхнюю полку за бустилатом – встроенный шкаф был в туалете. Взобралась на стул и… Едва поместившийся в тесном пространстве стул из-под меня непостижимым образом будто кто-то выдернул, я кувыркнулась в воздухе и с размаху головой врезалась в унитаз. Посыпались искры – точь-в-точь как у гостя в «Весёлых ребятах», которого Орлова не помню чем по лбу огрела. Ну, всё… Голова гудела, кружилась, но я была скорее жива, чем мертва. Позвала Инну. Та довела меня до тахты, принесла полотенце и тазик со снегом, стали прикладывать холод. Моё объяснение (кто-то выдернул стул) поначалу показалось ей бредом. Она несколько раз пыталась провести следственный эксперимент, но стулу, зажатому со всех сторон в тесном туалете, действительно опрокинуться самому было никак невозможно. Тогда Инна, само собой, остановилась на версии «козни КГБ». Причём, агент, пробравшийся в наш туалет, охотился, разумеется, за ней, а мне попало по ошибке.
Я же всё поняла, когда наутро глянула на себя в зеркало и увидала ту самую фиолетово-коричневую физию из сна с заплывшим глазом и распухшим перекошенным ртом.
«Осторожней на поворотах…»
B БЕСЕДКЕ С: Л.Хачатуровым и Игорем (С.К-М)
Других мозгов у меня для вас нет…
Л.Хачатуров: - Представьте себе такую фантастическую ситуацию, что клетки Вашего организма поднимут бунт против мозга на том основании, что мозг слишком много себе власти взял.
Ю.И.: - Да не «слишком много власти» хапает нынче мозг, а слишком много жизненных соков у прочих клеток. К тому же использует эти «соки» не во благо всего организма и даже не на себя лично, а обзаводится многочисленной «семьёй», роднёй и прочими вампирскими клетками соратников, которые разрастаются в чудовищную раковую опухоль и дают всё новые метастазы. Вот и получается, что избавиться от такого «мозга» можно только с помощью гильотины, что не раз случалось в истории. Я уже приводила Вам выше предостережение из Библии по поводу царской власти. Но, как сказал бы «отец народов»: «Других мозгов у меня для вас нэт». Поэтому давайте пока что попробуем с Божьей помощью обходиться своими мозгами и слушаться приложенной к человеку свыше инструкции.
Л.Хачатуров: - Чтобы вылезти из «болота», надо напрячься, организоваться, что скорее всего приведёт к появлению некоего организующего начала, которое скорее всего будет воплощено в некоем Вожде или Царе, которого «бегемот» должен будет слушаться.
Ю.И.: - По-моему, Изании никакие «цари» не нужны – только лидеры-организаторы, сподвижники, которых можно будет легко поменять при необходимости. Приказывают тому, кто не может повиноваться самому себе. Изане добровольно подчиняются высшему Закону и этим свободны. А вот народу-бегемоту безусловно необходим царь-пастырь. Но, во-первых, как вы уже писали, «бегемот не хочет вылезать из болота», а во-вторых, где этого самого пастыря взять?
Чего же надо и не надо бояться?
Л. Хачатуров: - Поэтому сейчас не «барина» надо бояться, а того, что «болото» нас и наших детей окончательно «обегемотит».
Ю.И.: - Бояться надо и того, и другого. Но более всего – нашего равнодушия (теплохладности), «из-за которого происходят все преступления на земле».
Да, народ не хочет «вылезать из болота», но этого хотят отдельные человеки (личности), с которыми нам и предстоит работать. Сейчас они сами выбраться на сушу не могут, придавленные «бегемотным монолитом». Наша цель – постепенно их освобождать, сделать недоступными и несъедобными для «вампиров». Не говорить: «Это невозможно, ибо запрещено законом», а искать оптимальные варианты совместной защиты от таких законов.
Потому что власть власти рознь. Бывает власть спасающая, оберегающая народ (не только в религиозно-нравственном, но и территориальном смысле, в плане «хлеба насущного»). Бывает власть одержимая, когда народ организуют и используют для осуществления той или иной, чаще ложной идеи-фикс. Но хуже всего власть вампирская, разлагающая, как у нас сейчас. Слава Богу, что она пока шаткая. Что может быть страшнее хорошо организованной «людоедской фермы»?
2002-05-07
А как быть с классиками?
Игорь (К-М): «А Вы всё ищете хозяев на свою голову. А в России люди всегда были свободные.»
- Я, кажется, чётко написал – «в России люди всегда были свободные» да забыл вставить маленькое примечание – кроме того небольшого периода конца 19 – начала 20 века, когда Россию, как сейчас, начал было разъедать капитализм».
Ю.И.: - Про кого ж тогда писал Михаил Юрьевич: «Прощай, немытая Россия, страна рабов, страна господ»? И что будем делать с крепостным правом? С некрасовскими «У парадного подъезда» или «Кому на Руси жить хорошо»? С «Воскресением» Льва Толстого? Да и с самим Александром Сергеевичем: «Тираны мира, трепещите, а вы, мужайтесь и внемлите, восстаньте, падшие рабы!» Задолго ведь сказано до «проклятого капитализма».
Игорь: - Есть серьёзные сомнения, что «Прощай, немытая Россия» написал Лермонтов.
Ю.И.: - Ну почему же? В этих строчках гораздо больше любви к России и боли за неё, чем в розановских воплях-соплях.
Одной ногой – в Изании, в Вампирии – другой
Игорь: - Внутри Изании вовсе нет необходимости дублировать громоздкий институт частной собственности «внешнего» мира. Ведь каждый сознательный член Изании может иметь частную собственность во «внешнем» мире», но использовать её во благо Изании.
Ю.И.: - Теперь я Вас поняла. То есть группа врачей-изан может приобрести во «внешнем мире» больницу в собственность (просто чтобы иметь возможность ею распоряжаться по своему усмотрению). Но внутри Изании в данной больнице вступают в действие законы «теремка», то есть взаимного «отпущения долгов» (взаимозачёты), где никто ни на ком не наживается, а наши врачи лечат членов Изании, получая взамен полную программу жизнеобеспечения от своих пациентов - людей других профессий.
Смогут ли они одновременно принимать на лечение пациентов «с улицы» за наличные? Ведь в этом случае придётся вступать с «внешним миром» в деловые отношения, включая налоги. Но и отказываться от наличных нельзя – они нам необходимы для закупки медицинского оборудования, лекарств, может быть, даже для создания специальных реабилитационных центров для наших больных - ведь сейчас вокруг сплошные рвачи и жульё.
Короче, придётся, наверное, подготовить с помощью специалистов проект создания таких учреждений, стоящих одной ногой в Изании, а другой – в Вампирии: (лечебницы, пункты питания, детсады, различные курсы для детей и взрослых, гаражи, дома-пансионаты гостиничного типа и т.д.) и взвесить наши права и возможности.
Так да не будет!
Игорь: «Счастливую и великую родину любить – невелика вещь. Нет, мы должны любить её, когда она мала, глупа, унижена, наконец, даже порочна. Именно, именно когда наша «мать» пьяна, лжёт и вся запуталась в грехе, мы и не должны отходить от неё. Но и это ещё не последнее. Когда она, наконец, умрёт и, обглоданная евреями, будет являть одни кости – тот будет русский, кто будет плакать возле этого остова, всеми заброшенного и всеми плюнутого. Так да будет.»
Как актуальны эти слова выдающегося русского мыслителя 20 века В.В.Розанова сейчас.
Ю.И.: - Во-первых, Игорь, Ваш «великий мыслитель» почему-то всё валит в одну кучу. Допустим, с первым утверждением согласиться можно – да, нельзя отходить и надо продолжать любить. Но для тех, кто разделяет идеалы Изании, и для меня лично, «любить» – означает спасать и отвоёвывать, а не пускать сопли и слюни над трупом. Кем будут обглоданы «кости», евреями или «новыми русскими» – уже не столь важно.
Здесь основное расхождение – в понимании слова «любовь». Вам, наверное, известно изречение из Библии, что «Господь кого любит, того наказует». Вряд ли мы дерзнём утверждать, что любим Россию больше самого Господа, а Он всегда в минуты, когда она «пьяна, лжёт и вся запуталась во грехе», насылал на неё страшные беды и катаклизмы, пока она не восставала из пепла. Это были страдания во имя очищения от грязи и дури, во имя исполнения сверхзадачи, образа и замысла Божьего, как в каждом из нас, так и в лике России. Это и есть любовь - спасающая в самом высоком смысле этого слова.
Оставим войны, бури и катаклизмы Воле Господа, а сами попробуем создать союз, где русским будет не тот, кто просто «не должен отходить от неё, когда она пьяна, лжёт и запуталась во грехе», а разгонит собутыльников, укроет мать в надёжном месте, протрезвит, отмоет и накормит, вернёт ей самоуважение. Запрёт на все замки окна, двери и ворота, а при необходимости и в бой вступит за её «честь и достоинство», не щадя живота своего.
Короче, мать надо немедленно спасать, а не сокрушаться в слезах, что ах, мол, её «обгладывают». Такая позиция лично для меня отвратительна. Слова Розанова: «Так да будет» заменяю на слова: «Так да не будет».
Не менять, а защищать от Вампирии
Игорь: - Пушкин ещё так сказал: «…но ни за что на свете не захотел бы я поменять отечество или иметь другую историю, кроме той, какую нам дал Бог».
Ю.И.: - Та же тема. Не надо менять ни отечество, ни историю, которая «не знает сослагательного наклонения». Надо на том месте и в том времени, где Господь призвал тебя из небытия, это самое призвание осуществлять, то есть по возможности «творить историю» в нужном направлении. Ежели принять за аксиому, что смысл исторического процесса и смены поколений– в отделении «пшеницы от плевел», то наша цель - умножение жатвы Господней.
Игорь: - Конечно, если замечать одни недостатки – тогда действительно устройство царской России было ужасным. Однако именно крестьянская община Руси с её великим православным религиозным чувством и космическим мышлением русского крестьянина в дореволюционной России породили великий Советский Союз.
Ю.И.: - Радищев охарактеризовал задолго до капитализма царское самодержавие: «Чудище обло, огромно, озорно, стозевно и лаяй» – чем не прообраз нынешней Вампирии? «Звери алчные, пиявицы ненасытные! Что мы крестьянину оставляем? То, чего отнять не можем – воздух. Да, один воздух». Нынешние умудряются и воздух отнять. Это я к тому, что «крестьянская община Руси с её великим православным религиозным чувством и космическим мышлением» породила в борьбе с «чудищем» не только «великий Советский Союз с его коммунистическими коллективами». Процитирую абзац из статьи священника Сергия Булгакова «На пиру богов», которую я использовала в «Дремучих дверях»:
«Погибло, всё погибло! Умерло всё, и мы умерли, бродим, как живые трупы и мёртвые души. До сих пор ничего я не понимаю, мой ум отказывается вместить. Была могучая держава, нужная друзьям, страшная недругам, а теперь – это гниющая падаль, от которой отваливается кусок за куском на радость всему слетевшемуся воронью. На месте шестой части света оказалась зловонная зияющая дыра. Где же он, великодушный и светлый народ, который влёк сердца детской верой, чистотой и незлобивостью, даровитостью и смирением? А теперь – это разбойничья орда убийц, предателей, грабителей, сверху донизу в крови и грязи, - во всяком хамстве и скотстве. Свершилось какое-то чёрное преображение, народ Божий стал стадом гадаринских свиней.»
Вот где воистину «актуальные слова»! В те годы Господь смилостивился и дал России пастыря, который пусть варварскими методами, но вернул народу «образ и подобие», которые мы сейчас вновь бесславно утратили. Теперь мы не то что Советский Союз, - Изанию никак не родим. Закончу из этой же статьи: «Произошло то, что Россия изменила своему призванию, стала его недостойна, а поэтому пала, и падение её было велико, как велико было и призвание.»
Игорь: - Это всё так, когда сбросили царя русские мужики, оставшись на некоторое время без царя и в голове. Это есть свидетельство величайшей трагедии народа. Но то, что русский народ-богоносец, очень быстро превратившийся в «разбойничью орду убийц, предателей, грабителей, сверху донизу в крови и в грязи, - во всяком хамстве и скотстве», на месте «зловонной зияющей дыры» в столь короткое время сумел построить вторую экономику планеты и дать непревзойдённые образцы стойкости духа, подвижничества и самопожертвования, наконец, целостного жизнеустройства, где нет места делению людей на избранных и отверженных, – говорит скорее об его избранности.
2002-05-22
Ю.И.: - Не забывайте – тогда ему был дарован свыше великий пастырь с «бичом Божиим». А что происходит с «избранником» сейчас?
КУДА ТАМ «ОСТОРОЖНЕЕ»!
(начало восьмидесятых)
Крестины, заочные отпевания и прочие мои подвижки продолжали выводить из терпения «духов злобы поднебесной». Подоспело время крестить внучку, а у меня и дочь, и зять были некрещёными, да и, как я уже писала, относились к участи собственных душ в вечности весьма безразлично, если вообще верили в наличие этих самых душ. Погоревав и покаявшись, я умоляла их об одном – окрестите ребёнка. А дальше – как Господь вразумит. Самой ярой материалисткой оказалась моя свекровь, Ритина прабабка, у которой было два железных аргумента: «Всё это глупости, а ещё культурная женщина» и «Простудите».
Ритку (ей было полгода) я всё же отвоевала, и мне её привезли на пару дней, чтоб в воскресенье ехать всем вместе в храм. Но, как только родители отбыли в Москву, она начала капризничать, а потом и вовсе зашлась такими воплями, что я в панике позвонила Вике.
- Лоб горячий? Живот? Стул? Кашляет? Горло?
- Температуры вроде нет. Просто орёт.
- Сейчас приедем и заберём.
У меня всё оборвалось. Заберут. Но вдруг и впрямь что-то серьёзное?
Я слыхала, что можно крестить самой, но не знала в точности, как. Ладно, Господь простит, если что не так. Приготовила святой воды, елея. Ритка продолжала надрываться.
- Крещается раба Божия Маргарита. Во имя Отца и Сына и Святого Духа…
Крестом трижды мажу ей лоб, щёки, ладони, ступни. Волнуюсь – наверняка что-то не по правилам. Кроплю святой водой. И впрямь, не простудить бы…Но в комнате по-летнему тепло, светит в окно вечернее солнышко.
И вдруг она замолкает – будто вилку из розетки выдернули. На ресницах ещё дрожат слезинки, щёки зарёванные. Внимательно смотрит на меня, всхлипывает ещё пару раз и внезапно улыбается воистину ангельской улыбкой.
Сейчас Маргарита уже взрослая девушка, весьма крутого нрава, и так, наверное, улыбается лишь во сне. Но тогда…Я взяла её на руки. Она улыбалась, во рту сверкали два молочных зуба, глаза были небесно-синие, и что-то в них такое неземное светилось, что у меня самой навернулись слёзы.
Примчались родители. Напрасно я уверяла, что ребёнок здоровёхонек, всю кашу съел, играет, что вопли её, как я уже поняла, - не от болезни…Ничего слушать не хотели, да и что толку было им рассказывать про бесов, ненавидящих крещение, тем более про нашу с Риткой тайну – всё бы закончилось очередным скандалом. В общим, внучку увезли, крещение в Церкви не состоялось, ну а я с тех пор успокоилась и на эту тему речь не заводила.
Однако вскоре девочка заболела по-настоящему – лежала в больнице с высокой температурой и грозными симптомами, а Вика над ней рыдала и молила Бога, в которого не верила, чтоб не забирал Ритку. И клялась, что тогда обязательно её окрестит, а в Него поверит…
Болящая выздоровела, и родители торжественно объявили, что в ближайшее воскресенье едут в храм. Причём креститься будут всей семьёй, раз уж так получилось – дочка, папа и мама. Я не была уверена, что взрослым нужна такая спешка, но промолчала, положившись на волю Божию.
Так они покрестились, тоже у отца Германа, потом обвенчались. Затем крестились мать Андрея, его младший брат, баба Лёля - моя крёстная (из староверов перешла в православие). Ну а там пришёл черёд Катерины - девочки моей дачницы, Лилькиной дочки Натальи…
B БЕСЕДКЕ С: Игорем
Грёзы под лестницей на коврике
Игорь: - Можно приобрести не только больницу, но и землю, простаивающие предприятия (коим несть числа), животноводческие комплексы и много чего ещё, что для нынешнего рынка является малоликвидным. Можно приобретать станки в коллективную собственность, цеха, в них делать изанские трактора и другую технику (вплоть до сотовой связи без паскудной рыночной повремёнки и вплоть до своего телевидения) с привлечением знающих людей из старшего поколения, чьи знания в нынешней России не востребованы. Сеять свой хлеб на своей земле, сбывать по потребностям изанам всё до последнего зёрнышка (а не как у нынешних ублюдков-реформаторов – урожай большой в кои-то веки (правда, на треть меньше советского), но гниёт под дождём, не находя сбыта по оправдывающим затраты ценам). Наконец, можно приобретать или арендовать карьеры, заводы и цеха по производству стройматериалов – строить изанам жильё.
На рынке продавать не более 10-15 % от построенного жилья (для приобретения строительной техники) – всё прочее жильё будет получаться изанами «натурой» за иуе. Использовать опыт молодёжных жилищных кооперативов 80-х годов. По моим оценкам для возведения жилья в многоквартирном доме для своей семьи, при нормальной обеспеченности техникой и штатным составом строителей, человек может себе квартиру построить меньше, чем за три месяца.
2002-05-22
«Делателей» надо делать
Ю.И.: - Вы правы, Игорь, – об этих перспективах я написала ещё во втором томе «Дремучих дверей». Изания - воистину счастливая идея с безграничным количеством возможностей противостояния Вампирии – в этом я всё больше убеждаюсь. Удалось бы при жизни положить хоть «краеугольный камень» в её построение ( этот камень – наша вера, наши духовные традиции, лучшее в отечественной и мировой истории и культуре, в великом советском прошлом). Мне не понадобилось изобретать велосипед – просто пришлось всё переосмыслить, изучить, суммировать и сделать следующий шаг.
Повторюсь в который раз - Изания даст каждому возможность не только выжить, но и состояться как личность, объединить «наших», принять участие в возрождении страны, противостоять глобализму и царству зверя, создав альтернативную экономику и цивилизацию.
Правовые, экономические и юридические аспекты необходимо будет уточнить, но, насколько я разобралась, ничего серьёзного нам власти вменить не смогут. А бояться волков, которым всегда «хочется кушать» – в лес не ходить.
Главная беда, повторяю, отсутствие в настоящее время лидеров-организаторов. Я знаю из своей журналистской практики, как создавались и раскручивались все «начинания», – надо идти в массы, выискивать и «отливать» лидеров. Это огромная работа, но иначе ничего не получится, особенно при нынешнем состоянии общества.
Я, в принципе, готова посвятить практической Изании «всю оставшуюся жизнь», но что я могу одна?
Короче, делателей тоже надо «делать». И «молить Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою».
Если Вы или кто-то из Ваших друзей согласны принять посильное практическое участие в нынешнем подготовительном периоде Изании – милости просим. Нужно будет встретиться и всё обсудить конкретно. Ждём-с
2002-05-26
«Много званых, но мало избранных»
Игорь: - Нынешние беды России вызваны, в главном, тем, что многие русские отказываются быть самими собой, забыв про отечество, его традиции и культуру.
Ю.И.: - И не только России, и не только русские, хотя не оспариваю «избранничества» Руси. Но ведь и еврейский народ был «избранником», однако отрёкся от своего «первородства», променяв его на «чечевичную похлёбку», изменив своему призванию и получив суровый приговор: «Остаётся ваш дом пуст». Теперь то же самое происходит с русским, можно даже сказать, с «советским» народом.
«Много званых, но мало избранных» - в смысле «избравших». Избранник – тот, кто
2002-05-26
Игорь: - Но то, что русский народ-богоносец на месте «зловонной зияющей дыры» в столь короткое время сумел построить вторую экономику планеты и дать непревзойдённые образцы стойкости духа, подвижничества и самопожертвования, наконец, целостного жизнеустройства, где нет места делению людей на избранных и отверженных -–говорит скорее о его избранности.
Ю.И.: - «В чём застану, в том и судить буду.» Можно сказать, что поколения русско-советских людей, выдержавших войны и другие страшные испытания, отстоявшие своё право не служить Мамоне, будут судимы Богом и историей совсем иначе, чем нынешние «Эсэнгэ-овцы».
2002-05-26
Ещё раз о Лермонтове
Игорь: - В этих строчках любви нет совсем, но есть презрение.
Ю.И.: - Тогда процитирую ещё кое-что из Михаила Юрьевича, имеющее отношение и к «избранничеству», и к «презрению», и к «любви». В школе мы это учили наизусть:
«К добру и злу постыдно равнодушны, в начале поприща мы вянем без борьбы;
Перед опасностью позорно малодушны, и перед властию презренные рабы.
Толпой угрюмою и скоро позабытой над миром мы пройдём без шума и следа,
Не бросивши векам ни мысли плодовитой, ни гением начатого труда.
И прах наш, с строгостью судьи и гражданина, потомок оскорбит презрительным стихом,
Насмешкой горькою обманутого сына над промотавшимся отцом.»
«Горькое презрение» – очень точно сказано о будущем Суде над нынешними «героями нашего времени.»
2002-05-26
ЛИЛЯ И НАТАЛЬЯ
(начало восьмидесятых)
Лиля была красивой статной девахой с западной Украины, в Подмосковье осела давно, меняя мужей и родив двух дочек. Мужья пили, отбывали срок, возвращались. Снова пили и сидели, но Лиля не унывала – бралась за любую работу, девчонок воспитывала в строгости. Ко мне приходила помочь по хозяйству – всё у неё в руках горело, спорилось. «А ну, давай шевелись, кляча!» – весело подгоняла она на совместных садово-огородных штурмах, и я рядом тоже «подпитывалась», вкалывая по-ударному. Однажды надо было перекопать участок под картошку (две сотки примерно в километре от дачи). Лиля взяла лопату и ушла первой, а мы с двумя мужиками ещё что-то корчевали, потом обедали и, наконец, собрались на поле. Навстречу – Лиля.
- А мы тебе обед несём, - сказала я, - Ну ладно, ребята пусть идут, а ты дома поешь.
- Чего им идти, разве что за бутылкой. Можно сажать.
- Так надо же докопать…
- Говорю, - вскопано.
- Всё?!
- Поди вас буду ждать.
Я, честно говоря, не поверила. Но огород действительно был не только перекопан, но и подготовлен граблями под посадку. Какие такие гномы помогли Лильке –до сих пор не ведаю.
Подкосила её всё та же водка. Я, заметив эту слабину, старалась, как и Нинку, её «воцерковить», брала с собой на исповеди, на службы. Потом покрестили Наталью, лилину младшую, хрупкую и болезненную. Я была крёстной. «Обещай, что не оставишь Наташку, если со мной что случится.» Я пообещала. «Что-то случалось» с Лилькой довольно часто, тогда Наталья ночевала, а то и подолгу жила у меня. Я готовила с ней уроки, занималась, подключая Бориса, английским и скоро привыкла к мысли, что у меня не одна дочка, а две. Тем более, что к Вике и Рите подступиться было невозможно – в Москве их воспитание окончательно и бесповоротно узурпировала свекровь.
Ну а сгубил Лилю тот самый роковой «котяра» и злостный алиментщик Васька, которого я в своё время устроила в психушку, спасая от тюрьмы. Лиля втрескалась по уши в наглую его усатую морду, всё время выясняла отношения с его женой (кстати, тоже молодой и пригожей), пару раз богини даже дрались на виду у всех. А Васька их не разнимал, молча ждал исхода схватки с видом Париса, - только вместо яблока в прокуренных пальцах была «Прима».
Так котяра и переходил из рук в руки. Лиля страдала, сохла и спивалась с ним за компанию. Однажды я долго пыталась её урезонить, толковала про всякие высокие материи, пока, зарыдав, она не рухнула на колени перед иконами. Но я даже не успела порадоваться долгожданному её «покаянию», как она воскликнула, стукнув в пол лбом:
- Господи, верни мне Ваську! Пусть Васька будет мой, и я поверю в Тебя. Господи, миленький, сделай это! Христом богом молю…
Ну что тут скажешь? Я жалела Лильку и всё ей прощала. Как-то, вернувшись из Москвы, застала свою дачницу Софью Григорьевну в растерянности и смущении и выслушала детективную историю, что Лиля выцыганила у неё четвертак («только бутылку боржоми куплю, живот болит, сдачу сейчас принесу), выскочила из дома прямо в домашних тапках и куда-то пропала. Я лишь руками развела. Деньги дачнице, само собой, вернула, а Лилька отыскалась лишь через неделю – помятая, с фингалом под глазом и опять брошенная Васькой, на опохмелку которого и стрельнула злосчастный четвертак.
Дачников своих я тоже пыталась «одухотворить» - иногда это удавалось, как в случае с упомянутой Софьей Григорьевной, превратившейся из атеистки в истово верующую. Однако чаще аудитория только раздражалась, и постепенно я научилась благоразумно отступать. Помню, как один старичок, доцент технического вуза, взапой прочёл всю мою духовную библиотеку, включая Флоренского. Делал в особой тетради пометки, дискуссировал, говорил, что это «гениально», но к концу сезона пришёл к выводу, что к его личной судьбе Создатель не имеет ровным счётом никакого отношения. Будто курс лекций прослушал.
Вспомнилась забавная история. Тогда Мосфильм заключил со мной очередной договор под маститого режиссёра, опять я выполняла бесконечные поправки и ходила по вечерам звонить ему на станцию (телефон нам ещё не провели). Улица была едва освещена. И вот на дороге наткнулась на лежащее тело. Оно было не мёртвое, но мертвецки пьяное, ворочалось в луже и материлось, безуспешно пытаясь подняться. Что делать, ведь задавят! На улице – ни души. С трудом оттащила на обочину.
Позвонила режиссёру (Царствие ему Небесное). Возвращаюсь – тело с обочины скатилось в канаву. А на дворе то ли поздняя осень, то ли оттепель – грязь, талый снег, ледяная вода. Гляжу – фонарик приближается. Женщина с мальчиком. Помогите, говорю, из канавы вытащить, ведь замёрзнет. «Ну и …с ним, некогда нам», - и мимо. Стою, жду. Никого, хоть бы машина какая. Возвращаются эти двое с фонариком. Я уж молчу. Но тут женщина сама лезет в канаву, фонариком телу в лицо…
- Мой, мать его! Ах ты, ирод, тудыт-растудыт. Где зарплата, скотина?
Теперь пришла её очередь командовать парадом. Втроём мы поставили тело вертикально и шаг за шагом перекантовали домой – мальчик впереди корректировал направление.
Не знаю, какое это имеет отношение к Лильке и моим дачникам, но почему-то именно сейчас вспомнилось.
Василий, в конце концов, прислонится к женщине постарше, с жильём, которая будет его кормить, умеренно поить, обстирывать и держать в узде, отгоняя дружков-алкашей, что ему явно пойдёт на пользу. А к Лиле вернётся очередной муж после отсидки, она переедет с Натальей к нему (старшая дочь выйдет замуж). Потом прогонит, найдёт нового выпивоху…Наталья снова будет часто у меня ночевать и готовить уроки, поскольку в доме вечные пьянки-гулянки да материны оплеухи по пьяной лавочке. Однажды после очередной бессонной ночи на улице, в одном платьишке, окончательно ко мне сбежит. А через несколько месяцев явится её подружка и сообщит, что Лиля умерла прямо на улице от приступа эпилепсии – некому было вовремя оказать помощь.
Так Наталья у меня и останется второй дочкой. Окончит школу, поступит на завод – что-то, связанное с самолётами. Все новые и старые Лилины мужья тоже кончат плохо – кто сгорит на пожаре, кого прирежут, а её четвертина пристанционного барака с печным отоплением так и будет стоять с заколоченными окнами, ожидая сноса.
БЫЛ МЕСЯЦ ИЮНЬ
B БЕСЕДКЕ С: Доброжелателем, Кругом, Игорем, Selfом,
Андреем и свежей прессой
Ю.И: - Не менять, а защищать от Вампирии. Ежели принять за аксиому, что смысл исторического процесса и смены поколений – в отделении пшеницы от плевел, то задача «наших» - умножение жатвы Господней.
Доброжелатель: - А я-то думал, что это – задача Страшного суда.
Ю.И.: - В данном случае речь идёт о разных вещах: о процессе созревания урожая, происходящем в историческом времени, и об окончательном приговоре в конце времён (жатве Господней или Суде). На первое мы, безусловно, можем и должны влиять: «Тогда говорит ученикам Своим: жатвы много, а делателей мало; Итак молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою.»
Как видите, здесь Господь говорит о «потенциальной жатве», на размер которой призваны повлиять Его «делатели». То есть, пока не кончилось историческое время и не прозвучал окончательный приговор (отделение пшеницы от плевел), мы должны постараться эту жатву умножить. Чтобы было как можно больше пшеницы и как можно меньше плевел.
ТАК ПОХОЖЕ НА ИЗАНИЮ…
Телемастера можно будет вызвать через интернет.
«Высокие технологии проникнут вскоре и в такую консервативную сферу, как бытовое обслуживание населения. Если предложения столичных властей будет поддержано, то сделать заказ, скажем, на ремонт пылесоса станет возможно даже через интернет. Городские власти рекомендовали существующим предприятиям, предоставляющим бытовые услуги населению, возможность приёма заказов на дому, в общежитии и гостиницах. Одновременно столичные власти рекомендовали оснастить бытовые предприятия компьютерами и телефонами-коммутаторами для того, чтобы заказы от населения можно было принимать и по многоканальному телефону, и даже через интернет.
Более того, в целях экономии времени предприятиям бытового обслуживания предложили объединиться с магазинами электроники. Тогда клиенту не придётся ждать, когда его утюг починят, - ему просто смогут заменить сломанную технику на заранее отремонтированную. А по желанию можно сдать старое бытовое оборудование и обменять его на новое со скидкой в цене.»
2002-06-05
Ю.И.-Кругу: «Благодарю за присланные материалы обсуждения «похожей на Изанию» организации с К.-М. Форума. Действительно, всю дорогу не покидало ощущение, что присутствую на изанской дискуссии трёхмесячной давности – те же предложения, те же возражения. Даже, по-моему, те же участники.
Ну что ж, можно, конечно, назвать Изанию «Солидарностью», выхолостив её духовную сущность и оставив лишь кокон от бабочки. Можно, вспомнив про Леха Валенсу, заменить «Солидарность» «Содружеством», «Единством», «Братством» или «Товариществом». Можно сменить форум и даже гражданство – основная наша проблема от этого никуда не денется. А заключается она в известных словах Спасителя: «Жатвы много, а делателей мало. Итак, молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою.»
В моём романе, если помните, Иоанна пошла на смерть, защищая такого «делателя». Наверное, егорки златовы даются народу свыше лишь в «минуты роковые», когда наступает предел (или беспредел), и народ взывает к Небу о помощи.
Поэтому прошу Вас присоединиться к моим молитвам и ещё раз благодарю за хлопоты. Храни Вас Господь.»
2002-06-12
Игорь: - Да никто и не собирается выхолащивать духовную сущность.
Работа ведётся. И народ подтягивается. Даже с заграницы. И на Вас, Ю.И, и на изанцев, возлагаются большие надежды. Важно прийти к согласию о том, для чего всё делается.
2002-06-15
SELF: - Слова. Прошу прощения за вмешательство, но Ю.И. права.
А правда в том, что по соплям надо бить, а не наматывать их на кулак. Слово – сформулированная мысль, порождающее себе подобное, трижды опасно, когда может быть истолковано двояко. А потому фарисейских сопледавцев не к чему близко к себе подпускать. Работать надо. Жить так, чтобы некому было плакать – или мы живём и боремся, чтобы некому было плакать (и плакать незачем и некогда), или нас нет.
Андрей: - То есть « либо быдло тащишь, либо ты богема»?
Что это у вас двоичное мышление такое? Если я имею опыт общения с тем самым «быдлом» и потому оцениваю как бесперспективное занятие его, быдла, перевоспитание, стало быть, я страдаю «богемностью»?
Знакомые нотки. Не демократ – стало быть, коммунист. Не любишь матрёшек – не патриот. «Вы что, не любите пролетариат»?
Нет, батенька, Игорь Жуков совершенно прав в том, что никого не нужно вообще «тащить». По той простой причине, что быдлу этого не хочется и оно в этом уверено, а вы для него понятие, произносимое через губу – «интеллигент».
Поэтому надо для него создать условия для вхождения в пример иной жизни. Тот, кто среди быдла – не быдло, захочет и придёт.
Или вы верите в перевоспитание?
В общепринятом понятии «быдло» характеризуется не уровнем дохода, а иными ценностями. Сколь простыми, столь и устойчивыми.
2002-06-15
ТАК ПОХОЖЕ НА ИЗАНИЮ…
«Главный козырь – телемедицина, которая сейчас вовсю внедряется в США. Как будто приём у невидимого врача через компьютерную связь. Такая система даёт возможность школьным медсёстрам консультироваться с врачами, а также применяется в тюрьмах, чтобы не транспортировать заключённых в центры здоровья. Американская ассоциация патронажных медсестёр использует приспособление, которое программируется врачом и устанавливается в доме пациента. Когда человек просыпается утром, он слышит голос, предлагающий ему проверить все жизненно важные показатели. Если возникли проблемы, врач узнает об этом немедленно.»
СОСЕДИ НАЕХАЛИ…
(начало восьмидесятых)
Между тем на меня обрушилось очередное искушение – с совершенно неожиданной стороны. Один из моих соседей собрался строить гараж таким образом, что выезжать из него пришлось бы вплотную мимо нашей калитки (вход к нам – в конце тупика, длина фасадного забора - всего метров десять). Там располагалась зона отдыха, у калитки часто играли дети, в том числе и наша Рита, когда её привозили. Мало ли что... В общем, когда были исчерпаны все устные попытки убедить соседа разместить гараж иначе (что было вполне возможно), Борис обосновал наши возражения письменно и направил бумагу местному начальству.
В отместку мстительный сосед, имеющий, на беду, «лапу» в партийных верхах, настрочил ответное заявление аж в прокуратуру и в ЦК. Что мы никакие не кандидаты наук, не журналисты-писатели, а аферисты, спекулянты, самогонщики, воры, а может, и шпионы (я сама заявления не читала, но, судя по бурной реакции правоохранительных органов, что-то там подобное было). В общем, я обомлела, когда у калитки появились вдруг следователь (женского пола) в сопровождении милиционера – едва ли не с обыском.
Призвав на помощь силы небесные, провела их в комнату, притащила имеющиеся в наличии документы. О покупке и строительстве дома, договоры на сценарии, удостоверения и дипломы, трудовую книжку, наши с Борисом публикации, в том числе и последнее издание «Земли спокойных» в сборнике фантастики. Следовательница немного смягчилась, даже растерялась, но пожелала осмотреть «оранжерею и птицеферму». Я даже не очень поняла, о чём речь, но послушно повела гостей в огород, показав покосившийся парник из старых оконных рам и крохотную пристройку к гаражу, когда-то служившую курятником. Гостья сочувственно улыбнулась и вздохнула. Она уже поняла ситуацию.
- В заявлении написано, что у вас шикарные отапливаемые теплицы и помещение на двести кур. И что всё это, включая дачу, построено из ворованных стройматериалов. У вас сохранились строительные документы, квитанции?
Вот где пригодилась журналистская привычка никогда бумажонок с печатями не выбрасывать, плюс принцип не покупать новых, наверняка ворованных стройматериалов! Я выгребла из ящиков полный примус справок - о приобретённых досках, кирпиче, брусе, железе, вагонке, оставшихся от строительства бани легальной госконторой. А также неведомо откуда взявшуюся подшивку квитанций о цементе, краске, линолеуме, оконных рамах, пакле, шлаковате, гвоздях и шурупах. Особенно впечатлила следовательницу справка о покупке «оцинкованной кровли со сгоревшего дома».
Всё это действительно явилось вроде как «по щучьему велению» – происхождение некоторых документов даже мне самой было неведомо. Однако гостья, аккуратно переписавшая всё в тетрадь, впоследствии объявит, что по данному вопросу у следствия к нам никаких претензий не имеется.
Затем опросила соседей на предмет нашей благонадёжности – по поводу «самогоноварения и спекуляции заграничными шмотками». Признаться честно, самогон мне в разгар стройки всякими правдами-неправдами добывать доводилось, но сама я его никогда не гнала, хотя бы потому, что на даче всё время проживал кто-либо из «спасающихся». Ну а соседи (кто без греха?), к которым отправилась гостья, проявили по этому поводу завидную солидарность и заявили, что в нашем посёлке «никто, отродясь и ни в жисть».
Оказались они на высоте и насчёт «шмоток». Полина Григорьевна, известная активистка и коммунистка посёлка, которая прежде нередко на меня наезжала по мелочам, неожиданно дала нашей семье общую положительную оценку. Мол, «характер советский, в порочащих связях не замечены». А Лидия Ивановна, мать покойной Нинки, как мне потом со смехом поведала следовательница, задрала неожиданно подол, продемонстрировав штопаные голубые штаны на резинках (такие закупил как-то в Москве Жерар Филипп - для хохмы). Вот, мол, они, заграничные шмотки - у Юльки купила…
Ну а я глотала валокордин и возносила молитвы. Когда нежданные гости отбыли, отправилась к клеветнику-соседу, внушая себе, что врагов надо прощать и любить, хотя внутри всё клокотало от ярости и возмущения. «Прощать и любить!», - твердила я про себя, переступая порог вражеского дома. Ноги не слушались.
В комнате, кроме хозяев, сидела ещё сгорающая от любопытства Полина Григорьевна, – не каждый день следователи с милицией появляются на нашей улице! При виде меня все присутствующие изменили окраску: Полина Григорьевна порозовела, Тамара Николаевна побледнела, а Михаил Герасимович побагровел так, что я даже испугалась за его давление. Желание влепить пощёчину сразу прошло. Общественница Полина как раз ждала от меня нечто подобное, даже рот приоткрыла: «Ой, сейчас будет!».
- А, Юлечка, садись к нам, - выдавила хозяйка, приподнимаясь было со стула, но я положила ей руку на плечо, и ощущение худого старушечьего плеча под ладонью окончательно умиротворило. Прощать и любить.
- Ну что ж вы, Михаил Герасимович, - заговорила я проникновенно, - Из-за какого-то гаража родных соседей за решётку, да? Там же дети у калитки играют!.. Ещё б донесли, что мы - агенты международного империализма и у нас передатчик на чердаке. Но я вас всё равно люблю и прощаю.
И поцеловала в багровую щёку.
Странно - в тот момент я действительно почувствовала, что испытываю к соседу лишь самые добрые чувства и жалею его, как можно пожалеть старика, которого «бес попутал» и который сам сейчас не рад, что натворил. Хозяин что-то стал бормотать и оправдываться, соседка прослезилась: «Да говорила я ему…». Идиллию неожиданно нарушила Полина Григорьевна, раздосадованная, что «кина не будет»:
- Ненавижу! – набросилась она на меня, - Эти твои «тю-тю-тю». Надо гордость иметь!
Всё это так живо напомнило неадекватную реакцию Толика, когда он за «тю-тю-тю» едва меня не придушил.
«Прощать и любить, - твердила я вечером и Борису, который, приняв рюмку-другую, в ярости вынашивал планы мести, - Всё обойдётся».
Так и получилось. У соседа надобность в гараже вообще скоро отпала, он не раз просил потом прощения, сваливая всё на этого самого «попутавшего беса». А власти, слегка, по тем временам, потрепав нам нервы, нашли в доме разве что пять лишних квадратных метров, за что и присудили «ну очень смешной» штраф. Правда, с этим штрафом и вышла очередная мистика. Выданную в горсовете квитанцию полагалось оплатить немедленно – кто-то из начальства уходил в отпуск и всё такое. Мне секретарша сказала, чтоб быстрей бежала в сберкассу, а то там с двух до трёх перерыв. На часах – без четверти два, сберкасса в полукилометре, через железнодорожные пути.
Я помчалась. Дальше – почти по Булгакову. У путей «выткалась из тумана» женщина и сказала, что сберкасса «в аккурат на той стороне за серым домом». Уже вслед я услыхала:
- Только осторожнее, здесь разъезд, много стрелок. Поезда туда-сюда…
Что мне какие-то поезда, когда было без трёх минут два! Я видела только серый дом за путями, ничего больше. И вдруг в ушах будто грянуло:
«Поезда туда-сюда»…
Глянула – прямо на меня летит скорый. Едва успела сориентироваться, на каком он пути, и отскочить. Смерть ещё громыхала за спиной колёсами, а со стороны Москвы приближалась электричка. Я скакала через рельсы – только б не споткнуться! Наконец, заветный серый дом, вывеска сберкассы.
Только б дверь не заперли. На моих часах – ровно два. Святой Сергий, помоги!
Взбежала на крыльцо. Внутри – человек десять, очередь. Все смотрят на меня, и девушка в окошке смотрит на меня. Потом на часы на стене. Снова чудо – на часах почему-то без пяти два. Преподобный опять остановил время.
- Всё, обед, больше никого не приму, - объявляет девушка, - Давайте вашу квитанцию.
Это она мне. Руки у меня дрожат, никак не отдышусь. До сих пор на ведаю, позвонил ли ей кто из горсовета, то ли действительно сам Сергий сжалился, но главным чудом была даже не девушка, а очередь, которая безропотно покинула помещение, позволив нам всё спокойно оформить. И даже оставшиеся у входа ждать трёх не стали высказывать мне вслед, что думают по поводу «чуда с квитанцией».
B БЕСЕДКЕ С: Филиппом П. (Доброжелателем)
Пришлите мне нынешние «варианты проектов»
Филипп П.: «Если не сложно – пришлите мне нынешние «варианты проектов», если они у вас есть тезисно – было бы интересно почитать, к чему вы пришли!»
Ю.И.: - Добрый день, Филипп! Вообще-то месяца три назад я опубликовала на Форуме эти несколько вариантов в послании «Всем!», но, учитывая Ваши особые заслуги перед Изанией повторюсь:
Вариант 1. Изания – Союз Взаимопомощи.
За последние полгода нами собрана достаточно внушительная база данных о предложениях услуг и ресурсов практически во всех областях жизнедеятельности – на основе газеты «Из рук в руки» и других источников. Подобных предложений – море. Всё это, как правило, – активные люди различных полезных специальностей, не просто умеющие работать, но и мечтающие на вырученные средства самореализоваться, осуществить тот или иной замысел, вырастить и выучить детей, обеспечить лечение попавшим в беду близким и т.д. Мы хотим им в этом помочь. Отдаю себе отчёт, что база данных непрерывно меняется и устаревает, но зато и постоянно пополняется.
После предварительной обработки данных о предложениях услуг и ресурсов получились следующие основные разделы:
А)
Предусмотрена также доставка обедов на дом, преимущественно из собственной продукции (многие женщины предлагают сейчас кулинарные услуги офисам). А со временем – и создание своих столовых (можно передвижных).
Б)
Такое жильё может быть использовано (с ремонтом и «доводкой») не только для проживания, но и под классы для занятий с детьми и взрослыми (профессиональные, компьютерные, языковые, музыкальные; живопись, эстетика, различные художественные ремёсла и т.д.). Здесь же реально организовать горячее питание для школьников и студентов, устроить кухни обедов на дом.
Кроме того, у многих – большая проблема со стариками, больными детьми и просто больными. Мы предполагаем создать для таких людей специальные мини-пансионаты с уходом, питанием и досугом – с компактным поселением и освобождением в результате не только жилплощади, но и свободного времени у родственников (можно применить систему дежурств).
Также Изания будет нуждаться в комнатах для приезжих из других городов, стран СНГ и дальнего зарубежья (тоже оплата по системе взаимозачётов), в дачах просто для отдыха и «отдыха активного». Располагаясь на лето компактно в каком-либо посёлке или деревне вместе с преподавателями различного профиля, и взрослые, и ребята смогут не только рисовать местные пейзажи, болтать во время прогулок по-китайски или осваивать компьютеры, но и обучаться какой-либо полезной профессии (строительно-ремонтные работы, бытовое обслуживание, животноводство, садоводство и огородничество, автодело, вождение, первая медицинская помощь, уход за больными и престарелыми)… А также применить всё это на практике, как бы взяв над посёлком шефство, в том числе, и над местной экологией. С перспективой зажечь народ нашими идеями и организовать местные Изании.
В)
Г)
Д)
Е)
Ж)
З)
И)
Кроме того, предусмотрены юридические и иные консультации, а также ритуальные услуги.
Теперь о главном – как это будет работать?
Допустим, некий водитель Сидоров со своей «Волгой» решил с нами сотрудничать. Для этого он обращается в Союз Взаимопомощи Изания с заявлением, сообщает, на каком виде транспорта, сколько часов в день хотел бы работать, район проживания, стоимость километража (определяет сам) и т.д. Затем указывает, какие ответные услуги хотел бы получить за свой труд (возможна и оплата наличными, но об этом ниже). Первое время мы будем отдавать преимущество тем кандидатам, которые согласны на оплату услугами – так быстрее «раскрутимся».
Для этого выпустим кредитные (долговые) карточки разного цвета – в зависимости от раздела. Будет и общая карта, дающая право изанину участвовать во всех наших программах – по необходимости.
Итак, предположим, водитель Сидоров нуждается в ремонте или строительстве дачи, в протезировании зубов или в детском садике с полным содержанием для своих двоих внуков. Тогда он приобретает синюю (строительно-ремонтную), красную (медицинскую) или зелёную (детскую) карты, которые он должен отработать (погасить долг) в течение энного срока. Затем мы вносим данные Сидорова в нашу картотеку, в раздел «Транспортные услуги», и он приступает к работе. То есть специалист по мануальной терапии Петров, которого устраивают расценки, район и марка машины Сидорова, ездит в качестве пассажира на его «Волге» по своим пациентам, проставляя в конце рабочего дня сумму выполненной Сидоровым работы, заверенную личной печаткой и подписью (в графе «дебет»). А Сидоров тем временем пользуется другими изанскими услугами (питание, бытовое обслуживание, протезирование зубов или воспитание внуков) - при этом соответственно в его карте проставляется «кредит». Когда отработанная Сидоровым сумма погасит специализированную (или общую) долговую карту, Сидоров сдаёт её в администрацию лидеру-организатору, ведущему транспортный раздел, и, если нет никаких нареканий и жалоб по поводу его работы, получает новую карту.
Все расчёты проводятся в иуе (изанская условная единица, приравненная для удобства к уе), но никаких наличных на руки никто не получает – просто все счета будут продублированы в Изан-банке по итогам дебета-кредита личных карт. На них в рамках системы Изания можно будет получить практически полную систему жизнеобеспечения.
Внутри системы будет своя конкуренция (клиенты будут обращаться к тем мастерам, на которых нет жалоб и у кого расценки более приемлемы), поэтому рвачи и халявщики быстро отсеются.
Ещё очень важный момент – разумеется, без наличных нам не обойтись (покупка продуктов питания, различного оборудования, стройматериалов, расчёты с учреждениями, где невозможен бартер, и т.д.). С другой стороны, есть довольно большая категория людей (техническая и творческая интеллигенция, например), которая готова присоединиться к Изании, но не расплачиваться же чертежами или стихами!
Многие охотно купили бы наши карты за наличные, но это запрещает устав во избежание всевозможных злоупотреблений и обвинения в коммерческой деятельности. Для таких случаев предусмотрена Касса Взаимопомощи, куда будут поступать все заявки на нал, а человеку в обмен на нашу кредитную карту нужно будет просто оплатить одну или несколько текущих заявок на требуемую сумму. Например, чей-то счёт за покупку кирпича на складе, за медицинскую операцию, или за авторское издание книги.
Что-то тезисы получились длинными, а время позднее. Продолжу в следующий раз. Храни Вас Господь.
2002-06-19
СНОВА ОТЕЦ ГЕРМАН…
Так я держалась на плаву не только среди «житейских бурь и битв», но и спасающих рук, которые всякий раз бережно подхватывали и выносили если не в тихую, то в безопасную гавань. Случались и погодные катаклизмы, тоже укрощённые очередным «чудом» или молитвой. Однажды внезапно среди дня почернело небо, взвыл ветер за окном, деревья приняли почти горизонтальное положение, задрожали стёкла. Чувствуя неодолимое желание забраться в шкаф или, по крайней мере, лечь на пол, я устыдилась и воззвала к подаренной мамой иконе Покрова Богоматери. И… не поверила глазам – вдруг в чёрной жути за окном появилась золотая точка, которая росла, разгоралась, прорывая тьму, а затем в лицо брызнуло солнце, слепя даже сквозь стекло.
В другой раз катаклизм случился летом, на родительскую. Поминальные столы стояли во дворе храма, отец Герман служил панихиду. Между тем собиралась гроза, небо потемнело, сверкали молнии. Певчих как ветром сдуло, а отец Герман лишь осенял себя крестом после громовых раскатов, продолжая службу. Закапал дождик. Я держала над батюшкой зонт и не уходила, никто не уходил. Да с ним и не страшно было, - (и как один умрём!)… Даже восторг какой-то.
Отец Герман произнёс последнее «аминь», благословил приношения, народ едва успел разобрать их по сумках, как вокруг загудело, заходило ходуном и обрушился страшный ураган и ливень. Переждали в храме. Потом, уже в электричке, я обратила внимание на поваленные вдоль железной дороги деревья. Это была та самая знаменитая московская буря, наделавшая немало бед. Войдя в свою калитку, увидала вырванный с корнем тополь, лежащий прямо на электропроводах, макушкой на крыше. Ну что с этим делать, хоть дачу продавай. Хорошо хоть, что отключили свет.
Но проходившие мимо знакомые ребята за каких-то полчаса распилили поверженное дерево, и всё обошлось. Потом я на его останках выращивала вешенку. Удивительно, что тополь упал, ничего не сокрушив, не разбив, не поломав ни кустика.
А ещё возвращалась я как-то с вечерни домой, было тепло и тихо, однако вдали, в разных местах, вспыхивали и гасли грозные отблески зарниц, ничего хорошего, как я знала по опыту, не сулящие. Матерь Божия, миленькая, дай до дому добраться…
Добралась. По-прежнему тихо, ничего такого. У забора на лавочке, как обычно, судачат соседки.
- Бабы, по домом! - крикнула я, не останавливаясь, - Сейчас будет конец света.
Услыхала вслед сдержанные смешки и ворчание – реакция на не слишком удачную шутку. Но лишь успела отпереть дверь, как чудовищный, с голубиное яйцо град забарабанил по крыше, окнам. Тогда в посёлке много чего потрепало и побило. Насмешницы с лавочки отделались синяками и шишками. Ну и, само собой, утром набросились на меня – накаркала, колдунья.
В колдовскую силу у нас верили, боялись сглаза, примет, вещих снов, периодически на этой почве вспыхивали ссоры и скандалы. Был в посёлке и «посвящённый» экстрасенс, который хвастал своими магическими дарами – наш сосед Игорь. Он умел «подзаряжать» энергией, снимал судороги (у моего Бориса, например), предсказания его часто сбывались.
Это – отдельная история, расскажу пока, что от него самого услышала. Игорю было лет семнадцать, когда он увлёкся спиритизмом. На очередном сеансе компания вызывала дух покойного отца какой-то женщины. Сидели вокруг стола, сцепив руки, главным лицом в этом ритуале была девочка-медиум. Через некоторое время в углу комнаты действительно стало обозначаться нечто, напоминающее человеческую фигуру. «Отец! Это он!» – закричала женщина и в панике выдернула руку. В тот момент, как мне пояснил Игорь, цепь прервалась, и вся чудовищная энергия, требуемая для общения с потусторонними силами, должна была обрушиться на девочку-медиума и, скорее всего, её убить. Игорю удалось перехватить руку ребёнка и невероятным усилием удержать цепь, но он почувствовал сильную боль в груди. К ночи началось кровотечение. Разрыв лёгкого, больница и всё такое с последующей инвалидностью. Но греховного своего занятия он не оставил, раздобыл книжку «Чёрная магия» и приворожил свою вторую жену, которая прежде его знать не хотела. Игорь показал мне «фантом» – фото жены с прядью её волос и начал было рассказывать технологию, но я в страхе зажала уши и сказала, что ему надо немедленно идти в церковь и каяться, чтоб избежать геенны.
Поскольку сосед против воцерковления не возражал, я поведала его историю отцу Герману, который сказал, чтоб Игорь к нему пришёл, но лишь предав огню все свои колдовские атрибуты, то есть спалив.
- И фото с её волосами? – спросила я в ужасе, - Так ведь Маша помрёт.
- Не помрёт. Сожгите всю эту гадость, и приводи его.
- Мне с ним жечь ?!
- Твой же сосед. Дам молитвы, будешь читать, если что...
Этого «если что» я и боялась, когда уничтожали на игоревой кухне на листе железа его колдовские причиндалы – всё, кроме «Чёрной магии» (Игорь сказал, что её украли). Может, соврал, но уж тут я не при чём. «Если что» действительно не произошло, разве что вдруг повалил желтоватый дым и запахло серой. Молитвы помогли, Маша осталась жива, а дым быстро рассеялся. Да и что такое сера по сравнению с бесценной игоревой душой, у которой появился шанс на спасение? Вскоре я отвела соседа к отцу Герману, который его исповедовал, а потом и допустил к причастию.
С тех пор Игорь не то чтоб стал уж очень благочестивым, но всегда соблюдает великий пост, а на страстную соборуется и причащается.
Варианты Изании. Ответ Филиппу (продолжение).
О кассе Взаимопомощи и Фонде Взаимопомощи
Ю.И.: «Недавно мы на форуме обсудили возможность создания Фонда Взаимопомощи «Изания», куда все желающие могли бы делать взносы, допустим, в форме «пожертвований», но не безвозмездных, а именных, с обязательством со стороны Изании в процессе её формирования эти взносы постепенно «отоваривать» различными услугами. То есть взносы фиксируются на именных счетах этих «жертвователей» в тех же условных иуе, а сами наличные, в отличие от практики многих фондов, немедленно поступают по назначению. Допустим, на оплату бензина, электроэнергии, комбикормов или стройматериалов какому-либо бедствующему колхозу или фермерам (с обязательством данного хозяйства со временем компенсировать нам кредит (долг) своей продукцией – мясом, молоком, фруктами, овощами, обувью, тканями и т.д.). Изания делает эти платежи открытыми для инспектирования всех уровней, объявив себя
Наличные сразу поступают в помощь перспективным для Изании хозяйствам, начинаниям или проектам. Кредит беспроцентный. Разумеется, при работе с тем или иным производителем, изобретателем или организацией мы будем соблюдать бдительность, начиная с малых кредитных сумм. А также на первых порах отдавать приоритет там, где возможна быстрая отдача.
Взносы в фонд могут быть общими (на развитие Изании) и целенаправленными (в помощь конкретному хозяйству или проекту). Жертвователи могут также объединиться для участия, допустим, в создании фильма. И не только сценарист, простаивающие режиссёр, оператор и актёры, но и какой-либо сантехник-изанин с деньгами, которому понравился замысел будущего фильма, сможет поучаствовать в его создании, как бы приобщившись «к высокому» и получая свою долю прибыли в случае успеха. Тут уж, конечно, без налогов не обойтись, но мы – законопослушные граждане и будем платить, когда это предусмотрено законом, отдавая «кесарю кесарево».
У нас должны быть свои юристы и экономисты, своя охрана из числа тех парней, которые не желают примыкать ни к вампирам, ни к отстреливающим их террористам, а ищут тот самый «третий путь».
Во всяком случае, создание такого фонда Взаимопомощи с тенденцией к постоянному расширению (как и самого союза Изания ), сулит поистине безграничные перспективы не только для избавления от всевозможных вампирских накруток в данном конкретном селе или городе, но и по всей стране, в ближнем и дальнем зарубежье, в любом уголке земного шара, где сейчас человек в одиночку бессилен противостоять злу. С помощью Интернета (в идеале – изан-нета, то есть своей компьютерной связи со всеми современными средствами защиты) или, на худой конец, при наличии любой другой оперативной связи через местные пункты Изании и надёжных активистов, вполне реально поставить дело так, чтобы каждый изанин мог получить от Союза помощь любого уровня, где бы ни находился. Достаточно лишь иметь электронную карту Изании и счёт в иуе в любом из филиалов её Фонда.
Деньги должны вернуться к своей подлинной функции – эквивалента труда. А Изания в перспективе стать Союзом тружеников Земли.
Глобальная диспетчерская, помогающая взаимно разрешать проблемы «хлеба насущного», (кроме «дури»), - как на местном, так и на межгосударственном уровне, всерьёз противостоящая НМП (царству Зверя) – такой я вижу Изанию. Способную реально объединить людей в их стремлении к самореализации в самом высоком понимании этого слова (осуществления призвания, предназначения) и в противостоянии злу – как вампиризму, так и порождённому им терроризму. В возможности поучаствовать в проектах друг друга разных планов и уровней, в стирании извечных противоречий между умственным и физическим трудом, между трудом и капиталом. Например, деньги за прокат фильма могут по взаимному соглашению пойти на создание изанской автомастерской, медицинского центра, тепличного хозяйства или бассейна. Которыми все обладатели изанских карт будут пользоваться по указанной выше системе взаимозачётов, а прочие граждане – внося наличные в фонд в форме пожертвований – этими деньгами тут же оплачиваются текущие заявки изан. То есть налицо исполнение данных нам свыше заповедей: накорми, одень, приюти, излечи, утешь. И дай, по возможности, дело по душе, потому что «безделье – мать всех пороков». Пьянства, разврата, наркомании и связанных с этим букетом всевозможных преступлений.
Мы попытаемся привить людям понимание того, что заповедь «возлюби ближнего как самого себя» – не просто нравственная догма, а Закон Жизни, формула всякого живого Целого, которым по высшему замыслу должны осознать себя наследники «будущего века». Всякая суверенная рука, нога и прочие печёнки-селезёнки сами по себе существовать не могут. Даже голова, какой бы умной она ни была.
Изания даст каждому возможность воочию увидеть высокую цель своего труда, любой конкретной работы в русле единения с другими людьми и Целым - как ступени восхождения к Замыслу. Только так можно постепенно с Божьей помощью изменить человека. Умножение жатвы Господней, формирование Богочеловечества для Царства Будущего Века - ключевая цель исторического процесса. Изания должна внести сюда свой посильный вклад, потому что в заповеди о «любви к ближнему, как к самому себе» Творец завещал нам спасать друг друга. Лишь спасая других, можно спастись самому. Что и делали святые, неся молитвенный подвиг за весь погибающий мир. В этом смысл загадочных евангельских слов: «Сберегший душу свою потеряет её; а потерявший душу свою ради Меня и Евангелия сбережёт её».
Разумеется, слова «ради Меня» означают «ради Моего дела, Моего Замысла, Моего учения», во имя которого Бог вочеловечился и принял мученическую смерть на кресте. Наше приобщение к Кресту во имя умножения исторической жатвы бессмертия.
Верю, что Вам, Филипп, как человеку верующему, символ возрастающего к Небу исторического «Древа Богочеловечества» будет понятен. Это та самая «вечная память», венчающая судьбу каждой личности, состоявшейся «по образу и подобию». Здесь «никто не забыт, ничто не забыто», здесь жив в «вечной памяти» каждый прошлогодний лист, внесший свою малую лепту в прорыв древа к Небу. Живы все, кроме паразитирующих лишайников и бесполезных засохших ветвей, потерявших связь с Целым и попытавшихся жить «сами по себе».
«Кто не пребудет во Мне, извергнется вон, как ветвь, и засохнет; а такие ветви собирают и бросают в огонь, и они сгорают.»
А «пребывать во Мне» – это приобщиться к Делу Спасителя, нести Его Крест по спасению «братьев меньших»:
«Истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из братьев Моих меньших, то сделали Мне»
«Тогда скажет и тем, которые по левую сторону: «Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его: Ибо алкал Я, и вы не дали Мне есть; жаждал, и вы не напоили меня; Был странником, и не приняли Меня; был наг, и не одели Меня; болен и в темнице, и не посетили Меня. Истинно говорю вам: так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне.»
Простите меня за эти непривычные в Инете цитирования, но уж очень часто слышу в ответ от наших верующих и даже священников: «Спасай себя, а все эти проекты – блажь». Не устаю доказывать, что именно Изания с её «планов громадьём» способна реально изменить обстановку в мире, а не разовая милостыня и отдельные благотворительные акты (хотя и это необходимо).
Пока мы бездействуем, «Васька слушает, да ест». Причём не цыплёнка, а «меньших сих». Причем не только тела, но и души.
«Как Ты послал Меня в мир, так и Я послал их в мир. Да будут едины, как Мы едины.»
Но это пока – мечты. Не знаю, можно ли назвать нашу будущую деятельность «коммерцией», но некоторые участники недавнего обсуждения возможности создания фонда Взаимопомощи (Л.Хачатуров, к примеру), пугали, что «пожертвования» обложат огромными налогами. Не очень в это верится, но пришлось на всякий случай придумать подстраховочный вариант Кассы Взаимопомощи с
Таким образом, как бы получается
Филипп П.: - Поэтому удачи вам в трудах над Изанией – придёт время и её можно будет вписать в более реалистическую систему как частный случай.
Ю.И.: - Но если с помощью этого «частного случая» нам удастся избавить хотя бы нескольких человек от тоски и пьянства из-за бессмысленной постылой жизни, хотя бы нескольких детей от наркоманов и содомистов, хотя бы нескольких девушек от панели, а отцов семейства – от воровства и других преступлений из-за невозможности кормить семью – будем считать задачу выполненной. Спасти героев войны – от соблазна стать киллерами, учёных – продаваться за бугром «Вавилонской блуднице», которая с помощью их же мозгов постепенно обескровит и разрушит их православную Родину. Обезумевших от жадности толстосумов – от поклонения золотому тельцу, а всех вместе – от голода и обжорства, от зависти и ненависти, от убийства и самоубийства, просто переключив их души на иные ценности, - разве этого мало?
Теперь и ёжику ясно, куда направляют российский корабль нынешние капитаны. Что же в этой ситуации делать? Не только православным, но и каждому, кто видит в историческом процессе хоть какой-то высший смысл, а не просто шанс прошвырнуться на «Титанике», согласно купленному билету, в ожидании неизбежного айсберга. Ведь убивают ежедневно, ежечасно. Тела и души «братьев меньших», втягивая весь мир в глобальное служение греху.
Вот мы каемся на исповеди, что служим своему греху. Но где сказано, что можно служить чужому? Врачи, учителя, строители, повара, портные, творческая интеллигенция, учёные, юристы – кого они сейчас обслуживают? На Троицу на первой обедне в переделкинском храме берёзовые ветки святили прямо в церкви, толкались, потому что весь церковный двор был забит иномарками. Прихожане роптали, благодать ушла.
Изания – тот самый мирный «выход» из системы Вавилона, которым надо воспользоваться как можно скорее, пока часы тьмы из знакомой вам повести не пробили полночь. Всё слишком серьёзно.
Вот почему я «зациклилась» на Изании, и даже моя автобиографическая книга, которую сейчас пишу, по сути, – о ней, о «Двери в потолке» – так будет называться книга. Это и есть символ Изании – выход в Небо из камеры смертников для всех, у кого Бог в душе. Но для этого надо стать друг другу на плечи – иначе не получится. Лестница – мы сами.
2002-06-26
АРТУР ИЗ РОДА СКАВРОНСКИХ
(первая половина восьмидесятых)
Ещё одна замечательная история – про Артура с царской фамилией Скавронский (из рода Скавронских была императрица Екатерина). Его отец, Генрих Антонович, был основателем нашего посёлка, уважаемым человеком, а вот сын спился. Потерял работу, семью, отбыл срок за кражу и проживал на даче покойного отца, промышляя то несложными работами на участках (трудился он с ленцой, да и здоровье подкачало), а больше – грибами. Это он любил, знал все заповедные места, притаскивал, бывало, полную корзинку, признавая расплату лишь спиртным. А дашь деньгами, – всё равно в винный отдел отнесёт.
С Артуром мы подружились. Я его подкармливала – был он жутко худой, - и, само собой, затевала разговор о вечном. Как-то Артур поведал вот какую историю:
Однажды до того он допился, что услыхал, как за стеной (он тогда половину дома уже продал за долги) какие-то тёмные личности договариваются его сжечь. Артур стал их просить не разводить дома костёр – я, мол, лучше сам повешусь. Иди, - согласились - вешайся. Артур отправился в сарай, нашёл верёвку, мыла не нашёл, плюнул, натёр верёвку слюной, привязал к чему-то там наверху и повис.
- И тут я увидел Бога.
- Кого-кого?
- Бога. Ну как на иконах, с длинными волосами, красивый такой, в сиянии. Я было к нему, а он руки вскинул, а потом ка-ак опустит… Ну, я и загремел – верёвка оборвалась. Лежу, отдышался – канат будто перепилен, а ведь толстенный, машину из грязи вытягивали…А эти гады опять – вешайся по новой, а то спалим. Но Бог-то меня к себе не берёт… Я уж понял – никак нельзя помирать. Собрал ноги в руки да как рвану к станции. Впрыгнул в электричку, трясусь, чую – они в соседнем вагоне. Ну, я тогда подсел к одному майору, до Москвы добрался кое-как и прямиком в милицию. Спрячьте, говорю, от душегубов. Менты попались хорошие, не били, а утром выпустили. Даже закурить дали. Как ты думаешь, почему он верёвку перепилил?
- Кто?
- Да Бог! Какой ему резон, чтоб я тут небо коптил?
Я предположила, что Господь его любит и дал время спасти душу, потому что «в чём застану, в том и судить буду». А «пьяницы Царство Божие не наследуют».
Артур ответил, что вообще-то он к Богу со всем уважением, но верит больше в Богородицу. Когда собирает грибы, всегда просит, чтоб послала побольше белых или опят. Что мать его втайне покрестила и учила молитвам, а сама крестик пришила к лифчику и молилась на ночь под одеялом, потому что отец был не только атеистом, но и партийным. И мол, конечно, надо бы сходить в церковь.
Вот пишу и вспоминаю, сколько их говорило эти слова незадолго до смерти. «Надо бы сходить в церковь»… Местные супруги-алкаши со странной фамилией Вичкаповы всё собирались, собирались, потом Катя умерла, но мужа Николая, пережившего её на пару лет, я несколько раз видела на службе. Была ещё пожилая женщина, которая остервенело рвала сорняки в канаве и пожаловалась мне, что «сердце барахлит, а всё никак до храма не доберётся» – назавтра её увезли с обширным инфарктом. Навеки.
Был совсем молодой парень, уже в перестройку, богач и красавец. Продал на снос купленную дачу, ещё вполне приличную, и одним из первых в посёлке стал на её месте строить кирпичную фазенду. Кстати и прежний хозяин снесённой дачи плохо кончил – выращивал на продажу алые гладиолусы «Оскар», не зная продыху, - всё ради сына Володьки, который однажды нырнул по пьянке в пруд и не вынырнул. А отец с горя зачах. Голубоглазого хозяина фазенды тоже звали Володей. И он на моей памяти принимался то за цветы, то за перепродажу автомобилей, потом купил два катера, продал… Затем в упоении строил свои хоромы, часто жалуясь, что в Москве всё надоело, что мечтает жить за городом и размышлять о вечном, гуляя в лесу с собакой. В последний раз «о вечном» мы с Володей перекинулись парой слов возле кирпичного забора (вилла уже была отстроена, рабочие возводили ограду, а хозяин отдавал им распоряжения и пытался с кем-то связаться по мобильнику). Мобильник я лицезрела впервые и остановилась узнать, с чем его едят и сколько эта игрушка стоит. А Володя спросил меня, когда ближайший церковный праздник, и посетовал, что никак не выберется в храм - всё дела. Но сейчас стройка практически закончена и уж теперь-то…
Его искали несколько дней. Останки обнаружили внутри дотла сгоревшей дорогой иномарки. Несчастный случай или разборки – до сих пор покрыто мраком. А на фазенде с бассейном и кинозалом поселился володин друг. С его красавицей-женой из ансамбля «Берёзка», его дочкой Алиной, его тёщей и его собакой Назаром (мы с Володей ещё когда-то спорили, стоило ли ему купировать уши).
Но с Артуром, как и с Сашкой, вышло иначе, хоть в храм обладатель царской фамилии после моих увещеваний не побежал. Да и я, помятуя, что насильно в рай не тянут, больше разговор на эту тему не поднимала.
B БЕСЕДКЕ С: Игорем, Ф.М.Достоевским, В.М. Молотовым
и свежей прессой
Вот тут-то и загогулина!
Игорь: - Да никто и не собирается выхолащивать духовную сущность…Важно прийти к согласию о том, для чего всё делается. А делается всё для спасения Отечества, для нормального для России жизнеустройства, основанного на её традиционных духовных устоях.
Ю.И.: - Вот тут-то и загогулина, как говаривал наш вечнозелёный Борис Николаевич. Ещё не было на Руси деятеля, который признался бы, что старается не для «спасения отечества», а для Бонапарта, германского фашизма или американского империализма – разве что под пытками в третьем отделении или на Лубянке. Испокон веков ведётся спор и о «нормальном жизнеустройстве», и о «традиционных духовных устоях», который время от времени заканчивается глобальной дракой. Какие «духовные устои» будем спасать, какое Отечество? Российскую империю Романовых, Советский Союз, нынешнюю Эсэнговию или Ельципутию, дрейфующую в НАТО? А будет ли единодушие среди спасателей, не говоря уж о спасаемых? И есть ли на Руси сила, (партия или движение), способная стать локомотивом этого «спасения»? Есть ли, наконец, сам народ (не путать с населением)?
Я прекрасно понимаю, Игорь, о чём вы грезите, я так, придуриваюсь, но поймите, - то величайшее чудо, которое удалось в отдельно взятой стране первый и, боюсь, последний раз в истории, благодаря Всевышнему и посланному им «отцу народов», сейчас, в условиях надвигающегося НМП, совершенно нереально. Не устаю повторять: нынче противостоять всемирному злу можно не с помощью русского или всероссийского, а только глобального проекта, каким и является Изания, призванная объединить «наших» повсюду на шарике - независимо от страны, вероисповедания и социального положения. Это – Союз
«Мы впервые объявили миру, что не через подавление личностей иноплеменных нам национальностей хотим мы достигнуть собственного преуспеяния, а напротив, видим его лишь в свободнейшем и самостоятельнейшем развитии всех других наций и в братском единении с ними, восполняясь одна другою, привлекая к себе их органические особенности и уделяя им и от себя ветви для прививки, сообщаясь с ними душою и духом, учась у них и уча их, и так до тех пор, когда человечество, восполняясь мировым общением народов до всеобщего единства, как великое и великолепное дерево, осенит собою счастливую землю.»
Полагаю, имелось в виду то самое «древо Богочеловечества», возрастающее к Небу – символический смысл исторического процесса, вечной памяти, где «никто не забыт, ничто не забыто».
Вот и Молотов впоследствии свидетельствует:
«Выдержал наш строй, партия, народы наши и, прежде всего, русский народ, который Сталин назвал наиболее выдающейся нацией из всех наций, входящих в состав Советского Союза. И в этом не было проявления великодержавного шовинизма, а была историческая правда. Кто-кто, а Сталин разбирался в национальном вопросе. И правильно назвал русский народ той решающей силой, которая сломала хребет фашизму. Сталин, как никто, понимал великое историческое предназначение и тяжёлую миссию русского народа. То, о чём писал Достоевский – что ко всемирному всечеловеческому объединению народов сердце русское может быть более других предназначено.»
Это высказывание Молотова я привожу в своём романе. Но способен ли сейчас русский народ стать душою «древа»? Кого-то спасать, когда его самого надо спасать?
Что же из этого следует? Только одно - вспомнить, по крайней мере, каждому верующему, что мы – «по образу и подобию», а не от обезьяны, и Отечество наше – Небесное.
И путь к нему один – восхождение. Но, ежели наше земное отечество перестало быть ступенью вверх, а стало ступенью вниз, это вовсе не означает, что мы должны его менять, или меньше любить, или бросаться переделывать лестницу, не имея на это ровным счётом никаких сил и возможностей. Мы просто должны поискать иной путь и, крепко взявшись за руки, продолжить восхождение. Тогда, глядишь, и народ за нами потянется, а те, что остались далеко внизу, вдруг осознают, что Россия – вовсе не они, а эти чудики с их «взаимным отпущением долгов» и отказом от «дури».
2002-06-26
ВОТ БЫЛА БЫ ИЗАНИЯ…
Ещё раз о тупике в нынешней медицине и не только в ней
«Да, порядочный человек сделает так, как он может – не лучше и не хуже, - независимо от того, заплатили ему или не заплатили. Но порядочных людей всегда гораздо меньше, чем непорядочных, а если вы дадите деньги непорядочному врачу, он может вас и угробить с чистой душой за ваши же деньги, и такие случаи известны: в последние годы они превратились в массовое явление. «Мы привезли отца в больницу, я раздавала деньги всем – врачам, сёстрам, нянечкам, - и все с удовольствием брали, но к нему никто даже не подошёл; я спрашивала, что купить, какое лекарство, - мне говорили, ничего не надо, у нас всё есть, но ему ничего не давали – ни таблеток, ни уколов, - и он умер, умер на третий день, а нам даже не позвонили…»
Кроме собственной совести никто не следит за врачом и не заставляет его оказывать медицинскую помощь в соответствии с уплаченным взносом, а если совести у него нет, то тогда вот так и получается. Поэтому обязательно должна быть структура – контролирующая, надзирающая, отвечающая за лечение, иначе все эти конверты, которые столь охотно раздают пациенты, только развратят врачей, они начнут гоняться за ними, выживать и выдавливать сильных профессионалов (потому что они сильные конкуренты) и рвать, рвать, рвать деньги из больных.
Начнётся разложение. Оно, собственно, уже началось и сейчас и триумфально шествует по стране… Происходит подмена целей: если раньше была цель – вылечить, теперь цель – заработать любыми путями. Где появляются конверты, там отступают надёжность и качество, и система проваливается – это знает любой управленец, любой, особенно государственного уровня, и у него здесь два пути: либо он запрещает конверты и борется, либо он их тоже берёт, и на всё плюёт, приобретает виллу на Адриатике и наслаждается жизнью.»
Ю.И.: - Думается, что в Изании такая беда будет вполне преодолима. Во-первых, у нас каждый врач и результаты его терапии – на виду, а во-вторых, он сам нашими внутренними законами (не делай другому, чего не хочешь себе), будет понуждаем лечить добросовестно, понимая, что, в случае «разложения» системы кто-то ему тоже плохо починит крышу, привезёт заражённое мясо, огурцы с нитратами или так отремонтирует холодильник, что от короткого замыкания сгорит квартира.
2002-06-26
У НЕЁ ПОД ОДЕЖДОЙ ВЛАСЯНИЦА…
(вторая половина восьмидесятых)
Потом Артур заболел, о чём поведала его сожительница – мол, лежит, чахнет, уже не встаёт. Мы с Борисом пошли его проведать и сразу поняли – дело плохо. Кожа да кости, глаза ввалились, лицо жёлтое. По всей вероятности, цирроз.
Артур нам обрадовался, объявив, что предвидел этот визит, потому что «видел сон». И тут же начал его рассказывать. Будто он на корабле в бушующем море – то ли война, то ли буря, корабль вот-вот потонет, пассажиры в панике, и вдруг Артуру кто-то шепчет, что единственный шанс спастись – найти Богородицу, которая где-то на корабле.
- Но как я её узнаю?
- Узнаешь. У неё под платьем власяница.
Ну и ну! Мы стали слушать с удвоенным вниманием.
Артур потолкался в толпе мечущихся по палубе пассажиров и вдруг, коснувшись одной из женщин, ощутил у неё под плащом что-то, подобное панцирю. Власяница! Женщина подала знак следовать за ней. Пришли в каюту. Женщина, по-прежнему до бровей кутаясь в плащ, сказала, что не хочет, чтоб Артур погиб. И протянула на ладони коробочку.
- Вот, возьми.
Там оказался нательный крест.
- Надень. А потом…
Женщина шагнула к двери.
- Что потом?
- Потом придёт Юлия. Делай, как она скажет.
Я остолбенела. Ничего себе!
- Артурчик, - голос у меня дрожал, - раз уж на то пошло…Если я принесу тебе крестик – наденешь?
- Чего ж не надеть.
- Вот ты болеешь. Надо бы исповедываться, причаститься, батюшку позвать.
- Зови, чего ж не позвать…
Я помчалась к отцу Герману. Я всегда опасалась состояния «прелести» и всего такого, когда бывают разные «светлые видения». Но ведь этот сон не мой был, а Артуров! И слова Артуровы – не глюки, Борис свидетель.
Отец Герман неожиданно отнёсся к моему очередному «чуду» деловито-буднично:
- Раз Пресвятая Дева велела, наше дело исполнить. Надень на него крест и приготовь к исповеди, а меня в среду утром на станции встретишь. «Артур» – это что за кличка?
- Может, из «Овода»? А ещё Артур Рубинштейн был, композитор…
- А «Рубинштейн»-то этот твой крещёный?
- Говорит, да. Скавронский он. Отец – поляк, мать – русская.
- Ладно, будет Артемием.
Посёлок наш пребывал в шоке, когда сам знаменитый отец Герман, к которому, бывало, не пробьёшься сквозь плотное кольцо прихожан, жаждущих хотя бы благословения, вдруг появился собственной персоной. И не на машине родственников болящего, а на электричке. Не к благочестивой немощной прихожанке, а к какому-то опустившемуся пропойце. Воистину в этом было нечто библейское, когда высокий красивый отец Герман в развевающейся на ветру чёрной рясе размашистым шагом мерил расхлябанную нашу дорогу, а вослед ему глядели, оцепенев, и спешащие на поезд пассажиры, и очередь за молоком, и бабы из калиток и окон.
Хоть Анюта, Артурова сожительница, и прибрала немного в их халупе, но кабацкая обстановка батюшку всё же шокировала. К тому же исповедник не внял моим наставлениям и выпил утром чаю («что, и чаю нельзя?»). Поэтому исповеди с причастием не получилось. Отец Герман велел, чтоб к следующему разу приготовили иконы и свечи, чтоб накануне после полуночи – никакой еды, а главное, чтоб вспомнил и написал Артур подробно все свои грехи аж с самого детства.
- А сейчас все будем молиться.
Мы (я, Анюта и Лиля) встали рядом, Артур полулежал на подушке. Насколько я поняла, батюшка то ли изгонял бесов, то ли освящал дом, а может, то и другое. Я очень волновалась и пребывала в какой-то прострации. «Уходи с чердака, уходи из печи, уходи из подпола», - что-то вроде этого властно повторял отец Герман, крестя углы и размахивая кадилом. Наверное, и из меня он кого-то изгнал, потому что я вдруг будто провалилась в муторную безвоздушную дурноту. Но тут же вынырнула, глотнула пахнущий ладаном воздух, и сразу стало хорошо и легко. Состояние птичьей невесомости, парения, которое я прежде испытывала лишь в детстве.
И второй раз приехал отец Герман к Артуру. Накануне больной попросил меня сесть рядом и, под его диктовку, помочь записать все грехи, как велел батюшка. Так и я шла когда-то на свою первую исповедь с до краёв заполненной тетрадкой. Был уже поздний вечер, рука устала, но удивительно – все артуровы супер-грехи сразу изглаживались из моей памяти. Я лишь внутренне содрогалась и тут же напрочь их забывала.
Вот недавно разговорилась с одним жителем нашего посёлка, хорошо знавшим артурова отца. Геннадий Фёдорович поведал, что Генрих Антонович был в ссылке с самим Лениным, бежал оттуда, где-то в лесу зарыл свои наручники и уговаривал Геннадия Фёдоровича вместе съездить в те места и откопать кандалы. Так и не собрались.
И ещё рассказал, что артурова мать, скромная молчунья, очень переживала пьяные дебоши сына и, когда тот попал в тюрьму, как-то сразу сдала и вскоре угасла. А Артур написал записку кровью: «Мамочка, прости, я больше никогда не буду», имея в виду дурной образ жизни, и положил записку в гроб. Но клятвы не сдержал.
БЫЛ МЕСЯЦ ИЮЛЬ
B БЕСЕДКЕ С: Филиппом П.
Так кто же управился с Берлиозом?
Филипп П.: - И всё же, и всё же…У нас с вами разные взгляды на исторический процесс (и на Изанию соответственно).
Вот с этой строчкой, которую так или иначе признают многие православные, я не согласен абсолютно: «Творец призывает всех, но нам дарована высокая свобода – избрать или отречься от своего божественного происхождения и призвания». (
Я всё-таки считаю, что Бог на самом деле другой. Что это за престраннейшая «высокая свобода», которая «дарована человеку» и так ценится «Творцом»?
Я убеждён в том, что человеку не дарована никакая свобода. Человек (как и небесные силы и пресвятая Троица) и есть свобода. Это корень всех проблем, а не надуманное (извиняюсь за резкость) уважение Всевышнего к некоему загадочному дару.
Ю.И.: - Мне на это хочется ответить общеизвестной репликой Воланда из булгаковского романа – там речь идёт о так называемой «свободе действия»:
«А бывает и ещё хуже: только что человек соберётся съездить в Кисловодск, - пустяковое, казалось бы, дело, но и этого совершить не может, потому что неизвестно почему вдруг возьмёт – поскользнётся и попадёт под трамвай! Неужели вы скажете, что это он сам собою управил так? Не правильнее ли думать, что управился с ним кто-то совсем другой?»
Ну разве можно приравнять свободу твари, каковой является человек, хоть он и «по образу и подобию» или свобюоду «сил небесных», тоже сотворённых, при всём моём к ним уважении, - к бесконечной Свободе Пресвятой Троицы и Самой Истины? Да, нам дан шанс войти в эту Божественную Свободу (так малая капля может приобщиться к Океану, лишь слившись с ним. Или засохнуть, испариться, вообразив, что она и есть «Океан»). Нам дана альтернатива выбора между добром и злом, послушания или непослушания Творцу. И не потому, что Всевышний - такой уж узурпатор. Просто Он – единственный источник Бытия. Выдернув вилку из этого штепселя Жизни, наши прародители обрекли себя на смерть (об этом в Библии чётко сказано), и начался тот самый «исторический процесс» дробления, размножения человечества, смены поколений, чтобы оно совсем не вымерло. И отбор «капель», пригодных к жизни в Океане, и сошествие Христа на землю - для искупления Своими страданиями и Кровью тех, кто разумом и сердцем избрал Свет, но не имеет сил сам сразиться с армией тьмы.
И даже сама смерть дана человеку во благо – мы имеем, в отличие от изначально бессмертных падших ангелов, возможность скинуть по истечении земного срока ветхую телесную оболочку и воскреснуть во Христе для жизни Будущего века, в новом бессмертном теле. Но полагаю (пыталась это доказать в «Дремучих дверях»), что «воскреснуть во Христе» означает, прежде всего, идти Его путём (Я есть Путь, Истина и Жизнь). Верю, что Спаситель находится рядом с каждым, идущим Его путём, независимо от вероисповедания, ( не может худое дерево приносить добрые плоды). Разумеется, приобщающиеся Христовых Тайн и устно исповедующие Христа, то есть члены Церкви, имеют потенциально важные преимущества перед иноверцами или атеистами. Но и здесь нас подстерегает грозная опасность, чему есть масса библейских предупреждений - о том, что «теплохладность», равнодушие, неисполнение данного при крещении обета, приведёт верующих к гораздо большему осуждению - по сравнении с «холодными», неразбуженными.
Итак, мы имеем лишь свободу выбора между добром и злом – об этом в Библии немало прямых текстов, как в ветхом, так и в Новом Завете:
«Если будешь слушать гласа Господа, Бога Твоего, соблюдая заповеди Его и постановления Его, и если обратишься к Господу, Богу твоему, всем сердцем твоим и всей душою твоею. Ибо заповедь сия, которую Я заповедаю тебе сегодня, не недоступна для тебя и не далека; Но весьма близко к тебе слово сие; оно в устах твоих и в сердце твоём, чтоб исполнять его (
И в Новом завете, в притче о Страшном Суде, нам тоже даны прямые указания на критерий свободного
Тут уж не оправдаешься предположением, что, мол, «попущением погружения человека в бездну грязи (как в вышеуказанных случаях) – (
Без тезиса о «дарованной свободе выбора» неразрешимы основные «проклятые» вопросы. Прежде всего - в чём тогда смысл исторического процесса, полного искушений и страданий и заканчивающегося кладбищем?
На всех дискуссиях на эту тему часто задают вопрос: «Почему Бог терпит зло? Зачем Бог сотворил зло и не наказывает за него? Значит, Он сам злой? Сотворил бы человека на радость и блаженство – тогда всё понятно». Да ведь так и было поначалу – райские кущи, ангелы с арфами…А тут – какое-то древо – ну зачем было Всевышнему, Который Сам себе хозяин, насаждать его в раю, да ещё и предупреждать – не ешьте, мол, плохо будет. Будто нарочно…
Знаете, Филипп, я сама мучилась этим вопросом о древе – и верно, зачем оно? Ведь так всё было хорошо. Да ещё змея попустил искусить бедных прародителей. И началось нивесть-что…Не водилось бы никаких гадов в раю - и нет проблем.
Просила и получила ответ. «Но как иначе Я мог даровать вам свободу?» А ведь верно - там, где нет выбора (в данном случае, слушаться или не слушаться Бога, единственного источника Жизни), - там нет свободы. А где нет свободы, там нет человека «по образу и подобию», а есть запрограммированный на послушание ребёнок, каким и был Адам. Насаждением древа добра и зла нам и была дарована эта Божественная Свобода, без которой малой капле никогда не стать Океаном. Потому что Всевышний сотворил себе не ребёнка-игрушку, а богоподобного наследника своего замысла. Поэтому не имеющий своей воли Адам – детство человечества. Определиться же в сознательном сыновстве (путём духовного отбора) оно должно именно в историческом процессе, в отданном нам «дне седьмом», который Творец поручил человеку, после шести дней творения «почив» от трудов. Вот мы и «творим». В нашей злой воле - причина большинства земных бед. Разве что Господь ради нашего же блага насылает порой всякие катаклизмы и войны, - не столько, чтобы напугать - (раб не наследует Царство), не столько для нашего «смирения», как вы пишете, но и для нашего духовного восхождения.
«Помни о смерти», - учили мудрецы.
Чтобы некоторые господа-товарищи, прикипевшие к баксам, виллам и «тёлкам», осознали, что всё это – тлен по сравнению с высоким сыновством в Вечности. Чтоб не меняли «первородство на чечевичную похлёбку». «Отдай плоть – прими дух».
Для этой же цели попускается силам тьмы нас искушать, мучить и «валять в грязи» (что сейчас происходит в обезумевшей нашей стране, и о чём вы справедливо пишете). Миссия Изании по спасению голодных, бездомных, отчаявшихся, вынужденных из-за куска хлеба впадать в грех и идти на многие преступления, лишённых любимого, нужного Богу и ближним дела, - это и есть соблюдение нами заповеди Любви, что благословляется Творцом в отношении всех страждущих во все времена.
Получается, что известная марксистская формула: «Свобода – это осознанная необходимость» недалека от истины. Разве что нам следует добавить: «осознанная необходимость подчиняться Творцу». Единственному источнику Жизни. Обретение Божественной Свободы в Боге через подчинение Ему – только так можно войти в Его Царствие. Диалектика. Свобода через подчинение. Но всё же стимул здесь - не страх или благоразумное рабство, чем, пожалуй, является просто «осознанная необходимость». Наша Свобода – это жертвенный, по велению сердца, выбор любящего сына служить делу Отца. Приобщиться к Его великой Любви, призванной спасти погибающий мир. Даже ценой страданий, унижений и крестной смерти. «Чтоб были едины, как Мы с Тобой едины». (с Отцом).
Кстати, вы никогда не задумывались над тем, что и Сам абсолютно свободный и всемогущественный Господь – служитель Своего замысла?
2002-07-03
УСПЕНИЕ АРТЕМИЯ
Слушая спустя несколько лет рассказ Геннадия Фёдоровича, я только тогда вспомнила, что со слов Артура записала этот его грех в тетрадку (нарушение клятвы, данной на могиле матери), ужаснулась и тут же забыла.
А наутро в ту зиму отец Герман долго читал мелко исписанные страницы, потом так же мелко порвал их и причастил больного. Помню его слова: «Ну вот, Артемий, - твоя первая встреча с Христом. В жизнь вечную, аминь…» И как улыбнулся Артур, показав редкие прокуренные зубы, и как у меня от этой улыбки защипало в горле, а потом мы все пили чай с «долгоиграющими» леденцами (был рождественский пост) и батюшка рассказывал, как случилось, что пограничник Саша стал отцом Германом.
Через пару недель в храме, уже под конец праздничной рождественской службы, отец Герман сам помахал мне издали:
- Юлия, подойди. Надо бы Артемия соборовать. Я к нему приеду девятнадцатого.
- Хорошо, батюшка.
Но затем сообразила, что ведь девятнадцатого января – Крещение, то есть он будет наверняка целый день занят в церкви.
- Да, верно, запамятовал. Ну, тогда после решим.
Но я знала по опыту: отец Герман ничего просто так не скажет. Неужели Артур помрёт на Крещенье?
Вечером 18-го были с Борисом на службе, вернулись усталые, с бидонами освящённой воды. А у меня Артур из головы не выходит. Надо, говорю, к нему зайти, воды отнести. Борис против: - Поздно, утром навестим. - Тогда пойду одна.
На улице тьма кромешная, Артур живёт у леса. Ворча, Борис поплёлся следом. В доме свет не горит. Постучали. Ещё раз, ещё. Наконец, сонным голосом отозвалась Анюта: «Мы, мол, спим». Я успокоилась, а Борис меня всю дорогу пилил.
Назавтра проснулись поздно, позавтракали и собрались гулять с собакой. Я сказала, что надо захватить с собой крещенскую воду для Артура и идти не в лес, как обычно, а сразу к нему. Все попытки Бориса меня урезонить опять ни к чему не привели – я
На этот раз сама Анюта кинулась нам навстречу, в слезах поведав, что с Артуром что-то неладное – закатил глаза, часто дышит и на вопросы не отвечает.
Я сразу поняла - ничего уже сделать нельзя. Борис закричал, что надо вызвать скорую. Какая там скорая! Прежде мы не раз пытались устроить Артура в больницу - пока главврач доверительно не пояснила мне: «Поймите, коек на всех не хватает – так разве я имею право отказать в койкоместе прорабу или отцу семейства, чтобы неизвестно зачем продлевать существование вашему циррознику?»
Возразить ей было нечем.
Я велела Борису бежать домой за молитвенником (обязательно чёрным, где есть канон при разлучении души от тела), а также захватить из холодильника пузырёк соборного масла.
- Он умирает.
Анюта запричитала, завыла. Приказала ей замолчать и вместе просить Казанскую Богоматерь (картонная иконка висела на стене ещё с посещения отца Германа), чтоб смерть подождала. Подошла к Артуру, стала поить с ложечки крещенской водой. Он часто дышал, поворачивая голову то вправо, то влево, но воду глотал с жадностью.
Бориса не было очень долго, минут сорок – что-то не сразу нашёл, да и пришлось на нервной почве посетить туалет. И всё это время смерть медлила – я ощущала её ледяное дыхание совсем рядом, хоть теоретически и было, наверное, вполне допустимо, чтоб такое бессознательное состояние длилось у больного несколько часов или даже дней. При мне ещё никто никогда не умирал. В конце концов, появился Борис. Артур был всё в том же положении. Я зажгла свечи, надела анютину тёмную косынку. Начертила Артуру прямо пробкой от пузырька масляные кресты - на лбу, щеках, глазах, у губ, на шее, груди, ладонях, ступнях, вспомнив, как это делали кисточкой на соборовании священники. Тогда мы собрались перед чистым четвергом на квартире у кого-то из духовных чад, и отец Владимир сказал, что помазаться надо каждому семь раз.
«Во имя Отца и сына и Святого Духа»…
Артур реагировал на прикосновение прохладной пробки, никаких перемен. Но я велела Борису с Анютой стать рядом и читать канон при разлучении души от тела. Анюта опять запричитала, Борис возмутился:
- Что ты живого человека хоронишь?
А я уже читала. Одно могу засвидетельствовать – всё происходило не то чтоб вне моей воли, но по какому-то высшему распорядку, которому я просто в благоговейном ужасе подчинялась. Шесть страниц канона, минут десять неторопливого чтения. Я видела, как постепенно разглаживается лицо Артура, тише и ровнее становится дыхание. С последним «Аминь» он глубоко вздохнул и закрыл глаза.
- Уснул, - прошептал Борис.
- Умер, - я отложила молитвенник. Анюта завыла.
- Опять ты за своё, - Борис прикоснулся к щеке Артура, - Тёплая. Так не умирают.
Я тоже думала, что «так не умирают» - без корчей, хрипов и стонов. Если б мне рассказали, что такое возможно – просто навеки заснуть под молитву и будто по заказу, секунда в секунду, я б тоже не поверила. Но сейчас я
- Есть зеркальце?
Приложила к губам Артура поданный Анютой осколок, перед которым хозяин прежде брился. Ясное, незапотевшее. Всё.
Перекрестилась. Потрясённый Борис рухнул на колени и тоже стал креститься. Я велела Анюте замолчать и сбегать к живущей неподалёку Аньке-цыганке, чтоб помогла обмыть и собрать усопшего. Сама же прочла «Последование по исходе души», явственно чувствуя присутствие где-то рядом этой трепещущей артуровой жизни, навсегда покинувшей тело.
«Со святыми упокой, Христе, душу усопшего раба Твоего, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.»
Чудеса продолжились. И цыганка оказалась дома, и даже не одна, а сидела у неё в гостях Лиля. Так что женщины втроём с Анютой быстро обмыли и обрядили тело. А мы с Борисом пошли звонить в милицию и артуровой сестре Аде.
Наутро в день похорон я заказала заочное отпевание, привезла покойнику в дальний путь молитву в руку, венчик на лоб и горсть земли, которую полагалось крестом посыпать поверх савана. На похороны не пошла – Ада, важная дама в дорогой шубе, смотрела на меня подозрительно – не претендую ли на наследство? Я попросила об одном – чтоб поставила на могиле крест, в чём она и поклялась. Но, по словам Лили, знавшей, где могила, обещание Ада так и не сдержала. Вскоре холм совсем зарастёт бурьяном и сравняется с землёй. Мы с Борисом как-то соберёмся привести могилу в порядок да так и не отыщем (Лили тогда уже тоже будет лежать где-то неподалёку). Поминать Артемия я буду в вечерних и утренних молитвах, вместе со своими «усопшими сродниками», а также с «убиенной Ниной». Потом с «усопшей Лилией» и другими своими подопечными бедолагами, подавать за них записочки на поминальные службы.
Но это будет потом, а тогда отец Герман задумчиво скажет по поводу чудесного спасения заблудшей души Артура:
- Кто-то есть у него там, на Небесах. Сильный заступник.
Я вспомнила про атеиста Генриха Антоновича и про артурову мать, которая в церковь не ходила, хоть и молилась тайком под одеялом. Батюшка покачал головой.
- Уж больно всё дивно сложилось. Кто-то Пречистую умолил…
Спустя пару лет я случайно встречусь с Лилей в электричке – она будет ехать в Москву со своей приятельницей. Разговор зайдёт об Артуре, затем о его семье, историю которой женщина, оказалось, знает, потому что тоже из тех же мест. И выяснится, что артурова матушка - из семьи высоких чинов духовного звания, что отец её был там, на Западной Украине, чуть ли не митрополитом.
B БЕСЕДКЕ С: Филиппом П.
«Религия, именуемая «православие» – штука опасная»
Ну вы, батенька, и замахнулись…
Филипп П: - В последнее время я всё больше убеждаюсь, что религия, именуемая «Православие» – штука опасная. Она есть половинка христианства, внешняя сторона его, и явно недостаточна без внутренней: опасность её ещё и в том, что она заслоняет христианство, выдавая себя за него. Поневоле начинаешь думать, что русские в их многовековой истории были христианами «по касательной» - т.е. мысли о православных (христианских народах и христианских цивилизациях) – не более, чем языческий миф.
2002-06-28
Ю.И.: - Такие рискованные утверждения требуют серьёзных доказательств. Расшифруйте, пожалуйста. Между прочим, Святой Огонь на Пасху в Иерусалиме сходит лишь по молитве православного патриарха.
2002-07-03
О сытых телах с неким мировоззрением
Филипп П.: - Уважаемая Ю.И, ваша задумка Изании – неплохая штука, но вы смешиваете два разных дела.
Дело Церкви – спасать души, ищущие спасения. Дело государства – кормить и беречь тела. Дело религии и идеологии (любой) – поддерживать некое мировоззрение в людях.
Вы пытаетесь, не участвуя в уже существующей государственной жизни, создать параллельную ей структуру с теми же целями. Что ж, вероятно это хорошо, и можно это считать феноменом гражданского общества, народного самоуправления. Но вот удастся ли это в нашем тоталитарном государстве? Хотя если бы вы этим ограничились, всё было бы здорово и достойно уважения и помощи. Но затем вы пытаетесь выдать Вашу организацию ещё и за некий духовный союз, способствующий спасению душ. А вот стоит ли? Ведь вот что вы пишете:
«Но, если с помощью этого «частного случая»
Такую роль может вполне выполнить хорошая земная религия, не так ли? Вы не задумывались над тем, что попущением погружения человека в бездну грязи (как в вышеуказанных случаях) и унижения Бог пытается сломать изначально присущую грешному человеку гордость, мешающую стремиться к истинному свету, и пробудить в нём покаяние? Вы уверены, что всё, что происходит, плохо?
Не с точки зрения жизни земной, а с точки зрения жизни вечной – ради которой собственно и весь сыр-бор, ибо весь мир сгорит в огне?
Ю.И.: - Насколько я поняла, Вы приветствовали бы Изанию, которая бы «кормила и берегла тела», «поддерживала в этих телах «некое мировоззрение», а дело «спасения душ» (лично для меня – самое главное, потому что Господь принял мученическую смерть на кресте не ради «сытых тел с неким мировоззрением», а ради Своих сынов, наследников и продолжателей Дела), - предоставила бы, например, исламу.
Ну, во-первых, ислам спасает лишь мусульман, как и прочие религии, отвечающие лишь за «своих». А кто будет спасать невоцерковлённых, или жертв всевозможных «волков в овечьих шкурах», появление которых в последние времена предсказано в храмах? Кто поможет отчаявшимся, униженным и оскорблённым – истинно верующих-то у нас считанные проценты? Вы вполне справедливо отвечаете – «Сам Бог и поможет». Но Господь ведь действует через людей – «помогли «малым сим» – значит, Мне помогли.»
Однако вы предлагаете оставить всё, как есть, даже более того: спиваются колхозники, у которых коровы дохнут на ферме, потому что рынки молока схвачены и нечем платить за комбикорм и транспорт – ну и прекрасно. Поваляются спьяну в грязи – глядишь, и в храм приползут. И нечего всякой там Изании забирать у таких хозяйств молоко в обмен на корм, ремонт помещений и другую помощь. Пусть лучше каются.
И изобретателю, у которого нет средств на продолжение многолетних исследований, у которого гибнет на корню дело жизни по лечению какого-нибудь энцефалита, - тоже нечего помогать. Пусть смиряется или пускает пулю в лоб, и парализованные пациенты пусть смиряются и каются – нечего по тайге, где клещи, шастать и руду искать.
И детишки, которых обезумевшие от нищеты родичи продают в рабство развратникам, пусть смиряются и каются. Ну хотя бы за грехи этих «родичей», которые наплодили на свою голову голь перекатную. И квартиры у них пусть отбирают обманом всякие проходимцы – а обманутые смиряются где-нибудь в бомжатнике. И нечего Изании, которая бы и часть квартиры помогла сдать под нашу, допустим, группу продлённого дня для ребят, с обедами из наших продуктов, где всем нашлись бы дело по душе и «хлеб насущный», соваться не в своё дело.
И ту самую потенциальную «девочку на панели» нечего обучать уходу за больными и престарелыми, готовить к поступлению в медицинский, если она этого хочет, или компьютерной графике, или агротехнике, - ничего такого не надо. Вот пусть сходит на панель, искалечит душу и тело, простится с возможностью стать матерью, смирится, вываляется в грязи, а там, глядишь, и ринется в какую-либо «хорошую религию».
Да знаю я, Филипп, эту теорию о пользе погружения человека «в бездну грязи», только вот на моей памяти ничего путного из этого не выходило. Девочка с панели, как правило, приводила с собой в следующий раз подругу, или младшую сестрёнку, иногда и на иглу всех помогала сажать. Бывало кстати, что и в Церковь ходила каяться, и панельные деньги на храм отстёгивала. Снимет платочек с головы, вытрет им слезинку и опять на панель.
Может, я утрирую. «Кто без греха, пусть первый бросит в неё камень». Может, как вы пишете, «не всё, что происходит, плохо, с точки зрения жизни вечной – ради которой собственно и весь сыр-бор, ибо весь мир сгорит в огне».
Но, к сожалению, не всё так просто. Вот что сказано в «Писании»:
«Пища для чрева, и чрево для пищи; но Бог уничтожит и то, и другое. Тело же не для блуда, но для Господа, и Господь для тела. Разве не знаете, что тела наши суть члены Христовы? Итак, отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет!
Или не знаете, что совокупляющийся с блудницей становится одно тело с нею? Ибо сказано: «Два будут одна плоть». Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои?
Ибо вы куплены дорогою ценою.» (1-е Послание к коринфянам)
Видите, как всё тесно взаимосвязано – дух, душа и тело, которым, по-вашему, должно заниматься «государство». А государство наше как раз сейчас подумывает о легализации проституции. Позвольте по этому поводу привести ещё одну евангельскую цитату:
«Невозможно не придти в мир соблазнам, но горе тому, чрез кого они приходят: Лучше было бы ему, если бы мельничный жернов повесили ему на шею и бросили его в море, нежели чтоб он соблазнил одного из малых сих.»
Такая вот любопытная выстраивается очередь «за жерновом» – не только похотливые господа в иномарках и без оных, не только армия всяких там масс-медиа, нарко и порнобизнесов, но и само государство с сонмом чиновничества, думцев и даже, страшно сказать…Так может, всё же лучше Изания?
2002-07-03
Обратимся к первоисточнику
Филипп П.: - Все ваши мысли про Вавилон, «выйди от неё», времена антихриста и прочие представляются мне (как христианину), по меньшей мере, спорными. Лично я склонен считать на данный момент, что Новый Мировой Порядок из века в век создаётся лукавым именно для того, чтобы от него людей избавил антихрист, явившись в виде «истинного» освободителя от «железной реальности», (как «добрый» гестаповец, сменяющий «Злого» на допросе). Посему Вавилон (если под ним понимать НМП и ту же Америку) – вряд ли самое большое зло. А выйти из него (учитывая, что Вавилон, вероятно, самый сложный образ «Откровения») полагается физически – т.к. он сгорит в огне: т.е. речь не о неучастии в его порядках.
Ю.И.: - Вот как толкует вышесказанное Лопухинская Библия (Петербург, 1904-1913г.г.):
«Повеление Господа: «Выйди от неё, народ Мой», означает окончательное отделение общества избранных христиан последнего времени от нечестивого антихристианского общества. Кончилось долготерпение Божие и должно наступить время воздаяния. Бог вспомнил все неправды Вавилона, все его беззакония, они превзошли меру.
«Воздайте ей» - это приказание оттого же лица, но к другому субъекту. Этими исполнителями Божьего повеления, очевидно, являются те самые цари, которые были назначены исполнителями Бож.воли относительно суда над Вавилоном. Им повелевается воздать, отплатить Вавилону, как и он воздавал «Вам», ибо от его развращённой жизни, от его насилий страдали не только избранные христиане, но даже и сами нечестивые цари и народы. (
Его прежня гордость и самоуверенность, как столицы антихристианского царства, как действительной царицы, окажутся в совершенной противоположности с его внезапной гибелью. Прежде всего восплачут цари, правители отдельных провинций и государств, составляющих единое антихристианское царство. Далее оплакивают разрушение купцы, которое само собою и непосредственно отзывается на их интересах, так как с мировым городом Вавилоном была тесно связана мировая торговля.
Но если падение Вавилона для обитателей земли, стоящих под непосредственным влиянием антихриста (
Иоанн при том видит символическое изображение внезапности и непоправимости падения Вавилона. Один ангел бросил в море большой камень. Этот образ означает то, что как тяжёлый камень, брошенный в море, исчезает в нём быстро и безвозвратно, так точно по Бож. Суду бесследно и безвозвратно погибнет и Вавилон. В заключение ангел объясняет и причину самого суда над городом и его жителями. Первая вина их та, что купцы обратились в вельмож и придали безнравственное направление своей торговле. Далее, вина в его волшебстве, т.е. его развращающей политике. Наконец, последняя и самая важная вина Вавилона в том, что в нём была найдена кровь пророков, святых и всех убитых на земле. Это значит, что Вавилон, как город при конце мира, столица антихристианства и место высшего проявления боговраждебности, был виновником пролития крови всех убитых на земле; так как зло и грехи будущего антихристианского мира были плодом и последствием всей долговременной истории зла, то, по справедливости, на антихристианский мир (Вавилон) падает и ответственность за всё мировое зло.»
Комментарии, как говорится, излишни. Думаю, вы понимаете, что под «антихристианством» понимается суть, а не внешняя личина.
2002-07-03
Здесь ничего бы не стояло…
Филипп П.: - Всё это сложно, ув. Ю.И., и я советовал бы вам как христианке не браться ни за какие глобальные проекты, пока вы не будете стопроцентно уверены в том, что цель выбрана правильно. Ведь все дома, даже самые грандиозные, построенные на песке, - дело гиблое.
Если спасать тела людей – тогда вспомним Ленина и Сталина и будем активнее участвовать в государственных делах – для этого государство и предназначено, а не для того, чтобы ему платить налоги.
Если спасать их души (да и тела в купе) для вечной жизни – тогда обращайте людей к Церкви, а не к абстрактному приобщению к «Делу Спасителя» – ибо большинство религий учат порядочно и по совести жить (без иронии), но ни одна из них не ведёт на небо ещё при этой жизни, т.к. у них нет Крови и Тела Христовых.
Ю.И.: - На сто процентов может быть в чём-то уверен лишь Сам Господь, дорогой Филипп, и, ежели человечество следовало бы этому принципу, «здесь ничего бы не стояло», поверьте. Но на 99 процентов (в главном, а не в деталях, разумеется), я уверена. То бишь, в правильности цели. Но идея и возможность её осуществления на практике– две большие разницы, как говорят в Одессе. Вспомните известное изречение знаменитого физика: «Эта идея недостаточно безумна, чтобы быть истинной».
Ибо «Мудрость века сего – безумие пред Богом». И наоборот. Ведь идёт война за души, не на жизнь, а на смерть.
Помните в Евангелии: «Видя толпы народа, Он сжалился над ними, что они были изнурены и рассеяны, как овцы, не имеющие пастыря.
Тогда говорит ученикам Своим: жатвы много, а делателей мало;
Итак молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою.»
Ну что ж, будем и мы молить о «делателях».
2002-07-03
Ты проснёшься ль, исполненный сил?
Филипп П.: - ??? Парадокс в том и заключается, что, спасая других, спасаешься сам. Я верю в русский народ, даже в его нынешнем состоянии.
Ю.И: - Ваш «парадокс» и я не устаю всё время повторять, но понимает ли это сам народ? Может, обратимся пока к тем русским, которые понимают, а заодно и к нерусским единомышленникам, чтобы получилось нечто способное противостоять НМП? А там, глядишь, и народ проснётся. А то, пока мы будем его за штаны стаскивать с печи, саму печь умыкнут. Вместе со штанами.
2002-07-03
И КОГДА Ж ТЫ НАЧНЁШЬ ХРИСТИАНСКУЮ ЖИЗНЬ?
ПАНИХИДА ПО НОВОПРЕСТАВЛЕННОМУ ЮРИЮ
(1984 год)
Так я и буду лавировать между двумя духовниками – отцом Германом и отцом Владимиром, совершенно разными, иногда с противоположными мнениями, но в то же время непостижимым образом друг друга дополняющими. «Ну и когда ж ты начнёшь христианскую жизнь? – распекал меня на исповеди отец Владимир, - Посмотри, какая у тебя в душе помойка»!
«Бедная ты, бедная, - сокрушался над моими откровениями отец Герман, - Как же тебе достаётся, дай Господь сил нести крест»…
Он трогательно опекал нас с Борисом, своим крестником, дарил на именины то иконку Спасителя, то репродукцию «Сикстинской мадонны» («Она, правда, немного католическая»), то подсвечник, то открытку с благословением из Иерусалима.
Как-то в храме после службы я познакомила его с мамой, и батюшка вдруг стал ей меня нахваливать, спросив, как ей удалось воспитать «такое сокровище». Я даже подумала – не шутит ли, а потом ужасно смутилась. Он же всё знал обо мне, да и я сама, оценивая состояние собственной души, объективно ставила себе неуд. И ведающая о моих пороках мама удивилась – среди трёх её дочерей я по многим показателям, особенно «отношение к людям», занимала последнее место. И в коллективе меня всегда недолюбливали – наверное, было за что, хоть и старалась из всех сил свою «самость» маскировать.
Потом я много размышляла о причинах такой особой милости со стороны обычно строгого отца Германа. Так, наверное, для командира не имеет особого значения, какие тайные демоны терзают душу его солдата, – лишь бы горяч был воин на поле боя. Сколько у батюшки их перебывало – моих, нет, наших «неприкаянных», - потому что он всех их брал под крыло. Хотя на моей памяти не однажды вдруг резко поворачивался и уходил, когда что-либо в словах или поведении прихожанина ему не нравилось. А то и прогонял.
Я, как умела, молилась за них и просила его молитв – не только за родичей, дачников, соседей, бомжей, алкашей, но и просто за случайных знакомых - по месту в электричке, очереди за колготками или стиральным порошком. Я рассказала на этих страницах лишь малую толику, - их было куда больше, в том числе и поживших у меня в доме. Крестины, исповеди, отпевания, венчания, просто одноразовые душеспасительные собеседования, подаренные брошюрки о смысле церковных таинств и праздников, бурные диспуты на вечные темы с разной по количеству и качеству аудиторией: «Спрашивай – отвечаем». Я вцеплялась в каждого, кто проявлял к духовным вопросам хоть малейший интерес, и готова была снова и снова реанимировать «полумёртвые души», вытаскивая их под огнём с поля житейской битвы.
Иных уж нет, а те – далече. И неведомо, чем наша встреча обернулась для них – проснулся ли кто, «исполненный сил», иль «духовно почил навеки»? Может, всё зря, потому что «в чём застану, в том и судить буду»… Лишь Господь знает ответ. Мне же теперь остаётся молиться за их упокой и прощение. Артемия, Лилии, троих Анатолиев и четверых Александров (трое из них убиенных). Убиенных Нины, Лидии, Евфросинии, Евгения, Владимира, Николая, Екатерины…
Но я ни разу не пожалела о днях и силах, потраченных на «неприкаянных», которые занимали тогда, по сути всё моё свободное и несвободное время. Я по-прежнему зарабатывала цветами, возилась в огороде, заключала какие-то договора, варила каши и борщи, стирала, стояла в очередях и даже ухитрялась продолжать «Дремучие двери» – уже как историю пути души к Богу. Безо всякой надежды когда-либо при жизни опубликовать.
От политики и «злобы дня», от мрачных пророчеств и имиджа Кассандры я совсем отошла, сидела себе в «астрале» и полагала, что так будет навеки. А тем временем один за другим умирали «кремлёвские старцы», - похоже, тоже так или иначе тоже «убиенные». Но меня тогда волновало лишь одно – как будет новый генсек относиться к Церкви?
Потом умер Андропов.
Я пришла в храм заказать панихиду по бабушке, не помню, на какую годовщину. Была весна. После службы, как обычно, подошла к кануну - месту, где у большого распятия горят поминальные свечи, лежат записки, складываются приношения. Записки, приношения, свечи – всё, как обычно, но народу – никого. Ни скорбящих родных, ни певчих, ни священника. Я положила свою записку поверх прочих и деньги в блюдо, – тогда так было принято. Бросился в глаза лежащий отдельно от прочих лист бумаги с крупно выведенным: «новопреставленный Юрий».
Между тем, народ уже подходил к кресту, храм быстро пустел. Я схватила за рукав проносившуюся мимо знакомую певчую и спросила, будет ли панихида. В ответ она сделала большие глаза, замахала руками и прошептала, что все смылись, потому что велено отпевать по всем храмам новопреставленного Юрия, «сама знаешь какого», а они там все в правительстве – великие грешники и безбожники. Потом Бог так накажет, что костей не соберёшь. Потому что власти наши – добыча сатаны и нечего нам в их дела соваться. Я возразила, что, выходит, не Бог, а сатана накажет, потому что молиться заповедано за всех - тем более, что сама церковь дала на «Юрия» прямое указание. А что «нельзя за царя Ирода» - так это Пушкин выдумал.
Но певчая лишь крутанула мне пальцем у виска и ретировалась. Ладно, Юрий Юрием, хотя это явно несправедливо, - «кремлёвские старцы», кроме разве что Никиты, да и то из-за его антицерковной политики, особой неприязни у меня не вызывали, - ну а с бабушкой-то что мне делать? Я вспомнила «Юрия» - худощавого, строгого аскета, который очень пытался, но не успел что-то изменить в номенклатурном гадюшнике. А может, не дали? Ладно, пусть назавтра, но записки зачитать всё равно придётся…
И я с вызовом начертала и на своей бумажке рядом с именем бабушки:
«Ново-пр. Юрий».
Тут появился отец Герман:
- А певчие где?
Не дослушав моих путаных объяснений, буркнул:
- Будешь помогать.
Так мы и отслужили вдвоём панихиду. И по Юрию, и по бабушке, и ещё по многим усопшим в стопке записочек. С отцом Германом я ничего не боялась, хоть и гнездилась в подсознании мыслишка, что даром мне «Юрий» не пройдёт.
B БЕСЕДКЕ С: Юстасом и А.В.Давыдовым
Я от дедушки ушёл… (статья об обмене товарами
напрямую при помощи телекоммуникаций)
Юстас: Интересная статья.
«К вопросу о перспективах возникновения корпоративных юрисдикций.
Происходящий в настоящее время качественный скачок в развитии телекоммуникаций, усиленный радикальным обновлением самих способов создания базовых видов продукции, ставит государство в сложное положение. Суть проблемы состоит в том, что новые технологии делают возможным создание неподвластных государству корпоративных юрисдикций, в которые легко и корректно можно будет перенести предпринимательскую деятельность. Дело в том, что достижения интернет и нано-технологий, так называемой «водородной энергетики» и генной инженерии делают производство предельно рассредоточенным, гибким и ориентированным на обособленного потребителя, а возможность установления прямых равноправных связей - практически свободной от пространственно-временных ограничений.
Этим создаётся вещественная основа для взаимодействия, организованного по сетевым принципам, что подразумевает прямую связь всех участвующих сторон между собой, их структурное равенство и, как следствие, замену институциональных иерархий ситуативными, возникающими «под задачу».
Интернет-технологии позволяют организовать совместную работу большого количества людей на основе их прямых связей друг с другом, без обязательного участия посредников в виде громоздких иерархических структур, и, снимая с коммуникаций почти все пространственно-временные ограничения, обеспечивает превосходство потребительских качеств электронных форм взаимодействия.
Другие же из упомянутых технологий, подкрепляя тенденцию «соединения всего со всем», вместе с этим обеспечивают нарастание информационной составляющей в производстве всех без исключения товаров, работ и услуг.
Всё это в ближайшей перспективе резко сокращает потребность экономики в формальных, построенных на чиноначалии управленческих структурах, устанавливает господство электронных форм ведения бизнеса и делает
Кроме того, возможность установления прямых связей всех со всеми обезоруживает все системы контроля экономических отношений, опирающиеся на знание инструментов и средств, и, прежде всего – государственные. Причина этого кроется в том, что «связь всех со всеми» подразумевает беспрецедентно высокую множественность вариантов взаимодействия по любому конкретному поводу, а значит, и способов достижения желаемого.
Причём каждое появление нового участника сетевых взаимоотношений во много раз увеличивает число этих способов, поэтому возможность связи всех со всеми создаёт ситуацию, когда для любого действия всегда найдётся доселе неизвестная форма его реализации, а контролировать неведомое невозможно.
То есть, становятся реальностью общедоступные и независимые электронные «площадки», предоставляющие на договорной основе практически весь спектр сервисов, необходимых для ведения предпринимательской деятельности, - от платёжных систем, бухгалтерии, делопроизводства и средств коллегиальной работы до правовой и страховой защиты нарушенных прав своих участников.
Причём нет объективных ограничений на то, чтобы физически разместить
Существующие же концепции механизмов налогообложения бессильны перед такой перспективой, поскольку все они основываются на том, что объект налогообложения должен быть привязан к какой-либо суверенной территории.
Корпоративные юрисдикции, конечно, столкнутся со сложностями, наиболее серьёзными из которых являются невозможность полностью перевести в электронные формы процесс создания, реализации и потребления материальных благ, неотработанность собственно корпоративных инструментов урегулирования имущественных споров, а также технологий взаимной конвертации внутренних платёжных средств этих юрисдикций и общепризнанных валют.
В этой связи можно ожидать, что, по всей видимости, сложится следующая направленность действий сторон, заинтересованных в решении данных проблем.
Как представляется, усилия по выводу операций с вещественными ценностями из-под государственных юрисдикций будут в основном направлены на создание такого положения дел, когда затраты государства на контролирование таких операций превзойдут средства, зарабатываемые фискальной системой.
Для этого создатели кооперативных юрисдикций, прежде всего, обеспечат недоступность для государства деловой документации своих клиентов о проводимых ими операциях с материальными ценностями, ведь на самом деле налогами облагаются не сами операции, а отчётность о них.
Кроме того, данная услуга корпоративных юрисдикций наверняка будет дополнена предоставлением надежной «документации прикрытия», на тот случай, если клиенты столкнутся с физическим контролем операций с вещественными ценностями со стороны представителей государственных органов.
Ещё одним способом обессмысливания фискальных усилий государства, видимо, станет создание «дурной бесконечности» объектов контроля путём юридического дробления производства, то есть предельное, вплоть до уровня «предпринимателя без образования юридического лица», разнесение технологических процессов по формально независимым соисполнителям.
Следует заметить, что в силу беспрецедентной гибкости взаимоотношений, построенных по сетевым принципам, невозможно заранее предсказать все те ухищрения, которые будут постоянно придумываться для вывода операций с вещественными ценностями из-под государственных юрисдикций.
В принципе, передовые информационные технологии позволяют организовать такую систему торговли, в которой товары будут обмениваться друг на друга без посредничества какого-то бы то ни было общего эквивалента стоимости.
Появление же безденежной экономики современное государство не выдержит, поскольку деньги являются его ключевым инструментом.
Ко всему этому надо добавить и то, что корпоративные юрисдикции смогут предоставлять и привычные адвокатские, аудиторские и консалтинговые услуги, использование которых также эффективно снижает отчисления государству.
Таким образом, государство попадает в ситуацию вынужденной конкуренции с юрисдикциями иной породы, не имея перед ними каких-либо исключительных преимуществ. Данными преимуществами располагают как раз корпоративные юрисдикции – это и более низкая себестоимость, и, что важно, малая цена «утилизации», то есть способность легко прекращать своё существование.»
(Александр Владиславович Давыдов – начальник отдела стратегического анализа и прогнозирования информационно-аналитического управления Аппарата Совета Федерации.)
В БОЛЬНИЦЕ
(1984 год)
Уж не знаю, были ли тому виной предыдущие мои деяния или новопреставленный генсек, но в больницу я-таки угодила. Надо сказать, что с медициной у меня вообще были отношения мистические. Любое соприкосновение врачей и приборов с моими органами вызывало и у тех, и у других близкую к панике реакцию типа «то, что мы обнаружили, несовместимо с жизнью».
Меня всё время в последний момент не пускали во всякие поездки, если нужно было пройти предварительное обследование, - начиная с Артека, когда пришлось сидеть на диете (что-то с почками). Потом случилось всё сикось-накось во время родов. Затем как-то после кардиограммы мне, прекрасно себя чувствующей, велели «сидеть и ждать скорую, потому что сейчас будет инфаркт». Я подождала минут пять, действительно начала психовать и сбежала. Всё обошлось. Потом как-то приятельница-гинеколог, случайно померившая мне давление (90 на 60), ахнула, нашла у меня в сердце какие-то «шумы и пороки» и, провожая, смотрела вслед из окна, видимо, удивляясь, что я передвигаюсь своим ходом.
Поэтому я берегла нервы и обращалась к медицине лишь по крайней необходимости, типа обязательной диспансеризации для выдачи нового санбилета.
Само собой, у меня тут же обнаружили нечто фатальное и выписали назавтра направление в больницу, «пока не поздно». Короче, пора шить белые тапочки.
Тапочки так тапочки. Дома был переполох, слёзы, а я наутро отправилась в храм. Отца Германа не было, служил другой батюшка, который поначалу отказался меня причащать (мол, не говела).
- Но я в больницу ложусь, батюшка. Вдруг не вернусь?
Он вздохнул и благословил.
Я лежала в операционной с маской, глотая дурманящий газ, и снова видела в нависшей удушливо-серой плите потолка светлый прямоугольник медленно открывающейся двери. И тянула дверь, и манила, и совсем не было страшно, и верилось, что заступятся за меня на Суде все мои спасённые и не спасённые бомжи с алкашами… И надо было лишь подпрыгнуть, просочиться, проскользнуть невесомо-юрким бликом в заветный сияющий просвет.
Но тут вроде бы уже не моё тело вдруг налилось тяжестью и какой-то далёкой, тоже не моей болью. Оно (тело) лежало в пыли на обочине странной дороги, бесконечным серпантином струящейся вниз по уныло-гористой местности. Мимо шли и шли туда, к подножию, безликие молчаливые вереницы пленных со связанными за спиной руками, а над ними метались то ли хлопья сажи, то ли тумана, то ли птицы какие-то чёрно-серые…
Рядом в пыли отпечатывались следы босых ног, и каждый отпечаток был почему-то привязан к пульсирующей тупой боли внутри моего-немоего тела. Я заравнивала следы ладонью, боль стихала, но тут же отпечатывался новый след, и я знала - надо терпеть, пока толпа не пройдёт, но конца ей не было видно. Так и не дождавшаяся меня дверь в потолке бесшумно сдвинулась и погасла. А меня отвезли в палату.
Короче, я вроде бы осталась жить, но под вопросом, потому что через неделю–другую должны были поступить результаты биопсии и вынесен окончательный приговор. А пока что предлагалось пройти заодно полное обследование и отдохнуть от забот и бурь житейских.
И понеслось. Первым делом – анализ крови. Накануне примчалась медсестра к одной девушке из нашей палаты и велела ей явиться в лабораторию повторно, спросив, не облучалась ли та прежде какими-либо опасными объектами. Девушка побледнела и пожала плечами – кто это может знать точно? Мы проводили её сочувствующими взглядами. А наутро в палате по громкоговорителю загремело:
- Иванова, срочно явиться в лабораторию на анализ крови!
У меня внутри похолодело – анализ я прошла накануне, значит… Долго не могла заставить себя подняться, коленки подкашивались. Выпила что-то психотропное и, молясь, отправилась как на казнь– тоже под прощальные взгляды девчонок.
- А что у меня? Из пятой палаты, Иванова.
- Кровь надо сдать, вот чего.
- Так я вчера сдавала…
- Да? А почему у нас ничего не отмечено? Маш, глянь ещё раз - Иванова из пятой, говорит, вчера сдавала. Есть? Ну и хорошо. Можете идти, Иванова.
- А что у меня?
- Да ничего, всё в норме. Просто сестра не в ту картотеку…
Подобное случалось почти каждый день плюс ожидание биопсии. Я исхудала, ничего не могла есть, хоть питание было отменным, даже икру давали (не баклажанную). С домашними, которые часто меня навещали, каждый раз прощалась навеки, читала «Исповедь» Блаженного Августина и, когда разрешили, делала несколько кругов вокруг больничных корпусов, повторяя наизусть молитвы. Не о выздоровлении, а «Да будет на всё воля Твоя».
И всё же обрадовалась, когда биопсия ничего такого не обнаружила. Но меня ожидало ещё одно испытание – уже перед выпиской, на приёме у окулиста, где я никак подвоха не ожидала, прочла исправно все таблицы… Молодой врач, заглянувший в моё глазное дно, вдруг задёргался, заохал и заверещал, что там что-то такое-эдакое, чего он никак понять не может – то ли пятно, то ли бревно. И опять меня, едва живую, повели к завотделением.
- Вот, бревно в глазу, - улыбнулась я предсмертной улыбкой, - Совсем по-Евангельски. Жила и не замечала.
Женщина глянула в прибор и рассмеялась:
- Это у вас врождённое. Пятнышко, вроде как родинка, только внутри. Оно никак не даёт о себе знать, живите и забудьте. Мальчик у нас - практикант, неопытный…Серёж, поди-ка сюда.
Сидя в кресле, я прослушала вместе с Серёжей лекцию о возможных глазных аномалиях. Он сконфуженно поддакивал и потел. Балда, прогульщик, небось! Приготовившись внутренне, что мне вырежут глаз, я была готова от счастья расцеловать его вместе с завотделением.
«Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыка»… Значит, «не отпущаеши».
- Ну вот, теперь вы знаете, что у вас всё в порядке, - резюмировала лечащая врачиха при выписке. Я рассыпалась в благодарностях, больше всего опасаясь, что она сейчас вспомнит про кабинет психиатра, где я наверняка застряну – уже на полных основаниях.
Выпишут меня как раз к 8-му марта, на даче будет ждать полный погреб срезанных выгоночных тюльпанов, которые нужно срочно продавать, потому что после женского дня они никому не нужны. Едва держась на ногах, повяжу и побросаю в коробки букеты, затем мы с Борисом снова помчимся на жигулёнке в Москву и я буду, как всегда, бегать и откупаться от милиции, рассовывая по карманам трёшки-пятёрки и глотая валокордин.
ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ
В село пришли Масяня и просвещение через интернет
«Интернет, наконец, добрался до российской глубинки: в библиотеке села Славково Тверской области установили два компьютера, принтер, ксерокс и сканер. Теперь местные жители могут пользоваться всеми ресурсами Сети: например, прочесть и распечатать любимую книгу, зайти на сайт любого вуза или на виртуальную страницу библиотеки конгресса США. Все интернет-услуги предоставляются бесплатно.
Библиотеку модернизировали в рамках программы сотрудничества между общественной организацией «Открытая Россия» и Министерством культуры РФ (Многофункциональный культурно-просветительский центр). Были опасения, что «пентиумы» станут лишь забавой для деревенских детей – фанатов виртуальных игр, но местные школяры ищут в сети рефераты, бизнесмены – коммерческую информацию в интернет-магазинах. По вечерам в тесном помещении собирается человек по десять-двадцать.
Библиотекари райцентра – города Кашина – завидуют аборигенам Славкова: «Ощущение, будто там шагнули в космос!»
«Многофункциональным центром заведует местный библиотекарь и энтузиаст Валерий Фомин – человек по-шукшински неординарный. Был дояром, но по своей воле ушёл с фермы и последние 15 лет занимается библиотекой. Там и живёт. 40-летний Фомин лично развозит газеты и журналы из библиотеки по отдалённым углам: летом – на велосипеде, зимой – на лыжах. Фомин через СМИ обратился с просьбой ко всем желающим высылать в Славково литературу. В результате этой «акции дарения» собрали 10 тысяч томов – книги с дарственными надписями приходили даже с Сахалина и Камчатки. Летом местных жителей учат пользоваться Интернетом продвинутые в этом деле москвичи-дачники. А самая большая польза от этой затеи, считают в посёлке, что тамошний народ хоть как-то приобщится к Интернету. Глядишь, кому-то в хозяйстве сгодится»…(«Аргументы и факты», 2002, №49)
Интернет пришёл на родину Есенина
«Новое здание местной библиотеки открылось в селе Константинове на Оке – знаменитом, можно даже сказать, культовом есенинском месте.
Модельная публичная библиотека – по поводу такого названия местные власти поначалу недоумевали, а потом поняли: нежданное счастье им привалило. В этом году константиновская библиотека оказалась в числе 20 сельских читален по всей стране, включённых в плотную часть программы модернизации провинциальных библиотек. Финансирование взяла на себя просветительская организация «Открытая Россия», созданная на деньги частных инвесторов во главе с одним из самых богатых российских предпринимателей Михаилом Ходорковским.
Мощные компьютеры последней серии с оплаченным доступом в Интернет, цветные принтеры, сканеры и ксерокс, телевизоры, ауди и видео-техника, наборы компакт-дисков с учебной и справочной информацией, 1000 наименований новых книг, энциклопедий и справочников по экономике, праву, сельскому хозяйству, компьютерной технике – такому богатству в наше время может позавидовать любая центральная библиотека. Константиновцам повезло вдвойне. Местные власти построили здесь новое библиотечное здание.
Теперь константиновских школьников от Сети за уши не оттащишь. Возможности мультимедиа быстро оценили и местные педагоги. Обновлённый книжный фонд и сетевые ресурсы позволяют самостоятельно приобретать новые знания, помимо ограниченной школьной программы. А вот постоянно углубляющаяся электронная база данных по российскому законодательству явно пригодится взрослым пользователям. (звучит зловеще в связи с будущим «делом ЮКОСа» - Ю.И.). Ведь по словам ратующего за компьютерный ликбез Михаила Ходорковского, освоить Интернет так же просто, как научиться пользоваться телефоном.
Авторы и спонсоры проекта модернизации библиотек на селе первым годом работы вполне удовлетворены. Подобную модель пробуют в Нижегородской и Воронежской областях, Мордовии и Чувашии. Хочется верить, что это только начало.
А пока инициатива московских меценатов нашла отклик на местах. Первый в новейшей истории России опыт участия отечественного бизнеса в крупных и долгосрочных просветительских программах (раньше библиотеками в России занимался только американец Джордж Сорос) способен вызвать настоящую революцию в умах образованных людей и власти в российской глубинке. (Знаем мы эти «революции» – Ю.И.)
Местные предприниматели и муниципальная администрация по мере сил подключается к участию в проекте,
(1984 год)
Короче, начнутся обычные будни, к тому же великий пост. Соблюдать его после больницы будет легко из-за полного отсутствия аппетита. Однажды я с трудом заставила себя проглотить чашку импортного вермишелевого супа из пакетика и вдруг обнаружила, что суп, оказывается «куриный», то есть скоромный. Хотя какое отношение к курице имел спрессованный в кубик зеленоватый порошок, оставалось загадкой.
На исповеди, рассказывая отцу Герману про тяжкие свои грехи во время больничной эпопеи, про уныние, малодушие и всё такое, я так, между прочим, вспомнила и про «куриный суп». Меня поразило, что батюшка, до сего спокойно внимавший самым ужасным, с моей точки зрения, помыслам и падениям, вдруг перестал кивать, побледнел так, что я даже испугалась, и прошептал в ужасе:
- Куриный суп?! В Великий пост?!
Напрасно я, уже чуть не плача, уверяла его, что это никакая не курица, а так, труха, может, и не куриная вовсе – отец Герман был безутешен.
- Вот уж от тебя, Юлия, я этого никак не ожидал. Как ты могла? Курица! В Великий пост!..
До сих пор не могу без содрогания и стыда вспоминать об этом злосчастном курином порошке и неадекватной, с моей, видимо, узколобой точки зрения, реакции батюшки.
Это будет одна из наших последних встреч. Вскоре батюшку переведут в Лавру, где его благословят одним из немногих в нынешней Руси изгонять бесов. Запомнится и последняя встреча с отцом Владимиром, которого я попрошу благословить меня на написание книги – тогда уже появится надежда, что «Дремучие двери» когда-либо увидят свет. Отец Владимир спросит, о чём роман, и потребует, чтоб я приносила ему на благословение каждую новую главу. И ещё скажет, что к написанию книги следует относиться так, между прочим. А главное в жизни женщины – семья и связанное с ней послушание.
Вот тогда я и дерзновенно отправилась, как всегда в случаях несогласия с мнением одного духовника, к другому:
- Что за книжка-то? – спросит отец Герман, - Детская?
- Нет, батюшка, совсем не детская.
Не зная, что ещё сказать, я умоляюще подниму на него глаза, - мне так нужно было его благословение! И тут остановится время, он прищурится, будто вглядываясь в ещё не написанные страницы, покачает головой, помедлит и…положит мне на голову руку. Я опущусь под её властной тяжестью на колени, и буду глотать слёзы, слушая, как он долго-долго молится, - чтоб просветлённо-смиренным умом и чистым сердцем творилось сия книга во исполнение Воли Господней.
B БЕСЕДКЕ С: Филиппом П., Виталием Третьяковым
и Александром
Может, жара виновата?
Филипп П.: - Вы меня не так поняли - расшифровываю! Христианство есть соединение с Богом или, по крайней мере, стремление к нему. А возникновение «государственной церкви» (как организации) при святом Константине повлияло на формирование некоей религии на основе христианства, которую сейчас обычно и называют «православием» сами «православные» (навроде многих наших монархистов), – которые пришли сюда не потому, что Отец привёл, а по ряду других причин, и
Далее, в Вашем продолжении «Про Берлиоза»:
«Все древние люди делили мир на своих и чужих, даже иудеи. Но пришёл Христос и возвестил страшную истину –
Ю.И.: - Золотые слова! Именно этим и будет заниматься Изания! Но далее Вы пишете: «Бог спасает всех
Ю.И.: - Ого, какие строгие рамки (пусть даже справедливые)! Так ведь никаким «своим» мирянам не спастись, не то что «чужим».
Филипп П.: - Я всеми руками за то, чтобы всех одеть и накормить и спасти от панели! Это хорошо. Но есть ряд «но». Главное же моё возражение на вашу попытку придать Изании религиозный характер.
Ю.И.: - Ну, во-первых, я никогда не планировала придать Изании «религиозный характер». Духовный – другое дело. Изания – это «
«Стоите выше вы закона, но вечный выше вас Закон», - обращался Пушкин к земным правителям. Ну и про Канта с его «нравственным законом внутри нас» вы, разумеется, слыхали.
Кроме того, ежели я и употребляю часто эту цитату: «много званных, но мало избранных», то ведь из евангельского контекста ясно, о ком тут речь:
«Ибо Царство Небесное подобно хозяину дома, который вышел рано поутру нанять работников в виноградник свой.» Далее речь идёт о том, что пришедшие работать первыми, получив по динарию, как и пришедшие последними, стали роптать. На что хозяин ответил: «Возьми своё и пойди; Я же хочу дать этому последнему то же, что и тебе; Разве я не властен в своём делать, что хочу? Или глаз твой завистлив оттого, что я добр? Так будут последние первыми, а первые – последними; ибо много званных, а мало избранных.»
Так что же крамольного в том, чтоб объединить людей различных вероисповеданий или просто совестливых в сопротивлении наступающему НМП (а может, и антихристу)? Ведь Господь избрал и «благоразумного разбойника», и даже Савла в момент, когда тот бежал убивать христиан? А спасает Он часто через людей, причём вовсе не через проповедь христианства, а любовью и добром совсем чужого человека, даже иноверца, убеждая в истинности Своих ценностей.
Поэтому решите хотя бы для себя, кого всё же Христос призывает спасать: «
Если не мы, то кто?
Филипп П.: - Вас послушаешь, так Церковь для каких-то самых одарённых людей! А это не так, она для всех – и интеллигентов, и «простых сердцем», и святость достижима не особыми людьми, а всеми.
Ю.И.: - Кто ж с этим спорит? Более того, «простота сердца» («Будьте, как дети») – гораздо большая одарённость, чем «лжеимённый разум» интеллигентов. Изания исходит из того, что все люди талантливы в той или иной области, не только в науке, творчестве или ремёслах, но и в терпении, нравственной чистоте, душевной теплоте и самопожертвовании. Об этом прекрасно сказано в «Притче о талантах». Изания полагает, что, следуя этой притче, человек обязан не зарывать свой талант в землю, не служить им самому себе или, не дай Бог, чужому господину, а вернуть умноженным Творцу. Иначе - приговор: «А негодного раба выбросьте во тьму внешнюю, там будет плач и скрежет зубов».
Кстати, любопытная деталь: рабу, вернувшему свой талант неумноженным, зарывшему его в землю, господин говорит: «надлежало тебе отдать серебро моё торгующим, и я пришед получил бы моё с прибылью».
Я это так понимаю: каждый, не имеющий возможности развить и умножить свой талант, должен помогать это сделать другим, и таким образом обогатить господина через других, вложив свою долю в их дело. Ну чем не Изания? Чем не изанская касса взаимопомощи, где каждый умножает свой капитал, участвуя в проектах друг друга?
Но не будет Церковь этим заниматься, да и не её это дело. И культура не будет, особенно в нынешние содомские времена, хоть она и от слова «культ».
А, если не мы, то кто?
Чтобы не быть многословной
Филипп П.: - Это не первоисточник. (
Ю.И.: - Первоисточник в данном случае мало чем отличается от толкования – я просто привела мнение толкователя в свою поддержку. Нужен первоисточник – перечитайте хотя бы Отк.18. 1-24.
Мы с тобою оба правы…
Филипп П.: - Создав этих личностей, Бог пошёл на своего рода риск – с одной стороны, они были необходимы для Его замысла о мироздании, с другой стороны – недаром и те и другие называются «сынами Божиими (ангелы ведь тоже) – на них невозможно было 100% влиять.
Но не в силу некоего уважения Божьего к ним, а в силу «самой их сущности»!
Ю.И.: - Давайте по порядку.
1. Бог открылся миру как «
2. В так называемом «Предвечном Совете», ещё до начала сотворения мира и исторического процесса (Бог, как известно, сотворил не только пространство, но и время), Творец замыслил создать «богоподобные сущности», сделав эти твари «по образу и подобию» и тем самым
3. Вы же говорите об этих «личностях» и их свойствах уже во времени, в историческом процессе. Так, замыслив Татьяну не клятвоотступницей и не шлюхой, Пушкин проявил к ней уважение (моя точка зрения). Но затем Татьяна, уже действуя в силу заданной ей Александром Сергеевичем уважительной «сущности» (ваша точка зрения) заявляет настырному Онегину: «Но я другому отдана и буду век ему верна».
Кстати, отрекается она от внешней свободы (отвязанности) во имя Свободы высшей (в Боге) – покорности Его седьмой заповеди.
Теперь, ежели Онегин запер бы дверь покоев, как принято в наш демократический век, и овладел бы Татьяной силой - это вряд ли обесценило в Божьих глазах её выбор. Пусть бы она при этом даже получила удовольствие, учитывая её любовь к вышеуказанному «наследнику всех своих родных». Потому что тут она была
Вот немцы обладали «абсолютной свободой» идти на Москву 6 октября 41-го – путь был открыт. Но случился небывалый мороз, горючее и масло потеряли свои свойства, машины встали, а какой внутренний выбор народа или самого вождя повлиял на это Божье решение даровать победу России – нам неведомо.
Повторяю: нам дарована лишь одна Свобода, имеющая принципиальное значение «в каждый момент времени», как вы пишете, - свобода выбора между послушанием и непослушанием Творцу. Эта Свобода не подчиняется времени и пространству, именно поэтому она определяет наши судьбы в вечности.
Поэтому её и символизирует древо
Для меня дело спасения – принятие сердцем
Вот почему я так ношусь с Изанией, в которой для меня важна именно её духовная сторона – союз «избравших» Закон Неба в соответствии с Замыслом. «Да будет воля Твоя на земле, как на небе» - разве нам не заповедано так молиться? Для таких «царствие внутри нас» наступает уже в земной жизни, освобождённой, хотя бы частично, от зависти, вражды, всевозможных непотребств, суеты и родовой необходимости. Вот почему так важно дать друг другу «хлеб насущный» и дело по душе. Ведь сказано – «Безделье – мать всех пороков».
Вот видите, опять получилось «многословно». Приходится всё время уточнять и расшифровывать – слишком важна тематика. Лучше уж показаться занудой, чем быть неверно истолкованной.
Конечно же, разговор не для сети, но выбирать не приходится.
Кроме того, мне непонятно, почему вы отказываете собаке в праве самой решать, укусить, залаять или погнаться за кошкой, несмотря на вопли хозяйки. Насчёт атома и Солнца я согласна, здесь управляют законы природы, но собака обладает такой же ориентированной координацией своих поступков, что и мы. Кстати, не всегда направленной просто на выживание, но и зачастую хулиганской. Хотя она, в отличие от нас, вроде бы «не ведает, что творит». Но, как собачница, полагаю, что очень даже «ведает».
Собака несвободна не потому, что не обладает свободой воли – она ею наделена, а потому, что «не ведает, что творит». Высшая свобода, отличающая человека от собаки, именно в различении добра и зла, в возможности восходить (или скатываться) по духовной «лествице». Это – то самое историческое сито, через которое «пшеница отделяется от плевел». И начало всему – насаждение древа добра и зла.
А древо жизни чревато возможностью «бессмертия зла», но это уже другая тема.
Филипп П: - Бог не спасает людей насильно, так как
Ю.И.: - Согласна. Стопроцентно нельзя, но если предоставляется возможность хотя бы одного процента, нужно им немедленно воспользоваться.
Филипп П.: - Смысл человеческого процесса, о котором вы спрашивали, не в отобрании капелек, а в спасении
Ю.И.: - Вы опять путаете «Предвечный Совет» и исторический процесс. Замысел Творца – действительно «спасти всех». К этому и Он, и мы, грешные, стремимся и в историческом времени, но, поскольку это нереально, давайте хотя бы по возможности защитим поле от плевел. Господь в конце времён отделит, а мы попробуем «умножить жатву».
Иначе – зачем мы здесь? Спасать себя? Но для меня суть христианства – именно в спасении других, пусть даже ценой крестной смерти. В этом и символика Креста.
Филипп П.: - Я знаю, что я лично, будучи «зрячим верующим» и пережившим встречу с Богом, могу попасть в ад. Но, зная божественную любовь ко мне, верю, что Бог этого не попустит.
Ю.И.: - Я тоже верю в это в отношении себя. До такой степени, что даже не думаю ни про какой ад – просто делаю, что должна. Это сильнее меня. А какому господину служу – конечно, хочется верить, что именно Творцу. В «прелесть», само собой, впасть очень бы не хотелось, по поводу своих «откровений» всегда делюсь с монахами-духовниками, которым доверяю. Они обычно предостерегают от всевозможных «видений», похвал в твой адрес, восторженных голосов и т.д. У меня ничего такого не бывает – одно сплошное «должна». Чуть начнёшь сопротивляться, шагнёшь влево или вправо – в челюсть. И что поделаешь, если «чудеса» на девяносто процентов определили мою судьбу? Об этом пишу в новой книге. Теперь уже поздно что-либо менять.
2002-07-18
Высказывание демократа в день 120 летия Иосифа Сталина
Корр. Телеканала «Культура»: - Неужели великая русская литература осталась в прошлом вместе с цензурой и тоталитаризмом?
Вит. Третьяков, учредитель премии «Антибукер», бывший главный редактор «Независимой газеты»:
- Судя по результатам этого года – да… Как читатель, я бы выбрал великую русскую литературу, вместе с цензурой, тоталитаризмом, сталинизмом и чем угодно вместо той неограниченной свободы словесного самовыражения, которая сегодня существует и которая не способна рождать великие произведения. (21 декабря 1999года)
- Сталин – наше всё. Как и Пушкин. Два полюса русской культуры…Что такое, по сути, Сталин? Жёстко и жестоко целеустремлённый прагматик, рассматривающий государство, как доверенную ему историей…геополитическую систему, нуждающуюся в совершенствовании до уровня государства идеального, где счастье государства равно счастью людей… Если бы Сталин жил сегодня, никаких концлагерей, конечно, не было бы. Сталин знал границы допустимого в собственной стране и в мире для каждой исторической эпохи.
Филипп П. - Александру: - Я к Сталину относился по-разному, сейчас с огромным интересом. Мне он интересен не как культовая или мифологическая фигура (к несчастью, мы все страдаем тягой к мифологизации людей и событий), а как реальный человек. Я думаю, что в реальности с военной тоски зрения, Сталин был мужик на редкость умный. Кстати, с точки зрения практической Сталина и, естественно, Ленина, очень полезно читать – они блестяще формулировали на бумаге свои мысли – ясно, метко и лаконично.
2002-07-02
НАЧАЛОСЬ!
(1985 год)
Начало смутного времени под названием «перестройка» вспоминается как череда странных новостей и событий, - то шокирующих, то, вроде бы, незначительных, но так или иначе возвещающих (я это мистически чувствовала) о некой грядущей катастрофе. Как тихие сполохи зарниц в ту душную летнюю ночь, когда я спешила от станции домой, молясь – только бы успеть! Но куда бежать из собственной страны, на которую нивесть откуда надвигается землетрясение? Разве что по-собачьи выть да лаять…
Хуже всего, что почти все вокруг, во всяком случае, домашние, знакомые и соседи или ничего не замечали, или, ликуя, приветствовали «свежий ветер перемен», которые вершил симпатяга с кровавой отметиной на лысине. «Что они творят?» – эта мысль всё чаще принуждала меня выползать из «астрала» и мучительно искать хоть какое-то приемлемое объяснение и оправдание происходящему. Перемены, безусловно, были необходимы – кто ж с этим спорил! Застой, идиотизм, мертвечина, разложение, перерождение и всё такое. И властей, и народа, потому что «рыба тухнет с головы». Но нужно было укреплять, завинчивать, расставлять повсюду новые кадры и лишь затем, имея чёткий позитивный план, осторожно отпускать гайки, давая людям инициативу. Менять не главный курс, а команду, которая бы этим курсом следовала .
Но вместо этого…
Однажды вечером привычно включила «Свободу» – её уже перестали глушить. «Горбачёв позвонил в Горький Сахарову и сказал, что тот может вернуться в Москву. Балерине Наталье Макаровой, невозвращенке, разрешили посетить родной Ленинград. «Это фантастика, я не верю до сих пор»! – воскликнула балерина.»
Вроде бы ничего такого, мир не перевернулся, но для меня, сидевшей в кресле со стареньким ВЭФом на коленях, он именно «перевернулся». Что-то случилось со временем – оно вдруг с бешеной скоростью промоталось передо мной вперёд, как на кассете, и в этом беспорядочно-визгливом хаосе будущих событий я каким-то глубинным оком прозрела и крушение страны, и всеобщие раздрай, ложь и предательство, и грязные кровавые лавины – то ли природные, то ли символические. И жуткие кривляющиеся маски из ночных кошмаров, и вакханалию обнажённой плоти, и серые лица побирающихся детей…
- Что с тобой? – Борис тряс меня за плечи.
Я сказала, что увидела будущее и что оно ужасно. Но всё ерунда, потому что такого не может быть.
- Чего «такого»?
- Будто русских станут гнать из других республик, а Черёмушки потребуют суверенитета от Москвы.
Это были самые оптимистические из «прозрений». Но я от них отмахнулась, - мало ли что привидится в полнолуние! Этого не может быть никогда. И до последней минуты, когда самое мрачное и невероятное стало сбываться, прятала голову под крыло.
Да и что я, без пяти минут пенсионерка, давно оторвавшаяся от светской и вообще мирской жизни, могла сделать? Новые батюшки, к которым обращалась с вопросами и недоумениями, мои тревоги не разделяли, рекомендуя спасать себя и семью, поститься и молиться, положившись на волю Божию. К тому же, стали ремонтироваться и открываться храмы, разрешили печатать религиозную литературу, крестить младенцев, то есть надо бы однозначно возносить Богу хвалу. Даже поговаривали о возможности восстановления храма Христа Спасителя, что само по себе звучало как дивная сказка. Я в восторге пожертвовала на эту мечту тысячу рублей. Никогда б не поверила, что через десять лет храм действительно восстановят. А ещё более не поверила бы, что ни разу у меня не появится желание зайти туда. Что, проезжая мимо на троллейбусе, буду разглядывать его с холодным интересом, как музей, макет – и только.
Да и лично у меня в конце восьмидесятых-начале девяностых повода для уныния не было. Дома всё более-менее спокойно, книга продвигается - благо окрылила надежда её опубликовать. В Польше в 89-м впервые издали «Последний эксперимент» отдельной книжкой. Неплохо теперь зарабатывалось и на цветах - тут я стала уже почти профессионалкой и постепенно перекочевала с вокзала на рынок, поладив с царящими во фруктово-цветочных рядах азербайджанцами. Нам, двум-трём русским «дачницам», дозволено было торговать, как они говорили «ромашками», к коим причислялись и тюльпаны с нарциссами, и георгины с гладиолусами, и астры с «дубками» - мелкими хризантемами. Строгое табу лежало лишь на розах, даже со своего сада, на каллах, на крупных привозных хризантемах и прочем «серьёзном» товаре.
Вокруг продолжало твориться что-то несусветное – исчезали с прилавков самые привычные вещи – мыло, сахар, сигареты, или, страшно сказать, сама водка. Появились талоны, длинные очереди с перебранками и драками, потом прилавки и вовсе опустели. Никто ничего не мог понять. Вернувшись с рынка, я кидалась к ящику за газетами и к телевизору. Стыдно признаться, но в то время занимал меня, в основном, вопрос финансовый – на сберкнижке лежало 15 тысяч, в то время сумма немалая, заработанная, можно сказать «потом и кровью». Насколько я поняла, слушая и читая всяких «экспертов», трудовым моим сбережениям грозила серьёзная опасность.
Между тем, хоть цветочно-рыночный сезон и заканчивался, было ещё много неотложных дел в огороде, посадка луковичных и всё такое. В общем, «созрела» я лишь к ноябрю – пошла в сберкассу и забрала весь вклад, оставив на счету трёшку.
Это было по тем временам весьма «круто» – никакой паники вокруг, рыбки плавали себе в пруду, увиливая ловко от наживок и сачка – мол, всё равно слабо всех поймать. «Простейшей как мычание» мысли, что из пруда можно просто выпустить воду и побросать съедобное содержимое дна на сковородку, ни у кого не возникало, – граждане ещё верили власти. Мои попытки поделиться опасениями с домашними и знакомыми вызывали в лучшем случае усмешку, а то и негодование – как же такое может быть? Наоборот, сейчас как раз за всякое номенклатурное жульё возьмутся, чтоб людям лучше жилось. Ну не сразу как в Америке, так пусть хоть как в Финляндии. Все пребывали в какой-то эйфории, будто на воландовском сеансе магии с грандиозными разоблачениями и даровым забугорным ширпотребом, скопом проклинали «засидевшихся коммуняк» и жаждали от новых слуг народа халявных червонцев с неба.
Пришлось выбираться из финансового аквариума в одиночку, причём весьма доморощенным способом, поскольку доллары тогда покупать было рискованно, а к золоту и антиквариату, как к предметам роскоши, у меня выработалось стойкое табу за годы добровольного отшельничества. Короче, я не придумала ничего лучше, как каждое утро ездить к открытию в ГУМ, где ещё выбрасывали к концу года «дефицит», занимать сразу несколько очередей, исписывая руки чернильными номерами, набивать покупками пару дорожных сумок и рюкзак через плечо и затемно тащиться домой на электричке по осенней хляби, страшась разбойников. Бог миловал, хотя это «спасайся, кто может» продолжалась не менее двух недель. Я скупала всё подряд: постельное бельё, лён, хлопок, ситец, всевозможные импортные ткани, дефицитную посуду, часы, электронную бытовую технику, включая компьютер, - им мы тут же расплатились с другом из Чехословакии, к которому как-то ездили гостить. Сваливала в сумки французские духи и турецкие кремы для бритья, отечественную перламутровую губную помаду и тени для век, кассеты для видака и магнитофона, мельхиоровые позолоченные ложки, меховые шапки и воротники.
В ГУМе, как всегда, было много приезжих, граждане сметали с прилавков всё более-менее стоящее. Однако никакой паники. Мелькали одни и те же лица – и спекулянты, и просто охотники «разжиться дефицитом», который обычно выбрасывали в конце года. Я приобрела здесь знакомых – вместе было легче «держать» сразу по несколько очередей. Ну и, само собой, «митинговала», предрекая, что ничего путного от свежего ветра перемен не жду, поэтому надо покупать «ва-банк» и при этом спешить, потому что «через полчаса вашей даме будет сто лет». И опять мне никто не верил, поднимали на смех, а однажды чуть не поколотили как недобитую коммунистку, проникшую в светлые демократические ряды покупателей, чтоб сеять панику. Я обозвала баб «клухами» и ретировалась с авоськой «печени трески», цена которой вскоре подскочит во много раз.
Спустя полгода встречу в метро одну из «клух». Она заключит меня в объятия и воскликнет, что всю дорогу обо мне вспоминает и клянёт себя, что тогда не послушалась. Попросит прощенья, ежели обидела, и шепотом поинтересуется, откуда я всё знала, какая такая у меня лапа в верхах. И даст свой телефончик – ежели что ещё пронюхаю об ихних вероломных замыслах, чтоб не помнила зла и предупредила. Хотя, впрочем, спасать лично ей уже почти нечего – плакали денежки на квартиру.
Под занавес я приобрела в коммерческом ларьке джинсы и кожаную куртку. Куртка стоила, как сейчас помню, три тысячи, примерять пришлось в закутке, у меня от волнения руки не слушались, купюры рассыпались. Подбирала их в страхе, что продавец огреет сзади по башке, а труп запихнёт в одну из пустых коробок, чтоб к ночи вывезти куда-нибудь на свалку, оставшись и с моими тремя тысячами, и с турецкой курткой.
Новоиспечённым буржуям я не доверяла.
Обошлось. Итак, оказавшись без гроша и с грудой распиханного по шкафам и углам «дефицита», я стала приставать к Борису, у которого тоже было кое-что на книжке, с предложениями помощи, пока его финансы не спели романсы. Надо сказать, что мой супруг был, пожалуй, единственным человеком, который, хоть и часто роптал, и крутил в мой адрес пальцем у виска, в конечном итоге всё же оказывался попутчиком.
Короче, он вручил мне три своих тысячи и пришлось потолкаться в ГУМе ещё пару дней. Полторы тысячи мой благоверный утаил, за что впоследствии и поплатился.
Оставались ещё облигации так называемого «золотого займа». Мы отправились в ту самую сберкассу, где я оплачивала когда-то штраф за лишние метры, и получили взамен облигаций энную сумму, на которую в ближайшем магазине купили пару больших картонных коробок с красными пачками индийского чая по 36 рэ за пачку.
Это у меня врождённое. Помню номера машин, телефонов и цены.
А вскоре всё грохнулось. Жидкость из водоёма выпустили, рыбками закусили и вновь наполнили водой, накидав других наживок – всяких там ваучеров и «полей чудес», где господ-товарищей призывали закапывать оставшиеся золотые, суля наутро обросший червонцами куст. Было совершенно ясно по размаху телевизионной и газетной рекламы, что за мелкотой типа Алисы и кота стоят новые хозяева Кремля - карабасы-барабасы, которые не замедлят, в свою очередь, ободрать раскатавших губы котов и Алис вместе с толпами Буратин и прочих кукол. Но об этом ниже.
БЫЛ МЕСЯЦ АВГУСТ
B БЕСЕДКЕ С: Александром, Игорем и свежей прессой
Мочить таких «демократов» в сортире надо!
Александр: - Всех, кто недоволен демократией, нужно выслать в Сибирь (или расстрелять)! Мочить таких «демократов» в сортире надо!
А лучше на Соловках сгноить. Сталин, видишь ли, ему понравился! А в ежовых рукавицах он не мечтает побывать? Выслать в Сибирь, пусть второй БАМ строят или Беломорканал с Днепрогэсом. А потом объявить это великой заслугой демократии! И главное, недовольных не останется.
2002-08-12
Игорь: - Что называется, Александр «раскрылся». До него, наконец-то дошло, что то, что он называет «демократией», не для всех приемлемо, вопреки тому, ради чего затевалось построение «демократии». А раз не для всех приемлемо, то иного пути как применить по отношению к недовольным тотальную сегрегацию он не видит. Попросту уничтожить или убрать с глаз долой недовольных, причём, разумеется, по отношению к ним оказываются хороши именно те методы, которые он проклинает у Сталина по отношению к самим «демократам».
Весь вопрос только в том, сколько действительно людей в России способно реально существовать при этой самой «демократии»?
Александр: - Развелось, понимаешь… Мы демократию строили не для таких вот троцкистских прихвостней, а для истинных демократов. Помните, как ваш Ленин говорил, что если для построения коммунизма будет необходимо уничтожить 90% населения, то не стоит задумываться ни на секунду? Так что с вами цацкаться? Красно-коричневой погани в России гораздо меньше, чем 90% (выборы об этом свидетельствуют), уничтожать вас, не задумываясь, чтоб не мешали нормальным демократам строить счастливое капиталистическое будущее, чтоб воду не мутили своими газетёнками!
У вас даже морального оправдания быть не может – раз вы предлагали уничтожить
Короче, товарищи коммуняки, сушите сухари, запасайтесь тёплыми вещами, скоро товарные вагоны за вами приедут и повезут вас добывать уран в шахтах, да лес валить в тайгу. Не за ненавистные вам деньги, а за миску баланды, да за место на нарах. И попробуйте только анекдот рассказать про Путина – мало не покажется! А если по нужде с газеткой сходите с фотографией нашего президента, на себя пеняйте – вся семья будет числиться семьёй врага народа и для неё будут закрыты все двери.
Трепещите, недолго уже осталось вам бесноваться!!!
Игорь: - Это к вам относится. Беснуются сейчас именно демократы.
Что ест россиянин?
«У большинства сограждан питание является основной статьёй расходов. По статистике, каждый третий россиянин тратит на еду почти все свои деньги, у каждого шестого на питание уходит три четверти семейного бюджета, у каждого четвёртого – больше половины
По данным Госторгинспекции, в прошлом году по импорту забраковано макаронных изделий - 32%, рыбы и рыбопродуктов - 36%, маргариновой продукции - 37%, консервов плодово-овощных и ягодных - 43%, круп и бобовых - 50%, чая натурального - 51%, мяса всех видов - 53%, консервов рыбных - 56%, консервов молочных - 81%, табака - 96%. Цифры убийственные! Однако это ещё не всё. Госторгинспекция в состоянии проверить выборочно не более четверти всех импортных товаров. Остальные поступают в торговлю и вовсе без всякого контроля.
Считается, что наша еда – натуральная, вкусная и полезная. Тем не менее почти 80% проверяемых российских товаров имеют нарушения по качеству, а более половины снимаются с продажи из-за нарушения технологического производства.
Наши колбасы содержат много интересного. Наверное, целую таблицу Менделеева. Во время своего последнего рейда по магазинам московского региона ревизоры Госторгинспекции обнаружили варёные колбасы, содержание влаги в которых превышало допустимое аж на 4,6%.
Продовольственная безопасность в рыночных условиях - это фикция, считает президент аналитического центра «Агропродовольственная экономика» Евгения Серова. Дело не в том, сколько продовольствия производит страна, а в том, как питаются её граждане. В нашей стране люди подчас отказываются от еды по причине и вовсе банальной – потому что нет средств. Какой смысл бежать в современный супермаркет за отменным карбонадом по цене 140 рублей за килограмм, если не хватает на сомнительную ливерную по 32.
Кто что лучше производит, тот тем и должен торговать – вот принцип развитой экономики. И не важно, в какой стране продукт произведён, главное – чтобы был дешевле по цене и лучше по качеству. Так и людям лучше. Но для политиков люди – не аргумент. Они по-прежнему пытаются скрестить советскую систему с рыночными отношениями.
С импортом или без него страна всё равно в огромной опасности. Спрос порождает предложение. Пока в стране – нищета, пока из-за безденежья люди готовы покупать самые дешёвые товары, в магазинах всё равно будут продаваться суррогаты, а люди – умирать от пищевых отравлений и от тоски по нормальной жизни. И никакие торгинспекции тут не помогут. Проблема ведь не в законах – в экономике.»
2002-08-28
МИСТИЧЕСКИЙ ГОД
(1991-й год)
Наступил мистический 1991-й, о котором я давно слыхала - будто в год, читающийся одинаково справа налево и слева направо, и в который Пасха будет совпадать с Благовещением, произойдёт в России нечто ужасное. «Ужасное» действительно случалось едва ли не ежедневно, поэтому 19 августа, в праздник Преображения, когда мы с Борисом ждали на платформе электричку, собираясь ехать в храм причащаться, в ответ на взволнованное сообщение знакомой дамы, что «в Москве переворот и ввели танки», я облегчённо перекрестилась со словами: «Слава Богу, спасена Россия». Дама-демократка от меня шарахнулась, я показала ей вслед язык. Сейчас смутьянов под предводительством главного Алкаша рассуют по камерам и восстановят порядок, а там разберёмся.
Но радоваться было рано. Уже наутро поняла – что-то не то. Танец маленьких лебедей. Бегающие глазки, трясущиеся руки, невнятное бормотание на фоне какой-то серо-зелёной занавески – ну и вожди! Президента арестовали да к нему же на поклон полетели в тёплые края. А Алкаш тем временем очухался, дружки его забугорные и номенклатурные шестёрки спешно рать бутылочную созвали. Это я уже своими глазами видела – как на нашем рынке смуглые торговцы кидали в жигули ящики с водкой и развозили по митингам. Свобода, блин! Поди им плохо жилось в Союзе – от кого свобода-то, Арифы с Мамедами? Отмахивались – уже накурились своей травки. Дурдом.
А затем - Алкаш на танке, и бесовский шабаш «победителей», и единодушное голосование об отделении России от Союза, то бишь за суверенитет головы от тела. И беловежское распитие страны «на троих», и ощущение полной невозможности, безумия происходящего, сродни космическому взрыву - когда то и дело хотелось швырнуть вазу в телевизор вместе с позеленевшей водой и увядшими георгинами, которые давно бы пора выбросить. А затем побольней ущипнуть себя и проснуться.
Вот как я о том поведала в «Дремучих дверях»:
«Мистически-ритуальный характер происходящего особенно потрясал – странные убийства и самоубийства, совпадение переворотов с церковными праздниками, массовое обретение мощей, тайные посиделки на далёкой Мальте… Бушующий океан, масонский орден, продолжатель великого дела партии с кровавой отметиной – рядом с масонами… И дьявольский коктейль всеобщего оцепенения, безразличия, плюс эйфория разрушения, властолюбия и алчности…
Зомбирование? Зловещая роль СМИ, особенно Останскинской иглы? Пресловутые козни масонов? Неужели внезапное разрушение внешних барьеров, эти папуасские товары, лживые дешёвые байки по ящику лишили в одночасье вроде бы, как она привыкла думать, великий народ с великими духовными традициями разума и человеческого облика? Хотя бы сработал инстинкт самосохранения! Всё это ужасающе напоминало коллективное самоубийство, массовый выброс китов на берег, на котором ошалевший от фортуны и власти, спившийся пожилой ребёнок дурил, куражился и ломал всё, что попадалось под его беспалую руку – судьбы, законы, жизни, границы страны с её обезумевшими жителями. Ату её, власть! Ещё вновь заставят пахать на благо любимой Родины!.. Ату её. Родину! Кому она вообще нужна? Даёшь Америку! Вот, как мечтал когда-то Смердяков, «завоевала бы умная нация глупую-с», и победили бы нас немцы в 41-м, - жили бы сейчас, как в Америке…Будем у Запада прислугой, шлюхами, челноками – зато свободны!
«Союз перестал существовать!» «Союза больше нет!» - откровенно ликующие вопли наших и зарубежных СМИ напоминали шабаш ведьм. Кто-то ведь должен был остановить это безумие, от которого она испытывала незнакомое, почти физическое страдание – смесь боли с яростью. Хотелось немедленно записаться добровольцем. Но враг был везде – не только эти то ли придурки, то ли оборотни в Кремле, не только обалдевшие от неожиданной добычи забугорные стервятники, но и сам народ, бывшие простые советские люди, взирающие на происходящий апокалипсис с тупым любопытством олигофрена, у ног которого крутится граната. Они смотрели «Санта-Барбару», трескали сникерсы и чизбургеры, радовались дешёвым папуасским тряпкам и смаковали бульварную прессу.
Об чём базар, господа-товарищи? Перекусаете прежних хозяев, прохожих и друг друга, затопчете и загадите всё вокруг, перетрахаете таких же сорвавшихся шавок, а потом поползёте на брюхе к новым барам в новое рабство за миску похлёбки и кость. И будете брехать на кого велят – вот и вся ваша свобода!
Когда Господь хочет наказать, отнимает разум.
Советского Союза больше нет…Родины больше нет…
«И померкло солнце, и завеса в храме разодралась посредине»…
Красный флаг опустили воровски, ночью. Давно, на Сценарных курсах, им показали документальные кадры взрыва храма Христа Спасителя. Такой же запредельный ужас она испытала, глядя ночью на даче, одна по ящику, кадры спуска красного знамени. «Их знамени»… Нет, это было наше знамя! Моё знамя, как и «мой храм.» Будто вырванное, истекающее кровью сердце миллионов их, погибших когда-то, беспомощной красной тряпкой дрогнуло в агонии и мёртво повисло.
«И как один умрём в борьбе за это!»
Вот оно, знамение на темени последнего секретаря. Прелюдия большой крови. Собственная реакция на увиденное тоже ошеломила – в таком состоянии, наверное, поджигают, взрывают, нажимают на кнопки и курки… «Что же вы, иуды, делаете?!» – казалось, молча кричала застывшая, как перед казнью, декабрьская Красная Площадь.
«Есть лишь одна страна, граничащая с Богом – Россия.»
Земля, где каждая пядь полита слезами, потом и кровью собравших её, отстоявших целостность и великое право не жиреть за счёт других, осознавших жизнь лежащего во зле мира как недостойную, ведущую во тьму внешнюю.
Мы победили хищников и угнетателей, но не разглядели их оскал в нас самих. Что-то зловеще изменилось в мире – будто душу вынули у Руси. Всё вокруг стало безжизненным, катастрофически распадающимся, всё гнило и тлело, всё пахло мертвечиной. И её мучил страшный комплекс вины, как, наверное, их, Его учеников, стоявших когда-то в бессилии у распятия.
Данная Богом земля-мать, Святая Русь – где душа твоя?.Воскреснешь ли на третий день или так и будешь на коленях вымаливать зарплату, заглатывать мыльные сериалы и рыть себе могилу, требуя лишь, чтоб выдали поострей заступ да накормили перед тем, как туда спрыгнуть…
Знамя цвета крови…Куликово поле, Бородино, Севастополь, Прохоровка, Сталинград…Дмитрий Донской и Александр Невский, Сусанин, Зоя, Неизвестный солдат и ещё миллионы неизвестных.
Какой нас дьявол ввёл в соблазн и мы-то кто при нём?
Но в мире нет её пространств и нет её времён.
Что больше нет её, понять живому не дано:
Ведь родина – она как мать, она и мы – одно…
Она глумилась надо мной, но, как вела любовь,
Я приезжал к себе домой в её конец любой.
Из века в век, из рода в род венцы её племён
Бог собирал в один народ, но Божий враг силён.
И чьи мы, дочки и сыны, во тьме глухих годин,
Того народа, той страны не стало в миг один.
При нас космический костёр беспомощно потух.
Мы просвистели свой простор, проматерили дух.
К нам обернулась бездной высь, и меркнет Божий свет…
Мы в той отчизне родились, которой больше нет.
Эти стихи Бориса Чичибабина 1992 года, казалось, были написаны и моей кровью.
БЫЛ МЕСЯЦ СЕНТЯБРЬ
B БЕСЕДКЕ С: Александром, Андреем и свежей прессой
Сушите сухари, товарищи коммуняки!
Александр: -
«Короче, товарищи коммуняки, сушите сухари, запасайтесь тёплыми вещами, скоро товарные вагоны за вами приедут и повезут вас добывать уран в шахтах, да лес валить в тайгу. Не за ненавистные вам деньги, а за миску баланды, да за место на нарах.»
Ю.И.:
-
Спасибо на добром слове, гуманнейший вы наш! Ну а мы, пока не наступило это «счастливое капиталистическое будущее», тоже предлагаем вам полакомиться дембаландой из столь милой вашему желудку нынешней постсоветской кухни. Предлагаю даже новую рубрику открыть: «Дембаланда для Александра», куда каждый гость при желании поставлял бы вам наиболее деликатесные блюда современной демдействительности.
Для начала предлагаю два газетных сюжета:
1. «Торговля людьми, или трафикинг, в последнее время стала самым доходным бизнесом. Всемирная глобализиция сказалась и на аппетитах международных преступных группировок – продавая в год до семи миллионов людей, только на проститутках из России и СНГ они зарабатывают больше семи миллиардов долларов.
Только через питерский кризисный центр для женщин прошли десятки секс-рабынь, обманным путём вывезенных на Запад и проданных затем в бордели. Наталья Ходырева, директор центра: «Как показывает практика центра, подавляющее большинство проданных женщин – жертвы своих знакомых, обещавших им интересную работу. Или пострадавшие от лжеженихов. Им некуда возвращаться в Россию – здесь у них нет ни жилья, ни достойной работы. Их здесь никто не ждёт, хотя наша страна и подписывает документы на самом высоком уровне, не выделяя при этом никаких средств.
- За четыре часа, которые я провела в Хельсинкском центре помощи проституткам, я встретила там 70 жительниц Санкт-Петербурга, - продолжает Наталья Ходырева. - Смею вас уверить, что практически все жрицы любви в Скандинавских странах – русские интеллигентки. Они живут без документов, потому что их отобрал сутенёр или там уже давным-давно просрочена виза. И вообще это скорее вопрос к нашему правительству: почему русские женщины с высшим и средним образованием не могут заработать у себя дома и любыми способами пытаются уехать на Запад? Ни одна мать-одиночка в Финляндии не пойдёт на панель, потому что она защищена от нищеты множеством социальных программ. Наши же женщины и в 45 лет согласны ехать за кордон, чтобы оплатить учёбу детям.»
2. «Один из известнейших продуктовых рынков столицы «Китеж» – может быть закрыт в ближайшие дни. Его площади, как показала последняя проверка, проведённая отделом по борьбе с экономическими преступлениями УВД Западного административного округа Москвы, использовались для сбыта и перепродажи испорченных продуктов.
Помимо повсеместной антисанитарии и поголовного отсутствия у продавцов медицинских книжек на рынке велась бойкая перепродажа маргарина, кетчупа, майонеза, срок хранения которых истёк. Эти закисшие и гниющие продукты торговцы превращали в «кондиционный» товар едва ли не на глазах у покупателей. Они опорожняли вздувшиеся упаковки в огромные кастрюли и тазики, добавляли соль и специи для нейтрализации неприятных запахов, а затем снова запаковывали в ту же тару или продавали со скидками «в развес». Многие продавцы также на местах освоили технологию изготовления «элитного домашнего сыра». Он получался из гниющих отходов и просроченных головок сыра, которые измельчали и бросали в пластиковую бочку с соляным раствором. В ней крошево разбухало, позже его прессовали, закатывали в вакуумную упаковку и продавали как настоящий сыр. Некоторые точки торговали «в розлив» спиртом, происхождение которого, равно как и химический состав, до сих пор не установлено. Также на рынке велась бесконтрольная перепродажа гниющих дынь, арбузов, яблок, грибов.
Примечательно, что большинство клиентов рынка составляли пенсионерки-перекупщицы. Они, как было установлено в ходе предварительного следствия, потом сбывали продукты на вокзалах столицы.
Кроме того, в вещевых рядах оперативниками было изъято несколько тысяч контрафактных вещей – курток, брюк и сумок, которые здесь продавали под фирменными лейблами «Адидас» и «Найк».
Такие вот демпирожки, Александр. Столь ненавистная вам Изания как раз и создаётся, чтобы заменить подобную «кулинарию» своими доброкачественными продуктами. Думается, оба сюжета были бы совершенно невозможны и при ненавистном вам Джугашвили.
Кстати, взяты они из милой вашему сердцу «демпрессы». Посему приятного аппетита!
2002-09-11
Идущий вместе… с мамкой
Андрей - Александру: - Кто на нас с Вовой?
Люблю людей, воспевающих действующую власть. Они последовательны и вообще глядеть приятно, как удобно и хорошо им живётся. Как на кошку.
Живёшь себе под управлением желудка, слабых бьёшь, сильным… лижешь. «Хайль» кому-ньт покричать можно. В толпе таких же. Стабильность!
Хотелось бы узнать, Александр, мотив этих ваших попыток спровоцировать базар вида: «Я козёл? Ты сам козёл». Вам самому чего хочется-то?
2002- 09-05
Александр: - А это всё – временные тру дности.
Андрей: - Это называется «строительство»?
«Демократы» получили в своё распоряжение страну в идеальном состоянии. Богатую ресурсами, с мощной индустрией, с действующей армией, флотом, сельским хозяйством и промышленностью, которая могла вести автономное (!) существование. Строй из неё, что хочешь.
За эти, пусть 10 лет (на самом деле больше) в ней
Поменяли, как эскимосы на зеркальца. Большевички убого, как умели, но энергично строили государство. Ваши просто мародёрствуют.
Где строительство-то? Покажите мне, где что-то строится (
Вообще у человекоподобных есть такая вещь, как совесть. Если она вам позволяет спокойно наблюдать, как старики вокруг вас, сытого и упакованного, голодают и ищут в урнах средства к пропитанию, и называть это «временными трудностями», то вы к этому виду не относитесь.
2002-09-13
Александр: - Благодаря демократии резко увеличилось количество легковых автомобилей…Часть из них на стоянку не помещается и заезжают на газоны.
Ю.И.: - То-то и оно. Мы, изанские, полагаем, что от человека требуется вовсе не наличие персонального авто, а чтоб он, хомо сапиенс, был всегда вовремя на своём рабочем месте, дабы успешно исполнять возложенное на него свыше предназначение согласно отпущенным талантам и сроку жизни. А затем успевал домой для дел семейных, или, допустим, в храм для роста духовного, или на «Гамлета» – для роста культурного, или в спортзал для совершенствования телесного. Или в баню для отдохновения от трудов праведных. Вместо персональных многочасовых душегубок в уличных пробках, что было особенно наглядно в нынешнее экстремальное лето, Изания предлагает хорошо организованную систему своих маршруток и такси по вызову. Которая решила бы транспортные проблемы, сохранила нервы, здоровье, время и деньги, улучшила экологию и избавила отдельных граждан от греха идолопоклонства, чем, несомненно, является поклонение жестянкам на колёсах. Причём без разницы, лежит ли товарищ целыми днями под своей машиной или гоняется за модными иномарками, меняя их как перчатки.
Вызволить изан из любой пробки можно элементарно, прислав на соседнюю улицу другую изанскую машину, куда наши пассажиры благополучно пересядут и поедут по своим делам, а застрявшую маршрутку отгонет на место водитель.
Так же при помощи единой системы легко решить внезапно возникшие жилищные (аварийное отключение тепла) и вообще любые бытовые проблемы, не прибегая к помощи ныне дышащей на ладан и затраханной всеобщими бедами государственной системы. Предвижу возражения Игоря, что надо бы учредить такую благодать для всего бывшего Союза. Но как быть, ежели значительная часть «человекоподобных», по выражению Андрея, «спокойно наблюдает, как старики вокруг вас, сытого и упакованного, голодают и ищут в урнах средства к пропитанию» и называют это «временными трудностями»? Революции устраивать?
Изания, кстати, и предлагает революцию, только постепенную, мирную, изнутри. Для тех, кто понял, созрел, и готов, преодолевая всеобщее шкурничество, соединиться с себе подобными на основе иных законов бытия.
Изания оценивает уровень развития общества по тому, насколько оно обеспечивает своим членам возможность совершенствования, гармонического развития, восхождения и осуществления призвания в самом высоком смысле этого слова, а не по наличию у них костюмов, апартаментов или престижных тачек. Человеку разумному дурное изобилие только мешает жить, порабощает, о чём я написала ещё в «Лунных часах», когда ребята оказываются в Городе Вещей и попадают к ним в плен, губя драгоценное время жизни.
Конечно, мы и нехватку «разумно-достаточного» ни в коем случае не проповедуем, но современное общество – сплошь идолопоклонники страстей (не только вещизма). Прежде советская власть это искусственно ограничивала, нынешняя же на все лады поощряет, «догоняя Америку». А поскольку изобилия для всех добиться невозможно, оканчиваются такие уже поднадоевшие исторические эксперименты кровавыми разборками.
2002-09-26
Прогресс, однако…
Александр: -
Царская Россия продавала зерно за границу, советская – покупала, демократическая опять стала продавать!..
Так вы признаёте, что частная собственность более эффективна? Прогресс, однако…
Ю.И.: Приватизировала лиса курятник, отъелась и провозглашает: «Мы с великим куриным народом отказываемся от ножек Буша и приступаем отныне к вывозу нашей продукции за границу». Прогресс, однако…
2002-09-26
КРАСНОКОРИЧНЕВАЯ
(начало девяностых)
«Прежде она такого никогда не испытывала. Вот он, пресловутый разлад с действительностью! Душа посылала сигналы бедствия. «Бывали хуже времена, но не было подлей.» «Чудище обло, огромно, озорно, стозевно и лаяй.» Кто выдумал, что этот звериный миропорядок, ежеминутно порождающий грех и смерть, нельзя менять? Любить, прощать личных врагов – понятно. Но возлюбить армию князя тьмы – это призыв самого «князя». Наглая ложь, искажение христианства. Прощать надо ударившего в щёку
Она соглашалась - да, новые церкви и вожди со свечками – всё это прекрасно, но мерещился почему-то булгаковский Иванушка Бездомный, в кальсонах и рваной толстовке, с бумажной иконкой и венчальной свечой. Гонимый силами тьмы». («Дремучие двери»).
Всплывают в памяти то юнцы, торгующие в переходах ваучерами, то голосование: «Нужен ли России президент?», когда я перессорилась со всей роднёй, высказавшейся единодушно «за». Возвращалась с избирательного участка в слезах, чувствуя себя курицей, высидевшей в гнезде змеёнышей. Потом началась грандиозная афёра новой власти по выкачиванию из населения оставшихся денег, все эти Тибеты, Светланы,Гермесы, Чары и прочие МММ – с последними тремя буквами у меня сложились особые отношения. Но об этом ниже. А пока – снова по тексту:
«Она устала спорить до хрипоты, проклинать, негодовать. Выслушивать в ответ такие же яростные злобные обвинения в консерватизме, коммунизме, фашизме и идиотизме. Пришла весна, затем лето 93-го с привычными огородно-цветочно-торговыми хлопотами. Пенсии ни на что не хватало, всё дорожало – небольшой её цветочный бизнес выручал, хотя уже появились в продаже роскошные голландские розы, хризантемы и лилии, вытесняя сочинских, киевских и кишинёвских цветочниц с их пухлымиими картонными коробками. Всё меньше становился круг постоянных покупателей. Многие из них – учителя, инженеры, врачи, даже актёры – теперь спешили мимо, пряча глаза. Вдоль рядов разгуливали бритоголовые в вишнёвых пиджаках, бледнолицые в чёрных пальто до пят, их субтильные, донельзя костлявые подружки в дорогой коже, с подрумяненными скулами и скрипящими коленками.
Чтобы выдержать конкуренцию с забугорией, приходилось делать всё более замысловатые букеты с целлофановыми прибамбасами и лентами. Появились бедняки, выпрашивающие собачью косточку себе на суп, дети, клянчащие гнилые персики. Компании каких-то то ли афганцев, то ли десантников «под мухой», время от времени крушащих прилавки, омоновцы с автоматами и собаками, сгоняющие «азиков» и прочих смуглолицых продавцов во двор – руки за спину и лицом в грязь. Якобы в поисках наркоты и оружия, а заодно и вытрясти карманы.
Но в дикий рынок она, можно сказать, вросла безболезненно, если не считать этого нарастающего гула вселенской катастрофы, готовой поглотить и вишнёвые пиджаки, и пирамиды киви с бананами, вальяжных покупателей, смуглых продавцов, бабуль-попрошаек и натасканных на наркоту и человеческую плоть псов. И вымирающих, как динозавры, последних «совков», ещё не осознавших, что «случилось страшное». И депутатов в рясах, и батюшек, благословляющих биржи и презентации. А по ящику и на лотках, среди порнухи, рекламы и низкопробных детективов – Библия и жития святых.
Хаос жил по своим кромешным законам. Она переключала программы – мимо дебильных сериалов, полуголых поп и рок звёзд, импотентов-политиков, способных разве что держать свечку – в храме или в спальне – без разницы. Мимо насосавшихся как клопы косноязычных амбалов… Попадались в кадре знакомые лица, когда-то брюзжавшие вместе с ней по поводу всяких там главков, но всё же выпускавшие худо-бедно неплохие книги, фильмы, спектакли. Миновали скандальные съезды, перевороты – блинов на сковородке. Всякие там «хватит», «долой», «хозрасчёт», «гласность»… И, наконец, «это сладкое слово «свобода».
Ну и что?
Кто из них, какие нетленки явил миру по сравнению с «проклятым застоем»? «Метили в коммунизм, попали в Россию.» Чубайс на оба ваших дома! «Да мы никогда, да мы всегда»… Отречение с ритуальным сожжением партбилета – пропуск на пир новых богов. И серия жертвенных то ли убийств, то ли самоубийств бывших завов и замов.
И хотелось спросить: если вы, считая систему столь ужасной и преступной, молчали в тряпочку, не только пользуясь всевозможными подачками, но и помогая её укреплять, то не подлецы ли вы, ребята? Надо вам тогда каяться перед Богом и людьми до конца дней своих. А не ходить нынче в мессиях. Другие же, всерьёз считавшие, что огромная страна, бросившая вызов царству Мамоны, может отстреливаться от волков одуванчиками – слюнявые идиоты.
Кру-угом на 180 градусов. И как дружно… Вчера – мальчиш Кибальчиш с его Тайной, сегодня – Плохиш с бочкой варенья. И надо же, хохма князя тьмы – оба Гайдары. Преемственность поколений. Теплохладная номенклатура вызревала несколько десятилетий под видом элитных цыплят в змеином инкубаторе и, наконец, дождалась. Вылупилась. И после долгого вынужденного поста в «благочестивой» скорлупе, пожрала её и расползлась повсюду. Шипя, жаля, наглея и жирея. Всё менее интересные, до ужаса пошлые, страшные именно своим вдруг всенародно разверзшимся подпольем, - гады. Этот выводок с ядовитыми жалами и шипением про «демократию и права человека» был откровенно сатанинским. Против всех заповедей «пакетом».
Ушаты грязи на прошлое, шабаши с убиением животных в эфире и символическим поеданием трупов, с разбойничьим кличем, что вся наша многовековая история поисков Истины гроша ломаного не стоит, потому что она, истина, - в сникерсах и тампаксах.
«Напрасный труд – нет, их не вразумишь,- чем либеральней, тем они пошлее, Цивилизация - для них фетиш, но недоступна им её идея», - приходили на память слова Тютчева.» («Дремучие двери»).
Дембаланда для Александра
Сюжет 1. По поводу таинственного похищения Кукуры (МК. Ещё до не менее таинственного возвращения жертвы):
«В последние недели «Лукойл» жил в ожидании крупного скандала. В правительстве стала известна схема, по которой осуществлялись крупные поставки во Францию нефти через Латвию. Уход из налогов и вывоз капитала из страны принял такие формы, что вызвал шок даже в Кремле. Говорят, что эту информацию подогнали нашим спецслужбам сами же французы, обеспокоенные объёмом «чёрных» денег, идущих через банки страны в офшоры. Этими поставками напрямую занималось ведомство Сергея Петровича Кукуры, и не исключено, что подобная акция является попыткой замять скандал «по-тихому.» Ведь главным образом следствием подобного разоблачения был бы полный обвал стоимости акций компании на мировых биржах. Этого допустить было нельзя, поэтому из двух зол выбрали меньшее.»
Сюжет 2. Ещё о «временных трудностях»:
«Заметим, что нынешний сход ледника Мали в Кармадонском ущелье – не первый. Ровно сто лет назад, в 1902 году, он уже накрывал стоявший внизу посёлок. Ситуация могла повториться в 1969 году, но тогда метеорологи вовремя заметили начавшееся таяние льда, и трагедия была предотвращена с помощью заслонов и направленных взрывов. С этого времени здесь располагалась горная метеорологическая станция, главной задачей которой и было наблюдение за состоянием ледника. Однако после распада Союза деньги на станцию выделять перестали, а вскоре её и вовсе закрыли, оставив жителей Кормадона наедине с непредсказуемым ледником.»
Сюжет 3. Дума совершила государственный переворот:
«Дума запретила объявленный коммунистами референдум. Был безобразный скандал. Нарушая и регламент, и приличия, только с четвёртого раза удалось набрать необходимые 300 голосов. Вопросы, поставленные коммунистами, конечно, болезненные. Согласны ли вы, чтобы доходы от нефти и газа делились на всех, чтобы зарплата была не меньше прожиточного минимума, чтобы квартплата не превышала 10 процентов семейных доходов…
Ясно, что большинство граждан ответит: да, да, да. Ясно, что КПРФ получит грандиозную рекламную кампанию, и как раз к думским выборам 2003 года. Ясно, что всем прочим партиям и Кремлю это невыгодно.
И добились: запретили проведение референдума на ближайшие полтора года.
Наши права записаны в Конституции. Взялся читать. И немедленно обнаружилось, что депутаты вообще не имели права запрещать референдум. И дело не в нарушении регламента Думы и не в том, с четвёртого или сто четвёртого раза натянули необходимое число голосов.
Конституция прямо запрещает парламенту решать такой вопрос.
Зарубив референдум, Дума совершила групповое уголовное преступление – государственный переворот.
«Глава 1 Конституции. Основы конституционного строя. Статья 3:
1.Единственным источником власти в Российской Федерации является её многонациональный народ.
2.Высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы.
Итак, чтобы запретить референдум, надо созвать Конституционное собрание, написать и принять новую Конституцию. Дума, конечно, не голосовала за поправки в Конституцию. Она голосовала за поправки в Закон о референдуме. Ей казалось, что она сумеет остаться немножко беременной. Не тут-то было – моментально родился государственный переворот.
В минувшее воскресенье я решил посмотреть, как эту революцию будут объяснять гражданам России главные аналитические передачи: «Времена» (ОРТ), «Итоги» (ТВС), «Намедни» (НТВ).
Никак. Они просто не сказали об этом ни единого слова. Только сход ледника, выборы германского канцлера, Масяня.
Три канала случайно хором промолчали. Все газеты хором промолчали. Гарант промолчал и прокуратура…Народ безмолвствует. И слуги народа, рассевшиеся на толстых суках власти, не хотят нарушать тишину.»
Это блюдо для Александра – от небезызвестного демократа и тёзки Александра Минкина.
Приятного аппетита!
2002-09-26
БЫЛ МЕСЯЦ ОКТЯБРЬ
B БЕСЕДКЕ С: Борисом Березовским, Александром
и свежей прессой
«
Борис Березовский:
Никакой зарплаты, никакой социальной помощи. Я тоже был членом компартии, и, в отличие от некоторых, свой билет никогда не рвал, не сжигал. Так и лежит у меня в сейфе в институте, где я до сих пор на общественных началах заведую лабораторией. Кстати, эту лабораторию создал я и никогда не прекращал с ней связь, до сих пор общаюсь с моими коллегами.
…Победа над хаосом, - вот что движет человеком. И вне себя и внутри я пытаюсь бороться с хаосом. Внутри себя сложнее, чем вовне. И для себя внутреннее преодоление хаоса – это стремление к свободе. Воспитание себя как свободного человека.
И вот, выстраивая в течение всей моей жизни систему внутренних ограничений, которая противоречит хаосу внутри моей души, я ощущаю свою внутреннюю жизнь как нечто целое, неразрывное, не подлежащее делению на периоды. Я не прерывал этого движения ни в советское время, ни тогда, когда занимался бизнесом. Хотя искушения были огромные.
…В бизнесе сначала хотелось просто заработать миллион. Потом не миллион, а 10 миллионов. Потом понимаешь: ну, стоп! Всего заработанного не прожить, но хочется, чтобы были такие автомобили, которых никто никогда не делал. Приступаешь к реализации, не получается. Может быть, сумасбродная идея, не оформлена рационально. Потом понимаешь, что она вообще недостижима, если не будешь защищён в своих идеях, не будет защищён твой бизнес. И ты начинаешь заниматься политикой.
…Конечно же, я ощущаю колоссальный комплекс вины. И не только за те деяния, когда я ошибался, и эти ошибки принесли страдания миллионам людей. Но даже за ошибки моих предков, если их деяния, их прегрешения, вольные и невольные, приносили несчастья. Знаете вы или нет, - когда был съезд партии «Либеральная Россия», была выпущена декларация. Я участвовал в написании этой декларации. Первым пунктом я призывал покаяться всех за то, что произошло в России, за горе и беды людские. Мне было дико, что люди, считающие себя либералами, полагают, что им не в чем каяться.
…У нас, в Советском Союзе, были такие, кому абсолютно не нравилась советская система, и они идеализировали Запад. Я никогда не был диссидентом, никогда активно не выступал против системы, хотя это не значит, что я был конформистом. Я был членом партии, активно работал, принимал участие в общественной жизни. Я общественно активный человек с детства. Тем не менее, у меня были фантастические иллюзии относительно Запада в целом. Относительно демократии как способа управления страной. Заблуждения относительно того, где витрина, а где истинный интерес. И, по мере того, как я узнавал Запад, происходили, если не прозрение, то постоянная переоценка и, к сожалению, я не обнаруживал дополнительных плюсов демократии, но всё больше минусов. Одновременно происходило колоссальное переосмысление современного мироустройства в целом.
…В 15 сантиметрах от меня оторвало голову моему водителю, а должны были оторвать голову мне – взорвалась машина. После этого я посмотрел на мою жизнь по-другому. Я понял, что жизнь – это подарок Всевышнего, и относиться теперь к этому нужно, как к подарку. Появилась вера в судьбу, в промысел, а это своеобразное бесстрашие.
…Вообще это иллюзия, что народ выбирает. Эта иллюзия особенно сильна в России. Традиционно в России вопрос о власти решается элитой. Точно так же, как в большинстве других стран мира, например, в Америке. Когда Америка выбирает такого президента, как Буш, понятно, что это не может быть выбор в чистом виде. На самом деле народу этот выбор навязан.
…У этой зловещей, антиконституционной конструкции, были свои архитекторы
Юлия, я вами восхищаюсь!
Александр: - Юлия, я вами восхищаюсь! Вы готовы принять свидетельства олигарха Березовского? Мне это напоминает финансирование событий 1917 года в России кайзеровской Германией…
Задумайтесь, пожалуйста. Так можно окончательно запутаться в позиции и определениях.
2002-10-16
Ю.И.: - Польщена. Надеюсь вас ещё больше в скором времени порадовать статьёй, которая подробно ответит на интересующие вас вопросы по поводу моего отношения к олигархам. Заходите.
2002-10-30
ВОТ БЫЛА БЫ ИЗАНИЯ…
«Судя по всему, правительство определилось, что делать с рекордным урожаем зерна. На последнем заседании министров было решено выделить на государственные интервенции 28 миллиардов рублей, чтобы удержать рынок от обвала цен. Экономисты уже оценили этот шаг как…путь в никуда. Дело в том, что реально деньги пойдут в карманы крупным перекупщикам, тем, кто кормится вокруг села. Но до крестьян точно не дойдут.
Это ни для кого не секрет. Тем не менее, государство предпочитает из года в год финансировать спекулянтов. Почему?
Кризис зернового перепроизводства у нас – второй год подряд. С прошлого года на складах гниёт 10 миллионов тонн зерна, в этом году остатки увеличатся до 30 миллионов. Весь российский урожай оценивается в 80 миллионов, из которых реально мы, даже вместе с мышами, можем съесть 50-60. Мощные зерновые потоки на экспорт, о которых много трубит Минсельхоз, пока остаются несбыточной мечтой. Даже лопаясь от напряжения, наши порты в состоянии перевалить около полутора миллионов тонн. Получается, что второй год подряд наша деревня, живя в условиях небывалого изобилия, обречена на нищенское существование.
Если посчитать, сколько денег мы с вами тратим на закупку австралийского мяса, китайской лапши и прочего импортного продовольствия, набежит солидная сумма – 7 миллиардов долларов. Сравнимо со всем нефтяным экспортом России.
Почему нельзя эти деньги инвестировать в отечественное животноводство и сельхозпереработку? Тогда у крестьянина купят всё его зерно и потребуют ещё. Крестьянин пойдёт покупать машины, минеральные удобрения и тратить деньги в магазинах, стимулируя таким образом всю экономику…
Только наша страна, единственная в мире, обладает уникальным набором условий для производства удобрений. До последнего времени 80 процентов российских удобрений шло за границу. Наша экспансия стала настолько активной, что против российских экспортёров даже ввели заградительные пошлины.
Иными словами – целая отрасль, дающая 4 миллиарда долларов экспортной выручки, находится в глубоком кризисе. Спрос внутреннего рынка на продукцию огромен, но у крестьян нет денег, а с международного рынка нас грубо выпихивают. И уже сейчас стоит вопрос об остановке ряда производств, увольнении десятков тысяч рабочих.
А наши в упор не видят экспортную отрасль, занимающую пятое место по отчислениям в бюджет. Нормальная такая, чисто российская демократия. В смысле, когда всё всем по фигу.»
2002-10-09
Православные крестьяне, ау!..
«Мы объехали семь столичных базаров и не встретили
Практически вся продукция, продаваемая на рынках Москвы, перекупленная. Это ни для кого не секрет. Места на базарах поделены между постоянными торговцами, многочисленными предприятиями без образования юридического лица, - тоже не новость. Впрочем, лицо у этих ПБОЮЛов всё-таки есть. Оно ярко выраженной кавказской национальности. Приезжие плотно контролируют уличную и рыночную плодоовощную торговлю в Москве. Надо отдать должное, делают это весьма успешно. Систему реализации поддерживает отлаженная система заготовок продукции. Не ленятся, колесят по стране, одинаково окучивая что колхозы-совхозы, что бабок на огороде.»
2002 –10-30
Александр: - Ну, слава Богу – может, хоть теперь люди займутся
Крестьян теперь можно будет чаще встретить в поле, на ферме и т.д.
Проходит время, когда профессора копали картошку, матросы управляли банками, а крестьяне просиживали штаны на рынке, чтоб продавать украденное в колхозе.
2002-10-30
Завтра будет электронным
«Перенести всех желающих в светлое телекоммуникационное завтра обещают устроители выставки-форума «ИнфоКом-2002», которая проходит в Москве. Телемедицина и дистанционное обучение, платёжные и расчётные интернет-системы, решения для электронного бизнеса и торговли, средства управления электронным домашним хозяйством. По словам министра связи Леонида Реймана, одна из основных задач выставки – сделать все эти достижения современных технологий доступными для всех.
Не случайно, что центральное место на «ИнфоКоме» заняли стенды программы «Электронная Россия». Именно эта программа позволит осуществить в ближайшие годы ускоренную информатизацию и интернетизацию как простых граждан, так и государственных и коммерческих структур.»
Привет от антихриста!
«Персональный код, по которому городские власти смогут уточнять информацию о месте жительства, имуществе и социальном положении любого горожанина, присвоят в ближайшем будущем каждому москвичу.
Прежде базы данных о доходах-расходах и социальном положении граждан разрабатывались налоговыми органами, ЗАГСами, паспортными столами и пенсионными фондами независимо друг от друга, на основе различных компьютерных программ, и потому содержащуюся в них информацию трудно было сопоставить между собой. Теперь же специалисты придумали единую кодировку, как бы объединяющую все автоматизированные системы. Так, введя единый код того или иного гражданина в компьютер, отцы города легко смогут получить о нём самую полную информацию сразу из нескольких источников.»
2002-10-30
РЫНОК И МММ
(начало девяностых)
Это был первый год, когда я торговала на рынке зимой, наладив связи с поставщиками украинских роз и хризантем, ирисов и калл из Адлера. Дома было совсем тошно. Обрыдло митинговать перед знакомыми и близкими, которым всё «по барабану», шизеть от бессильного отчаяния у ящика. Бориса «ушли» на пенсию, и он теперь с дружками тихо квасил в моё отсутствие. От злости стала покупать акции МММ. Именно от злости – плевать, даже если афёра, лишь бы в пику ненавистной власти. Рисовала себе отрадные картины «народного капитализма», когда на наши кровные скупит коллекционер бабочек бесхозные заводы и пароходы и установит подлинное народовластие. Так ковался в мечтах прообраз будущей Изании. Даже послала в «Совраску» весьма серьёзную проблемную статью, которую там, само собой, не напечатали, хоть и давали почти ежедневную рекламу МММ, иногда на целую полосу.
Я была не оригинальна – и наш рынок, и вся Москва, и не только Москва, играли в ту пору в МММ и прочие Тибеты. «Поверила»! – наверное, хмыкнет в мой адрес читатель, вспомнив известную Марину из рекламы, - пирамиду не разглядела!» Мне, кстати, до сих пор не верится, что такое грандиозное сооружение возводилось, в общем-то, не круглыми идиотами, лишь для того, чтоб навсегда им смыться с исторического горизонта в обмен на омары к обеду где-нибудь на Багамах. Уж очень получалось скучно и бескрыло, господа. Нет, скорее всего, были у «бабочек» амбиции пограндиознее, да «раздавил бессовестный медведь» и велел сидеть (или лежать) тихо. Во всяком случае, не порхать. Но мне, повторяю, было тогда плевать, кто они, братья Мавроди. Хоть шершни – лишь бы помешали «медведю» разорять улей!
Забегая вперёд, поведаю, что была верна «шершням» до последнего. Когда акции МММ в первый раз обрушили и Сергей угодил в тюрьму, написала песню в его поддержку «Эх, Серёга Мавроди» (на мотив тогдашнего шлягера), опубликовав под псевдонимом в «Курантах» за семейный счёт. Не знаю, доложили ли узнику о неведомой соратнице, но мне даже мысль когда-либо его об этом известить в голову не приходила. Я вела свою игру. Помню, как был заинтригован наш с мужем знакомый, небезызвестный Анатолий Стреляный, откуда-то прослышавший о моём опусе и даже позвонивший нам из Праги, где работал корреспондентом «Свободы», допрашивая, сколько мне перепало от МММ за эти вирши.
Потом узника выпустили, началась новая волна с разноцветными билетами, которые я с удвоенным остервенением принялась скупать. Эти бабочки-бумажки, с печатями и без, с дырочками и без, с портретами шершня в фас и профиль периодически выбрасывались за ненадобностью, устилая пустырь в окрестностях знаменитого гнезда с вывеской из трёх букв и порхая над штурмующими подъезд толпами «голубковых».
В конце концов, весь наш рыночный коллектив, с проклятьями и слезами, потеряв кто машину, кто квартиру, а кто вместе с квартирой - жениха или мечту открыть «своё дело», окончательно и бесповоротно заявил, что не желает больше ничего слышать ни о каких мавродях с разэтакими тибетами и чарами, а будет отныне честно пахать у прилавка и зализывать раны. Как ни странно, никто не обвинял власть. Напрасно я сотрясала воздух, что это наверняка спланированная сверху акция по отъёму денег у населения (одна беспрецедентно масштабная реклама чего стоила)! Мол, бабочки здесь – всего лишь приманки, подсад. Что за ними воробышек прыг –прыг-прыг…Даже тёртые наши рыночники пребывали в душе совками, продолжая верить, что «жена Цезаря» в лице государства – вне подозрений.
Множилась под стоны марин и голубковых коллекция экзотических насекомых, пронзённых карательной иглой, ну а я только борзела. Однажды жарким летним днём, стоя в небольшой очереди и собираясь просадить свои трудовые на приобретение очередной «бабочки», услыхала по чьему-то транзистору, что как раз в данный момент идёт штурм балкона мавродиевской квартиры на предмет ареста хозяина. Барышня в кассе дрожащим голосом объявила, что поступило распоряжение (чуть ли не из самого осаждённого жилья) отныне продавать желающим не билеты-бабочки, а то ли «поручительства», то ли «обязательства». И продемонстрировала какие-то бумажки. Желающих, разумеется, не нашлось. Оказавшись перед готовым захлопнуться окошком, я злобно швырнула отпрянувшей кассиршей пачку купюр:
- На всё.
- Но… билетов нет.
- Давайте этих самых «обязательств».
Тут появилась моя дочь Вика, с которой мы, не помню по какому делу, договорились встретиться в эмэмэмовском подвальчике. Вика была уже информирована и попыталась меня урезонить вместе с бритоголовыми, мусолющими купленное «обязательство»:
- Ты что, тётка, сдурела, с этим же только в сортир! Девушка, мать твоя, часом, не того?
Я велела им отвалить, а Вике - вытрясти из сумочки всю наличность под мою клятву «завтра же вернуть». И в азарте ипподромного игрока перед «сделанным» заездом приобрела ещё одну бумажку. Бритоголовые переглянулись, пошептались и неожиданно тоже потянулись к кассе. А за ними и прочие несбежавшие граждане. Я удалилась победительницей, несмотря на пустой кошелёк и соблазн бросить «обязательства с поручительствами» в ближайшую урну. Но всё же решила оставить для истории. Что ж, за удовольствие надо платить. И хоть свершилась эта победа в каких-то сугубо подсознательных сферах, продолжение у неё было неожиданно материальное.
Спустя какое-то время бабочки снова ожили и даже, по слухам, стали обналичивать свои «мавродики». Деньги были позарез нужны, и я поехала на Нагатинскую. К подъезду, само собой, тянулся километровый хвост. Заняла очередь, но уже через полчаса всё стало ясно. Двигался этот хвост лишь у самого подъезда, да и то вилял перпендикулярно сам себе: просто куча-мала разномастной братвы периодически с дружным воплем то подкатывалась к подъезду, то откатывалась. И тогда видно было, как одни повисшие на деревьях тарзаны сигают прямо с веток к заветным дверям, другие кого-то передают из рук в руки поверх очереди, а третьи карабкаются в том же направлении по водосточной трубе. В общем, дохлый номер.
Тогда я осмелилась поинтересоваться у народа - что делать с бумажкой под названием «поручительство»? Предугадывая неприличный ответ, всё же рискнула. Никто понятия не имел об «обязательствах-поручительствах», в глаза не видывал. Посоветовали спросить у охраны, что я и сделала, с риском для жизни пробравшись к заграждению. И тут охранник чуть ли не сделал под козырёк – мол, пожалте, проходите, счастливы лицезреть. Я медлила, глядя то на него, то на грозно насторожившуюся за спиной очередь. Небось, издевается, гад. Сейчас бить будут.
- На второй этаж, к кассе, - шаркнул охранник натовским ботинком и, повернувшись к очереди, что-то ей кратко разъяснил на своём языке, от чего та попятилась, а я оказалась по заветную сторону заграждения, провожаемая десятками завистливых глаз.
Поднялась по лестнице. Меня опять чуть ли не с поклонами проводили к отдельному окошку, где барышня, лучезарно улыбаясь, отсчитала толстенную пачку денег, которая едва влезла в сумку. Я растерянно озиралась – окошечки, очереди у касс – вроде не сплю…Однако ощущение то ли нереальности, то ли крамолы происходящего не проходило. Ну, в конце концов, как любила повторять моя бабушка Ира, «дают – бери, а бьют – беги». Так я и убежала с Нагатинской с набитой сумкой, ничего ровным счётом не поняв.
Только потом пришла к выводу, что таких психов, как я, кинувшихся грудью на амбразуру МММ, наверное, оказалось в тот чёрный для бабочек день не более трёх десятков, и «награда нашла своих героев». Следствие неких процессов в тайниках мавродиевских душ, вдруг обнаруживших «в минуту роковую» среди полчищ голубковых - не просто верных халявщиков и даже не «партнёров», а нивесть откуда взявшихся матросовых.
Сейчас, когда пишу эти строки, на дворе февраль 2003-го, Сергей Мавроди снова за решёткой и ждёт суда. Постаревший и располневший, он скрывался даже не за бугром, а менял московские квартиры. Распилили циркуляркой дверь, повалили, заломили руки…Грустное шоу. За что боролись, Серёга? До сих пор, повторяю, никто меня не убедит, что все эти талантливые предприимчивые ребята-девчата, эти Неверовы, Рачуки, Соловьёвы и Францевы, были просто жульём с пошлой бендеровской мечтой – хапнуть и смыться в Рио, чтоб щеголять там в белых штанах. Наверняка их амбиции простирались куда дальше – ведь прошла же недавно информация, что через одно МММ крутился весь теневой бюджет России… А накрыли бабочек сачком Фемиды, когда они стали скупать акции Газпрома, пытаясь взлететь в высоты непозволительные. Заодно и Чар с Тибетами обрушили – мол, порезвились, и будет. Некоторые, вроде Рачука, заплатили жизнью.
А СМИ просто помогали хозяевам всю живность пасти - и бабочек, и козлов, и овец, чтоб в час «Икс» скопом отправить - кого под стекло, кого на бойню.
Может, оно и лучше было б для совков, скупи эти «властелины пирамид» на народные рубли - предприятия, НИИ, совхозы и прочие земли-недра, - грезилось мне. Испекли б невиданный доселе колобок - нечто среднее между капитализмом и социализмом, с народным самоуправлением под водительством лучших финансово-пронырливых умов бывшего Союза – на горе замшелым забугорным буржуям… Может, и вышло бы что-то путное.
Во всяком случае, хуже, чем сейчас, не было бы, потому что хуже некуда!
Но что выросло, то выросло. Так или иначе, – я села играть добровольно, на аркане никто не тянул, - пусть с шулерами, но то мои дела. И вдруг появляются так называемые «блюстители», объявляют, что мы играем «не в ту игру», сгребают «шулеров» с нашей кассой - и всем ручкой.
Так где же наши утки , на какой доске почёта висят пирамидовики девяностых? А, если не висят, то где сидят или бегают? Или - лежат. Хорошо, ежели на пристойном кладбище. А то и в желудках. Нетрудно догадаться, в чьих именно.
Но это так, лирическое отступление.
КАК СПАСТИСЬ ОЛИГАРХУ?
Этим вопросом я задавалась «с молодых-юных лет», жалея забугорных магнатов и доказывая в одном из первых своих очерков, что сормовский сталевар Николай Анищенков, освоивший метод непрерывной разливки стали и написавший о себе и заводе книгу, куда как счастливее американского миллионера Фреда Остена, тоже пробившегося из рабочих:
«Почему же вас так растревожила судьба простого советского парня, каких у нас сотни, тысячи? – мысленно вопрошала я заокеанского гостя, - Дело в том, что в отличие от них вы одиноки. Случись разориться, вас не пощадят в том волчьем мире, где идёт беспощадная грызня за место в жизни. Поэтому как бы высоко вы ни поднялись, как бы ни упивались своей властью, вас всегда гложет страх потерять свой капитал и вместе с ним всё.
Гигантские дизель-электроходы, тепловозы, корабли-ракеты с подводными крыльями – их всё больше с каждым годом. Вместе с иностранным туристом, посетившим Сормовский завод, вы недоумевали: - Чудаки…Стоит ли так стараться для государства?» И вам ответил один из рабочих: - Государство – это мы.
Я жалела Фреда, предрекая, что «будет ли он покачиваться в коляске быстроногого рикши, выбирать ли жене роскошную нитку жемчуга, добытого темнокожими ныряльщиками, или просто лежать, развалясь в шезлонге, под ослепительным итальянским небом, - она (подаренная Анищенковым книжка) всегда будет с ним. Между деловых бумаг и крикливых рекламных брошюрок. Смущая и тревожа душу вопросами, от которых так трудно уйти человеку.»
«На разных языках», «Смена», 1961 год, №19.
Как странно и больно сейчас это читать… Уже давно государство – не «мы», а «они», да и государства того больше нет. Но что-то в душе упорно отказывается принять реальность. И по-прежнему жаль «фредов», теперь уже наших. Бедолаг, наступивших на чужие грабли. Будто не было в истории Руси Радищева, Достоевского, Толстого и великих святых старцев.
- Что делать? – Ничего или бабки.
- Кто виноват? – Коммуняки и Чубайс.
Истина же, натурально, не в вине, а в спирте Рояль. На худой конец, в пиве Пит.
А ведь мы предупреждали – что-то неладно в советском королевстве. Не те «мы», которые вздыхали о романовской «стране рабов, стране господ» или о витринах «гнилого Запада», но твердящие, как заклинание: «Мы - не рабы, рабы – не мы». Ходить в шестёрках у царя, у золотого тельца, или у собственных страстишек – без разницы. Ну а подчинение инструктору при восхождении – не рабство, а дисциплина. Высота все затраты спишет – и пот, и кровь, и лишения. Здесь нужно лишь «насущное», никакого барахла. И ещё - пастырь «от Бога», верный указанному пути. И надёжная рука того, кто рядом И молитва - «чтобы страховка не подвела».
В 70-е я написала повесть-сказку «В стране ловушек», где жалела своих героев-пионеров, пленённых то матушкой-Ленью, то Страхом и Тоской Зелёной (унынием), то уродливой злой Кривдой в маске красавицы-Правды, то коварными Вещами:
«В этом городе живут вещи, и мы все у них в плену. Они заманивают разными хитростями в свой город, подчиняют, превращают в рабов. Всех, кто клюнул на Золотую Удочку или на что-нибудь подобное.
А мы ничего не замечаем. Нам кажется, что мы сами владеем вещами, а не они нами.
Потом мы погибнем, а вещи переживут нас. А может, мы тоже превратимся из людей в банки с компотом или сгущёнкой, в шкафы, шубы или в жестянки на колёсах. Такие дела.»
Детям надо было успеть преодолеть все соблазны за 60 условных сказочных лет. Иначе они никогда не вернутся в реальную жизнь, превратившись в персонажей с отрицательным значением, вроде Голого Короля. В назидание потомкам. Я предупреждала, что, если мы духовно остановимся и потеряем Тайну, то никогда не построим никакое Светлое будущее, а так и останемся рабами «дурной материальной бесконечности», как сказал бы философ или священник. В моей сказке 70-х всё заканчивалось хорошо, но вышестоящие инстанции её, тем не менее, отвергли – и саму книжку, и отснятый по ней телефильм, объявив «клеветой на советскую действительность».
Потом я с ужасом наблюдала, как мрачная фантазия постепенно воплощается в жизнь, страшная сказка становится былью. «Ловушки» победили, захлопнулись, а вчерашние пионеры - (взрослыми, за сорок) оказались совсем в другой стране. Мне же осталось опубликовать-таки сбывшееся мрачное пророчество и опять пожалеть новоиспечённых олигархов, уже в лице своих героев:
«Мы теперь всё время боялись – что нас отравят, застрелят из-за угла, обрежут тормоза или сделают не тот укол, потому что казалось, все вокруг нас ненавидят и нам завидуют. Как в царстве Страха и Тоски Зелёной – будто его и не покидали.
Служить уже даже не машинам, а нулям в личном капитале, которые мне преумножали мои автосалоны. Чем больше нулей, тем лучше. Почему «лучше», я не знал, потому что всё меньше оставалось свободы, здоровья и желания этой свободой пользоваться. Я лысел и старел, и непонятно было, что в старости-то с этими нулями делать?
Но, как и все вокруг, как и мой конкурент Сидоров, остановиться я уже не мог и переводил свою жизнь в эти нескончаемые нули.»
Надеюсь, читатель простит меня великодушно за столь долгое цитирование, но оно неспроста. Вот читаю в нашумевшем интервью опального олигарха:
«В бизнесе сначала хотелось просто заработать миллион. Потом не миллион, а десять миллионов. Потом понимаешь: ну, стоп! Всего заработанного не прожить, но хочется, чтобы были такие автомобили, которых никто никогда не делал»…
Нули, автомобили – прямо мистика совпадений! Да и попал изгнанник в олигархи, как и мой Олег Качапкин, из светлого совкового прошлого, о котором тоже тепло вспоминает. И мироощущение у них, вроде бы, близкое:
«Для меня свободный человек тот, кто умеет сам себя ограничивать. Для меня, человека верующего, православного, свобода означает жизнь с соблюдением ограничений, которые сформулировал Иисус Христос в Нагорной проповеди. А до него в Ветхом Завете Моисей, который услышал эти заповеди от Бога. Вот это для меня и есть свобода. Свобода как система внутренних ограничений.»
Замечательно, можно подписаться под каждым словом. Если исходить из известного определения свободы, как «осознанной необходимости», получается, что свобода для «человека верующего» – это осознанная необходимость исполнять Волю Творца. Подчиняться Его высшему нравственному Закону, вписанному в сердца людей, которым ещё Кант восхищался. То есть Заповедям.
И снова я жалела олигарха, тоже бывшего пионера, так похожего на моего Олега Качалкина с его нулями да машинами, размышляя – как же всё-таки им спастись? Даже не о «народном гневе» речь, не о «суме и тюрьме», не о киллерской пуле, а о самом главном – о бесценных, бессмертных олигаршьих душах. Они ведь тоже дети Божии - значит, нам братья. Вон Нагорную проповедь поминают, заповеди…
- Нашла о ком плакать! – негодовал народ, - Поверила… Много эти кровососы нас жалеют! Себя спасай и свою семью. А жалеть надо нас, нищих.
Открываю Евангелие, притчу о богаче и нищем Лазаре. Один пирует, другой лежит у его ворот в струпьях и лохмотьях и мечтает о крошках с барского стола. И только за это (! - больше никаких деталей их биографий не приводится), нищий попадает в рай, а богач – в ад. В муках взывает богач к праотцу Аврааму о помощи и слышит в ответ: «Чадо! Вспомни, что ты уже получил доброе твоё в жизни твоей, а Лазарь – злое; ныне же он здесь утешается, а ты страдаешь».
Так кого нам всё-таки жалеть?
Но оппоненты мои лишь злорадно руки потирали. Так, мол, им, аспидам, и надо. Ужо мы из райских кущ полюбуемся, как их там на сковородках!
Ох, не так всё просто, ребята, особенно по поводу «кущ». Открываю другую притчу – о Страшном Суде. Накорми голодного, одень замёрзшего, дай крышу над головой бездомному, перевяжи раны болящему, утешь отчаявшегося– именно по такому критерию будут отбирать в эти самые «кущи». Многие ли из нас смогут похвастаться подобными деяниями?
Дальше – больше. Я о притче «о талантах». Кому будет по плечу в конце пути отчитаться перед Господом за вверенные «таланты»? За молодые силы, способности, здоровье, за драгоценный дар жизни? Ведь, согласно притче, мы должны послужить ими не самим себе, не (упаси Боже!) другому хозяину, не «зарывать в землю», а вернуть умноженными Господину Небесному. Речь идёт уже об исполнении
«Ибо всякому имеющему дастся и приумножится, а у не имеющего отнимется и то, что имеет. А негодного раба выбросьте во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов.»
Вот так, господа-товарищи: «Кому больше дано, с того больше спросится». Поэтому именно олигархи, земные правители и прочие «сильные мира сего», заблудившиеся в собственных страстях, - в наибольшей опасности. Те самые, кого «никто не любит и всё живущее клянёт». Клянут порой даже кормящиеся с барского стола, что уж говорить об «униженных и оскорблённых», кому толстосумы – заклятые враги, хоть иногда и доводятся по вере братьями. Братья-враги. Которых, между прочим, заповедано тоже любить. А коли ненавидим – какие мы после этого христиане?
Есть в Евангелии одна из самых загадочных притч, приводящая многих в недоумение. Об управителе, который расточал имение господина. Когда же господин потребовал отчёта, управитель со страху нашёл-таки выход. Призвав прочих должников господина, своих подчинённых, разрешил им переписать долговые расписки, значительно скостив суммы. И неожиданно получил одобрение от самого Учителя:
«И Я говорю вам: приобретайте себе друзей богатством неправедным, чтобы они, когда обнищаете, приняли вас в вечные обители.»
Как это понимать? Ясно, что речь идёт о спасении в вечности – не только управителя- олигарха с его «неправедным богатством», но и нас, грешных. Об отчёте на том самом Страшном Суде. Повторяю - у многих ли из нас имение «праведное», особенно при нынешнем «диком рынке»? Согласно притче, олигарх так же не может оправдаться без нашей помощи, как и мы без него. Войти великодушно в долги друг друга перед Богом, отчитаться миром – не в этом ли суть? Но с одним существенным уточнением – эти взаимно получаемые кредиты и погашения можно использовать лишь для приумножения богатств Творца, чтобы «войти в радость господина твоего.» То есть, исходя из смысла истории, из высшего Замысла о мире и человеке – умножить жатву Господню, спасти как можно больше «детей Света». Для того и Сын пришёл на землю, принял мученическую смерть, завещав своим ученикам терпеливо и мужественно нести крест во имя спасения друг друга в вечности.
Кто такие олигархи? Праведно или неправедно нажито их имение, оно всё равно, по сути, принадлежит Господину, а олигархи – лишь управляющие у Него, как бы аккумуляторы Его богатств, должных служить делу общего спасения. С них «много спросится», и спросится именно наше, народное спасение. Потому управляющий и должен быть в этом так кровно заинтересован, потому и помогает в притче каждому отчитаться, «чтобы они, когда обнищаете
Значит, именно народу предстоит ходатайствовать о решении окончательных судеб своих вождей и богачей, - принять их «в вечные обители» Господина, как благодетелей и заступников, или отвергнуть. Поэтому первейшая задача олигархов – не проглотить, а спасти «стадо», которому без тепла, света и «хлеба насущного» тоже погибель. Кому в петлю, кому на панель, кому в дурман. А кому - в террористы и киллеры.
«Итак, если вы в неправедном богатстве не были верны, (не вернули его Господину – Ю.И.) – подытоживает притча, - кто поверит вам истинное?
То есть ключи от Царства.
«Возлюби ближнего, как самого себя»…Для человека верующего это не означает желать другому набитого кошелька да жизненных утех, чего жаждут обыватели. Не говоря уж о поклонниках Бахуса, Морфея, Венеры с содомо-гоморрами и прочих покровителей пороков, запрещённых Творцом в приложенной к человеку инструкции. В тех самых заповедях, как «системе внутренних ограничений», о которых справедливо поминает в интервью наш олигарх, прозревая в них свободу от дурного необузданного «хочу!», от служения тряпкам, кайфу, хоромам, тёлкам и тачкам, картишкам и страстишкам – имя им легион. От всего, что убивает в человеке «образ и подобие», его драгоценное время, уводит от высокого предназначения, которое есть у каждого, тем паче у олигарха. Когда ответственность огромная, а чем оправдаться? Особенно, ежели сам заварил историческую кашу, от которой у «малых сих» несварение не только желудка, но и мозгов. Сдвиг подлинной шкалы ценностей, стирание границ добра и зла. Ведь «горе тому, от кого приходят соблазны»…
Итак, если для верующего «любовь к себе» означает, прежде всего, стремление спасти
Короче – исправить то, что натворили. Именно это некоторые «благоразумные» наши разбойники-олигархи сейчас имеют в виду, говоря о «необходимости покаяния». Не только бить себя в грудь, но и постараться исправить зло в дополнительное время жизни, подаренное Всевышним. Как в случае с нашим олигархом, чудом избежавшим смерти во взорванной машине. Вложить это время в спасение человеческих судеб, превратив тем самым в Вечность. «Чтобы не было мучительно больно», - как предостерегал красный мученик Николай Островский, считающий самой прекрасной целью «борьбу за освобождение человечества». Ведь это, пусть иными словами, но та самая свобода от власти Мамоны, от служения греху (неважно, своему или чужому). Это - ваша «система внутренних ограничений», господин-товарищ олигарх. Ради высшей ценности – подобия Отцу, что и является смыслом исторического процесса как естественного отбора. Потому что «ничто нечистое не войдёт в Царство». Не может быть Светом океан, состоящий из мутных и грязных капель.
Чую, уже ворчит читатель: хватит проповедей, есть ли у автора конкретная положительная программа этого самого олигаршьего спасения? Представьте себе, есть.
Уж коли наш олигарх по своему призванию банкир, то есть вышеупомянутый «аккумулятор», хранитель богатств своей страны (а порой и не только своей), то ему, как говорится, «сам Бог велел» создать такой народный инвестиционный банк, где бы каждый вложенный «талант» (неважно, в какой валюте) использовался лишь «на работу жаркую, на дела хорошие», как пелось в советском фильме. Где бы счета каждого, включая и капиталы самого управляющего, не просто преумножались, но и переходили в категорию вечных ценностей – телесного и духовного спасения народа, что нынешним властям до фонаря. Банк взаимовостребованности и взаимопомощи, девизом которого стало бы: «Сотворим друг друга!» В противовес ихнему: «Сотвори себя сам»!
В чём же суть проекта?
Клиентам (как отдельным гражданам, так и коллективам производителей) предлагается подать заявки на оплату банком тех или иных насущных расходов. Это могут быть строительно-ремонтные работы, проблемы жилья, отдыха, медицинской операции, учёбы – как в нашей стране, так и за рубежом; закупка удобрений, элитных семян, различной техники и горючего каким-либо бедствующим хозяйством, мини-цехов по переработке мясных и молочных продуктов и т.д. Руководство банка (поначалу в единственном лице народного олигарха, а затем и в расширенном составе) рассматривает и постепенно оплачивает эти счета по безналу. Деньги на руки, как правило, не выдаются – во избежание злоупотреблений. Просто составляется долговое обязательство, что такой-то гражданин или коллектив берёт в долг энную сумму на такой-то срок.
Кредит беспроцентный, но не безвозмездный – все потраченные народным банкиром суммы фиксируются на его личном счету, который он может по желанию постепенно обналичивать по мере возвращения долгов и тут же пускать на другие заявки или проекты. Входя в долю (с риском), или просто одалживая (без риска). Можно под залог. Все расчёты производятся в уе, которые могут быть приравнены к доллару или к любой удобной валюте. Поскольку в банке деньги
А ещё «фишка» в том, что граждане вовсе не обязательно возвращают «долги» наличными. Можно и даже желательно – готовой продукцией, строительно-ремонтными, транспортными, жилищными и медицинскими услугами, предоставлением своих дач для отдыха, участков под теплицы, уходом за больными, детьми и престарелыми, репетиторством по самым различным профилям, - в общем, кто чем богат, тому банк и рад. Востребованы все и вся – умелые руки и золотые головы, время и таланты, пустующие дома и гаражи, пилорамы и мастерские, всевозможное оборудование и автомашину б/у – ничто не должно простаивать и гнить. Всё по системе взаимозачётов в уе. Клиенты обзаводятся личными электронными картами с современными степенями защиты, где регулярно проставляется дебет-кредит. Ведь, к примеру, поступающие за долги продукты (овощи, фрукты, мясо, молоко и консервы, переработанные в профинансированных банком миницехах), сразу же распределяются между «своими» по сети предварительных заказов, постепенно создавая собственную систему жизнеобеспечения и подключая к ней всех желающих клиентов. Правило пользоваться лишь услугами «своих» – своеобразный патриотизм участников. Присутствует и внутренняя конкуренция – если кто-то будет запрашивать слишком много уе, допустим, за транспортные услуги, клиенты обратятся через диспетчера базы данных к другому водителю. Рвачи и халявщики постепенно отсеиваются. Поскольку такая система автоматически отсечёт, в первую очередь, и многочисленных «накрутчиков», она будет выгодной, не говоря уже о надёжности. Так, по мере роста числа клиентов, при банке сформируется устойчивая база данных о мастерах практически во всех областях жизнеобеспечения из числа наиболее активной и способной части населения, которая в настоящем не востребована. Появятся сведения о наших ресурсах и возможностях, и будет реализована программа «хлеб насущный», подключившись к которой клиент будет практически обеспечен всем необходимым при минимальных затратах.
Затем «поверившие» граждане уже сами начнут класть в банк «свободный» нал, который будет тут же идти «в дело» на срочные заявки или проекты, в которых, кстати, тоже можно будет поучаствовать вкладчику и получить прибыль, войдя в долю. Со временем появятся для постоянных клиентов свои столовые, обеды на дом, поликлиники, детсады и группы продлённого дня с занятиями по профилям, пансионаты для компактного проживания престарелых с необходимым уходом и т.д. – всё на собственных ресурсах. А потом, если дело сладится, можно будет реализовывать и совместную постановку фильмов, издание книг, вести научные разработки, участвовать в возрождении страны – в её технических, медицинских, культурных, экологических и прочих программах.
То есть вокруг банка начнёт формироваться как бы свой стремительно расширяющийся мир, не знающий государственных границ, национальных, религиозных и прочих распрей, объединённый единой системой кровообращения и живущий по Законам Неба.
Имя этого противостоящего злу мира – Изания (Исполни Закон Неба). Союз тружеников Земли, где деньги выполняют лишь свою основную функцию – меры труда. Союз «человеков», взявших на вооружение божественные заповеди, в соблюдении которых наш олигарх совершенно справедливо видит высшую свободу. То есть ту самую объединяющую всех
Надо просто вернуться к истокам.
Взаимное финансирование всего, кроме «дури». Замечательно, что для членов Союза совершенно необязательно будет селиться вместе, подвергая друг друга всевозможным искушениям «бытовухой» и «несовместимостью» - их объединит поставленная во главу угла Заповедь. В Изании исчезнут извечная вражда между богатыми и бедными, противоречие между трудом и капиталом. Заинтересованность материальную заменит духовная – не нажиться, а исполнить предназначение.
Даст Бог, и до президентов дойдёт, что «национальная идея» – не конкуренция, не иссушающая борьба наций друг с другом, а взаимодополняемость и взаимовыручка, без которых человечеству не выжить. Но пока надежд на это мало, путь Изании – от личности к личности.
В этом новом Союзе и олигархам найдётся почётное место при условии, что они станут в нём инструкторами, пастырями, призванными доставить стадо сохранным в обитель Господина. Иными словами, увидят в ближнем брата «по образу и подобию», а не потенциальную отбивную к обеду. Спасение – соборный процесс. Это «С» в русском языке имеет мистический глубинный смысл. С-паситель и Его паства.
Чтобы войти в 8-й день творения или в Царство, человек должен преодолеть соблазн «нулей и железок» и стать творцом. Каждый на своём месте, любящий и вдохновенно исполняющий своё дело – творец. Но самое почётное и ответственное творчество – спасти отверженных и униженных, расчистив закопчённые иконы их ликов.
Это и есть несгораемый вклад олигарха и банкира– в человека. Не в «дурь», не в зверя в нём, а в его богоподобие и спасение. Успеть помочь своим клиентам оправдаться перед Господином, ибо основной капитал олигарха – время. Успеть заручиться как можно большей поддержкой, пока ещё горит зелёный. Тогда счёт управляющего изан-банка станет вечным. Списком спасительных добрых дел, который можно будет предъявить на Суде, избежав адских сожалений о неиспользованном «звёздном билете», когда уже ничего нельзя исправить.
«В 15 сантиметрах от меня оторвало голову моему водителю, а должны были оторвать голову мне – взорвалась машина.»
А им-то, водителям и телохранителям, чем отчитываться?
2002-10-23
«ЩАС ЕМУ ЦВЕТЫ!» ИЛИ В ДВУХ ШАГАХ
ОТ «ВСЕНАРОДНО ИЗБРАННОГО»
(май 1993 года)
В ту весну 93-го я стала вынашивать мысль опубликовать «Дремучие двери» – уже стала вырисовываться такая возможность, нужны были лишь деньги. Ну что ж, заработаю. Странно, что уже и название было, и написан в 80-е первый вариант (история хождения героини по мукам любви и так называемого «журналистского долга», менявшегося в зависимости от конъюнктуры) – призрак надвигающегося предательства верхов, которое я предугадала. И почти написано продолжение – духовный кризис, бегство из Москвы, поиски Истины. Получался солидный роман – бери и издавай, пока горит зелёный… Однако я понимала - книга далеко не закончена. Но как совместить лирику и религиозно-философские раздумья с той рвущейся как из перегретого котла ненавистью к «оборотням», которую предстояло выплеснуть в одной и той же книге? В «ненависти к новым властям» я часто каялась на исповеди – батюшки, вздохнув, как правило, отпускали грех. Без комментариев. Казалось, они в глубине души меня понимали.
Запомнилось всенародное голосование: «Нужен ли России президент». Это про не просыхающего бывшего свердловского секретаря, который однажды съездил в поликлинику на трамвае… На избирательный участок пошли всей семьёй, даже девяностолетнюю свекровь под руки повели. Перед этим я долго вразумляла родню - мол, надо ответить многоголосым твёрдым «Нет!». Но на обратном пути семейка призналась, что проголосовала дружным скопом «за». И снова проплыла перед глазами страшная сатанинская маска из моего давнего сна - с огненно-чёрной прорезью хохочущего рта. Я молча шла в стороне ото всех, глотая бессильные слёзы, и опять мелькали где-то в глубинах подсознания кадры скорого нашего апокалипсиса, и я ненавидела уже и тупую свою родню, и безмятежных прохожих.
Глас вопиющего в пустыне возвещал когда-то о великой радости, о спасении… А мой?
Потом было ещё одно голосование – кажется, по Конституции, с рекомендованными вариантами «Да - нет». Я, само собой, опять агитировала против, но что толку? И от митингов этих, на которые всё же несколько раз сходила. Послушала, поорала, попела, перешла границы дозволенного, удирала от милиции по каким-то дворам. Однажды подставила омоновцу ножку, когда тот догонял парня с видеокамерой. Мент упал, парень удрал, меня чудом не забрали в автобус с решётками. Ну и что?
Это бессилие было хуже всего. Тогда я возненавидела наш тупой – нет, не народ, а «электорат», все эти спятившие СНГовцы и СНГбараны, про которых даже сочинила стих.
…И жуют из вас шашлык ЭСЭНГЭ-паханы.
Пришла весна 93-го со спасительными огородно-цветочными хлопотами, я торговала на рынке тюльпанами, гиацинтами, нарциссами и, казалось, немного поостыла.
Помню, была суббота, кажется, двадцать второго мая – историки уточнят. Потому что в этот день произошло воистину эпохальное событие – Всенародно Избранный посетил наш Дорогомиловский рынок.
Я стояла в первом цветочном ряду, как раз на углу у прохода, вертела букеты из очень красивых поздних тюльпанов и расставляла по баночкам и вазочкам – соответственно сорту и длине. Я уже вся утонула в этих баночках и вазочках и походила на клумбу, а цветы в коробке из-под бананов никак не кончались. Я спешила: в одиннадцать по субботам – самый пик покупателей.
И тут впереди у молочных рядов оживление: «Ельцин, Ельцин!» – слово, действовавшее на меня как красная тряпка на быка. Началось мельтешение, забегали какие-то широкогрудые мордатые верзилы в темно-синем, оттесняя любопытных.
«Даже глядеть не буду», - твёрдо решила я, уставившись в мраморный прилавок и продолжая перевязывать букеты лиловой в белую полоску бумажной лентой. Закручивала лезвием ножниц спираль на бантике, когда кто-то потряс за плечо.
- Вам букет, молодой человек? – машинально спросила я, поднимая глаза на верзилу с чем-то массивным в руках. Слава Богу, не «Калашников», а дорогая камера, которую он на меня наставил:
- Скорее, цветы Борису Николаевичу!
Через мгновение камеры на меня уже нацелены отовсюду.
Ну что ж, картинка получалась очень даже ничего – не какие-то там лица кавказской национальности с охапками голландских роз, рвущиеся к первому нашему президенту (их охрана бесцеремонно оттесняла), а простая русская женщина в «синеньком скромном платочке», вписавшаяся в рынок, поднимает глаза от трудов праведных – и нате вам, счастье-то какое: сам гарант, всенародно избранный вершитель истории, примет из её руки букет, а может, даже пожмёт эту руку и поблагодарит. И все вокруг защёлкают фотоаппаратами, замерцают вспышки, застрекочут камеры. А наутро наше рукопожатие - в газетах на первой полосе, в вечерних теленовостях, звонки и поздравления родных и знакомых. Как же, сподобилась…
Так и есть – «оно» двигалось прямо на меня, широко улыбаясь и, кажется, действительно ожидая цветов.
«Вот и свела судьба, вот и свела судьба…»
Обожгло щёки, перехватило дыхание. В моей руке – букет с недокрученными ленточками. Что-то жёлтое – цвет предательства. Ладно, ну запущу я им в «гаранта», пусть даже успею что-то выкрикнуть, пока меня сгребут и отволокут в клетку или дурдом. Или вообще пристрелят, пока разберутся, что букет - не бомба. А гарант дальше пойдёт. И родне моей потом не отмыться – они-то вообще не при чём…Всё это подумалось за какие-то доли секунды. А вокруг шипенье:
- Цветы, цветы Борису Николаевичу!..
- Щас ему, - буркнула я, положив букет на прилавок, и затравленно огляделась. Бежать было некуда - вокруг репортёры и охрана. Но при одной мысли, что эта вот нелюдь пьяным беспалым кулаком добила мою страну…Впрочем, вру, конечно, ничего я не думала – просто будто миллионы их, собиравших её земли, поливавших слезами, потом и кровью, вдруг встали меж нами единой гневной стеной… А может, и это фантазии, но я точно знала, - лучше смерть, чем не то что букет – просто заговорить с «этим»… Потому что тогда сверкнёт молния, грянет гром, и я обрушусь прямиком в преисподнюю. Пусть даже ничего не грохнет, не сверкнёт и не обрушится, - всё равно в мире что-то неуловимо и страшно для меня изменится. Как для Раскольникова, когда он зарезал старуху-процентщицу.
И бежать некуда.
Тогда я сделала нечто нелепое, но единственно возможное – круто развернулась на сто восемьдесят градусов, внутрь цветочного ряда, где громоздились коробки и ящики, и, оказавшись спиной к историческому действу, шагнула вперёд, к фонарному столбу. Обхватила его руками изо всех сил, уткнувшись лбом в холодный металл, зажмурилась и стала твердить про себя: «Господи, помилуй!».
Потом девчонки рассказывали, что несколько мгновений длилась «немая сцена» - растерянно улыбающийся «гарант» с протянутой рукой, журналисты с камерами и вспышками, охранники с оттопыренными карманами. А в центре кадра – моя спина и задница в видавшей виды куртке, намертво нанизанные на столб, как на шампур.
Но тут же всё снова пришло в движение. Подхваченный под локти гарант оказался прямо перед моей соседкой, бабулей с комнатными цветами в горшках и консервных банках. «Явление президента народу» – дубль 2». Улыбки, рукопожатия. Короче, обошлось – был зафиксирован камерами и благодарный электорат, и букеты. С тюльпанами сорвалось – так сгодились розы от «азиков», вручённые белокурыми девчонками-молочницами. Не преподнесёшь же «первому российскому» горшок с «ванькой-мокрым» или пахучей геранью – лучшим средством от моли!
Но зато в лице «комнатной» бабули состоялся диалог с народом. До меня доносились обрывки фраз, угодливые смешки счастливых свидетелей. Похоже, до одичавшей на своих сотках глупой тётки никому не было дела. Тогда любопытство взяло верх. Я рискнула отлепиться от столба.
- Спасибо, что проголосовали. Спасибо за доверие, - повторял гарант (речь шла о недавнем референдуме по конституции: «Да-нет»).
Вот он, совсем рядом. Нависшие над воротничком белоснежной рубашки щёки, маленькие осоловелые глазки, туго надутое, какого-то неестественно-кукольного цвета лицо…Господи, да это же вылитый целлулоидный пупс из моего детства, только гигантских размеров. Такое же персикового цвета лицо-оболочка, будто пустое внутри, и голос какой-то механический, и движения, - когда он зашагал дальше вдоль рядов, интересуясь ценами на зелень и редиску, тяжело переставляя плохо гнущиеся ноги, покачивая в такт негнущимися руками…Эта схожесть с управляемой игрушкой, с роботом, с големом, была настолько ошеломляющей, что ненависть моя куда-то улетучилась. Даже стало его жаль, - так пожалела я однажды привидевшегося во сне мужнина беса, которого нещадно отлупила, а он обернулся ко мне - зарёванный, лопоухий, конопатый и прохныкал: «Что ж ты меня мучаешь, разве я здесь по своей воле?»
Вот и державный «пупс» по рынку двигается, благодарит, что «правильно проголосовали», перебирает пучки редиски, а где-то кто-то просто «ведёт» его мышью по монитору…
По спине пробежал холодок.
Я вернулась на место и продолжила крутить букеты, но было уже не до торговли. Да и покупатели испарились. Творилось что-то булгаковское. Бесовщина, безлюдье, как на Патриарших в момент появления Воланда, только тогда стояла жара, а у нас подул нивесть откуда взявшийся в конце мая ледяной пронизывающий ветер, разогнал все облака, явно предвещая заморозок. Пальцы застыли, не слушались. А у меня на даче в парнике георгины высажены, надо срочно топить печку, да и вообще успеть бы укрыть на ночь, что удастся…Вот ведь чудо-юдо – где ни появится, повсюду развал и катаклизмы!
Я отволокла цветы в холодильную камеру и помчалась на дачу. Температура стремительно падала. Едва успела до темноты что-то укутать, топила до глубокой ночи печку в парнике, потом, обессилев, завалилась спать, а утром обнаружила, что всё бестолку – и георгины подмёрзли, и завязи на кустах и деревьях, и уже набравшие бутоны поздние тюльпаны.
На градуснике было минус 8.
БЫЛ МЕСЯЦ НОЯБРЬ
B БЕСЕДКЕ С: Concordом, Александром и свежей прессой
Сoncord: - Фактически Вы предлагаете протестантскую этику для наших олигархов. Почти прямо по Веберу. Вообще-то в этом есть здравый смысл. Коммунизм тоже ведь был чем-то вроде протестантизма.
Александр: - Сразу о том, что понравилось. Эта часть примерно начинается с фразы: «Есть в Евангелии» и заканчивается фразой «я увлёкся приманками страстей пустых и неблагодарных». Рад, что даже среди неокоммунистов бывает желание осознать божественное начало в себе, что человек не винтик в системе, не пушечное мясо, не бездушный строитель коммунизма. Так и хочется сказать: «Копайте, Юлия, в этом направлении, и знакомьте с этими идеями других неокоммунистов – думаю, дури у них от этого поубавится. Вы сеете сомнения в их ортодоксальные головы – уже неплохо, пусть поразмыслят. Обязательно опубликуйте это в какой-нибудь газетёнке типа «Завтра». Понимаете, когда об этом же скажет какой-нибудь демократ, вроде меня, так это никакого влияния на красно-коричневую тусовку иметь не будет, а вы делаете нужное дело, возможно, даже полностью не осознавая этого.
2002-11-12
Станем ли мы пахать на дядю?
Александр: - Ну, слава Богу, – может, хоть теперь люди займутся
Ю.И.: - Вы полагаете, что пахать на спекулянтов – это заниматься «своим делом»? Ищите дураков. Прежде, при советской власти, с работ на государство хоть и отчислялась неизбежно энная сумма на содержание чиновничества, но львиная доля всё же народу возвращалась - бесплатной медициной, квартирами, отдыхом на курортах, детсадами, пионерлагерями, университетами для «кухаркиных детей». До сих пор это «народное достояние» не могут разворовать.
Ну а столь ненавистная вам Изания подразумевает труд непосредственно
ВОТ БЫЛА БЫ ИЗАНИЯ…
«Массовое отравление молочными продуктами на юге России шокировало всех, в том числе и вроде бы далёких от места ЧП москвичей. Но на самом деле опасность намного ближе, чем кажется.
Была проведена вместе с микробиологами и медиками экспертиза продовольственного рынка Москвы. Результаты – ужасающие. Многие продукты содержат болезнетворные бактерии и микробы. А некоторые из них даже смертельно опасны для человека.
В «группу риска» входят практически все продукты каждодневного спроса: мясо, рыба, хлеб, замороженные овощи, молочные продукты и даже чёрная икра. Причём совершенно неважно, где вы купите еду – в супермаркете или на оптовом рынке. Потому что «заразу» в пищу заносят не продавцы, а производители. И не только кустари, фасующие «левые» продукты в подвалах, но и промышленные гиганты, чьи марки известны на всю страну.
«Сгущённое молоко с вишней и шоколадом», 23 руб. банка, производитель – «Главпродукт». Вместо молока – пальмовое масло с водой, вместо вишни с шоколадом – ароматизатор с красителем.
Но это так, ерунда. Во всей сгущёнке микробиологи обнаружили стафилококк. Да не простой, а т.н. золотистый. Золотистые стафилококки очень опасны. Пробравшись в организм человека с пищей, они начинают вырабатывать токсины. Итог – тяжёлое пищевое отравление и изменения в крови. Иммунитет при стафилококковых заболеваниях у людей очень слабый, и болезнь возвращается снова и снова. Из пяти банок сгущёнки неопасной оказалась только одна.
Если раньше нарваться на некачественный продукт можно было в основном на рынке, то последний год много жалоб поступает именно от покупателей крупных элитных магазинов.
Многие предприятия не производят очистку продукции. Например, готовую сгущёнку нужно стерилизовать не меньше недели. Но, судя по всему, её не стерилизовали вообще. Скорее всего, работники завода просто работают в грязной спецодежде, грязными руками. Редко моют чаны, в которых варится сгущёнка, укорачивают процесс сгущения.
Один предприниматель купил в супермаркете полукилограммовую банку чёрной икры, - все члены семьи попали в реанимацию. В лаборатории проверили - стафилококк. Другой покупатель, разрезав булку «8 злаков», обнаружил здоровенную дыру, чёрную по краям. Как выяснилось, прогрызенную теми же бактериями.
Женщина купила в дорогом магазине филе окуня. Поджарила его – рядом с рыбой запеклись червяки.
Специалисты считают, что качество пищи резко снизилось, потому что сейчас между производителями на рынке – огромная конкуренция. Предприниматели идут на всё, лишь бы снизить себестоимость продукции. Неважно за счёт чего – использования более дешёвых продуктов или нарушения технологии приготовления.
Проверок производители ничуть не боятся, они узнают о них как минимум за неделю. Причём чем известнее предприятие, тем меньше и формальнее его проверяют.
Мало того, при всех больших заводах есть лаборатории, которые должны жёстко контролировать качество продукции. Но их сотрудники в угоду хозяевам просто закрывают глаза на серьёзные нарушения. Так что краснодарская драма вполне может хоть завтра повториться в Москве. А скорее всего, она уже много раз происходила. Просто в большом городе, где ежедневно травятся тысячи человек, это очень трудно заметить. И ещё труднее предотвратить.»
2002-11-13
АРИФ ОТ СЛОВА «АРИФМЕТИКА»
(1993-й)
Приезжая с торговли домой, сразу включала ящик – новости напоминали военные сводки. Народ вокруг по-прежнему мечтал, «чтоб как в Америке», выжидал и безмолвствовал, на рынке я со своим мрачным «кликушеством» была в явном меньшинстве. Ариф - негласный авторитет цветочных рядов, раздражённо цыкал, чтоб мы, «туземки», не митинговали за прилавком:
- Вам тут что, базар, туды-растуды?
Он виртуозно матерился по-русски, используя немыслимые сочетания. Покупатели хихикали и ужасались. Обслуживал их Ариф тоже виртуозно – вырваться от него без покупки было невозможно. Да и я порой восхищённо наблюдала, как он химичил. Как, почтительно изогнувшись, выдёргивал одну за другой из вазы тщательно отобранные клиентом розы. Тот их крутил в пальцах, придвигал поближе к очкам, обнюхивал, некоторые браковал – тогда Ариф безропотно бросал отвергнутую на прилавок. Наконец, шикарный букет составлен и названа, как правило, фантастическая цена («только тебе, как брату»). Пока покупатель отсчитывал деньги, Ариф отрывал кусок целлофана и проделывал свой коронный трюк, в результате чего бракованная пачка роз оказывалась в букете, а качественные, ровно в том же количестве – на прилавке. При этом Ариф ещё умудрялся так распределить цветы в упаковке, что ничего не было заметно. Но арифова душа жаждала признания и аплодисментов, он обожал работать на публику, а тут обычно никому не было дела до его мастерства, все занимались своим товаром. Одна я помирала со смеху. Поймав мой восторженный взгляд, Ариф по-детски радовался, хвастал издали пачкой купюр.
Считал он в уме блистательно:
- Знаешь, откуда моё имя? От «арифметики».
Ариф почти никогда не ошибался, сколько с кого можно запросить, иногда кричал вслед покупателю: «За восемь бери! За четыре! За два – эй? Даром бери!». Клиент возвращался.
- Тебе сколько? Семью восемь – пятьдесят шесть, держи.
- Ты ж сказал: «по два».
- Эй, шуток не понимаешь…Гляди, какая роза. Ну ладно, по шесть, как брату. Шестью семь, сорок два. Сорок давай, на мелочь детям шоколадку купишь. Дети есть?
Меня Ариф уважал, хоть и пытался первое время зазвать «в холодильник» (холодильная камера была местом амурных дел – этакое секс-бистро в обеденный перерыв). Меня удивляла особенность этих южан не обращать ни малейшего внимания на возрастной ценз – для них женщина, независимо от даты рождения в паспорте, оставалась таковой со всеми вытекающими отсюда последствиями. Я не знала, плакать или смеяться, когда азики бранились из-за места с седовласой и согбенной, под восемьдесят, но задиристой бабкой с комнатными цветами. Со стороны можно было подумать - речь идёт о девице с панели, нахально захватившей себе удобную позицию под красным фонарём.
В трезвом виде Ариф любил со мной поболтать на всякие философские темы, рассказывал об оставленных дома жене и детях, по которым очень скучал. Скучал и по домашней пище, поэтому я всегда старалась захватить для него из дома что-нибудь вкусненькое к чаю. Чай здесь гоняли постоянно, очень горячий и крепкий. «Гоняли» и водку, хотя большинство южан предпочитало травку, а некоторые втихую даже кололись. Лучше всего было этого в упор не видеть, хотя «под кайфом» хозяева становились развесёлыми и покладистыми, но, перебрав, могли в злом кураже и на ноги плеснуть раскалённым чаем. Под все эти тонкости рыночного житья-бытья приходилось чутко подстраиваться, однако иного выхода не было. Посылали и за водкой в ближайший контейнер, и за глиняными горшочками с бозбашем, когда открыли на рынке своё кафе, и на улицу за жареными семечками. О политике, повторюсь, говорить избегали, но к оппозиционной прессе, которую я пролистывала в «мёртвые часы», проявляли интерес. Особенно зачитывали до дыр статьи про разборки в родном Азербайджане.
Впрочем, тогда повсюду были разборки, особенно накалилась к осени обстановка в самой Москве. Вот как это описано почти документально в «Дремучих дверях»:
«Толпа, разделённая надвое шаткими заграждениями, милицией и небольшим пространством, ощерившись, стенка на стенку, грозно гудела, как два роя над одним ульем. Как две тучи с противоположными зарядами. Сближались, высекали молнии оскорблений, лозунгов, проклятий и снова откатывались друг от друга. Белоголубые и краснокоричневые, демократы и оппозиция, новые и старые русские, «эти» и «наши». Ещё недавно единый советский народ, а теперь враги непримиримые. Так это было по-русски - злобно, страшно, и вместе с тем как-то по-разбойничьи весело, с гиканьем и свистом. Русская рулетка, азартная смертельная игра над пропастью. Разница была в цвете флагов, в одежде – у «наших» беднее. В возрасте, в выражении лиц.
«Вот и я – злобная красная бабка», - подумала она, продираясь вперёд, поближе к заграждению, пряча лицо от вездесущих теле-видеокамер. «Красная» бабка в куртке и платке (она обмотала лицо шарфом). «Наша». Может, и не целиком за этих, но наверняка против тех. Разрыв со своим классом или со своей «классовой прослойкой», как учили в школе… Сжатая со всех сторон локтями, спинами, боками, она растворилась в толпе, в её злой, сдавленной хлипкими барьерчиками энергии, выплёскивающейся время от времени выкриками, свистом.
- В отставку!.. Под суд!.. Советский Союз!.. Вся власть Советам!..
Она вместе со всеми горланила – то со стадным болезненным наслаждением сливаясь с толпой, жаждущей выплеснуться через заграждение и обрушиться на тех – «торгашей, ублюдков, дерьмократов, продажных иуд», то трезво сознавая, что, если это действительно произойдёт и толпа опрокинет заграждение, первые ряды будут наверняка затоптаны. Неудержимая сила заставляла её вопреки инстинкту самосохранения пробираться всё ближе к составленным вместе барьерам, туда, где так же плечом к плечу застыли омоновцы в камуфляже. Теперь она уже могла разглядеть в сумерках и противника – много молодёжи, почти все поддатые, есть и пенсионеры, как она. И тоже не боятся.
- Коммуняк на свалку истории! Мумию из мавзолея!
«Господи, мы все больны, - думала она, - Бесноватые. Нас отчитыавть надо, «Петра Могилу» над нами читать…Ну хотя бы эта, в седых кудряшках – её-то какой свободой соблазнили? Сын-коммерсант? Внук в загранколледже? Просто зомбирована сериалами?»
- Ноннка с Пятницкой, - будто читая её мысли, сообщил сосед, дыхнув смесью перегара и лука. – «Роялем» торгует.
- Каким роялем?
- Да спиртом. Разбавляет и косит под водяру. Нары по ней плачут. Эй ты, самогонщица! Почём Родину продала, тварь патлатая?
Та в ответ огрызнулась совсем уж нецензурно.
- Ель-цин! Ель-цин! – скандировала толпа.»
В БЕСЕДКЕ С: Юстасом, Перетом Рипотой, Чарльзом Дарвиным,
Робертом Чамберсом, Томасом Мальтусом,
Рейнхардом Айхельбеком, Альфредом Плётцем,
Петром Кропоткиным и Лини Маргулис
Статья о том, как эволюция ведёт к кооперации
Юстас: - Перет Рипота: МОЛЧАНИЕ ДАРВИНА. (Журнал «Что нового»? № 1 (сентябрь-октябрь 2002г). Сторонник принципов Изании излагает:
«Идеи Дарвина выражали дух его времени: кто стремился наверх, нещадно эксплуатировал других и при этом чувствовал себя превосходно.
Эволюция живых существ определяется борьбой за существование. Естественный отбор ведёт к развитию всего живого. В этой борьбе выживают сильнейшие. Такова суть эволюционной теории английского учёного Чарльза Дарвина. Так – или приблизительно так – Дарвин и его последователи объясняли процесс развития, в результате которого возникло всё разнообразие форм жизни. Заманчивая идея, которая, казалось бы, постоянно подтверждается самой жизнью.
На самом деле учение Дарвина – всего лишь полуправда. А полуправда есть не что иное, как заблуждение. Дарвин знал это, но молчал. А дарвинизм торжествовал. Торжествовал, потому что был востребован временем: учение, которое превозносило сильнейшего и возводило вечную борьбу за господство в ранг закона, было идеальным оправданием вновь окрепшей монархии, всё более агрессивного колониализма и нарождающегося капитализма. Ведь если сама природа хочет, чтобы выживал самый сильный и ловкий, то можно со спокойной совестью эксплуатировать, грабить или просто уничтожать слабого.
В 1859 году Чарльз Дарвин опубликовал свой труд «О борьбе за выживание». Книга произвела фурор. И не потому, что содержала учение об эволюции и происхождении. Нет, эти идеи были не новы и были высказаны ранее французом Ламарком и современником Дарвина Робертом Чамберсом, который ещё в 1844 году опубликовал книгу «Следы естественной истории Творения». В мире «по Чамберсу» все живые существа - и сильные, и слабые –
Набирающийся сил капитализм с благодарностью воспринял идею Дарвина, ибо она оправдывала жажду наживы и беспощадную конкуренцию. Дарвинизм предлагал блестящее оправдание для каждого, кто готов был идти по трупам. Там, где уничтожают слабых, процветает высокомерие сильных – вернее тех, кто себя таковыми считает. В 1864 году другой автор эволюционной теории Альфред Рассел Уоллес писал: «Высшие в моральном и духовном отношении расы должны заменить неполноценных и стоящих ниже». Немецкий врач Альфред Плётц утверждал в своей книге «Расовая гигиена»: «Поскольку естественный отбор не всегда работает так, как хотели бы высшие расы, его необходимо стимулировать искусственно».
Во всём этом было что-то зловещее: по ещё не совсем проторенной тропе дарвинизма пробивал себе путь откровенный фашизм. Так и произошло в Германии. Процедуру, в ходе которой врачи в нацистских концлагерях прямо на железнодорожных платформах определяли среди узников «неполноценных» и отправляли их в газовые камеры, тоже называли «отбором». Конечно же, упрекать Дарвина в фашизме никак нельзя. Он вряд ли мог предвидеть, что его теория найдёт такое применение. Но это произошло именно потому, что любую неточность в изложении можно легко интерпретировать и исказить до неузнаваемости. В теории же Дарвина неточностей и противоречий хватает.
Возьмём для начала проблему «Украшательства» самцов у павлинов, львов и оленей. Ведь чем ярче и «богаче» у животного хвост, грива или рога, тем меньше у него шансов на выживание. Из-за огромного хвоста павлин не может летать и становится жертвой хищников. Если представить себе проблему в свете эволюции, то огромная грива льва мешает ему охотиться, а тяжёлые рога грозят буквально раздавить оленя. Тем не менее, эти «атрибуты» существуют вопреки учению о естественном отборе.
Дарвин сам понимал и признавал подобные «шероховатости». Но объяснял это наличие не издержками своей теории, а новым – половым принципом. По Дарвину, украшение самца должно понравиться самке и тем самым облегчить ей выбор.
Этот принцип, на самом деле, прекрасно работает. Например, как выяснилось, воробьиха предпочитает партнёра с ярко-красными лапками. Так или иначе, при виде привлекательного самца у самки возрастает уровень мужских гормонов, что, помимо прочего, делает яичную скорлупу твёрже и увеличивает шансы вывести потомство. Природа объявляет «белый танец», дамы приглашают кавалеров.
Однако исследования позволили сделать вывод, что половой отбор отнюдь не гарантирует лучшего потомства. Так у аквариумных рыбок гуппи самки отдают предпочтение самцам с самой красивой окраской. Но именно у таких красавцев учёные обнаружили генетический дефект.
Есть ещё один вопрос, на который не могут ответить приверженцы теории естественного отбора. Речь идёт об
Следующий слабый пункт Дарвинизма – секс. Дарвинисты утверждают, что секс обеспечивает бесконечные комбинации генов и гарантирует природное многообразие. Но если генный «коктейль» действительно выгоден природе, то зачем нужен длительный период вынашивания потомства? Ведь при бесполом размножении многообразие видов обеспечивается куда быстрее.
Вот ещё один пример противоречивости теории Дарвина. На одном из островов произрастала буйная растительность, в ней гнездились многие виды зябликовых, которых изучал ещё сам Дарвин. Вследствие длительной засухи птицы лишились корма. Что же с ними стало? Зяблики с Галапагосских островов научились питаться кровью крупных морских птиц, которые выступили в роли «добровольных» доноров. (Прим Юстаса: - Вот вам, Ю.И., и вампиры! Вот бы узнать, что он имел под словом «добровольных»). (Думаю, так переполненный
Так началась новая фаза эволюции, инициированная климатической катастрофой на островах. Убедительный пример весьма удачной формы симбиоза ради выживания видов.
Очевидно, что дарвинизм порождает больше вопросов, чем ответов. Так, Райнхард Айхельбек в своей книге «Заговор Дарвина» утверждает, что дарвинизм усилил параноидальные социальные неврозы человечества, страх людей перед «враждебной» природой, перед «враждебными» соседями, «враждебными» бактериями, вирусами, спорами…Он вверг нас в состояние войны с природой, войны человека с человеком. А извечная борьба превратилась в самое зрелищное представление, в настоящий сериал «фильмов о природе», в которых гепарды постоянно поедают антилоп, львы разрывают друг другу глотки, змеи душат орлов, крокодилы заглатывают свиней, а то и целого человека. Кровавые схватки, отражённые в этих фильмах, - не характерное состояние животного мира, а обычный голливудский трюк: главное, чтоб дух захватывало.
Правда же в том, что даже в джунглях жизнь далека от той, что нам пытаются показать в фильмах. Арабский серый дрозд мог бы подать на телевизионщиков в суд за злостную клевету и легко выиграть процесс. Среди этих птиц процветают не те, кто борется, а те, кто самоотверженно помогает другим и жертвует собой ради ближнего. Конечно, и у этих птиц существует своя иерархия: чем дружелюбнее ты по отношению к другим, тем выше твоё положение в обществе. Взрослые совместно воспитывают молодёжь, делятся друг с другом пищей, а самой почётной является наиболее опасная «должность» охранника, оберегающего колонию от орлов и змей. Эта почётная функция обычно выполняется самым заслуженным самцом.
Тогда что же является основным двигателем эволюции, если не пропагандируемый дарвинистами принцип соперничества и борьбы?
Последние результаты говорят в пользу идеи «2К» – принципа
Идея «2К» впервые была сформулирована русским анархистом графом Петром Алексеевичем Кропоткиным в начале ХХ века. Ещё во время службы в армии он изучал растительный и животный мир Сибири и пришёл к выводу, что
(Прим. Юстаса: - Не зря, не зря его именем станцию метро назвали. Это ж про наши суровые условия. Висеть его портрету в красном углу Изании).
Но настоящим прорывом концепции «2К» наука обязана американке Лини Маргулис. Она перенесла эту идею на клеточный уровень. Биологи уже давно ломали головы над структурой митохондрий, поставщиков энергии клеток, которые имеют свой собственный наследственный механизм и передают свои гены только по материнской линии. Маргулис установила, что изначально митохондрии были вполне самостоятельными живыми формами, которые позднее были поглощены другими существами. Поглощены, но не съедены. Обе формы – поглощённая и поглотившая – вошли в единую систему коммуникации и кооперации: «большая» клетка оберегала митохондрий, а те ей «платили» энергией. И таких примеров эндосимбиоза достаточно много.
Кооперация между индивидуумами встречается практически у всех видов живых форм.
Когда условия жизни амёб вида Dictyostelium discoideum резко ухудшаются, эти существа никогда не пожирают друг друга. Наоборот, они выживают за счёт
Самое убедительное доказательство жизненности принципа «2К» – сложные колонии-города, образованные микроорганизмами. Эти структуры, известные как «биоплёнки», выстраиваются бактериями, водорослями, грибками и одноклеточными. Все они объединяются в колонии, обследуют окружающую среду и создают трёхмерные «городские» структуры, которые по сложности можно сравнить с современными мегаполисами с их водопроводами, канализационной системой, многолюдными площадями. И всё это строится организмами, принадлежащими к различным видам. Созданный ими «Манхэттен» – результат исключительно сотрудничества и общения, а не соперничества и борьбы.
Устоявшееся мнение о том, что сперматозоиды «дерутся» за право оплодотворения яйцеклетки является лишь «дарвинистской легендой». Доподлинно известно, что в действительности они образуют «защитный кордон» вокруг «избранного» и помогают ему достичь цели.
Идея кооперации как движущей силы эволюции и как важнейшего критерия выживания нашла ещё одно, совершенно неожиданное подтверждение – в области компьютерной техники. Во время соревнования компьютерных программ лучшие результаты показала программа, работающая по так называемым кооперационным схемам и заставляющая соперников проявлять добрую волю и готовность находить компромиссы.
Выходит, что ни дарвиновский эгоизм, ни соперничество, не являются самыми эффективными стратегиями эволюции. На самом деле движущими силами развития являются взаимодействие и взаимопомощь. Кстати, это правило биологии соответствует как канонам логики, так и законам физики: конфронтация неизбежно ведёт к ослаблению, а «трения» – к потере энергии.
Кооперация, справедливость и солидарность – благодаря этим принципам мы добиваемся лучших результатов, нежели с помощью дарвиновской идеи борьбы каждого против каждого. Если Дарвин прав, то почему мать заботится о больном ребёнке с ещё большей любовью? Почему человек бежит в горящий дом, чтобы спасти друга? Почему люди добровольно идут на смерть, чтобы жили другие?
Дарвинизм – учение Х1Х века. Оно несёт ответственность за кровавые беды ХХ столетия. Человечество должно найти в себе мужество отказаться от старых убеждений. Хотя бы ради лучшей жизни в ХХ1 веке.
(Прим Юстаса: - Если бы автор статьи додумкал рассматривать сообщество индивидуумов как организм, то он увидел бы, как работает дарвиновский естественный отбор на уровне таких организмов. И как все его замечательные примеры, ради которых я и привожу эту статью, убедительно подтверждают правоту Дарвина)
2002-10-28
ТАМ
(1993-й, октябрь)
«Стояла сказочно ясная осень 93-го.
Она (героиня «Дремучих дверей» – Ю.И.) торговала на рынке последними тепличными георгинами и первыми хризантемами, стараясь не врубаться в надвигающуюся грозу у Белого Дома, уговаривая себя привычным: «Что мы можем?». Так считало и большинство её покупателей.
Она побывала «там». Передала милиционеру у входа охапку бордовых гвоздик «для депутатов, чтоб держались», пожертвовала деньги в фонд защитников, послушала трансляцию заседания Верховного Совета.
Шёл непрерывный митинг, регистрировали мужчин, имеющих право на оружие, мелькали флаги – чёрно- жёлтые монархические, бело-синие андреевские, красные с серпом и молотом, православные стяги, иконы. То тут, то там слышались песни – от «Прощания славянки» и «Вставай, страна огромная» до «застойных» советских и современных хитов под гитару и без. Продавались и просто раздавались всевозможные оппозиционные газеты, листовки; какие- то группы тут же отправлялись их расклеивать по указанным районам…Стояла всеобщая истеричная эйфория. В семнадцатом тоже было так, или иначе?
Казалось, все жаждали столкновения. Тридцатого, на «Веру, Надежду, Любовь» шла на рынке бойкая торговля, как и на день Учителя 1-го октября…А 2-го она не выдержала и снова пробралась к Белому Дому, где уже было заграждение и оцепление. Ей удалось передать «осаждённым» заработанные за праздники деньги. Хоть и не знала, чем тут могли помочь деньги. Вон мужик привёз корзину варёных кур – это дело! Другие передавали банки растворимого кофе, пачки чая, консервы и домашнюю стряпню в пакетах и термосах. Изредка – спиртное, которое, правда, категорически отвергалось.»
Ни коммунисткой, ни монархисткой, ни националисткой я никогда не была. С Белым Домом я «дружила против».
В БЕСЕДКЕ С:
Юстасом, Д. Н.,
Concord
ом и Александром
Так что не надо лохматить дедушку Чарли
Ю.И
.:
- Молодец, Юстас! Нельзя ли подробнее о «правоте Дарвина»?»
Юстас: - Дарвин сам не знал, насколько был прав. По Дарвину выживает наиболее успешный организм. Теперь рассмотрим этот закон в отношении сообществ. С появлением родов и племён естественный отбор возникает уже между ними.
Какое племя будет успешнее – в котором каждый член племени борется только за себя, или то, в котором сообща отстаивают интересы племени? Естественно, второе.
Тогда в результате отбора и выживет, и до наших времён доживёт то племя, где действуют законы «альтруизма». В кавычках я его даю потому, что действует он не для всех особей, а только для особей своего племени. По сути, член племени воспринимает себя как часть целого или, вернее, целое – как себя, как сферу своих интересов. Посягающий на соплеменников посягает на его собственность, на его территорию.
Автор статьи рассматривает отбор на самом нижнем уровне, на уровне отдельной особи, и не делает следующий шаг – применить естественный отбор к группам особей, объединённых чем-либо. Как только он это сделает, всё станет на свои места. Вид амёб, залезающих друг на друга, дожил до сегодняшнего дня. Именно в результате естественного отбора, который поддержал эту полезную привычку, которая сначала была отклонением. Эти лезли друг от друга, например, от болезненной активности, от голода, в поисках пропитания или в результате мутации программы, в них заложенной. Другие, например, замирали, экономя «топливо». Если бы условия быстро восстанавливались, выжили бы лучше и больше вторые, т.к. дождались бы топлива. В наших условиях выжили первые. Так что не надо лохматить дедушку Чарли.
2002-11-12
Синдром МММ
Д.Н.: - Как говорил Сергей Мавроди: «Принцип взаимного доверия выше принципа взаимных обязательств!» Берегите карманы, граждане!
Ю.И: - Насколько я поняла, Вы пытаетесь по печальной традиции разоблачить в проекте Изан-банка некий лохотрон. А зря. Во-первых, принцип планируемого банка как раз основан на системе «взаимных долговых обязательств», причём юридически оформленных. Если изан-банк оплатит мои неотложные счета, то я обязуюсь погасить этот кредит к определённому сроку (наличными, работой на Изанию, услугами, сдачей нашим клиентам своей квартиры, участка и т. д.). «Взаимное доверие» может возникнуть лишь после длительного сотрудничества с тем или иным клиентом или в силу «чрезвычайных обстоятельств», вроде болезни или стихийного бедствия (отдашь, когда сможешь). Но это решит коллективный совет банка в каждом конкретном случае и явится исключением, лишь подтверждающим правило.
Во-вторых, если я положила наличные в банк, которые тут же ушли на чьи-то неотложные заявки (например, на ремонт курятника какому-либо бедствующему хозяйству, на устройство мини-цеха по переработке молока, авторемонтной мастерской для машин наших клиентов и т.д.), то сумма проставляется на моём счёту. Это означает, что я отныне могу пользоваться всем сервисом Изании. То есть «должники» банка (производители продуктов питания, владельцы жилья, дач и участков, шофёры, врачи, сиделки, учителя различных профилей и т.д.), которые, взяв кредит, дали обязательство погасить его работой и сервисом внутри Изании, будут к моим услугам и я через базу данных автоматически подключаюсь к её системе жизнеобеспечения. Напрямую, без всяких посредников и «накрутчиков», пока не потрачу свой вклад.
При наличии всех современных степеней защиты и юридических гарантий система окажется чрезвычайно надёжной и рентабельной, и граждане будут нести в Изанию наличные, которые сразу же будут работать на тех, кому они в данный момент нужны, вместо того чтобы лежать в кубышке, что ненадёжно, невыгодно и аморально. А вам будут доставлять на дом продукты или готовые обеды, протезировать зубы, ремонтировать квартиру или ухаживать за вашей престарелой матерью те, кто умеют это делать лучше вас.
И снова «синдром МММ»
Д.Н.: - «Можно будет поучаствовать в проектах и получить прибыль, войдя в долю.» Берегите карманы, граждане!
Ю.И.: - Это, как вы сами понимаете, дело всегда добровольно-рискованное – участвовать долей в каком-то конкретном проекте. В случае его провала Изания здесь не при чём, кредит придётся возвращать всем рискнувшим. Как и получать прибыль в случае успеха, - прочие клиенты остаются за кадром. Но когда вы просто вложили наличные в Изанию (нецеленаправленно), то, даже если ваши деньги ушли на закупку хозяйством элитного стада, а коровы заболели ящуром, вам вернут или возместят ваш вклад, согласно договору - независимо от судьбы коров.
2002-11-15
Сменить крышу
Concord: - “Как спастись олигарху»… - Фактически Вы предлагаете протестантскую этику для наших олигархов.
Ю.И.: - В той мере, в какой эта этика не противоречит Замыслу Творца о мире и человеке и смыслу исторического процесса как умножению жатвы Господней. А вообще я предлагаю олигархам «сменить крышу» - в прямом и переносном смысле. То есть избрать себе Покровителя Небесного вместо земного криминала (в том числе и государственного), переориентировав мозги. Предлагаю им не только улучшить качество жизни, не возбуждая вокруг ненависть и зависть и не подвергая опасности себя и близких, но и заключить небезызвестное «пари на Бога» Блеза Паскаля. Кто не в курсе – при случае расшифрую.
Что же касается Вебера, его мрачные прогнозы, что диктатура пролетариата обернётся диктатурой чиновничества («кастой проклятой» по определению Сталина), сбываются. Только теперь вместо жуликоватых охранников «молчащих ягнят» пришли откровенные заготовщики баранины.
Принимая во внимание, что вампиризм заразен и пролетарий, у которого попили кровушки, неизбежно начнёт пить её у других, дорвавшись до своей диктатуры, выход вижу в Изании - союзе личностей, объединённых надмирной шкалой ценностей. Она – в бесконечном творческом и духовном восхождении в связке, ведущим в бессмертие. Тело подчинить разуму. Разум подчинить духу. Дух подчинить Богу. Через эти три ступени добровольного подчинения достигается Свобода высшая, божественная, в отличие от расхожей обывательской «отвязанности». Но надежда, что кто-либо из наших олигархов действительно «сменит крышу», ничтожна. Тогда останется разве что спеть им на сон грядущий:
«Подожди немного, отгниёшь и ты…»
2002-11-15
Александр: - Пройдя виртуально через тернии марксизма, интуиция привела-таки к рынку, банкингу и др. атрибутам современного демократического общества.
Ю.И.: - Александр, вы меня буквально потрясаете своей способностью путать цель со средством. По-вашему, мерс обязательно должен ехать в светлое капиталистическое завтра, а старенький москвич – в светлое социалистическое прошлое. Да не в этом дело, чудак-человек! Они поедут туда, куда их поведёт водила - и мерсы, и москвичи, и велики, и телеги, и детские коляски. Всё дело – в правильности курса, а не в достижениях технической мысли. Хотя и это, безусловно, имеет значение, и без современных средств связи, особенно интернета, Изания сильно проиграет. Посему мы и пойдём «своим путём», но возьмём с собой лучшее от мерсов, от москвичей, от телег и великов. И двинемся в направлении, указанном не капиталистами (в царство Мамоны), не коммунистами (во всеобщее изобилие, которое не перестанет быть «дурным», если будет «для всех»), не к диктатуре пролетариата и не к царю-батюшке, а путём, указанном Всевышним в приложенной к человеку инструкции.
Вернуть долги Господину, оправдать свою жизнь.
Кстати, Вы почему-то всё время именуете меня «коммунисткой», а я так даже без понятия, что это такое. Я – христианка, православная, хотя в каких-то социальных (не канонических) вопросах моя позиция отличается от ортодоксально-церковной. Считаю, что советская власть была безусловным шагом вперёд по сравнению с российским царизмом («страной рабов, страной господ») и капитализмом. Она была «дорогой к Богу с черного хода»,– с неизбежной в таких случаях пальбой и жертвами. Отсюда и моя так раздражающая вас защита Сталина, который «спасал стадо, отстреливая волков». Иногда по навету врагов, иногда просто ошибаясь, потому что поди разберись в такой грызне, когда многие надевали овечьи шкуры, чтобы уцелеть.
Полагаю, что задача каждого верующего, вооружённого даром Слова, - служить мостом между Церковью и «духовно неразбуженным» народом. Поэтому вижу в Изании путь, максимально приближенный к библейским векторам и в то же время доступный простым смертным. С использованием, повторяю, всего лучшего из арсенала всевозможных «измов».
Александр: - Если вы внимательно почитаете то, что предлагается в Изании, то увидите – ничего нового. Предлагается всё то же самое, но с замкнутым (по крайней мере, весьма ограниченным) финансовым потоком. Опыт многих стран лишь подтверждает, что более открытые и распространённые финансовые инструменты гораздо более эффективны.
Ю.И.: - Вот тут-то и «загогулина» - в этой самой «ограниченности», потому что мы стремимся не к прибыли ради прибыли, особенно за счёт других, а к взаимной финансовой и прочей поддержке тех, кто мечтает не «нажиться», а «состояться», осуществить призвание – в самом высоком смысле этого слова. Отдать долги Творцу. Конечно, для начала обеспечив друг друга «хлебом насущным». Повторяю: Изания - не для всех. Даже олигархов примем в наши ряды только «своих». Нам не нужны «огромные финансовые потоки» в ущерб идее, но верится, что со временем возможности расширятся, если дело пойдёт на лад и народ нам поверит.
Теперь о «новом». Давайте искать «знаки отличия»:
1. Изан-банк целенаправленно инвестиционный, его цель – взаимное жизнеобеспечение своих членов с последующим предоставлением им финансовых и иных возможностей для самореализации.
2. Наличные наш банк, как правило, на руки не выдаёт, а
3. «Не кладите деньги в рост» – эту библейскую заповедь наш банк будет принципиально соблюдать, в отличие от обычных банков. Все наличные Изании - в непрестанных инвестициях, это как бы два непрерывных потока встречных заявок, а Изан-банк – всего лишь точка их пересечения и регуляции.
4. Мы работаем практически
5. Поскольку возвращать кредиты клиенты будут не столько наличными, сколько ответной работой на Изанию, сформированный вокруг Изан-банка контингент наиболее активных, талантливых и трудоспособных граждан станет в скором времени постоянно расширяющейся базой данных наших возможностей в конечной задаче подключения друг друга к полной программе жизнеобеспечения. Такой банк – государство в государстве, отсекающий все поборы чиновничества (мы, как законопослушные граждане, будем, разумеется, платить налоги на армию, милицию и т.д.). Любой гражданин может к нам прийти и устроиться на работу – шофёром, учителем, мастером по ремонту электроприборов или поваром, с первого же дня получая у нас продукты, обедая в наших столовых, воспитывая малышей в наших детсадах и отдыхая на дачах наших клиентов.
6. И главное – иуе. Валюта только для внутреннего пользования, отсекающая всех, желающих «присосаться», и в то же время обладающая неограниченными возможностями – всегда котироваться и никогда не обрушиться (поскольку явится подлинным эквивалентом товаров, труда и услуг).
А вы говорите – «ничего нового»! Перечислять - дискеты не хватит.
Александр: - Хрен редьки не слаще. И «грызня за место в жизни» – милое препровождение времени по сравнению со сталинскими чистками, где речь идёт не о месте, а о
Ю.И.: - Жаль, что нет такой статистики – сколько жертв «перестройки» лишилось именно
ВЛАДИМИРСКАЯ ЧУДОТВОРНАЯ
(1993-й, 3 октября)
На следующий день, в воскресенье, мы с Борисом пошли в Елоховский собор, куда привезли из Третьяковки Владимирскую икону Богоматери - на умиротворение враждующих сторон. В храм не попали, стояли в толпе, поджидающей на возвышении у главного входа, когда «Владимирскую» вынесут. Хоть бы взглянуть…
Прикладываться не разрешили и вообще доставили икону лишь на молебен. В жёлтой спецмашине, дежурившей тут же. Только «для умирения».
Политические страсти, казалось, достигли апогея. Сообщили, что патриарх пригрозил анафемой тем, кто дерзнёт пролить кровь. Шли какие-то непрерывные совещания и переговоры. А Москва, в общем, жила обычной жизнью.
Ждать пришлось долго. Но вот толпа всколыхнулась:
- Несут, несут!
Я встала на цыпочки. Не разглядеть. И вдруг лик разом высветился, вспыхнул в солнечных лучах – в оранжевом и чёрно-золотом обрамлении. Я внутренне ахнула – так Она была прекрасна! Представляла себе аскетически суровый образ, ожидая однако от чудотворной какого-то тайного знака - намёка то ли на грядущее возмездие, то ли на милость к нашей свихнувшейся стране, ждала чуда…И чудо свершилось. Но не в Её прямой причастности к нашим земным разборкам, а в явлении падшему миру Красоты Небесной – ошеломляющей, обезоруживающей. Перед которой хочется просто опуститься на колени и плакать от счастья.
Казалось, и сама Дева, и прильнувший к ней Младенец не имели никакого отношения ко всем этим «переворотам», «блокадам» и «конституционным кризисам». Видение Красы Небесной явилось на миг разбушевавшейся Москве и снова исчезло за дверцами жёлтой спецмашины - как царевна за ставнями неприступного терема. Осталось только это щемяще-краткое, нездешнее прикосновение, светлый плач сердца. Захотелось поскорее уехать домой, запереться, не включать «ящик» и вообще ничего «такого» больше не видеть и не слышать.
«И пред душой, тоской томимой,
Всё тот же взор неотразимый»…
B БЕСЕДКЕ С: Александром, Юстасом и свежей прессой
Раздавили на троих
Александр: - И решать, будешь ты жить или нет, отдано тройке полупьяных мужиков с наганами.
Ю.И.: - А тут, блин, «тройка мужиков» подписала смертный приговор целой стране. И не «полупьяных», а просто пьяных. Раздавили Родину на троих. А наганами, танками или авторучками – без разницы.
А был ли мальчик?
Александр: - А уж какой властью упивались большевистские комиссары, американским миллионерам и не снилось! Куда им!
Ю.И.: - Ну да, что там какие-то разбомбленные ракетами Ирак, Сербия или Афганистан – ну поглядел народ шоу в натуре и выключил телек. А был ли мальчик?
«Воловьи лужки» – мои!»
Александр: - Странная какая-то дружба была – на каждом углу плакаты типа «дружба народов нерушима», а как только появилась возможность говорить, эти самые «дружные» народы друг с другом перессорились, разбежались по квартирам. Липа это – не было нормальной дружбы, была лишь загнанная вглубь нерешённая национальная проблема, которая сейчас даёт о себе знать.
Ю.И.: - Не по квартирам (был единый особняк на всех), а по комнатам, кухням и сортирам. И не сами разбежались, а их «разбежали» переродившиеся номенклатурные «выкресты» (не без помощи забугорных спецслужб). Ну и пошло - делёжка, раздрай. Помните у Чехова – «Воловьи Лужки» – мои!»
По вашей логике в каждой крепкой семье живёт «загнанная вглубь» проблема драки из-за собственности между потенциальными наследниками. А супружеская верность – «загнанная вглубь» проблема разврата, в том числе и содомского греха. А честный порядочный чиновник Жадов из «Доходного места» Островского – «загнанная вглубь» проблема потенциального хапуги и взяточника.
Но всё гораздо проще – в каждом человеке живёт «первородный грех» эгоизма, жадности, вражды, блуда, воровства, и, слава Богу, когда он «загнан вглубь». Но горе правителям, которые разбудят эту «спящую собаку» и оскотинят, соблазнят народ, что и произошло после распада Союза. В Евангелии сказано, что таковым лучше «вообще не родиться.»
Куда ж податься бедной Изании?
Александр: «Олигарх – последняя надежда Изании» - Срастание маргинальных неокоммунистов с криминалом сегодня не редкость. Понимая бесперспективность своих идей, они готовы на всё, на самое невероятное извращение собственных же идей (сегодня коммунисты не против частной собственности на землю, некоторые из них имеют казино, рестораны, особняки на Майорке и т.д.). И в этом я вижу основную опасность. Коммунизм для меня – оборотень.
Ю.И.: - Ну никак не пойму вас, Александр. Идейные коммунисты в кожанках и с маузерами, расстреливающие олигархов и спекулянтов, громящие казино и рестораны, отвергающие частную собственность на землю, вас не устраивают. Переродившиеся коммунисты-оборотни, водящие дружбу с буржуями и спекулянтами и не возражающие против частной собственности на землю и прочего «идейного разложения», вам ещё больше противны. Куда ж прикажете податься бедной Изании, в какую сторону дрейфовать? Справа – вампиры-капиталисты, слева – оборотни-коммунисты, вокруг – всевозможные террористы, а впереди – эти… которые глобалисты.
Вот я и говорю – только ввысь, любезный Александр, только туда. Взяв с собой и капиталистов, ежели пожелают, и коммунистов, и террористов, а там разберёмся «who is who». Можем и вас взять на испытательный срок. Вместе с движением, которое, на ваш взгляд, соответствует небесному кодексу. А Изания вовсе не на «мёртвой точке», а пока что в стадии разработки. И за два года, как вы могли убедиться, посещая форум, проект заметно пообтесался и принял весьма конкретную форму. Ну а найти подходящих «делателей» - задача долгая и «архисложная», как сказал бы Ульянов-младший. Помните – до него Ульянов-старший и в народ ходил, и царей в каретах взрывал, и потом ещё много было всякого – не буду бередить ваше чувствительное демократическое сердце ненавистными воспоминаниями.
Но вот беда, - на нынешнем Титанике, похоже, времени остаётся совсем мало. Согласно газетным сводкам – неуклонно прём на айсберг.
ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ
За кем придёт «шариатская безопасность халифата»?
«Появится ли новый Гитлер и как быстро человечество сумеет переварить его…Поживём-увидим. Но с чем спорить не приходится: «мусульманский Восток» зашевелился. Арабские страны буквально корёжит внутренняя энергия. И следы этой дьявольской силы отзываются по всему миру: режимом талибов в Афганистане, захватом заложников на Филиппинах или взрывом на Бали.
Находясь в течение всего ХХ века на авансцене всемирной трагедии, наши люди изрядно подустали. Поэтому отчаянное желание «только не с нами» – естественно. При этом и чеченские события огромным большинством воспринимались как нечто сугубо местное, локальное, вызванное лишь распадом СССР и общей слабостью послереволюционной России. Но это раньше. Сейчас рассматривать Чечню в отрыве от всего, что происходит в мире, не сможет даже самый поверхностный обозреватель. Как оценить главную составляющую чеченских событий: только отечественную борьбу за сохранение остатков империи или же как «русский фронт», открытый террористами?
Слишком много людей ещё со времён Ельцина хорошо зарабатывают на крови. Не разобравшись с ними, невозможно перекрыть финансирование бандитов. Может жить Чечня самостоятельно или нет, посчитать совсем нетрудно. Гораздо важнее другой вопрос: Чечня борется только за свою свободу или всё, что происходит на Тереке, - часть террористического наступления, целью которого является создание «мирового халифата» по образцу талибского Афганистана? И подобный план вполне реализуем, угроза ничуть не преувеличена. Мы ужасно слабы. Госаппарат развращён. Армия, спецслужбы в жутком состоянии. Большая часть бизнеса в случае опасности готова не биться за свою собственность, а смотаться на Багамы к заблаговременно припасённым миллиардам. В России существуют многомиллионные мусульманские народы, которые можно постараться «раскачать» ваххабитской пропагандой (что уже и происходит в Татарстане, Башкирии, Кабарде). Поэтому представить себе, что Россия сможет уверенно пережить теракт, подобный одновременной атаке на «близнецов», Белый дом и Пентагон, - трудно. Если говорить прямо, Россия гораздо беззащитнее перед арабскими экстремистами, чем США. Расчёт на то, что Россия – самое слабое звено в антитеррористической коалиции, хоть и примитивен, но не лишён смысла. Стена-то гниловата. Если ударить посильнее, то, может, и удастся привести к власти в Москве либо союзников, либо капитулянтов.
Мы боремся за своё выживание – вот сущность нынешнего политического момента. Она стала абсолютна прозрачна после захвата «Норд –Оста».
Наши ресурсы ограничены. Значит, нам нужны союзники. Европа таким союзником быть не может. Она разложилась ещё сильнее, чем перед Второй мировой войной. И нет такой капитуляции, на которую она бы не пошла, чтобы хоть на пять минут продлить свою жирную лево-социалистическую жизнь. США и Англия тоже пока не спешат к нам с распростёртыми объятиями. Впрочем, поддаваться на примитивные саддамовские разводки мы тоже не должны.
Нынешняя боеспособность армии вызывает сомнения. Провести мобилизацию в России сейчас фактически невозможно. Сам по себе факт захвата театрального центра – чудовищный провал общественной и государственной безопасности. Говорить о том, насколько важно террористам было не попасться ни разу во время своих перемещений по Москве, - даже смешно. И важно знать: были ли у них спецталоны, запрещающие досматривать транспорт, или же у них были проплаченные «крыши», или всё решали сто долларов для гаишников?
Спецслужбы, увлекшиеся бизнесом, растаможкой грузов, приватизацией независимых телеканалов, похоже, воспринимают борьбу с терроризмом как приложение ко многим другим приятным обязанностям. Чистка в них необходима. Если срочно не одуматься, то ситуация неизбежно придёт к тому, что коррумпированные сотрудники спецслужб доживут на своих дачах, построенных на взятки террористов, до момента, когда за ними придёт «шариатская безопасность халифата» и уберёт за ненадобностью.»
От людоеда к бессмертию
Юстас: «Дарвин сам не знал, насколько был прав. Теперь рассмотрим этот закон в отношении сообществ. Какое племя будет успешнее – в котором каждый член племени борется только за себя, или то, в котором сообща отстаивают интересы племени? Естественно, второе.
Тогда в результате отбора и выживет и до наших времён доживёт то племя, где действуют законы «альтруизма».
Ю.И.: - Ваш комментарий, как всегда, навёл меня на далеко идущие размышления и выводы в пользу изанских идей. Итак, продолжим цепочку. Отдельная особь – племя – нация –страна. Какие племена в результате естественного отбора имеют больший шанс выжить и составить в итоге нацию? Которые научатся не враждовать, а
Какие нации наиболее жизнеспособны? Которые по этим же принципам способны соединиться в великую страну (Россия, Советский Союз, одолевшие Наполеона и Гитлера с их узкой «национальной идеей» - «Германия превыше всего»). А «русская идея» – вселенская, наиболее соответствующая Замыслу и смыслу исторического процесса как отбора «избранников» для вечности. Для избранника самые «дальние» становятся «ближними». Помните: «Я хату покинул, ушёл воевать, чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать». В этом привлекательность и живучесть уже «советской идеи».
Видимо, в современном мире будут способны противостоять мировому злу именно те личности, сообщества, нации и страны, которые сумеют объединиться в единую животворящую кровеносную систему. Где будет каждый востребован в своей единственно-неповторимой сверхзадаче – и отдельный человек, и нация. Именно такие сообщества в результате
Отрадный вывод – такое постепенно «расширяющееся», всеохватное мироощущение и является, согласно Замыслу, смыслом мучительного отбора исторического процесса, путём в
Хочу Вас немного позабавить
Юстас: «Вид амёб, залезающих друг на друга, дожил до сегодняшнего дня. Именно в результате естественного отбора, который поддержал эту полезную привычку, которая раньше была отклонением.»
Ю.И.: - Хочу Вас немного позабавить одной цитатой:
«Вода прибывала. Добравшиеся до верхнего ряда, не в силах выбраться через проход, пытались дотянуться до барьера - всего три метра отвесной стены.
Планета невозмутимых и спокойных. И мы, навсегда обречённые среди них на одиночество…»
«Земля спокойных» («Последний эксперимент»). Я написала эти строки в 73 году. Не правда ли, забавное совпадение в связи с «дедушкой Чарли»? Особенно эти «амёбы», не желающие «стать друг другу на плечи».
2002-11-18
ЧЁРНЫЙ БЕЛЫЙ ДОМ
(октябрь 1993)
«А назавтра утром прибежала соседка и сказала, что по телевизору показывают расстрел Дома Советов, но у неё ветер повалил антенну, плохо видно, и вообще телевизор чёрно-белый, так что: «Включай скорей, я у тебя погляжу.»
Она (Иоанна – «Дремучие двери» – Ю.И.) не сразу осознала, что происходит. Происходило то, чего не могло быть никогда. Шла вселенская, на весь мир, трансляция – показательное сожжение остатков страны мальчиша-Кибальчиша, - постаревшего, а может, и погибшего на военном или трудовом фронте. А то и в лагере по ложному навету коварных буржуинов, набравших нынче сил и скинувших красное обличье. Ритуальное сожжение страны детской мечты о так и неразгаданной Тайне. Разумеется, никто в этот страшный день ни о чём таком не говорил – в лучшем случае, поминали обнищание масс, верность конституции, права человека. Но она понимала – «бочка с вареньем» снова пытается воцариться над Тайной, которую в муках искали избранники Святой и Советской Руси, прозревая глубинами души, за которую сражались и погибали.
Конечно же, - убеждала она себя, - «победа» эта ненадолго. Уже не раз менялось в истории «первородство» на «похлёбку», и толпа кричала «Распни Его!», грезя о сытом земном Иерусалиме.
Но Тайна всякий раз воскресала, на то она и Тайна, и теперь именно из-за неё, заветной, неразгаданной, стекались люди к Дому Советов, многие на смерть. Именно по ней палили из танков «не ведающие, что творят» танкисты из славной Кантемировской дивизии в обмен на обещанные квартиры.
Неразгаданная Тайна всё же открыла людям, что она «не есть». Что она «не есть» ни бочка варенья, ни дармовая квартира, ни конституция с «правами и свободами», которые «что дышло». И советская власть, по которой сейчас палили доблестные кантемировцы, всё же худо-бедно уважала это выстраданное и завоёванное народом знание, защищая его всякими «моральными кодексами» и цензурами, выговорами и порицаниями, фельетонами о «перерожденцах», о чуждой идеологии и т.д.
Но вот дверь в новоявленное царство российской демократии вдруг распахнулась, окно с треском вылетело вон «и страшная свиная рожа высунулась, поводя очами, как бы спрашивая: «А что вы тут делаете, добрые люди?».
Ужасны были даже не сами танки, хладнокровно расстреливающие собственный парламент посреди своей столицы, а заодно и всех попавших под руку, в том числе женщин и детей, не этот ритуально-кровавый спектакль с трансляцией на всю планету, но беспрецедентная реакция зевак на мосту. Их дружно-восторженный вопль при каждом залпе. Покуривающих на мосту, обнимающихся, надувающих на губах пузыри из жвачки и перебрасывающихся матком, – дьявольский спектакль, подключивший весь мир телезрителей к греху массового убийства. Этому она впервые ужаснулась, когда транслировали войну в Ираке - американскую «бурю в пустыне». Какая прекрасная адская идея – заставить всё человечество скопом нарушить заповедь «не убий!» – оком, слухом, услаждением, звериной жаждой крови ближнего и дальнего. Не боевик, не компьютерная игра – реальность. Как быстро нас приучили к преддверию ада, где до геенны всего несколько метров «свободного» падения. Свободного вам приземления, господа-товарищи! Режиссёры преисподней непременно получат своего «Оскара».
Она предложила соседке кофе, налила и себе, сделала бутерброды. Кофе как кафе, сыр как сыр. Сидим, балдеем. Скоро будем с горчичкой и кетчупом есть друг друга, а по чашкам разливать ещё тёплую кровь…
Она ужасалась будто со стороны себе, пьющей кофе с бутербродами – в душе было темно и глухо, как в танке на экране. Потом поняла, что просто не врубилась, никак не могла врубиться в происходящее - что там, в горящем здании, гибнут в муках живые люди, а не виртуальные фигурки, не каскадёры разыгрывают очередной ужастик. То, что с каждым залпом разрывается в клочья плоть и содрогается Небо, сознание не вмещало – сгорели предохранители. Как и у многих из тех, на мосту. Не чувствуем прильнувших к нашим душам и шеям причмокивающих «гайдаров», мертвеем и тоже жаждем крови, попивая кофе с бутербродами…
Господи милосердный, вбей в нас осиновый кол, только спаси души.
- Ну, я пойду, - сказала соседка, - Всё одно и то же. Скорей бы перестреляли друг друга, ироды, наши кровные никак не поделят. Нахапали, а за газ, слышь, опять прибавили. Ты сколько плотишь?» («Дремучие двери»).
В БЕСЕДКЕ С: Игорем, Бернардом Лиетером, Д. Н.
и Александром
Изания – никакая не сказка!
Игорь: - Подробные ссылки по системам местных валют. Я недавно купил довольно дорогую и малотиражную книгу «Частные деньги, история и современность». Из неё следует, что системы, подобные Изании – никакая не сказка, а действуют во многих западных странах.
В принципе мог бы отдать её для перевода в электронную форму и размещения на сайте Ивановой.
2002-11-14
Глобальное казино
Бернард Лиэтер. Будущее денег: сотворение новых благ, работы и более мудрого мира.
(Бернард Лиетер – профессор Центра ресурсов устойчивого развития при университете Беркли, Калифорния, профессор отделения международных финансов в университете Ливена (Бельгия). Много лет работал в качестве финансового консультанта правительственных и международных организаций, а также частных корпораций на всех континентах. Президент бельгийской Электронной платёжной системы. Участник проекта Transaction net – независимого сетевого информационного ресурса, ориентированного на развитие жизнеспособных стратегий развития в информационную эпоху)
Отрывки из книги «Будущее денег», описывающей драматические перемены, ожидающие человека в будущем:
«Ценность ваших денег определяется глобальным казино беспрецедентных размеров: ежедневно на рынках обмена иностранной валюты торгуются два триллиона долларов – т.е. в 100 раз больше, чем торговый объём всех рынков акций в мире, вместе взятых. Только 2% этих обменных валютных трансакций
Глобальное казино ответственно за валютно-биржевые кризисы, потрясшие в 1994-95 годах Мексику, в 1997 Азию и 1998 Россию. Эти явления представляют собой симптомы расстройства денежной системы старого индустриального века. Если не принять вовремя соответствующих мер, то нам с 50 % вероятностью светит шанс того, что в течение следующих 5-10 лет произойдёт глобальное слияние денег – наиболее вероятный путь к глобальной депрессии.
Информационный век уже породил новые типы валют: мили фриквент флайера (клиента, часто летающего самолётом) определённой авиакомпании и получающего, в прямой зависимости от «налётанного расстояния», бонусы в виде бесплатных миль – эволюционировали в «корпоративные обязательства» для путешествующей элиты; гигантская корпорация, о существовании которой вы прежде даже не подозревали, выпускает для нужд интернет-коммерции собственную валюту.
Однако запредельные барыши выплачиваются лишь участникам узкого круга на самой верхушке общества, начиная с кинозвёзд и спортивных героев и расширившегося к настоящему времени до элитных юристов, торговцев, докторов и бизнес-лидеров. В 60-е годы зарплата топ-менеджера была лишь в 30 раз выше зарплаты среднего рабочего, тогда как сегодня эта разница составляет 200 раз.
Сегодня в мире 1900 местных общин, включая более сотни комьюнити в США, выпускают собственную валюту, независимую от национальной денежной системы. Некоторые общины, как в Итаке, выпускают бумажные банкноты, другие – в Канаде, Австралии, Британии или Франции – создают комплиментарные электронные деньги.
Совокупная ценность бартерных транзакций – обмена, не требующего денег, как средства обмена – составила в США и Канаде за 1994 год 6,5 миллиардов долларов, и продолжает расти в три раза быстрее, чем при обычном товарообмене. Журнал «Бартер Ньюс» отражает развитие отрасли и имеет сейчас 30 тысяч подписчиков. Он оценивает тотальный бартер по всему миру в 650 миллиардов долларов в 1997 году, при ежегодном росте в 15 %.
Всё вышесказанное является частью необратимого процесса изменений нашей денежной системы и нашего общества. Мы сейчас находимся в переходном периоде – интервале большого риска, но также и больших возможностей. Риски здесь – не только финансовые.
В регионах с большой безработицей люди уже доказали, что условия существования могут быть существенно улучшены посредством создания
Комплиментарная валюта
Деградация окружающей среды вследствие приоритетов краткосрочных финансовых интересов может быть, таким образом, связана с прагматическими монетарными инновациями. Узкое мышление ориентировано не столько на человеческую природу, сколько на доминирующую денежную систему. Но этот
Может, у Ивановой получится…
Игорь – Д. Н.: - В СССР была своя отличная от западной финансовая система, предполагающая бездолговые беспроцентные деньги. И на Западе аналогичные системы есть. Здесь Вы опять игнорировали мою информацию. Почитайте в Интернете про LETs-системы, тайм-доллары, или итакские часы. Ссылки я бросил на форум Изании, куда вы недавно шлялись…
2002-11-10
Д.Н.: - Ноги моей там не было и не будет.
2002-11-11
Игорь: - Однако, это не просто концепция, а действующие на практике в настоящее время системы. Конечно, можно зарыть голову в песок и сделать вид, что на Западе ничего подобного не существует – типа этого не может быть, потому что не может быть никогда. А рекомендую я Вам со всем этим ознакомиться чисто потому, чтобы вы могли понять сущность денег хотя бы в нулевом приближении.
2002-11-14
Д.Н.: - Валяйте. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы со спичками не играло.
Игорь: - Однако Вы недавно утверждали в ответе Ивановой, что это мол безнадёжное мероприятие. Тем не менее, на Западе почему-то такие системы действуют в натуре – может, и у Ивановой получится?
2002-11-18
Александр: - При операциях с деньгами очень важно
Да и люди охотней будут доверять свои средства, если будут знать, что система защищена хотя бы от элементарного мошенничества. Доверие – это очень важно, спросите у любого банкира-вампириста. Если Изания разовьётся, то в отдалённой перспективе создание такой системы будет целесообразно, но на первом этапе издержки будут неоправданно высоки. Конечно, WebMoney – далеко не единственная система, способная перемещать в пространстве средства – существует и с каждым годом всё активней применяется система на основе пластиковых карточек, но, как мне показалось, изанцы не хотели бы, чтобы их финансовые потоки мог кто-либо контролировать, потому предложил компромиссное, более демократично-анархическое решение.
Ведь это только инструмент, идейные принципы должны применяться для определения, с какого счёта и какие суммы должны быть перечислены, остальное – дело техники.
По-моему, сейчас изанцы зациклились на том, что как только они возьмут в руки доллары, то сразу попадут в лапы дьявола (мамоны). Идея должна состоять в том,
2002-11-25
Игорь: - Доверие, конечно, важно. Но «какой-нибудь программист, разочаровавшийся в Изании», не хапнет все средства потому же, посему их не могут хапнуть программисты, составляющие программное обеспечение всех современных электронных систем.
Все желающие иметь неограниченные заработки в виде прибыли, могут с этим пойти в другое место, а не в Изанию. В Изании будет оплачиваться только конкретный труд, а не процент на капитал.
2002-11-25
Ну, вы сравнили!
Александр: - Вы же, ругая кого-либо, просто мечтаете занять его место… Знаете, как большевики-ленинцы что есть мочи ругали «царскую охранку», а когда пришли к власти, то устроили такое, что «царской охранке» и не снилось.
2002-11-27
Ю.И.: - Американцы, в свою очередь, поносили НКВД, а потом устроили у себя такую охоту на ведьм, что Чарли Чаплин едва ноги унёс. Да и сейчас там создают суперминистерство Национальной Безопасности. Каждый режим защищает себя когтями и зубами в мире тотальной Вампирии. Известно, кто там правит бал.
Во как! Ну и великий гуманист, революционный демократ Белинский, заявлял, что замочил бы 60 процентов населения, чтоб остальные жили при социализме. Так что вы с Ильичём и Иосифом - не новаторы в крутых методах, хоть цели и разные.
А беда знаете в чём? В попытках построить милые сердцу «измы»
Опять путаете цель со средством!
Александр: - Так что реакция ваша очень показательна, она разоблачает многое, что сконцентрировано в лозунге, который вы как-то мне привели: «Ударим нашим глобализмом по ихнему»! Так чем вы лучше их?
2002-11-29
Ю.И.: - Опять путаете цель со средством! Волкам, собравшимся пасти весь мир, можно противостоять только их же оружием - самой современной и результативной системой связи всех «наших». Помните:
«Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков: итак будьте мудры, как змии, и просты, как голуби.» Пусть нас мало, но мы должны быть «в тельняшках».
«И дано ему было вложить дух в образ зверя, чтобы образ зверя и говорил и действовал так, чтоб убиваем был всякий, кто не будет поклоняться образу зверя. И он сделает то, что всем – малым и великим, богатым и нищим, свободным и рабам – положено будет начертание на правую руку их или на чело их. И что никому нельзя будет ни покупать, ни продавать, кроме того, кто имеет это начертание.»
Очень похоже, что эти времена «близ, при дверях». Нам будут скармливать трансгенную пищу, травить пойлом и зельем, морозить в домах и залечивать до смерти. Выживут лишь кохи с чубайсами и прочими «демократами», поклонившимися зверю.
И террористы достанут везде - на море, в воздухе, в зрительном зале, в собственном мерсе, на Манхеттене и элитном курорте. Уже сейчас нигде на земле нельзя чувствовать себя в безопасности. А настоящих вождей, радетелей за народ, нет и в помине.
Изания – это попытка изменить мир к лучшему
О бедном клиенте замолвите слово…
Александр: - Вопрос только - за чей счёт будет оплачиваться работа бухгалтеров и юристов? И чем большую сумму возьмёт клиент, тем больше каждый рядовой изанин подарит этому клиенту.
Ю.И.: - Всё очень даже просто. При заключении долгового обязательства клиент обращается в изанскую юридическую или бухгалтерскую службу (равно как и в транспортную, продовольственную или ритуальных услуг), и на счёт нашего юриста или бухгалтера поступает
«НАПИШИ ВСЕ СЛОВА, КОТОРЫЕ
Я ГОВОРИЛ ТЕБЕ, В КНИГУ»
(1993-й год)
Там, в октябрьском стылом лесу, приключилась со мной истерика. Рыдала от бессильной ярости, слала проклятия, катаясь по собранной кем-то куче ржавых дубовых листьев. Старичок Марс прыгал вокруг, тревожно скулил, пытаясь лизнуть в мокрое лицо.
Ничего от меня не зависит? Ну уж, нетушки! Тогда зачем я вообще живу?
От этой простой мысли стало немного легче. Подняв зарёванные глаза к белесо-голубому небу, стоя на коленях на необитаемом острове из мёртвых листьев (одна, не считая собаки), я попросила Господа, чтоб вразумил, указал путь. Сказано: «Не убий»… Но как же их одолеть?
Ночью не давали спать грохочущие по Киевскому шоссе танки, утром встала с плитой на груди. Депрессия, от которой не помогали никакие молитвы. Я поняла, что не знаю себя. Что, оказывается, отчаянно люблю Родину – ту, которой больше нет. «Кипучую, могучую, никем непобедимую», где нет богатых и бедных, где «дружба народов – надёжный оплот», где всё «самое-самое». Где прорабатывали на комсомольских собраниях за тунеядство и аморалку, где шли диспуты о любви и дружбе и дискуссии, унизительно ли брать чаевые.
«Дремучие двери»: «Она сходила с ума от тоски по этому искусственно тепличному миру, комфортному родному аквариуму, пусть тесноватому, но … Теперь, когда аквариум разбит и хлынул в рот и нос «воздух свободы», оказавшийся грязным и ядовитым, она безумно захотела домой. Назад в СССР. Даже очереди вспоминались теперь с нежностью. Даже цензура, от которой она, вроде бы, столько натерпелась. Будто теперь не громили, не закрывали оппозиционные газеты! Не убивали неугодных журналистов. На экране знакомые и незнакомые ельциноиды, брызжа слюной, требовали «суровых мер». Ходили зловещие слухи о расстрелах на стадионе, о множестве раненых и изнасилованных, о горах вывезенных куда-то трупов.
Смутит её и позиция Патриарха, не только промолчавшего, вопреки обещанию, после всенародного «пролития крови», но и побратавшегося при всех с кесарем-убийцей, нагло искавшим церковного покровительства своим непотребствам. Вспоминался Сталин, никогда не использовавший церковь для своих политических разборок и не маячивший после расстрельных процессов в храме со свечкой. Он брал грех на себя.
Митрополит Филипп отказал в благословении пролившему кровь Ивану Грозному – великому государственнику!
Разве допустимо, чтобы паства, как и в преддверии Великой Октябрьской, опять связала Церковь с ненавистной государственной машиной угнетения?
«Никто не даст нам избавленья – ни Бог, ни царь и ни герой»…
Можно ли мириться со злом – не в отношении себя лично, но твоих ближних и дальних? Всё то же гамлетовское: «Быть иль не быть?». «Молчанием предаётся Бог.» Сказано: «Не противься
Что же делать, Господи? Научи, вразуми…»
Я открою наугад Библию, хотя отец Владимир запретил мне искать таким образом разрешения жизненных проблем. Выпал второй стих из 30 главы Иеремии:
«…напиши себе все слова, которые Я говорил тебе, в книгу».
И опять наплакалась, но уже светло и радостно. Конечно же, книга. Напишу и издам. Хватит митинговать перед роднёй, соседями, на рынке и в электричках. Настал «момент истины» - поведать о главном, что мне открылось с той давней июльской ночи, когда с дерзновением попросила у Господа допуска к Его тайнам. И потом, «в минуты роковые» – все выстраданные размышления, сомнения, переживания на газетных и журнальных полях, на клочках бумаги и накладных от фирм с ценами за розы и хризантемы, - надо собрать воедино и по горячим следам, как это ни трудно, постараться «забить в пушку туго». Чтоб выстрелила. Потому что «слово – тоже оружие», о чём мне и было напоминание свыше.
В БЕСЕДКЕ С: Александром, Д. Н. и свежей прессой
Член – плати взносы
Александр: - Но ведь из каких-то фондов нужно покрывать издержки на работу самого изан-банка!
Ю.И.: - Само собой. Оплата помещения, компьютерное обеспечение, труд операторов, охранная служба и т.д. Думается, здесь речь должна идти о членских взносах. Первая ступень членства в Изании (программа взаимного жизнеобеспечения или «хлеб насущный») – незначительные, приемлемые для всех суммы. Вторая ступень – участие в замыслах и проектах, своих и друг друга, – здесь взносы целесообразно поднять по договорённости. Третья ступень – духовно-нравственное восхождение, программы возрождения страны, инвестиции в медицину, культуру, экологию…
Но это уже подвижничество. Если удастся в светлом изанском будущем вывести таких «народных олигархов», им и взносы в руки.
Но распоряжаться они будут только
Слона-то ты и не приметил!
Александр: - Деньги из воздуха. Слушайте, мне нравится вместе с вами виртуально «проживать» такие околокоммунарские варианты. Лишь так начинаешь понимать иллюзию построения подобных систем.
Ю.И.: - Слона-то вы и не приметили. «Иллюзия» уже здравствует, множится, особенно за рубежом, а иные провидцы её даже побаиваются. Настоятельно рекомендую прочесть статью со скучным названием «К вопросу о перспективах возникновения корпоративных юрисдикций», недавно присланную Юстасом на наш форум. Приведу лишь отрывок:
«Интернет-технологии позволяют организовать совместную работу большого количества людей на основе их прямых связей друг с другом, без обязательного участия посредников в виде громоздких иерархических структур, и, снимая с коммуникаций почти все пространственно-временные ограничения, обеспечивают превосходство потребительских качеств электронных форм воздействия. Другие же из упомянутых технологий, подкрепляя тенденцию «соединения всего со всем» (
Всё это в ближайшей перспективе резко сокращает потребность экономики в формальных, построенных на чиноначалии управленческих структурах, устанавливает господство электронных форм ведения бизнеса и делает виртуальное пространство, а не чью-либо суверенную территорию, местом совершения экономических событий для очень многих видов таких явлений. Кроме того, возможность установления прямых связей всех со всеми обезоруживает все системы контроля экономических отношений, опирающиеся на знание инструментов и средств, и прежде всего – государственные.
Причина этого кроется в том, что связь «всех со всеми» подразумевает беспрецедентно высокую множественность вариантов по любому конкретному поводу, а значит, и способов достижения желаемого. Причём каждое появление нового участника сетевых взаимоотношений во много раз увеличивает число этих способов. Поэтому возможность связи всех со всеми создаёт ситуацию, когда для любого действия всегда найдётся доселе неизвестная форма его реализации, а контролировать неведомое невозможно. То есть становятся реальностью общедоступные и независимые электронные деловые «площадки», предоставляющие на договорной основе практически весь спектр сервисов, необходимых для ведения предпринимательской деятельности, - от платёжных систем, бухгалтерии, делопроизводства и средств коллегиальной работы до правовой и страховой защиты нарушенных прав своих участников. Причём нет объективных ограничений на то, чтобы физически разместить
Вот вам и «иллюзия»! Так что Изания пока не поздно должна приручить данного «слона», чтоб работал во спасение России (и не только России), а не служил «зверю».
За что ж вы Ваньку-то Морозова?
Д.Н.: - Юлии Ивановой о безнадёжных мероприятиях. Если изан-банк работает на основе системы юридически оформленных взаимных долговых обязательств, то он ничем не отличается от обычного банка, работающего с деньгами. Оттого, что деньги будут называться как-то по-другому, они не перестанут быть деньгами. Они будут накапливаться у одних и утекать от других. Появятся проценты и ростовщики. У тех, кто не сумеет вернуть кредит, будет отбираться имущество – иначе не обеспечить выполнения долговых обязательств.
Ю.И.: - Бояре, а мы к вам пришли, раз уж вы к нам «ни ногой». А зря, потому что никак не врубитесь в сущность Изании: в то, что деньги в изан–банке играют исключительно условную роль – меры подлинных ценностей (конкретного труда, услуг, ресурсов), которые эти деньги олицетворяют. То есть они строго материализованы и не подлежат инфляции.
Поэтому «накапливаться» и «утекать» они будут прямо пропорционально результатам труда и вклада в общее дело. О «процентах и ростовщиках» Вам уже ответили. Ну а по поводу «отъёма имущества» – опять непонимание, потому что изан-банк будет принимать «долги», в основном, работой на Изанию и предоставлением ей в аренду недвижимости и механизмов, пустующих участков под теплицы и фермы, дач для отдыха и т.д. Тем самым стимулируя внутренние силы и ресурсы народа, его пробуждение и объединение не в грехе, не в корысти, а во взаимной самореализации. Поэтому «должникам» будет просто оказана активная помощь в отыскании резервов для успешного погашения долга. Говорят, многие художники, писатели и композиторы создавали свои шедевры «за долги» – разве не так?
Д.Н.: - Вариант 2. Изан-банк работает на основе возвышенных принципов, в соответствии с которыми взятые взаймы деньги возвращать не обязательно.
Ю.И.: - Повторяю – счета в изан-банке только именные и в условных иуе, поэтому «друзья и родственники» смогут реализовывать «важные социальные проекты» лишь за свой счёт. А вообще-то смысл Изании в том, что нам нужны будут услуги в любой точке земного шара, поэтому, как пелось в Союзе: «Поедешь на Север, поедешь на Юг – везде тебя встретит товарищ и друг». То есть «родственники» у нас как бы повсюду.
Изан-банк - это мозг, соединённый со всеми клетками единого организма тысячами нервов и кровотоков. Поступает сигнал от клетки – мозг посылает ей кровь и кислород – ровно в том количестве, которое требуется. В безумном нынешнем мире каждый требует больше, чем надо – во вред другим и себе. Это и есть нарушение Закона Неба, второй заповеди.
Совет банка вообще-то нужен для спорных и экстремальных ситуаций. Но естественно предположить, что он может «рехнуться» и начать действовать по принципам кумовства. Рыба тухнет с головы – эта аксиома уже навязла в зубах истории. Но у мозга Изании нет «чужих», кроме тромбов и опухолей, он сознаёт, что, обделив самый малый орган, лишишь себя рано или поздно его помощи. Что какой-либо «недофинансированный» учёный, не дай Бог, атомщик, может ведь уехать на Запад со своими идеями, и его бомбы полетят нам на голову, то бишь на этот самый «мозг».
Никакой духовно здоровой клетке не придёт на ум хапать больше, чем нужно. В этом –
ВОТ БЫЛА БЫ ИЗАНИЯ…
Дырка без бублика
«Кто сможет жить в таком доме? Ну, например, студенты, снимающие квартиру. Удобно ведь…» Примерно так год назад руководитель инвестиционных программ строительства Москвы говорил о сенсации на рынке столичной недвижимости – строительстве первого муниципального доходного дома, квартиры в котором будут не продавать, а сдавать. А там – за одним домом последуют другие, и аренда квартир станет делом недорогим и надёжным. Ведь сдавать их будет государство.
Но прошёл год. Доходный дом почти построили. Надо думать, что одновременно выросли доходы студентов: цена самой дешёвой квартиры в доме… 3000 долларов в месяц.
Таких двухкомнатных квартир в доме немного – 6.
А «трёшка» (их 19) будет стоить уже 3500-4000 долларов, каждая из 21 четырехкомнатных квартир – 5200.
Есть и семикомнатная квартира за 12 штук…Студентов в доходном доме не ждут. Предназначен он для бизнесменов, и в ДИПСе уверяют, что желающие «снять угол» уже появились.
Переходить после возведения таких хором к строительству доходных домов для простых людей трудно. Да делать это никто и не собирается. Потому что невыгодно.
- Программа по строительству жилья рядом с рынками, для торговцев, разрабатывалась лет пять назад, - говорит начальник отдела маркетинга ДИПС, - но от неё пришлось отказаться. Если дешёвые панельные доходные дома строить на бюджетные деньги, то они будут окупаться 30 лет. А если ещё и кредиты брать – проект сразу окажется убыточным.
- Ждать 30 лет московское правительство, естественно, не захотело. И сдало всех желающих снять квартиры в руки риэлторам. Само же пустилось в погоню за забугорным бизнесменом и туристом. Для них тот же ДИПС предлагает построить 10 трёхзвездочных гостиниц. Тоже недешёвых.
- Предполагается, что однокомнатный номер будет стоить 90 долларов в сутки, а двухкомнатный – 120, - говорит господин Леонов, - но я думаю, что реальные цены будут в два раза выше.
- В общем, гостям столицы нужно быть не только щедрыми, но и терпеливыми. Из десяти будущих гостиниц место пока подобрано для одной. И строить её начнут только в ноябре 2000 года. Так что богатому интуристу в Москву торопиться незачем.
А бедному и подавно. Мест в недорогих отелях пока нет. Как и самих отелей.»
ЗАВТРА БУДЕТ ХУЖЕ, ЧЕМ ВЧЕРА…
(середина девяностых)
Теперь я прихватывала с собой на рынок общую тетрадь. В «мёртвые часы» (с одиннадцати до четырёх, когда покупателей было мало), удавалось написать несколько страниц. Иногда увлекалась, забывая о клиентах. Как-то подняла глаза – знакомое лицо. Сам Кобзон, Иосиф Давыдович, который теперь проживает на бывшей нашей даче в Баковке. Протёрла глаза – точно, он. Горе у него - купил на похороны матери тюльпанов. Царствие ей Небесное…
Потом как-то Татьяна Лаврова приобрела сорок жёлтых нарциссов – тоже на материны сороковины. Захаживал часто Леонид Замятин - бывший завотдела информации ЦК, - за розами и гладиолусами. Я колдовала над букетом, стараясь попутно выпытать побольше этой самой «информации» и политических прогнозов.
Эммануил Виторган любил ромашки, а Александр Ширвиндт – бордовые голландские розы. Почему-то предпочитал всегда покупать у меня – однажды даже не хватило цветов: у жены был юбилей. Собрала ему лучшие розы со всего рынка, получился огромный шикарный букет.
Перед выборами поинтересовалась – за кого он будет голосовать? Помявшись, артист замечательно выкрутился:
- Знаете, всё-таки за этих… За бывших…
Понимай, как хочешь.
У каждой продавщицы на рынке были свои любимцы, для которых товар отпускался бесплатно. Особенным успехом пользовались Пётр Глебов, Валентин Гафт, младший Табаков (Антон), всегда подолгу задерживающийся в мясном ряду. Певец Игорь Суруханов с хорошенькой темноволосой женой Леночкой, ставшей впоследствии белокурой Пресняковой. Захаживали и политики – их, кроме меня, никто не узнавал. Однажды заскочил Явлинский с кудрявой непокрытой головой, запорошённой снежком. Купил у южан белые крупные хризантемы и умчался.
- Знаешь, кто это был?
Потом Равшан долго меня ругал, что не предупредила, - он бы больше запросил, раз депутат.
У меня никаких фаворитов не было – цветов я не дарила, зарабатывая на издание «Дверей». Только однажды, как-то осенью, увидела невысокого худощавого человека со странно-знакомым неулыбчивым лицом, про которого Александр Аркадьевич Галич сказал бы: «Был похож он на чуть постаревшего мальчика». Сразу же защипало в горле – ассоциации с какими-то эмоциями… Ну конечно же, подросток из «Иванова детства» и «Колокола» Тарковского, с которого я всегда уходила зарёванная. Николай Бурляев. Он молча стоял в проходе, глядя на мои «икебаны» из розовых георгинов-лотосов.
- Вам что-либо предложить, молодой человек? – улыбнулась я.
Он шагнул к прилавку.
- Так, наверное, очень дорого?
- Ну, для вас, Николай, не знаю отчества, будет бесплатно, - я протянула ему самый красивый букет.
- Спасибо. Вот Танечка обрадуется!.. - он сказал то ли «Танечка», то ли «Леночка» – видимо, о дочке или жене.
Мы проговорили около часа, отвели душу. Он поведал о планах создания «Золотого Витязя», я – о публикации книги. Поддержали духовно друг друга и пришли к выводу, что надо бороться. Я предсказала, что мы ещё обязательно встретимся в каком-то грядущем бою, он обнял меня со словами: «Есть ещё в жизни светлые минуты».
Спустя почти десять лет мы действительно встретимся. И будет «Витязь», и будет книга. И «завтра будет хуже, чем вчера». Но бой будет у каждого свой.
Ну а тогда от «последнего и решительного» меня спасёт рынок. Гвоздики, розы, хризантемы, уже не молдавские и хохляцкие, а голландские. Шикарные букеты для «буржуинов». Опять я работала зимой, ежедневно - к рассвету приезжать, в шесть затемно уезжать. Брала цветы у фирм на реализацию, составляла сама и помогала «азикам» оформлять вошедшие в моду композиции в целлофане, неверно именуемые «икебанами». К тому времени и у южан постепенно кончалась эйфория по поводу новой власти.
- Ты только подумай, Юлия, - сетовал один из них в минуту откровения, - я всегда считался в семье дурачком, никудышным. Отец и мать – с высшим образованием, ответственные работники, старшие братья и сёстры тоже - кто отличник, кто в институте… Отец сказал: «Поскольку ты у нас ни на что больше не годен, поедешь в Москву гвоздикой торговать». А теперь они все безработные, никому их образование и способности не нужны, а я, бездарь и двоечник, кормлю всю семью. Что ж за х…ня такая у нас получилась, а?
БЫЛ МЕСЯЦ ДЕКАБРЬ
B БЕСЕДКЕ С: Александром и Генрихом Боровиком
Чтоб не отлетело колесо…
Александр: - Должна ли цена в Изании зависеть от соотношения спрос-предложение? Единственный непонятный мне момент – будет ли цена зависеть от соотношения спрос-предложение или будет целиком подчинена Госплану. А в остальном, всё в точности напоминает биржу, а никакой не «координирующий центр». Вот только одна из основных задач биржи – точно установить цену на продукт в данное время, несколько завуалирована. Надеюсь, Юлия нам это прояснит.
Ю.И.: - Цену на свои услуги и товары, повторяю, изанин устанавливает сам, и, поскольку в развитой Изании в базе данных будет несколько, а то и не один десяток одинаковых предложений, то потребитель, естественно, получит возможность выбирать. Так что завышение цен не пройдёт, равно как и халтура, из-за внутренней конкуренции. А если цена у какого-то монополиста будет выше рыночной, то изанский потребитель, естественно, просто обратится на обычный рынок и монополист тоже прогорит.
Но мы, в отличие от биржи, именно «координирующий центр», и вот почему. Допустим, у нас в Московской области неурожай яблок, а в соседней Рязанской – изобилие. Машины не у всех, энергия и инициатива – и подавно, рынки схвачены мафией, так что яблоки в Рязани скармливаются свиньям или идут в компост. В это время отдельные шустряки, как правило, кавказцы, скупают их за бесценок и везут на «биржу» в Москву, где оптовые цены, естественно, завышены, а на рынках со всякими накрутками - и вовсе поднебесные. Но зато в Московской области преизбыток предложений водителей со своим грузовым транспортом. Поскольку Изания, по замыслу, представляет собой «единый организм», то и нашим садоводам из Рязани, и любителям яблок из Москвы, и шофёрам, желающим не прогореть, достаточно кликнуть нашу базу данных и найти для себя оптимально выгодный вариант. То есть к рязанцам приедут простаивающие московские шофёры и отвезут яблоки в наши районные столы заказов, откуда их назавтра заберут счастливые изане. А желающим и на дом доставят за дополнительную умеренную плату. Также рязанцам в аварийной ситуации можно вызвать для сбора и сохранения урожая помощников с передвижным рефрижератором или мини-цехом по консервированию. И никто при этом не пострадает, всем будут зачислены надлежащие иуе.
Если у нас перепроизводство преподавателей–компьютерщиков или строителей – перебрасываем их в те районы, где таковых нехватка. Допустим, в живописные сельские края можно поехать на лето с семьёй отдохнуть, а заодно на практике обучить молодёжь строительной профессии, автоделу, организовать компьютерные классы. Врачи различных профилей могут ездить по вызовам в краткосрочные командировки в отдалённые районы, давая консультации, проводя обследования и несложное лечение, а по необходимости направляя к нашим специалистам в центр. Тоже всё без накруток и поборов, потому что счета в иуе на виду.
То есть Изания, в отличие от биржи, где каждый желает получить максимальную прибыль, пусть за счёт других, представляет собой гибкий единый организм связи всех «своих» со всеми, независимо от места жительства. Имеющий возможность посылать рабочую силу, товары и услуги туда, где это необходимо, и по разумным, внутренне регулируемым ценам. Изания, в отличие от биржи, оберегает своих членов от убытка и разорения, она кровно заинтересована в нормальном функционировании и благоденствии всех – в этом её отличие от рыночной экономики вообще. Потому что для нас прибыль – не самоцель, не нажива, а возможность помочь друг другу реализоваться на максимуме духовно-творческого потенциала. И чтоб у нас тоже были профессиональные кадры во всех областях жизнедеятельности, обеспеченные всем необходимым – свои врачи, учителя, строители, садоводы, водители. Потому что, если у кого-то в дороге отвалится колесо или разболятся недолеченные зубы, пострадает не только водитель или дантист, но и мы все по цепочке.
Три истории, рассказанные на ночь Генрихом Боровиком
в передаче о Сталине
История 1. Шёл просмотр трилогии молодых режиссёров Козинцева и Трауберга о Максиме. Козинцев очень волновался и не отрывал глаз от лица Сталина. В какой-то момент вождь повернулся к соседу и явственно изрёк:
- Это никуда не годится.
Козинцеву стало плохо, он завалился на бок, задел какую-то аппаратуру и вырубил звук. Кадры, когда Максим лезет на столб и произносит пламенную речь, прошли беззвучно. Наконец, Траубергу удалось звук восстановить, фильм продолжался. Потом началось обсуждение. Вождь спросил:
- Вот я не понял – к чему эти новации со звуком?
Трауберг дрожащим голосом объяснил, что в замысел немая сцена не входила, просто Козинцеву стало плохо и он случайно отключил аппаратуру.
- А почему товарищу Козинцеву стало плохо?
Козинцев признался, что из-за слов «Это никуда не годится».
Вождь помолчал и произнёс с усмешкой:
- Эти слова не имеют никакого отношения к хорошей картине товарищей Козинцева и Трауберга.
Все облегчённо зааплодировали, заулыбались. А Сталин добавил:
- Кстати, враги советской власти за рубежом ежедневно повторяют, что работа товарища Сталина никуда не годится, но он от этого в обморок не падает.
История 2.
Младший сын вождя Василий что-то нашкодил. Распекая его, отец сказал:
- Ты думаешь, что ты – Сталин. Но ты - не Сталин. Даже я – не Сталин. Сталин – там.
И указал куда-то вверх.
История 3. У Сталина был друг по семинарии, священник, которого он как-то пригласил к себе. Священник долго думал, в какой одежде явиться к вождю, главе коммунистов-безбожников. Решил снять рясу и облачиться в гражданское.
Его проводили в кабинет. Сталин поднял голову от бумаг и укоризненно покачал головой, указав на небо:
- Его не боишься. Меня боишься.
«РОССИЯ, ТЫ СДУРЕЛА!»
(середина девяностых)
Случались теперь на рынке и частые облавы, якобы в поисках наркотиков, с собаками и оружием. Всех южан сгоняли на пустырь, усаживали спина к спине или укладывали прямо на землю лицом вниз, проверяли документы и обыскивали. Все наличные при этом, разумеется, изымались. О «шмоне» часто предупреждали по тайным каналам - тогда товар прикрывался спешно мешковиной и рынок мгновенно пустел. Или же облава начиналась внезапно – тогда, побросав товар, продавцы кидались врассыпную. Порой кто-либо, проносясь мимо, совал мне в карман куртки бумажник или перетянутый аптечной резинкой пакетик– русских не трясли. Содержимое этих бумажников и пакетиков я никогда не проверяла. До сих пор крещусь, что Бог миловал и ни одному ротвейлеру не пришла в породистую голову мысль обнюхать мою куртку, в которой таилось нивесть что.
Со временем южане приспособились нанимать продавщицами девчонок с Украины, Белоруссии, Молдавии, бежавших в столицу уже не существующей Родины от суверенного беспредела. Желательно блондинок, служивших одновременно и «рыночными подругами» – ну там сготовить, постирать, приласкать в гостиничной койке. А при случае и от шмона прикрыть грудью вперёд. Порой девчонки попадали в самое настоящее рабство, и в их глазах светилось злобное торжество, когда мучителей лупили по почкам и укладывали штабелями в грязь. Иные же влюблялись, тигрицами кидались на защиту сезонных мужей и даже произносили перед журналистами пламенные речи о нарушении «прав гостей столицы».
Зарабатывала я неплохо, бралась за любые заказы, в том числе составляя «икебаны» для клиентов южан – десять-пятнадцать рублей за каждую. Главная цель – книга. Рубли тут же в обменнике переводила в баксы и хранила дома «в чулке» - нынешнему государству я верила не больше, чем соседским козам, от которых регулярно заматывала проволокой щель в калитке. Часть денег отсылала в оппозиционные фонды – единственное, чем могла насолить ненавистной власти. Да ещё порой сочиняла злые стишки, отправляя под псевдонимами в «Завтра» или «Совраску». Иногда печатали.
«И жуют из вас шашлык эсэнгэпаханы…»
СНГ… Я ненавидела эту аббревиатуру и нарисовала как-то большой гроб, обвитый траурной лентой с многочисленными надписями в виде мрачных вариантов расшифровки: «Сбылись Надежды Геббельса, Сбылись Надежды Гитлера, Страна Набита Гадами, Сколочен Нами Гроб…». И «Гимн ельциноидов»:
Гибни, отечество, стадо покорное!
Свалка народов сгорит и сгниёт.
Знамя советское, знамя народное
Вождь наш на рынке продаст и пропьёт!
В преддверии декабрьских выборов я однажды нахулиганила в полупустой электричке, украдкой написав на стенном пластике чёрным карандашом для повода глаз:
Товарищ, верь, придёт она –
Иуде Ельцину хана,
И всю их свору под конец,
Ждёт неминуемый…
Дальше поставила многоточие, чтоб получилось нецензурное. Спустя несколько дней села случайно на то же место – мои вирши кто-то наполовину стёр. Изловчилась и восстановила пробел – всё тем же косметическим карандашом. Конечно, детский сад, но немного полегчало. Потом увидала первое двустишие на митинговом плакате в Москве, только вместо «Иуде» стояло «команде».
Затем были выборы. Глаза слипались, но решила дождаться результатов, поставила в ногах кровати портативный телевизор. Демократы раздавали интервью, накрывали столы, готовясь праздновать победу.
Помню, как вытягивались их лица, как от растерянности ведущая перебрала шампанского и понесла околесину. А потом, чем больше оглашалось цифр и нарастала паника по ту сторону экрана, тем сильней ликовала моя душа. В конце концов, я тоже напилась на радостях, отыскав початую бутылку с какой-то дрянью.
«Россия, ты сдурела!»
Но опять ничего не изменилось - Васька слушал да ел. Из двух зол по-прежнему выбиралось большее, или оба сразу. И, как в популярном клипе, время от времени «случалось страшное». Рушилось, гибло – надежды, мечты, предприятия, наука, армия, люди, библиотеки, киностудии, судьбы… Вокруг постоянно что-то взрывалось, обваливалось, горело, гнило, сотрясалось, исчезало с лица земли.
«Какой тебя отравой опоили? В притон каким обманом завели?» – безответно вопрошала народ певица.
«И духовно навеки почил»…
2003 год
СВЕТЛОЕ БУДУЩЕЕ
Был месяц январь
Ю.И.: - Всех с Новым Годом и Рождеством Христовым - с наилучшими пожеланиями и благодарностью за сотрудничество! Пусть верящие в Изанию в новом году возрадуются, сомневающиеся - поверят, а упёртые противники – засомневаются: мол, чего это я такой упёртый?
B БЕСЕДКЕ С: Александром, Андреем и Игорем
Причём тут проценты?
(Запоздалый ответ на 5 декабря)
Александр: - Кредит беспроцентный. Но бухгалтеру и уборщице заплати. Бред. («На счёт нашего юриста или бухгалтере поступает от данного клиента соответствующая сумма»). А ещё надо заплатить управляющему, охраннику, уборщице и т.д. Спрашивается – какой же он беспроцентный, этот кредит, после этого???
Ю.И.: - Вот вы, к примеру, берёте в долг у приятеля энную сумму под заверенную у нотариуса расписку, и нотариус при этом получает свой гонорар за оформление кредита – при чём тут проценты? «Проценты» – это когда приятель просит с вас за пятьсот зелёных пятьсот пятьдесят.
Изан-банк - это не столько банк в общепринятом смысле, сколько касса Взаимопомощи. Для неё, если не удастся сразу обосноваться в интернете, потребуется помещение, компьютеры, операторы, уборщица и охрана. Здесь хозяевами будем мы сами, кровно заинтересованные в успешной работе кассы и других служб Изании, потому и придётся собирать членские взносы на необходимые расходы. А роль потенциального управляющего банка прочтите в моей статье «Как спастись олигарху?».
О небе и унитазе
Александр: - Основная надежда Изании состоит в том, что люди будут сознательные и воровать не станут, не будут вообще проявлять отрицательных качеств. Если так рассуждать, то тогда деньги вообще не нужны. Раз все такие сознательные («от Неба», как говорит Ю.Иванова), то работать они будут, не покладая рук, много и качественно, а потреблять исключительно по потребности, без излишеств.
Ю.И. - Идеальные – нет, но сознательные – да. Разумные. У Чернышевского есть термин: «разумный эгоизм», к которому нарисованная вами в послании потребительская вакханалия («Приходит, например, в изан-магазин и берёт сколько чего ему нужно, а денег не платит – он ведь проникся «великой изанской идеей!») не имеет никакого отношения, равно как и к Изании. Хомо Сапиенс покупает в изанском столе заказов ровно столько продуктов (или обедов на дом), сколько ему необходимо, потому что их стоимость будет снята с его личного счёта. Так какого ляда ему тратить лишнее на жратву, когда ему нужны, к примеру, средства, чтобы заплатить за учёбу сына в престижном вузе?
А работать не покладая рук они будут не ради пуза, тряпок и прочей «сладкой жизни», а чтобы накопить средства на что-то более достойное, с их точки зрения, звания Хомо Сапиенса. Ну, к примеру, я бы в Изании вкалывала, чтоб поставить фильм по «Лунным часам» (возможно, в доле с другими – с актёрами, режиссёром или простым строителем ). Получив гонорар, продолжала бы вкалывать не только, чтобы экранизировать «Дремучие двери» или «Последний эксперимент», на который, кстати, при советской власти был договор на «Мосфильме», но, возможно, вложила бы средства в помощь романовским овцам, о катастрофической судьбе которых сообщила сегодня на форум, или талдомским поросятам. А, получив прибыль, помогла бы ещё кому-то поставить фильм, построить медицинский центр или картинную галерею, или вложила в какие-нибудь ноу-хау. И, безусловно, в главное, - в развитие Изании.
И поверьте, никогда бы не пожалела, даже если б прогорела. Потому что самое безумное для меня исповедывать общепринятую точку зрения: «Только то, что съел – твоё».
Знаете, кто так думает? Унитаз.
Померещится же такое!
Ю.И.: - 1. Программист не «подделает перевод электронных денег», потому что у каждого будет личная электронная карта с индивидуальным счётом и обман сразу же выявится.
2. «Верховный Определитель цены на товары и услуги» не будет ошибаться и не будет «симпатизировать кому- либо», потому что (сколько можно повторять) цены на свои товары и услуги каждый назначает сам.
3. «Верховный Инквизитор Изании» будет наказывать только тех, кто заслужил наказания. ( А этот вам не иначе как под Рождество померещился).
4. «Фермер не разбавит сметану и молоко водой» просто потому, что тогда в следующий раз все начнут их заказывать у других фермеров.
2003-01-09
Товарищ Сталин выслал бы вас на Соловки к чёртовой матери!
Ю.И.: «Цену на свои товары и услуги, повторяю, изанин устанавливает сам.»
Александр: - Это очень существенное дополнение! Т.е. в своей заявке об участии в торгах изанин не только должен указать, какой товар или услугу он может предложить на рынок…(т.е. «рынок» – это у вампиров-буржуинов, а у одухотворённых изан – «компьютерная база данных»), но и
Вы сами не представляете, на какой компромисс согласились, разрешив рядовому изанину назначать цену. Товарищ Сталин выслал бы вас на Соловки к чёртовой матери!
Я почему-то думал, что Вы выберете тотальный контроль за ценами со стороны наичестнейшего правительства Изании – ан нет. Даже не знаю, радоваться или печалиться этому факту…
2003-01-04
Андрей: - И с чего вы это, батенька, взяли? С самого начала разговора в десяти местах на этом форуме мусолилось, что цену своим услугам (товарам) будет назначать сам изанин. А купят у него или у другого, решит
Вы, по-видимому, до сего момента бомбили ветряную мельницу. Рад видеть, что ваш взор прояснился. Интересно, надолго ли.
2003-01-04
За что боролись? Или: зачем стриптизёрши ехали в автомобилях
с мешками картошки на дачу с фонтанами?
Александр: -
Слушайте, так это что же начнётся тогда?
Изане будут стремиться к извлечению выгоды? Т.е. по дешёвке продавать товар не станут, будут ждать сезона, возникнут спекуляции, кое-кто сообразит, что на разнице в ценах можно неплохо подзаработать иуе. Которыми потом можно рассчитаться в изанском санатории на берегу лазурного моря, заплатить изанским массажисткам или даже изанским стриптизёршам! А заодно купить несколько автомобилей у чересчур честных изан (которым совесть не позволит заломить цену) да пару дач с фонтанами…
Вам это ничего не напоминает? За что боролись?
2003-01-08
Ю.И.: - У нас на даче в конце сентября продавали с грузовиков картошку по 7 р. за кило. Кто запрашивал больше – прогорал. Хранить такой товар продавцам негде, накладно и рискованно – какого такого «сезона» им ждать? В Изании будет естественная саморегуляция цен. К тому же выше рыночной всё равно не запросишь – тогда покупатели плюнут на Изанию и побегут на рынок.
Да и со «стриптизёршами» у нас будет напряжёнка – не по адресу. Что же касается автомобилей, так ведь все сделки - в базе данных. Ну, один автомобиль купишь «по дешёвке», а по поводу второго тебя уже спросят: «Ты что, дядя, солить их собрался?» И сразу засветишься.
Александр: - Если вы дадите изанам потреблять столько товаров и услуг, сколько они захотят, то это быстро приведёт к деградации.
2003-01-08
Ю.И.: - Так ведь не бесплатно им позволят всё это потреблять! Допустим, вы сдали Изании 100 мешков картошки на тысячу иуе. Репетитор, который подготовит вашего сына к поступлению в вуз, берёт от пяти до десяти иуе в час. Кроме того, за триста иуе можно отдохнуть всей семьёй в Крыму на изанской даче. Так зачем вам потреблять «сколько захочу» пусть самых раздешёвых яблок, если у вас все иуе на учёте? Ведь не кидаетесь же вы на рынке скупать тоннами всё подряд по бросовым ценам! Не забывайте также, что рынок предлагает товары разного качества за разную цену.
2003-01-09
Александр: - А представьте, что вы просто позволяете забрать товар… Куда девать чуть худшие яблоки, ведь изанин выберет, конечно, лучшие (раз платить не надо)?
Если у вас есть деньги, но вас не интересует сушёная пенька, почему вы должны её покупать? Наличие одних только средств для покупки не означает спроса, нужно ещё и желание. Теперь понятно?
2003-01-09
Ю.И.: - Если кто-то отдаёт товар даром, Изания целенаправленно распределяет его многодетным и нуждающимся. Худшие яблоки – перерабатывает на сок. Лучшие – можно и продать с уведомлением, что средства поступят в фонд Изании (допустим, на компьютерное обеспечение «глубинки»).
А ваш бедолага с «сушёной пенькой» и на обычном рынке вряд ли кого-либо зацепит. Причём тут Изания?
2003-01-15
Игорь – Александру: («Идеальные люди»). - Конечно, рая на Земле не будет, но его всё равно нужно строить, иначе воспроизводится ад.
2003-01-16
УШЁЛ ГОСПОДЬ…
(середина девяностых)
Усталая, я спешила от рынка к электричке с набитым кошельком и пустой картонной коробкой, в которой возила цветы; и вокруг такие же, как я, «вписавшиеся в рынок» - писатели, инженеры, учёные, врачи, студенты, школьники, художники, учителя. Побросав свои профессии и служение, – продавали, доставали, доставляли, перепродавали, торговались, отдавали деньги в рост. Иные с распухшими карманами летали на Гавайи-Канары, что-то лихорадочно приватизировали, обрастали мерсами и кирпичными хоромами. Окрест стонала и плакала «сдуревшая Россия», взывая к совести и справедливости власти и продолжая верить «в добрые намерения царя».
Сдуревшие от крутых окладов телеведущие и борзописцы хором клеймили «злодея-Сталина» и «проклятых коммуняк, доведших страну до ручки», не желая даже слушать, что это при Горбачёве сначала исчезло мыло, а потом постепенно всё, включая совесть.
«Кипучая, могучая, никем непобедимая» быстро перестроилась. Размалёванная, пошлая., коробочно-картонная, пародийная, похожая на портовый перевалочный пункт этими тележками, ящиками, тюками… Будто все разом кинулись куда-то переезжать, эвакуироваться, спасаться с тонущего корабля. То ли, заделавшись спортсменами, рванули марафон – в этих китайских и турецких вьетнамках и тренировочных костюмах с поддельными «адидасами». Или всем миром собрались на панель, скупая пёстрые вызывающие тряпки из гардероба портовых шлюх. Даже продуктовые прилавки своими ядовито-кричащими упаковками напоминали товары для туземцев. И надо всем «базаром» неслось из многочисленных усилителей буханье и уханье пополам с лаем и визгом - будто свора собак сцепилась на случке. Такие же звуки эти ребята с наушниками вбивали себе в мозги в электричках – невидящие глаза, рот забит жвачкой, тело, как в морге, проспиртовано… Насекомые на игле, не сознающие своего медленного умирания.
Шустрые бабули с водкой и куревом, нищие и бомжи всех типажей и возрастов, «лолиты» и матроны в мини, всеобщий мат…И вот мы уже не народ великий, а стадо, разбегающееся с бала. И кучер наш – крыса, карета – тыква, и снова нам идти в услужение к госпоже-мачехе с бездельницами-дочерьми и прочей кровососущей роднёй.
Ваучеры, девальвации, деноминации, филькины фонды и обещания – будто Воланд со своей свитой давал ежедневный сеанс чёрной магии с последующими разоблачениями. Реальность на глазах расползалась и смердела, будто плоть, которую покинула душа.
«Ушёл Господь»… - печально думала я, занося все эти горькие впечатления , размышления и выводы на листы будущей книги – перетянутая цветочной резинкой бумажная трубка в спортивной сумке через плечо - среди катушек с цветными лентами, стиплером и «тормозком» в целлофановом пакете. Уже стало ясно, что книга эта войдёт в «Дремучие двери»: поначалу - трагическая любовная история, затем – путь к Богу, и, наконец, «минуты роковые» - так я условно именовала происходящее. На «пиру богов» было одиноко и мучительно, оставалось лишь горько размышлять да жевать принесённые из дому бутерброды, запивая раскалённым и чёрным (почти чифирь) чаем из общего термоса.
Дома – тоже не слаще. Мужики (Борис, зять, соседи, знакомые) потихоньку спивались. Возвращаясь домой, заставала шумное застолье, поначалу вынужденно присоединялась, пыталась их как-то вразумить, встряхнуть, потом просто стала гонять нещадно, научилась разговаривать на их языке и забивать гвозди. Когда приезжали Вика с зятем, старалась как-то их мобилизовать на огородный фронт, но дела быстро заканчивались всё той же бутылкой. Вика и в Москве с Андреем часто скандалили, он в подпитии становился дурным, пропадал на несколько дней, терял деньги и документы, ничего не помнил. Она разыскивала его по больницам и моргам, сохла на глазах, становясь пепельно-серого цвета и куря сигарету за сигаретой, сидела часами на лоджии – не идёт ли? и отвечала невпопад. Он был хорошим специалистом (невропатолог), но из-за «дури» часто приходилось менять место работы. Внучка Рита росла нервной, с трудным характером, страдая, что мать не обращает на неё внимания, целиком занятая отцом. Ревновала и дерзила.
Всё держалось на свекрови, которой было уже под девяносто, но она по-прежнему волокла все обязанности по дому – уборку, стирку, стряпню, риткины уроки, безропотно выращивая третье поколение и не давая никому подвергать сомнению свои педагогические методы. Я махала рукой и побыстрей смывалась на дачу – ни времени на выяснение отношений, ни желания выяснять не было.
Царствие ей Небесное – если б не она, странная наша семья, наверное, давным-давно бы рухнула, а дело каждого «сгорело».
В БЕСЕДКЕ С: Крашем, Андреем, Александром
и свежей прессой
В ОЖИДАНИИ ИЗАНИИ…
Любил Запад да комсомолочку…
«Только по официальным данным немецкой полиции в прошлом году 1000 белорусских красавиц были проданы в Германию для работы проститутками. Реальное же количество вывезенных девушек в несколько раз выше. Главным образом, это молодые барышни из белорусской провинции. Поставляют живой товар на «улицы красных фонарей» целые синдикаты сексбизнеса, у которых хорошо налажены связи по всей Европе. Большинство белорусок были переправлены за границу легально и не догадывались о конечном пункте своего путешествия. Девушкам обещали работу официанток, посудомоек и нянь. Кроме того, многие из них отправлялись в Германию с целью выйти замуж, познакомившись со своими будущими «мужьями» через Интернет и газетные объявления. После пересечения границы у красавиц отбирали документы. Кроме белорусок за минувший год в сексуальное рабство в Германию попали 120 литовок, 130 украинок, 40 латышек, 85 гражданок Польши и 75 русских красавиц.
Любопытно, что, по оценкам западных спецслужб, из общего числа случаев торговли людьми на торговлю женщинами приходится 99%. Затем идёт насильственное усыновление детей, торговля человеческими органами и дешёвой рабочей силой. Последний пункт в этом списке – торговля спортсменами. Торговля людьми стоит на третьем месте по масштабам получения прибылей после торговли оружием и наркотиками.»
Россия съела всех романовых
«Знаменитая романовская овца на грани вымирания. В коже романовских овец пучки коллагеновых колонок расположены не горизонтально, а переплетены между собой, поэтому мездра имеет очень высокую прочность. А удачное сочетание ости и пуха даёт хорошие теплозащитные свойства. Овчина при носке не сваливается и не образует волокна. Эта овца – самая плодовитая, может приносить ягнят в течение всего года. Вес баранов достигает 108 кг, а от овцы в период лактации можно получить до 200 кг молока, которое превосходит коровье по качеству. Романовская овца не боится холода, в то же время плохо переносит сквозняки, сырость, грязь, склонна к бронхо-лёгочным заболеваниям. Её недопустимо содержать в душных бетонных промышленных комплексах со щелями в полах. Она болеет и вымирает. Крестьянин ведь как делал? Оставлял 5-6 ягнёночков самых жизнеспособных, остальных забивал на мясо, первую поярковую шерсть срезал на носочки, овчина с завитком шла на тулупы.
История романовской овцы уходит в далёкие времена. Официально ей 200 лет. В народе про шкуру романовской овцы говорили, что она: «тёплая, как заячий пух, красивая, как мех песца, и прочная, как волчья шкура».
В 70-е годы в Ярославском НИИ животноводства и кормопроизводства над сохранением и использованием генофонда этой овцы трудились более 50 человек. Сегодня этой овцой не занимается никто, кроме учёных-энтузиастов. В результате романовских овец осталось до смешного мало. В хозяйствах Костромской, Ивановской, Владимирской, Ярославской областей её насчитывается от 100 до 600 голов. В хозяйстве «Тутаево» – историческом центре романовского овцеводства – 100 голов. (Год назад было 200, ещё через год, наверное, совсем не останется).
Специалисты говорят, что такая ситуация объясняется развалом всей отрасли.
- Производство в полном упадке. Дошли до критической точки, - говорит завкафедрой овцеводства и козоводства Тимирязевской академии Е. Карасёв, - дальше некуда. Пострадало Подмосковье – хозяйства разрушены. «Овцепрома» не существует, «наверху» отрасль никто не курирует. Государство отменило заказы на мясо, шерсть, овчину, в страну хлынула импортная продукция. Так что баранины нам не видать, будем есть ножки Буша, а одеваться в дублёнки, которые шьют в Турции, вывозя у нас дешёвое сырьё.
Цены на энергоносители и корма выросли, а на шерсть упали. Реализационная цена за 1 кг шерсти 27,4 руб., дешевле килограмма баранины. Многие швейные предприятия, в том числе армейские, перешли на пошив изделий из синтетики. Военные, лётчики, подводники мёрзнут.
В конце 60-х французы закупили у нас большую партию романовских овец и сейчас имеют отличное хозяйство под Тулузой. Торгуют шерстью по всему миру, включая Северную Африку. А в Португалии местные мериносы породнились с романовскими баранами, испанцы любят романо-арагонских ягнят. В Италии и Аппенинах пасутся чистопородные романески. В Югославии проводят трехпородные скрещивания, в Венгрии создают мясо-шерстную породу. Монголия выводит жирнохвостых романовских овец. А у нас она не нужна…»
Ю.И.: (комментарий) - Вот у моего 75 летнего соседа – заброшенный дачный участок, где он сам живёт, занимается козами. Была бы Изания, он охотно сдал бы участок, где желающие могли бы построить помещение для овец, заключив соответствующий договор. В счёт аренды деду бы, кстати, отремонтировали дом. Затем овцеводы взяли бы в изанской кассе взаимопомощи ссуду на молодняк и корма до лета (другие изане могли бы войти в пай с обязательством получить долг выделанными шкурками или готовыми изделиями). Затем тут же на дедовом участке можно было бы построить цех по выделке шкурок, наняв для этого сезонных специалистов, которые останавливались бы в отремонтированном доме деда и получали плату шкурками. Мясо и носки реализовались бы согласно заказам в нашей базе данных (по системе взаимозачётов), а шкурки отправлялись на нашем транспорте в наш пошивочный цех, где из них шили бы шапки, воротники, тулупы, телогрейки, дублёнки, а бабули-пенсионерки вязали бы из шерсти на дому носки. Распределялись бы изделия тоже согласно изанским заказам по всей России и странам СНГ, далее везде.
Мечты, мечты…
Свинская жизнь
«- У нас за ночь померло 1444 новорождённых поросёнка, - рыдала в трубку работница, - Кормить скотину нечем, всех отправляем на мясокомбинат…»
Когда-то достижения Талдомского комплекса гремели на всю страну. Племенные свиньи демонстрировались во всей мясо-сальной красе на ВДНХ, давали большие приплоды – по 16 поросят. Из восьми тысяч голов в начале этого года к концу осталось всего пять тысяч. Остальных вырезали. Скотину кормить нечем!
Бразильская свинина, накаченная витаминами, оказалась хотя и менее полезной, зато более дешёвой. Мясокомбинаты скупают её всего по 38 рублей за кг, в то время как себестоимость отечественной – 55 руб., хозяйству приходится сдавать скотину за бесценок. Из-за несбалансированного питания рождаются поросята-рахитики. Когда мы приехали в хозяйство, гендиректор с помощниками занимался тем, что обзванивал по газетам и частным объявлениям фирмы, которые готовы дать комбикорм в долг.
- Нам не приходится выбирать, берём любой корм, который подешевле. Он не содержит и половины необходимых витаминов и минералов. Просто набиваем брюхо животным.
Всё отопление в свинарнике – электрическое, поэтому хозяйство напрямую зависит от благосклонности «Мосэнерго». Электрики народ жесткий –«лечат» должников отключениями. Новорождённые поросята обогреваются инфракрасными лампами, поэтому недавняя «темнота» унесла ещё 144 головы. Хозяйство ищет пути-выходы из кризиса. Инвесторов водят как на смотрины. Хотя и признают «кошельки», что свинина знатная, но как увидят покосившиеся свинарники, работницы которых накрывают животных плёнкой от сырости, ноги в руки – и бегом. Племенных свинок хозяйство пока не распродаёт ни за какие деньги. Животные выживают исключительно благодаря свинаркам. В голодные дни из-за отсутствия комбикорма работницы варят кашу буквально из топора. Сыплют всё, что попадётся под руку: муку, крупу, которые несут из дома…
- В убыток работать невозможно, - говорит Николай Шерстюк, - Если к нам не повернётся государство, все «72 летние традиции» в начале будущего года сдадим за копейки на мясокомбинат!»
Два яйца в одной корзине
«Юбок, брюк, пиджаков, платьев и кофт – 8 штук на 4 года на все сезоны. По три штуки трусов и маек на 2,5 года, семь пар носков на 1,5 года. Пару обуви бедный россиянин должен таскать не меньше 3 лет… А отдыхать несчастному вообще не положено – по крайней мере, деньги на отдых в потребительскую корзину не закладываются.
Сейчас правительство предлагает продлить действие этого «нищенского набора» ещё на два года – до конца 2004-го. Казалось бы, не всё ли нам равно, какие нормы записаны в этой бумаге? Оказывается, не всё равно. Потому что, исходя из стоимости убогой корзинки, правительство рассчитывает прожиточный минимум на каждый год. А эта цифра влияет на величину пособий, определение минимального размера оплаты труда, стипендий и прочих социальных выплат. Значит, чем меньше корзинка – тем меньше государству приходится тратить на социальные нужды…Есть и ещё одна очевидная выгода: появляются основания рапортовать об успехах в деле повышения уровня жизни населения. Ведь официальное число бедных и нищих россиян (тех, кто имеет доходы ниже прожиточного минимума) будет сокращаться.»
Краш: - В ожидании помощи Изании…Вот думаю – если бы вам, Ю.И., не рассуждать, а начать строить Изанию – быть первой. А то ведь никакой кассы взаимопомощи не будет. Помрут овцы.
2003-01-21
Андрей: - Давай, Краш, строить.
2003-01-21
«Так выпьем за то, чтобы наши возможности
совпадали с нашими желаниями!»
Александр (Генриху Боровику):
- И какие выводы?
Ю.И.: - Всё-то вам разжуй. Разве не говорит о многом, когда «отец народов» признаётся сыну в своём несоответствии предначертанному свыше идеальному образу Вождя? («Даже я – не Сталин. Сталин – там»).
Так выпьем за то, чтобы наши возможности совпадали с нашими желаниями!
ДЖИН И ДРУГИЕ
(середина девяностых)
Случались среди роковых минут и отрадные. В декабре девяносто четвёртого появился Джин. Марсу нашему уже исполнилось четырнадцать, он быстро дряхлел, а у соседки ощенилась овчарка. Появилась возможность всего за четвертак приобрести породистого щенка, и я из чисто практических соображений решила хоть бы взглянуть…
Выбирала я всегда живность по единственному признаку – внешность. Так когда-то положила глаз на Бориса, так разглядела неизвестно откуда взявшегося в куче семерых «двортерьеров» пушистого красавца Марса. Кстати, поначалу щенки почти не отличались друг от друга, это потом вослед Марсу собачники уважительно оборачивались:
- Южак, да?
Вот и теперь в полутьме сарая, среди копошащейся на сене вроде бы одинаково умилительной щенячьей малышни, я безощибочно выделила самую симпатичную мордаху, не проявляющую ко мне ни малейшего интереса. Приподняла его за шкирку – щенок недовольно закряхтел. Убедившись, что это «мужик», сунула за пазуху. Он сразу же уткнулся носом под мышку, зачмокал, а я поняла, что пропала. Короче, «взглянула».
Боже, что тут началось! Сравниться с этим могла разве что куриная эпопея, о которой рассказала выше. Я опаздывала на рынок и уходила пораньше, заработки падали, потому что некогда было мотаться по фирмам за товаром. Щенка мы назвали Джином (это не который дух из бутылки – с двумя «н», а который пьётся с тоником). Выделили ему отдельную комнату, – когда я возвращалась после трудового дня, пол был завален кучками и покрыт лужицами. Доставала кипу газет, промокала лужы, паковала кучки – получалось полное ведро, которое затем выносила на помойку, где регулярно приходилось разводить костёр. Кашки, мисочки, бутылочки, собачья литература, всё по науке…Чувствовала, что схожу с ума, и проклинала час, когда угораздило сунуть голову в эту петлю. Кругом бардак и апокалипсис, надо быстрей заканчивать книгу, каждая минута дорога, а я тут с этими кашками, бумажками и какашками…Вскакивала ночами по несколько раз, выпускала Джина на двор делать дела. Подолгу пропадал за сараями. Орала ему, бегала в тапках и халате по снегу, взывая к небу об избавлении от нежданной каторги.
Дальше – больше. Носясь по окрестностям, Джин всё время жрал какую-то гадость. В результате – энтерит. Понос, рвота и всё такое. Когда справиться своими средствами не получилось, позвонили местному ветеринару, который когда-то дал мне свой телефонный номер на случай, если захочу приобрести породистую собаку. Дальше - полная мистика.
- А Володю мы вчера похоронили, - сообщил женский голос, - Сердце.
Я, заикаясь, стала извиняться, но голос перебил:
- Что с собачкой? Возраст? Говорите адрес, мы сейчас приедем,
«Мы» оказались двумя миловидными, можно сказать, «девушками», хотя у одной из них было от Володи двое детей, а другая назвалась «другой женой» (в общем, гарем). Но гарем этот между собой дружил, да и о Володе дуэтом скорбел, и жили они все вместе с детьми в одной квартире… Кстати, профессионально эта странная парочка оказалась весьма подкованной - промыли Джину со всех сторон желудок, сделали несколько уколов, упрекнули, что я запоздала с лечением, что состояние больного тяжёлое, что вообще желудок у овчарок – слабое место, и выжить у парня шансов немного. Но будем надеяться. А назавтра они привезут всё необходимое и поставят капельницу.
Всю ночь я просидела рядом с беспомощно вытянувшимся раскалённым тельцем, поливая его слезами. Джин жалобно постанывал и тяжело дышал. Под утро ему стало совсем плохо – сердце колотилось как бешеное. Позвонила девочкам - обещали вырваться с работы и приехать лишь к полудню. Спросила, можно ли дать ему валокордин. Ответили - почему бы не попробовать, но его почти наверняка стошнит.
Я рухнула на колени перед иконами и стала умолять Всевышнего спасти Джина. - Но ведь ты просила тебя избавить от этой каторги, - помнишь? Мол, апокалипсис кругом, книжку надо завершать, заработки падают…
- Я буду стараться, Господи, всё успевать, только спаси Джина, - обливалась я слезами, капая в ложку валокордин. Оттянула ему щёку, влила в пасть понемножку, в три приёма. Вроде проглотил, ничего. Задышал ровнее, спокойнее. Возблагодарила небо. А потом и девчонки приехали, поставили горемыке капельницу, сделали ещё несколько уколов.
Но чудо было даже не в выздоровлении Джина, а в последующих удивительных событиях, казалось бы, с ним напрямую не связанных.
За чаем заговорили о внезапной смерти ветеринара Володи и выяснилось, что «вдовы» его не отпели и вообще не знают, что это такое и зачем, в церковь не ходят. Одна и вовсе некрещёная, а другая, с тех пор как в детстве окрестили, ни разу не заглядывала в храм. И детишки тоже растут язычниками, и некому объяснить, подсказать, что к чему...
Я, само собой, предложила помощь, сказав, что завтра же закажу заочное отпевание Владимира и сорокоуст, затем в воскресенье окрестим детей, а, если батюшка благословит, и мамашу. Необходимы также исповедь и причастие, а значит – надо попоститься…
Говорила, говорила, а они в восторженном изумлении внимали, будто с луны свалились. Наотрез отказались взять деньги за джиново лечение. Я с трудом настояла, что тогда оплачу все церковные расходы. Не очень-то верилось, что они придут завтра на панихиду, но «вдовы» явились точно в назначенный срок. Одна сразу же пошла на исповедь, стала на колени и плакала, другая за ночь уже выучила наизусть «Отче наш» и «Верую» к будущему крещению.
Вот вам и «любовь втроём»! Пока Джин лежал под капельницей, круто изменилась судьба их всех, живых и мёртвых. Я не могла нарадоваться, когда в воскресенье «вдовы» вместе с детьми благоговейно прошли в крестильню. Младший был очень болен и слаб - какой-то врождённый порок, и вскоре после крещения умер. Потом странная семья обменяла свою подмосковную квартиру на Феодосию, на прощанье взяв с меня слова за них молиться, что я до сих пор и делаю. А ещё поминаю незнакомого усопшего Владимира, которого однажды попросила по телефону подобрать мне какого-нибудь ротвейлера. Вместо ротвейлера появился Джин. И вот чудо оживило не только его едва дышащую шкурку, но и целую семью человеков. Пусть всё в ней наперекосяк, но не нам судить. Воистину, дивны дела Твои, Господи…
Джин рос замечательным псом, настоящим коллективистом ходили - совком. Гуляли мы теперь вчетвером. Марса привязывали к Джину, который понимал, что старичку передвигаться трудно (опухоль быстро росла), бережно переводил через кусты и канавы. Джин сразу научился отыскивать в траве и приносить палку, однако ни за что не соглашался её отдать. Воды он не боялся, смело бросался в ледяную весеннюю воду, вытаскивал палку на берег. Потом мы приучили его вытаскивать из воды и другие предметы, что оказалось очень кстати.
БЫЛ МЕСЯЦ ФЕВРАЛЬ
В ОЖИДАНИИ ИЗАНИИ…
Бурлаки на таможне
«Мы, жители Гагрского района блокадной Абхазии, находимся в крайне тяжёлом положении. Нет работы, пенсия – 60 рублей, а цены – на уровне московских. Единственный источник доходов для нас – продажа сельхозпродуктов на российской стороне.
Но на российском таможенном пункте «Адлер» открыто и безнаказанно царит полный беспредел, поборы и издевательства по отношению к нашим женщинам и старикам. Всё это происходит под прикрытием Российского государственного флага. Короткая пешеходная дорога закрыта, вместо неё проложена дорога протяжённостью более 1,5 километра. Вот по ней-то и тянут свою поклажу весом сто, а иногда и двести килограммов измученные люди, в том числе женщины, дети и старики. Ну чем не картина Репина «Бурлаки на Волге»?
Сочинские таможенники, пользуясь полной безнаказанностью, наживаются на наших бедах. Закон Российской Федерации не запрещает ввоз сельхозпродуктов на территорию России. Но здесь создаются искусственные барьеры: необходимо «договариваться» с таможенниками, иначе товар будет стоять на одном месте или будет отправлен обратно в Абхазию. Таможенники вынуждают дать взятку, которая берётся открыто, на глазах у сотен людей. И это далеко не полный перечень «прелестей» русско-абхазской границы…»
В БЕСЕДКЕ С: Ричардом Косолаповым
В своём времени Сталин переиграл всех
Корр.: - Складывается впечатление, что Иосиф Виссарионович каким-то мистическим образом присутствует не только в современной политике, но и в современной культуре, что он и теперь «живее всех живых». Взять ли ситуацию в Чечне – сразу на память приходит сталинская депортация чеченцев в 1944 году силами двух дивизий НКВД. Нынешние власти вот уже девятый год поддерживают эту язву на теле России. Взять ли состояние дел в экономике – сразу вспоминается сталинская индустриализация и послевоенное восстановление народного хозяйства. Тогда за пять лет, уже к 1950 году, страна добилась возврата к довоенным объёмам производства, хотя американские специалисты отводили нам на это не менее 20 лет. Сегодня самый микроскопический рост, в пределах статистической погрешности, выдаётся за величайшее достижение «новой России», хотя при нынешних «темпах роста» мы выйдем на уровень 1989 года хорошо, если году так к 2025-му. То есть фактически полвека будет потрачено нашей страной впустую, а за это время другие страны уйдут далеко вперёд. Взять ли бесконечные нынешние споры с Прибалтикой и странами СНГ – сразу возникает желание обратиться к опыту Советского Союза. Взять ли упорное продвижение НАТО на Восток, агрессию США в Ираке и Югославии – сразу возникнет ещё в детстве услышанная от родителей и поразившая меня сталинская фраза: «Победой в этой войне мы обеспечили мир Европе на ближайшие пятьдесят лет». Не меньше и не больше. Так всё и получилось. Что это – какое-то особое устройство ума Сталина, присущий ему дар пророчества и предвидения, или нечто иное?
Р.Косолапов: - Я думаю, что Сталин не обладал особым провидческим даром, однако он умел трезво, с учётом всей многофакторности мира анализировать ход событий, делать правильные выводы и предпринимать соответствующие шаги. Это был человек на своём месте.
К сожалению, беда состоит в том, что пришедшие на смену Сталину деятели стали судить о нём с позиции камердинеров, с позиции лакейской. У Гёте, кажется, было утверждение о том, что лакей никогда не думает высоко о своём господине. И все обличения Сталина: и прошлые, и нынешние, - проникнуты каким-то низменным духом подделывания под себя большой величины, которая умела мыслить намного лучше и принимать в расчёт гораздо большее число обстоятельств, чем это могут себе представить его критики. Суть дела заключается не в том, чего Сталин не сделал или что-то сделал не так, как хотелось бы вчерашним и сегодняшним его «ниспровергателям», а в том, как он справлялся со своими обязанностями руководителя страны, особенно в самые ответственные моменты, когда всё висело, можно сказать, на волоске. Очень показательно, что в самые трагические дни осени 1941 года Сталин накапливал резервы и никому их не отдавал. Положение было отчаянным, даже Жуков в этот момент проявил слабость, предлагая перенести штаб фронта в район Белорусского вокзала. Сталин ответил: «Я поеду туда сам», - и вопрос был снят. Вот такое накапливание резервов у него было обдумано и отработано очень давно, ещё с обороны Царицына. Меня очень удивил тот факт, что после поражения под Варшавой знаменитого Тухачевского, в 1920 году Сталин написал в ЦК специальную записку, посвящённую проблемам обороны и резервов в ходе войны. Троцкий высокомерно положил эту бумагу под сукно. Кстати, в той же записке Сталин поставил вопрос о развитии в интересах Красной Армии собственной бронетанковой, артиллерийской и авиационной техники, а затем последовательно воплощал высказанные тогда соображения в жизнь. Крупнейшие военные операции, определившие ход Второй мировой войны, в том числе Сталинградская битва и сражение на Курской дуге подтвердили историческую правоту выбранной Сталиным линии. В этом смысле и пресловутый ГУЛаг, и переброска целых заводов из европейской части СССР на Восток в первые месяцы войны – неизбежные слагаемые нашей победы над Третьим рейхом.
Что бы ни говорили о Сталине, в своём времени он переиграл всех: Черчилля, Гитлера, Рузвельта, - не говоря уже о таких оппонентах, как Троцкий или Чан Кайши. Казалось бы, зачем было обескровленному тяжелейшей четырёхлетней войной Советскому Союзу настолько активно участвовать в разгроме Японии? Никто на Западе, по большому счёту, не ждал от Сталина подобного шага, помятуя о собственных попытках всячески оттянуть открытие Второго фронта. Американцы специально для подстраховки сбросили атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. Тем не менее, наша страна, следуя своим союзническим обязательствам, ровно через три месяца после завершения войны с Германией начала операцию в Маньчжурии.
Даже Черчилль вначале не вполне уразумел, что происходит, зачем «дядюшке Джо» вмешательство на Дальнем Востоке. Ситуация прояснилась позже, когда трофейным японским (а разгромленная практически за неделю Квантунская армия насчитывала более миллиона человек) да и советским оружием были оснащены китайские коммунисты под руководством Мао Цзэдуна, и к 1949 году Гоминдан на территории континентального Китая был полностью разгромлен. Эта победа обеспечила полное доминирование «красного блока», сил социализма, сил национального освобождения фактически на всём евразийском континенте. Войны в Корее и Вьетнаме лишь подчеркнули это обстоятельство. При полном, казалось бы, военно-техническом превосходстве Соединённые Штаты уже ничего не могли изменить в сложившемся стратегическом балансе.»
(продолжение следует)
ШЕСТОЕ ФЕВРАЛЯ 2003 года
B БЕСЕДКЕ С: Александром, Павлом Власовым,
Маратом Хайруллиным и свежей прессой
«Цирк сгорел, клоуны разбежались»
Ю.И. - Это я про известный фильм, где сценарист от требований нынешних спонсоров аж глотку себе перерезал.
Александр: - Вы бы упали в обморок? Ну, скажем, нормально ли, что режиссёр падает в обморок оттого, что руководитель страны говорит: «Это никуда не годится»?
Ю.И.: - Сие зависит исключительно от нервной системы жертвы. И обычно дело вовсе не в страхе за себя лично, но за судьбу своего детища (всякий ответственный автор - и писатель, и режиссёр, и композитор, и художник относятся к своему творению, как к любимому чаду, и покушение на его жизнь со стороны «сильных мира сего» воспринимает всегда крайне болезненно).
К сожалению, мир устроен так, что после рождения «дитяти» его дальнейшую судьбу решают вовсе не мама с папой. Сталин, конечно, был диктатором, жёстким цензором, но зато в единственном числе. А вот я, выпускница Высших Сценарных Курсов, в шестидесятых-семидесятых едва не падала в обморок от легиона цензоров – как на Мосфильме, так и на ТВ. Прежде чем попасть на экран, сценарий должен был устроить не один десяток рецензентов и чиновников, причём у каждого были своя «кочка зрения» и соответствующие поправки. Не говоря уж о высших инстанциях, где чуть что – просто рубили фильм или клали на полку.
Так, собственно, было почти со всеми моими повестями и сценариями – после долгих мытарств и бесчисленных поправок – скандал и запрет на финише. Вот вы меня всё обзываете «коммунисткой», а тогда цензоры считали антисоветчицей – за то, что пыталась предупредить общенство о духовных и социальных «ловушках», которые рано или поздно могут погубить страну. Запрет накануне эфира многосерийного игрового мультфильма, который так и назывался «В стране ловушек» (теперь это повесть «Лунные часы»), хоть и не поверг меня в обморок, но привил такое отвращение к сочинительству, что я вообще всё бросила, поселилась на даче и стала зарабатывать, как ранний Чубайс – цветами. Пока не достала «перестройка».
Теперь издавать позволено всё – было бы на что. Сами знаете, на какой литературе можно сейчас делать деньги, – в роли жесточайшего цензора выступил рынок, вкусы толпы. Пришлось «падать в обморок», зарабатывая на свои публикации опять же цветочками, договариваясь с книгопродавцами, развозя тяжеленные пачки книг по киоскам и т.д. Я не жалуюсь и, пока хватит сил, буду продолжать. Но от того маразма, что нынче требуют от автора большинство спонсоров, впору не шлёпаться в обморок, а, как сказано в Писании, «вообще не родиться».
Потому-то и придумалась Изания – чтоб творческим людям, да и вообще «хомо сапиенсам», не зависеть ни от диктаторов, ни от чиновников, ни от спонсоров, наживающихся на производстве «звероидей» и «зверочеловеков», а помогая друг другу, иметь лишь одного цензора – Всевышнего. Или собственную совесть.
Орден похож на Изанию
Павел Власов: «Орден похож на Изанию.» - Каждый из нас - сам себе Орден.
Ю.И.: - Всё это скорее напоминает солженицинскую проповедь «Жить не по лжи». То есть честно живи, добросовестно исполняй свою работу, и человечество тогда выздоровеет. Не выздоровеет. И не потому, что «орденоносцев» слишком мало, а потому, что они
Моё традиционное сравнение - живой организм. Кажется, – задача-максимум: сердцу - качать кровь, голове - думать, ногам - передвигаться, глазам - указывать направление, лёгким - снабжать кислородом – что ещё надо? Инструкция исполнена. Ан нет. Тело болеет и разлагается не только потому, что отдельные органы недобросовестно работают (хотя такое тоже бывает), но основная причина в том, что заражено оно всевозможными тромбами, бородавками и прочими опухолями, постепенно перерастающими в злокачественные. Которые, ничего сами не производя, оттягивают
Приложенная к человечеству инструкция Закона (заповедей) подразумевает нашу непременную взаимопомощь, где ближний – не враг и конкурент, а твоё
Вот намедни Березовский высказался на данную тему по ТВ в передаче «Растительная жизнь», когда Лобков спросил, сколько человек его обслуживают. Мол, в самом вашем вопросе видна «совковость». Вот англичанин спросил бы: «А скольким вы даёте работу»?
Изания полагает, что обслуживание березовских и прочих чубайсов – не работа, а именно то, о чём ещё Чацкий сказал в начале позапрошлого века: «Служить бы рад – прислуживаться тошно».
Речь, разумеется, не идёт тех банкирах, которые вкладывают своё богатство в «разумное, доброе, вечное» – таким можно и послужить. Но где они, ау?
Пирамиды и их властелины
«В начале прошлого десятилетия в стране открыто действовало не менее 1800 финансовых «пирамид», и возглавлял этот список, понятно, Сергей Мавроди. В 1997 г. Федеральная комиссия по рынку ценных бумаг передала в МВД более 984 «пирамидальных» дел. В 1998г. различные подразделения МВД смогли возбудить 700 уголовных дел. На рубеже того же года к власти в МВД пришёл Рушайло, а Михаил Зотов пересел в кресло первого зама начальника Следственного комитета. Тогда же началась массовая передача дел «пирамид» в это подразделение. А в 2001г. Михаил Зотов публично, по телевизору, рассказывал (внимание!) о 300 с лишним уголовных делах, которые расследует по «пирамидной» тематике его ведомство. Позвольте, а где ещё 499? Об этом милицейский генерал умолчал… Что с теми, о которых Зотов всё-таки вспомнил? До суда дошли 92, из них рассмотрено было примерно 20, остальные отправились на доследование ещё на предварительной стадии. А теперь угадайте, сколько посадили жуликов? С 1998 по 2001 год целых 3 руководителя «пирамид» попали за решётку! Правда, на сегодня их уже около 10, включая Мавроди. Но всё равно: 1800 пирамид, 20 миллионов облапошенных граждан и 10 осуждённых-арестованных.
Скрипя сердце, даже с этим можно примириться. Но ещё раз попробуйте угадать, сколько возвратил денег пострадавшим генерал Зотов и его следователи? Ни копейки! Все выплаты, которые осуществлялись и осуществляются пострадавшим от деятельности «пирамид» (главным образом, ветеранам и пенсионерам), идут за счёт однопроцентного сбора, который – в конечном итоге – берётся с рядовых налогоплательщиков.
Вопрос: если за пять лет руководству самой мощной следственной службы страны не удалось найти большую часть мошенников, не удалось вернуть народные деньги, зачем нужно было собирать все эти дела под своё крыло?
А вот зачем.
- Я не говорю о всех милиционерах поголовно…Но по крайней мере, когда я вёл дело «Хопра», то сотрудники правоохранительных органов занимались вовсе не расследованием этого преступления. Они решали определённые задачи, в результате чего огромные суммы денег просто исчезали из поля зрения. А надо сказать, что одной только недвижимости там было на очень большие суммы. Где всё это? – спрашивает Генрих Падва.
От деятельности «Властилины» пострадало 26 тысяч человек. Ущерб возмещён лишь 558. Интересно, что сразу после развала «пирамиды» в уголовном деле фигурировало два коттеджных посёлка (на 17 и 44 особняка) и 6 элитных квартир в Москве. За время расследования было зафиксировано 8(!) случаев пропажи документов из материалов дела. Ни квартиры, ни посёлки до сих пор не возвращены государству хотя бы для частичного погашения ущерба. Зато в одной из квартир до последнего времени проживал высокий милицейский чин. Присутствие жильцов в погонах было зафиксировано также и в коттеджных посёлках. Я очень сомневаюсь, что происходило это всё без ведома руководителей Следственного комитета, который почему-то, при всех своих сумасшедших полномочиях, – «забыл» наложить арест на это имущество «Властилины».
Подобные факты прослеживались практически по каждому делу «крупной пирамиды». Всего, по экспертным оценкам, в системе Следственного комитета за последние три года зафиксировано около 100 случаев пропажи документов или даже целых томов из материалов уголовных дел. То есть примерно каждые 10 дней из запертых сейфов, стоящих в опечатанных кабинетах, которые, в свою очередь, находились в тщательно охраняемых зданиях, исчезали документы!
Можно сколько угодно говорить с трибуны всевозможных «демократических» форумов о «деполитизации» органов, о «власти закона», но факт остаётся фактом. Крупнейшая силовая структура страны работает непонятно на кого. То ли на «особо крупных заказчиков», то ли на саму себя. То ли вообще не работает.
Вы уверены, что если завтра ей передадут все следственные органы страны, кому-то от этого станет лучше? А вот получить очередного «монстра», который распространит сомнительные методы работы на каждый сантиметр нашего с вами жизненного пространства, можно запросто.
Разъеденный коррупцией СК является идеальным инструментом для выжимания незаконной прибыли – любого коммерсанта может так измотать, что тот готов на всё. Из-за них в стране формируется уродливая хищническая система хозяйственных отношений, конечной жертвой которой остаётся народ.
Эти люди не способны зарабатывать деньги и платить налоги, они способны только хапать и вымогать. Зотовы и им подобные давят тех, кто реально строит экономику страны, они грабят самых успешных и инициативных. Потому что с неуспешных нечего взять.
(Марат Хайруллин)
ПРУД
(середина девяностых)
В ту пору в районе проходили выборы. Рвавшиеся к власти депутаты наперебой сулили народу всяческие блага, в том числе каждый обещал привести в порядок местные пруды. Потом, разумеется, отделывались привычными «завтраками». Но на очередном собрании уличкома мы так насели на «избранника», что он всё же выделил на несколько дней необходимую технику. Экскаваторщики немного расширили и почистили вдоль берега ближний пруд, вываливая ковшом ил и грязь прямо на траву, затем по возможности завалили глиной низкий берег, через который вода регулярно утекала, как в той задачке про две трубы в бассейне. Но депутатских крох даже на одну трубу не хватило. Не говоря уж о расчистке второго пруда, расположенного в лесу неподалёку от соседнего посёлка, куда когда-то великий «непротивленец злу» ездил в гости к своему приятелю Черткову. Я очень любила эти места, мы здесь всегда купались, когда только купили дачу, катались на лыжах, доезжая до колхозного сада с пологими горками. Один берег пруда был засажен молодым смешанным леском, куда Вика бегала переодевать купальник, на противоположном берегу красовались величавые ели. Вода в пруде была проточной, утекала узким живописным ручейком в соседний овраг, а с противоположной стороны желтели кувшинки, водились нутрии и даже бобры. На пруду всегда было много местных и приезжих рыбаков и художников, не говоря уж о простых отдыхающих, все старались поддерживать порядок, убирали за собой мусор, бутылки, гасили костры.
Но однажды пришла беда. И надо же такому случиться, что я могла бы её предотвратить, если б распознала намерения придурка, который, смахивая со лба пот, рыл в трудовом экстазе канаву от пруда к соседнему оврагу (мол, пруд скоро должны чистить, и рабочие попросили немного спустить воду). Все одиноким энтузиастом восхищались, и я в том числе, набивались помочь, но однажды утром обнаружили, что вода из пруда почти вся ушла. В грязи на дне бились несчастные бычки и карасики, метались лягушки, а вместе с водой исчез и «энтузиаст» с мешком рыбёшки (он из-за этого и вкалывал несколько дней).
Спустя некоторое время я его встретила на улице и потребовала объяснений. Энтузиаст клялся, что на днях пруд начнут чистить, что во всём виновата инертная местная администрация, что у него самого денно-нощно сердце болит из-за этой лужи, и всё такое. Артист. Так и пребывало наше лесное чудо в состоянии клинической смерти несколько лет. Отдыхающие швыряли туда пустые бутылки, палки, обугленные брёвна, и водились теперь в грязи разве что лягушки. А вокруг – подросший молодой лес, красота писаная.
Как-то опять повстречала я придурка – он заматерел, женился, обзавёлся отпрыском. – Ну что, - спрашиваю, - когда перемычку закопаешь, папаша? Из-за пакета бычков детям уже десять лет негде купаться, вот и твой скоро подрастёт… Узнаю твою фамилию, напишу крупными буквами на доске почёта и повешу у пруда. Страна должна знать своих героев.
Испугался. Молодой, говорит, был, дурак. А теперь там без нескольких машин глины делать нечего, надо горсовет просить. Вот, мол, схожу на днях…А сам глаза отводит. Плюнула я и пошла своей дорогой. Небось, и горсовета этого больше нет. Гор-беспросвет какой-нибудь.
В общем, экскаваторщик с бульдозеристом, расчистив кое-как место для купания в ближнем пруду и завалив берега глыбами глины (мол, сами разровняете лопатами), получили от начальства туманные обещания «вернуться к вопросу о трубе, когда деньги будут». Они уже готовились отбыть вместе с техникой на заслуженный двухдневный отдых (была пятница), когда мне пришла в голову безумная мысль.
- А сколько нужно денег, чтобы заделать перемычку у второго пруда? Это тут неподалёку, в лесу…
Ребята поглядели друг на друга, почесали в затылках.
- Так это надо поглядеть.
- Поглядим, в чём дело. Только вы ведь голодные, я сейчас кой-чего из дому принесу и поедем…
И, выразительно щёлкнув пальцами по шее, умчалась. Пока собирала «обед», руки дрожали – а вдруг народ стал не тот, уедут?
Но они ждали. Поехали, благо в лесу уже подсохло, повредили по дороге разве что молодую поросль. Вот когда я смогла по-настоящему понять, какой у них нелёгкий хлеб. Сидела в кабине с водителем, оглохла, угорела от выхлопов, а всего-то прошло минут пятнадцать. Прибыли на место, полюбовались писаной красотой вокруг загубленного пруда, помянули ещё раз недобрым словом придурка, поглядели на прорытый им уже довольно глубокий семиметровый ручей, по которому журчащей струйкой утекали в овраг остатки воды, и решили, что да, конечно, «гор-беспросвет» должен принять меры.
Выпили (и я хлебнула за компанию), закусили варёной картошкой, солёными огурцами, бутербродами с салом и колбасой. Я даже горчичку не забыла захватить.
- Ну, сколько? – спросила напрямик. Они тоже сразу всё поняли. Это означало, что плевать нам на всех вместе взятых «энтузиастов» с «беспросветами». Или мы не советские люди?
- Пару литров дашь?
- Об чём речь!
- Тогда прямо от берега начну черпать. Колька пусть трактором разравнивает, а ты командуй.
Управились мы часа за три. Экологическая диверсия была ликвидирована, ребята, с которыми, кроме обещанного, я рассчиталась ещё и домашними соленьями (за вредность работы), остались весьма довольны. Ну а я, несмотря на дурноту и головную боль (угорела от этой самой «вредности»), вообще пребывала в полной эйфории. Грезился мне наш волшебный пруд – с одного берега чистый, как слеза, с купальщиками, ныряльщиками и плещущейся в лягушатнике детворой, а с другой – эдакий омут с чёрной водой и золотыми кувшинками, с бобрами и нутриями, рыбаками, художниками и васнецовской Алёнушкой на валуне.
ВОТ БЫЛА БЫ ИЗАНИЯ…
«По представлениям западных людей, именуемых у нас не иначе как цивилизованными, нет ни капли возмутительного в том, что работник, ежедневно выгуливающий любимого пса какого-нибудь олигарха, получает в сотни раз больше сотрудника НИИ или преподавателя вуза. По теории рыночных отношений всё тут абсолютно ясно – спрос на услуги выгульщика собак в данный момент существенно выше, чем спрос на способности учёного осуществить научные исследования или заниматься преподавательской деятельностью... Значит, что? Учёному или вузовскому преподавателю надо сменить профессию и стать, если того требует рыночный спрос, выгульщиком собак. Всего делов-то…
Именно такие «превращения» в ходе реформ случились с сотрудниками сотен НИИ, инженерами и учителями. Шоковая терапия заставила их стать «челноками», палаточниками, прислугой в домах новых русских. Нравятся ли им новые профессии – вопрос, безусловно, риторический. А главное – кто же их об этом спросит? Рынок…
Спросом у работодателей пользуются только те, кто способен создавать конкурентные рыночные продукты или услуги. А кого готовят наши вузы?
Оказывается, бесполезных с точки зрения рыночной экономики работников. Из вузов выходят профессионально неподготовленные молодые люди, использование которых с точки зрения рынка неэффективно. Короче, человеческий брак. Но кто данный брак производит? Преподаватели. Следовательно, им грех жаловаться на то, что их месячный заработок не превышает 500 рублей. Впрочем, министр не против того, чтобы труд профессорско-преподавательского состава хорошо оплачивался. Дело в другом – кто должен платить? Он за ввод платы за обучение.
И тогда сразу всё образуется. Молодёжь будет платить за учёбу только в тех вузах, которые готовят востребованных рынком специалистов. Произойдёт разделение высших учебных заведений на прибыльные и убыточные. Убыточные разорятся и исчезнут, перестав выпускать с точки зрения рынка человеческий брак.»
Завтра будет хуже, чем вчера…
«Ломоносовых оставят с носом. Папа Карло, чтобы купить Буратино азбуку, продал куртку. То же самое придётся делать большинству российских пап и мам: отечественное образование перестаёт быть бесплатным.
Правительство внесло в Госдуму (и она уже приняла в первом чтении) проект федерального закона, которым даётся зелёный свет приватизации всех российских школ, колледжей и вузов.
Ректоры ведущих отечественных вузов выступили с резкой критикой законодательной инициативы. А что же Министерство образования и науки, которое должно стоять на страже интересов школьников, учителей, студентов и преподавателей? Оно героически молчит.» (МК)
2004-07-09
B БЕСЕДКЕ С: академиком Дм. Львовым, Джоном Чемберсом,
Ричардом Косолаповым и кор. Вл. Винниковым
Из жизни «вампиров»
«Недавно академик Львов опубликовал цифры, согласно которым деньги и доходы в стране распределены следующим образом. Кучка состоятельных господ (15 процентов от населения России) аккумулирует в своих руках 85 процентов всех сбережений банковской системы. Причём 92 процента их состояний не заработаны, т.е. не получены в виде оплаты за труд, а являются доходами от собственности, оказавшейся в их руках. Таким образом, самыми успешными и эффективными с точки зрения российской экономики являются не специалисты в той или иной профессии, а рантье.
А как поживают оставшиеся 85 процентов неэффективных граждан? На них приходится 8 процентов доходов от собственности и 15 процентов сбережений…
О чём говорят данные факты? Если пользоваться понятиями, содержащимися в западных учебниках, то получается, что 85 процентов российского населения рынку не интересны.
На доллар часовой зарплаты, утверждает Дмитрий Львов, средний российский работник производит примерно в три раза больше ВВП, чем аналогичный американский. А товары и услуги наш российский работяга вынужден приобретать по ценам, равным или даже превышающим мировые. Академик заключает свои расчёты выводом: «Такой высокой эксплуатации наёмного труда нет ни в одной развитой экономике мира». Спрашивается, куда же мы катимся?
В то же время, по некоторым оценкам, ежегодный размер чистых доходов, получаемых от эксплуатации природно-ресурсного потенциала страны, оценивается в 60-80 миллиардов долларов. Однако вопрос: какая доля в этой гигантской сумме падает на продукт, созданный непосредственно трудом управляющих-собственников? Что именно пользуется на мировом рынке повышенным спросом – наша нефть или управленческие способности олигархов? Слышал ли кто-нибудь, чтобы управленцев-нефтяников или газовиков пытались перекупить западные индустриальные гиганты, суля им за рубежом такие же высокие должности и доходы, какие они имеют в России? Вряд ли. Зато навалом примеров того, что отечественные корпорации тащат к себе западных менеджеров, прельщая их сумасшедшими зарплатами.
Джон Чемберс, назначенный недавно Джорджем Бушем председателем Национального консультативного совета по информационным технологиям США, утверждает:
В частной жизни Джон Чемберс является президентом и исполнительным директором компании Cisco Systems, считающейся мировым лидером рынка сетевых технологий. Только в 4 квартале ушедшего года её прибыль превысила миллиард долларов. Тем не менее, Чемберс уже третий год получает зарплату в один доллар. «Я заявил, - говорит он, - что вернусь к своей обычной зарплате, когда компания окончательно преодолеет последствия кризиса… Такова наша корпоративная культура.»
Какой в нашей полунищей стране оклад положили себе люди, именуемые олигархами, не знает никто. Даже налоговые инспектора. И это при том, что размер природной ренты, исчезающей неизвестно куда, оценивается в 40-50 млрд. долларов.
В то же время отечественные владельцы сырьевых компаний, богатея на продаже отечественных сырьевых ресурсов, платят с этого в бюджет сущие копейки. Получая в среднем в 10 раз меньше, чем средний американец, мы несём налоговую нагрузку в разы большую, чем плата олигархов за использование природных богатств, принадлежащих, однако, всему народу. Остаётся спросить у наших властей: доколе?»
В своём времени Сталин переиграл всех
(часть 2)
Корр: - Сегодня всё чаще высказывается мысль, что если при Сталине коммунизм воспринимался и строился как общество максимальной социальной справедливости, то Хрущёв в новой программе КПСС, принятой ХХ11 съездом, «сместил цели», провозгласив коммунизм обществом максимального социального благополучия, «догнать и перегнать Америку». Он предпринял и ряд шагов, направленных на разрыв внутреннего единства Советского Союза, включая возврат к совнархозам, отказ от ротации кадров на местах и т.д. Что бы вы могли сказать по этому поводу?
Ричард Косолапов: - Хрущёв почему-то считал территориальные уступки соседям залогом будущих добрых с ними отношений. Но везде и всегда подобные «подарки», являющиеся, по сути, спекуляцией на поте и крови собственных граждан, собственных солдат, расцениваются как слабость и вызывают только одну реакцию: нарастающее давление с целью новых уступок. Хрущёв, пытаясь таким образом задобрить Мао Цзэдуна, отдал Китаю Дальний и Порт-Артур, готов был отдать Японии Южные Курилы, то же самое можно сказать про Крым, переданный Украине. Хрущёва ещё успели остановить, Горбачёва остановить оказалось уже некому. Вы правы, что Сталин иначе представлял себе коммунизм, нежели Хрущёв. Это была разница между трудовым и коллективистским, с одной стороны, потребительским и индивидуалистическим подходом – с другой. Сталин очень осторожно пользовался словом «коммунизм», не позволял его трепать и девальвировать. Хрущёв, наоборот, затопил страну «коммунистической» демагогией. Помнится, на Кубани, где мне довелось работать в 1956-59 году, был распространён плакат с изображением лихой бурёнки и надписью: «Берегись, корова из штата Айова!» Лозунг «Догнать и перегнать!», к примеру, в области сельского хозяйства выдвигался, когда у нас энерговооружённость труда по отрасли была впятеро ниже американской, и эту цифру мы знали. Сталин в 1952 году трезво говорил только о «предварительных условиях», о « подготовке перехода к коммунизму». Хрущёв же пообещал его через 20 лет…
Наш народ наивно-доверчив и отзывчив на добрые начинания, но вместе с тем и лукав. Не случайно хрущёвское движение «ударников коммунистического труда», не подготовленное ни технически, ни культурно, ни организационно, ни морально, было быстро переиначено молвой в движение «кому нести чего куда». Критикуя незадачливого экономиста Л.Ярошенко, Сталин писал, что тот «не понимает, что раньше, чем перейти к формуле «каждому по потребностям», нужно пройти ряд этапов экономического и культурного перевоспитания общества, в течение которых труд из средства только лишь поддержания жизни будет превращён в глазах общества в первую жизненную потребность (
(продолжение следует)
СОВКИ
(середина девяностых)
В общем, оказалась я на поверку неисправимым «совком». Никакие собственные имения и владения не доставляли мне столько радости, сколько уход за этими злосчастными общественными прудами, так или иначе обречёнными на погибель и поругание со стороны всяких там варваров и вандалов, почему-то направляющих свой гнев (иногда, впрочем, вполне справедливый) – ну совсем не по адресу. Мусор, разбитые бутылки, просто свалка из домашних отходов у самого берега, полиэтиленовые пакеты с какой-то гниющей дрянью…Тщетно сочиняла я всякие душеспасительные воззвания, развешивая по деревьям – над моими виршами рыдала только администрация, а сами потомки тимуровцев демонстративно разжигали ими свои костры да подтирали задницы.
Ну а мы с Борисом, гуляя по утрам с Джином и делая спозаранку у ближнего или дальнего пруда гимнастику, всякий раз уносили с собой пакет с битым стеклом и бутылками. Бросали на помойку полиэтилен и прочий мусор, сжигая вместе с кучами сухой листвы. Носили с собой для этого специальные деревянные грабли, которые мне смастерил ещё покойный Антон Васильевич. Народ к нашей «тимуровщине» относился по-разному – одни говорили: «Вот молодцы!», другие: «Бесполезно, завтра опять накидают», третьи осторожно выпытывали, что нам за это положила или посулила администрация. Но присоединиться никто ни разу желания не проявил.
Мы не особенно горевали и не задумывались, как в том анекдоте: действительно ли жизнь прекрасна, или же мы просто мазохисты?
И Джин наш был воспитан в славных совковых традициях. Едва научившись плавать за палками, уже вытаскивал аж со середины пруда огромные брёвна, плавающие бутылки и всевозможный мусор. Вот кто вызывал у публики неподдельный восторг своим явным бескорыстием – никакой колбасы от нас он никогда в награду не получал. Он просто был совком в натуре.
В мае, когда в лесу подсохло, мы навестили дальний пруд. Порадовались, что воды заметно прибавилось, хоть его практически так и не почистили. Более того – чего там только ни всплыло, начиная от сухих островов камыша и спутанных водорослей до останков рыбацких плотов, досок со ржавыми гвоздями, позеленевших пластиковых бутылок, размокших журналов и дохлых рыбёшек. И всё это безобразие мы приводили по утрам в божеский вид – Джин подгонял к берегу доски и брёвна, затем они с Борисом их вытаскивали (намокшая древесина была тяжеленная, иногда приходилось применять джинов поводок, зажимая петлёй край бревна). Иногда Джину удавалось подогнать к берегу камышовый остров, который я затем цепляла граблями и выволакивала на траву, стараясь не повредить студенистые вкрапления лягушачьей икры. Особенно удачными оказывались те утренние рейды, когда ветер подгонял мусор к какому-то одному берегу, - тогда производительность труда резко возрастала.
Первым рискнул войти в воду Борис – ноги сразу увязли в иле, вода взбаламутилась, запахло тухлятиной. Мог ведь ещё и порезаться, но, слава Богу, обошлось. Во всяком случае, он проплыл несколько метров без видимого вреда для здоровья. Впоследствии объявились и другие смельчаки – они просто спускались в воду по корню прибрежного дерева, где грунт был потвёрже.
Весь сезон, когда выдавалось свободное утро, мы обихаживали пруд, намереваясь к следующему году обязательно добиться у гор-бессовета настоящих восстановительно-очистных работ. Но однажды пасшая в тех краях коров жительница сообщила мне, что там происходит нечто ужасное – то ли стройка, то ли вырубка леса, и у меня просто сил не хватило сходить и убедиться своими глазами, что всё было напрасно.
Впрочем, нет, не напрасно. И наша поездка на тракторе, и исчезающий под его гусеницами гибельный ручей, и Джин, волокущий к берегу неподъёмные брёвна, и кучи выловленного граблями сухого камыша, и пробный заплыв Бориса… И потом – хоть небольшая, но чистая, отвоёванная для купания гавань, застывшие над поплавками рыбаки, вырезанная из сосновой коры лодочка под берестяным парусом, запутавшаяся в тине и так щемяще напомнившая послевоенное детство. Короче, нивесть откуда взявшееся в кромешной тогдашней демонократии совковое счастье под названием «наш пруд». Не ничейный, не мой, а именно «наш». Как в пионерской песенке:
Это наш с тобою,
Всем нам дорогое –
Это наш, родной,
Родной любимый край…
B БЕСЕДКЕ С:
Дэвидом Кортеном
Размышления у парадного подъезда Вампирии
(Деньги против богатства)
Дэвид Кортен, автор книги «Когда корпорации правят миром»:
«Откуда это безумие? Наша экономика процветает. Рынок акций показывает всё новые рекорды. Американская экономика вновь объявляется наиболее конкурентоспособной в мире. Мы уверены, что никогда не были столь богаты, как сегодня, и с каждым днём становимся всё богаче…В то же время нам говорят, что уже нет денег для обеспечения должного образования наших детей, медицинского обслуживания и социального обеспечения бедных, защиты окружающей среды, парков, достаточной зарплаты трудящихся, общественных культурных фондов и публичного радио или же адекватных пенсий по старости. Мы больше не можем позволить себе того, что некогда считали само собой разумеющимся. Как это стало возможным? Где была допущена ошибка?
Краткая ссылка. Проблема, определённо, состоит не в отсутствии денег. Мир в них купается. 450 миллиардеров на планете обладают большим финансовым достоянием, чем совместный годовой доход половины человечества. Проблема же состоит в том, что хищническая глобальная финансовая система, движимая единственным императивом делать всё больше денег для тех, кто уже имеет их в достаточном количестве, быстро истощает реальный капитал – человеческий, общественный, природный и даже физический, - от которого зависит наше благосостояние. Действительно сложным моментом является то, что многие из нас становятся добровольными соучастниками того, что лучше всего определяется как «
Современные деньги – это всего лишь цифры на листке бумаги или электронный счёт в компьютере, что позволяет их владельцу предъявлять запросы на реальное богатство – в соответствии с общественной договорённостью. В своём заблуждении мы сосредотачиваемся на деньгах в ущерб тем вещам, которые в действительности поддерживают хорошую жизнь.
Удивительно, насколько неадекватно наш собственный язык выражает критическую разницу между деньгами и реальным богатством. Представьте себя в одиночестве на пустынном острове, где у вас нет ничего, кроме набитого стодолларовыми купюрами чемодана. Смысл примера ясен. Во время посещения Малайзии, несколько лет тому назад, я встречался с местным министром, ответственным за лесонасаждения. При объяснении малайской политики в этом направлении, он заметил, что для страны было бы намного лучше, если бы все её леса были, наконец, сведены, а деньги от продаж осели в банках для получения процентов. Тогда финансовая отдача была бы большей. В моём сознании возникла картина опустошённого и безжизненного мира, в котором существуют лишь банки со своими компьютерами, последовательно и до бесконечности извлекающие свой интерес от продажи древесины.
Важность разницы между деньгами и богатством не касается лишь случая с пустынным островом, но необходима для понимания того, почему мы, имея всё больше денег как нация в целом, всё меньше можем себе позволить. В этом же лежит ключ к пониманию
Денежная патология
Представьте себе современную денежную экономику как состоящую из двух связанных подсистем. Одна подсистема производит богатства и состоит из фабрик, домов, ферм, магазинов, средств транспорта и связи, естественных производящих систем планеты и людей, работающих на фабриках, в больницах, в школах, магазинах, ресторанах, общественных местах и где-либо ещё в целях производства поддерживающих нас благ и услуг.
Другая подсистема производит и распределяет деньги как общепринятый механизм управления богатством. В здоровой экономике денежная система служит как
В здоровой экономике деньги не являются доминирующей ценностью, - как не являются они здесь единственным, а тем более главным средством обмена. Разумеется, одним из самых важных индикаторов экономического здоровья представляется наличие в действующей экономике фактора
Патология внедряется в экономическую систему тогда, когда деньги, однажды принятые в качестве
Это и есть
Когда финансовые прибыли и транзакции растут быстрее, чем производство реальных благ, то это – явный показатель заболевания экономики. Как показал малайский министр, в глобальной экономике деньги действительно растут быстрее, чем деревья.
Более того, наибольшую прибыль получает тот, кто имеет дело с чистыми финансами. Растущее доминирование денег раскрывается также в увеличивающейся монетизации человеческих отношений. Не так давно даже в наиболее развитых странах мира половина взрослого населения работала на благо дома и общины бесплатно. Ныне типичной является ситуация, когда взрослые члены семьи, для поддержания домашнего хозяйства, берут по две-три работы. Дети и домашние дела игнорируются, или же перекладываются на плечи других.
Пирамиды, пузыри и глобальное казино. Инвестиция в пузырь есть форма азартной игры и не может быть абсолютно наивной. Кому дело до того, что за этим ничего не стоит? Пузырь – это и есть предмет дела. Трюк состоит в том, чтобы поставить крупные фишки и успеть выйти до краха. Это игра нервов. Процесс становится особо воодушевляющим, когда банки готовы принимать инфляционные активы в качестве издержек и дают в долг новые деньги для продолжения игры, что ещё больше взвинчивает цены.
Ставки на финансовый пузырь – лишь одна из прибыльных игр, привлекающих участников глобального финансового казино. Существуют также возможности спекулировать на краткосрочных изменениях цены, покупая и продавая на различных рынках в целях получения прибыли за счёт расхождения минутных цен. В то время, как экономисты безустанно объясняют, каким образом такого рода активность реально обогащает общество, последняя гораздо более адекватно может быть определена как легальное жульничество, где
За редким исключением компаний с актуально востребуемыми продуктами или специализированными рыночными нишами, в нерегулируемой рыночной экономике большинству корпораций не остаётся ничего иного, как использовать свою экономическую и политическую силу для перекладывания всё большей части своих расходов на плечи общества. Динамика конкурентной глобальной экономики способствует процессу подобного перекладывания, подстёгивая рабочих и общины в их губительной гонке ко дну. Соревнуясь за предлагаемые корпорациями рабочие места, рабочие и общины вынуждены истощать реальное богатство в интересах прибылей корпораций.
Корпорации в ответ на давление рынков истощают социальный капитал через перенос производства туда, где можно платить меньше прожиточного минимума или использовать страх перед мобильными рабочими местами для давления на профсоюзы в целях снижения зарплат. Прибыль от производства смещается, тем самым, от рабочих к финансистам. Более того, стресс от попыток экономически поддержать себя и семью посредством ненадёжных рабочих мест и заработком ниже рабочего минимума, ведёт к разрушению семей и росту насилия.
Истощают человеческий капитал посредством мобилизации молодых женщин в места типа мексиканских макиладор. Истощают естественный капитал планеты через сведение лесов, рыбных запасов и минеральных залежей, загрязнения вод, агрессивного маркетинга и ядовитых химикатов. Истощают деловой капитал. Корпоративные менеджеры исходят из краткосрочных перспектив даже в отношении собственных позиций. Они сокращают инвестиции в исследовательские работы и больше заняты личными проектами на будущее. Вместе с этим, проницательные наёмные работники быстро учатся придавать главное значение в своей работе созданию нужного впечатления у высокого начальства. Такие действия ведут к эрозии собственного человеческого, интеллектуального, социального и физического капитала корпораций. Денежная система, предполагающая делание ещё больших денег теми, у кого они уже есть, – уподобляемы раку, пожирающему собственного хозяина и, в конечном итоге, разрушающего самого себя.
Оздоровление денежной системы
Для того, чтобы оздоровить общество, мы должны оздоровить денежную систему. Это требует
Деньги необходимо демифологизировать. Я получил степени бакалавра и доктора философии в ведущих мировых школах бизнеса, но никогда не видел, чтобы там кто-то объяснял разницу между деланием денег и созданием реального богатства или же различал между продуктивными и хищническими инвестициями. Преподавание таких вещей должно было бы стать основой при обучении бизнесу и гражданской ответственности.
Мы должны заново воссоздать социальную структуру. В обществе, где отношения определяются любовью, великодушием и коммунальной солидарностью, значение денег при посредничестве личному обмену и привлечении ресурсов значительно снизится. Это предполагает сокращение
Действительно фундаментальной задачей является изменение денежной системы и превращение денег в средство формирования и защиты реального богатства. Корректирующие мероприятия, помимо всего , требуют: 1) сделать спекуляцию неприбыльной. 2) ограничить рост финансовых пузырей. 3) интенсифицировать кооперацию между людьми и общинами. 4) поощрять продуктивные труд и инвестиции. 5) создать справедливое распределение прав на реальное богатство. 6) усилить поддержку долгосрочных локальных инвестиций в реальный сектор. 7) упрочить социальную ткань семейных и общинных отношений.
для членов отдельного города или географического региона – это одно из средств в движении к данной цели (изанские иуе – Ю.И.). Другим средством является введение денег с нулевым или отрицательным процентом. Мы также должны решить, есть ли смысл в том, чтобы деньги создавались частными банками, а не правительством или общинами, а также серьёзно подумать о налогах на краткосрочную спекулятивную прибыль.
Целью этих мероприятий является не способствование глобальному экономическому росту и конкуренции, но, скорее,
Многие лучшие умы нашего общества заняты поисками путей использования финансовой системы в целях ещё большего присвоения реальных богатств нашего мира теми, кто уже сегодня контролирует их большую часть.
Дэвид Кортен - известный экономист, финансист, президент Форума Народно- ориентированного экономического развития, автор сенсационной книги «Миром правят корпорации». Ниже мы приведём ещё один фрагмент из его официальной речи «Деньги как социальная болезнь» на открытии очередной сессии этого Форума.
В Интернете английская страничка Дэвида Кортена находится по адресу: iisdl.iisd.ca/pedf/
МОРОКА
(вторая половина девяностых)
Но вокруг всё уже неудержимо «перестраивалось». Растаскивалось, перегораживалось, приватизировалось. Возводились немыслимые кирпичные «фазенды» за двухметровыми неприступными заборами, часто сменялись их молодые владельцы – кто, нахапав, «линял» заграницу, кто погибал в автокатастрофе, кто от киллерской пули. Поговаривали, что виной всему «чёрный глаз», завистливо косящий на невиданные в наших краях хоромы и помышляющий: «В мой карман залез, туды-растуды, чтоб тебе сдохнуть!».
Менялись и сами люди. Почти перестали ходить друг в другу в гости – «у ней внуки за границей учатся - ну конечно, сын наворовал». Новая иномарка у кого-то – опять «награбили», дом ремонтируют – «ворюги». И всё из «нашего кармана». Посёлок охватила приватизационная и заборная эпидемии - без конца то тут, то там вызывали БТИ, обмеряли, ругались, порой дрались и судились. Не миновала горькая чаша и нас – спустя двадцать лет мирного совместного проживания дочь уже престарелой Полины Григорьевны объявила, что соседи, в том числе и мы, «украли у них землю». После многочисленных проверок и экспертиз, установивших, что у нас, согласно исходным документам, земли даже не хватает, а у них – лишняя, подала в суд. Сначала мы туда ходили, что-то доказывали, собирали документы, тратили нервы, потом плюнули и стали «беречь здоровье»… Однако морока длится до сих пор (пишу эти строки в марте 2003-го). Давно рухнул «спорный» забор, но соседка не даёт его восстанавливать, с богатырской силой выдёргивая вцементированные в грунт столбы. Как ни выглянешь в окно, шастает вдоль границы с рулеткой и портняжным сантиметром, сверяет с какой-то бумажкой. Однажды обронила она эту бумажку, я подняла, поглядела. Какая-то геодезическая съёмка времён отмены карточной системы, а мы дачу купили спустя четверть века, да и на их участке с тех пор менялись хозяева…
Местные власти тоже давно поняли, что здесь случай не юридический, а клинический, но работа у администрации такая - поневоле посочувствуешь. Тем более, что наш пример был не единичным, эпидемия делёжки и приватизации свирепствовала в масштабе страны. Но что-то страдальцы не очень-то рвались на волю из проклинаемой чиновничьей упряжки.
Вслед за людьми озверели собаки. Схоронили мы Марса, а Джин вырос, хоть и совком, но злющим-презлющим. На людей, слава Богу, не бросался, разве что на лыжников (из-за палок), но всё прочее движущееся – бегущее, едущее и даже летящее вызывало у него ярость и желание немедленно остановить и вцепиться. Будь то кошка или собака, коза или бык (на бычков он прыгал сбоку, по-волчьи хватая за шею), машины, которые он пытался тяпнуть за крыло, или летящий самолёт. Заслышав издали гул, Джин настораживался, поднимал морду, определял направление и мчался по лесу за удаляющимся звуком. К нам возвращался в мыле, с видом победителя – мол, прогнал супостата! Самолёту ничего не грозило, всем же прочим одушевлённым и неодушевлённым предметам, в том числе и самому Джину, да и нам (овчарка -холодное оружие) – порой приходилось несладко. Кровь, травмы телесные, душевные и материальные.
Завершу тему «Джин и пруды», пожалуй, наиболее впечатляющим происшествием на ближнем пруду. После прогулки жарким июльским днём решила искупаться. Джина, как всегда, привязала поводком к ёлке, но едва успела скинуть босоножки, как мой вросший в рынок и приватизировавший пруд пёс, ещё кое-как терпящий окрест людей, но отнюдь не себе подобных, узрел поодаль чёрного афгана, мирно сидящего возле хозяйки. В ярости рванулся к нему, поводок лопнул, и…Визг, паника, мамаши хватают детей, афган пускается наутёк, Джин – за ним. В конце концов, оба оказываются в пруду, летят шерсть и брызги… Промедление смерти подобно - прямо в сарафане сигаю в воду. Добравшись до визжащего клубка, хватаю обрывок поводка и волоку Джина к берегу. Афган улепётывает. Живой. Джин рвётся следом, нет сил удерживать, руки мои в крови, не знаю, в чьей. Публика на пруду застыла в ужасе.
- Поводок! – кричу я, - Киньте кто-нибудь, он к дереву привязан!
Никто ни с места. Обрывок поводка у меня в руке - короткий, скользит, тащу рвущегося за афганом Джина прямо за ошейник, силы на исходе. Афган исчезает из виду, хозяйка хватает манатки и ретируется следом. Народ вокруг в оцепенении «безмолвствует».
Наконец, какой-то мальчишка бросает мне с берега поводок и тут же отбегает. Уф…Делаю узел покрепче и, отдышавшись, вылезаю. Отыскиваю босоножки, с сарафана на них льёт вода. Джин с триумфом отряхивается, подняв тучу брызг. Народ по-прежнему ни гу-гу, ору только я. Джину. Всё, что думаю по этому поводу.
Но зато я узнала, что такое слава. По дороге к станции какой-то парнишка указал на меня приятелю:
- Вот она, та самая. Тёть, а вдруг бы они вас…того?
- Того-этого, - передразнила я, - Была б твоя собака, тоже прыгнул бы разнимать.
- Не-а, - мотнул он головой, - Ни в жисть.
Что-то действительно неудержимо изменилось в мире, и отнюдь не к лучшему, - давно развалилось бы окончательно, если б не невидимая всесильная рука. Удерживающая и спасающая рехнувшуюся несчастную нашу страну, спятивший посёлок с заборной эпидемией и приватизационным синдромом, спивающихся от неприкаянности мужей и соседей. Мою Вику, выкуривающую на лоджии пачки сигарет после ночного дежурства в ожидании сгинувшего в неизвестном направлении супруга, внучку Риту, растущую злобным одиноким зверьком при живых родителях, девяностолетнюю бабушку, приносящую ей в постель кофе с бутербродами и помогающую решать задачки…Соседскую дочь, крадущуюся вдоль нашего забора с рулеткой. Джина, гоняющегося за лайнерами и джипами…
B БЕСЕДКЕ С: Дэвидом Кортеном
Деньги на службе трудового народа
«Истинной задачей таких реформ является не увеличение глобального роста и конкуренции. Цель иная – создать здоровые и богатые общества, способные обеспечивать экономическую безопасность и справедливое вознаграждение созидательного труда их членов, а также жить в гармонии с окружающей средой. Наши требования, безусловно, затронут интересы корпораций и финансовых спекулянтов, но человеческое общество не обязано обслуживать их интересы. У человечества интересы иные.
Так как у нас мало опыта в деле того, как заставить денежную систему служить людям, народам и природе, причём по ту сторону эксплуатации, мы обязаны искать творческие решения. Здесь нет проверенных рецептов. Поэтому нижеследующие предложения не претендуют на аксиоматичность. Это лишь приглашение к совместному размышлению. Но вместе с тем, каждое из них является решительным шагом прочь от привычных рецептов и либеральных постулатов «западной экономической мудрости».
Необходимо увеличить значение локальных валют, всячески развивать их. Общая региональная валюта, чей ареал ограничен конкретным органическим обществом, позволит осуществляться созидательному обмену в конкретных рамках, повысит чувство экономической солидарности. Это не означает отказа обмена с иными обществами, но утверждает систему приоритетов, работающих на развитие регионального хозяйства, на укрепление всей социальной сферы. Ключевым элементом такой политики по укреплению локальных валют станет изъятие их из сферы компетенции любой налоговой сетки, отличной от локальных систем власти, которые и спонсируют эти хозяйственные блоки.
Необходимо ввести нулевой или отрицательный банковский процент.
Мы настолько привыкли к тому, что процент всегда только приносит дополнительные деньги, что нам трудно представить банки иного типа. Проценты дают деньгам преимущество среди всех иных материальных ценностей. Содержание всех остальных видов богатства – лесов, фабрик, сельхозугодий, зданий, личного профессионального навыка – требует постоянных вложений. Технологии устаревают. Даже золото требует охраны и места для складирования. Только те, кто вкладывает свои богатство в банки, в систему роста, получают гарантированную прибыль без всяких затрат и в будущем лишь расширяют сферу своего контроля над богатствами реального мира. Таким образом, человек финансов получает значительное и совершенно незаслуженное преимущество перед теми, кто занят в сфере реального производства и созидательных инвестиций.
Необходимо ввести ограничения на займы и ссуды. Богатый берёт ссуды для того, чтобы вложить в высокодоходные инвестиции, увеличивая тем самым своё благосостояние. Бедный берёт для того, чтобы удовлетворить нужды первичного потребления, ещё больше погружаясь в бездну нищеты и зависимости.
Единственной сферой, где налоги должны быть увеличены – причём значительно – является сфера спекулятивной прибыли. Сегодня человечество просто обязано решить главную задачу: заставить деньги работать не на самих себя, не на несправедливое обогащение хищного меньшинства
…Демократию нужно строить снизу – от локального к глобальному. Нам не нужны глобальные институты, наделённые силой и полномочиями диктовать поведение на локальном уровне. Нам нужны глобальные институты, повсеместно обеспечивающие право и свободу местных жителей
Мы долго пассивно ждали, уверенные, что наши институты осуществят наши мечты о мире, справедливости и благосостоянии для всех людей. Теперь мы знаем правду. Наши институты не обладают такими магическими силами. Творческая энергия человечества присутствует в людях - таких, как мы. Наши мечты станут реальностью только через нашу собственную включённость в творческие усилия. Если наши институты блокируют наше творческое выражение, то мы – народы Объединённых Наций – можем их изменить. Это наше право. В этом – наша ответственность перед самими собой, друг перед другом и перед Землёй, которая поддерживает всех нас.»
ГРАЖДАНКА ЖЕНА, ДЕРЖИТЕ СЕБЯ В РАМКАХ!
(вторая половина девяностых)
Так и шла моя жизнь – работа в саду, рынок, церковные праздники. Но основное время уходило теперь на книгу, которая, казалось, приближалась к концу. Путь к Богу и «перестройка», которую я всё больше осмысливала именно с духовных позиций, получая в ответ лишь новые вопросы, над разрешением которых билась в электричке, за прилавком, гуляя с Джином, выдёргивая сорняки и даже во сне. По хозяйству помогала живущая у нас моя крестница Наташа, по сути, вторая дочка, но такая же внутренне недоступная, «гуляющая сама по себе», как и Вика. Поначалу она охотно подменяла меня на рынке, имела возможность заработать, но однажды, в разгар летнего сезона, впервые влюбилась, и всё полетело кувырком.
Я срочно приехала на рынок, обнаружив в холодильной камере массу наших нереализованных цветов – и дачных, и «фирменных», которые, что называется, дышали на ладан. Плюс счета за место на рынке и за холодильник. Наташка тем временем находилась в бегах, хоть и врала что-то через подружек в своё оправдание, чтоб я не волновалась.
Пришлось засучивать рукава и спасать, что ещё можно было спасти – наскоро вертеть букеты, общипывать, подрезать, всучивать подешевле, «пахать» от зари дотемна. Выкрутилась, а затем пришлось снова впрягаться в работу без выходных, таская ежедневно километр до станции в одной руке полное ведро с гладиолусами, в другой – коробку с георгинами.
А на рынке – всё те же облавы, беженцы из Абхазии, торгующие аджикой, ткемали и подмосковной зеленью, бедолаги из Азербайджана, промышляющие подмосковными букетами… Всё чаще переходящие с травки на водку, вопреки своему корану, не брезгающие свиным салом. Национальные разборки здесь случались, но крайне редко – всем было плохо, назрела необходимость держаться вместе. Жилось на рынке сытно – если что-то было нужно из фруктов, солений, ну там мяса, рыбы, мёда, творога – подходи и бери бесплатно, только знай совесть. И у тебя, когда потребуется, всегда имеют право попросить букет.
Теперь холодильник и морозильник у нас дома всегда ломились – периодически продавцы отсортировывали товар, откладывая «некондицию» на алюминиевые лотки - то осетрину «с душком», то мясные обрезки и кости, то помятые фрукты-овощи. «Право первой ночи» предоставлялось своим, а остальное разбирали пенсионерки и прочий бедный люд. Иногда просто по рядам разносилось: «Девочки, кому остатки творога подешевле?» или: «Кому перезревшие помидоры на аджику? Только приходите со своими пакетами».
И мы подходили, отбирали, накладывали в пустые картонные коробки, а потом дома до полуночи перебирали, варили соленья и компоты, запихивали в морозильники, отмачивали в уксусе и делали заливное, сортировали – что кошкам-собакам, а что семье сгодится, на суп или рагу… Денег на еду уходило мало, разве что на хлеб. Как соберётся пятьсот рублей, меняла в местном пункте на баксы. Издание книги – удовольствие не из дешёвых.
Однажды Борис, разделывая осетрину, порезал руку ножом. Наутро кисть распухла, покраснела. Я отвезла его в Москву, взяв слово, что он прямо с вокзала поедет в поликлинику, а сама отправилась на рынок.
Ни в какую поликлинику Борис не поехал. Дома выпил коньячку и завалился спать. Проснулся с температурой под сорок, пришлось уже к вечеру добираться к врачу на троллейбусе. Диагноз – заражение крови, какой-то «золотистый стафилококк». Скорая, больница, операция, несколько дней под капельницей – начиналась гангрена. Помню, как по жуткой жаре добиралась к нему в больницу. «Состояние тяжелое». Может, в последний раз. Мне самой было впору переселяться в мир иной – голова кружилась, пульс за сто. Шла к больничной проходной по раскалённому асфальту, молилась и думала: «Только бы застать живым, обнимемся и… Вместе не страшно».
«И умерли в один день.»
Всё к тому и шло. «Тяжёлый» Борис в забытьи лежал под капельницей, щёки были раскалёнными, что тот июльский асфальт. Сердце кувыркнулось, больничный потолок закачался и свернулся парусом, готовый нести нас туда, ввысь, в приоткрывшуюся звёздную голубизну…
- Гражданка жена, держите себя в рамках, - заскрежетал вдруг над ухом прокуренный басок медсестры, - Мы ещё помирать не собираемся, верно, Боречка? У нас ещё дела есть. Вот сейчас температурку мерить будем. А вы на стульчик, гражданочка, не нарушайте правила.
- У вас валокордин имеется? – попросила я.
Сестра нащупала мой пульс и покачала головой.
- Может, давление померим?
Я отмахнулась. Смерть снова отступила, у нас ещё были дела. Книга.
B БЕСЕДКЕ С: Александром Дугиным и поэтом Н. Боголюбовым
Александр Дугин: Великий Проект.
1. Агрессия эфемерного
«Мы настолько погружены в сиюминутное, в перипетии политических, экономических, психологических проблем, настолько страдательно воспринимаем гипнотический массив бытия, что постоянно упускаем из виду главное. Главное, великое, дающее смысл, определяющее высшую цель – для нас сплошь и рядом лишь фраза, слоган, вербальная или эмоциональная конструкция. Или просто прикрытие, внешнее украшение для того, что мы на практике утверждаем как основное и реальное, ощутимое, конкретное. Так устроено наше гравитационное бытие, нас плющит к земле. Те же чудаки, которые всерьёз, нарушая все условности и социальные конвенции, рвутся к иному, приемлются нами лишь тогда, когда облачены в отведённую им униформу академических учёных, художников в бархатных шапочках или торжественно неповоротливых попов. На такую материализацию человечества огненные души сетовали всегда, укоряя, пробуждая, разоблачая, стыдя. Но едва ли в древности были времена, когда гипноз обыденного действовал столь тотально и беззастенчиво, вооружённый могущественными массмедийными механизмами, верстающими эфемерную реальность – выдаваемую за единственную реальность – по своему усмотрению. Тем более иллюзорно Общество Зрелищ, тем более реальным представляется тот момент настоящего, к которому оно прикладывает гигантскую силу своего внушения. То, что было вчера, какое там вчера, час назад, кажется глубокой древностью. «Кто такой Ельцин, бабушка?» – спросит дитё, когда осинелая туша ещё только будет опускаться во влажную русскую землю. «Что такое СССР?» - спрашивает меня сын, рождённый в социалистической империи в тот же год, когда меченая гадина воцарилась на советском престоле.
2. Либералы против Проекта
Человечество живёт только потому, что у него Проект. Великий проект. Именно удачи и неудачи на пути его исполнения составляют сущность исторического процесса. Человеческая история есть история реализации Великого Проекта. Конечно, это не просто. Часто платят миллионами жизней, кровью, пытками, рваной болью, жгучим железом, безмерным страданием за выбор пути. А он бывает и не верным. Но снова и снова зализывает упрямое человечество раны, ветра развеивают дымы пепелищ, а лучи солнца разгоняют призраки войны, и мы берёмся за новый Проект, зная в душе, что опять будем платить по полной, что всё может выйти и не так, как мы задумали, но что если мы перестанем ставить над собой высокую цель, мы перестанем быть людьми с нашим специфическим видовым достоинством, с нашей вертикальной походкой, с нашим дерзким и умным взором – вперёд и вверх.
Проект есть у всех. Малый или большой. Но есть и определённый сектор человечества – брюзжащий, трусоватый, эгоистично замкнувшийся в своей корке – который хочет уничтожить Проект, хочет остановить историю, отменить героев, установить на земле царство «последних людей». «Что есть истина?» – спрашивают последние люди и моргают» (Фридрих Ницше «Так говорил Заратустра»). О «Конце истории» и «Последнем человеке» открыто учат идеологи нового мирового порядка – Карл Поппер, Дэниэл Бэлл, Фрэнсис Фукуяма, Джорж Сорос, Для них «эра Проекта» окончилась. Они высчитали, что человечество платит слишком большой «налог на историю». Они объявили, что с концом советского государства цивилизация преодолела последний оплот Великого Проекта, который пал под давлением тлеющей массы обобщённой банальности.
Торговец не знает проекта. Он стремится уйти от налога на реальность, от таксы за неотчуждённую жизнь и высокий, хотя подчас совершенно бессмысленный, подвиг. Торговец ненавидит Героя. И когда Герой терпит очередную катастрофу, - столь сладкую для него, столь вписанную в его лучезарно-трагичную, солярно-дионисийскую судьбу, - когда его разрывают собаки, титаны или вакханки, Торговец потирает руки, и, дождавшись, переводит дыхание. «Великий Проект в очередной раз отложен.»
Либеральная мразь сегодня замахнулась на большее. «Великий проект пал навсегда», - провозглашают последние люди, приступая к новому витку рыночных реформ. «У общества не должно быть больше ни цели, ни сверхзадачи, ни регулирования. Всё это приводит лишь к насилию. Оставьте людей в покое, не мешайте им делать, что они хотят, не вовлекайте их ни в какие исторические авантюры, не навязывайте им мифов и сакральных задач. Пусть они будут тем, кто они есть. Маленькими людьми с маленькими проблемами. Им нужен только рынок. Нам слишком дорого обошёлся гальванизированный энтузиазм предшествующих экспериментов.» – Так, чавкая, пляшет в либеральном воздухе криворотая физиономия перевоплотившегося внука большого советского писателя, певца аскетической этики и высокого жёстко-блистательного юношеского героизма. Всё, как в теории Вильфредо Парето: «Деды – герои-революционеры; отцы – умеренные консерваторы; внуки – ублюдки и вырожденцы». Егор Гайдар – гнусная иллюстрация социологического «закона вырождения элит».
При слове «Проект» рука либерала сама собой набирает номер ближайшего полицейского участка. Самые честные и последовательные из них, догадываясь, что, убивая Проект, они убивают самого человека, намекают на то, что этот вид изжил себя как таковой. В прибранных евро-ремонтных холлах выводят генные инженеры «нового мирового порядка» клонов с исправленным поведенческим кодом – человек – минус история, минус идеал, минус агрессия, минус героизм, минус Великий Проект (
3. Полуночный враг
Мы, «наши», никогда не победим их, если не осознаем всего масштаба борьбы. Мы переживаем самый драматический момент истории, где на карту поставлен Человек. И драматизм этот только острее и напряжённее оттого, что внешне кажется, будто нет ничего банальнее, бессмысленнее и усреднённее, чем наше поганое, глупое время. Когда ночь достигает критической черты, точки абсолютной Полуночи, память о свете солнца стирается настолько, что кажется, будто его никогда и не было, и даже вечерняя боль от угасания последних лучей стирается в короткой человеческой памяти. Когда есть только тьма, её не с чем и сравнивать, она перестаёт быть тьмой и вольна выдавать себя за что угодно. «Что есть свет?» – спрашивают последние люди. И моргают.
За кучкой гадёнышей, захвативших власть над самым прекрасным и трогательным народом мира, над огромной, роскошной и вопросительной страной, стоит тень очень глубокого мирового процесса. То, что они облезлы и хилы, что пугаются мышиных шорохов и мелко косят неумными глазками, путаются в телепроводах и запинаются на чиновничьих лестницах, не должно вводить нас в соблазн пренебрежения их могуществом. Они мелки и жалки именно потому, что принадлежат к армии бойцов против всего возвышенного и великого, идеального и героического. Это ландскнехты либерального похода против Великого Проекта. Тот, кто стоит за ними, кто вознамерился положить конец истории, фигура более зловещая и серьёзная. Сванидзе и Фукаяма, Березовский и Лебедь – лишь маски, которые Фантомас «нового мирового порядка» меняет для дивертисмента и трагикомического эффекта.
Есть два полюса, только два полюса, два лагеря. Они и мы. Они – против Проекта как такового. Мы - за Проект, причём любой. Лишь бы он был Великим и Ужасным. Раньше всё было иначе. Было много проектов. Их паладины нещадно бились друг с другом, шли своими особыми путями, упорно добивались своего. Но это было тогда, когда ещё была история. Теперь всё иначе. И всех непокорных сместили в одно общее гетто. Это гигантский кусок планеты, не вписывающийся в брезгливо-избирательные нормативы «богатого Севера», это отбросы старых культур, идеологий и национальностей, не вошедшие в «золотой миллиард» У нас не оказалось паспорта в либеральный brave new world . Кое-кто из нас, правда, сжёг его сознательно, в отместку за партбилет Марка Захарова.
4. Последнее русское дело
Вопреки всему, наплевав на все нормы и приличия, на все церемонии консенсуса и дипломатические формулы политической корректности, мы обязаны заявить о своей верности Великому Проекту. Более того, мы должны взращивать, питать, лелеять, созидать наш Проект так, как если бы ничего не произошло. Я совершенно убеждён: враги специально стремятся завлечь нас в конкретику момента, загипнотизировать сиюминутным, парализовать высокие творческие энергии магией тяжёлого мгновения. Потом, когда орда их рассеется как дым, их уверенность и устойчивость рассыплется в прах, мы останемся в окружении зияющих постореформаторских бездн, и эти же визгливые орды спросят с нас: «Ну что?! И где же-таки ваши идеи, идеалы, цели? Что растратились на борьбу с нами? А мы лишь полуночные призраки, кишшуф. И ничего более». Как в замечательном фильме 30-х «Диббук» зашагают полупрозрачные полутелесные привидения по кривому еврейскому кладбищу. А у нас будет растерянный и глупый вид. Победители пустоты, поддавшиеся на сиюминутные уловки изощрённых гипнотизёров. Блестящие тактики позиционных маневров, провоевавшие с тенями.
Великий Проект должен рождаться здесь и сейчас. Вопреки политической конъюнктуре. Отметая эфемерные императивы борьбы. Мы должны очнуться после шока. Да, предшествующая форма Великого Проекта рухнула. Но надо всё восстановить заново, всё переосмыслить, всё востребовать опять… И снова, как и раньше, «никто не даст нам избавленья». Всё зависит только от нас.
В нём, в будущем великом Проекте, уже изначально можно различить основные силовые линии. Либерализм, Запад, капитализм, новый мировой порядок, мондиализм, обывательский материализм, индивидуализм – зло. Это враги Великого Проекта.
Приходит наш час. Преступно проспать его.»
Н.Боголюбов: «Носится дух над распахнутой бездной, ищет Идея достойных людей.»
«Бог крестил нас в огненной купели - притяженье тьмы преодолеть.»
ОБЛАВА. СТАРИКИ УХОДЯТ
(вторая половина девяностых)
Время от времени случались на рынке ЧП – то бомж-грузчик замёрз по пьянке в подсобке, то драка с поножовщиной местного значения – кавказцы что-то не поделили, то дни Десантника и Военно-морского флота, когда торговцы переходили на военное положение. Особенно запомнилась первая встреча с «голубыми беретами» - потом все уже стали учёными, торгуя лишь с раннего утра, а к 10-ти сворачивались и шли отсыпаться по квартирам и гостиницам. Но тогда никто не предвидел худого. Внезапный шум, грохот, крики, мат и …вместо кавказцев - разухабистые поддатые парни в форме, хватающие с прилавков что попало, расшвыривающие по рынку, набивающие яствами карманы - свои и девушек, знакомых и незнакомых. Покупатели разбежались в страхе – кроме шустрых алчных бабуль с кошёлками, которым такая экспроприация очень даже понравилась. Тяжёлыми ядрами катились по полу арбузы, гулко лопались, заливая цементные плиты кровавым соком, прыгали персики, заморские киви и виноградины – пол казался живым.
Мы со Светкой оцепенели. Светка была у азиков штатной продавщицей и отвечала головой и рублями за каждую розу. Я же со своим георгинами-гладиолусами и пенсионным возрастом особой ярости у бузотёров вызывать вроде бы не должна... Но рядом - огромные светкины вазы с роскошными голландскими розами…
Мы с ней бросились запихивать их под прилавок, накрывая, чем попало. Едва успели – буяны расправились с фруктовым рядом напротив и двинулись к нам. Светка помертвела.
- Ой, какие красивые мальчики! – заворковала я. - А девочки – ещё лучше. Вот вам, красавицы, самые дорогие цветочки. Наши, подмосковные, две недели стоят. Для таких царевен ничего не жалко!
- Слышь, Витёк, две недели стоят! Ха-ха-ха!
Моя тирада имела неожиданный успех. Девчонки растерянно вертели в руках полутораметровые букеты гладиолусов из моей вазы.
- А розочек у вас нет?
- Ну какие под Москвой розы, ерунда, а привозные – сразу завянут, пока их там из Голландии в ящиках трясут… Вот, – я показала девчонке несколько осыпавшихся «сонь» из мусорной коробки. - А эти, супергофр, – месяц будут стоять.
- «Супер» чего?
Снова ржанье. Высыпав перед нами гору винограда и персиков, компания двинулась к соленьям, а я принялась отпаивать зелёную, как этот самый виноград, Светку пивом – единственное лекарство, которое она признавала.
В общем, не соскучишься. Так и жили мы, дети разных народов, понемногу спиваясь, как и вся разваливающаяся страна. Поводов было предостаточно - национальные катаклизмы и праздники, дни рождения и похороны. Только у меня ушли с интервалом в несколько месяцев крёстная бабушка Лёля, отец и мама. Баба Ира умерла несколькими годами раньше, в 96 лет. Она долго лежала, ухаживала за ней мама и повредила позвоночник, когда её переворачивала. Я сказала, что нужно непременно позвать священника. Мама потом поведала, как обрадовалась бабушка его приходу, как светилось её лицо после причастия. Я рассеянно кивала, куда-то торопясь.
Виновато вздохнув, обняла сухонькие плечи. - Дела, бабуля…
- Дела-дела, - повторила она даже не укоризненно, а уже с высоты вечности, крепко сжав мне руку. - Какая ты….
- Какая?
- Хорошая.
У меня слёзы брызнули из глаз. Если б человеку это почаще говорили… О, если б именно это.
Через несколько дней её не стало.
Крёстная перед смертью жаловалась, что «всё болит» и «скорей бы уж». Она ждала встречи с Богом и светло улыбнулась на мои попытки её ободрить:
- А я и не боюсь.
Отец перед смертью заплакал, прощаясь, когда я сказала нарочито бодро:
- До встречи, милый.
- Да, на моих похоронах.
А мама ушла накануне моего дня Ангела. Она долго болела и была почти всё время без сознания.
- Мамочка, пожелай мне что-нибудь…
Она неожиданно открыла небесно-выцветшие глаза и прошептала:
- Добрые дела. Побольше добрых дел…
B БЕСЕДКЕ С: Идеалисткой, Андреем, Бернардом Лиетером
и Дуаном Элгином
Оказывается, Изания давно существует…на Западе
Идеалистка: - Ну может, не совсем Изания, но очень похоже на ваш проект. Я недавно прочла в газете, что во многих западных странах, от Австралии до Канады существуют так называемые общины «бусинников», возникшие как протест против отношений людей в обществе потребления. Члены этих общин как обычно живут и работают, но между собой рассчитываются условными деньгами – бусинами.
В материальной форме их, бусин, не существует. Просто в общине выбирается бухгалтер, который ведёт учёт «бусин» на счету каждого участника, а они обязаны ему сообщать о всех деловых операциях между собой. Для простоты бусина приравнена к денежной единице страны, а цены за услуги – к средним в стране. В некоторых общинах новым участникам дарится определённая сумма бусин, в других отсчёт ведётся с нуля. Нередко у некоторых на счету бывает минус, члены общины считают это нормальным: значит, у человека трудная полоса в жизни - и не применяют к таким людям санкций, только бухгалтер периодически напоминает им о долге. Обычными деньгами внутри общины не расплачиваются, только в некоторых общинах каждый член раз в год даёт небольшие деньги на издание справочника услуг, оказываемых членами общины. Они могут быть самыми разными: от ремесленных – повар, портной, до репетиторских и медицинских. Разумеется, «бусины» не могут охватить все стороны жизни человека: в магазинах товары за бусины не продают, но за услуги члены общин рассчитываются почти исключительно бусинами.
Главный итог таких взаимоотношений – настоящая дружба, возникающая между членами общины – они вместе проводят досуг, всегда и во всём помогают друг другу; со временем многие даже перестают это мерить на «бусины». Просто, в отличие от корыстных отношений общества потребления, отношения между членами общин чисты и бескорыстны, к чему они и стремились. По-моему, похоже на Изанию.
2003-02-26
Андрей: - Выглядит вполне симпатично. А какова величина этих общин? В смысле, сколько людей и «взаимозачётов» описывает один бухгалтер? Чем объединены люди в этих общинах – верой, национальностью, принадлежностью к какому-то сословию?
2003-02-26
Бернард Лиетер:
Алхимия денег
«Представьте себе, что ваш друг предложил вам сделать выбор между купюрой в 20 долларов и листком бумаги, на котором написано: «Я обещаю выплатить владельцу этой расписки 20 долларов». Что вы предпочтёте? Вполне возможно, вы знаете вашего друга как честного и надёжного человека. Но когда вы попытаетесь обменять расписку в ближайшем хозяйственном магазине на садовый шланг, продавец наверняка не согласится. И даже если продавец тоже знает вашего друга, он усомнится в том, что сможет расплатиться со своим поставщиком посредством этой расписки. Итак, вы наверняка выберете купюру в 20 долларов, ибо жизненный опыт научил вас, что она будет принята всяким как эквивалент 20 долларов.
Вы твёрдо убеждены в том – и это составляет суть проблемы – что не сама купюра стоит 20 долларов, но всякий признаёт за ней покрытие в 20 долларов. В сущности, не играет никакой роли, что вы думаете о своих деньгах, но главное – вы знаете, что можете их потратить в любую минуту. Вы убеждены, что всякий другой убеждён в том, что деньги имеют определённую стоимость. Здесь мы говорим об «убеждённости в убеждённости».
Убеждённость и социальная договорённость сильны и практически неразрушимы. В истории имеется множество примеров тому, что люди порой предпочитают пытки и смерть отказу от собственных убеждений. Мы также знаем, что можно твёрдо держаться своих убеждений даже в случае наличия массы доказательств в пользу противоположного. Таким образом, вера и убеждения играют в человеческой психике выдающуюся роль.
Тем не менее, «убеждённость в убеждённости» есть нечто совершенно другое. Это чувство хрупко и летуче. Вполне возможно, что ничто не может поколебать мою собственную убеждённость, но моя убеждённость в вашей убеждённости может улетучиться в результате простого слуха, неопределённого подозрения или ощущения. Таким образом, цепь убеждённости в убеждённости на деле не сильнее вашего слабейшего члена. Если я думаю, что кто-то на другом конце Света потерял веру в мексиканское песо, таиландский бат или российский рубль, то я закономерно опасаюсь, что и с его соседями вскоре может произойти то же самое. Как следствие, может обрушиться весь карточный домик – как это случилось в 1944 году в Мексике, в конце 1977 в Таиланде и в России в августе 1998.
Короче говоря, игра в деньги подобна древнегреческому оракулу – игре в веру и доверие. Когда король голый (т.е. грозит кризис доверия), то посвящённые внутренне надеются на то, что никакой простец не сделает какого-либо неосторожного замечания. В такой ситуации длинная и хрупкая цепь убеждённостей может сохраняться с помощью фасада из посвящений, мистерий, этикета и ритуалов. Банковские деньги – всякая немецкая марка, евро или любая другая находящаяся в обращении валюта - начинаются как банковская ссуда.
К примеру, если вы выполняете условия для получения ипотечного кредита в 100000 евро, необходимого для покупки дома, то банк переводит эту сумму на ваш счёт, сотворяя тем самым данные 100 тысяч евро буквально из ничего. Это – истинный момент зарождения денег. Разумеется, такие ссуды обычно страхуются через ценности типа дома, автомобиля, поручительства и т.п. Как только кредит придёт на ваш счёт, вы тут же сможете перевести его на счёт продавца дома, и таким образом деньги циркулируют всё дальше и дальше – вплоть до самого дня обратной выплаты ссуды. И тогда деньги исчезнут – возвратятся обратно в ничто, из чего и были изначально сотворены.
Поэтому бумажные деньги есть, в сущности, «часть государственного долга, за который не платится процентов». Такой простой способ сотворения денег обозначается с помощью выведенного из латыни понятия « fiat money» (деньги, без покрытия цветным металлом). «Fiat luх» - «Да будет свет», - первые слова, произнесённые Богом. Здесь мы имеем дело с действительно божественной функцией – сотворением из ничего с помощью силы слова.
Во всей этой истории, восходящей к поздне-викторианской эпохе, особенно впечатляет то, что таким образом общество смогло разрешить видимое противоречие между двумя целями: с одной стороны – сплавить воедино и одновременно усилить национальное государство, с другой – использовать при этом инициативу конкуренции между отдельными подобными государствами. Прежде всего, этот процесс предоставлял удобную возможность для приватизации функции сотворения денег (являющейся теоретически общественной задачей) в форме привилегии для банковской системы в целом, позволяющей максимизировать вложения клиентов при одновременном сохранении конкурентной борьбы между отдельными банками.
Сотворение денег банками содержит в себе ещё один важный внутренний аспект. «Жира-деньги обязаны своей ценой собственному дефициту». Иными словами, для того, чтобы валютная система, основанная на банковском кредите, и без покрытия драгметаллами вообще функционировала, дефицит денег следует вызывать искусственно и систематически его поддерживать. В этом – одна из причин того, что наша сегодняшняя валютная система не является саморегулируемой, но нуждается в активных центральных банках, заботящихся о дефиците. Можно даже сказать, что центральные банки соревнуются между собой в том, чтобы сделать свою валюту на мировых рынках по возможности более дефицитной. С помощью дефицита удерживается её относительная стоимость. Тайна при сотворении денег состоит в том, чтобы заставить людей принимать в качестве обменного средства обязательства других людей по типу «я тебе должен» (обещание заплатить в будущем). Владеющий таким трюком может извлечь из данного процесса соответствующий доход. После того, как национальное государство превратилось в существенную силу, правительства и банковская система заключили между собой сделку. Банковская система получила право вводить в оборот деньги как «законное средство платежа» и со своей стороны поручилось в любое время предоставлять финансовые средства в размерах, требующихся правительству.
Через такую совместную игру осуществляется сделка между правительством и банковской системой, и поэтому за «вашими» деньгами всегда стоит, в конечном итоге, вся банковская система вашей страны. Если бы мы все должны были разом выплатить наши долги, то деньги попросту исчезли бы из этого мира, поскольку весь процесс их сотворения в целом (алхимия денег), тем самым обратится вспять. Последним очевидным признаком всех национальных валют являются проценты. Опять же, мы все думаем, что проценты имеют здесь своё закономерное место, забывая однако при этом, что так было в истории далеко не везде и не всегда. Все три т.н. «религии откровения» настойчиво проклинают «лихву», а последняя означала всякую форму извлечения из денег процентов.
Одиннадцатый кусок кожи
История эта случилась в маленькой австралийской деревушке. Там у людей существовал натуральный обмен. В каждый рыночный день они разгуливали с курами, яйцами, окороками и булочками в руках и долго торговались друг с другом об обмене своих товаров. В периоды ключевых событий, к примеру – урожая, или же когда требовалось восстановить разрушенный непогодой хлев, люди вновь вспоминали о традиции взаимопомощи, которую наследовали от предков. Каждый знал: если у него будут сложности – другие помогут.
В один из рыночных дней в деревушке появился чужак. На нём были блестящие чёрные туфли и элегантная белая шляпа. Процесс торговли он наблюдал с сардонической улыбкой. При виде крестьянина, растерянно пытавшегося удержать своих шестерых кур, которых нужно было обменять на ветчинный окорок, чужак не смог удержаться от смеха. «Бедные люди, - простонал он, - как примитивно они живут!» Его слова услышала жена крестьянина и обратилась с вопросом: «Вы думаете, что могли бы лучше справиться с курами?»
«С курами – нет, - ответил чужак, - но имеется гораздо лучший способ оградить себя от неприятностей. Видите дерево, вон там? Сейчас я пойду туда и подожду, когда мне принесут коровью шкуру. После этого ко мне должны подойти представители от каждой семьи. Я объясню им лучший способ.»
Он взял коровью шкуру и разрезал её на множество равномерных круглых кусков и на каждый из них нанёс красивый маленький штампик. Потом он дал каждой семье по круглому куску и сказал, что каждый их них эквивалентен стоимости одной курицы. «Теперь вы можете расплачиваться друг с другом кусочками кожи», - сказал чужак. Крестьяне просветлели.
«Да, кстати, - бросил он уже после того, как одарил каждую семью десятью кусками кожи, - через год я вернусь и снова сяду под это дерево. Я хочу, чтобы каждый из вас вернул мне по одиннадцать кусков. Одиннадцатый кусок – это залог стоимости технического обновления , которое я привнёс в вашу жизнь.» «Но откуда же возьмётся одиннадцатый кусок?» – спросил крестьянин с шестью курами. «А это вы сейчас увидите. Допустим, в текущем году рост населения и производства останутся прежними, и как вы думаете, что должно случиться? Теперь представьте себе, что одиннадцатый кусок кожи вообще никогда не будет создан. Поэтому каждая одиннадцатая семья должна утратить все свои кожи, даже прилежно трудясь, ибо только в таком случае остальные десять семей могут получить по своему одиннадцатому куску.»
Когда в следующий раз непогода грозила урожаю одной из семей, соседи были уже не так скоры на предложение своей помощи. С одной стороны, было действительно намного удобнее обмениваться в рыночные дни только кожаными кусками, но с другой – новые привычки вызвали непредсказуемые последствия, ибо затормозили традиционную спонтанную готовность односельчан ко взаимопомощи. Вместо этого, новые деньги развили систематическую тягу ко всеобщей конкуренции.
Когда банк создаёт деньги, предоставляя вам ипотечный кредит в 100 тысяч евро, он создаёт только первоначальный капитал. Дальше банк буквально ожидает, что в течение 20-ти последующих лет – вы вернёте ему уже 200 тысяч евро. Если вы этого сделать не сможете, то потеряете дом. Ваш банк не творит процентов, но просто посылает вас в мир на войну со всеми остальными. В силу того, что остальные банки делают то же самое, система требует банкротства некоторых участников, иначе вы не получите других 100 тысяч евро.
Процентную политику Центральных банков мы наблюдаем с большим интересом, чему есть свои основания. Рост процентов вызывает дополнительные расходы, что с неизбежностью ведёт к банкротствам. Тем самым мы возвращаемся во времена, когда верховные жрецы решали, будут ли удовлетворены боги жертвоприношением козы, или же они затребуют единородного сына.
Современная валютная система вынуждает нас задалживаться у коллектива (Целого – Ю.И.)
Дуан Элгин приходит к заключению: «Глядя в целом, тенденции указывают на то, что настаёт время всемирной переоценки ценностей».
Население планеты идёт повсюду впереди политических лидеров и медии. В целом, можно выделить три области, где уже присутствуют методы и условия для создания мира устойчивого благосостояния:
1. Доступность информационных технологий.
2. Критерии новой денежной системы: валюта есть не что иное, как договорённость в рамках общества об использовании её в качестве обменного средства.
3. Способствование тому, чтобы культур-креативы постоянно осознавали своё количество и свою роль: это есть «субкультура», призванная заложить ценностные масштабы для периода нового цивилизационного рывка.
Наши деньги – это наше зеркало! Оно способно на большее, чем просто отражать наше тело. Это – зеркало нашей души.»
«Я ЖЕ ГОВОРИЛА – ЮЛЬКА ОТДАСТ!»
(вторая половина девяностых)
Рынок диктовал своё. Каждый день простоя - убытки. Товар - скоропортящийся, не говоря уже о плате за место и холодильную камеру вне зависимости от обстоятельств. Вот и собирались мы в глубине цветочного ряда, сдвинув ящики, поминать наших покойников, и плакать было недосуг, приходилось одновременно обслуживать покупателей. Да и кого в то время можно было потрясти смертями близких - особенно престарелых…
Правда, уж чего-чего, а цветов на похороны собирались охапки.
Дни рождения отмечались едва ли не ежедневно, плюс праздники и всякие знаменательные события. Однажды у меня был неудачный день, почти не заработала, но, когда пришла домой и открыла молнию чёрной спортивной сумки, обомлела – там было полно денег. После долгих мучительных размышлений вычислила – у нас с Татьяной, торговавшей мёдом, одинаковые сумки, вот она по пьянке и перепутала. Утром у прилавка при моём появлении все разом замолчали. Проверка «на вшивость».
- Ну что, небось, всю ночь не спала? – я швырнула Татьяне сумку. Она бросилась мне на шею.
- Я же говорила, Юлька отдаст! – вопила моя соседка по прилавку,а остальные требовали с Татьяны по этому случаю обещанный магарыч. В общем, всё опять кончилось обильным возлиянием в ознаменование моей честности.
В тех редких случаях, когда повода для выпивки не было, дело ограничивалось просто бутылкой к завтраку. Собирался общий стол, резался салат, готовилось на кухне что-либо из горячего – яичница или картошка с салом, жареные потроха, печень в сметане…Ну а за пузырём, поскольку кулинарить я терпеть не могла, приходилось бежать мне. Не пить не было никакой возможности – ах так, мы, значит, будем в расслабухе, а ты - покупателей ловить!
Я нашла выход – завела фаянсовую кружку и отхлёбывала из неё понемногу - сколько там, никто не видел. Объясняла, что «пью по-английски» частыми микродозами, хотя понятия не имела, как они там, в туманном Альбионе, керосинят. За первым пузырём обычно следовал второй, так что после трапезы я иной раз незаметно уносила на своё место полную ёмкость градусов, а затем в течение дня осчастливливала ими местных грузчиков, которые взамен таскали мне вёдра с водой.
Английский и даже отчасти французский я не забыла ещё с юности и безотказно служила переводчиком, щеголяя знанием числительных и приёмами устного счёта. У меня было много клиентов среди «зарубежных гостей» (рядом с рынком находились посольские дома), мы вели долгие беседы на духовные, литературные и особенно политические темы. Особенно их будоражило моё неприятие происходящих у нас «революционных перемен». Поначалу я скрывала свои «интеллигентские» корни, но потом обнаружила - иностранцев ничуть не коробит, что писательница торгует цветами, у них это называется «бизнес» и воспринимается как основное занятие, в отличие от «хобби», куда они относят любую деятельность, не являющуюся источником существования. В том числе и творчество.
После завтрака на рынке наступал до четырёх мёртвый сезон, а у меня - как раз время хобби. Иногда из-за сытной трапезы и пары глотков спиртного глаза слипались - тогда я позволяла себе полчаса отдыха – руки на прилавок, голову на руки, закрыть глаза и отключка. Однажды вечером мне стали звонить родичи и знакомые с шуточками и поздравлениями – оказывается, я в своей броской голубовато-фиолетовой куртке попала в сюжет популярного «Взгляда» и была показана по первой программе в глубокой спячке. Без комментариев. Снимали, небось, скрытой камерой.
Ну, подумаешь, спит человек, устал. Эка невидаль.
БЫЛ МЕСЯЦ МАРТ
В БЕСЕДКЕ С: Идеалисткой, Иосифом Сталиным
и Ричардом Косолаповым
От Москвы до самых до Австралий…
Идеалистка:
«Ну, может, не совсем Изания, но очень похоже на ваш проект.»
Ю.И.:
- Действительно, похоже, и, когда мы, наконец, «запустимся» (а я в это твёрдо верю), то обязательно начнём сотрудничать со всеми подобными общинами – как и задумано с самого начала. Очень рада вашему у нас появлению после долгого отсутствия – видимо, связанного с семейными хлопотами. Как здоровье малышей?
Очень хотелось бы, чтобы вы ознакомились с последним расширенным вариантом проекта (он есть на сайте) и высказали свои пожелания и конструктивные предложения. Там изложены отрывки из других «забугорных» материалов, тоже подтверждающих, что Изания – отнюдь не утопия.
Мне верится, что в недалёком будущем мы с вами обязательно получим реальный шанс вместе «делать дело». Здоровья вам и мира.
2003-03-01
Актуальная цитата в связи с угрозой войны в Ираке:
В своём времени Сталин переиграл всех
(часть 3)
Корр: - Как же получилось, что к власти после Сталина пришли люди, мягко говоря, недостойные его наследия? Почему Сталин не подготовил себе преемника? Как он мог допустить, чтобы дело всей его жизни оказалось в руках тех, кто в конце концов привёл страну к катастрофе?
Р.К.: - Сталин, по всем свидетельствам, был очень чуток на людей. То, что он умел подбирать и готовить кадры, неоспоримо. На макроуровне значение этой проблемы им осознавалось очень хорошо – достаточно вспомнить знаменитый лозунг: «Кадры решают всё!». Примером сталинской работы с кадрами является решение проблемы высшего командного состава армии, почти полностью выбитого из строя как предвоенными чистками, так и поражениями первых лет войны. Она была решена блестяще и в кратчайшие сроки. Или взять послевоенные годы. Когда вся страна после Победы переживала колоссальный внутренний подъём – при всё ещё большой бедности, конечно. Однако ощущение полнейшей уверенности, которое сопровождало нас тогда, ощущение обеспеченности и безопасности – было абсолютным.
Да, Сталин работал прежде всего на народ в целом, справедливо полагая, что именно он создаёт кадровый потенциал страны, и массы отвечали ему, конечно, благодарностью. Но Сталин не справился с крупнейшей проблемой партийных кадров. Он только начал готовить себе способную смену, стал подбирать людей. Но, знаете, бюрократическая машина партийного и государственного аппарата обладает сложными внутренними закономерностями, она весьма своенравна, и в каком-то смысле Сталин оказался пленником этой машины. Управлять ею он ещё мог. Но вот выйти и уступить руль кому-то другому – нет. Люди, которых Сталин начал выдвигать после войны, не успели закрепиться в аппарате и установить необходимые личные связи друг с другом. Но они были. В частности, Д.И.Честноков, который в начале 50-х годов определял всю идеологическую работу в ЦК. Или Д.Т.Шепилов, блестящий партийный публицист и учёный. Или ныне здравствующий, энциклопедически образованный Юрий Андреевич Жданов, который на протяжении многих лет работает ректором университета в Ростове-на-Дону.
Думаю, Юрий Андреевич на меня не обидится, если я поведаю одну историю, связанную лично с ним. Ему тогда было около 25 лет, он окончил университет, работал уже ассистентом, по-моему, химфака, и во время отпуска путешествовал где-то по Черноморскому побережью Кавказа. И вдруг его находят и приглашают на дачу к Сталину, которая располагалась, кажется, в районе озера Рица. Разговор продолжался несколько часов. Сталина интересовало, что молодой человек думает о культуре, системе образования и её проблемах. Сталин сказал тогда знаменательные слова: «У нас институты съели университеты» - речь шла о чрезмерной производственной специализации высших учебных заведений и фундаментальных преимуществах широкого университетского образования. В конце Сталин предложил собеседнику перейти на партийную работу.
Так что Сталин успел с военными кадрами, но не успел с партийными. Не успел. Тот же Микоян рассказывал о том, что в 1947 году Сталин собрал всю партийную верхушку и выразил пожелание, чтобы каждый из членов Политбюро подобрал себе 5-6 кандидатов в заместители. Постоянно напоминал об этом, сердился, но с тихим саботажем своих ближайших сподвижников ничего сделать не мог. Так ничего из этого и не вышло. Кроме того, Сталин постоянно работал над укреплением Высшей Партийной школы, приглашал туда лучшие кадры из научной среды. Была учреждена Академия общественных наук, но большой роли, по-моему, не сыграла.»
ТЕЛОХРАНИТЕЛЬ
(вторая половина девяностых)
Иногда наведывался на рынок мой друг, Алексей Трофимович Рыбин, бывший при Сталине комендантом Большого театра, - один из телохранителей вождя. Высокий, бледный, худощавый, в потёртом чёрном пальто или сером плаще – в зависимости от сезона, он покупал пару сосисок, немного овощей, два-три яблока и категорически отказывался от подношений. Когда он появлялся на рынке, девчонки сообщали: «Вон, твой пришёл!». Я сразу же всё бросала и выскакивала из-за прилавка.
- Здравствуй, Юля.
Он крепко пожимал мне пальцы сухонькой старческой рукой, и я млела, чувствуя себя заговорщицей или партизанкой во вражеском тылу. Думалось - вот человек, которому бдительный вождь доверял много лет. Каким же он должен быть? Я знала, что Алексей Трофимович живёт с больной женой, занимается с ребятишками в клубе игрой на баяне, принимает их в пионеры (о чём появлялись время от времени на телевидении экзотические сюжеты). Он издавал за свой счёт мемуары о Хозяине и, после долгих наших бесед, видимо, проникшись ко мне этим самым доверием, позволил посильно поучаствовать в своих публикациях. Поставив, правда, условием, что обязательно вернёт мне долг из тиража. И всякий раз вручал расписки, от которых я безуспешно пыталась отмахнуться.
Потом он действительно заставил меня взять часть тиражей (их было несколько). Я передала книжки «Советской России» - коммунистам, в фонд избирательной компании 96-го года. Поначалу была мысль пожертвовать деньги и в фонд восстановления храма Христа Спасителя - как бы форма некоего «покаяния» от имени вождя, «попустившего» разрушение. От себя лично я уже в самом начале решения о восстановлении перечислила туда взнос. Но творившееся вокруг строительства нравилось мне всё меньше, и я посчитала себя не вправе вмешиваться в мистику отношений Бога с проводниками Его «высшей власти».
«Хозяина» Алексей Трофимович вспоминать любил. О том, как во время налёта настоятельно просил вождя уйти в укрытие, услышав в ответ: «Нэ бойся, Алексей, наша бомба мимо нас нэ пролетит». А в другой раз, получив сообщение, что ближняя дача заминирована, Хозяин сам отправился проверять окрестности с миноискателем, проявив при этом замечательное знание дела. Как однажды на военной дороге произошла с правительственным транспортом какая-то авария по вине женщины, сидевшей за рулём встречной машины. Помертвевшую от ужаса «девчонку» вытащили из кабины, Сталин молча обошёл зону происшествия и коротко приказал охране: «Нэ трогать».
Мне казалось кощунством расспрашивать Рыбина о достоверности сплетен по поводу сталинских «пассий». Как-то он сам об этом возмущённо заговорил - мол, совсем писаки потеряли совесть.
- Неужели никогда и ничего? – не удержалась я.
Алексей Трофимович помялся и неожиданно поведал, что, кажется, было что-то у вождя с одной женщиной, но никакой не плясуньей, не артисткой, а знаменитой бесстрашной лётчицей, героем Советского Союза. Фамилию я спрашивать не стала, но была очень довольна информацией. Конечно, если уж вождю выбирать подругу, то именно такую, всю в орденах и медалях, с орлиным взглядом и железной рукой, привыкшей держать штурвал:
«И вместо сердца - пламенный мотор»…
В БЕСЕДКЕ С: Борисом Тираспольским, Александром
и Уинстоном Черчиллем
В «Золотой век» по грязи и крови?
Как осуществить проект «Изания» на планете Земля
Борис Тираспольский: - Я давно с интересом слежу за развитием Вашей замечательной идеи «Изания». Я полагаю, что мы можем начать нащупывать взаимно приемлемые формы взаимодействия по созданию самого большого социально-экономического Проекта в истории нашей цивилизации: «Золотой век» (ценность человека как творения Господа).
Ю.И.: - Уважаемый Борис, проект «Изания» сейчас прошёл, в основном, теоретическую фазу и готов к запуску в нескольких вариантах. Но мы рассмотрим любые новые интересные предложения, поэтому Ваш дружеский жест принимаю с благодарностью. Сейчас раздаём текст последнего варианта проекта различным общественным и политическим деятелям и предпринимателям – отзывы пока очень хорошие, но вопрос даже не в деньгах (Изания для запуска требует лишь небольшого стартового капитала). Проблема - в «делателях», исполнителях, лидерах. Идеально было бы привлечь какое-либо молодёжное или иное движение, близкое нам по духу, с пассионарными, достойными доверия лидерами – но пока ничего подходящего на горизонте не маячит.
Правда, честно говоря, я поиском «исполнителей» вплотную ещё не занималась, так как должна прежде закончить работу над автобиографической книгой - итогом многолетнего поиска и «вынашивания» Изании как возможности создания цивилизации, альтернативной «царству Мамоны». В книгу войдут наиболее интересные ключевые моменты обсуждения проекта на нашем форуме, обоснование духовно-социального смысла Изании и предлагаемые варианты конкретных действий по её осуществлению.
Борис Тираспольский: - «Так служить или прислуживать?» - А как Вы определяете разницу между «служить» и «прислуживать»?
Ю.И.: - «Служить» следует только Богу и Его Делу. А Его Дело – это наше спасение для вечности. Поэтому под определение «служить» подходит всё «разумное, доброе, вечное», умножающее «жатву Господню». Это, в первую, очередь, дела милосердия и «хлеба насущного» (накормить голодного, одеть, обогреть, дать крышу над головой, научить уму-разуму, излечить, утешить, приобщить к прекрасному). Люди соответствующих профессий «служат» – в том числе, и дворники, садовники, лесники, - потому что нам заповедано обихаживать и украшать землю. Разумеется, «служат» священники, когда не отступают от истины.
«Служить» можно тем избранникам и «сильным мира сего», которые сами служат Богу высоким вкладом в совершенствование человечества. Нелепо было бы римского императора Константина, Блеза Паскаля, или наших Менделеева, Чайковского и Льва Толстого заставлять самим себе шить сапоги (хотя последний неоднократно это делал – скорее от гордости, чем от смирения). Просто потому, что каждый должен заниматься делом, которое поручил ему Господь, а не потому, что есть занятия «высокие и низкие». Накормить, сшить одежду, построить дом или вырезать аппендицит великому человеку – означает войти в его высокий труд перед Господином – разве могли бы эти люди исполнить предназначение без простых тружеников? Кстати, на этом принципе основана идея Изании.
А «прислуживают» тому, кто сам служит Мамоне – т.е. бесполезен, замкнут на себя. Кто, согласно Евангельской притче, тратит вверенные ему таланты на самоугодие, на силы тьмы, или, не приумножая, зарывает таланты в землю. Такой не только сам является «сухой веткой», а их «бросают в огонь», но и других принуждает «прислуживать» тленному, губя их души.
«Вы куплены дорогой ценой, не делайтесь рабами человеков.»
Подобный критерий применим и в других случаях. «Служить» следует такому отечеству, правители которого сами не служат силам тьмы, иначе получится «отдание Богова кесарю» - большой грех. Гитлер тоже по-своему «служил Германии».
«Отечество» – это данная тебе Богом земля, её правильнее называть «матерью-отчизной», и если твоя мать, не приведи Господи, пьянствует и идёт на панель, лучшее ей служение – удержать её от этого любыми способами, а не потакать погибели. Таковы принципы Изании. Тот же критерий – в отношении «служения царю». Вот Вы спрашиваете:
«А убиенный Государь Александр Александрович Освободитель служил или прислуживал России, считая себя Покорным Слугой Творца?»
«Помазанников», разумеется, не нам судить, но ясно, что тут дело не в том, кем сам себя считал Александр Александрович, а какую оценку получит его деятельность на Суде. По этому поводу в Библии есть грозное предупреждение народу:
«Если же вы будете делать зло, то и вы и царь ваш погибнете.»
«Господь Бог ваш – царь ваш» - то есть непосредственное подчинение, служение Небу – это и есть девиз Изании (Исполни Закон Неба). А кесарю, которого мы вынуждены терпеть, живя в мире, – следует не служить, а «отдавать кесарево».
Борис Тираспольский (Б.Т.): - Интересно, появились ли в новой России опять дворники?
Ю.И.: - А разве они исчезали? Некоторые бездомные интеллигенты охотно нанимались в ЖЭКи дворниками из-за жилплощади. Кажется, даже Иосиф Бродский в своё время.
Борис Тираспольский: - Для начала спросите себя – чего Вы хотите в жизни? Быть богатым хотите? Только честно! Конечно, хотите!
Ю.И.: - Лично для меня вопрос поставлен некорректно. Я не хочу быть «богатой» в общепринятом смысле – то есть иметь больше, чем мне необходимо для нормального, как Вы пишете, «служения». Простая здоровая пища, одежда, кабинет для работы, компьютер и другая бытовая техника, хорошие врачи, когда прихватит, и т.д. В общем, в пределах разумного. Понимаю, что эти пределы у всех разные, но у меня всегда был здесь один критерий – совесть. Ни в коем случае не «обрастать» за счёт других и не служить «имению» – оно само должно служить. Даже не тебе, а опять же ему, Делу.
С этой позиции всё чаще ловлю себя на мысли, что иногда хочу стать богатой, - просто потому, что недостаток средств
Что же делать? Кланяться олигархам, чиновникам? Чаще всего бесполезно и противно. А самой честным путём богатства не нажить. Хочется верить, что «Изания», позволит нам «разбогатеть» и состояться в самых смелых планах, просто дополнив и поддержав друг друга.
В общем, как сказано в Евангелии, богатому спастись возможно лишь с Божьей помощью, то есть используя это богатство «для Господина жатвы».
Б.Т.: - Но что делать – нет лучше идеи, чем Изания. А если вдруг появится лучше изея, то как Вы на это прореагируете? Только опять честно.
Ю.И.: - Путь к Истине – вечное восхождение по лестнице, где каждая последующая ступенька - продолжение предыдущей. Если «лучшая», чем Изания, идея будет по сравнению с ней шагом вверх, я просто постараюсь на неё шагнуть и буду только счастлива сознанием, что мы своё скромное дело сделали, послужив одним из этапов поиска Истины.
Б.Т.: - Проект Изании станет Реальностью! Меня всё больше и больше привлекает Ваша Изания. И книжка Ваша – первоклассная литература. Вот я и подумал, а не поставить ли по Вашей книжке такое особое действо, в котором бы участвовали «актёры» вместе со «зрителями». Они бы вместе и строили и управляли Вашей Изанией на отдельно взятом участке «Дороги в Светлое Будущее». Я не шучу. Каждый будущий менеджер должен подписать на Ваш проект людей, которые покаются в совершении грехов против Царского Дома Романовых и заплатят за свои грехи в рублях. Остальные деньги Вам дам я из Фонда Её Императорского Высочества Великой Княгини Ольги Александровны.
Ю.И.: - У нас само понятие «кающихся», коли Вы действительно не шутите, давным-давно само стало юморным, хотя все только и делают, что ждут от кого-то «покаяния». И не только в отношении царской семьи, но и «большевистских репрессий», горбачёвско-ельцинской перестройки, всяких там павловских реформ, чубайсовских ваучеров, августовских дефолтов, Чечни, «Курска», станции «Мир», и т.д. И главного, ежедневного: «Где деньги, Зин»? Покайся.
Но Зинуля – ни гу-гу. Она, конечно, в чём угодно покается, если ей за отпущение её же грехов «отпустят» приличествующую грехам сумму. Но Изанию на этом не построишь – отрицательная величина получается, насколько я понимаю в арифметике.
Б.Т.: - «Клятва Члена Общества Святой Чести.»
Ю.И.: - «А Я говорю вам: не клянись вовсе: ни небом, потому что оно Престол Божий;
Ни землёю, потому что она подножие ног Его; Ни головою твоею не клянись, потому что не можешь ни одного волоса сделать белым или чёрным. Но да будет слово ваше: «да, да», «нет, нет»; а что сверх этого, то от лукавого.» (Мф, 5, 34-37)
Александр: - Вот и дождались вы, Юлия – Борис Абрамович вас услышал!
2003-03-18
Б.Т.: - Уважаемый Александр! Во-первых, меня зовут Борис Михайлович!
Во-вторых, Российский Императорский Банк никакого отношения к «абрамовичам» не имеет.
В–третьих, капитал Банка – легитимное наследство Императорской семьи Романовых. А если точнее – личные средства Государя Александра Третьего. Но рад познакомиться.
2003-03-18
Ю.И.: - Вот так-то, Александр, знай наших!
Александр: «Ибо всякое дерево познаётся по плоду его.»
Ю.И.: - «Большим счастьем для России было то, что в годы тяжёлых испытаний Россию возглавлял гений и непоколебимый полководец И.В.Сталин…Он принял Россию с сохой, а оставил с атомным оружием и ракетами…» (Уинстон Черчилль).
А какие такие «добрые плоды» у нынешних вождей, ничтожность и бессилие которых особенно горько сознавать сейчас, накануне войны с Ираком?
СВЕТЛОЕ БУДУЩЕЕ
(2003 год)
ОГОНЬ
9 марта на Прощёное воскресенье поехали вечером в храм. Во время службы почувствовала себя неважно. Вспомнив о недавней «мерцалке», проглотила традиционные таблетки адельфана - от давления, анаприлилина – от тахикардии, и феназепема – успокаивающее. Малость пришла в себя, ещё и мысленно посетовала в адрес Сил Небесных – вот, мол, не излечили рабу Юлию благодатью, пришлось глотать химию …
В общем, сошли мы с Борисом с электрички – огромное зарево где-то в нашей стороне. Пожар! Сначала ещё казалось, что в стороне, но чем ближе мы подходили, вернее, подлетали по нашей улице, держась за сердца и хватая ртом пахнущий гарью мартовский воздух, тем больше убеждались – горим!.
Первая мысль опять была, конечно, о неоконченной книге – написанные главы, интернетовские распечатки, дискеты – всё пропало! Ведь это невосстановимо! Вот когда сработали проглоченные в храме лекарства…
Во всяком случае, я опять выжила, хотя лишь в нескольких шагах от дома стало ясно, что полыхает в ста метрах от нас, у леса.
Стояла у окна, глотая без разбору из каких-то аптечных пузырьков и глядя на пламя, рвущееся к верхушкам елей. Оно злобно шипело, отплёвывалось клубами пара, но сквозь треск шифера, крики пожарных и лай собак пробивалась таинственная, победно-грозная мелодия огня… И она предназначалась всё-таки мне, это был мой костёр, хоть и полыхал вроде бы у едва знакомых соседей, на безопасном расстоянии. Мой предупреждающий огонь и его обжигающая мелодия – я вдруг осознала, что никуда от этого не уйти.
Вечно зовущий набат…
Спустя неделю, вернувшись уже постом после причастия, я, как обычно, сунула в печь обрывки листа с исповеданными грехами, подожгла. Листки вспыхнули. Я выпрямилась, собираясь выйти из комнаты, но тут за спиной послышался знакомый гул. Господи! На столике у окна, метрах в трёх, занялся ясным пламенем стоящий в вазе сухой букет. Пламя, весело потрескивая, уже норовило лизнуть занавеску.
Схватила огненную вазу и сунула в собачью миску у печи, залив водой.
Нет, это уже слишком. Единственно правдоподобное объяснение – отскочила горящая головка от спички. Но чиркала-то я, держа коробок в топке – это хорошо запомнилось.
Вся эта мистика понудила меня в срочном порядке засесть за более-менее окончательный вариант проекта.
Н.Боголюбов: «Песня Веры и Правды – пророчество. Грязным сердцем мечту не тронь!
Равнодушие – богоборчество. Бог на землю низвёл огонь!»
«ВЕЛИКИЙ И УЖАСНЫЙ»
(вторая половина девяностых)
Я всё более ощущала, что с вождём меня связывают некие особые таинственные отношения – вот уже полвека молилась за него перед сном, как когда-то научила баба Ира – «за папу, за маму, за друзей и родных и, конечно же, за товарища Сталина». Сперва о здравии, потом об упокоении. И записки поминальные регулярно подавала за «Иосифа», и никакие политические перемены и катаклизмы не могли изменить моего отношения к «Великому и Ужасному». Не потому, что не верила в его «злодеяния» (хотя, признаться, часто и не верила). Просто не считала себя вправе судить и оценивать ту мистическую глыбину, которой для меня всегда казался «отец народов». Таинственно-огромное и потустороннее, потому и обычные мерки здесь не годятся, вот и всё. «Не человек – поступок ростом в шар земной», – написал о нём Пастернак.
Однако за последнее время стало происходить нечто странное – статьи, документы, мемуары, книги о вожде – чаще всего оскорбительно-негативные, иногда просто наглое враньё и поношения, стали меня буквально преследовать – из самых разных и неожиданных источников. Собирала, вырезала, выписывала, конспектировала, но их становилось всё больше–и материалов, и моих размышлений «по поводу», тянущих иногда на газетный подвал. Но где можно было опубликовать такой «подвал» в девяностых? Факты и размышления накапливались, взывая к справедливости. В конце концов, я немного успокоилась, приняв решение написать книгу о вожде, как только издам «Дремучие двери» - роман был уже совсем близок к завершению. Не тут-то было. Сталинская тема настолько овладела мною, потеснив даже тему религиозную, не говоря уж о личной истории героини, что я поняла – неспроста. Среди сплошной хулы и проклятий нашлось лишь несколько «добрых» мнений, включая рыбинские брошюрки, хорошую документальную книгу М.П. Лобанова, несколько иностранных изданий. И всё. А на дворе время, когда за одно лишь положительное упоминание о вожде можно было навлечь на себя такую «гончих стаю», что костей не соберёшь. И ни в какое издательство с этим не сунешься. Но я не могла да и не хотела бороться с наваждением. Опять это «должна»! Даже почерки - мой и моего великого подзащитного стали похожи – только мой в женском варианте. Думала ли, гадала я, что однажды придётся выступить адвокатом «самого мудрого, родного и любимого»? Сражаться не столько с фактами, сколько с их трактовкой. Большое видится на расстоянье…С этого неземного «расстояния» и был мне показан милостью Божьей исторический и духовный смысл тридцатилетнего явления миру Иосифа Грозного, когда великая жизнь «недоучившегося семинариста кавказской национальности» чудесным образом вплелась в духовные поиски и метания моей героини.
Сказать, что я «заболела» сталинской темой, значит ничего не сказать. К ней просто «вели все дороги» – шла ли речь в романе о судьбе Иоанны и других персонажах, о трагическом крахе страны под властью «демонократии» (мой термин), об извечных наших: «Кто виноват»? и «Что делать?» - все стёжки-дорожки так или иначе приводили в кабинет Ближней дачи. К письменному столу, за которым писал, ссутулившись, старик с редеющими седыми волосами – выпавшие волоски и перхоть можно было различить на расстёгнутом воротничке старого френча, так близко я подходила. Старик был в мягких подшитых валенках, от него исходил аромат тонкого дорогого табака (вся страна знала, что это «Герцеговина Флор»). Старик был очень одинок и никому не верил, хотя тысячи людей были готовы, не раздумывая, отдать за него жизнь. Он слабел день ото дня и знал, что осталось немного. Он ведал о моём присутствии – той, что молится за него уже полвека, так уж получилось, и каждый раз ждал меня, хоть и ничем этого не выдавал, продолжая быстро писать похожим на мой почерком. Он писал завещание. Мне не было дано его прочесть, - лишь ведение, что это не просьба о моих дальнейших молитвах о себе – он не страшился Суда, хоть и шагали его сапоги к заветной цели по трупам, слезам и крови. Все его мысли были о ней, об этой самой Цели. Он не называл её ни «светлым будущим», ни «всемирной революцией», ни «зарёй коммунизма» – он сам не смог бы чётко сформулировать её имя, ну а я – тем более. Однако мы оба достоверно знали, что она есть - та, к которой он вёл народ, не щадя ни себя, ни других, пока не выдохся. Пусть по крови и трупам, но именно туда, к
Тогда что же, что?
Иногда вождь являлся в моих думах в образе подростка-семинариста с известной фотографии - гладко зачёсанные на косой пробор волосы, нежный детский рот и по контрасту пронзительно-жёсткий взгляд куда-то мимо, вдаль. Иногда - небритым ссыльным на топчане под волчьей дохой, вглядывающимся в туруханскую пургу за окном и в который раз замышляющим побег…
«Мечта прекрасная, ещё неясная»…Мы оба знали, что она осуществима здесь, не земле, - единственно верная, хоть пока и недоступная определению. Может, именно о ней вождь просил меня в этих наваждениях-видениях. Вспоминались строчки Пастернака:
Я понял: всё живо, векам не пропасть,
И жизнь без наживы – завидная часть.
Спасибо, спасибо двум тысячам лет
В трудах без разгибов оставившим свет.
И вечным обвалом врываясь извне,
Великое в малом отдастся во мне.
И смех у завалин, и мысль от сохи,
И Ленин, и Сталин, и эти стихи.
Но это поэзия, опять ничего конкретного, она не может быть завещанием человека точных и чётких формулировок.
Однажды я вроде бы получила прямой ответ - на этот раз вождь приснился мне, вернее, его голос, который я услыхала из соседней комнаты, где шло то ли собрание, то ли митинг. Люди спрашивали в отчаянии, перебивая друг друга, - как же им теперь жить? Во внезапной мертвенной тишине медленно прозвучали его слова:
«Зачэм волам вытаскивать из грязи тэлегу, которая вэзёт их на бойню?»
Ничего себе! Домашние и знакомые ахали, дивились моему сну, но я знала – это опять не главное, это не может быть завещанием. Тогда что же?
И снова, не выдержав, нарушила запрет отца Владимира «гадать» на Библии. Господи, прости меня и вразуми! Старинная бабушкина книга едва не выскользнула из рук, открывшись в самом конце Иоаннова «Откровения»:
«И услышал я иной голос с неба, говорящий: выйди от неё, народ Мой, чтобы не участвовать вам в грехах её и не подвергнуться язвам её; ибо грехи её дошли до неба и Бог воспомянул неправды её.»
Именно эту четвёртую строку 18-й главы прикрыл мой палец. Только потом пойму в полной мере смысл сказанного. А тогда просто выпишу текст и обведу красным карандашом с намерением при случае внимательно перечитать «Апокалипсис».
Но странно – навязчивые сны и мысли после этого прекратились.
БЫЛ МЕСЯЦ АПРЕЛЬ
Пора подвести итоги…
ИЗАНИЯ – ВЫХОД
Часть 1
(Приложение для тех, кто не в курсе Проекта или не понял.
У остальных автор просит прощения за неизбежные повторы)
«Выйди от неё, народ мой, чтобы не участвовать вам в грехах её и не подвергнуться язвам её» (повеление Спасителя о «Вавилонской блуднице» последних времён, Апокалипсис).
Напрасный труд – нет, их не вразумишь, -
Чем либеральней, тем они пошлее,
Цивилизация для них – фетиш,
Но недоступна им её идея.
(Ф.Тютчев)
Идея цивилизации
«Проект Изания – попытка найти выход из Нового Вавилона, то есть, определив эту самую «
Задача особенно актуальна в современных условиях стремительного объединения и активизации сильных мира сего, которых «не вразумишь», но которые, тем не менее, претендуют на овладение всеми земными ресурсами и умами граждан при помощи новейших технологий, в том числе и военных. Этих глобалистов можно именовать «золотым миллиардом», «жёлтым дьяволом», «царством Зверя и Вавилонской блудницы» – суть от этого не изменится, равно как и нарастающее желание всякого, кто ещё сознаёт себя «по образу и подобию», сопротивляться до последнего грядущему новому мировому порядку.
«И дано ему было вложить дух в образ зверя, чтобы образ зверя и говорил и действовал так, чтобы убиваем был всякий, кто не будет поклоняться образу зверя. И он сделает то, что всем – малым и великим, богатым и нищим, свободным и рабам – наложено будет начертание на правую руку или на чело их. И что никому нельзя будет ни покупать, ни продавать, кроме того, кто имеет это начертание.» (Отк.13; 15-17)
Будет это клеймо вшитым в руку идентификационным электронным биочипом или спецпечатью на лбу – без разницы. Важно другое:
«И поклонятся ему (зверю - Ю.И.) все живущие на земле,
Вот цитата из «Слова священника» отца Владимира Ермолаева:
«Вытравливание жизненной сущности народа с ослаблением иммунитета ко лжи и унижению со стороны авангарда капиталистического привело нас к недопустимо опасной черте, за которой теряется высокая способность человека подчинять свою волю воле народа и, как результат шкурно-рыночного перерождения, способность искать или следовать – вместе или порознь – Воле Божией. Разрыв русского духовного Покрова, отказ от созидательной установки народа на реализацию лучшего в нём, Божественного, и обязательно ради великой цели, на которую только Богоносец способен. Измена мессианскому назначению в жизни как форме богослужения, утрата народоопределяющей духовной способности на огромном нравственно-эстетическом пространстве составлять единое мистическое Целое есть, без сомнения, генеральная цель перекройки страны, которую им не жаль. После достижения её демстарцу с мистерами, сэрами и прочими бесподобными можно готовить речь о достижении вплоть до конца света земного демонического рая…»
Принятие «образа зверя» – это добровольное подключение к той самой системе антихристианских «тленностей», которую сейчас, прикрываясь именем Спасителя, обманом навязывают нам устроители нового мирового порядка.
Ну а тем, которые в глубине грешной души всё же надеются оказаться «записанными» в ту самую книгу жизни вечной – им-то что делать? Умирать от голода и холода, подобно святым мученикам? Но многие ли из нас к этому подвигу готовы, особенно у кого семьи, дети?
«И дано ему было вести войну со святыми и победить их.» Даже святых. Предсказаны в последние времена и «волки в овечьих шкурах» в церковной среде, и оскудение духа, и богооставленность.
Может, и нам захватывать олигархов в заложники, присоединяться к террористическому интернационалу? Но опять же…
«Кто ведёт в плен, тот сам пойдёт в плен; кто мечом убивает, тому самому надлежит быть убитым.»
Есть ли земной выход из этого глобально надвигающегося рабства у Мамоны, которое так точно и беспощадно охарактеризовал ещё Н. Бердяев, а до него многие другие представители духа и совести Руси, и не только Руси? Верующие в Творца или просто в «
«Буржуа – раб видимого мира, в котором он хочет занять положение. Он оценивает людей не по тому, что они есть, а по тому, что у них есть. Устроился, вкоренён, доволен, не чувствует суеты, ничтожества земных благ. Единственная бесконечность, которую он признаёт – бесконечность экономического обогащения…Буржуа – всегда раб. Он раб своей собственности и денег, раб буржуазного общественного мнения, раб социального положения, он раб тех рабов, которых эксплуатирует и которых боится... Буржуа имеет непреодолимую тенденцию создавать мир фиктивный, порабощающий человека, и разлагать мир подлинных ценностей. Буржуа создаёт самое фиктивное, самое жуткое в своей нереальности царство денег»
Любопытно, что и мною, ещё понятия не имевшей о Бердяеве, была высказана в одном из первых очерков далёкой советской юности аналогичная мысль - в адрес американского миллионера Фреда Остена , одинокого среди сонма верноподданных и мнимых друзей:
«Как бы высоко вы ни поднялись, как бы ни упивались своей властью, вас всегда гложет страх потерять свой капитал и вместе с ним всё» («Смена», «На разных языках», 1961 г.)
Прошло много лет, но мне по-прежнему жаль «фредов», теперь уже наших, бывших совков. Бедолаг, наступивших на чужие грабли. Будто не было в истории Руси Радищева, Достоевского, Толстого и великих пророчествующих старцев:
«Предложит антихрист человечеству устроение высшего земного благосостояния и благоденствия, предложит почести, богатство, плотские удовольствия и наслаждения; искатели земного примут антихриста, нарекут его своим владыкой. Он удовлетворит безрассудному людскому любопытству и грубому невежеству. Удовлетворит тщеславию и гордости человеческой: все человеки, руководствующиеся светом падшего естества своего, отчуждившиеся от руководства светом Божьим, увлекутся в повиновение обольстителю.» (св. Игн. Брянчанинов).
Право личности на самоопределение
Речь, в сущности, всё о том же - зачем мы? Зачем весь этот вселенский сыр-бор с сотворением человека, дарованной ему свободой: есть–не есть запретные плоды? С изгнанием из рая, со сменой поколений – вечной смертью, когда дети пожирают жизнь родителей, чтобы, в свою очередь, стать «питательным бульоном» для потомков. И всё это «в поте лица и в муках», с кровавыми войнами и невинными жертвами, включая распятие самого Сына, сошедшего с небес нам на помощь. Зачем? Ну, взял бы Создатель глиняных наших прародителей в одну руку, другой пришлёпнул, да и лепил нового человека, пока не получится искомое. Времени для экспериментов навалом – тысячелетия!
В том-то и дело, что «задумана свыше» сама наша
Под предназначением мы понимаем отнюдь не гениальность, не мировую известность и не престижность профессии. Это может быть самый скромный труд, но он бесценен, если даёт хлеб насущный тем, кто сеет «разумное, доброе, вечное».
Если вы каменщик и вам не всё равно, строить ли дворцы, казино и бардаки ворам и развратникам – лишь бы платили, или же школы, больницы, дворцы культуры тем, кто лечит, учит и приобщает к прекрасному вас и ваших детей – вы с нами.
В известной Евангельской притче «о талантах» прямо сказано, что лишь тот, кто не растратил впустую данные Господином таланты, не зарыл в землю, а вернул Ему приумноженными, «войдёт в радость господина», то есть спасётся. Прочих ждёт «тьма внешняя, где будет плач и скрежет зубов».
Когда «мучительно больно за бесцельно прожитые годы» и «жжёт позор за подленькое и мелочное прошлое», - как предостерегал «красный мученик» Николай Островский.
«Зачем я жил? Для какой цели я родился? А, верно, она существовала, и, верно, было мне назначение высокое, потому что я чувствую в душе моей силы необъятные… Но я не угадал этого назначения, я увлёкся приманками страстей пустых и неблагодарных», - эти воздыхания лермонтовского героя мы тоже помним со школы, когда писали сочинения о «лишних» людях.
«Жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь, чтобы жил ты и потомство твоё.»
Союз «Изания» означает: «Исполни Закон Неба». Тот самый, вписанный в сердца людей, которым восхищался Кант и о котором писал Пушкин, обращаясь к земным владыкам: «Стоите выше вы закона, но вечный выше вас закон». Речь об инструкции, приложенной к человеку, задуманному «по образу и подобию», к человеку – творцу седьмого дня, которому Создатель, «почив от трудов», поручил землю. Вот мы и «творим».
Этот Закон (Заповедь) - не просто религиозно-нравственный догмат об отношении к ближнему, «как к самому себе», не просто принцип «разумного эгоизма» (все за одного, один за всех), но закон Жизни. Не только временной земной (достаточно рассмотреть устройство дерева, кошки или собственного тела, где каждая печёнка-селезёнка работает на весь организм, как и прочие руки-ноги с ушами и глазами – тоже на всех, а значит, и на эту селезёнку), но и жизни вечной, когда будут «все едино». Награда за исполнение Закона бесценна – Жизнь. Жизнь всех и вся в Доме Отца, а значит, и твоя – «билет в вечность», по выражению Достоевского. А на земле - в мире с Богом, другими и самим собой. Лишь принявшие разумом и сердцем эту истину наследуют Царство. «Как ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в нас едино.» В этом - Замысел и идея «свободного личностного отбора» исторического процесса – воссоединение «нового Адама» со своим Творцом, единственным источником Бытия. Свобода в Боге – свободное подчинение Его Закону, против которого и восстал князь тьмы со своей ведущей к смерти «свободой от Бога» и девизом распущенности: «Запрещается запрещать».
Мысль об эгоистическом, «жлобском» спасении – искажение Замысла. Даже отцы-пустынники молились за весь «погибающий мир». По Закону Неба другой (другие) – являются как бы частью тебя, твоим
Самоуничтожение человечества.
«А такие ветви собирают и бросают в огонь, и они сгорают.»
Необходимостью дробления, размножения, смены поколений Творец спас человека от вечной смерти, которая вошла в мир после грехопадения прародителей, непослушанием отключивших себя от Источника Жизни. Нам был дан шанс– рождение, разум, силы, таланты, время жизни и вписанный в сердца Закон, которым Творец
«Сберегший душу свою потеряет её; а потерявший душу свою ради Меня сбережёт её.»
Призыв Серафима Саровского: «Спаси себя, и вокруг спасутся тысячи» - подразумевает подвижнический подвиг святой молитвы за весь погибающий мир. Это процесс интерактивный, обоюдный, диалектический.
Нужна ли овцам общая с волками свобода?
«Много званных, но мало избранных.» Искуплены все, но живущему в историческом времени человеку дана свобода «избрать» себе господина – Бога или Мамону, поэтому спасутся лишь «избравшие» спасение. Однако Творцу, пребывающему вне времени, изначально известен, (хотя и не предопределён) выбор каждого. «Избравший» Царство в историческом времени ответной божественной волей становится «избранным» в вечности.
Ветхому соблазну нажиться, реализоваться, чтобы тебе служил весь мир, в том числе и «сама рыбка золотая была б на посылках», Изания противопоставляет альтернативный стимул – реализоваться, чтобы послужить Замыслу. То есть из «двух господ» избрать дело Господина Жизни. Ведь сам Творец служил собственному Замыслу о мире и человеке, вплоть до свободного принятия Сыном смертных мук на кресте.
Не обрасти барахлом, а взаимно
«И остави нам долги наши, как и мы оставляем должникам нашим», - заповедано нам просить в известной всем молитве. Речь тут ведь не только об узко понимаемом «прощении обид». Цель Изании – умножение жатвы Господней, для чего и Сын сошёл на землю.
Возлюби ближнего как самого себя. Для «избранника» любовь к себе диктует, прежде всего, заботу о спасении в вечности, о бессмертии в Царстве. «Ибо какая польза человеку, если он приобретёт весь мир, а душе своей повредит?» Но «спасение» для него, повторяем, - путь
Христос сказал: «Я есть путь, истина и жизнь». Для Изании «свои» - это идущие по жизни путём служения Его Замыслу, включая невоцерковлённых, иноверцев и «неразбуженных» атеистов, которые тоже служат Истине, порой сами того не ведая. «Нет больше той любви, как если кто положит душу за друзей своих.» Повторяем - разве не относятся эти слова к подвигам воинов в праведных сражениях или к самоотверженному труду первых коммунистов, идущих к Богу «с чёрного хода» по выражению Н. Бердяева?
Поэтому цель Изании – добровольное объединение по всему миру всех, кто исповедует вписанный в сердца Закон, - независимо от национальности, религии, места жительства, профессии и социального положения. Кто не хочет отдавать «Богово (высшие ценности) кесарю», поклоняясь Мамоне. Наш бескровный ответ глобалистам – альтернативная цивилизация через головы «вампиров», пошляков-либералов и обслуживающих их правительств. Союз взаимопомощи, возрождения и восхождения всех, кто «от Неба», а не от жадной похотливой обезьяны. Союз тружеников Земли. Наше единение - не на религиозной, территориальной или социально-классовой почве, пожинающее обычно ответные распри, войны и кровавые революции. Указанная Творцом грань добра и зла проходит «в сердцах людей». Только Ему надлежит на Суде отделить «пшеницу от плевел»: «Дай Мне, сыне, сердце твоё». Не случайно Достоевский назвал именно сердце человеческое «полем битвы».
Никто не плох и не хорош изначально, в каждом сидит дракон-оборотень. Не внешний раб того или иного диктатора, как в сомнительной трактовке известной сказки Шварца, а раб собственного первородного греха, образа зверя в тебе, которого ты должен отвергнуть за отпущенное земное время, свободно избрав послушание Отцу. «Отдай плоть, прими дух.»
Тело подчинить разуму. Разум подчинить духу. Дух подчинить Богу. Изания полагает, что в этих трёх ступенях подчинения Творцу – высшая Свобода, в отличие от расхожей «отвязанности», которая «чем либеральней, тем пошлее».
Что же касается пресловутых «демократических прав», то разве не волей большинства сама Истина была приговорена к распятию?
Нужна ли овцам общая с волками свобода? Каннибалы, кстати, тоже любят ближних – «на завтрак, ужин и обед».
Цель Изании – бескровная революция духа, сознания, постепенное перетягивание каната на нашу сторону. Тех, кого удастся. Продолжение лучших духовных традиций мировой, российской и советской цивилизаций, - последняя, несмотря на внешний атеизм, являлась на протяжении семидесяти лет «великим противостоянием» царству Мамоны.
Мы считаем, что всевозможные насильственные революции и перевороты с «благими намерениями», но для всех скопом, потому и обречены, как правило, на неудачу, что Замысел исторического процесса изначально подразумевает постепенное отделение «пшеницы от плевел», согласно воле каждого. Право личности на самоопределение. Учитывая это, Изания образует добровольный союз лишь тех, кто избрал для себя альтернативную «обществу потребления» шкалу ценностей.
Мы полагаем, что самоутверждение, «самореализация», диктуемые сверхзадачей в самом высоком смысле слова, - первейшая потребность у таких людей по сравнению даже с «основным инстинктом» продолжения рода. Так малая капля жаждет навеки слиться с Океаном, а не думает гордо: «Океан – это я!».
Величайшей трагедией современного общества и грехом против Творца являются всё те же «лишние люди» – не только униженные и обездоленные бомжи и безработные, не только увлекшиеся «пустыми страстями» печорины, но и невостребованные в лучших своих порывах потенциальные изобретатели, художники, писатели, учителя, врачи. А также те, кто выращивает хлеб, строит дома, учит и лечит, входя в общее дело обустройства порученной человеку Земли. В порочном нынешнем миропорядке законы диктуют рабы Мамоны, захватившие власть и рынок, - с дурными инстинктами и страстями. А несостоявшиеся кулибины, циолковские, менделеевы, не говоря уже о простом народе - вынуждены обслуживать чужой грех, тем самым в него впадая и его умножая.
Изания – союз, где востребован человек «по образу и подобию», то есть человек-творец, восходящий в связке с другими к Истине. Истина непостижима, потому и восхождение наше не имеет конца. В этом бесконечном соборном пути к Творцу (не коллективном, а именно соборном, свободно избранном каждым) – смысл жизни. Вечная дорога в Царствие, которое «внутри нас», то есть начинается уже здесь, на земле.
«На земле никто для нас не лишний» – девиз Изании.
До наступления грядущей эпохи подключения каждого к глобальной сети жизненных благ лишь на условиях принятия ложных ценностей и шулерских правил игры, а то и игры без правил (печать зверя), мы должны успеть создать свою защищённую систему единого кровообращения и связи между собой всех «наших». Напрямую, без всевозможных «вампиров» - от спекулянтов и посредников-накрутчиков до чиновничества всех уровней.
«УБОЙСЯ ЗА ЕЛЬЦИНА ГОЛОС ОТДАТЬ»
(1996 год)
Приближались выборы 96-го. Опять появились какие-то надежды, иллюзии, втыкалась то в ящик, то в газеты, спорила, агитировала и даже подкупала - чтоб голосовали за Зюганова. Местных алкашей - деньгами на водку, клиентов - бесплатными букетами. Перевела традиционно в его фонд энную сумму, выдержала насмешливо-косые взгляды девчонок из банка, их уговоры «не маяться дурью»: «Что это вы, вроде бы человек интеллигентный…» Заставили предъявить паспорт и заполнить анкету – разве что отпечатков пальцев не потребовали. Я отбилась: «Ничего не могу поделать – деньги не только мои, это коллективное поручение». Что их, кстати, ещё больше разозлило.
Опять я расклеивала в электричке листовки и посылала в оппозиционные газеты стихи:
«Убойся за Ельцина голос отдать,
На Страшном Суде будешь рядом стоять.
Господь отвернётся – зови-не зови,
И скажет: «Ты выбрал. Ты тоже в крови.»
Это было напечатано в Прохановском «Завтра» накануне выборов под псевдонимом «Евг. Кречет, Малаховка». В Малаховке жил наш друг-художник, а Женя Кречет работала в своё время со мной на телевидении в сценарной мастерской. Евг. Кречет – удобно. Не поймёшь, мужчина или женщина. Я чувствовала себя великой конспираторшей.
Вот невесёлые размышления героини «Дремучих дверей» о том периоде:
«Ушёл Господь…» – печально думала Иоанна.
Всё самое нелепое, невероятное и ужасное сбывалось, доброе и разумное словно разбивалось о невидимую стену. Свита Воланда, демонократия, захватила кий и, ёрничая, подвывая от наслаждения, подо все эти разудалые танцы-шманцы, тусовки, разборки, совокупления, оргии, ритуальные и криминальные убийства, сборища, суды, теракты и пьяные указы катила обречённый шарик в ту самую роковую лунку.
Куда ни поверни, как ни тасуй колоду – выходила победно ухмыляющаяся дама пик. Одних упырей убирали, назначали других. А тем временем уже выколупливались третьи. Да и прежние никуда не девались, снова всплывали, отдохнув и бодро щёлкая голливудскими вставными челюстями. Меченый, Беспалый, Рыжий, Брюхатый, Пернатый, Чернолицый…Имя им легион, хоть Иоанна и твердила себе, что и у них должен быть образ Божий где-то на дне вурдалачьего болота. Да и бедная бессмертная душа, небось, мается там в грязи под толщей придавивших страстей.
Беспросвет. Народные заступники оборачивались политическими импотентами, сникали, обрастали жирком. Или скидывали овечьи шкуры, оказываясь порой позубастее предшественников. А народ…Нет, он не «безмолвствовал», он непостижимым образом снова и снова голосовал «за». За «насильников, грабителей, мучителей людей».
Так сберегаемая в отцовском дому невеста, украденная, опозоренная и попавшая на панель, боготворит своего сутенёра и терпит всё за кусок хлеба и стакан бормотухи.
Народ уже не был в послушании, как когда-то при царе, при Сталине или при «советском тоталитаризме». Нынче народ сам выбирал себе правителей и, насколько понимала Иоанна, нёс ответственность перед Небом за свой выбор и деяния своих избранников:
«Ты выбрал. Ты тоже в крови.»
«Итак, вот царь, которого вы избрали, которого вы требовали; вот Господь поставил над вами царя. Если же вы будете делать зло, то и вы и царь ваш погибнете.»
Сейчас, когда идёт вторая война в Ираке и избранные «цари» втянули свои, и не только свои народы в такую бездну насилия и убийств, что геенна, кажется, уже обжигает души и ступни ног каждого, эти грозные слова из 1-й книги Царств звучат как приговор всему обезумевшему миру.
Но тогда, в 96-м, «краснокоричневые» ещё на что-то надеялись, в то время как «демонократы» праздновали очередной предвыборный шабаш. Особенно удручали вроде бы совестливые, талантливые… Воистину, когда Господь хочет наказать, отнимает разум. Ненависть к коммунистам порой достигала у бывших верноподданных интеллигентов сатанинского уровня:
«Народ за Президента. Страна за Президента. Все мы нуждаемся прежде всего в стабилизации обстановки. Надо сев начинать, а наш Верховный Совет, подогреваемый интриганами, рвущимися к власти, сеет смуту вместо хлеба и не может её не сеять, потому что среди депутатов больше половины – затаившиеся и явные коммунисты, всегда бывшие главными смутьянами в стране и в мире. Вот навязалась на нас нечистая сила! Её в дверь выгонят, она в окно лезет…»
Это - стенания Виктора Астафьева. А вот что он написал перед смертью:
«От Виктора Петровича Астафьева.
Жене. Детям. Внукам. Прочесть после моей смерти. Эпитафия.
Я пришёл в мир добрый, родной и любил его безмерно.
Ухожу из мира чужого, злобного, порочного.
Мне нечего сказать вам на прощанье.»
«ИЗАНИЯ – ВЫХОД»
Часть 2
(Приложение для тех, кто не в курсе Проекта или не понял.
У остальных автор просит прощения за неизбежные повторы)
Ступень первая – взаимное жизнеобеспечение или «хлеб насущный»
Как нам организовать Изанию - союз взаимопомощи, возрождения, восхождения. С чего начать? Нужна, как минимум, инициативная группа из нескольких человек для сбора и обработки базы данных о ресурсах, возможностях и потребностях района, где планируется создать Изанию – систему взаимопомощи в жизнеобеспечении и разрешении насущных проблем друг друга. Опрос и агитацию можно вести «от двери к двери», можно расклеить объявления или дать информацию в местной прессе.
Одни, например, умеют чинить телевизор и водить автомобиль, другие – этот автомобиль отремонтируют и покроют крышу дома, третьи – могли бы ухаживать за детьми, больными и престарелыми. Четвёртые в изобилии выращивают на своём участке овощи-фрукты, могли бы и больше, но земли не хватает и проблемы с реализацией, у пятых – такие же трудности с молоком, домашней птицей и прочей живностью. Шестой (районный стоматолог) с удовольствием потреблял бы домашние молочные продукты, яйца, свинину и телятину, но зарплата у зубного врача не тянет, чтоб парное мясо на рынке покупать. А о «шестых и пятых» он не имеет никакой информации. Да и проблема с доставкой. У седьмого и восьмого - мечта привести зубы в порядок. Они бы, в свою очередь, охотно шоферили, или давали уроки английского, или вели компьютерный класс, но как бы не нарваться – вокруг столько жулья и сомнительных посредников! По этой же причине девятый не сдаёт нуждающемуся десятому излишки жилплощади, и этот десятый вынужден ютиться у тёщи на кухне под угрозой распада семьи. Ну а у одиннадцатого простаивает пилорама, дача рушится, участок зарос бурьяном, но сил и здоровья уже нет. Он бы давно сдал всё в аренду дачникам или каким-либо умельцам, чтоб привели в порядок на взаимовыгодных условиях, но как отличить порядочных граждан от аферистов? В результате все друг друга боятся, чахнут и пьют с тоски, вокруг всё рушится, а шустрые дяди тем временем набивают карманы на нашей разобщённости и постепенно прибирают к рукам бывшее «народное достояние.»
А между тем, инициативной группе просто нужно на месте собрать анкеты:
I). Что умеем и что имеем? II). Что имеем, но надо «довести до ума» «умеющим», тем самым обеспечив работой «умельцев»? III) Что не имеем и не умеем, но в чём остро нуждаемся? И, наконец, IV). «Чем сердце успокоится?» - то есть заветные мечты, планы и замыслы.
Затем следует внести все данные опроса в картотеку по темам и обработать (лучше, конечно, на компьютере), получив необходимую
Пункты местных изаний можно создать при сельских клубах, библиотеках, бывших сельсоветах, домах культуры, при ЖЭКах, профсоюзах и первичках партий, близких изанским идеям. При организациях инвалидов, при школах (для старшеклассников) и других учебных заведениях – повсюду, где найдётся инициативная группа, угол в тёплом помещении со столиком, картотекой и телефоном (как минимум), компьютером с выходом в интернет – как максимум. Сбор информации идёт по разделам: питание, жильё и ремонтно-строительные работы, транспорт, служба быта. Дети-молодёжь, медицинское обслуживание, культура и духовное развитие, достойная старость. Экологическая, правовая и юридическая службы, охрана, горячая линия, ритуальные услуги и т.д. Затем все сведения заносятся в картотеку и обрабатываются для получения
1. питание
Желающие вступить в Изанию определяют, что они могут вырастить сами в своих хозяйствах - а что хотели бы получать из изаний других районов. Причём каждый будет заниматься тем, что умеет и любит: у одних это - молочные продукты, у других - мясные и выделка шкур, у третьих – яйцо-птица, у четвёртых – зелень и овощи, у пятых – ягоды и фрукты, у шестых – шампиньоны и вешенка и т.д. Можно, разумеется, специализироваться сразу в нескольких направлениях – были бы силы и умение. Тут, само собой, перспективен и семейный бизнес.
Потенциальные участники проекта должны также высказаться о возможности организации в их районе передвижных столовых из собственных продуктов (для школ), обедов на дом (для одиноких и стариков), столов заказов при получении продуктов из других изаний, мини-цехов по производству молочных, мясных и фруктово-овощных консервов. Своих мини-пекарен, мельниц, а при проблемах с электроэнергией – своих ветряков и т.д.
Естественно, тут же встанут вопросы строительства и ремонта подсобных помещений для животных, теплиц, грибниц и т.д., качественной обработки земли (можно привлечь для этого молодёжь или приобрести в коллективное пользование мини-трактора и другую технику), нехватки удобрений, посевного материала, стройматериалов, транспорта. Всё это следует подробно изложить в анкетах: что можем предложить – в чём нуждаемся.
Примечание по ходу дела. Как будем рассчитываться? Садоводы и огородники, повара и пекари, специалисты по консервированию и сдающие Изании в аренду под огороды и теплицы свои заброшенные участки будут рассчитываться между собой, с контингентом других разделов и с соседними изаниями по единой системе
У каждого, внесённого в картотеку, будет свой счёт, продублированный в личной членской карте с индивидуальной печаткой и вкладышем, где проставляется дебет-кредит. Если мне кто-то покрыл крышу или отремонтировал холодильник, я фиксирую во вкладыше его карты сумму ремонта и пометку: «работу принял». В конце месяца вкладыш сдаётся в картотеку и заменяется новым.
Параллельно организуется
Допустим также, что я – инженер или машинист в метро, ничего не имею, кроме наличности, но хочу сотрудничать с Изанией и нуждаюсь в ремонте дома. Я могу внести нужную сумму, согласно смете, (полностью или по частям) в кассу взаимопомощи, но нал этот на руки ремонтникам не попадёт, а поступит в соответствующие компании и фирмы в счет погашения совершенно других неотложных изанских заявок. Допустим, на срочную операцию в больнице или на оплату долгов за электроэнергию от бедствующего колхоза. А мне тем временем рабочие начинают поправлять фундамент, заменять «венцы». Они тоже не в обиде, потому что их семьи уже получают от Изании те или иные услуги. Когда в дальнейшем для стройки понадобятся новые доски и кирпич, я заблаговременно тоже подам заявку в КВ, которая оплатит в нужный срок наличными мои счета на складе стройматериалов. Взяв их, допустим, из поступивших вкладов работающих изан-бюджетников (учитель, фельдшер, ветеринар или начальник станции), которые подключены к нашей системе жизнеобеспечения и пользуются её в счёт своих внесённых в кассу взаимопомощи зарплат.
Если моя стройка вышла из сметы и превысила внесённую в кассу сумму, я могу попросить завершить строительство
2. Жильё, ремонтно-строительные работы
В этом разделе берутся на учёт граждане, нуждающиеся в приобретении, аренде, строительстве или ремонте жилья - квартир, дач, подсобных помещений. Даются сведения, мог бы хозяин расплатиться за ремонт, сдав часть жилплощади в аренду другим изанам – для проживания на короткий и длительный срок, на лето дачникам, приезжим командировочным и гостям из других изаний (типа пансионатов-гостиниц) и т.д. Собираются сведения о мастерах-строителях, проживающих в данном городе или местности, о дефицитных специальностях, то есть кого надо бы пригласить «со стороны» – не только для работы, но и для обучения молодёжи, чтоб на местах были свои кадры – например, изанская служба ЖКХ. Сведения о наличии стройматериалов, в том числе б/у, об имеющихся у кого-то токарных и деревообрабатывающих станках, сварочных аппаратах, пилорамах, т.д.
С развитием Изании сформированные стройбригады смогут «поднимать» заброшенные деревни для поселения беженцев, приводя в порядок ветхие дома, решать проблемы с отоплением и т.д. Часто беженцы не могут реализовать (продать) прежнюю жилплощадь – с организацией изаний в бывших республиках Советского Союза эту задачу будет решить гораздо легче, как путём продажи «своим», так и обменом. Средства от продажи пойдут на обустройство нового жилья.
3. Транспорт
Сюда заносятся в картотеку легковой, грузовой и прочий личный транспорт, включая велосипеды и мотоциклы – как на ходу, так и требующий ремонта. Гаражи и автомастерские. Водители и автослесари. Сведения, что нужно для восстановления местного автопарка, какие запчасти и сколько бензина, масла, солярки (заявки на нал). Кто и в каком режиме согласен работать шофёром, кто – ремонтировать машины, кто – обучать автоделу молодёжь. Работа первое время, разумеется, не штатная, а сдельная – для получения заказов и пользователи, и исполнители регулярно поддерживают связь с диспетчерской службой местной Изании. Со временем в практику войдёт мобильное и компьютерное общение.
4. Служба быта
Включает сведения о потребностях района в холодильниках, телевизорах, стиральных машинах и другой бытовой технике. В компьютерах, как исправных, так и нуждающихся в ремонте. Обсуждается вопрос создания изанской прачечной, своих телеателье, часовой мастерской, химчистки, починки одежды и обуви – то есть «Дома быта», охватывающего несколько населённых пунктов. С вызовом мастеров на дом, с приёмом по определённым дням, с обучением местных кадров. Возможна ли организация изанского компьютерного центра с выходом в Интернет - при почте, библиотеке, клубе или доме культуры? Есть ли свои мастера-операторы или придётся приглашать со стороны? И т.д.
По ходу ремонтных работ регулярно и централизованно подаются и удовлетворяются заявки на детали и запчасти.
5. Дети, молодёжь
Возможность создания своих детсадов и яслей исключительно на собственных ресурсах (в отремонтированных изанских квартирах и частных домах, с питанием – готовить обеды могут домохозяйки и пенсионерки из изанских продуктов, доставляемых регулярно на изанском транспорте). С играми и занятиями музыкой, рисованием, иностранными языками. Продлёнки для школьников с соответствующими полезными уроками, которые будут преподавать тоже свои учителя по той же системе взаимозачётов. Для молодёжи необходимо разработать специальную программу взаимопомощи города и села. Например, в сельской местности среди старшеклассников и прочей активной части населения проводится опрос, каким актуальным специальностям они хотели бы обучиться. А в городе подбираются соответствующие преподаватели, в том числе и пенсионеры, желающие, к примеру, провести лето с семьёй в живописной местности (дача плюс питание), занимаясь за это, допустим, по паре часов в день с учениками. Тут и работа за компьютером, и иностранные языки, и подготовка в различные вузы. А также профессиональные теоретические и практические занятия для будущих строителей, шоферов, автослесарей, мастеров по ремонту часов, телевизоров, бытовой и оргтехники, агрономов и животноводов. Чтобы уже к концу дачного сезона в самых отдалённых и запущенных районах были бы сформированы, в основном, свои кадры, которые смогли бы не только обслуживать местное население, но и образовывать со временем выездные бригады для использования в других изаниях. Например, для ремонтно-строительных работ в близлежащем городе - с проживанием и питанием бригады у хозяев-изан по системе взаимозачётов. Или с одновременным репетиторством и консультациями строителей-студентов у изанина-преподавателя городского вуза или техникума (см. раздел «Культура» о дистанционном обучении).
Заработанные изанскими стройотрядами средства можно использовать, например, для оплаты учёбы в вузе или другом учебном заведении с проживанием и питанием в общей системе Изания, которая образуется путём объединения её местных пунктов в одну гибкую живую сеть взаимного жизнеобеспечения с тенденцией к непрерывному расширению. Именно из-за своего высокого КПД (используются все резервы, отсекаются накрутчики, оперативность информации и исполнения, востребованность каждого и взаимопомощь) высвобождающего огромные ресурсы и средства, Изания будет привлекать всё больше сторонников. Беспрецедентная гибкость, способность благодаря единой системе Изан-нет посылать нужные товары, услуги и людей туда, где это в данный момент необходимо, чтобы никто и ничто не простаивало (единая система кровообращения) - на деле продемонстрирует преимущества жизни по Закону Неба. То есть по известной заповеди о любви к тем самым «ближним и дальним», которых изанин в рамках единого организма считает своим дополнением, а не противниками и конкурентами.
Излишне говорить, какое огромное положительное влияние оказали бы такие программы на социально-духовное возрождение города и села, скольких избавили бы от вынужденной безработицы, от пьянства и наркомании, от унизительной необходимости клянчить копейки у непробиваемо-безразличных властей.
Из экстремальных отключений газа и электричества, всевозможных аварий и прочих катаклизмов, Изания, например, видит выход во временных компактных поселениях по принципу «в тесноте да не в обиде». Допустим, в замерзающих районах, когда отапливаются два-три дома, туда перебираются «спасающиеся» - с раскладушками, постельным бельём и другими необходимыми вещами. Вода из батарей в остальных квартирах сливается, мужчины по очереди дежурят, охраняя опустевшие дома от мародёров. А в остальных хоть и тесновато, но тепло, можно переночевать, приготовить обед и уроки - короче, пережить тяжёлые времена без особых потерь для души и здоровья.
6. Медицинское обслуживание
Это регулярные командировки отдельных врачей-специалистов и многопрофильных бригад в отдалённые изании для обследований, консультаций, а при возможности - лечения на месте или отправки в соответствующий медицинский центр. Всё это тоже на основе взаимозачётов, а при необходимости – с оплатой операций и лекарств наличными из кассы взаимопомощи в кредит. С выходом в интернет изанская медслужба сможет проводить для самых отдалённых уголков страны срочные консультации, диагностику, профилактические беседы, лекции и практические занятия по медицине (как и на прочие актуальные темы). Проводить обучение населения (не только молодёжи) приёмам первой неотложной помощи, готовить к поступлению в медвузы и училища. Заработанные иуе с личных карточек будут дублироваться в базе данных как местной Изании, так и Центра (Изании войдут друг в друга по принципу «матрёшек»). Одни проблемы решаемы на местном уровне, и сообщаться можно при помощи велосипеда и телефона, для других же потребуется выход в районную или областную изании - в перспективе вплоть до ближнего и дальнего зарубежья (через будущую диспетчерскую службу Изан-нет в Интернете со всеми современными средствами защиты). Например, получить консультацию у знаменитого врача из Тибета или добыть редкое лекарство.
Примечание. Поскольку Изания по замыслу – проект, не имеющий границ, то установление в ней единой условной валюты (иуе) для всех её членов вполне осуществимо при современных средствах связи и наличии единомышленников. Это те же так называемые «электронные» (web) деньги, однако обеспеченные материальными и духовными ценностями, принадлежащими участникам проекта, Для удобства приравненные к какой-либо общепринятой валюте, но со всеми современными средствами защиты от «чужих». В случае краха данной валюты эквивалент внутри Изании просто заменяют на другой (для всех изан). Поскольку на счетах - лишь цифры, а реальные ценности - «в деле», да и вкладчики находятся в равном положении, - убытка никто не понесёт.
7. Культура
Это - различные программы в будущей изанской сети (Изан-нет), начиная с возможности прочесть нужную и полезную для ума и души книгу, просмотреть хороший фильм и кончая тематическими лекциями и заочной (дистанционной) учёбой. Для этого в перспективе необходимо первым делом оснастить пункты Изании компьютерами с выходом в интернет. Вот отрывок из рекламной статьи о плюсах такого обучения:
«Во-первых, «дистанционному» студенту совершенно не нужно для получения образования покидать свой город или село (а, следовательно, дом, семью, работу) и тратить деньги на дорогу, проживание вдали от родных мест, питание и т.д. Во-вторых, студенту совсем не обязательно лично встречаться со своим педагогом. И, кроме того, программы дистанционного образования очень быстро приспосабливаются к потребностям трудовой деятельности обучаемых. Оно также быстро реагирует на возникновение новых сфер деятельности. Немаловажно и то, что дистанционное обучение проходит по индивидуальному плану. План составляет преподаватель, специально приставленный к вам для того, чтобы следить за вашими успехами, к нему вы обращаетесь со всеми вопросами. Причём общаться можно как по телефону, так и через Интернет.
Вместо учебников – дискетки, видео и медиалекции. Студент сам выбирает последовательность изучения предметов и темп работы. Скажем, за один семестр он может пройти курс, который в дневном вузе читают целый год, а может тот же самый курс растянуть на несколько лет. И, что хорошо, дистанционно обучаясь, человек походя осваивает современные информационные технологии.
Сейчас у нас самой большой популярностью пользуется кейс-технология, не требующая никаких технических и электронных «наворотов». Студенту выдают портфель с полным набором учебных материалов по каждому предмету, периодически приглашают в региональный центр для консультаций. Учебный материал выдают в виде книг и брошюр на CD-ROMах.
Если вы выбрали сетевую технологию, то все учебные пособия найдёте на web-сайтах вуза. Материал вы освоите самостоятельно, а тесты отправите по электронной почте. Через неё также вы получите и ответы на возникшие в процессе обучения вопросы. Экзамены же будете сдавать очно в ближайшем филиале.»
Однако дистанционное обучение стоит довольно дорого, поэтому Изания должна взять это дело, по возможности, в свои руки, тесно взаимодействуя с государственными и зарубежными вузами. Желательно наладить производство учебных брошюрок и дискет, позаботившись, повторяем, о компьютерном обеспечении каждого отдалённого района, о перспективе подсоединения его к Интернету и о создании в Центре своего учебного сетевого сайта с преподавателями различных профилей. Не только учёных, технарей, медицинских работников, учителей иностранных языков и мастеров для обучения молодёжи необходимым в быту полезным специальностям, но и проповедников лучших традиций культурного и духовного мирового наследия, эстетики, народного творчества. В городских изаниях необходимо будет срочно организовать скупку и ремонт подержанных и устаревших компьютеров для таких районов (тоже по системе взаимозачётов), регулярно командировать туда добровольцев-специалистов для обучения желающих обращению с компьютерной техникой. Можно привлечь к сбору ненужных компьютеров и «антиглобалистское» зарубежье, – неплохой способ наладить контакты на взаимовыгодной основе.
Перспектива выхода в интернет в твоём селе с вытекающими отсюда заманчивыми перспективами окна в мир и подключения к изанской системе взаимопомощи, послужит стимулом для создания на местах инициативных групп и отделений нашего Союза. Само собой, компьютерное время будет строго распределено между членами местных Изаний с целью предотвращения его траты впустую – на всевозможные игры и болтовню.
Примечание. На следующем этапе, когда будет, в основном, построена первая ступень Изании (взаимное жизнеобеспечение или «хлеб насущный»), желающие, накопив достаточные суммы в иуе, получат возможность осуществить свои прежде несбыточные мечты и планы. Не только кардинально решить, допустим, жилищную проблему или выйти из материального и духовного кризиса, но и присоединиться к созданию медицинских кабинетов и исследовательских центров с современным оборудованием, к финансированию научных разработок – лично или в доле с другими, к изданию книг и постановке фильмов. Причём здесь может произойти подлинное стирание граней и противоречий не только между трудом и капиталом, но и между людьми различных социальных слоёв общества. Например, писатель может прицельно вложить средства в какое-либо бедствующее животноводческое хозяйство или в новую технологию жарки пончиков, а сантехник – поучаствовать в спонсировании фильма по любимой книге. Всё это – с помощью Изан-банка, о котором ниже. Учитывая, что для членства в Изании не надо ни бросать прежнюю работу, ни срываться с места и куда-то переезжать, ни создавать всевозможные «общины» с вечными искушениями несовместимостью и бытовыми неурядицами, выгоды Изании вскоре станут очевидными. У вкладчиков будет возможность поучаствовать и в возрождении страны - в культурно-духовных, сельскохозяйственных, промышленных, научных, детских, экологических и прочих проектах.
Мы верим, что именно Изания сформирует будущих инвесторов материального и духовного возрождения, сеятелей «разумного, доброго, вечного» - и не только в России, противодействуя окончательному воцарению на земле «царства зверя».
Но это уже вторая ступень – для «продвинутых» изан.
8. Достойная старость
Как правило, здесь одни и те же проблемы: взрослые дети и внуки «пашут» или, что ещё хуже, пьют, ну а пожилые или тянут семейную лямку, хотя некоторые вполне могли бы ещё поработать по специальности, или становятся для всех обузой, обречённые на тоску, одиночество и старческие недуги. Трудней всего с больными, особенно лежачими, требующими ухода - родня или вынуждена уходить с работы, или нанимать дорогую сиделку (обычно через фирму, потому что «с улицы» рискованно). Или же оставлять стариков без присмотра в пустом доме или квартире. Хуже всего совсем одиноким – они становятся лёгкой и частой добычей всевозможных аферистов и преступников. Изания предлагает организовать для таких больных и стариков компактные пансионаты с уходом, лечением и совместным досугом «по интересам» – по договорённости с родственниками и больными за иуе выделить для этого отдельный дом, квартиру или просто комнату на три-четыре койки. Дежурить можно по очереди или привлечь молодёжь к уходу за лежачими, допустим, за проживание и совместное питание (для иногородних студентов). Освободившиеся дома и квартиры можно арендовать под гостиницы для гостей Изании, сдавать изанам, нуждающимся в жилье. Использовать под детсады и школьные продлёнки с приглашением преподавателей разных профилей, с горячими обедами, приготовленными из «наших» продуктов, привезённых на «нашем» транспорте, или доставлять ребятам готовые обеды на дом. Кстати, трудоспособные пожилые люди при желании вполне могут стряпать для школьников на дому за дополнительные иуе. Или вязать, шить, обучать девочек полезным навыкам домоводства, передавать ребятам профессиональный опыт по части какой-нибудь радиотехники, заниматься с малышами иностранным языком, рисованием, музыкой. Надёжно, удобно, всем выгодно, каждый востребован.
9. Экологическая служба
В Изании она по срочному вызову с места всегда готова будет сообщить о проблемах с экологией в соответствующие органы или сама выехать, чтобы предотвратить, например, вырубку леса или загрязнение реки.
10. Правовые, юридические и иные консультации
А также охранная служба, экстренная адресная помощь (горячая линия), ритуальная служба – в тесном взаимодействии с Церковью.
Единая диспетчерская служба
По мере постепенного формирования и развития местных изаний, их всё более тесного взаимодействия и компьютерного обеспечения, выявятся лидеры и возникнет возможность создания единой диспетчерской службы жизнеобеспечения связанной практически с любой точкой страны, а также с ближним и дальним зарубежьем, где вполне реально появление филиалов нашего Союза. С единым координирующим Центром (в перспективе – Изан-нет в Интернете, с современными средствами защиты от «чужих»).
Каждый обладатель членской пластиковой карты с личным счётом, идентифицировав её в ближайшем пункте Изании, или через мобильник, сможет получить от Союза или оказать ему практически любую услугу. При этом стоимость услуги у него со счёта снимается или добавляется к счёту в иуе – никаким «посредникам» ничего украсть невозможно, всё на виду, всё автоматически дублируется в общей базе данных местного пункта и в Центре.
B БЕСЕДКЕ С: А.Давыдовым
О том, что такие взаимные виртуальные расчёты не только реальны, но и весьма эффективны, свидетельствует отрывок из статьи, неоднократно цитируемой на нашем форуме. Автор – ведущий специалист отдела Госдумы по стратегическому анализу и прогнозированию АСФ. Кто не читал – ознакомьтесь:
А. Давыдов: - «Новые технологии делают возможным создание неподвластных государству корпоративных юрисдикций, в которые легко и корректно можно будет перенести предпринимательскую деятельность.
Дело в том, что достижения интернет и нано-технологий, так называемой «водородной энергетики» и генной инженерии делают производство предельно рассредоточенным, гибким и ориентированным на обособленного потребителя, а возможность установления прямых равноправных связей – практически общедоступной и свободной от пространственно-временных ограничений.
Интернет-технологии позволяют организовать совместную работу большого количества людей на основе их прямых связей друг с другом, без обязательного участия посредников в виде громоздких иерархических структур, и, снимая с коммуникаций почти все пространственно-временные ограничения, обеспечивает превосходство потребительских качеств электронных форм взаимодействия.
Другие же из упомянутых технологий, подкрепляя тенденцию «соединения всего со всем», вместе с этим обеспечивают нарастание информационной составляющей в производстве всех без исключения товаров, работ и услуг.
Всё это… делает виртуальное пространство, а не чью-либо суверенную территорию, местом совершения экономических событий. Кроме того, возможность установления прямых связей всех со всеми обезоруживает все системы контроля экономических отношений, опирающихся на знание инструментов и средств, и, прежде всего – государственные.
Причина этого кроется в том, что «связь всех со всеми» подразумевает беспрецедентно высокую множественность вариантов взаимодействия по любому конкретному поводу, а значит, и способов достижения желаемого.
То есть становятся реальностью общедоступные и независимые электронные «площадки», предоставляющие на договорной основе практически весь спектр сервисов, необходимых для ведения предпринимательской деятельности, - от платёжных систем, бухгалтерии, делопроизводства и средств коллегиальной работы до правовой и страховой защиты нарушенных прав своих участников. Причём нет объективных ограничений на то, чтобы физически разместить вне какого бы то ни было государства средства, поддерживающие эти площадки. Существующие же концепции механизмов налогообложения бессильны перед такой перспективой, поскольку все они основываются на том, что объект налогообложения должен быть привязан к какой-либо суверенной территории.»
2002-07-02
Ю.И. - По поводу последнего абзаца следует сказать, что Изания – не враг государству в тех сферах, когда оно не требует «отдавать Богово кесарю». То есть мы будем платить необходимые налоги на армию, милицию и т.д., как все законопослушные граждане, но Изания будет противостоять олигархической и чиновничьей Вампирии под маской государственности.
«Вы куплены дорогой ценой; не делайтесь рабами человеков.»
ПОТОП
(1996-й год)
После проигранных коммунистами выборов (или подаренных – это уже не имело значения) Вампирия окончательно распоясалась. Рынок наш постепенно приватизировало «Русское золото», поначалу являлись какие-то комиссии, затем прибыл и сам хозяин - холёный, в белоснежной рубашке, вежливо заказал букет роз и отбыл, весь в розах, ослепительных зубах, нездешнем загаре и этом самом «русском золоте» на пальцах. Рынок закрыли на капитальный ремонт, а нам, цветочникам, объявили, что желающие застолбить за собой место должны заплатить за аренду враз 6 миллионов. А затем ещё придётся ежедневно отстёгивать энную сумму.
Это был мне сигнал свыше, что пора закругляться. Во всяком случае, сделать перерыв на зимний сезон и вплотную заняться книгой. Да и дома в моё отсутствие всё разладилось – соседи-выпивохи, пользуясь слабиной и мягкотелостью моего Бориса, устроили у нас на даче клуб алконавтов – так выходило всякий раз, когда жены по тем или иным причинам переставали держать оборону. Однажды и вовсе едва не «случилось страшное», как пугала тогдашняя телереклама.
В тот вечер неизвестно по какой причине я неожиданно сорвалась с рыночного места, не дожидавшись звонка, и приехала домой на час раньше. Едва открыв дверь, услыхала какое-то странное журчание и ужаснулась – со второго этажа прямо на АГВ текла вода!
Взлетела по лестнице и выдернула из штепселя вилку. Штепсель был горячим, бак для воды переполнен. Ещё немного, и вода загасила бы газовый котёл, который располагался на первом этаже прямо под баком, всё бы наполнилось газом, и…Не говоря уж о перегоревшем моторе, неизбежном замыкании в штепселе, перспективе пожара и глобального наводнения. Чудо, что успело вылиться лишь около пяти вёдер. Всякие там сопутствующие мелочи вроде затопленного погреба, вздыбившихся полов и испорченной мебели я вообще в расчёт не брала, но и этого не случилось – судя по всему, я вошла в дом буквально через несколько минут после начала потопа.
А Борис… Он смачно похрапывал рядом в спальне, положив на голову подушку, к чему привык ещё с Викиного рождения. Доводить до его сознания перспективу едва не случившегося катаклизма было бесполезно, потому что таковое (сознание) отсутствовало. Он лишь пробормотал, что включил пустой бак, а сам почему-то выключился. Шутка.
Вооружившись тряпками, тазами и вёдрами, я бросилась ликвидировать последствия. Вскоре и Борис врубился в ситуацию, выжимал тряпки, выносил вёдра и тазы, вздыхал и охал, бормоча, что в следующий раз для подстраховки что-то там надо…
- Следующего раза не будет! – рявкнула я.
«Изания – выход» - часть 3
(Приложение для тех, кто не в курсе Проекта или не понял. У остальных автор просит прощения за неизбежные повторы)
КАК НАМ ОРГАНИЗОВАТЬ ИЗАНИЮ В ГОРОДЕ
(НАПРИМЕР, В МОСКВЕ)
А. Барышня за столиком
Можно начать со столика в тёплом помещении - с картотекой, телефоном и дежурной барышней, куда народ приходил бы по рекламному объявлению (в прессе, через достойные доверия организации или просто на столбах и у входа), отвечал на вопросы анкеты, писал заявки на те или иные сервисы. Затем данные обрабатывались бы на компьютере, подбирались кадры службы жизнеобеспечения (с подключением газеты «Из рук в руки» и других подобных изданий), суммировались резервы и проблемы (что умеем, что имеем и в чём нуждаемся), выявлялись лидеры, собирались минимальные членские взносы для необходимых стартовых расходов и т.д.
B. Из рук в руки. Смычка Москвы и области
Можно просто воспользоваться газетой «Из рук в руки» и аналогичными информационными службами, на основе чего реально в достаточно короткий срок сформировать весьма полезную «базу данных» практически во всех сферах жизнеобеспечения, просто регулярно обзванивая и выявляя авторов объявлений, готовых сотрудничать с Изанией. Сразу же составлять взаимовыгодные цепочки без особого риска «прогореть». Например: желающая подработать молодёжь, простаивающие водители со своим грузовым транспортом, гниющая в поле экологически чистая картошка, нуждающиеся в этой картошке (капусте, яблоках) горожане. Заключается договор с водителем, изане делают заказы на фрукты-овощи и вносят минимальный задаток (на бензин), шофёр отвозит ребят на место, где те собирают картошку, (шофёр может и для себя приобрести несколько мешков по бартеру), регулярно отвозит полные мешки в город к заранее обусловленному пункту (за дополнительную плату – желающим на дом). Затем полученные иуе делятся между хозяйством, шофёром и студентами. Студенты на эти средства приобретут дешёвые изанские талоны на «обеды на дом», которые будут готовиться из мяса, овощей и молочной продукции этого и подобных бедствующих хозяйств. Шофёр будет доставлять эти продукты и развозить обеды, а из города подбрасывать селянам по их заявкам стройматериалы б/у, ненужную мебель, подержанные телевизоры, холодильники и компьютеры, которые горожане соберут за назначенную ими самими плату по системе взаимозачётов.
При этом наладятся связи между селом и городом с перспективой взаимовыгодного обмена ресурсами и возможностями. Допустим, город будет поставлять в областную и районную глубинку подержанные автомобили, компьютерную и бытовую технику, всевозможные запчасти и детали. Хорошие нужные книги, видеокассеты и дискеты, учебную литературу, периодику и подборки полезных статей. На село приедут для оперативной и долгосрочной помощи врачи и педагоги различных профилей (обучение молодёжи компьютерному делу с выходом в Интернет, оказанию первой медицинской помощи и уходу за больными, подготовка в вузы и т.д.). Как и в предыдущих главах, отметим возможность формирования на местах службы быта, решения транспортной проблемы, создания строительно-ремонтных бригад – с последующей практикой. А также совместная обработка заброшенных участков земли, строительство теплиц и подсобных помещений для животноводческих хозяйств, создание при библиотеках, клубах и домах культуры центров Возрождения – социально-духовной помощи деревне.
На селе можно обустроить для приезжих горожан базы труда и отдыха (от сдачи отдельных комнат до аренды домов целиком на летний или круглогодичный период – с питанием на местных ресурсах, отдыхом всей семьёй, катанием на лыжах, приобщением к труду на земле и т.д.). Всё на основе взаимозачётов. Особенно перспективна программа семейного отдыха преподавателей-пенсионеров с параллельным обучением местной молодёжи всевозможным специальностям, современным средствам компьютерной связи, подготовкой в вузы - о чём уже говорилось.
C. Волки в шкуре овечки Долли
Сейчас некоторые влиятельные спонсоры преобразуют сельские библиотеки в «просветительские комплексы» с подключением к интернету, зачастую пытаясь с дальним прицелом приобщить к «свободному миру» российскую глубинку, найти там потенциальных потребителей своих порой сомнительных товаров, трансгенных семян и «отвязанной» литературы. Заодно и раскопать, что где плохо лежит, в том числе таланты и мозги для обогащения собственных кошельков и забугорных фирм. А может, что и похуже, в виде «живого товара» - дешёвой рабсилы, девушек, клюнувших на «звёздные» посулы, и даже детей. Ясное дело, об истинном возрождении Российской провинции с её многотрудными проблемами «хлеба насущного» эти господа вряд ли думают. Их цель – собрать свою базу данных, снять сливки и навязать ложную шкалу ценностей, осуществляя духовную диверсию.
Нельзя допустить, чтобы подключение российской глубинки к всемирной глобальной сети явилось скрытой интервенцией того самого нового мирового порядка, зверя в шкуре клонированной овечки Долли. В итоге страна получит мутантов.
Ничто не плохо и не хорошо само по себе, в том числе и интернет, в котором просто необходимо срочно создавать свою альтернативную службу Изан-нет - союза Взаимопомощи, Возрождения и Восхождения. Чтобы параллельно с «просветительскими комплексами» отвязанной цивилизации активно действовали на местах штабы изанской «горячей линии», помогающие народу не только выжить, но и обрести достойное существование на малой и большой родине. Сохранить «образ и подобие». Чтобы когда, согласно Откровению, без «печати зверя» ничего нельзя будет ни купить, ни продать, ни даже заработать на хлеб, разве что «бежать в горы» - глобальному Вавилону противостояла бы Изания, повинующаяся приказу Спасителя: «Выйди от неё, народ Мой!». Препятствующая физическому и духовному народному исходу за «сладкой жизнью» и дурманящим кайфом на мрачном фоне искусственно создаваемого российского апокалипсиса.
D. Если будет избушка
Изанию в городе легко также раскрутить при наличии складского помещения вблизи станции метро. Прибиваем вывеску: «Изания – союз Взаимопомощи», куда опять же по газетной и иной информации люди могли бы для начала просто доставлять какие-то лишние вещи. Не только одежду и обувь, но также посуду, утюги и другие бытовые приборы, различную оргтехнику, компьютеры, холодильники и т. д. Каждую вещь хозяин оценивает сам и, в случае её реализации, может примерно на эту сумму выбрать себе другую, нужную. Или же оставить встречную заявку на какой-либо бытовой прибор, на мебель, одежду, различные детали. Заявки распределяются по тематике (ищу-предлагаю), обрабатываются на компьютере, подбираются подходящие варианты, о которых посетитель всегда сможет узнать или лично придя в Изанию, или позвонив, или оставив свои координаты (в том числе и электронный адрес). В конечном итоге, возникнет всесторонняя служба, где каждый в перспективе не только сможет реализовать, что не нужно ему, но нужно другому, но и получить реальную помощь практически во всех областях жизнеобеспечения.
У людей появится стимул часто заходить в Изанию, звонить по телефону или связываться с ней через интернет. Ведь само собой разумеется, что очень скоро «барышням за столиками» придётся фиксировать в картотеках и громоздкие бытовые приборы, и мебель, и подержанные автомобили (совсем необязательно доставлять всё это на склад). И спрос-предложение по другим насущным темам: жильё (сдаю-нуждаюсь), дача на лето и пустующие участки (хочу снять - могу помочь обработать на взаимовыгодных условиях), транспорт (есть машина – нужна машина, осуществляю авторемонт; сдаю гараж; запчасти, перевозки и т.д.). Медицинские услуги, уход за детьми, больными и престарелыми, репетиторство. Питание (выращиваю свежую зелень, держу коз – хочу сделать заказ на регулярную поставку петрушки и молока), строительно-ремонтные услуги (нуждаюсь – умею). Иными словами, в «избушку» будет поступать информация по всей сфере жизнеобеспечения. Но, в отличие от газеты «Из рук в руки», Изания будет предоставлять реальную гарантированную помощь в подборе вариантов и контролировать их осуществление.
Понятно, что «избушка» здесь нужна как бы для затравки, чтобы привлечь народ и «раскрутиться». Общее правило: тут запрещена во избежание спекуляции обычная купля-продажа - только обмен понравившейся вещи на свой товар или услугу. Например, мне необходим холодильник ЗИЛ и не нужен второй телевизор. Я сообщаю об этом в Изанию, сообщаю характеристики телевизора, его примерную стоимость и что хочу получить взамен ЗИЛ. Если телевизор неисправен, вызываю мастера-изанина, который за оплату по договорённости или ремонтирует на месте, или отвозит к себе в стационар. Можно сделать так, чтобы стоимость ремонта вычиталась из стоимости телевизора. Если телевизор налажен на месте, мне не нужно самой его никуда перемещать – мне просто сообщат по телефону (или на e-mail), что нашёлся покупатель, который или лично приедет за телевизором, или воспользуется услугами изанской транспортной службы, одновременно получив от шофёра гарантийную квитанцию об исправности. (Шофёр, допустим, подрядился отработать в Изании энный километраж в обмен на сиделку для больной матери). А мне он с такой же гарантийной квитанцией доставляет от кого-то ЗИЛ. Если стоимость не совпадает (допустим, холодильник дороже на 200 рублей), на моей расчётной книжке этот минус проставляется, и я должна в ближайшее время подобрать ещё что-то для реализации в Изании. Это может быть просто отрез на пальто, а может и согласие преподавать английский группе детей (при наличии соответствующего образования), или сдавать часть дачи на лето (допустим за сумму 6000рублей). И ещё я хочу в счёт погашения аренды дачи или стоимости уроков получать прямо из деревни свежие молоко, творог, яйца, телятину, солёные огурцы, капусту и другие продукты, о чём пишу заявку.
Услуги Изании можно будет получить в кредит с последующей отработкой или иным «погашением», о чём составляется долговое обязательство. Сумма кредита фиксируется в иуе на моём счету в картотеке (базе данных) и в моей расчётной книжке.
Смысл данного варианта проекта - в стремительно расширяющемся круге участников, заинтересованных в его осуществлении и успешной работе, охватывающей всё новые сферы жизнеобеспечения. Все как бы связаны круговой порукой, все друг другу «должны», поэтому стараются пользоваться услугами только «своих», не допуская брака и халтуры и помогая друг другу. Единое кровообращение, мобилизующее резервы, мозги и умелые руки. Очень скоро картотека переместится в собственный интернетовский сервис (Изан-нет), открыв путь к созданию новых изаний на местах, формирующих непрерывно растущую базу данных по самой различной тематике. Появится своя транспортная, бухгалтерская, медицинская и юридическая службы, своя «горячая линия», свой координирующий и объединяющий Центр. И всё это – по системе взаимозачётов в иуе, приравненных по общей договорённости к какой-либо общепринятой валюте, то есть по обозначенной выше схеме.
Из постоянного контингента участников выявятся достойные доверия лидеры. Система также автоматически обнаружит и отсеет халявщиков и рвачей, потому что все сделки на виду. Прошедшие испытательный срок изане получат членские билеты со вкладышами (дебет-кредит), вкладыши надо будет просто менять по мере погашения. На членские взносы будем оплачивать помещение, компьютерное обеспечение и т.д. Необходимо будет использовать самые современные средства защиты от проникновения в базу данных «чужих» - от вирусов и взломов (двойной-тройной учёт) до всевозможных «лазеек», особенно связанных с налом. Поэтому для операций с наличностью вводится как бы «трансформатор». Это - Касса Взаимопомощи с двумя параллельными потоками заявок - на вход и на выход, где деньги на руки не выдаются и фиксируются на счетах вкладчиков Изан-банка, лишь когда наличные «материализованы» - то есть ими оплачены самой Кассой неотложные счета других изан соответствующим организациям и фирмам. За медицинскую операцию, учёбу, стройматериалы, электроэнергию или минеральные удобрения для каких-либо бедствующих хозяйств и т.д. - под долговое обязательство расплатиться с Кассой продукцией. Граждане, не имеющие ничего, кроме зарплаты, или специалисты узкого «неходового» бизнеса, желающие сотрудничать с Изанией, также смогут внести в Кассу наличные, приобретя продуктовую, транспортную, детскую или общую карту доступа к нашим услугам. Или же внесённая ими сумма просто зафиксируется в иуе на личных счетах в Изан-банке, но лишь после того, как налом оплачен счёт чьей-то заявки. Накопив нужное количество иуе, вкладчик может подать, в свою очередь, заявку на наличность (допустим, на издание книги), и из текущих поступлений Касса в назначенный срок перечислит деньги издательству.
При успешном создании таких изанских служб в нескольких городах и населённых пунктах произойдёт их постепенное слияние в единую информационно-обслуживающую сеть по принципу «матрёшек»: село – город – районный центр – областной центр – столица страны – ближнее зарубежье – дальнее зарубежье – Изан-Центр.
На нашем форуме уже приводился прогноз о ближайшем крахе существующей денежной системы и «глобальном слиянии денег – наиболее вероятном пути к глобальной депрессии». Этим будет расчищен путь господству «золотого миллиарда» и установлению им нового мирового порядка - через подключение населения к «кормушке» лишь на условиях отдачи «Богова кесарю». В этом случае заблаговременно созданная альтернативная служба Изании окажется воистину бесценной, единственным способом для всех, не желающих принять «печать зверя», не только выжить и противостоять злу, но и обрести достойное существование, помогая друг другу состояться как личность.
Поскольку, повторяем, все члены саморазвивающейся Изании с первых шагов окажутся как бы «повязанными» между собой взаимными долговыми обязательствами, у каждого возникнет не только идейный, но и практический стимул пользоваться, в основном,
Так как Изания будет не только владеть информацией, кому что нужно, но и «надёжно, выгодно, удобно» претворять её в действие, с гарантированной защитой от всевозможных жуликов и бандитов, люди будут всё охотнее пользоваться её службой, уходя с «дикого рынка» и постепенно, безо всяких терактов и революций, высвобождаться из-под власти Вампирии. Как те щедринские мужики, что уплыли от господ- генералов.
Возникнет необходимость организации собственного фонда Взаимопомощи и Изан--банка с широким привлечением единомышленников-предпринимателей, спонсоров и даже (не побоимся этого слова) банкиров.
ЭРИКА БЕРЁТ ЧЕТЫРЕ КОПИИ…
(1997-98 годы)
Покончив с рынком и огородно-цветочными работами, я вытерла пыль с пишущей машинки и застучала по старинке. Мне бы, недоделанной, приобрести компьютер и догнать цивилизацию, которая давно миновала эпоху гусиных перьев, чернильниц и когда-то дефицитных «эрик». Но компьютера я боялась как огня, вспоминая случай с Борисом, который, ещё работая в АПН, набрал на нём какую-то очень важную статью, пошёл в буфет перекусить, а, когда вернулся, обнаружил, что текст из памяти коварного «иностранца» начисто исчез, испарился. Этот триллер напрочь укоренился в моём сознании, и я холодела при мысли, что вот и роман мой вдруг возьмёт да бесследно сгинет в виртуальном пространстве без малейшей надежды на восстановление, потому что не хватит ни сил, ни памяти…
Так я и отбарабанила всю осень и зиму на допотопной своей «эрике» - двумя пальцами в трёх экземплярах. По утрам гуляла с Джином, делала гимнастику, потом ледяной душ, завтрак – и за машинку. Затем снова прогулка, обед, иногда получасовой сон – и опять стучала. Вечером брала Джина и шла на станцию встречать крестницу Наташку – она работала в Москве и возвращаться затемно одной было опасно. Наташа обожала кино, смотрела всё подряд, - я к тому времени приобрела спутниковый НТВ+, чтобы быть в курсе так называемой «злобы дня» и пытаясь отловить в этой «злобе» хоть что-то обнадёживающее. «Да ну их, тётя Юля, долдонят одно и то же», - Наташка переключала канал на какую-либо комедию или боевик, смотрела две-три ленты подряд, да к тому же ещё приносила с работы видеокассеты, так что утром её приходилось будить по несколько раз. А я иногда сидела рядом в кресле, пролистывая прессу и делая вид солидарности ради, что тоже слежу за экранными страстями. Газетный многосерийный триллер впечатлял куда больше.
Борис обычно по вторникам уезжал в Москву, возвращался в пятницу, привозя на тележке продукты для нас и Джина. «Волгу» нашу мы продали, и я очень тому радовалась, избавившись от волнений. И вообще простой здоровый образ жизни манил всё больше – особенно чувствуешь его преимущества, когда впрягаешься в писательский воз. Он и впрямь по силам «только волам», как сказал кто-то из классиков. Но когда вол уже и в пенсионном возрасте…
По воскресеньям и праздникам мы все втроём ходили в храм, иногда к нам присоединялись Вика с зятем. Потом все ехали на дачу, шли гулять в лес. Молодёжь на лыжах, а мы с Борисом вели на поводке Джина, который лыжников терпеть не мог, кидаясь на их палки. Андрей с Викой всё время переругивались, - в основном, из-за выпивки, неизбежной незваной гостьи на всех семейных и несемейных сборищах. Я же с некоторых пор вообще старалась начисто вычеркнуть эту радость жизни даже из памяти, не говоря уже о практике, предложив однажды Борису ввести сухой закон и торжественно дать «друг другу слово»… Борис согласился легко, но, как всегда, меня надул и ни от чего такого на деле отрекаться не собирался. Как и другие члены нашей семьи, не говоря уж о прочем человечестве. Ну а мне, как и в случае с куревом, пришлось одной держать и самооборону, и оборону - последнее удавалось далеко не всегда. Я скандалила с Борисом, а Вика – с Андреем, Андрей исчезал из дома, бедная Вика искала его по моргам и больницам, рисовала себе всякие ужасы, переставала есть, курила сигарету за сигаретой, превращаясь в собственную тень. Девяностолетняя свекровь переживала за неё и Ритку, восклицая, что в их времена даже дворники себе такого безобразия не позволяли, и какой же это пример для ребёнка? «Ребёнок» тоже костерил родителей, ревновал мать, которая в такие моменты вообще никого не замечала, и использовал совсем недетские выражения, приводившие прабабушку в шок.
Вот так и жили. Я в московской квартире старалась появляться как можно реже. Борис там был вне моей досягаемости, а на даче, если и ухитрялся заложить за воротник, всё же, слава Богу, никуда не убегал, а просто заваливался спать. Убегал пару раз в лесу Джин – то ли за сучками, то ли за зайцами – однажды отсутствовал аж часов восемь. Мы оба едва не рехнулись, подскочило давление. Да и пёс по возвращении выглядел не лучше - до смерти перепуганный, виноватый и, видимо, потрясённый открытием, что, кроме нас, никому в этом мире его собачья личность не нужна. Разве что на шкуру.
«Изания – выход»
часть 4
(Приложение для тех, кто не в курсе Проекта или не понял.
У остальных автор просит прощения за неизбежные повторы)
Е. Изан-банк как инвестиционный фонд взаимопомощи
(Отрывок из статьи «Как спастись олигарху?)
«Уж коли наш олигарх по своему призванию банкир, то есть вышеупомянутый «аккумулятор», хранитель богатств страны (чаще не только своей), то ему, как говорится, «сам Бог велел» создать такой народный инвестиционный банк, где бы каждый вложенный «талант» (неважно, в какой валюте) шёл «на работу жаркую, на дела хорошие», как пелось в старом советском фильме. Где бы счета клиентов, включая и капиталы самого управляющего, не просто приумножались, но и переходили постепенно в категорию вечных ценностей – телесного и духовного спасения народа.
Банк Взаимопомощи, Возрождения и Восхождения, девизом которого стало бы «Сотворим друг друга».
В чём ж принцип работы такого народного Изан-банка? С чего начать олигарху?
Потенциальным клиентам (как отдельным талантливым, активным, но невостребованным гражданам, так и бедствующим трудовым коллективам) предлагается подать заявки на погашение тех или иных неотложных счетов. Это может быть оплата коммунальных услуг, строительно-ремонтных работ, аренда жилья, проведение летнего отдыха, срочной операции и т.д. Учёба – как в нашей стране, так и за рубежом, покупка недорогого автомобиля с целью заработка, различной техники и горючего для какого-либо разорённого хозяйства, мини-цехов по переработке мясных и молочных продуктов, рефрижераторов и т.д. Руководство банка (инвестор или группа инвесторов) обсуждает заявки, изучает счета и оплачивает их прямо учреждениям и фирмам в порядке рассмотрения и утверждения заявок. Наличные на руки, как правило, не выдаются – здесь действует тот же порядок, что и в Кассе Взаимопомощи – средства на личных счетах фиксируются лишь после их «материализации» в том или ином благом деле. При этом составляется долговое обязательство, что такой-то гражданин или коллектив берёт в долг у Изан-банка энную сумму на такой-то срок.
Кредит беспроцентный, но не безвозмездный – все одолженные инвесторами суммы проставляются на их персональных счетах, обналичиваются по мере возвращения кредитов, но тут же пускаются на оплату других заявок и перспективных проектов – пока не сформируется устойчивый контингент клиентов. Инвестиции делаются или в доле с клиентом (то есть рискуя, но и с вероятной прибылью), или просто одалживаются (без риска). Их можно застраховать в обычном порядке. Все расчёты внутри банка производятся в иуе (изанская условная единица), приравненные для удобства к доллару или любой ходовой валюте. Поскольку в банке деньги,
А ещё «фишка» в том, что «долги» граждане вовсе не обязательно должны возвращать наличными. Можно и даже желательно – готовой продукцией. К примеру, для сельских хозяйств, фермеров, животноводов, садоводов и огородников - это мясо, колбасы и мясные консервы, яйцо и птица, фрукты и овощи, соки и соленья, картофель, молоко и молочные продукты – практически всё самое необходимое и к тому же экологически чистое. В этом смысле можно сказать, что Изан банк (фонд) призван стать как бы мозгом Изании, планомерно рассылающим необходимую помощь по её «горячим точкам» в соответствии с сигналами с мест. Он будет тесно связан с изанской базой данных, со столом заказов и рекламным отделом, где клиентов известят о поступившей продукции и ценах на неё, примут заказы, а затем она изанским транспортом развезётся по адресам или распределится между заказчиками в указанном месте (можно прямо с грузовика).
То есть Изан-банк с первых шагов будет тесно связан со всеми службами Изании. В частности, транспортная сформируется из водителей-профессионалов, допустим, взявших кредит на покупку автомобиля или его ремонт на условиях «отработки» в Изании. Или же можно просто зачислить на испытательный срок шофёров, давших объявления в газету «Из рук в руки» и подобных изданий, где полно предложений ищущих работу - со своими машинами и без. Не только водителей, но и сиделок, врачей, репетиторов, компьютерщиков. Масса объявлений о сдаче жилья (фирма-посредник берёт огромные проценты), и о других разнообразных услугах. В первую очередь, Изан-банк будет рассматривать предложения тех, кто готов получать часть зарплаты нашими услугами и продуктами. Это могут быть также обеды на дом (надо наладить приготовление таких обедов и их доставку, чтобы не было проблем со скоропортящейся продукцией). Для этого потребуются штатные повара и кулинары – тоже, главным образом, заинтересованные в нашем сервисе, нуждающиеся в нянях и сиделках для своих детей, больных и стариков, в репетиторах и педагогах для обучения школьников и молодёжи разным полезным специальностям. Сиделки же, в свою очередь, могут нуждаться в жилье, какой-нибудь агроном или животновод – в земельном участке в аренду, репетитор – в даче на лето, а кто-то ещё - в услугах стоматолога и массаже.
То есть кредиты получат прежде всего те, кто готов постоянно пользоваться нашей службой быта и другими программами, тем самым присоединяясь к проекту и образуя искомую связь «всех со всеми». Должники банка могут расплачиваться не только пищевой, но и другой продукцией (посудой, валенками, меховыми шапками, лоскутными одеялами и юбками, шерстяными носками и т.д.). А также услугами - строительно-ремонтными, транспортными и медицинскими, уходом за больными, детьми и престарелыми, репетиторством. Арендуя нуждающимся в жилье изанам свои пустующие квартиры или части жилплощади, дачи для отдыха, участки под теплицы, гаражи и т.д. В общем, кто чем богат, тому фонд и рад. Востребованы все и вся – умелые руки и светлые головы, время и таланты, пустующие земли, дома и подсобки, пилорамы и всевозможные мастерские, грузовики и легковушки б/у – ничто не должно простаивать и гнить. Всё поступает в общий фонд и уходит по назначению согласно вышеупомянутой системе взаимозачётов в иуе.
А что ты умеешь делать?
Принцип работы Изан-банка можно назвать «теремковым». «Мышь-норушка там зерно толчёт, а лягушка пироги печёт, а бобёр с колючим ёжиком режут сало острым ножиком. А петух на подоконнике им играет на гармонике». То есть все при деле. Когда же стучится незнакомец, его первым делом спрашивают: «А что ты умеешь делать?» И если выясняется, что «Ловить мышат, давить лягушат, ежей душить, петухов потрошить» («Вампирия») - ответ однозначный: «Ну так мы тебя не пустим».
Зачисленные на работу (с испытательным сроком) новички приобретают по выбору в счёт зарплаты одну или несколько потребительских кредитных карт по вышеуказанным разделам – питание, жильё, учёба, медобслуживание, транспорт, ремонтно-строительные работы и т.д. (они для удобства разного цвета), или одну общую карту – на набор услуг. В картах регулярно проставляется дебет-кредит, заверенный подписями и личными печатями обеих сторон (водитель-пассажир, врач-пациент и т.д.). Затем использованная карта сдаётся в Изан-банк и подсчитывается баланс.
Такие месячные карты может пробрести и гражданин «с улицы» за наличные (карта выдаётся на руки лишь после оплаты этими наличными текущих счетов по неотложным заявкам). Тот же принцип, что и в Кассе Взаимопомощи – просто Касса формируется как бы «снизу», самими участниками, а Изан-банк – сверху (инвесторами), однако затем к ним присоединяются и рядовые «поверившие» граждане.
Пустые развлечения, роскошь и вредные привычки Изания из своей сферы деятельности сознательно исключает, оставляя всевозможную «дурь» и непотребства попечительству «ветхого» мира.
Таким образом, вокруг банка постепенно формируется развёрнутая и самодостаточная система жизнеобеспечения по всем основным параметрам «хлеба насущного». Пользоваться по возможности лишь «своими» товарами и услугами – своеобразный патриотизм, негласное правило. Все за одного, один за всех. Тем не менее, неизбежна и внутренняя конкуренция – если кто-то станет халтурить или запрашивать слишком много, допустим, за транспортные услуги, клиенты обратятся через базу данных к другому водителю.
Поскольку Изан-банк автоматически отсечёт также многочисленных «накрутчиков», он сэкономит клиентам не только время, силы и нервы, но и немалые средства, обеспечив всем необходимым при минимальных затратах. Освободившиеся деньги будут одновременно и накапливаться на счетах, и работать «на всех». Собрав достаточную сумму в иуе, их можно будет вложить в собственные и иные проекты, индивидуально или коллегиально, получить при этом прибыль, войдя в долю. Появится перспектива совместного финансирования фильмов, издания книг, научных разработок и создания медицинских центров, активного участия в возрождении страны - её промышленности, сельского хозяйства, в научных, культурно-духовных и экологических программах. Причём вполне возможен вариант, что изанин-животновод, строитель или сантехник, накопившие изрядные суммы, захотят вложить их в постановку фильма по любимой книге, а художник или писатель – поучаствовать в спасении элитной романовской овцы или талдомских свиней. Тем самым наглядно продемонстрировав, что нет «высоких и низких» профессий, потому что ни режиссёр, ни учёный, ни композитор не могли бы состояться без тех, кто выращивает для них хлеб, строит дома, шьёт одежду, кто учит их детей и обогревает, вырезает им аппендикс и пломбирует зубы. Равно как и народ останавливается в развитии без своих учёных и духовно-культурных лидеров.
Изан-банк даст нам возможность на деле сблизиться в единый организм, взаимно вкладывая силы и средства в совместный труд представителей разных народов, социальных групп и верований:
«Носите бремена друг друга, и так исполните закон Христов.»
Три ступени вверх
Так можно быстро создать альтернативный, стремительно расширяющийся мир, не знающий ни государственных границ, ни классовых, религиозных, национальных и прочих распрей, объединённый единой системой кровообращения, где каждый добросовестно делает то, что умеет и любит, получая для этого всё необходимое от других.
Речь здесь уже о второй из трёх ступеней Изании – аббревиатуры «Исполни Закон Неба». Эти ступени обозначены в известной всему миру молитве Господней. Из неё следует, что сошествие Царства на землю невозможно без нашего восхождения навстречу:
- Первая ступень – «хлеб насущный» (
- Вторая – «долги наши» (
- Третья – «избавление от лукавого» или духовно-нравственное
Тело подчинить разуму, разум подчинить духу, дух подчинить Богу – это ступени послушания Творцу, ведущие к подлинной Свободе в Его Царстве. К той самой объединяющей и просветляющей
Надо просто вернуться к истокам. Впрочем, «человек – господин субботы». Можно владеть всем, но ничто не должно владеть тобой, отвлекая и мешая (идолопоклонство).
ДАЧНЫЕ РАДОСТИ
(конец девяностых)
Соседская дочь по-прежнему осчастливливала нас приглашениями в суд по поводу захвата земли, снова прибывали комиссии, обмеряли, трепали себе и нам нервы, ничего крамольного не находили и удалялись под её проклятия, что «администрация куплена, вокруг жульё и аферисты, и всем нам сидеть в одной камере». Меж тем забор совсем разрушился, сновали туда-сюда козы, собаки и разные подозрительные личности, не считая саму соседскую дочь - с рулеткой и картой времён татаро-монгольского ига. По-моему, на бересте. Однажды украинцы уговорили меня поставить новые столбы. «Выдернет», - уныло отмахнулась я.
- У нас не выдернет.
Выкопали яму глубиной аж до Америки, забетонировали, собрались у окна, наблюдают. Сначала они хохотали, глядя, как она пытается раскачать конструкцию, потом поскучнели, потом поразевали рты, стали дружно креститься и даже не взяли с меня за проделанную работу.
Стоило нам свалить машину песка или навоза, по соседскому сигналу тут же приезжал наряд милиции, а ежели Джину удавалось сорваться с поводка и - в ход шла многостраничная петиция к вышестоящим органам. Что некие злоумышленники держат в посёлке волкодава, специально натравливают его на людей, хотят заразить всех бешенством и вообще занимаются геноцидом.
Я заставляла себя молиться «о врагах» и, слава Богу, если и не испытывала к оборзелой соседке особой любви, то и ненависти тоже, порой даже жалела. Однажды, встретив её на улице, улыбнулась и поздоровалась.
Она в ответ с исказившимся лицом далеко меня послала. На том и кончилось.
Ну что ж, значит оно таково, предназначенное мне Богом на земле место. На котором надо было построить дом, навезти земли, посадить сад, развести ягоды, овощи и цветы. С замечательным, но больным лесом вокруг и загаженными прудами, с заражённой солями тяжёлых металлов почвой, с хорошими и нехорошими соседями. С соседской дочкой, крадущейся вдоль границы в поисках какой-то мифической земли. С наглыми кошками, козами и собаками, с больницей неподалёку, чья скорая несколько раз спасала меня от верной смерти. С тихим городком через поле, так похожим на посёлок моего детства.
Моя жизненная ниша. Место в строю, окопчик, блиндаж, огневая точка, откуда надо сражаться, стрелять и отстреливаться, и наступать согласно той «мобилизованной и призванной» судьбе, которую я сама себе выпросила.
«Напиши, что Я сказал тебе, в книгу»…
Могу лишь предполагать – это было место «одного в поле воина», который подчинялся непосредственно Верховному. Когда покидали силы, бежала в храм, но не так, как прежде в восьмидесятых при отце Германе - со всеми своими житейскими сомнениями и искушениями, алкашами и бомжами, с размноженной на «эрике» душеспасительной литературой, с мистическими адскими кознями и не менее чудесными избавлениями. В церкви что-то неуловимо изменилось – другие люди, иной дух. Кто-то подытожил: «много народу – мало кислороду». Действительно, увеличение количества прихожан благодати не прибавило, разве что суеты. Исповедь, причастие – теперь я приходила, в основном, ради таинств. Для меня это было бесценно, как переливание крови, давая силы бороться дальше.
Но до конца книги ещё ох как далеко. А тут очередное стихийное бедствие – весна, со всеми вытекающими последствиями – копать, сеять, сажать, полоть… Основное бремя, само собой, цветы – но куда денешься? Что выросло, то выросло, надо продавать, тем паче, что вместе с объёмом книги (я уже поняла, что в один том никак не уложусь), росли цены на бумагу и прочие сопутствующие издательскому делу атрибуты.
Пришлось снова перебираться на вокзал, как в добрые старые времена. Готовить накануне букеты, распихивать их по вёдрам с водой и бдительно бегать от ментов, потому что за несанкционированную торговлю полагались всевозможные санкции в виде поломки и изъятия товара. Но зато возвращалась я теперь часа в два-три, сразу вела прогуливать Джина, а после обеда и короткого отдыха оставалось ещё время на дела садово-огородные, домашние и главное, творческие.
По вечерам по-прежнему волосы вставали дыбом от теленовостей. Газеты, которые удавалось пролистывать в электричке, и вовсе нокаутировали. Нет, так нельзя, - терзалась я , - Надо что-то делать, что-то придумать. Я не имею права не указать в своей книге выхода, должен же он быть - ответ на это наше извечно отчаянное: «Что делать?». Потому что «молчанием предаётся Бог».
Вразуми, Господи! – молилась я.
«Изания – выход»
часть 5
(Приложение для тех, кто не в курсе Проекта или не понял.
У остальных автор просит прощения за неизбежные повторы)
Три «за» и русская идея
В Изании исчезнет извечная вражда между богатыми и бедными, между трудом и капиталом. Её принцип – каждый должен иметь всё необходимое для успешной деятельности: писатель – рабочий кабинет, композитор – рояль, учёный – лабораторию, сантехник – набор инструментов. Но это совершенно не означает, что банкир должен питаться осетриной и зернистой икрой, а уборщица – баклажанной или килькой. Все должны питаться полноценно, согласно особенностям организма и индивидуальным рекомендациям компьютерных тестов. Такие тесты и рекомендации (не только по вопросам здоровья и питания) каждый изанин сможет проходить регулярно.
Заинтересованность материальную заменит духовная, осуществится бескровная революция сознания – не нажиться, попировать или возвыситься, тем самым лишь умножив «долги», но успеть вернуть их,
Русская идея тем и велика, что она
Даст Бог, и до наших и не наших президентов дойдёт, что «национальная идея» – не конкуренция, не иссушающая борьба народов друг с другом за место под солнцем, а взаимодополнение и взаимовыручка, без которых человечеству на общей земле не выжить.
«И перекуют мечи свои на орала, и копья свои – на серпы.»
Но надежд на появление таких государственных лидеров мало, поэтому путь Изании - от личности к личности. Опираясь на лучшее в человеке, на его «богоподобие», отделив тем самым человеколюбие от греха человекоугодия - отобрать тех, поначалу немногих, кому предстоит образовать новый Союз. Ведь штабы (горячие линии) Изании можно организовывать повсюду, решая насущные проблемы как на местном, так и глобальном уровне, при помощи самых современных средств связи «всех со всеми» (но в рамках самостоятельной защищённой системы), о чём говорилось выше.
Дело в том, что впервые в истории эти мобильные средства наконец-то позволяют «выйти из Вавилона» не отдельным монашествующим отшельникам, а простым мирянам. Причём не в одиночку, а как приказано в «Откровении»: «Выйди от неё,
«Дабы скорей узреть, оставя те места,
Спасенья верный путь и тесные врата.»
(А.С.Пушкин, Странник, 1835 г.)
И «те места» оставлять не понадобится, тем более что каждый человек высшим промыслом посылается в этот мир в определённое место (страну) и в определённую историческую эпоху для исполнения вполне определённой личной сверхзадачи (предназначения) в русле общего замысла.
Добровольное разделение человечества на право получить или отвергнуть «билет в вечность» тоже входит в исторический Замысел. «Широкому» пути падшего мира («похоть плоти, похоть очей и гордость житейская»), что в переводе означает: «хочу здесь пировать, обладать и властвовать», противостоит «тесный»: («хочу вернуть долг Творцу, исполнив предназначение»). Олицетворением первого пути является старуха из пушкинской сказки с её итоговым разбитым корытом.
«Исполни Закон» (Замысел, Заповедь об отношении к ближнему). Замысел, Завет (Закон), Заповедь... Эти три «ЗА» восходят к образу Святой Троицы, Единосущной и Нераздельной. От Предвечного Совета и Ветхого Завета – к Новозаветной заповеди: «Да любите друг друга». К Откровению человекам, что «Бог есть Любовь» - об изначальном и конечном всеединстве в Царстве, где Отец ждёт всех детей, свободно отрёкшихся от гордого и жадного зверя в себе, врага Дому Отца, куда «не войдёт ничто нечистое».
Человеческая единица, о которой Маяковский сказал, что она «вздор и ноль», становится великой и могущественной
Свобода или отвязанность?
Исполни Закон Неба. Накорми, одень, дай крышу над головой, излечи, ободри, поставь на ноги, наставь отчаявшегося на путь. Иными словами, спаси, умножив жатву Господню. Всё это – Изания , союз единомышленников, ставящих повеление Неба превыше рукотворных кодексов падшего мира, которые, как известно, «что дышло». Ну а на житейский язык принцип построения Изании переводится весьма буднично: «Вы – мне, я – вам». Эта формула, как уже подчёркивалось неоднократно, - способ существования всех составляющих любого живого организма, гарантирующая бесконечный выигрыш каждому, кто ей следует. Я, малая клетка, добросовестно исполняя свою специфическую функцию, работая «на всех», получаю взамен всё необходимое от многих тысяч других клеток, работающих на
«Благодетелей» при этом ещё и требовалось благодарить за очередное «освобождение» - под дулом пистолета, железного кулака или княжеского указа. «Его величество капитал» сменялся «булыжником пролетариата», которым размахивал уже новый «всенародно избранный» с сонмом прилипал-чиновников. Горький удел всегда плясать под чужую, вернее, «чуждую» дудку, отдавая «Богово кесарю» и делаясь «рабами человеков».
Горько усмехался по этому поводу ещё незабвенный Александр Сергеевич («Не дорого ценю я громкие права»):
Я не ропщу о том, что отказали боги
Мне в сладкой участи оспоривать налоги
Или мешать царям друг с другом воевать;
И мало горя мне, свободно ли печать
Морочит олухов, иль чуткая цензура
В журнальных замыслах стесняет балагура.
Всё это, видите ль, слова, слова, слова.
Иные, лучшие мне дороги права;
Иная, лучшая потребна мне свобода:
Зависеть от царей, зависеть от народа –
Не всё ли нам равно?
Его предшественник и тёзка тоже роптал: «Служить бы рад - прислуживаться тошно».
Попытки вырваться из порочного круга, объединяясь во всевозможные утопические общины (о монашествующих речь не идёт) – обычно заканчивались крахом. «Утопии» оказывались раздавленными или внешним врагом (стоящей у власти «кратией»), или внутренним - бытовыми склоками и несовместимостью людей, вынужденных селиться вместе. Хотя человеку просто достаточно «служить» - данными Богом талантами и любимым делом, каждому на своём месте, исполняя заповедь. Хватит с него и живущей под одной крышей родни – впрочем, и здесь приоритет следует отдавать не родовым, а высшим ценностям: «И враги человеку - домашние его. Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня.» Подвергаться же дополнительным искушениям недостатками, слабостями и вредными привычками людей незнакомых, пусть даже единомышленников, искусственно скованных с тобой «единой цепью» и «мелким бесом» бытовухи, редко кому по силам. Невозможно представить себе ловеласа Александра Сергеевича, игрока Фёдора Михайловича и крутого моралиста Льва Николаевича позднего периода, мирно уживающихся на одной лестничной площадке или в одном доме творчества.
Даже святые порой не выдерживали искушений совместного монастырского бытия и удирали «в затвор». Изания полагает, что личные грехи – предмет твоей сугубо тайной исповеди перед Богом и Его Церковью (или собственной совестью). В эти дебри посторонним лучше не вламываться при условии соблюдения «грешником» определённой этической конспирации – не послужи соблазном. То есть - «грех в подполье», может быть, лучше всего в персонально-виртуальное: «Изания предупреждает, что производимые вами действия вредят вашему телесному и духовному здравию».
Принципы построения Изании не изолируют от мира - просто вы сможете общаться «вживую» лишь по обоюдному расположению, освобождая друг друга от искушений осуждать и вторгаться, назойливо пытаясь исправить то, что тебе неподвластно и вообще не имеет прямого отношения к делу. Лучше тайна исповеди, чем фарисейское вычёркивание человека из Союза Взаимопомощи только потому, что он выпивает лишнюю рюмку, чересчур часто меняет наряды или привязанности. Изания даст возможность, не ведая о соломинке в чужом глазу, уделить больше времени извлечению «бревна» из собственного ока, отделит «пшеницу» от «плевел» раздражающих бытовых мелочей, освободив время и нервы для главного.
В конце концов Чайковский для нас – создатель Первого концерта и «Лебединого озера», а не извращенец, которому место в аду. Если бы мы не имели установку свыше видеть в человеке прежде всего его светлую сторону, Чайковский остался бы в народной памяти просто развратником, да и не он один. И не было бы в мире не только «Лебединого озера», но и ещё много чего хорошего.
Таким образом, современные мобильные средства связи впервые предоставляют шанс «оппозиции» свободно и легко объединиться «миром». Не «стенка против стенки» на почве территориальной, классовой или национальной вражды, что даже в случае победы рано или поздно обречено на провал, так как несёт в себе бациллу насилия над побеждённой стороной с ответной жаждой реванша. Изания - союз сердец, настроенных на единую волну объединяющего их Закона Неба.
«Мои овцы слышат Мой Голос.»
Подлинная свобода дарована Творцом, и никакой кесарь не в силах её отнять, потому что она, как и ведение о Царствии, «внутри нас». В конце концов, всегда остаётся право отдать жизнь за свой выбор. Но свобода на земле начинается тогда, когда каждой личности предоставлена реальная возможность осуществить её на деле, двигаясь, восходя по избранному пути. Изания - именно такой выход для противников нынешней порочной цивилизации, предлагающей, кроме перспективы физического и духовного умирания, лишь альтернативу «двух зол» - принять печать зверя или примкнуть к террористическому интернационалу. Изания – мирный выход для ограбленных, униженных, невостребованных и предоставленных самим себе. И для тех, кто, всё вроде бы имея, понимает, что «так жить нельзя». Что «всё не так, ребята».
Изания исходит из того, что «основным инстинктом» в человеке является отнюдь не продолжение рода, а самоутверждение: «Я сказал: вы - боги, и сыны Вышнего все вы». Надо только отличать самоутверждение «в Боге» (любящие Отца наследники Его дела) от сатанинской гордой «свободы от Бога» и Его Закона с «демократическим» лозунгом: «Запрещается запрещать». Когда человек вынужден в обмен на хлеб насущный служить «отвязанным» верхам, продавая тело, таланты и душу, питать чужие грехи и страсти, культивирующие в человеке личину зверя, тёмную сторону падшего естества. Реализация, как известно, зависит от спроса. Разве отдавать свои силы и таланты всем этим сомнительным непотребным «бизнесам», вскармливая пусть чужой грех, не означает умножать собственный? И причём тут свобода? Подчинение даже избранному «демократическим путём» большинству отнюдь не бесспорно. Как известно, Христос был их голосами осуждён на казнь. Предсказано, что так изберут и Зверя.
«Не следуй за большинством на зло», - предупреждает Писание.
Но подобная практика длилась веками, независимо от того, какой строй на дворе. Некоторым исключением был разве что Советский Союз. Но на деле опять же навязанные разношёрстному обществу «господ-товарищей» обязательные правила игры, пусть по идее прекрасной и справедливой, с первых же мгновений породили шулеров, которые, начав с кражи ладьи, в конце концов, просто опрокинули доску. Удивительно, что этому всенародному противостоянию царству Мамоны всё же удалось продержаться почти три четверти века. Оно, это противостояние, в определённые моменты советской истории было воистину массовым и свободным.
Что же нам делать теперь, как жить дальше? Неужели продолжать волей-неволей участвовать в свальном грехе и кровавых разборках из-за собственности, продавая тело и душу за горсть объедков с барского стола?
Твой выбор служения - Богу или Мамоне. Изания предоставит реальную возможность отдавать всё лучшее в тебе - силы, способности и «души прекрасные порывы» тем, кто нуждается именно в них для осуществления таких же добрых и высоких целей. И получать взамен недостающее от других. Этот процесс должен стать не просто отдельными проявлениями взаимного милосердия, а
«С Богом» тот, кто интуитивно или осознанно стремится достичь и желает другим – мира с самим собой, с людьми и Небом, исполнения Предназначения, то есть «билета в Вечность». На духовном языке это называется «жаждой подлинного бытия». Цель Изании – превратить человека, раба родовой необходимости, где труд - наказание падшему Адаму: («проклята земля за тебя; со скорбию будешь питаться от неё во все дни жизни твоей») - в сына, вернувшегося к Отцу после долгих мытарств. В наследника «по образу и подобию» («не раб, а сын наследует Царство»). В сотворца Творцу, желающего «послужить» Ему, а не приумножить долги, оставив после себя лишь гору отходов, кладбище загубленных жизней да цепь нереализованных нулей на счету, символизирующих вечное банкротство. В хозяина 7-го дня творения, когда Господь «почил от трудов», завещав человеку возделывать, хранить и творчески обустраивать землю, тем самым восходя к 8-му дню Будущего века.
ЗВЕРЬ ВЫШЕЛ ИЗ БЕЗДНЫ
(конец девяностых)
Зверь вышел из бездны – с каждым днём это становилось всё яснее. Может, с американских войн во Вьетнаме и Ираке, с расстрела Дома Советов и Останкинской бойни…или ещё раньше – со смерти Сталина…Или ещё раньше:
«И поклонились зверю, говоря: кто подобен зверю сему и кто может сразиться с ним?
И поклонятся ему все живущие на земле, которых имена не написаны в книге жизни у Агнца, закланного от создания мира.»
Вот так. А записанные в книгу – не поклонятся. Они должны объединиться и противостоять. У Бога нет «ни иудея, ни эллина». Дети разных стран, наций, социальных положений и верований, не желающие подчиниться злу. Кроме, разумеется, сатанистов. Нас может объединить главное – вписанный в сердца Закон, то есть известная вторая заповедь о любви к ближнему, согласно которой все люди так или иначе составляют единый организм. Где «другой» – не враг и не конкурент, а твоё дополнение, необходимое звено единой с тобой цепи. Исторический замысел – естественный отбор, в котором будет отвергнут вовсе не слабый, а сильный, не подавший слабому руки помощи. А то и столкнувший его в пропасть.
Сказано: «Я есть путь, истина и жизнь». И «Не всякий, говорящий Мне: «Господи, Господи!» войдёт в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного». А исполнить означает идти путём Сына, жить Его истиной и Его Законом.
Исполни Закон (Заповедь) Неба. Сокращённо – Изания. Звучит. Союз единомышленников через головы «вампиров» и обслуживающих их правительств. Я ещё не знаю, что впереди события в Сербии, в Афганистане, вторая война в Ираке. Но зверь уже вышел из бездны.
Так я заболела Изанией.
«Изания – выход»
часть 6
(Приложение для тех, кто не в курсе Проекта или не понял.
У остальных автор просит прощения за неизбежные повторы)
Изакратия
«Выйди от неё, народ Мой, чтобы не участвовать вам в грехах её и не подвергнуться язвам её», - таков строгий приказ Спасителя о Вавилоне последних времён. Он адресован именно «знающим Голос», а не только «воцерковлённым». Короче, всему потенциальному контингенту Изании. Известно, что «кто владеет информацией, тот владеет миром». Изания, как уже подчёркивалось, даст нам шанс спокойно, без крови и стрельбы, «выйти». Для этого, кроме коллективного желания, нужна обширная информационная база данных о потребностях и предложениях каждого участника и современные мобильные средства связи, с перспективой осторожного завоевания интернета с его грандиозными возможностями, но и не менее серьёзными опасностями. «Всемирная паутина», которая, вроде бы, должна нас окончательно опутать и поработить, может, как это ни парадоксально, помочь нам построить альтернативную цивилизацию, относительно мирно
Как известно, «приказывают тому, кто не может повиноваться самому себе». На языке Изании свобода – это осознанная необходимость исполнять волю Творца. Изания предоставит личности возможность непосредственного подчинения Его Закону, минуя всевозможных «царей»:
«Вот какие будут права царя, который будет царствовать над вами: сыновей ваших он возьмёт и приставит к колесницам своим, …и чтобы возделывали они поля его и жали хлеб его. И дочерей ваших возьмёт, чтобы варили кушанье и пекли хлебы. И поля ваши и виноградные и масличные сады ваши лучшие возьмёт и отдаст слугам своим. От мелкого скота вашего возьмёт десятую часть; и сами вы будете ему рабами.
И восстенаете тогда от царя вашего, которого вы избрали себе; и не будет Господь отвечать вам тогда.» (1-Ц, 8)
Не правда ли, пророчество на все времена?
Но речь вовсе не о том, чтобы кого-то свергать, «мочить», захватывать места наверху или навязывать обществу свою волю и веру. Речь лишь о возможности сосуществовании двух параллельных систем, где каждый свободным выбором служит «своему господину» - словом, делом, помышлением.
Предлагаемую альтернативу порабощающим земным «кратиям» можно назвать Изакратией, то есть обществом Исполняющих Заповедь (Закон, Замысел) о мире и человеке. Прямое послушание Небу, что нам и заповедано, исходя из вышеприведённого Библейского отрывка. Воля Творца вписана свыше в сердца людей, в их внутреннее ведение (совесть), она в устройстве любого живого организма. Поэтому изакратию можно с полным основанием считать адресованной
Изакратия, повторяем, – путь не только к смягчению классовых, национальных и религиозных распрей, но и к подлинно народному самоуправлению и взаимопомощи в среде её сторонников. К освобождению из-под власти «всемирного казино», денежных воротил и их администрации, к взаимному разрешению большинства насущных вопросов путём простого нажатия кнопок, без волокитных учреждений и магазинов, без обязаловки сталкиваться друг с другом лбами. Путь к ликвидации сообща и оперативно экологических, техногенных и прочих проблем, включая последствия природных катаклизмов.
С постепенным расширением Изан-нета и выводом из общего оборота ничем не обеспеченных бумажных денег, путём перевода изанских операций в виртуальную плоскость на основе взаимозачётов, будет уходить почва из-под ног всевозможного ворья, жулья, преступных бизнесов, мафиози, порно и наркодельцов, ныне завоёвывающих улицы, в основном, бумажным хрустом. Ведь манипулировать какими-то «иуе» будет куда сложнее.
В нашем новом Союзе найдётся почётное место и банкирам, и просто талантливым предпринимателям, при условии, что они станут в нём лидерами, пастырями, увидят в ближних не потенциальную отбивную к семейному обеду, а братьев «по образу и подобию». Спасение (восхождение от седьмого дня творения, отданного человеку, к восьмому - Царству Будущего века) – соборный процесс формирования Богочеловечества. Каждый на своём месте, любящий своё дело и осуществляющий призвание – творец. Но самое угодное Богу творчество - спасти отверженных, расчистив иконы их ликов, изуродованные отпавшим от Бога обществом.
Создать, например, Изан-банк под силу не только олигарху, но и одному или нескольким обычным инвесторам, готовым вложить в проект энную сумму, которая в случае успеха не только вернётся, но и принесёт дивиденды, в том числе и политические.
Это и явится, повторяем, несгораемым вкладом – в человека. Не в его «дурь», не в зверя в нём, а в его богоподобие и спасение. Наши счета в Изан-банке станут списком «разумных, добрых и вечных» дел, которые можно будет предъявить на Суде, избежав адских сожалений о неиспользованном «звёздном билете», когда уже ничего нельзя исправить.
Ну а не мыслящие столь высокими категориями смогут для надёжности обезопасить кредиты через обычные страховые компании.
Члены Изании со временем получат возможность осуществлять и различные благотворительные проекты. Благотворительность в общепринятом понимании – это когда удачливый рыбак, допустим, поделится на берегу пойманной рыбой с отчаявшимся талантливым художником, собравшимся от беспросветной нужды утопиться. Существует ещё и «активная благотворительность» – подарить художнику удочку и научить ловить рыбу. Благотворительность Изании – помочь ему затем эту рыбу реализовать, чтобы хватило не только на еду, но и на краски и холсты, а потом устроить выставку-продажу его картин (через рекламную службу Изан-нета). Разумеется, небезвозмездно.
Возможности Изании трудно переоценить. Она, повторяем, даст каждому нужное любимое дело, пробудит творческую инициативу, решив острейшие проблемы зрелого и подрастающего поколения – преступности, пьянства и наркомании от вынужденного безделья. Обеспечит достойную старость. Позаботится о беженцах, о ремонте и строительстве жилья для них, обеспечит работой, подключит к освоению пустующих земель. Улучшит качество жизни, наладит связи «наших» на местном и общероссийском уровнях, а также со странами СНГ и дальним зарубежьем. Изания постепенно оторвёт от народной шеи накрутчиков и бесполезное чиновничество всех видов. Позволит перебрасывать из урожайных районов в неурожайные овощи и фрукты, не давая простаивать собственному автопарку, а селу доставляя попутно оргтехнику, стройматериалы и т.д. То есть включить систему саморегуляции общего кровообращения, позволяющую адресно посылать кровь и кислород согласно первоочередной необходимости и в нужных количествах, избавив общество от «эффекта переедания», от дурного необузданного: «хочу». Сэкономив на этом немалые силы, здоровье и средства, Изания поможет многим реализовать прежде неосуществимые проекты (творческие, деловые, научные) – индивидуально или в доле с другими, расплачиваясь затем частью продукции, прибылью с внедрённого в жизнь изобретения, с проката фильма или с книжного тиража, поучаствовать в возрождении страны и в международных проектах. Поможет устоять в случае не только финансовых и прочих кризисов, но и прогнозируемого краха мировой финансовой системы.
Изания для тех, кто не желает ни подчиняться злу, ни устраивать в борьбе с ним очередную резню.
Символика Изании. Цвет – фиолетовый (сплав небесной синевы и алой крови, пролитой во все времена за свободу от «Вавилона»): «Ибо купцы твои (
Символ Изании – перехваченные в поддержке руки двух невидимых альпинистов на фоне встающей за горами над чёрной бездной восьмиконечной Вифлеемской звезды. Восхождение в связке к Царству Будущего Века.
часть 7
ИЗАНИЯ – ИНТЕРНЕТ НАСУЩНЫЙ
(
«Основной темой, волнующей посетителей (
Изания – это бескровный переворот в умах, революция
Мысль о возможности самостоятельной организации жизни на основе предоставления бесплатной помощи друг другу впервые прозвучала в романе Ю.Ивановой «Дремучие двери». Люди, живущие как угодно далеко друг от друга, связываясь, например, с помощью интернета, обмениваются информацией об имеющихся у них материальных излишках (продукты питания, одежда, свободная комната и пр.) и предоставляют их друг другу, получая (или, наоборот, тратя) за это «условные единицы». Деньги при этом не нужны.
Носящая характер христианской социалистической утопии, идея эта в контексте резко активизировавшихся сейчас глобализационных процессов представляется удивительно злободневной. Иванова и подавляющее большинство посетителей её форума не обольщаются относительно настойчивых попыток налогового ведомства принудить нас к электронной идентификации, ясно видят их зловещую подоплёку. Нетрудно догадаться, как тяжело в ближайшем будущем придётся «отказникам», даже в самых ничтожных бытовых мелочах. Привычные же к взаимопомощи «изане» окажутся значительно менее уязвимы.
То, что в России с глобализмом борются исключительно священники и прихожане православных храмов, наверное, не совсем правильно. В других странах этим занимаются люди любых взглядов и убеждений, представители всех социальных групп. В конце концов, эта беда коснётся всех.
Но чтобы эффективно противостоять ползущей на нас с Запада страшной опасности, необходимо обладать полной и объективной информацией и иметь возможность найти единомышленников. А это значит, что пришло время всем нам отправляться в интернет. Пока не поздно.»
Оседлать тигра
«Отсидеться ни у кого не получится, и сколько бы мы ни отмахивались от «мировой паутины», рано или поздно мы очнёмся спелёнутыми ею, и вот тогда действительно будет поздно.
Революции надо не предотвращать, а возглавлять, тогда есть шанс «оседлать тигра». В противном случае будет застой, нытьё и проигрыш.
Мы сознательно входим в «мировую паутину». Мы пытаемся очертить в ней максимально возможный сектор. Мы должны наполнить своим присутствием сеть, воспитать поколение своих сетевиков, а в завтрашнем мире человек, пребывающий вне сети, будет подобен тем, у кого нет телефона, телевизора и почтового ящика.
Ясно, что мало-помалу в виртуальные миры перемещается вся цивилизация. Мир знаков и экранных симуляций поглощает и вытесняет на периферию мир веществ и существ. Это не начало дегенерации апокалиптического человечества. Это его венец, последняя стадия превращения человеческой истории в «Общество спектакля».
Но в этой топкой разряженной стихии «мировой паутины» мы должны присутствовать, должны заявлять о себе, должны нести пламя нашей борьбы, нашей Идеи, нашей Веры. Против Зверя.» (Александр Дугин).
Автор проекта «Изания» полностью присоединяется к вышесказанному и призывает всех единомышленников - независимо от профессии, возраста, национальности, вероисповедания, места жительства и социального положения - откликнуться и помочь в его скорейшей реализации.
Наша уверенность в победе основана, прежде всего, на вере в
На вере во внутренние резервы
Наконец, на вере в это
B БЕСЕДКЕ С: Галиной Акуловой и Мишей
Не надейтесь слишком на Интернет
Акулова Галина: - Мировые власти успеют ввести тотальный контроль за интернетом: у каждого компьютера будет свой ИНН и авторство любого сообщения будет жёстко фиксироваться. Нынещней анонимности не будет, и все дела Изании будут под контролем. А зная все, легко будет ей мешать. Задумайтесь над параллельной Интернету системой связи Изан между собой.
Ю.И.: - Согласна, над этим вопросом обязательно надо думать – ведь Интернет можно худо-бедно дублировать иными современными средствами мобильной связи. Эта возможность, отчасти, сделает неинтересными для врагов Изании порчу Интернета – нашу работу это замедлило бы, но не остановило.
Связь всех со всеми возможна и без Интернета, но на более низком уровне – мобильник, пейджер, обычный телефон и т.д. Главное – единая надёжная (честная) система.
Тем не менее, если Вы встретитесь с какими-то идеями или сообщениями по поводу альтернативы Интернету, поделитесь с нами. За что заранее благодарим.
Идеи схем взаимопомощи обсуждаются всё шире
Миша: (Из статьи «Вопрос о власти») «Понятно, что люди готовы к дальнейшему обкрадыванию, к тому, что и теперешнее отнимут, всё отнимут. И более того – выстроят параллельный социум, в котором будут существовать свои механизмы взаимопомощи, социальной поддержки и т.д. По мере выкрадывания госгарантий и официальных механизмов социального государства, вполне могут начать создаваться предприятия «общинного» типа, независимые профсоюзы, которые будут выбивать у предпринимателей (старыми добрыми бандитскими методами), помимо зарплаты, «пособия на иждивенцев» и прочие прелести. В любые соглашения начнёт входить некий неофициальный «соцпакет» – да чего только не придумают люди. Большинство не представляет себе даже, насколько гибок и многообразен механизм человеческой саморегуляции. Но только к этому государству это уже никакого отношения иметь не будет. И его не будут поддерживать ни в чём. Ситуация, кстати, с учётом русского национального этатизма, довольно опасная.»
ПЯТЫЙ СОН ВЕРЫ ПАВЛОВНЫ
(конец девяностых)
Так я «заболела» Изанией. Стояла ли на вокзале, ловя привычным взглядом потенциальных покупателей, крутила ли им на коленке букеты – кому пять цветков, кому семь, кому чётное – на похороны; возвращалась ли усталая домой, сидя в тамбуре на пустом перевёрнутом ведре среди чужих ног и коробок; или гуляла по лесу с Джином, поливала грядки, полола – повсюду Изания была со мной, это царствие Божие на земле, которое мне предстояло сотворить. Этот «пятый сон Веры Павловны»… Я записывала его манящие видения на старых и новых газетах, клочках квитанций, шоколадных обёртках и масляных салфетках от пирожков, каких-то в лесных бумажках подозрительного происхождения, коробках из-под сигарет и лекарств. В кармане джинсов у меня всегда лежал шариковый карандаш, но записная книжка, сколько ни пробовала её заводить, вечно куда-то исчезала. Поэтому я, в конце концов, плюнула и смирилась, просто переписывая в конце дня все записи с бумажек и картонок на машинописную страницу.
Сразу же придумалось и имя лидера Изании – Егорка Златов. Егор, Георгий – это, само собой, Освободитель на белом коне, а Златов… Сталь, злато…
«И будет по всей земле, говорит Господь: две части на ней будут истреблены, вымрут, а третья останется на ней. И введу эту третью часть в огонь, и расплавлю их, как плавят серебро, и очищу их, как очищают золото: они будут призывать имя Моё, и Я услышу их...» (Зах.13, 8-9).
«Так говорил Златов»… Ещё одна рубрика появилась в романе, куда вошли размышления героя-лидера - буквально захлестнувший меня поток будто подслушанных изречений и раздумий, которые я едва успевала на чём попало фиксировать. А потом непостижимым образом самые, казалось бы, несовместимые пласты будущей книги соединились сами собой в некий «многослойный фантастический пирог», как написал в отзыве один из первых читателей и рецензентов романа. Судьба героини, «минуты роковые на пиру богов», который ей суждено было посетить, мистическая подготовка суда над Сталиным в Преддверии вечности, описание Изании, документальные страницы свидетельств о вожде в русле истории страны и случившегося с ней «апокалипсиса», выдержки из Священного Писания, высказывания отцов Церкви, религиозных философов и новоиспечённого Егорки Златова…
БЫЛ МЕСЯЦ МАЙ
B БЕСЕДКЕ С:
Борисом Сергеевичем Либусом,
Ричардом Косолаповым и со свежей прессой
Борис Сергеевич Либус (Хабаровск): «Дремучие двери – потрясающе! Это то, что я искал всю свою жизнь, о чём размышлял с друзьями, спорил с противниками. Спасибо Вам, что Вы есть, человек думающий, размышляющий, предлагающий делать это всем нам – живущим в это сложное время.
Спасибо за подарок. «Страшная сказка» («
Вашу просьбу выполнил. Обе повести передал в Хабаровскую краевую научную библиотеку.
Книги приняты с благодарностью.
Извините за сумбурное письмо. Оказывается, что писать Писателю – совсем не простое дело. С искренним уважением.»
2003-05-27
В своём времени Сталин переиграл всех
(продолжение беседы)
Корр.: - Как, на ваш взгляд, можно расценить явление политиков уровня Ленина и Сталина в России первой половины ХХ века? Это следствие какой-то закономерности, или оно более соответствует категориям чуда?
Ричард Косолапов: - Мне представляется, что здесь слились воедино, как минимум, три основных момента. Прежде всего, наличие рабочего класса, готового к революции. Потому что рабочий класс, который совершил революцию, - я имею в виду прежде всего его питерский и московский отряды, - это вовсе не тот рабочий класс, который мы знаем сегодня. Это были относительно обеспеченные в материальном плане, крепко стоящие на ногах, самостоятельные, культурные, с очень хорошей подготовкой (разумеется, по тому времени) и очень восприимчивые люди. Второе – это наличие революционной интеллигенции, которая тоже была мало похожа на нынешнюю интеллигенцию и не только стояла в самом передовом отношении к современной ей науке и технике, но была исполнена готовности к самопожертвованию. И наконец, практически полное разложение системы власти и правящих кругов в Царской России, особенно сказавшееся в годы Первой мировой войны. Только через революцию возможно было спасение Отечества, сохранение его целостности и независимости. Ленин и Сталин оказались как раз такими деятелями, которые понимали это лучше других.
Корр.: - Но ведь нынешние рабочие не с Луны же свалились, Ричард Иванович? Точно так же, как нынешняя интеллигенция и нынешняя «вертикаль власти»? Разве они – не продукт той самой системы, основы которой, при всех возможных последующих деформациях, были заложены именно в сталинские годы?
Р.К.: - Нет, не продукт. Делать вид, что Советская власть в модификации 1990 года – то же самое, что Советская власть 1936-го, значит либо чего-то не понимать, либо лицемерить.
Взять хотя бы броский пример с институтом президентства. «По системе нашей Конституции, - говорил Сталин 25 ноября 1936 года, - в СССР не должно быть единоличного президента, избираемого всем населением наравне с Верховным Советом и могущего противопоставить себя Верховному Совету.» Сталин отстаивал идею коллегиального президента, каковым десятки лет был Президиум Верховного Совета. «Опыт истории показывает, – подчёркивал он, - что такое построение верховных органов является наиболее демократическим, гарантирующим страну от нежелательных случайностей.» Сталин оказался замечательно прав в отношении президентства и Горбачёва, и Ельцина. Оба принесли стране ряд нелепых случайностей, а последний, более того, противопоставил себя Советам и под «музыкальное» сопровождение танковой канонады распустил их.
Система влияний, общественное мнение наше складывается иначе, нежели, к примеру, в 50-х годах. Всеохватывающий характер приобрели средства массовой информации, особенно телевидение. Теперь у человека гораздо меньше времени посидеть над книгой, перекинуться словом с соседом или товарищем по работе, просто подумать. Зато из всех пор общества лезет и навязывает себя виртуальная реальность, реклама, претендующая на внимание от рассвета до заката и на определение всех потребностей, вкусов и интересов. Не случайно одной из составляющих буржуазно-бюрократической контрреволюции явился захват реакцией СМИ.
В результате рабочий класс из класса «для себя» в большей мере превратился в «класс в себе».
2003 г.
ВОТ БЫЛА БЫ ИЗАНИЯ…
Дети подземелья
«Работать, чтобы выжить, - таков удел свыше полумиллиона украинских детей в возрасте от 5 до 17 лет. Проведённое Госкомстатом Украины исследование свидетельствует: каждый двадцатый подросток в стране трудится в «неприемлемых условиях.»
Диапазон привлечения детского труда чрезвычайно широк: от попрошайничества и проституции в городах до лесоповала в Закарпатье и разработки угольных «копален» в Донбассе. При этом четверть 7-12 летних «каторжан» выполняет тяжёлую физическую работу, а у 18 % малолетних тружеников она требует повышенных психических нагрузок. Больше всего дети эксплуатируются в сельском хозяйстве (46%), торговле (26%) и сфере услуг (19%). Бедственное положение семей во многих случаях заставляет детей «пахать» гораздо более 40 часов в неделю, определённых законодательством для взрослых.
По данным социологических исследований, месячный доход двух третей малолетних тружеников не превышает 80 гривен (17 долларов), а треть довольствуется и вовсе скромной суммой – до 7 долларов. Статистика «чёрного рынка» детского труда – увы!» ничего не говорит об объёмах теневых доходов самих эксплуататоров. А случаи привлечения к ответственности последних – единичны. Последнее резонансное дело, ставшее достоянием общественности, - лишение родительских прав супружеской пары из Донбасса, ежедневно загонявшей своих малолетних детей в самодельную шахту, где те дедовским способом и до полного изнеможения рубили на продажу уголёк.»
Лучевая болезнь
(«Московские» и «питерские» делят шкуру полудобитого совхоза.)
«Римейк сцены «Штурм Зимнего» из фильма «Ленин в октябре» могли наблюдать любопытные жители красногорского совхоза «Ленинский луч» в Вербное воскресенье. В качестве Зимнего выступало здание правления на центральной усадьбе совхоза. А вот кто исполнял роли противоборствующих сторон – без поллитры не разберёшь. Местные для простоты одних называют «питерскими», а других – «московскими». Они на полном серьёзе считают, что на землях «Ленинского луча» происходит столкновение между людьми Путина и Касьянова.
История совхоза типична. В советское время – преуспевающее хозяйство, специализирующееся на производстве молока и овощей в закрытом грунте. Потом – кризис, акционирование. Каждому из 1200 сотрудников и совхозных пенсионеров дали на бумаге земельный пай в один гектар. Паи у крестьян стали одновременно скупать сразу две конторы.
Поначалу земля доставалась скупщикам «малой кровью» – пай удавалось заполучить за 500 рублей. Дальше – пошло-поехало. Под конец за 1 га давали и 7, и 10 тысяч «зелёных». А у кого-то покупали, говорят, и за 20, и за 30. Звучит фантастически, но если вспомнить, что совхозные поля раскинулись вдоль Рублёвки, где одна сотка под коттедж стоит 10 тысяч долларов, - почему бы и нет. Спустя несколько дней после «штурма Зимнего» мы попытались выяснить, что за выброс страстей случился в самый канун Страстной недели. Охранник в камуфляже, открывший бронированную дверь правления, узнав о цели визита, сообщил, что руководства нет, а в здании идёт ремонт. Последние модели «Ауди», «Фольксвагена» и «Мицубиси» у крыльца красноречиво свидетельствовали, что внутри действительно нет никого, кроме штукатуров и плотников.
На помощь пришли местные жители.
- У нас эта свистопляска идёт уже два года. То белые придут, то красные, - рассказывает пенсионерка Зоя Ивановна Живцова, - А в этот раз вообще было побоище. Вооружённые люди в масках, с автоматами. Вертолёт летал над селом. Кого-то увезли в реанимацию…
Из разговоров становится понятно, что две «бригады» скупили на пару около 1000 паёв. Совхоз раскололся примерно пополам. «Питерские» засели в правлении. Резиденция «московских» – в гараже. (И там, и там на дверях таблички: «Правление кооператива «Ленинский луч»).
По дороге на мехдвор взору открываются картины эпической разрухи: недостроенное и уже разваливающееся двухэтажное здание детсада, разгромленные теплицы, остовы сельхозтехники, крестьянские дома-развалюхи. И всё это в километре-другом от загородных замков новых русских и правительственных сановников.
В «гаражном» правлении тоже никого застать не удалось. Не видно ни одного трактора.
- Пашут, - пояснил один из случившихся тут механизаторов.
- И те, и другие?
- Не, «питерские» не пашут. Из 1200 га сейчас обрабатывается примерно половина.
Из дальнейшей беседы выясняется, что 70% работников совхоза – таджики. Местных трактористов и доярок зарплата в 7-8 тысяч не прельщает.
- А местные, что же, в Москву на работу мотаются?
- Зачем? Получили по 10-15 тысяч баксов на семью – и пьют. Зачем работать?
«Римейк» имел одно существенное отличие от оригинала – штурм оказался неудачным. «Питерские» отбились и остались в главном здании. Впрочем, большинство наших собеседников уверены – и тем, и другим, сельское хозяйство – до лампочки. Борьба идёт лишь за то, какой клан застроит коттеджами престижные места на Рублёвке.
2003-05-07
Изания – противостояние атипичной пневмонии
и другой типичной и нетипичной заразе
Ю.И.: «Думается, что Изания, как проект закрытой и защищённой от постороннего вторжения системы, будет обладать рядом неоспоримых преимуществ в условиях многих экстремальных ситуаций (например, дефолта, неурожая, безработицы), а также возможных типичных и атипичных эпидемий.
Дело в том, что Изания предполагает прямую связь: свой производитель, свой транспорт, свой потребитель (система столов заказов и доставка продуктов на дом). А также планирует создать систему собственных столовых с блюдами из своих продуктов, доставку таких продуктов и обедов членам Изании на дом и т. д. При наличии своих врачей-эпидемиологов, строго наблюдающих за здоровьем входящих в эту цепочку людей и за качеством продуктов, а также при максимально возможной «герметичности» изанской системы, можно сделать её на порядок неуязвимее по сравнению с открытым внешнему миру обществом.
Ведь в Изании предусмотрены не только своя система питания, но и свои транспорт, жильё, дома отдыха, медицинское обслуживание, служба быта, а также воспитание детей, уход за немощными и стариками, учёба молодёжи со своими лекциями в интернете по самой разной тематике, своими СД и т.д. То есть для членов Изании всю эту беготню по магазинам, пользование общественным транспортом, поликлиниками, аптеками и другие нежелательные контакты в местах массового скопления людей вполне возможно максимально ограничить. Собственно, такое ограничение входит в основу самой изанской системы, что в условиях массовых эпидемий явится неоценимым преимуществом. Изанину придётся выходить из дому разве что на работу, если он служит где-то на стороне, положившись на надёжность эпидемиологической службы, надевая маску или принимая спиртовую ванну. Тут уж Изания бессильна - как фишка ляжет.
Просматривается ещё одно самое главное преимущество Изании в условиях массовых эпидемий, особенно таких, как атипичная пневмония, передающейся не только воздушно-капельным путём, но вирус которой обладает способностью сохраняться долгое время в самых разных средах и температурах, в том числе просто на окружающих предметах. В этой связи почему-то никто не говорит о самом главном распространителе инфекции – о «живых» деньгах. Которые кочуют из рук в руки вместе со своими кашляющими хозяевами – рядом с носовыми платками и защитными масками. В лайнерах, поездах, через границы, от кассы к кассе, от прилавка к прилавку – без денег сейчас практически ни одно мероприятие не обходится, даже посещение туалета, и их, родимых, никто и не думает дезинфицировать. Ни рубли, ни доллары, ни евро, ни юани. Потому что связана эта процедура с таким количеством сложностей, неприятностей и даже разоблачений, что никто на это дело не пойдёт даже под угрозой смерти. Потому и помалкивают. И граждане, и правители. А ведь, если действительно дело обстоит так серьёзно, то никакие меры предосторожности, никакой карантин не поможет, пока не будут изъяты из обращения все живые деньги и человечество, желая элементарно уцелеть, не перейдёт на изанскую систему взаиморасчётов. Ведь изанские уе, приравненные к любой ходовой валюте, не несут в себе никакого зла, а служат на деле мерой труда и взаимных услуг, отсекая всевозможных накрутчиков. Не говоря уже о вирусах, поскольку они как бы виртуальны.
Но, как известно, «люди гибнут за металл», посему логично предположить, что мир будет сражаться за «свои кровные» до последнего, многие перемрут, а оставшимся всё же придётся сидеть по домам, забыв о супермаркетах и суперкабаках, о Канарах, казино и борделях, даже о театральных, спортивных и кинозалах. Пребывать тихонько у телевизора, за «любимой кассетой» и отдающими хлоркой омарами с трюфелями. А рассчитываться безопасными электронными деньгами через интернет, где всё в жёстких условиях карантина будет на виду, чтобы какой-нибудь электронный магазинчик часом не доставил потребителю что-нибудь «атипичное». И окажемся мы все в одно прекрасное утро в Изании…
Шутка. В Изании мы, конечно, не окажемся, потому что Изания подразумевает добровольное принятие высших духовных ценностей. А вот в царстве Зверя оказаться вполне можем – всё под строгим карантинным контролем Нового Мирового Порядка, граждане получают жизнеобеспечение в обмен на полную лояльность. А надумаешь бежать – там по пустынным улицам одна атипичная пневмония шастает. Поклонись Зверю или подыхай.
Очень похоже на мою раннюю фантастическую повесть «Последний эксперимент».
Только Изания - срочное объединение «наших», способна будет нас спасти в таких условиях. Если, конечно, уже не поздно.
БЫЛ МЕСЯЦ ИЮНЬ
B БЕСЕДКЕ С: Бусел А.И., акад. Олегом Грицкевичем,
просто Олегом и Андреем
Последний зов
Бусел А.И.: - Христианство в романе показано очень ярко, но забыта роль живой этики»
Ю.И.: - Всё, что в ваших рассуждениях касается Иеговы, представляется мне, по меньшей мере, произвольным и неубедительным.
«Для чего же закон? Он дан после по причине преступлений, до времени пришествия семени, к которому относится обетование, и преподал через Ангелов, рукою посредника.» (Гал.3:19)
Здесь под «посредником» имеется в виду Моисей, никто более.
Бусел А.И.: - Если же служение смертоносным буквам, начертанным на камнях, было так славно, что сыны Израилевы не могли смотреть на лицо Моисеево по причине славы его преходящей, - то не гораздо ли более должно быть славно служение духу?
Ю.И.: - Служение «смертоносным буквам» - здесь, скорее всего, неточный перевод. «Смертоносный» – в значении «смертный, тленный, преходящий», а не «несущий смерть».
Бусел А.И.: «Ибо если служение осуждения славно, то тем паче изобилует славою служение оправдания.» «Ибо если преходящее славно, тем более славно пребывающее» (подтверждение моей мысли – Ю.И.)
Ю.И.: - Закон, данный Всевышним Моисею, был «осуждающим» падший мир, и вполне соответствовал степени падения этого мира, когда вся его опора была в «страхе Божьем». Так отец приказывает неразумным детям не делать того-то и того-то, грозя в противном случае розгами – ради их же блага. Какой уж там дух!
«Оправдывающий» Новый Завет искупления и Любви опирается уже на «избранников» (свободно избравших Свет). Это принципиально новая, высшая ступень исторического процесса, а не какие-то «козни богов».
Об отношении к частной собственности.
«Раздай нищим имение своё и иди за мной»
Ю.И.: - Изания трактует это шире - не как единичный, а перманентный процесс. Нищие – те, кто нуждается в твоих услугах и помощи. Мы все в какой-то мере нуждаемся друг в друге – так устроен мир. И по отношению друг к другу – нищие. Так глаза в нашем теле, уши, руки – нищи по отношению к другим органам, то есть слепы и глухи. «Остави нам долги наши, как и мы оставляем должникам нашим.» Таким образом, взаимно служа друг другу, мы исполняем Закон Христов, оправдываем жизнь, идём за Христом.
Дело не в частной собственности, а в её использовании. Предостережение Христа, что «трудно богатому войти в царство», заканчивается словами, что богатому человеку спастись невозможно, но Богу всё возможно. Например, «открыть глаза» стяжателю, чтоб служил своим богатством умножению жатвы Господней (притча о талантах). Кстати, многие святые были богатыми (в частности, Василий Великий).
Ю.И.: -
«Лжец и отец лжи» - эти слова находятся вовсе не в указанных вами местах, а в Евангелии от Иоанна (8:44), и относятся, соответственно, к дьяволу
:
«Ваш отец дьявол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего; он был человекоубийца от начала и не устоял в истине…когда говорит он ложь, говорит своё, ибо он лжец и отец лжи.»
8-конечная звезда – рождественская, символ Будущего века. Именно её видели пастухи и волхвы в ночь рождения Богомладенца.
Ну а пятиконечная – звезда Бафамета (Разума) - гордого, холодного, отпавшего от Творца. Она перечёркивает пентаграмму – защиту от нечисти, разрешая вход сатане, и имеет прямое отношение к масонству.
ВОТ БЫЛА БЫ ИЗАНИЯ…
Технический прогресс на земле только начинается
«Человечество – на энергетической игле. Готовить пищу, обогревать жилище, передвигаться по планете мы можем, только сжигая топливо, которого в недрах всё меньше, его добыча всё опаснее для здоровья планеты. Мы начинаем осознавать тупик, в который сами себя загнали.
Загнивает вода в крупнейших реках, перегороженных плотинами, тонны канцерогенной сажи, выбрасываемые ТЭЦ, оседают в наших лёгких, АЭС превратили людей в заложников «мирного атома». Мы начинаем привыкать к неизбежности конца света – фактического самоуничтожения.
Между тем десятки создателей новых теплогенераторов, не требующих сжигания топлива, доказывает возможность исцеления от энергетической наркомании.
Олег Грицкевич ещё в 70-х отыскал принцип бестопливного обогрева. Но лишь в 1991 году после закрытия атомной станции Армения построила теплогенератор по картинке из журнала «Техника молодёжи». Воду, крутящуюся в «бублике», искусственно ионизировали с помощью радиации. КПД превысил 100%. «Бублик» диаметром чуть больше двух метров отапливал посёлок в течение шести с половиной лет. До тех пор, пока местные военные, стремясь раскрыть секрет, не растащили установку.
Вот как объясняет «чудо» академик Грицевич: «Молекула воды имеет пространственную структуру в форме пирамиды Хеопса. Один куб. сантиметр воды содержит миллион молекул. При давлении в трубе 10 атмосфер вихрь, закручивающий воду, ломает пирамидки молекул, атомы водорода и кислорода расползаются. А когда они снова слипаются в молекулы, выделяется энергия. Я называю эту энергию атомной – только не путайте её с ядерной энергией. Один литр сверхчистой воды, обходящийся всего в 19 рублей, способен дать один киловатт атомной энергии.»
Банановые рощи на Чукотке.
Для академика Грицкевича это ближайшая перспектива развития нашего общества при глобальном потеплении. По его патенту, передвижная электростанция мощностью 2-3 тысячи киловатт монтируется в морском контейнере и устанавливается на платформу КРАЗа, можно также сбросить её с вертолёта в любой самый глухой уголок сибирской тайги или таймырской тундры (
.). И 20-25 лет такая электростанция в автономном режиме сможет освещать и отапливать города, заводы, плантации, фруктовые сады в зоне вечной мерзлоты. «Бублики» хоть сегодня можно собирать на конвейре и навсегда забыть о дорогостоящих линиях электропередач, о зимнем завозе мазута на крайний Север.
Подобные электрогенераторы для судов уже устанавливаются в Южной Корее.
Другой патент Грицкевича рисует нам глобальную сеть скоростных железных дорог: вдоль хребта Кордильеров через обе Америки; через Берингов пролив и всю Россию. Новый Транссиб почти по прямой пересекает Евразию, уходя в Западную Европу; южные ветки отходят от магистралей в Китай, Индию, Индонезию и Сингапур, Африканская ветка достигает мыса доброй Надежды (
Назвать эту сеть железнодорожной – просто отдать дань традиции. Ничего общего с рельсами и шпалами она иметь не будет. Нижняя часть поезда представляет собой бетонный полуцилиндр, а «рельсы» – полукруглую бетонную канаву. В зазор между полуцилиндром и канавой вентилятором нагнетается воздух. Поезд разгоняется до 850 километров в час двумя пропеллерами (один на носу, другой в хвосте) или газотурбинным двигателем, которые подпитываются от электрогенераторов «бубликов», установленных на том же поезде. От Анадыря до Москвы такой суперэкспресс домчит за одну ночь.
Стоимость глобальной транспортной сети Грицкевич определил в 2,4 триллиона долларов. Примечательно, что уже сегодня эти инвестиции готовы предоставить и США, и Тайвань, но каждая страна по отдельности и всю сумму целиком: ведь ожидаемые прибыли просто фантастичны.
Кстати, бетон для глобальной сети – предмет отдельного патента Грицкевича. Чтобы выдержать динамические нагрузки реактивных поездов, нужен бетон удельной прочности 2000. Понтоны из такого бетона размерами полкилометра на километр могут устанавливаться посреди морей и океанов. Автострады будут пересекать планету по кратчайшим расстояниям.
Собранные по несколько штук, такие понтоны сформируют искусственные материки любой площади. Они смогут дрейфовать по океанам, поддерживая заданный климат. Искусственный грунт и опреснённая в сколь угодно большом количестве морская вода (с помощью тех же вихревых генераторов) позволят превратить новые континенты в гигантские оазисы. Забудется понятие перевозки продуктов: любой кусок искусственной суши легко прокормит обитающее на нём население.
Место двигателей внутреннего сгорания и электрогенераторов займут бочки водоизмещением 200 литров, каждая из которых четверть века сможет автономно питать энергией целый микрорайон.
Проблема реализации этих проектов примерно та же, что с внедрением тепло и электрогенераторов на закрученной воде. У нас энергетическое ведомство допустит «водогрейки» только через труп своего главного менеджера. А в мире глобальную сеть будут торпедировать владельцы авиакомпаний: ведь после строительства «бетонки» самолёты могут стать устаревшей рухлядью. Кто же допустит глобальное банкротство гражданской авиации!»
Ю.И.: - В общем, «Съест-то он съест, да кто ж ему даст».
Унитазы из золота
«Золото как мировой эквивалент недевальвируемых денег сохраняется в цене только из-за его относительной редкости в природе и дороговизны его добычи.
Один из патентов Грицкевича позволяет получать любые металлы (золото даже не самый ценный из них: например, рений раз в десять дороже) в нехитром реакторе, используя холодный ядерный синтез киевского изобретателя Бориса Болотова
2003-06-26
Олег: - Вы писали: «Пустые развлечения, роскошь и вредные привычки Изания из своей сферы деятельности сознательно исключает, оставляя всевозможную «дурь» и непотребства попечительству «ветхого» мира».
Вот тут хотелось бы поподробнее. Как вы будете делить нормальные развлечения и пустые? Вопрос очень спорный. Судя по религиозным текстам вначале – попавшие к вам в организацию лишатся радостей жизни.
2003-06-21
Андрей: - Тут вся штука в том, что всё, неподходящее Изании, само отвалится.
Ему изанский способ жизни неинтересен.
А если этот способ кому из, например, секты, понравится, вполне возможно, что он как раз от своей секты отойдёт. Потому что получит взаимопомощь и понимающую окружающую среду без сектантских заморочек.
2003-06-23
БЫЛ МЕСЯЦ ИЮЛЬ
Грех не под нож, а в карантин.
Не тащи свою «атипичку» в массы!
Олег: «Как вы будете делить нормальные развлечения и пустые?»
Ю.И.: - Мы предоставим это решать самому члену Изании.
Предполагаются:
1. Попутчики,
2. Кандидатский этап
3. Несколько ступеней восхождения.
Андрей прав. Полагаем, что коли ты выбрал этот путь, то странно тащить в гору непосильный рюкзак излишней собственности, мучиться с бодуна, заводить гарем и т.д. Тогда зачем было огород городить? Чтобы «что-то в жизни совершить» нужны силы, здоровье, расписанное по минутам время и целеустремлённость. Если ты, конечно, не гений. Но даже Пушкин в свои тридцать с хвостиком писал: «Давно, усталый раб, замыслил я побег». То есть «раб страстей». От них, родимых, побег.
А запреты содержатся в приложенной к человеку инструкции свыше (в заповедях), и в индивидуальных медицинских рекомендациях. Но Изания, повторяю, предоставит каждому лично решать эти вопросы наедине с Создателем (или собственной совестью) – кто во что верит.
Наша цель – проявить светлое, творческое начало в человеке, лишь этой стороной мы будем заниматься, взаимно друг друга поддерживая и финансируя. Тёмная же изнанка пусть останется вотчиной «ветхого мира», из которого мы хотим «выйти», постепенно отвоёвывая себе сторонников. Для нас Чайковский – создатель Первого концерта и Пятой симфонии, а не сексуальный извращенец.
Но как всё же быть с «изнанкой»? Грех (нарушение Инструкции) – в компетенции свободного диалога каждого с Богом, мы не в состоянии ни отменить, ни запретить грех, но рассматриваем его, как болезнь, разрушительную и заразную.
Поэтому внутри Изании мы просто переводим его с витрин и улиц в карантин, в виртуальное подполье индивидуального пользования, где ему и надлежит быть и где он причинит вред разве что самому больному. Разумеется, с табличкой: «Изания предупреждает, что это вредит вашему здоровью», и с лечебными программами для желающих исцелиться. Тут основное правило Изании: «Не соблазни»! Особенно «малых сих» - детей и молодёжь.
Об этом подробно рассказывается во втором томе «Дремучих дверей». Специальные программы, разработанные учёными и врачами, позволят «озабоченным» удовлетворять свои нетрадиционные потребности наедине с мониторами и приборами, а не бегать по улицам в поисках девочек, мальчиков, наркоты, а то и крови. Это, конечно, не идеальный выход, просто из двух зол выбирается меньшее. Но ежели кто придумает лучше, ждём-с предложений.
А в остальном, прекрасная маркиза, делай, что хочешь, но конспиративно, чтобы твоё поведение не дискредитировало Изанию и не вредило делу.
И ещё одно правило: мы не должны средствами Изании подпитывать Вампирию, все эти казино, порно и нарко бизнесы, не поддерживать их «дурь». Иначе зачем мы?
2003-07-02
ХОЖДЕНИЕ ПО КОМПЬЮТЕРНЫМ МУКАМ
(конец девяностых)
Рукопись отредактировали (подключился Борис), отстучала двумя пальцами первый том. Получился угрожающе-внушительных размеров фолиант, который с трудом запихивался в допотопную папку с кальсонными завязками. Поволокли мы его в единственное, по моему мнению, подходящее для данной «нетленки» издательство – из любого другого по тем временам (расцвет кромешного ельцинизма) был шанс вообще не вернуться. Я не учла, что сейчас никто из начальства практически ничего не читает – за деньги можно напечатать хоть «Майн кампф», хоть мемуары маркиза де Сада, хоть сборник песен народов урарту в переводе на санскрит – только заплати. Борис, правда, ныл о каких-то гонорарах, но я напомнила ему анекдот про еврея, который продавал листовки во вражеском тылу.
Издатель, даже не развязывая кальсонные тесёмки, поинтересовался первым делом, согласен ли сам автор «танцевать даму». Затем назвал примерную сумму «танца» – я поразилась, насколько совпали наши расчёты, и порадовала его, что здесь только первый том. Тогда глазки у него загорелись, и он развязал тесёмки. Прочёл первую страницу, что-то из середины и последнюю – видимо, просто чтобы убедиться, что перед ним не графоманка – всё же репутация издательства... Попутно выяснил мою биографию, откопал в ней несколько общих знакомых, общих оценок тех или иных событий и сплетен и захлопнул папку. Основную проверку я прошла, предстояло договориться насчёт деталей.
А детали состояли в том, что это моё безобразие с кальсонными тесёмками - не в жилу по форме, что я совсем там на своей фазенде обросла мхом, забыв, что на дворе конец двадцатого и рукопись в типографию надо сдать в виде готового макета, лучше всего в плёнках.
- В общем, приводите в надлежащий вид и приносите. Чем быстрее, тем лучше. Бумага дорожает и вообще…
Насчёт «вообще» я сама тряслась, зная, как изменчива на Руси погода. Попросила дружеского совета, как мне лучше действовать, чтоб обошлось подешевле.
Издатель глянул на меня из-под очков странно меняющимся орлинно-сонным взглядом и жёстко отчеканил:
- Самой освоить компьютер.
Как в воду глядел!
Но я от собственной замшелости попробовала сдуру идти иным путём. Первым делом бросилась в близлежащие типографии и выяснила, что сканировать рукопись невозможно – текст слепой, поля не соответствуют стандарту и т.д. Значит, надо перепечатывать заново, затем производить правку, затем снова сканировать или набирать в ворде, затем верстать, делать макет, а стоить это будет...
Уж не знаю, насколько их страшилки соответствовали истине, но меня испугала даже не сумма, хотя денег было в обрез. Меня привело в ужас количество чужих рук, через которые должно было пройти моё то ли недоношенное, то ли переношенное детище, и уверенность, что на каком-то этапе оно неизбежно будет утеряно, стёрто, заражено вирусом – или что там у них, продвинутых, ещё бывает…
В результате я выбрала некий идиотски-мазохистский путь, который почему-то показался наиболее приемлемым. У моего Бориса обнаружился знакомый компьютерщик по имени Олег, - загадочный, можно сказать, ещё «молодой человек», но многодетный, близкий к церковным кругам и «не от мира сего», который взялся мне помочь «на божеских условиях», тем более, что беглое знакомство с содержанием книги его воодушевило. Я вручила Олегу первые сто пятьдесят страниц первого тома (из восьмисот), которые он сунул в дипломат, перекрестила его тощую сутуловатую спину и поезд метрополитена, на котором он отбыл.
Теперь оставалось только ждать.
Процедура предполагалась следующая. Олег должен был набрать текст на компьютере, отпечатать на принтере, вернуть мне для правки, затем перенести нашу правку на файл и на дискету. Всё это время бледный призрак улетевшей в виртуальное небытие борисовой статьи преследовал меня неотступным кошмаром – особенно когда спустя две недели нервотрёпки я получила от Олега (разумеется, с опозданием) тощенькую легковесную дискетку.
При этом полагалось верить, что там внутри именно первые главы моего романа, а не диссертация одного из олеговых приятелей о размножении червей. И проверить - никакой возможности, потому что на даче у меня компьютера не было, а если у кого-то из соседей и был – вдруг он вирусный?
А ещё бывает, что дискета вообще может «не открыться», потому что «хрен её знает, почему».
Однако ничего не оставалось, как с трепетом вручить Олегу очередную порцию правленого текста и ждать повторения мучительной процедуры – отпечатанный на принтере текст, новая правка, очередная дискета (на этот раз, правда, я попросила у Олега и распечатку на принтере). Разумеется, за дополнительную плату, но нервы дороже.
Надо отдать Олегу должное – брал он с нас действительно «по-божески», и упрекнуть его совершенно не в чем – он был во всей этой истории просто самим собой – то есть разбирающимся в «железе», но никаким не редактором. Обременённой многодетным семейством личностью «не от мира сего», желающей подзаработать и сделать доброе дело, но рассеянной, вечно всё путающей, забывающей и вообще полагающей, что помышлять надо лишь о собственном спасении, а всё остальное – от гордыни.
Помню душераздирающий эпизод на вокзале, куда Олег должен был привезти заключительную часть первого тома (рукопись плюс дискеты). Борис собирался всё это отвезти в издательство, где мы договорились с некоей работающей там Наташей, что она постепенно подготовит вёрстку и макет книги для типографии. Приехали на четверть часа раньше, я ещё взяла с собой пару вёдер цветов на продажу…
Ждём пятнадцать минут, двадцать, полчаса - Олега нет. Борис уже и обегал все возможные входы-выходы, и звонил Олегу домой - жена сказала, что давно ушёл. Я была в предынфарктном состоянии - перед глазами маячило распластанное на асфальте бренное олегово тело среди рассыпанных листков романа, перепачканных грязью и кровью, и хрупкая дискетка, треснувшая под каблуком какого-то прохожего …
Он опоздал на час с хвостиком, живой, весёлый и невредимый. Борис помчался в издательство отвозить дискету, а я осталась слушать типичные олеговы извинения (то ли заболтался, то ли заигрался, то ли отключился).
Разумеется, мне было уже не до букетов, я только не уставала благодарить Бога, что всё обошлось без печальных последствий. Если, конечно, не считать загубленные цветы и нервные клетки.
В общем, утекало драгоценное время, утекали силы, нервы и собранные деньги, но тут на счастье, как ни кощунственно это звучит, приключился дефолт, и мои спрятанные в банке (консервной) баксы автоматически потяжелели в несколько раз. Так что хватило в аккурат на оба тома.
Слухи о дефолте ходили давно, примерно за две недели до него я заставила Бориса не продлевать свой вклад в Агропромбанке буквально под угрозой развода. «Как может рухнуть банк, который самой Думе выплачивает зарплату?» – отбивался он, но всё же послушался.
B БЕСЕДКЕ С: Sovtet, 77, Nashev, Anti, Vital, Amber, Asw1949,
Понедельниковым,Павлом (с форума Кураева)
и свежей прессой
С форума «Русский сон»
Soviet: - У нас пропал иммунитет. Мы не смогли определить момент, когда власть смертельно заболела. Мы потеряли свою страну в 1991 году, мы окончательно погибли в 1993 году. Сейчас оставшиеся в живых учатся жить в чужой стране по чужим законам, которые написаны не для нас. В этой стране «достоинство просит подаяние», «ложь глумится над нищетой», и русский человек, который никогда не жил по законам менял и ростовщиков, не сможет быстро переварить эту систему.
77: - Народ раздроблен и не организован, в его голову вносится хаос трудами оперативников, переодетых в монархистов, казаков с лампасами, чернорубашечников из РНЕ, нацболов из НБП и прочих ряженых. Любую организацию, которая будет в самом деле сплачивать угнетаемый народ и угрожать власти - сметут с лица земли в одно мгновение, окрестив международными террористами и доказав через Мосгорсуд их связь с бен Ладеном и царём Иродом. Оккупационная власть действует по принципу: «разделяй и властвуй».
Есть и другая причина нашей пассивности. Она кроется в глубинах русского подсознания. Неоднократно обманутые нашими вождями, мы не хотим в очередной раз оказаться в дураках, восстав, как восстали в октябре 1993 года, не зная, что это было не восстание, а вторая, после форосской, грандиозная провокация.
Nashev: - Вопрос уважаемого Александра Проханова продиктован, на мой взгляд, его верой в культивируемый и в Советском Союзе, и в Штатах миф о возможности демократической самоорганизации общества и стихийного отстаивания им своих интересов. К сожалению, теория общественного выбора, а также наша повседневная практика, убедительно показывает, что самоорганизации не происходит: каждый тянет в свою сторону, плюс находятся любители попользоваться чужими усилиями. Т.е. нужны лидеры. (Благородный диктатор, заботящийся об общем благе).
Теперь, есть ли такая программа в принципе? Очевидно, что главная тенденция, определяющая разложение народа и общества, - это отсутствие будущего. В таких условиях оптимальная личная стратегия – это разрушительный для общества индивидуализм, который мы и наблюдаем.
Главный вопрос – есть ли альтернатива проводимой США политике, и дальше –
Anti: - В России люди любят поспать, да. Не хотят будиться. Пожрать вкусно, напиться, сексом позаниматься – вот это с удовольствием. Биологическое стало доминировать над социальным. Таких разбудит разве что проигрыш «Спартака» (вот где погромы), а не уничтожение страны. Стоит таких вообще будить? («Из болота тащить бегемота» – Ю.И.)
Я считаю, количеству надо противопоставить качество.
Vital: - Самое страшное, что нашу «оппозицию» устраивает её нынешнее положение. Она делает вид, что не понимает перманентного надувательства, и получает за это дивиденды от оппонентов. Будь иначе, вся так называемая финансовая и политическая «элита» (вот издевательство над здравым смыслом!) давно пошла бы по миру без штанов, либо на лесоповал. Однако народу продолжают морочить голову и демократы, и коммунисты, и патриоты.
Ну а поскольку народ всё-таки понимает, что у нас сплошной симуляр, то и не делает никаких резких движений.
Amber: - Русский сон закончится, а миражи и фантомы исчезнут, как только каждый русский, будь коммунист, антиглобалист или националист, перестанет быть патриотом
Asw 1949: - Поставим вопрос несколько иначе: когда и где появится «русский Тулл, который превратит русских лентяев в воинов? Но Тулла как не было, так и нет. Вместо него – одни ветряные мельницы, жующие мякину национальной идеи.
Понедельников: - Господь не даёт народу духа и вождей. Образно говоря, нет ни руля, ни мотора. Поэтому вопрос сам по себе бесполезный. Что с того – спит народ или не спит, если некому и некуда его вести.
Отцы отцами, а дела – делами
Павел с форума Кураева:
- Всё дальше от православия. И сама Изания – идея не очень православная, а эти рассуждения ещё более. Святых Отцов читать надо!
2003-06-22
Ю.И.: - Бездоказательно. Стрельнули из рогатки – и в кусты. Святые Отцы на бой за свои убеждения выходили с открытым забралом, вон Святитель Николай даже подрался с Арием. Отцы отцами, но прятаться за их спинами не стоит – на Суде спросят не чтение, а конкретные дела (кого накормил, обогрел, приютил, исцелил, утешил?). Именно здесь - цель Изании. Если Христос – Дверь, то Изания будет приводить «невоцерковлённых» к этой Двери, спасая от панели, притона, кабака, а то и петли.
Где добрые дела, там и Господь.
Если вы конкретно видите в нашей программе какие-то нарушения Символа Веры или других православных основ – приглашаю к серьёзному разговору. Истина в последней инстанции – только Сам Создатель, а наша задача – вечно идти к Ней по «лествице». Даже Святые Отцы восходили, опираясь на духовный опыт друг друга, а не зацикливались на предшествующих авторитетах. Не велено, повторяю, затрагивать
2003-07-16
ВЛАСТЬ СТРОИТ ФУНДАМЕНТ ДЛЯ ИЗАНИИ
Народ дошел до точки «ру»
«Идея сводится к одной фразе: «Всеобщая компьютеризация Москвы.» Имеются в виду и лёгкий доступ к информации о деятельности органов власти, и переход учреждений Москвы на электронное делопроизводство, что резко уменьшит число бюрократических процедур, и компьютерное управление городским транспортом, и возможность общения с властями по Интернету. Пошлёт, например, житель Свиблова жалобу на сайт своего района, а потом по компьютеру сможет отслеживать, как с ней работают, - без хождения по инстанциям. Нет компьютера – не беда. «Электронная Москва» предлагает бесплатный доступ к Интернету для любого жителя города. В будущем умные машины установят во всех библиотеках и жэках Москвы.»
«Залезть в Интернет или отправить письмо по электронной почте вскоре можно будет даже в самой глухой российской провинции. Как стало известно, доступ к ресурсам Всемирной паутины гарантирован жителям глубинки в новом Законе «О связи», который на днях подписал президент. В каждой деревне в 500 человек должен появиться как минимум один компьютер, подключённый к Интернету. Причём пользоваться им разрешат абсолютно всем жителям посёлка.
Приверженцам традиционных средств связи в законе обещано не менее одного таксофона на село. Численность жителей при этом не имеет значения. А живущие на выселках могут рассчитывать на то, что таксофоны установят максимум в часе ходьбы.»
Эскадрон врачей летучих
«Летучие отряды» медиков-специалистов приедут вскоре к жителям дальних районов Московской области. Бригады посетят селян, которые из-за удалённости места проживания годами не бывают у врачей.
Такая форма оказания специализированной медпомощи была организована впервые.
Толчком этому послужила наметившаяся в области тенденция к снижению численности сельских жителей (за период с 2000 по 2002 год деревенских жителей стало на 20 тысяч меньше). Причиной регресса оказался не только массовый отъезд селян на заработки в город, но и ухудшение их здоровья. Обеспечить сельских граждан медпомощью в полной мере мешают сразу несколько причин: отток медицинских кадров, труднодоступность населённых пунктов из-за плохих дорог, малая плотность населения, большая территориальная протяжённость (870 тысяч взрослых и детей проживают в радиусе 60 км и ближе от Москвы).
Кроме того, население деревень и хуторов сильно «постарело», и пожилые люди зачастую просто не в состоянии самостоятельно добраться в райцентр.
На сегодня создано 6 передвижных амбулаторий. В их состав входят: терапевт, невролог, эндокринолог, отоларинголог, окулист, гинеколог и хирург.
Медики приедут на специально оборудованных автобусах, в которых проведут осмотр пациентов и окажут помощь. В первую очередь они посетят самые дальние деревни Серпуховского, Можайского, Лотошинского, Луховицкого, Талдомского и Наро-Фоминского районов.»
2003-07-16
ДЕВЧОНКИ, ГЛЯНЬТЕ, ЧТО С ДОЛЛАРОМ!
(1998 год)
В тот погожий августовский день 98-го я, как всегда, стояла с ведрами букетов у вокзала спиной к солнцу, лицом к табло обменника напротив, где обычно выставлялся курс валют. Уже много месяцев и дней давали за доллар шесть с копейками. И вдруг…Шесть пятьдесят, шесть семьдесят, семь пятьдесят…Я протёрла глаза.
- Девчонки, гляньте, что с долларом!
- Что с ним может быть?
- Да скачет!
- Ну и пусть себе. У меня их сроду не было.
Буркнув в ответ что-то вроде «клухами родились, клухами помрёте», я сплавила спекулянткам оставшиеся букеты и помчалась домой, где у меня хранилась энная сумма в рублях. Растолкала традиционно спящего Бориса, велела снарядить пару тачек с пустыми коробками, велосипед с корзинкой сзади и побольше мешков и наволочек.
- Да в чём дело?
- Потом объясню.
Я ещё сама толком не знала, в чём – просто почуяла опасность, что было, в общем-то, естественно. Забавно другое – действия мои были чёткими и последовательными на каком-то подсознательно-генетическом уровне – все эти мешки, тележки. И потом в ближайшем местном гастрономе, где стояла тишь да гладь – несколько покупателей, берущие по полкило конфет и риса да по бутылке постного масла, зевающие от жары и безделья продавщицы, - куда мы диссонансом ворвались – всклокоченные, запыхавшиеся. Но главное – размах.
- Мешок песку, мешок риса. Гречки, пшена, лапши, - сыпьте в наволочки.
- Сколько?
- Сколько войдёт. А ещё соли пачек двадцать, коробку бульонных кубиков, приправы, зелёного горошка, томатной пасты, три коробки постного масла…Что там ещё у вас? Да, муку забыли – десять пакетов…
То ли глубинная память военных лет сказалась, то ли ещё что, но при следующей ездке мы набрали уже в промтоварах стирального порошка, хозяйственного и туалетного мыла, каких-то белил и красок, кремов и даже электролампочек. Продавцы даже не поинтересовались, почему такой базар – мало ли какие у людей проблемы…
- Рубль падает, - проинформировала я их и очередь по собственной инициативе.
- Куда падает?
- По отношению к доллару.
В очереди облегчённо засмеялись – мол, у нас и рублей-то нет. От получки до получки.
Я покрутила пальцем у виска.
Паника начнётся на следующий день, а сегодня, и в нашу вторую, и в третью ездку будут всё те же сонные продавщицы и редкие «полукилограммовые» покупатели.
Истратив почти все наличные, я брошусь информировать посёлок. Соседи Игорь с Женькой, как всегда, керосинили. Игорь отмахнулся, что никаких денег у него нет, а Женька сказал, что давно откладывает пенсию на специальный счёт, с которого ни копейки снимать нельзя, потому что пропадут проценты.
- Немедленно забери и купи баксы, балда.
Он посмотрел на меня, как на агента международного империализма, и предложил выпить.
Из всех знакомых, кого мне удалось застать дома и предупредить, только один врубился и помчался в Москву. Потом долго благодарил. А у Женьки, по сути, обесценилась накопленная на автомобиль сумма. Не лучше обстояло дело и с моими приятельницами по цветочной торговле, которых я на следующий день уговаривала немедленно забрать наличность из банка и перевести в доллары. У обменников уже росли очереди, за доллар давали около восьми рублей. Некую Зину я вроде бы сагитировала, она поехала в банк, но впоследствии плакалась, что кассирша так страстно уговаривала её «не делать глупостей и не поддаваться панике», так сладко пела опять же про утерянные проценты, что бедная Зина сдалась и тоже в результате погорела. Потом она робко интересовалась, в каких верхах у меня такие осведомлённые знакомые, и чтоб в следующий раз я её непременно предупредила согласно их информации, - мол, уж тогда она обязательно послушается…
Затем была бойкая торговля накануне первого сентября, рубль продолжал падать. Помню, как на вырученные деньги купила портативный телевизор на аккумуляторах, турецкую кожаную шубу, несколько пар кроссовок, ещё какую-то необходимую ерунду. Бегство от рубля. Последнее, что отпечаталось в памяти – свалка у оптовых ларьков, торгующих блоками сигарет, кофе, чаем и плитками шоколада. Попросила приглядеть за букетами, побежала через улицу узнать, в чём дело. Народ расхватывал пакеты с арабикой в зёрнах и банки растворимого кофе. Постояла в очереди, набрала кофейных банок и пакетов полные руки, не хватило рубля.
- Сейчас принесу.
Рубль нашёлся не сразу – у продавца лотерейных билетиков. А окошко кофейно-сигаретного киоска было уже закрыто, народ рассосался. Парень от моего рубля брезгливо отмахнулся – он спешно менял ценники в два-три раза подорожавшего товара.
B БЕСЕДКЕ С: Сама с собой (пока by.ru бай-бай)
и свежей прессой
Размышления о Царстве Небесном
Ю.И.:
Вот что мне открылось в процессе этих потусторонних раздумий.
Полагаю, не светит там избранникам ни сладостный покой, ни райские кущи с невиданными плодами и птицами, никакой такой вечный санаторий. То есть, всё это, конечно, сбудется, - «скиния Бога с человеками», где «отрёт Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля ни болезни уже не будет; ибо прежнее прошло». И явится спасённым Новый Иерусалим, «который нисходит с неба от Бога». «Не имеющий нужды ни в солнце, ни в луне для освещения своего; ибо слава Божия осветила его, и светильник его – Агнец. И не войдёт в него ничто нечистое, ни никто преданный мерзости и лжи, а только те, которые написаны у Агнца в книге жизни.»
Свято веря в это пророчество из Апокалипсиса, размышляла я о другом – что же будут делать избранники в этом «вечном блаженстве»? Ответ обычно однозначен: «блаженствовать и вечно славить за это Бога». Некоторых он повергает в недоумение и сомнение своей неопределённостью, однако пытающимся что-либо уточнить и прояснить духовники обычно советуют лучше с пользой для души подумать об аде и вечных муках, что для нас, грешных, куда как актуальнее. Может, честные отцы и правы – хотя лично у меня и по аду не меньше вопросов.
И всё-таки дерзнула я помечтать о Царстве, где «ничего уже не будет проклятого; но престол Бога и Агнца будет в нём, и рабы Его будут служить Ему». Что может означать это «служение» в идеальном мире победившей Истины?
Бог – единственный источник и полнота бытия, - так рассуждала я, - Он - абсолют, любовь и самодостаточность (Святая Троица). Но Он же для сотворённого мира (или миров?) - путь, истина и жизнь. То есть - вечное движение. Эта сущность Всевышнего проявляется в Его творчестве. Бог -Творец, пребывая в абсолютном блаженстве и самодостаточности, тем не менее Сам ревностно служит Своему замыслу о сотворённом Им мире Любви - вплоть до жертвенного спасения этого мира Кровью и смертными страданиями Бога-Сына. Но ведь и мы, человеки, созданные «по образу и подобию» - сотворцы Творцу, Который на седьмой день «почил от трудов» и поручил землю людям. Поручил возделывать её и преобразовывать, прокладывая тем самым дорогу в Царствие Небесное, которое, как известно, начинается уже здесь, «внутри нас».
И тогда вот что подумалось: разве может Творец Небесный, пусть завершив в конце времён Страшным Судом Свой замысел относительно нашей земли, очистив её и присоединив к Царству Света, остановиться и вообще перестать творить? Неисповедимы пути Господни. Но неужели весь смысл «оптимистической трагедии» исторического процесса – от грехопадения и изгнания прародителей из рая, утраты ими бессмертия и вынужденной мучительной смены поколений и цивилизаций с целью отбора «избранников» для Царства, - до крестного подвига Спасителя, - неужели все эти великие труды и страдания - лишь ради награждения отдельных счастливцев путёвками в вечный небесный санаторий?
Нет, ребята, полагаю, всё не так. Безмятежное детство кончилось с Адамом и Евой. Не путёвки, а повестки получат, скорее всего, в награду избранники. Повестки на новый фронт.
Думается, что иоанново пророчество о Новом Иерусалиме, «скинии Бога с человеками» - это о судьбе преображённой земли, присоединённой к Царству. Но сколько ещё у Творца подобных «обителей» (миров), свободно развивающихся, уже созданных Им или едва задуманных – нам неведомо. «У Отца Моего Небесного обителей много.» Они непременно должны быть. Ибо иначе – стоп, остановка, мертвечина.
Потому что призвание творца, в том числе и Небесного, - творчество. Для человека же «по образу и подобию» смысл жизни – вечное восхождение к Богу-Творцу, которое невозможно без борьбы, препятствий, преодоления зла и тьмы – всего того, где «нет Бога». Разумеется, Бог не создавал тьму и зло – только материю, время и пространство (кстати, говорят, десятимерное, а не трёхмерное, как у нас на земле). А тьма и зло – следствие данной нам свободы отключать себя от Творца, единственного источника Света, то есть просто выдергивать вилку из штепселя и погружаться в смерть. Нам дана эта свобода, потому что не запрограммированных роботов-рабов задумал Творец Себе в наследники и помощники, но сынов и дочерей, собственной волей избравших и выстрадавших на земле Его замысел о Царствии Небесной Любви.
«Я сказал: вы – боги, и сыны Вышнего все вы.»
Поначалу сотворённая материя пребывала в хаосе, который сам по себе нейтрален, хотя, вроде бы, есть законы и у хаоса. Затем Творец стал этот хаос организовывать, отделяя свет от тьмы и сушу от воды. Следующий этап - жизнетворение, что уже требует соблюдения основного Закона, Замысла о живом Целом, едином во взаимопомощи, согласии и Любви всех его частей – будь то растение, бабочка, медведь, человек или само человечество. Когда каждая составляющая живого организма добросовестно, а порой и самоотверженно работает на другие части, получая от этих «других» всё необходимо-недостающее для себя, то есть ЖИЗНЬ. Это и есть Закон Жизни (самоутверждение в Боге), который человек нарушил в результате грехопадения, заболев «самостью» (самоутверждение вне Бога, Его мира, Закона и Замысла). Возжелав, подобно безумной пушкинской старухе, подчинить себе всё и вся, включая саму Золотую Рыбку, и на финише рискуя оказаться у разбитого корыта.
Богу нужно, чтобы не из-за страха или расчёта человек избирал Закон, хотя и то, и другое часто стимулируют начало пути к Истине, а Спаситель по милости может «переплавить» каждого, взывающего к Нему. Но всё же главное условие: «Дай Мне, сыне, сердце твоё….» Как же быть нам, «теплохладным»? Остаётся лишь молить Создателя о чуде преображения нашей греховно-падшей изнанки, потому что «не раб, а сын наследует царство» и «должно нам родиться свыше». Не казаться, а быть.
Человечество склонно приписывать Царству Небесному юридически-правовые и социальные нормы, а самому Творцу – едва ли не тщеславие, полагая, что Богу угодно от своих избранников лишь непрерывное славословие. Однако в Откровении сказано, что в Царствии они будут «служить». Ну а «служить» Творцу, Который есть вечное движение, вечная Жизнь, можно лишь служением Его Делу, Замыслу, тем самым соучаствуя в Его творчестве.
Не означает ли это, что Господь избирает себе наследников по Любви и духу, помощников в преображении хаоса других первозданных миров и творению там жизни в русле Замысла? Свободных сотворцов, состоявшихся «по образу и подобию». Для которых именно такое наследство явится подлинным «блаженством в Боге» - ведь они избрали этот путь ещё на земле. Причём не имеет значения, строили они здесь города, выращивали хлеб, воспитывали детей, врачевали раны, писали картины или книги. Критерий последнего Суда - в направлении вектора их земной деятельности: ради исполнения Закона Жизни или супротив него, то есть против Бога. Умножали они жатву Господню или сеяли в смерть, в тлен.
Творец в ходе исторического процесса отбирает себе
Что может быть отраднее такой награды для тех, «кому Господь дозволил взгляд в то сокровенное горнило, где первообразы кипят, трепещут творческие силы!» – воскликнул А.К.Толстой почти полтора века назад.
Приглашаю всех заинтересованных поучаствовать в обсуждении этой хоть и потусторонней, но весьма насущной темы. Потому что разобраться в ней – значит ответить на три весьма актуальных на текущий момент вопроса: «Кто мы?», « Зачем мы?» и «Что же нам всё-таки делать?»
2003-07-10
ТАК ПОХОЖЕ НА ИЗАНИЮ…
«Экспериментальные комплексы из объединённых а одну структуру сельских школ, домов культуры, библиотек и спортзалов созданы в Подмосковье.
Федеральный эксперимент по реконструкции сельских школ воплотился в жизнь в Серпуховском районе. Во-первых, в деревне Турово и селе Липицы созданы так называемые социо-культурные комплексы: всё культурное достояние, имеющееся в распоряжении этих культурных единиц, отдано детям: взаимопомощь друг другу обязаны оказывать школы, библиотеки, спортивно-оздоровительные комплексы и культурные центры, ставшие одной организацией. Причём в первом случае создано новое юридическое лицо, а во второй части комплекса взаимодействуют на основе договоров, потому что в их структуру входит ещё и фельдшерский пункт. В посёлке «Большое Грызлово», как альтернатива детским садам, на базе школы начали работать дошкольные отделения. Детишки проводят там целый день: играют, занимаются с воспитателями, спят и кушают. А в посёлке Данки под крылом общеобразовательной школы удалось собрать малокомплектные образовательные учреждения. Благодаря тому, что педагоги этих школ теперь стали «общими», дети постигают азы всех наук, предусмотренных образовательной программой. К тому же здесь добавлены новые ставки логопеда, социального педагога и психолога.»
2003-07-10
B БЕСЕДКЕ С: Композитором и Андреем
В смелости вам не откажешь…
Композитор: - В смелости вам не откажешь - то Сталина реабилитируете, то неисповедимые пути Господни берётесь исповедывать. Я не в смысле осуждения, скорее, в смысле зависти к Вашим деяниям.
Очень интересно, примерно и я так думаю.
Раз уж начали, спрошу ещё, введу вас в искушение…
Возникает вопрос о тех, кто не оправдал Великое доверие и в ад попадёт. Как с ними дальше? Неужели вечно им там мучиться. Или там понятия времени нет, не работает. Интересно узнать ваши ощущения, как с этим.
И второй вопрос – участвующие в Изании получат больший шанс на райские кущи.- Вы на это намекаете?
Андрей (
- По логике вещей, в Изании будут участвовать люди осмысленные, творческие, стремящиеся себя реализовать. Т.е. и сами по себе достойные скорее рая, чем ада. А Изания добавит к этому дополнительные возможности – человек сможет успешнее реализовать себя, и тем самым лучше выполнить свой долг на земле.
И вообще смысл Изании не в получении райского блаженства, а в практическом улучшении жизни людей. Религия здесь – мерило того, что хорошо, что плохо, что нравственно, что нет.
НЕ БЫЛО БЫ СЧАСТЬЯ…
(август 1998-го)
Таким образом, получилось, что дефолт не только обеспечил нас примерно годовыми запасами всяких там круп, стиральных порошков, бульонных кубиков и дешёвых кроссовок, но и дал возможность издать друг за другом сразу оба тома романа.
Я очень спешила. Второй том почти весь посвящался Изании, и я была настолько наивна, что мечтала помочь коммунякам выиграть выборы своими прожектами. Ну, хотя бы организовали при первичках пункты Изании с живой реальной взаимопомощью, которая сплотила бы избирателей, заставила заново поверить и в коммунистическую идею, в общем-то христианскую, и в новых лидеров, взглянуть на всё иными глазами, вместо того, чтобы вхолостую орать на митингах.
Поэтому целиком зависеть от Олега, у которого случалась то хворь, то очередная учебная сессия, то быт заедал, было уже невтерпёж. Пришлось волей-неволей регулярно наведываться к нему, на другой конец Москвы, и подключаться к работе самой – благо под рукой всегда были если не Олег, то его жена или мама, тоже мало-мальски знакомые с компьютером, у которых всегда можно было проконсультироваться. Поначалу мои вопли о помощи раздавались каждые пять минут, потом всё реже, а последние главы второго тома я уже и набирала, и распечатывала самостоятельно. Потом и вовсе стала бояться доверять дело Олегу, после того как у него однажды исчез с концами целый файл - и дискета, и отредактированный текст рукописи. Слава Богу, я догадалась попросить Бориса редактировать сразу оба машинописных экземпляра под копирку. Я вообще стала очень осторожна – точь-в-точь как беременная на последнем месяце. Боялась выходить из дому, когда скользко – вдруг что-то сломаю, не смогу работать рукой или загремлю в больницу, отказывалась от посещения всех семейных и дружеских торжеств, из-за чего испортила отношения с родственниками и знакомыми, даже в храм стала ходить реже, уповая, что Бог простит. Ведь я делаю важное и нужное дело! Может, и гордыней было так думать, каюсь, - но вера, что данное дитя - «от Бога», завладела мною целиком, я ничего не могла с этим поделать и воспринимала себя просто как некий инкубатор, призванный взрастить, родить и подарить Изанию миру. Меня извиняло хотя бы понимание, что никакой моей личной заслуги в сотворении этого младенца нет – надиктованные кем-то неведомым главы я просто едва успевала записывать - порой наспех, порой повторяясь…Но сроки поджимали, младенец должен был родиться вовремя, ибо «дорого яичко к Христову дню».
Сложность ещё состояла в том, что «рожать» предстояло в два приёма - близняшек, хоть и не сиамских, но половинок единого целого. Один без другого если и имел право на существование, то лишь как половина второго. И, пока не родился этот второй, первый тоже вроде бы продолжал пребывать в утробе, хоть и лежал уже новорождённый тираж в свеженьких пачках, заняв несколько кубометров дачной комнаты. Синяя солидная обложка с золотыми буквами заглавия и моей фамилии, прекрасная дорогая бумага - за всё уплочено, но ни подарить, ни продать, ни просто показать, потому что, как известно, половину работы…
Чтобы ускорить этот мучительный процесс, я не только компьютер, синхрофазотрон бы освоила. Так что последние недоношенно-переношеннные главы «рожала» сама, и повитуха – симпатичная девушка Наташа из издательства, лишь придавала им приемлемый для типографии вид под названием «макет».
И вот, наконец, свершилось. Противоположная стена комнаты тоже заставлена книжными пачками, и ничего не случилось – я жива, типография не сгорела, не взорвалась и не обрушилась в пропасть «газель» нашего друга Василия, доставившего из Калуги тираж. Но мне всё ещё страшно, побыстрей обдумываю список тех, кому надо подарить или дать прочесть «нетленку» в первую очередь. Это, разумеется, лидеры оппозиции, передовые мыслители, главные редактора «левых» газет и журналов, «неовампирившиеся» писатели и «непродавшиеся» киношники, в том числе и из числа моих прежних знакомых. Сведения у меня были порой устаревшими в ту и другую сторону, я иногда попадала в лужу, будучи не в курсе многих тонкостей нынешних разборок, но так или иначе ощупью искала «наших». С самого начала у меня была установка – книги не продавать, а распределять. Не только по лидерам оппозиции и интеллигенции, но и по библиотекам, читальным залам, по странам СНГ и т. д. В дальнейшем позволяла себе иногда нарушать это табу, но с условием – все деньги с продажи должны идти на издание следующих книг.
БЫЛ МЕСЯЦ АВГУСТ
B БЕСЕДКЕ С:
Композитором, Андреем и Александром
Вот об аде бы заодно…
Композитор – Ю. И.: - Раз уж начали, прошу ещё. Возникает вопрос о тех, кто не оправдал великое доверие и в ад попадёт. Как с ними? Неужели вечно им там мучиться? Или там понятия времени нет, не работает? Как с этим? Интересно, но вот об аде бы заодно.
Ю.И. - Об аде. Позвольте для начала процитировать на эту тему несколько абзацев из романа «Дремучие Двери» (есть на сайте).
Итак, главная героиня выступает в роли Гастелло, бросая своего жигулёнка наперерез «мерсу» киллеров, чтобы помешать им убить лидеров Изании - Егорку Златова с женой-американкой и их не родившимся ребёнком. Цель достигнута, но сама «камикадзе» – в состоянии клинической смерти:
1.«И дверь гулко захлопывается.
За ней нет ни галереи-оранжереи, ни огненных разящих игл, ни чёрной воды пополам с чёрной глиной, ни боли, ни самой Иоанны. Есть только последняя мысль Иоанны. Остановившаяся, как стоп-кадр, отчаянное: «Вот и всё».
Эта застывшая мысль и была отныне самой Иоанной, всем, что от неё осталось. И ныне, и присно и во веки веков.
«Вот и всё». Навеки заевшая пластинка, навсегда остановившийся кадр. Вечная Иоанна-мысль по имени «Вот и всё». Конец фильма, где она сыграла свою жизнь. Гаснет свет, зрители расходятся по домам. Все, кроме неё.
Вот что такое ад. Ни раскалённых сковородок, ни небытия. Лишь бессмертная кромешная мысль, что уже никогда ничего не будет. И где-то есть вечное и прекрасное «Всё», от которого она навеки отлучена».
2. «Не бойся, ты в Преддверии. Не вверху и не внизу. Не в прошлом и не в будущем. Ты в глубине.
- В глубине чего?
- Времени. Не исторической линии и не космического круга, а экзистенциональной точки.
Иоанна хотела спросить, какая глубина может быть у точки, но мальчик (
- Здесь начало того конца, которым оканчивается начало».
То есть, вы правы – привычного нам времени, как последовательного исторического процесса, исторической линии, в Вечности уже не будет. Оно было
«И Ангел, которого я видел стоящим на море и на земле, поднял руку свою к небу и клялся Живущим во веки веков, который сотворил небо и всё, что на нём, землю, и всё, что на ней, что времени уже не будет.» (От.10, 5-6).
Так говорит Иоанново «Откровение», согласно которому преображённая земля с «сынами-избранниками» будет присоединена к Царствию, к Дому Отца, куда «не войдёт ничто нечистое»:
«Тогда отдало море мёртвых, бывших в нём, и смерть и ад отдали мёртвых, которые были в нём; и судим был каждый по делам своим.
Блаженны те, которые соблюдают заповеди Его, чтобы иметь право на древо жизни
Побеждающий наследует всё, и буду ему Богом, и он будет Мне сыном;
Боязливых же и неверных, и скверных и убийц, и любодеев и чародеев, и идолослужителей и всех лжецов – участь в озере, горящем огнём и серою; это – смерть вторая.» (От.20:13, 22:14, 21:7-8).
Таково наиболее достоверное свидетельство. Что же это за смерть первая и смерть вторая? Первая, само собой, земная, расставание души с бренной плотью («земля есть, в землю отыдеши»). Тело, здоровье, таланты
«Вот я сегодня предложил тебе жизнь и добро, смерть и зло. Избери жизнь, чтобы жил ты и потомство твоё.»
По истечении земного времени (оно у каждого своё) человек уже лишается
«И смерть и ад отдали мёртвых.» Вот где зацепка, шанс для отвергнутых. Поначалу попавшие после первой (земной) смерти в ад призываются затем на последний и окончательный Суд. Как мы уже выяснили, своей воли они лишены, хотя не исключено, что Всевышний ведает о состоянии заключённой в адском плену души, и, в случае её глубинного покаяния, искреннего сожаления о «загубленной жизни» (не из страха или расчёта), примет это покаяние. Важны также молитвы об усопшем, свидетельства близких, друзей и современников о каких-то его добрых делах, о положительном влиянии на чьи-то судьбы. Это обстоятельство я использовала в сценах «Преддверия», где Ангел-хранитель и Ангел-Губитель Иосифа изучают эти самые «свидетельства» за и против, готовясь к последнему Суду.
Потому и говорят: «О покойниках или хорошее, или ничего». Мы постоянно это правило нарушаем, забывая, что «какой мерой мерите, такой и вас судить будут».
Думается, что именно о промежутке между первой и второй смертями говорит апостол Павел: «Каждого дело обнаружится; потому что в огне открывается, и огонь испытывает дело каждого, каково оно есть. У кого дело, которое он строил, устоит, тот получит награду. А у кого дело сгорит, тот потерпит урон; впрочем, сам спасётся, но так, как бы из огня».
Что-то вроде «переплавки». Правда, апостол здесь обнадёживает христиан, искупленных кровью Спасителя.
Теперь о «смерти второй»: «И смерть, и ад повержены в озеро огненное. Это – смерть вторая. И кто не был записан в книге жизни, тот был брошен в озеро огненное».
Вы спрашиваете лично моё мнение об участи окончательно «не оправдавших великого доверия», то есть, «ведавших, что творили» и
«Воля же пославшего Меня Отца есть та, чтобы из того, что Он Мне дал, ничего не погубить, но всё то воскресить в последний день.»
Вот видите - не всех, а лишь «кого дал Отец». По моему убеждению, речь здесь идёт не только о христианах, но и о тех, которые, порой сами того не ведая, исповедывали Христа (Истину) своими делами, путём и всей жизнью.
Ну а прочие, «не оправдавшие»? Опять же не верится, что Творец может быть садистом и
А может, опять-таки не окончательный?
Сказано: «И смерть, и ад повержены в озеро огненное». Туда же - «не оправдавшие». Но затем читаем: «И смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло». Если эти слова относятся к Царствию, к которому отныне присоединена земля, то «огненное озеро» может означать некую «корзину», тюрьму, находящуюся вне Царства, во «тьме внешней». Откуда напрашивается вывод, что и смерть, и ад, и сатана с тёмными силами, и «не оправдавшие доверия» души, удалённые навсегда с преображённой земли, впоследствии могут быть использованы Творцом для каких-то грядущих битв в иных мирах. Об этом свидетельствуют требующие специального толкования слова о «тысячелетнем царстве Христа», после чего скованный сатана вновь будет освобождён.
Зло и тьма (отсутствие Бога), а также смерть, как временное или постоянное прерывание зла, необходимы для свободного творческого развития мироздания. Потому что Свобода лишь там, где есть выбор, альтернатива. Запрограммированные на послушание роботы-исполнители противоречат Замыслу Творца.
Похоже на правду. Ведь души сотворены бессмертными, их не уничтожить (даже бесов и отпетых грешников). Тогда возникает мысль о возможности реинкарнации «не оправдавших» в формирующихся иных мирах, только, разумеется, не в качестве Воинов Света, а обычных «аборигенов» с какими-то всплесками земной памяти, которым дастся очередной шанс. И тогда снова понадобится сотворить
Бесконечно расширяющееся Царство, к которому присоединяются всё новые и новые «обители» с помощью великих схваток Света и Его детей с тьмою. Творческое жертвенное преодоление зла, обустройство хаоса с помощью Того, Кто есть Путь, Истина и Жизнь, - в единый и вечный мир Любви. Нескончаемое восхождение, вектор ввысь. Не космическая «дурная бесконечность» мёртвой материи, а бесконечность потенциальных «холстов», «красок», времён и пространств самой различной формы, данных «избранникам» для творчества. Постоянная битва верных Отцу сынов-воинов за Его Дело - созидателей, сотворцов и художников, вечно к Нему восходящих, летопись их великих судеб – такой мне представляется Божественная История, объемлющая всё большее число участников. Безгранично расширяющаяся семья, где Родительский Дом, как бы огромен он ни был, - лишь место редких блаженных свиданий с Отцом. А «завтра снова будет бой»…
Любопытно, но при этой концепции получается, что смутное представление большинства верующих в Царство сладостного Покоя, мечтающих примерным поведением заработать для себя путёвку в «вечный санаторий», делает их чуждыми «Царству воинствующему», где, как я предполагала в статье, вручается не путёвка, а «повестка на фронт». Не исключено, конечно, что и для «застойных граждан» припасена любящим отцом какая-нибудь тихая обитель, но требование: «Отвергнись себя, возьми крест свой и следуй за Мною; ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет её; а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережёт её», - говорит о том, что корысть, страх, расчёт на личное благополучие несовместимы с Крестом!
«А как же обещанное «блаженство»? – спросите вы. В том-то и штука, что блаженство Царства – в постоянном выходе из него. В восхождении, в борьбе, в вечном несении Креста:
«Ибо иго Моё благо и бремя Моё легко.»
Самоотверженность. Завоевание Царства путём отвержения себя. И вновь трудный, блаженный и вечный Крест - уже не как путь в Царство, а как суть этого Царства, стремящегося к бесконечному расширению, к преодолению внешней тьмы и хаоса. Имя Царству – Творчество. А во главе – Сам Творец:
«О, верь, ничем тот не подкупен, кому сей чудный мир доступен!», - воскликнул поэт.
Вечное движение, а не вечный покой. Но «первообразы» требуют воплощения, а покорение тьмы - крестного подвига, проникновения в эту тьму.
Поэтому, смею думать, что такому подвижнику тоже чужда проповедь Царства неподвижного, «застойного». С абсолютной полнотой царственного бытия его может совместить лишь возможность перманентно-свободного выхода за её идеально-божественные пределы. Даже Сам Творец не смог этого «выхода» избежать, отдав тьме Сына на крестные муки ради спасения Замысла! А Сын предупредил о «нелёгкой жизни» своих учеников:
«Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел. Если бы вы были от мира, то мир любил бы своё; а как вы не от мира, но я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир.»
В общем, как ни крути, получается, что творческие силы «избранников» Царства потребуют неизбежного воплощения за его пределами, то есть на ниве первозданного хаоса новых миров Создателя. Вот где, отвечая на ваш вопрос, могут быть востребованы «не оправдавшие высокого доверия» пленники «смерти второй».
Разве большинство творцов и подвижников на земле – не мученики? Ведь от их самого прекрасного замысла до воплощения в злом мире зачастую лежит пропасть. «Мудрость века сего – безумие пред Богом.» Сейчас вот подумалось, что и с Изанией, когда дойдёт дело до её материализации в нашей «тьме внешней», придётся ох как помучиться.
Кто знает – может, некоторые из современных «вампиров» тоже реинкарнированы к нам из глубин «огненного озера» какого-нибудь Тау-Кита, будучи туда выброшены после «смерти второй», но затем получившие у нас новый шанс на спасение?
Конечно, их надо пожалеть, но каково нам? Кстати, тоже грешным и немощным.
Однако никуда не денешься. Надо, Федя. Всё равно Господь сильнее.
Больший шанс на райские кущи?
Композитор: Участвующие в Изании получат больший шанс на райские кущи – вы на это намекаете?
Ю.И.: - Если под «кущами» понимать сказанное выше – то намекаю и верю, иначе не стала бы и огород городить. Прежде всего, верю потому, что Изания – попытка организовать добровольную часть общества на основе миропорядка, заповеданного человечеству свыше. То есть это некая претензия на верную дорогу к «кущам». Изания означает: «Исполни Закон Неба». (Можно «Замысел», «Заповедь» – удивительно, что всё подходит). Принцип единого целого, где все части взаимодействуют друг с другом в согласии и взаимопомощи, где каждый делает добросовестно своё дело, получая всё необходимое для существования и самореализации от других. Получая
1.В основу такого принципа взаимного «оставления долгов» и оправдания жизни перед Творцом положено прямое указание свыше - молитва «Отче наш». Первая ступень – хлеб насущный, вторая – «оставление долгов» через взаимное служение, самореализацию, и третья – «избавление от лукавого» или нравственное совершенствование, выход из Вампирии. Изане тем самым исполняют заповедь о любви к ближнему не просто как нравственное правило или религиозную догму, а как формулу бытия. Спасение друг друга – тот самый путь, где можно встретить Христа, «исполнив долг, завещанный от Бога». В отличие от суетных, порочных и неправедных путей, когда надежда лишь на милость свыше.
2. «Накорми, одень, дай крышу над головой, излечи, ободри, поставь на ноги.» Суть Изании – в исполнении этих требований, которые являются критерием приговора на последнем Суде.
3: Евангельская «Притча о талантах» требует не зарывать данный Господином талант в землю, тем более, не тратить на себя и не отдавать врагу Господина, а вернуть умноженным. Всему этому способствует Изания. В мире мы сейчас разобщены, не востребованы или вынуждены служить чужому греху, работая на Вампирию. Почему служить своему греху нельзя, а чужому, подпитывая мировое зло – можно?
Сам по себе факт правильно выбранного направления не всегда означает, что человек обязательно доберётся до цели. Иной пьяница вдруг как рванёт мимо всех добропорядочных изан (да и православных зевак), спасая кого-то из огня ценой собственной жизни, и опередит всех, сразу оказавшись «в кущах». Суть в том, что божественные дары благодати, жертвенности или Любви (в самом высоком смысле этого слова) даются так называемым «рождением свыше». Здесь тайна тех самых «неисповедимых путей» Господних, в том числе и в деле спасения, когда очень важно твоё внутреннее состояние. «Рождение свыше» и даётся свыше. Хотя иногда оно является через катарсис, муку, боль и страдания. Порой чудо приходит даже к врагам Христа, как к Савлу (будущему апостолу Павлу). Но здесь скорее исключение, чем правило. Поэтому мы всё же уповаем на «верную дорогу» и верим, что «наставляя на путь», одновременно освобождаем и облегчаем его. Отнюдь не заменяя Церковь, но помогая друг другу развить «образ и подобие». Изания отвергает разве что убеждённых «вампиров» и сатанистов. Да они к нам и не придут.
Для нас Чайковский – не извращенец, который «в Царство не войдёт», а великий композитор, музыка которого – разговор с Богом. Вот то, что «от Бога» мы ему и поможем развить. А прочее – судить не нам. Если, например, некоторые изане и будут формально считать себя атеистами, но всей своей жизнью исповедывать божественный Закон – это для нас главное, так как именно в делах проявляется любовь к Богу и Его Замыслу. Ответственность за Его мир, а не пустые слова. Оградив людей от Вампирии, Изания поможет им состояться как личность, защитит от невостребованности и её страшных последствий – пьянства, разврата, наркомании, всевозможных преступлений и самоубийств – это ли не путь к спасению?
Проект хорош тем, что здесь каждый подвижник и просто не омертвевший душой найдут своё место. Чем труднее жить на земле (экологические катастрофы, эпидемии, религиозный и социальный терроризм, оскудение духа и прочие рыки «вышедшего из бездны»), тем насущнее Изания. В одиночку не выстоять.
Вопрос в том, кто прежде успеет сплотиться – мы или звероподобные?
Гений и злодейство – вещи очень даже совместимые
Андрей: «В Изании будут участвовать люди осмысленные, творческие, стремящиеся себя реализовать. То есть сами по себе скорее достойные рая, чем ада.»
Ю.И.: - Все эти положительные качества отнюдь не являются пропуском в Царство, куда могут попасть и бомж, и раскаявшаяся блудница, и «благоразумный разбойник» впереди всех добропорядочных изан. К сожалению, даже гений и злодейство – вещи очень даже совместимые.
Электронный министр по имени Зверь
Ю.И. - Александру: - Своими ушами слышала по «Евроньюс», как ихняя мадам радовалась, что заплатила только за установку прибора, и теперь горя не знает – прибор работает в радиусе 100 метров. Правда, мадам оговорилась, что, возможно, заставят ещё за что-то платить, но всё равно выгодно. Особенно компьютерным кафе.
2003-08-07
СВЕТЛОЕ БУДУЩЕЕ. БОДАЛСЯ ТЕЛЁНОК С ДУМОЙ…
(2000 год)
В списке моём значились: Александр Проханов (главный редактор газеты «Завтра»), Владимир Бондаренко, Валентин Чикин «Совраска», Станислав Куняев («Наш современник») и Леонид Бородин («Москва»). Александр Зиновьев и Александр Дугин, Сергей Кара-Мурза, Михаил Лобанов. Марлен Хуциев и Виктор Розов (прежние мои руководители по сценарным курсам и телевизионному «Экрану»), опальный священник отец Димитрий Дудко, некоторые лидеры близких партий и общественных движений, в том числе и ближнего зарубежья. Конечно же, знакомые и родственники, ведущие московские и ленинградские библиотеки… Ну а во главе угла, само собой, стоял Геннадий Андреевич Зюганов, к которому я решила продираться и через «Думу», и через «Совраску» (один из главных его идеологических рупоров). С «Правдой» тогда была какая-то путаница.
Помню упоительные первые дни, когда ходила и ездила по адресам, раздавая и раздаривая двухтомник буквально пачками, то и дело нарушая список, а потом, едва держась на ногах от усталости и переживаний, валилась в койку и никак не могла заснуть, с трепетом и блаженством представляя себе, как все эти замечательные люди открывают мои сокровенные, выстраданные, кровью писанные нетленки и взапой читают, читают... «Страницы души», выражаясь высоким штилем.
Первый звонок в Думу. Меня соединяют с Владимиром Георгиевичем, правой рукой Геннадия Андреевича. Объясняю, что мой роман - попытка предложить новую идеологию, - коммунизма с богочеловеческим лицом и выходом в Небо. Точнее, продолжить и развить прежнюю, зашедшую в тупик, и осуществить бескровную революцию Духа. Мол, надо бы политбюро, или как там вас теперь, ознакомиться с книгой перед выборами, потому что в ней изложен конкретный практический проект, который можно быстро раскрутить, дав рекламную информацию в эфир или в прессу. Что было бы куда полезней всяких танцев-шманцев…Живое конкретное дело, посильное первичкам, которое сплотило бы народ, вернуло веру в возможность прихода справедливой власти и т.д.…
Наверное, Владимир Георгиевич на том конце провода давно зевал и выделял желудочный сок (время шло к обеду), но роман передать вождю согласился. Нет, никакого пропуска не надо - спустится в думскую проходную девушка и заберёт.
Скажу сразу – поведать об Изании «вживую» мне не то что вождю или первым лицам – даже их секретарям не довелось. Все были ну очень загружены – куда там советской номенклатуре! Те работников пера хоть всегда выслушивали…
Но я ещё не в курсе. Я наивна, преисполнена веры в новых «борцов за народное дело» и терпеливо жду.
ВТОРАЯ СМЕРТЬ
(«Завтра» , август 2003)
«Остановившееся, как стоп кадр, отчаянное «Вот и всё». Эта застывшая мысль и была отныне самой Иоанной. Навеки заевшая пластинка, конец фильма, где она сыграла свою жизнь. Вот что такое ад. Ни раскалённых сковородок, ни небытия. Лишь бессмертная кромешная мысль, что уже никогда ничего не будет. И где-то есть вечное и прекрасное «Всё», от которого она навеки отлучена» (роман «Дремучие двери»).
Примерно так я представляю себе адские муки – куда страшнее физических. Согласно Евангельскому «Откровению», есть смерть первая и смерть вторая. Первая – разлучение с телом, которое превращается в прах, а душа «не оправдавшего доверия» попадает в ад. С этого момента человек уже лишён воли распоряжаться своей судьбой, его время кончилось. Иначе и быть не может – насильное присоединение к Царству Небесному тех, кто свободным выбором отверг божественный Замысел о мире Любви, было бы даже на современном языке «нарушением прав человека». Полагаю, что здесь важна даже не вера в Бога («И бесы веруют и трепещут»), а осознанное неприятие человеком Царства Творца.
«Смерть вторая» – отрицательный приговор Страшного Суда. До него у человека ещё есть шанс помилования по ходатайству Церкви и заступничеству Спасителя, по молитвам любящих родных, друзей и просто современников, свидетельствующих, что усопший на самом деле не был таким уж монстром, каковым хотел казаться (иногда даже самому себе). Для Бога важно именно это «на самом деле». Отсюда мудрость: «О покойниках или ничего, или только хорошее». Ведь «какой мерой мерите»…
Продолжают также «работать» на оправдание после смерти первой добрые плоды наших прошлых трудов. Пароходы, строчки и другие долгие дела. А дурные – на осуждение.
«И судим был каждый по делам своим. Побеждающий наследует всё, и буду ему Богом, и он будет Мне сыном», «И смерть, и ад повержены в озеро огненное. И кто не был записан в книге жизни, тот был брошен в озеро огненное; это – смерть вторая.»
Думается, что «гореть» будет опять же не плоть – бессмертные преображённые тела получат лишь избранники. Речь идёт об адском огне души, её замкнутой на себя воинствующей «самости» (эгоизма). Взять бы да стереть «брак» – Бог не садист. Но душа-то бессмертна. Значит, вечные муки?
Но не всё так уж безысходно, если исходить из предположения, что Создатель сотворил Вселенную не ради одной нашей земли. Что с её присоединением к идеальному Царству кончится лишь земная история, но не Божественная, которая была, есть и будет. Что в Истории бесконечное количество форм жизни и миров, в том числе и неорганизованных, падших, лежащих во зле... Тогда для преображения тамошних хаоса и тьмы снова потребуются не только верные «воины Света», но и альтернатива им, без которой немыслима Свобода. То есть и князь тьмы со своим воинством (для искушений-испытаний), и смерть (для ограничения зла), и ад, и души «не оправдавших доверия» - (рабы зла с шансом исправиться в новых мирах). Своего рода реинкарнация. Что если «огненное озеро во тьме внешней» – нечто вроде компьютерной «корзины», где ждут своего часа до поры до времени невостребованные, но необходимые Творцу «файлы»? Ведь творчество, как и Любовь – сама суть Создателя совершенного Царства, поэтому стремится Он к его бесконечному расширению, преодолению хаоса и зла «тьмы внешней». К бесконечности качественной, в отличие от «дурной количественной» бесконечности космоса. В которой материя, пространство и «историческое время» сотворены лишь как инструменты для Божественного творчества, подобно холсту, кистям и краскам.
Однако в таком случае Творцу необходим и перманентный выход из собственной самодостаточности, из «идеально-блаженной полноты бытия» во «тьму внешнюю». Необходим Крест, без которого невозможно воплотить совершенный замысел, материализовав его во внешнем, «лежащим во зле» мире. Оптимистическая трагедия - такова судьба каждого жизнеутверждающего проекта, начиная с жертвы Отца Небесного, пославшего «нашего ради спасения» на крестные муки добровольца-Сына, Который есть путь, истина и жизнь. И в этом завещанном нам подвиге творческого самоотречения, в спасительном Кресте – «образ и подобие» нас, человеков. Вечное и мучительное блаженство самого Бога, спасающего своё творение. Его «Свершилось!». Путь в Царство, как и возвращение в него – лишь через Крест. Но «Иго Моё благо, а бремя Моё легко».
B БЕСЕДКЕ С: Игнатьковым М.Е. и Михаилом Юрьевичем
Игнатьков М.Е. (с форума Кураева): - Ответ на статьи «Размышления о Царстве Небесном» и «Вторая смерть»:
- Предположение о том, что мусорная корзина не является конечной точкой нахождения мусора, говорит о том, что при вынесении конечного решения о людях Бог может ошибаться в своём окончательном определении, т.е. несовершенен в своих решениях. Единственный возможный вариант избавления от вечной смерти дан человеку до Второго суда, когда его живые друзья, родственники или потомки, обращаясь к милосердному Богу и творя добро за ушедшего, могут вымолить и выкупить из Царства Небытия попавшего туда человека.
Что касается формы уничтожения мусора, то она известна – сожжение. Под нашими ногами в чреве Земли находится пылающая бездна. Крест – символ выбираемого нами пути - своим нижним концом указывает это направление – в бездну. Человек живёт и находится на тонкой границе между огнём и небом и может выбрать свой путь. Других путей нет.
2003-08-23
Юля, вы молодчина!
Михаил Юрьевич (с форума Кураева ): - Юля! Вы молодчина!!!!
Ибо, даже у мужчин, от Бога предназначенных быть священниками, редко встретишь такое понимание Божьих истин. Не во всём Вы правы, ещё ощущается власть догматов, но уже одно понятие, что все, в том числе и Бог, пребывало, пребывает и будет пребывать в развитии, непременно приведёт Вас к полному освобождению от них (и к анафеме от ортодоксальных верующих). Вы верно понимаете, что человек – дитя Бога, так держитесь этой мысли, сделайте её стержнем своих рассуждений.
Тогда поймёте, что нет у Бога места, предназначенного для уничтожения своих детей (ад – земная жизнь и «озеро огненное» – вид красно-оранжево-жёлтой ауры планеты Земля в глазах духов, но есть много обителей, где дети продолжают расти и совершенствоваться).
Спасибо, что вынесли эту весьма нужную просветительскую работу, на страницы газеты! «Ибо не прячут свечу под сосуд, или – под кровать, а ставят на подсвечник, чтобы входящие видели свет.»
2003-08-25
Композитор: - Мерси за быстрый ответ, но зря дали Кураеву. Там Вас за намёк на реинкарнацию будут долго прорабатывать, как на собрании. Польщён, что мой вопрос послужил поводом для статьи в «Завтра». Ещё раз благодарю за ответ.
2003-08-23
СВЕТЛОЕ БУДУЩЕЕ
«Двухтомник Юлии Ивановой приобретёт
через 5-10 лет всемирное значение»
(2000 год)
А книги, между тем, продолжаю раздавать. Отзывы пока что положительные – от туманных: «Да-а, интересно» (небось, едва пролистали) - до восторженных:
А.Х. Карагезов, доктор экономических наук, лауреат Государственной премии СССР:
«Двухтомник Юлии Ивановой приобретёт через 5-10 лет всемирное значение среди историков, философов, литераторов и миллионов простых читателей, которые будут искать правду на полках библиотек, в кинофильмах, старых подшивках газет о деятельности И.В. Сталина.
Роман Юлии Ивановой написан интересным языком, понятным для всех поколений Советского Союза и России. В романе автором даны объективные научно-обоснованные оценки происходящего, карающие интеллигенцию за развал страны Советов.
Автор романа Юлия Иванова затратила ценное жизненное время для обобщения богатого исторического материала и «испекла» философский фантастический пирог, не для еды, а для изучения, чтобы ослеплённый и обманутый народ наконец-то протрезвел и проснулся и перестал бы совершать исторические ошибки.
Люди, проснитесь и объединяйтесь! Вас дурят политики-шельмователи и олигархи-жулики. Разделение людей по национальному признаку – дорога к смерти государства и в целом общества.
И в заключение будет справедливо отметить, что каждый гражданин России и СНГ обязан иметь в своей библиотеке книгу Юлии Ивановой «Дремучие двери», если мы не хотим повторно быть обманутыми. Указанная книга должна путешествовать из рук в руки по всей планете, а автор достойна высоких наград.»
Двухтомник выставили на стенде издательства, народ приходил и покупал, некоторые из работающих в здании, где располагался Союз писателей России, просто брали почитать и возвращали. Иногда не возвращали, но я не обижалась. Однажды Сергей Артамонович Лыкошин (из руководства Союза, - мы тогда ещё не были знакомы) попросил при мне у моего издателя что-либо почитать. Тот предложил «Дремучие двери». Через некоторое время мы встретились в коридоре. Сергей Артамонович охал и ахал, говорил всякие лестные слова, предложил выделить несколько экземпляров для начальства на предмет моего вступления в Союз – прежде всего, Михаилу Петровичу Лобанову. Спросил, кто мог бы дать рекомендации. Остановились на возможных кандидатурах - Виктора Сергеевича Розова, Станислава Куняева и отца Димитрия Дудко.
Снова спешно развожу фолианты по учреждениям и квартирам, раздаю, собираю отзывы, а в голове одно: Изания. Время-то идёт, ясно, что выборы оппозиция проигрывает на ровном месте, в программе ничего нового. Хоть бы статью об Изании тиснули в своей прессе - мол, бескровная альтернатива вампирской цивилизации и Новому Мировому Порядку…
Но и Дума, и «Совраска», и прочие «левые» безмолвствовали, а надоедать было тошно. В отчаянии проникла в кабинет к Проханову. Вот, Александр Андреевич, новая идеология, живое конкретное дело, способное сплотить народ вокруг оппозиции, вернуть утраченное доверие…
Александр Андреевич, как всегда, убийственно ироничен. Ну да, конечно, сейчас самое время выдернуть Зюганова из избирательной компании и отправить куда-нибудь на солнечный пляж читать Иванову. Действительно, смешно, и я смеюсь. Но что-то в моём лице, видно, трогает стальное прохановское сердце.
- Я прочёл, - говорит он и неожиданно осеняет себя крестом, - Ей Богу, прочёл.
- Ну и? – сердце у меня ёкает.
- Интересно. Но есть программы лучше.
- Какие, у кого?
- Есть. Читайте нашу газету.
Бормочу, что пусть все цветы расцветают, в том числе и Изания. Что он, Проханов, - командир, а у меня патроны…
- А у меня газета. Двадцать пять часов в сутки.
Он ещё скромно умалчивает о своих книгах, о бурной общественной деятельности – я всегда восхищалась воистину космической энергией Александра Андреевича, который действительно тащит неподъёмный воз и делает невозможное. И однако дерзаю проворчать на прощанье, что и наши газеты, и книги, и митинги с демонстрациями, и прочие цветочки, включая выборы – ценны не сами по себе, а должны единым фронтом ковать Победу, ради которой, собственно, весь сыр-бор…
- Ну хотите, дадим рекламу на ваши «Двери»?
Ещё бы не хотеть! Мне легчает, хоть и ужасно неловко. Однако ощущение, «что-то неладно в ридном Датском королевстве» не пропадает. Воз и ныне там, завязая глубже и глубже. Вспоминаются не только лебедь, рак и щука, но и потустороннее назидание Иосифа Виссарионовича из того сна:
«Зачэм волам вытаскивать тэлэгу, которая везёт их на бойню?»
БЫЛ МЕСЯЦ СЕНТЯБРЬ
B БЕСЕДКЕ С: Владимиром К., Игорем Жуковым,
Львом Колодным и свежей прессой
«Потрясающая трактовка того, что есть Царство Небесное»
Владимир К.: - Юлия Иванова предложила потрясающую трактовку того, что есть Царство Небесное! С одной стороны – православию не противоречит (по моему скромному разумению), с другой стороны – за такой рай для себя и других и умереть не жалко. Самое главное то, что это опять-таки во многом совпало с моими личными установками, представлениями о Боге и идеальном. Я не люблю спорить о вере, переубеждать, проклинать, противопоставлять себя другим и представлять себя носителем «мудрости» перед «убогими».
Но её текст – вещь, в некоторой степени отображающая и мой внутренний мир тоже.
Спасибо, Юлия!
2003-09-16
Созидание музыки сфер
И. Жуков: - Мне импонирует такая трактовка жизни будущей. Не просто пение ангельское, а созидание музыки сфер, управление мирами (соучастие в управлении мирами).
Прости, Господи, если не так сказал!
2003-08-28
Гений и злодейство.
Неужели и «МК» способен «краснеть»?
Лев Колодный: «К войне Сталин готовился задолго до её начала, занимался повседневно делами армии, думал о предстоящих сражениях на суше, в небе и на море. Если бы не это обстоятельство, очевидно, Беломоро-Балтийский канал вряд ли начали бы рыть. По нему первым прошёл в 1933 году караван военных судов из Балтики в Белое море. Там, в Полярном, ныне всем известной базе Северного флота, в кают-компании миноносца. Глядя в иллюминатор, высокий гость поразил моряков, как пророк, предвидением: «Что такое Чёрное море? Лоханка. Что такое Балтийское море? Бутылка, а пробка не у нас. Вот здесь море, здесь окно! Большой флот здесь. Отсюда мы сможем взять, если понадобится, Англию и Америку. Больше неоткуда!» Когда ему моряки докладывали, что без Южного Сахалина наш Тихоокеанский флот в мышеловке, он обещал: «Будет вам Южный Сахалин!», который сейчас есть желающие отдать.
Даже когда он ехал с детьми на дачу, говорил в машине о важности артиллерии в будущих боях, убеждал сынов учиться на артиллеристов: - Ребята, скоро война, и вы должны стать военными…От Сталина они услышали крылатые слова: «Артиллерия – бог войны». Их он произнёс в Кремле, на встрече с выпускниками военных академий, незадолго до нападения Германии на Советский Союз. Старший сын Яков и приёмный сын Артём послушали совета и поступили в артиллерийскую академию. Младший сын Василий рвался в лётчики, отец ему в этом не помешал.
- Его интересовали состояние и уровень немецкой, английской и французской авиации. Я был поражён его осведомлённостью. Он разговаривал как авиационный специалист - свидетельствует авиаконструктор Александр Яковлев.
Первая наша победа произошла в московском небе, а на земле всё складывалось ужасно. Немецкие танки вышли на дальние подступы к городу. Началась Московская битва, где решалась судьба не только столицы, страны, но и всей континентальной Европы, лежавшей у ног Гитлера. Московская система противовоздушной обороны, авиация и зенитная артиллерия выдерживали удары с воздуха. Здание сил ПВО с бомбоубежищем выстроили на Мясницкой, у станции метро «Кировская». От дома проложили подземный ход в метро. Генеральный штаб и Ставка такого бункера не имели. Что доказывает: Сталин в 1941 году воевать не собирался. И верил истово, что Гитлер войну не начнёт, пока не разгромит Англию. Но роковым образом просчитался.
Узнав ночью 22 июня, что началась война, вернулся в Кремль с «Ближней дачи», и в кабинете, где собрались соратники, несколько раз выругался: «Обманул-таки, подлец Риббентроп!» В ту белую ночь выглядел подавленным, но ни от кого не скрылся за городом, как пишут. Двери его кабинета открывались перед высшими чинами 29 раз, на следующий день - 21 раз, на третий день – 20. И так всю войну, что зафиксировано в журнале посещений, который вёлся до последнего дня жизни вождя.
Оправдываясь за аресты, Сталин говорил: «Ежов – мерзавец! Разложившийся человек. Звонишь ему в наркомат – говорят, уехал в ЦК. Звонишь в ЦК- говорят, уехал на работу. Посылаешь к нему на дом – оказывается, лежит на кровати мертвецки пьяный. Многих невинных погубил. Мы его за это расстреляли».
Когда прервалась связь с Западным фронтом, Сталин с соратниками приехал на Знаменку, в наркомат обороны и, выслушав доклады военачальников, устроил им разнос с матом, которым владел в совершенстве. По одной версии, после того громкого скандала начальник Генерального штаба попросил членов политбюро не мешать работать. По другой версии, озвученной свидетелем этой сцены, начальник Генштаба «разрыдался как баба». Им состоял тогда, как известно, Жуков.
Выйдя из кабинета, Сталин подавленным сподвижникам с горечью сказал: «Ленин оставил нам великое наследство. А мы все его просрали». Наутро после той бурной сцены Сталин 30 июня образовал Государственный комитет обороны, который под его рукой взял всю власть в стране. В полдень 3 июля он прибыл на Центральный телеграф и выступил впервые перед народом, начав речь проникновенными словами: «Товарищи! Граждане! Братья и сёстры! Бойцы нашей армии и флота! К вам обращаюсь я, друзья мои!» Обращался с этими словами и к сыновьям на фронте, куда велел их отправить в первый день войны. Старший сын Яков, оказавшись в окружении, на приказ отойти ответил: «Я – сын Сталина и не позволю батарее отступать». После боя попал в плен в числе трёх миллионов красноармейцев и командиров. А жена его Юля, заподозренная в пособничестве врагу, по приказу тестя оказалась в тюрьме и ссылке, как родственница военнопленного.
Ночевать Сталин, как до войны, по-прежнему ездил на «Ближнюю». Кроме кабинета в Кремле у него появилась резиденция на улице Кирова 37, рядом со штабом ПВО. Она разместилась за оградой в одноэтажном особняке, некогда принадлежавшем меценату и купцу Солдатенкову. Его бывший дом служил до войны детским садом. Во время налётов Верховный главнокомандующий покидал особняк, проходил в здание ПВО, откуда по подземному ходу шёл на станцию метро «Кировская». Там, на недосягаемой для бомб глубине, находились узел связи Сталина, кабинеты Сталина, начальника Генерального штаба, членов Ставки. Немцы хорошо знали, где жил и работал Сталин. Бомбы сыпались и на «Ближнюю дачу», и на Кремль, где погибли многие бойцы охранного полка. Мощная фугасная бомба попала в дом штаба ПВО, убив офицеров и солдат
В середине октября положение Москвы стало отчаянным. Под Вязьмой войска попали снова в гигантский германский «котёл», где на медленном огне гибли, не давая врагу сходу прорваться к Кремлю.
- У нас большая беда, большое горе, - услышал в день прорыва Западного фронта вызванный с фронта генерал, - Немец прорвал оборону под Вязьмой, окружены шестнадцать наших дивизий. Что будем делать?
А командующему Западного фронта Коневу, потерпевшему поражение, сказал о себе в третьем лице, так объяснив ему причины катастрофы:
- Товарищ Сталин не предатель, товарищ Сталин не изменник, товарищ Сталин честный человек, вся его ошибка в том, что он слишком доверился кавалеристам, товарищ Сталин сделает всё, что в его силах, чтобы исправить сложившееся положение.
Но до мига победы в декабре город пережил величайшую трагедию, начавшуюся 15 октября. В тот день за номером 801 вышло постановление Государственного комитета обороны «Об эвакуации столицы СССР». В нём среди прочих немедленных мер в скобках значилась ещё одна – «т. Сталин эвакуируется завтра или позднее, смотря по обстановке». Но шила в мешке утаить не удалось, весть о предстоящей эвакуации вождя просочилась за стены Кремля, в атмосферу города. Началась паника. Люди бросились к поездам, на шоссе, ведущие на восток. Переворачивали машины с бежавшими начальниками, громили магазины…
Сапёры заминировали «Ближнюю», охрана вывезла книги в Куйбышев, ставший играть роль дублёра столицы. Дачу в Зубалове взорвали. На запасном пути стоял под парами паровоз и правительственный поезд. В одном из романов о войне описывается, как якобы Сталин приехал на этот охраняемый войсками НКВД путь и в глубоком раздумье ходил долго вдоль вагонов, решая в душе гамлетовский вопрос: уехать ему или не уезжать из Москвы? Это, конечно, выдумка. Случись такая «эвакуация», и магнетизм Сталина на его окружение и народ, очевидно, перестал бы действовать, кто знает, что бы тогда случилось. Но верно и то, что на аэродроме с заведёнными моторами четыре «Дугласа» ждали приказа на взлёт. « Чтобы его без минутной задержки исполнить, полковник Грачёв сидел в кабине личного самолёта Сталина» – так утверждает один из охранников вождя.
Однако на «Ближнюю» хозяин и в ту ночь приехал ночевать, прилёг во флигеле с телефоном правительственной связи. Большой дом приказал разминировать, что вызванные сапёры срочно исполнили. Однако Большой театр, здания Кремля, Старой площади стояли на взрывчатке. Минировались заводы и мосты, всё, что могло достаться на радость врагу.
Тогда Сталин проявил изумительную выдержку и такт, поражавший особенно его охрану, знавшую подноготную жизнь вождя. Чем тревожнее становилась обстановка, тем спокойнее выглядел вождь, проявляя в общении с генералами и наркомами терпимость, дружелюбие, оптимизм, никак не вызываемые трагическими известиями с фронта. С каждым днём его линия неуклонно приближалась к объявленной на осадном положении Москве. От Красной Поляны, занятой немцами, до Центрального аэродрома насчитывалось 20 километров. До Красной площади – 27. С холмов Красной Поляны немцы собирались стрелять по Кремлю из тяжёлых пушек фирмы Круппа, которые они подвезли на платформах из Германии. В те дни германские газеты писали, что Москва видна в артиллерийский бинокль. В разговоре с озабоченным Рокоссовским, оборонявшим этот самый близкий к Москве участок фронта, Сталин проявил полное доверие и не учинил ему разнос, как некогда Коневу, чуть было не поставленному к стенке за катастрофу под Вязьмой.
На вопрос авиаконструктора Яковлева: «Товарищ Сталин, а удастся ли удержать Москву?» – последовал неторопливый ответ после того, как легендарная трубка была набита свежим табаком:
- Думаю, что сейчас не это главное. Важно – побыстрее накопить резервы. Вот мы с ними побарахтаемся немного и погоним обратно.
Так «барахтались» в октябре и весь ноябрь. Несмотря на ежедневные налёты в любое время суток, Сталин приказал провести торжественное заседание Московского совета по случаю 24 годовщины Октябрьской революции и военный парад на Красной площади, дав из своих резервов 200 танков. После тех праздников в результате нового генерального наступления на Москву войска Гитлера подошли к стенам Москвы, Химкам. Но теперь за спиной Сталина стояли наготове армии, готовые к генеральному наступлению. Разгрому немцев под Москвой.
В Елоховском соборе, как пишут, 4 ноября на литургии по случаю праздника иконы Казанской богоматери отец Иаков Абакумов, не однофамилец, родной брат начальника военной контрразведки «СМЕРШ», пропел здравицу «первоверховному вождю».
«Жуков спас Москву» – так в представлении на звание маршала Советского Союза написал Сталин, что не помешало ему после войны арестовать генералов, воевавших под командованием великого полководца. В свою очередь, и Жуков ценил «государственный ум» Сталина. А мне по случаю 25-летия Московской битвы сказал: «Великая победа народа. Тяжёлая победа. Враг шёл на нас самый тяжёлый. И мы его разгромили.»
Победил злейшего врага человечества не Бог в небе, а «царь и бог» на земле, накопивший резервы. И доблестные дивизии Западного фронта, научившиеся к тому времени у противника воевать. Если в годы «Большого террора» народ испытывал в полной мере злодейство Сталина, то в военные годы проявилась его гениальность, как неустрашимого и мудрого главы государства.»
СВЕТЛОЕ БУДУЩЕЕ. ПОЧЕМУ ЛЮДИ НЕ ЛЕТАЮТ?
(2000 год)
А выборы всё ближе… Кто же у них там занимается идеологией? Вроде бы, актёр Николай Губенко, бывший министр культуры. Узнаю номер домашнего телефона, подходит жена. Я её помню – Жанна Болотова, такая вся из себя не от мира сего. Вспоминается большеглазая, жертвенная и светлая девочка из «Дома в котором я живу». Вкратце объясняю, в чём дело - хотелось бы передать лично в руки Николаю Николаевичу мою книгу, по сути, идеологическую, которая могла бы пригодиться для победы на предстоящих выборах, особенно намеченный там проект выхода из социальной и духовной катастрофы …В общем, сказка про белого бычка
- Так вы, наверное, будете на вечере оппозиции в Доме Литераторов – там и передадите. Мы с Николаем Николаевичем обязательно придём, будем выступать в концертной программе. Это – самое надёжное, он ведь очень занят. Я проведу вас за кулисы.
- Большое спасибо, буду караулить внутри, у входа.
Сама по уши в делах, я не собиралась ни на какой такой вечер и впервые о нём услыхала. Я вообще одичала за двадцать лет дачного затвора, избегая любых тусовок. Но тут подумалось, что в ЦДЛ соберётся, наверное, много полезных людей для моего неприкаянного изанского дитяти, и помчалась в «Завтра» добывать билет. Кое-как привела себя в порядок – получилось что-то среднее между Пугачёвой и митинговой бабкой. Фиолетовое платье-свитер чуть выше колен, чёрные лосины, ботинки со шнуровкой и на платформе, плюс спортивная чёрная сумка через плечо, куда я запихнула двухтомник. Отметив, что мне, как и «Примадонне», не мешало бы скинуть с десяток килограммов и лет, прежде чем показывать коленки…
Ну, килограммчик-другой я наверняка скинула уже в битве у подъезда ЦДЛ – толпа рвалась в двери, спрашивали лишний билетик, в ход шли мускулы и локти. Поразил Михаил Петрович Лобанов, с которым мы волей толпы оказались рядом – для своих лет он держался и шёл в атаку как настоящий воин, и даже меня умудрился оберегать. Может, потому что хорошо отнёсся к моему роману, в котором я использовала немало документальных свидетельств о Сталине, взятых из его книги.
В ЦДЛ не была целую вечность, а ведь прежде хаживала каждый день, когда училась напротив на Высших Сценарных Курсах в Доме Кино. Хаживала и сиживала, дурея от кофе с коньяком и бесконечных окололитературных пересудов и разборок между западниками и славянофилами, равно мне чуждых. К Михаилу Петровичу кинулся здороваться Владимир Бондаренко, Лобанов счёл нужным меня ему представить со всякими лестными словами по поводу «Дремучих дверей» – Бондаренко рассеянно кивал. Я давно передала ему роман через его сына, когда ещё лежал в больнице с сердцем, потом нас не раз знакомили – я для него почему-то была пустым местом, хоть и входила в столь интересующую его плеяду «детей 37-го». Конечно, мечталось – вот бы прочёл, дал рецензию в своём «Дне литературы»… До сих пор не понимаю, по какому принципу определённая категория людей отбирает себе фаворитов, иных в упор не видя. Я, в конце концов, обозлилась и тоже перестала читать кого бы-то ни было - только некоторые статьи и себя, любимую. Но тогда ещё верила в близкую помощь, пожимала руки, выслушивала похвалы, записывала телефоны и раздавала свои – московский и дачный, по которым никто никогда не позвонит.
Приехал Зюганов со свитой, толпа в вестибюле поредела, все кинулись занимать места согласно билетам. А вот и Жанна Болотова. Худенькая, воздушная, вся в чёрном. Идём за кулисы. Губенко на месте, но весь в хлопотах, отмахивается. Вручаю книги Жанне. Она открывает первую страницу, читает эпиграф, взятый из Евангелия от Иоанна:
«Суд же состоит в том, что свет пришёл в мир; но люди возлюбили более тьму, нежели свет, потому что дела их были злы.»
Жанна бегло пролистывает первый том, вижу, как выражение её лица меняется явно не в мою пользу.
- Боюсь, вы попали не по адресу. Мы с мужем - убеждённые атеисты, а тут у вас… Мы к религии не имеем никакого отношения.
Вот те на! Неужто ничего не изменилось в «руководящей и направляющей» и Емельяны Ярославские снова жаждут порулить? Можно сказать, «ум, честь и совесть» нынешней оппозиции… Не говоря уж про духовность…
Немного оправившись от шока, вопрошаю:
- Но вы, надеюсь, не считаете, что произошли от обезьяны?
Жанна, оторопев от такой постановки вопроса, секунду колеблется, однако всё же решает не обижаться и натянуто улыбается:
- Ну, в общем-то, нет…
- Значит, вы с нами, мастера культуры. Книга написана для всех, кто не от обезьяны.
Запихиваю фолианты назад в сумку, молния заедает, не застёгивается.
- Погодите, можете это оставить. Мы подумаем, куда и кому направить… Позвоните мне через недельку.
- Большое спасибо, обязательно позвоню, - бормочу уже в дверях и, оказавшись в полутёмном коридоре, прижимаю ладони к пылающим щекам. Сердце колотится – наверное, давление. Глотаю прямо из пузырька валокордин. Господи, как же отсюда выбраться?
B БЕСЕДКЕ С: Георгием Котловым, Юстасом,
Игорем Половым и Tess
Их едят, а они глядят…
Георгий Котлов (Саранск): - «Родиной вампиров принято считать Трансильванию, где когда-то действовал прообраз знаменитого Дракулы. Может быть, это и так. Не стану спорить, но, если честно, полуистлевший облик древнего графа сегодня вызывает жалость и что-то вроде симпатии. Наверное, потому, что был менее жесток и кровожаден, чем современные Упыри. Среда их обитания – Россия. Время действия – наши дни.
Краткий экскурс в историю вампиров позволяет сделать вывод: они необычайно хитры, изворотливы, живучи и прожорливы. Сегодняшний Упырь шагает в ногу со временем. Жалкое бледное страшилище, выползающее по ночам из своего трухлявого гроба, чтобы отправиться на поиски одинокой жертвы, осталось в прошлом. Исчезли демонстративно-огромные клыки, забыта дурная привычка шляться в темноте. Осталось главное предназначение – пить кровь. Современный вампир сменил свой трухлявый гроб на резиденции и дворцы. Скрипучую повозку, чтобы влачить своё тело, на шикарные лимузины. Сменил свой отвратительный отпугивающий оскал на лицемерную улыбку. Сменил способ высасывания крови. Сменил масштаб, и теперь вместо одинокого пастуха, шарахающегося в ночи от любой тени, его цель – целые народы, покорно и обречённо позволяющие пить свою кровь. Во всём чувствуется прогресс.
Теперь Упырь гордо называет себя политиком, а свою привычку пить кровь гегемонов, соответственно – тоже политикой. Всё это он может называть как угодно, предназначение Упыря одно – пить кровь. Пить до тех пор, пока не лопнет, обожравшись, или пока не прихлопнет его (может, это будет осиновый кол в сердце) мозолистая рука того же гегемона.
Мордовия – автономная республика в составе России, один из наибеднейших регионов, заселённых нищими и отчаявшимися людьми. Правит Мордовией Николай Иванович Меркушкин. Официально занимаемая им должность звучит так: Глава Республики Мордовия. Призвание и профессия – Упырь. Предназначение – пить кровь.
Общая картина такова: и без того микроскопический уровень жизни населения падает, заводы, фабрики в большинстве своём стоят или числятся в убыточных, предпринимательство не поощряется (если ты не Упырь или его родственник), смертность растёт, рождаемость падает. И т.л. и т.п. Всё в том же унылом пессимистическом духе.
Собственно, удивляться нечему. У власти сидит Упырь, лицемер, лучший друг московского Упыря (вернее, одного из московских Упырей) Лужкова. Пару лет назад Меркушкин, готовясь к приезду Лужкова, выстроил шикарный теннисный корт, который обошёлся Мордовии в астрономическую сумму. Два Упыря, лениво помахав минут сорок ракетками, разъехались пить кровь дальше, шикарное покрытие корта и суперснаряжение постепенно покрываются пылью – авось, приедет ещё какой-нибудь Упырь. Всё это говорит о том, что современный вампир, кроме крови, нуждается иногда в физической нагрузке. Или делает вид, что нуждается в ней. Для того, чтобы опять же – пить кровь.
Нет смысла говорить о зарплате и пенсиях в Мордовии, низких и вовремя не выплачиваемых. Зачем? Есть смысл сказать, что на государственные, следовательно на народные деньги, совсем недавно Глава Мордовии приобрёл шикарное авто за сто с лишним тысяч баксов. Конечно, деньги, может быть, не Бог весть какие для современных Упырей с больших городов, но, если вспомнить, что Мордовия – один из беднейших регионов, с небольшим бюджетом, дотациями из федеральной казны и привычкой местных чиновников (до недавнего времени) разъезжать на отечественных «Волгах» с импортной начинкой, становится ясно: современные Упыри просто обожают роскошь и комфорт. Им плевать на нищих подданных. Каждый Упырь убеждён в своей исключительной сущности и полагает, что всё остальное, что его окружает, обыкновенный фон, - люди, полагает он, созданы лишь для того, чтобы быть донорами.
Жена мородовского Упыря – пока в тени, но родственники Николая Ивановича, видимо, из той же породы Упырей. Впрочем, может быть, это дурная привычка и особенность каждого Упыря – заражать близких своей же болезнью. «Мордовнефтепродукт» – монополист в торговле нефтепродуктами в Мордовии – возглавляется родным братом Николая Ивановича. Саранским консервным заводом заправляет родственник, другой заправляет автокомбинатом, третий – чем-то ещё. Один из сыновей Николая Ивановича возглавляет крупнейшую фирму. Список Упырей, каждый из которых, занимаясь вроде бы своим делом, занимается исключительно одним – пьёт человеческую кровь. Кстати, сам Николай Иванович, отгрохав под Москвой шикарный дворец, продолжает, лицемерно улыбаясь, отвечать на ненавязчивые вопросы местных журналистов: «Кроме квартиры, которую выделило мне государство, больше у меня ничего нет, никакой недвижимости. Даже когда холодильник покупали, пришлось у тёщи денег подзанять…»
Можно выделить одно из наиковарнейших качеств современного Упыря. Это то, что он, упырь, продолжает пить кровь даже после своей политической смерти. Наглядным примером служит смерть Упыря Ельцина. На политической сцене его вроде бы нет, но нашу с вами кровь он продолжает попивать с неослабевающим аппетитом. Пожизненная охрана, чёрт знает какая пенсия (и за какие, позвольте спросить, заслуги?), пожизненные врачи, квартиры, резиденции, бензин для лимузинов и ещё всяческие блага и льготы, от которых у простого смертного голова может пойти кругом. Что мы, богаче всех в мире, что позволяем себе содержать человека, пардон, умершего Упыря, решительно ничего хорошего не сделавшего для России? Лишь пьющего её кровь, нашу с вами кровь. Сколько это можно терпеть? Явно не бесконечно. Парадокс. Чтобы выплатить учителю или врачу честно заработанные крохи, денег нет. На детские пособия денег нет. На то, чтобы отогреть вымерзающие северные регионы, денег нет. На пенсионеров лишних денег нет. Чтобы содержать Упырей, деньги находятся всегда. Да, от этого все наши беды. Господи Боже мой, неужели у такой видной фигуры, как Ельцин, нет средств, чтобы в достатке пожить на старости лет? Есть, конечно, есть! Но остались рефлексы Упыря, и ему, Ельцину, кроме рюмочки водки требуется для запивки глоток человеческой крови. Министры-упыри скурпулёзно подсчитывают, сколько копеек можно прибавить к пенсии несчастных старушек, и стоит ли вообще это делать, но никто почему-то не догадается подсчитать, во сколько обходится содержание мёртвого Упыря. Ельцин – да, легендарная личность, когда-то главный борец с привилегиями, и почему бы ему на старости лет не получить того, что он на словах всю жизнь добивался. Минимальную пенсию и двухкомнатную квартиру в «хрущовке» на окраине Москвы. Этого, думаю, для него будет более чем достаточно. Весь его автопарк распродать, деньги раздать родителям погибших в горячих точках ребят. В знаменитой резиденции открыть детский дом, охрану отправить охранять школы и метро. Консилиум из оплачиваемых государством врачей пусть лечит бесплатно детей-сердечников. Всё лучшее – детям! Старый подзабытый лозунг. Да, детям. Нашим дорогим несчастным детям, иначе – выродимся. Вряд ли без революционных преобразований этот лозунг удастся воплотить в жизнь. Утопия, да… Надеяться на сознательность и благородство Упырей бесполезно.
Повторюсь, что первоисточник всех наших с вами бед в одном. Чиновников-Упырей в одной только Москве – тьма, и каждому необходимо (за наш с вами счёт) жильё, приличная зарплата, всяческие льготы, автомобиль, водитель, охрана. Упырь, значит, жируй столичный, а провинция – медленно умирай. Что ж, если в ближайшее время наши чиновники не пересядут на велосипеды или не соизволят разъезжать и жить так, как живут миллионы россиян, это приблизит их конец. Неминуемо приблизит, потому что рано или поздно найдётся на Руси удалец, который начнёт с Упырями беспощадную войну, который перевернёт весь мир. «Фас!» – скомандует он осатаневшему от несправедливости и издевательств народу, и народ, как когда-то в 1917 году, всё сметёт на своём пути. И он будет прав. Потому что пожелает справедливости. Равноправия. И, может быть, даже братства. И каждый Упырь получит своё. Осиновый кол в сердце. Или серебряную пулю в трухлявый мозг. Весь набор удовольствий.»
Ю.И: - Напоминаем нашим гостям, что «Изания» предлагает несколько альтернативных бескровных способов обезвреживания вампиров и надеется на помощь словом и делом в реальном осуществлении проекта. В общем, ждём-с. А жаждущим вампирской крови советуем поглядеться в зеркало на предмет роста клыков – уж не хочется ли им занять вампирское место и тоже насосаться? Вампиризм – штука заразная.
Вот Изания надеется обойтись без осиновых колов и пуль. Даже серебряных.
2003-09-25
Как пристроить старый диван
Юстас: - Не помню, говорили мы о том, чтобы нарисовать схемку работы Изании, или это только что пришло мне в голову.
Думается, на схеме нагляднее было бы видно, как происходит обмен услуг на изанские единицы. Например, рисуем человечка, от него стрелку и подписываем, что он передаёт, а стрелку к нему – что он получает.
Не нужно, как это обычно в нашей конференции происходит, скатываться к описанию вселенской Изании с межпланетным размахом. Нужно описать примитивную организацию районного масштаба. Один, например, предлагает старый диван за 10 единиц, а другой этот диван по этой цене забирает и как-то (как?) передаёт первому 10 единиц. И подписываем снизу (или подрисовываем), какие при этом документы заполняются.
Полученные схемы можно разбрасывать с вертолёта. Шутка.
2003-09-24
Предсказанная читателями «анафема» не заставила долго ждать.
Неплохая компания…
Игорь Полов: «Анафема Оригену и вам, его последователю.»
Ю.И.: - Тогда уж объявите заодно анафему и Григорию Нисскому, тоже последователю Оригена. Получается неплохая компания – Ориген был замечательным учёным и философом, принял мученическую смерть во время христианских гонений. Григорий Нисский – брат Василия Великого, епископ, один из виднейших греческих христианских мыслителей. Кстати, его антропология очень близка идеям Изании (человечество как органическое целое, некая коллективная личность. А богочеловечество – Новый Адам, призванный жить в Царстве).
Даже если гипотеза, что Господь сотворил бесконечный во времени и пространстве мир не только ради нашей крошечной и утлой матушки- Земли, является ересью с ортодоксально-церковной точки зрения, я готова держать за неё перед Богом ответ. Потому что никакие ваши Юстинианы не заставят меня согласиться с табличкой «Мышь», если в клетке сидит слон. А лгать Богу и самой себе, что веришь табличке, – ещё больший грех.
Игорь Полов:
- Если кто говорит или держится мнения, что Господь Христос будет распят в будущем веке за демонов, как за людей, – анафема.
Ю.И.: - Лично я по поводу демонов ничего такого не утверждала. Вот точная цитата из статьи: «Если исходить из предположения, что в Истории бесконечное количество форм жизни и миров, в том числе и неорганизованных, падших, лежащих во зле, то для преображения тамошних хаоса и тьмы снова потребуются не только верные «воины Света», но и альтернатива им, без которой немыслима Свобода. То есть и князь тьмы со своим воинством (для искушений испытаний),
Я высказала мысль, что князь тьмы со своим воинством будут «востребованы для искушений», без которых невозможно развитие, восхождение, творчество. Вот и всё.
Теперь о грешниках, «не оправдавших доверия», то есть «нечестивцах»:
«Если кто говорит или держится мнения, что наказание демонов и нечестивцев – временное (апокатастасис) – анафема».
Речь, повторяю, не о демонах, свободно и осознанно избравших противостояние Творцу и его мироустройству по закону Любви. Сея ненависть и разрушение, они по-своему наслаждаются творимым злом, и им эта кромешная «свобода от Бога» дороже спасения. Вот как я это описала в «Дремучих дверях»:
«У нас разные хозяйства, и каждый должен собрать господину своему наибольшую жатву. Ангел-Хранитель и Ангел-Губитель. Исторический процесс – отделение света от тьмы, ибо «ничто нечистое не войдёт в Царство». Что такое тьма? Пустое место, чёрная дыра, которая отключилась от Бога. Здесь царит вечная смерть – нет, не отсутствие сознания, а отсутствие света и жизни…Лишь тьма, куда ты впечатан, как в вечную мерзлоту.
- Но может, у них есть надежда? – спросила Иоанна, - Господь милостив…
- Не в милости дело, - вмешался АГ, - Да, мы сотворены Им свободными. И мы возненавидели Свет. Мы знаем, что нас ждёт, но наша ненависть к Свету сильнее страха. А вы, сыны человеческие, разве не похожи на нас? Но у вас хоть есть надежда на прощение на Суде, вы искуплены Его Кровью, и за это мы ещё сильнее вас ненавидим. Мы - садисты всех времён и народов, бесконечное зло. Мы, заставляя вас грешить на земле, упиваемся потом зрелищем ваших мучений от последствий греха. Вот у вас на земле какой-нибудь Чикатилло – разве он не знал, что его ждёт? И всё же наслаждение от страданий другого было сильнее. А бес, им владеющий, хоть и страшился Божьей кары, - обладание душой человеческой, которую он заставлял проделывать все эти мерзости чёрной своей волей, также удерживало его в сетях своей злой свободы. Я, мол, бог! Один Бог создал, а другой взял да разрушил, и никто мне не указ. Мы, бесы – антитворцы. Бог строит – мы разрушаем. Господь творит гармонию, мы – сеем хаос. Господь соединяет, мы – расчленяем.
Тогда, после конца времён, когда лишь наше бессмертное сознание, отлучённое от Бога, останется в вечной тьме, неизъяснимым утешением будет мысль, что сотни, тысячи, миллионы загубленных нами богооставленных человеков также мучаются богооставленностью…Даже хуже, ибо у них был шанс! Ибо «вы куплены дорогой ценой»…
«Сынам тьмы», наслаждающимся своей свободой всё разрушать и сеять зло, не нужен шанс спасения. Зло – их суть, исторический выбор. И даже их муки не являются со стороны Творца актом жестокости, потому что, исходя из вышесказанного, компенсируются наслаждением от отрицательной, но не менее важной в истории роли. «Не было бы Иуды, не было бы и спасения.»
Но в Иуду, как известно, «вошёл сатана», то есть зло и предательство не было его сутью, а лишь падением, обольщением, от которых он впоследствии мучился и даже лишил себя жизни, а не потратил с пользой тридцать серебренников.
Так вот, полагаю, что в якобы вечных муках «нечестивцев», включая самого Иуду, не имеющих более никаких исторических шансов на исправление, нет высшего смысла – только сатанинский садизм. И верить, что такова «установка Божия», не хочется, ибо это противоречит моей совести - вписанному в сердце ведению о Боге Любви. То есть я опять не верю табличке на клетке со слоном и честно в этом признаюсь. Мне могут возразить, что вечное наказание «нечестивцев» дано в назидание потомкам, чтоб убоялись грешить. Но я опять же не верю, что Господу в Царстве нужны воины из страха или корысти, о чём уже написала в статье. «Раб не пребывает в доме вечно; сын пребывает вечно.» Для меня «рождение свыше» – это когда Его дело (Творца) становится твоим делом жизни. Бесконечный многотрудный творческий акт преобразования хаоса в спаянный любовью мир - на фоне вечно искушающего зла. «Дай Мне, сыне, сердце твоё.» Не казаться, а быть.
Ну а на месте господина Юстиниана я бы, во-первых, поостереглась бросаться «анафемами» – вдруг сам попадёшь в «нечестивцы», а, как известно, «какой мерой мерите…». Во-вторых, всякого рода «анафемы» часто являлись просто страшилками в руках политиков от церкви. Разве не ужасно, что в царской России от чиновников требовали справку о причастии? А в анафематизме номер одиннадцать провозглашалась «анафема всем дерзнувшим на бунт и измену против государя». Но кто-нибудь пытался защитить измученный «тиранами мира» народ? Да что там «дела давно минувших дней» – вспомните обещание анафемы в октябре 93-го «тому, кто прольёт кровь». Посреди Москвы, на глазах всего мира одна ветвь власти расстреляла другую, погибли сотни людей, у миллионов отравили души, - ну и что?
Воистину, «молчанием предаётся Бог». И как хорошо, что ответ нам держать перед Истиной, а не перед юстинианами!
А вам нимб на голову
Игорь Полов: (по поводу «анафемы») «Юстиниан 1 Великий (527-565) в письме патриарху Мину, вошедшему в акты 5 Вселенского собора, так говорил о доктринальной вине Оригена…»
Tess: - Мало ли что кто-то когда-то полторы тыщи лет назад говорил!
Игорь Полов – Ю.И.: «Ваша статья об аде попадает под это обвинение»
Tess: - Ща, все испугались сразу.
ВСТРЕЧА С ПРЕТЕНДЕНТОМ
(2000 год)
И тут - очередное чудо. Неисповедимые повороты и закоулки ЦДЛ выводят меня к большой полуоткрытой двери, за которой вижу у длинного стола явно элитную тусовку во главе с нынешним вождём оппозиции и, судя по рейтингам, - без пяти минут президентом. С самим Геннадием Андреевичем Зюгановым.
«Вот ему и вручу, - мелькает безумная мысль, - В собственные руки. Сейчас или никогда».
Останавливаюсь у входа, жду. Какие-то у них там неотложные дела, прерываемые похохатыванием, стрекотом видеокамер, щёлканьем фотоаппаратуры и даже, вроде бы, звоном бокалов. Проходит минута, другая… Больше всего хочется пробкой выскочить на свежий воздух, если можно так назвать атмосферу на углу Садового и Большой Никитской с вечными автомобильными заторами. Но нельзя – само Проведение привело меня к этой судьбоносной двери. Только бы не хлопнуться в обморок. Надо ещё глотнуть валокординчику.
За моими безуспешными попытками нашарить пузырёк в раздутом чреве сумки, - всё равно что во чреве кита, проглотившего Иону, с интересом следит охранник – молодой симпатичный качок с необъятной грудью. То ли «макарова» под курткой прячет, то ли мышцы и впрямь такие…
- Скажите, это надолго? – опережаю я вопрос.
- А вам, собственно, что надо?
- С Геннадием Андреевичем переговорить.
- А здесь у вас что? – тянется он к сумке.
- Бомба! – огрызаюсь я, выдирая из неё фолианты. Что-то падает, катится по полу. Так и есть, валокордин. Шарю по полу и, наконец, нащупываю злополучный пузырёк. Охранник принюхивается. Моё поведение ему явно не нравится.
- Книжку свою хочу подарить Геннадию Андреевичу, - улыбаюсь я, жадно слизывая с пробки валокординовые капли и вручая ему том. Качок открывает и не отходя от кассы начинает читать. Предисловие, затем первую страницу. Очень внимательно. Затем начинает выборочно листать. Неожиданная цензура. В коридоре темно – что он там различает? Однако, содержимое ему, видимо, нравится. Возвращает он мне первый том уже совсем по-дружески, берёт второй.
- Да, интересно… Он там сейчас с …(фамилию я не разобрала) занят. Как подам знак – сразу входите.
Жду ещё несколько минут. Наконец, охранник проталкивает меня в дверь. Неужели свершилось? Впервые говорю с человеком такого ранга и полёта. Будто не я, а какая-то другая полоумная тётка в фиолетовом платье-свитере, чёрных армейских ботинках, с кондукторской сумкой через плечо прорвалась к будущему президенту и докладывает: - Вот, мол, издала двухтомник, считаю свой скромный труд в текущий момент идеологически необходимым для оппозиции и хочу вручить его лидеру на предмет этого самого «Что делать?»…
Солидные мои кирпичи в солидной синей обложке с золотыми буквами приводят потенциального главу государства в неподдельный, а может, и «на публику» восторг. Он обнимает меня за плечи и говорит, что это потрясающе и замечательно. Щёлкают фотоаппараты, жужжат камеры.
- Она нам уже послала в Думу экземпляр, - сообщает Поздняков, - Мы не успели вам передать.
- Нет-нет, пусть лично надпишет, сейчас же, - лучезарно улыбается Геннадий Андреевич и велит подарить мне свою фирменную авторучку – тоже синюю, с золотыми искорками и факсимильной росписью. В ответ ставлю свою опять же «фирменную» дарственную: «Их тьма, но нас – свет» - слова Павки Кольчугина из романа. Вождь улыбается, благодарит, и все вокруг улыбаются. Спрашивают, нет ли ещё экземплярчика, или где можно купить, а потом процессия торжественно отбывает на сцену. Слышу из зала гром аплодисментов, но сил ни на что больше нет – поскорей бы добраться до электрички. Неужто свершилось – может, хоть пролистает… Ну не лично сам - кому-то из шестёрок даст ознакомиться. Всё же новая положительная программа, о которой все талдычат, - на дороге не валяется…Конкретные шаги перед выборами, легко и быстро осуществимые… При каждой первичке оперативно организовать пункты Изании – конкретной взаимопомощи. Мобилизовать резервы, силы, таланты…Расшевелить безмолвствующий спивающийся «электорат», заставить его вновь поверить в себя и лидеров, остановив социальную и духовную катастрофу. Которая к «свободе» имеет такое же отношение, как «свободное падение»… Ох уж эта моя песня про белого бычка!
Дома, едва успев отпереть дверь, отправляюсь выгуливать Джина, который целый день просидел взаперти. Затем наливаю ему похлёбки, себе щей и включаю ящик. В новостях как раз передают репортаж о встрече в ЦДЛ оппозиционного вождя с избирателями. Во втором отделении – концерт. Жанна читает монолог Катерины из «Грозы»: «Почему люди не летают так, как птицы?». Корреспондент комментирует, что когда-то этот монолог читала юная героиня Болотовой в фильме «Дом, в котором я живу». Вот, мол, уже немолодая актриса спустя сорок лет снова о том же безответно вопрошает.
А, в самом деле, почему они не летают? Чому я не сокил?
Ну ладно, прежние идеологи не ладили с небом. Но вот, принесли этим, вроде бы «продвинутым», проект «с крылышками»…А они, «упёртые атеисты», (именно «упёртые», а не «убеждённые» - по принципу «не знаю и знать не хочу») – отмахиваются и снова вопрошают, заламывая руки: «Почему не летают?»
Да летают они, дорогие товарищи! И при комиссарах летали, «преодолевали пространство и простор» и «сказку делали былью», сами о том не ведая, чистым жертвенным полётом души, ведущим в бессмертие. И не о социальных правах да моральных кодексах надо с народом толковать перед выборами, а об этих самых таинственно-глубинных «крыльях», возносящих «мыслящий тростник» к великим свершениям и высотам.
Но… У попа была собака.
БЫЛ МЕСЯЦ ОКТЯБРЬ
B БЕСЕДКЕ С: Вячеславом Степановичем, Композитором,
Игорем Жуковым, Максом, С Аскольдовым,
Юстасом, Евой Меркачёвой, учёными Игорем
Яницким и Виктором Комаровым, академиками
Н.Заличевым и В.Струминским
Женщина да молчит в церкви
Вячеслав Степанович, православный христианин: - Сказано в Писании: «женщина да молчит в церкви». А церковь не только каменный дом, а большей частью всякое собрание верующих, куда, вне всякого сомнения, можно включить и православный форум. Правда, у дьякона Кураева многое позволяется.
2003-10-01
Анафемы Оригену не было
Композитор: - Приведённый текст послания императора не был включён в материалы Собора, а прибавлен к ним позднее противниками идей Оригена. Читайте об этом в книге А.В. Карташева «Вселенские соборы».
Так что, Юлия Львовна, пока Вы без анафемы. Не беспокойтесь. Не надо было на форуме о. Кураева свои статьи размещать. Оттуда ещё и не то получить можно.
2003-10-11
Не путёвка, а повестка
Ю.И. - Игорю Жукову: - «Мне импонирует такая трактовка жизни будущей. Не просто пение ангельское, а созидание музыки сфер, соучастие в управлении мирами.»
- В статье сказано жёстче: «не путёвку в вечный санаторий и даже не в дом творчества получат в награду избранники, а «повестку на новый фронт».
Не « мочить в сортирах, а не подставлять шею»
Макс: - Того, кто понимает только силу, не уничтожишь, спиною к нему повернувшись. Вы предлагаете принцип: «они сами по себе, а мы сами по себе». Против современного чиновника ваша организация – что дети. Вот партизанская война – это дело.
Ю.И.: - То есть взрывать, поджигать, пускать под откос? Ну, во-первых, пострадают и невинные люди, включая детей, а, во-вторых, только дадим этим повод ввести в Вампирии военное положение и задействовать против народа армию.
Макс: - И не сосать кровь нормальному человеку хочется, если прислушаться к себе, как вы пишете, а пускать. Пускать чёрную кровь. Чтобы лафы им такой не было.
Ю.И.: - Не знаю, что лучше. Во всяком случае, почти все пришедшие во власть «левые губернаторы» превращались именно в вампиров – вспомните хотя бы Руцкого. Позволю себе небольшой экскурс в историю – отрывок из книги «На пиру богов», приведённый в «Дремучих дверях». Итак, первые месяцы послереволюционной России:
С.Аскольдов: «Вместо ожидаемого царства справедливости в жизни воцарились обыкновенный «буржуазный» разбой и господство грубой физической силы. Вооружённые люди отымали имущество у невооружённых и слабых, делая это то в одиночку, то толпой. К этому и свелась вся «социальная революция», лишённая какого то бы то ни было идеализма. Грабёж привёл к тем результатам, к которым обыкновенно приводит. В стране, где не обеспечен правопорядок, силе и насилию противопоставляются обман, лицемерие, стремление уйти в свою раковину, скрыть от всех своё состояние.
В своей ненависти к «буржуазному миру», освободив народ от «права», социалисты вернули его только к исходному моменту развития… «буржуазного права». В жизни нашей воцарился «зуб за зуб», стали применяться самые жестокие виды смертной казни и позорящих наказаний, расправ без суда и разбирательства.
«Рабочий контроль» очень скоро обнаружил свою истинную природу…Немедленно уничтожалась всякая дисциплина. Знающие, честные работники изгонялись и даже убивались. Производительность труда понижалась обратно пропорционально повышению зарплаты. Прилив сбережений прекратился не только в банки, но и в сберегательные кассы. Оказалось, что народ меньше всего верит народной власти. Никогда Русь не сквернилась таким количеством злодеяний, лжи, предательства, низости, бездушия, как в год революции.
Социалисты в лице своих наиболее последовательных и деятельных представителей на тяжком для России опыте доказали, что они ничего не понимают в области высших сторон человеческой души, в тех мотивах, которые подвигают людей на забвение своей личности, на принесение её в жертву какому-то высшему целому. На основании своих фантастических объективных законов они поделили человечество на различные группы мелкой, средней и крупной буржуазии, пролетариата и т.д. Они представляли себе, будто на самом деле «буржуи» мыслят по-буржуазному, а пролетариат особо, по-социалистически. Первое же столкновение с действительностью разрушило все эти воздушные замки. Рабочие сплошь оказались такими же «буржуями», как и остальные люди. И социалисты… не замедлили убедиться, что пролетариат глубоко заражён «мелкобуржуазным ядом» и не желает работать за общий со всеми паёк, без индивидуальной выгоды
Вся экономическая политика русских социалистов сводилась к тому, что всё новые и новые более широкие круги народа объявлялись буржуазными, мелкобуржуазными и контрреволюционными. Всё население России, кроме кучки красноармейцев и большевистских властей оказались «мелкобуржуазными», да и «социалистичность» этих последних подвергалась большому сомнению.» 1918 г.
Ю.И.: - Справедливости ради надо сказать, что «отцу народов» с невероятными муками всё же удалось создать «хомо советикус» – в это понятие я ничего плохого не вкладываю. Но затем появились всевозможные «кукурузники», и бедные «совки» недоумевали, зачем нам нужно догонять, и, тем более, перегонять Америку, которая «стоит на краю пропасти».
Вот и приехали. Перегнали.
Изания – это социализм не с человеческим (падшим), а с
Сколько втекает и сколько вытекает
Юстас: («Двойная запись») - С моей точки зрения, проставлять нужно в обеих карточках. Проставлять и заверять подписью противоположной стороны – с какой книжки сколько единиц ушло и на какую сколько единиц пришло.
Ю.И.: - Разумеется, в обеих, вы правы. В предыдущих обсуждениях это неоднократно подчёркивалось, а здесь я просто забыла повторить. И не только подписью, но члены Изании должны будут иметь личную печатку и заверять ею свои автографы при оформлении всей документации на индивидуальных временных карточках. Допустим, раз в месяц или по мере заполнения, использованные карточки сдаются в центральную диспетчерскую и «дебет-кредит» переносится на новую карточку или оседает на личном счету в Изан-банке. Таким образом, все взаиморасчёты
Можно обойтись и без компьютера - просто единой контрольной картотекой. Для подстраховки и во избежание подделок.
Скинуться на шалаш с телефоном и дежурить по очереди
Юстас: - Обмену долларов на изанские деньги – да. Купили первые участники себе немножко изанских уе и айда ими друг другу платить за всякие не интимные услуги.
Ю.И.: - Всё проще, нужно только собрать базу данных об услугах. И напечатать долговые целевые карточки. Допустим, к нам хочет устроиться на работу шофёр со своей машиной (развозить по домам и столам заказов продукты от наших производителей, готовые обеды и т.д.) А ему нужен мануальный терапевт, или комната в аренду для сына-студента, или изанский детсадик для ребёнка. В этом случае шофёру выдают детскую, медицинскую или жилищную карту и, как только он приступает к работе, сын его может переселяться в комнату, ребёнок – ходить в детсад или массажист драить спину. В конце месяца подводится итоговый баланс, вот и всё. А скинуться придётся только на оплату помещения и другие стартовые расходы, где требуется нал. Дежурить на телефоне или компьютере можно для начала по очереди. Иуе вовсе не обязательно «покупать» – они внутри Изании существуют только для взаиморасчётов. Просто представьте Изанию на необитаемом острове, и всё станет ясно.
Изанские робинзоны. Повторение пройденного
Юстас: - Обмену изанских денег на доллары – нет. Обратный процесс превращения единиц Изании в наличность – штука крайне опасная.
Ю.И.: - Само собой. И недопустимая. Ведь денежный эквивалент стал необходим для обмена результатами труда в масштабах развивающегося общества. Отсюда необходимость их
В Изании эта оборотная сторона медали (обезличенность) должна быть преодолена закрытостью системы (иуе действительны только внутри Изании и вообще не имеют материального обличья – лишь перемещаемые с места на место цифры, превращающиеся по мере надобности в продукты, жильё, товары и услуги). Для общения с внешним миром необходим трансформатор (принцип теремка). Весь поступающий в Изанию нал никому в руки не попадает, а сразу же идёт на удовлетворение текущих заявок на нал, т.е. на оплату соответствующих счетов из внешнего мира. Таким образом, нал как бы обеспечивается материальными и прочими ценностями, и лишь
Такую систему в Интернете можно создать через свой закрытый Изан-нет с современными средствами защиты, где все операции с личными счетами и движение средств практически прозрачны, т.е. открыты лишь для внутреннего контроля.
Общее правило: весь поступающий в Изанию нал работает, а на счетах лежат виртуальные иуе, к которым невозможно присосаться, невозможно их обесценить или похитить.
Изания – альтернатива Апокалипсису?
Ева Меркачёва (МК): «Если бы москвичи или гости столицы знали, что происходит у них под ногами, то, возможно, сей же час бежали бы отсюда на край земли. Москву может ждать участь библейских городов Содома и Гоморры. С другой стороны, не исключён абсолютно противоположный вариант; в то время, как вся планета будет охвачена огнём или погребена под толщами воды, Первопрестольная станет своего рода Ноевым ковчегом.
Город стоит на решете, которое образовали русла древних рек. Под Москвой, по сути, живого места не осталось. То тут, то там, трескаются и даже обрушиваются здания. Но всё это, по большому счёту, цветочки. Вся Москва в одночасье может полететь в тартарары.
Все крупные аварии и катастрофы, включая разрывы трубопроводов, обрушение зданий, провалы, на поверку оказывались связанными с движениями разломов. Некоторые учёные даже предлагали перенести столицу подальше от греха в другое место. Но вдруг после 30 октября 1988 года приборы стали писать другие, почти что прямые линии. В радиусе 200-300 км. неустойчивый мегаполис оказался за стеной мощной геофизической защиты. Её природу объяснить современная наука не может. Группа французских астрофизиков доказала, что из креста, который образуют два главных разлома, кверху идёт энергоинформационная ось. Через неё Земля как бы общается с космосом, обменивается энергиями. И именно благодаря этому при современном катаклизме столица России остаётся «на плаву».
Но почему в 1988 году защитный «колпак» стал более непроницаемым, стена прочнее, чем когда бы то ни было? Версий много, но вот одна, самая интригующая из них: цивилизация достигла критической точки своего развития, и ей просто необходима была дополнительная защита, чтобы избежать Апокалипсиса.
- С одной стороны штиль – это, конечно, хорошо, - говорит Игорь Яницкий, руководитель центра инструментальных наблюдений за окружающей средой и геофизических прогнозов, - Но с другой… В геофизике известно правило накопления глубинной энергии во времени. К тому же без периодической встряски все конструкции как бы ржавеют, а стимула для их упрочения в условиях штиля нет.
И вот грянуло: приблизительно год-два назад разломы начали просыпаться, количество различных аварий резко возросло, снова стали рушиться здания. Теракты, взрывы и катастрофы. Маньяки, убийцы, душевнобольные (люди, которые особенно чувствительны к любым патологическим природным процессам) активизировались и полезли со всех сторон. А разломы раскачиваются всё сильнее, техногенных катастроф становится всё больше. Одна из последних аварий 9 июня в метро. Что интересно, за 12 часов до происшествия сейсмостанция РАН «Москва» зарегистрировала землетрясение в 6 баллов, причём ударная волна возникла из недр подземного строящегося торгового центра.
Москву спасут десять заповедей
И тут начинается самое невероятное. На основе экспериментальной физики ряд учёных пытается доказать, что земля воспротивилась деяниям современного человечества и его безумное потребительство вызывает у неё ответную реакцию. А если принять теорию о том, что Москва является центром планеты, то конец света может начаться именно с неё. А чтобы избежать этого, нужно всего лишь начать…соблюдать моральные законы, например, те же заповеди. Которые де и являются своеобразным кодом космического мироздания. Всё это кажется каким-то бредом, но не спешите с выводами.
- Что такое добро и зло с точки зрения науки? – объясняет Игорь Яницкий, - Две фазы синусоиды, являющейся не чем иным, как колебательным процессом. Его разделение на положительный (над уровнем нуля) и отрицательный (ниже нулевой линии) абсолютно невозможно – это означало бы остановку движения, прекращения развития вообще. (Адресую это утверждение оппонентам моих статей о рае, аде и необходимости наличия сил зла и тьмы в истории – Ю.И.). Бытие – это как бы «качели» с обязательными входящей и нисходящей фазами, образующими любой цикл. Напрашивается неизбежное следствие: реально существует возможность некоторой нормализации бытия, где путём собственных усилий каждый может уменьшить последствия прохождения отрицательной фазы, ослабить её пагубную роль. Способы такого управления были в деталях разработаны нашими предками. В их основе – нравственные законы.
Действительный член РАКЦ Виктор Комаров пришёл к выводу, что нравственность является антиподом энтропии, согласно второму закону термодинамики означающей хаос и смерть. Получается, что нравственность определяет порядок и жизнь. Самое интересное, что Комаров в своих выводах не одинок. Ему вторят действительный член Международной академии информатизации Н.Заличев и академик РАН В.Струминский. Правда, после выступлений последнего на него набросились коллеги: Дескать, что же вы, академик РАН(!), под видом науки подсовываете нам боженьку?
Как бы там ни было, сегодня мало кто из учёных сомневается в том, что Земля является предельно энергонасыщенной и высокоорганизованной системой, обладающей неограниченным объёмом памяти. Так почему бы нам не начать налаживать рабочий контакт с «суперкомпьютером земля»? Тем паче что Москва является своего рода полигоном, где природа пытается продемонстрировать свои неограниченные возможности. А иначе… Всё тот же профессор Комаров рассчитал, что только триллионной части имеющейся в недрах Земли энергии достаточно для того, чтобы в течение библейских «сорока дней и ночей» поднять уровень океана на три, а то и пять километров. То есть вызвать Всемирный потоп и избавиться от неразумной цивилизации, предварительно сняв с её центра – Москвы – защитный колпак.»
Ю.И.: - Для справки:
2003-10-08
ПРИШЛА К СВОИМ, А СВОИ НЕ ПРИНЯЛИ…
(2000 год)
Ещё долго буду я пребывать в упованиях и иллюзиях, хаживать и названивать в Думу – поначалу в поисках возможности личной беседы с Геннадием Андреевичем по поводу, выражаясь высоким штилем, «новых теоретических и практических путей выхода оппозиции из нынешнего дремучего сна». Заседания фракции, совещания, поездки – всё понятно, избирательная компания. Но мне ведь нужно было только полчаса, я ж по делу… Написала краткое изложение проекта, которое стало ходить по инстанциям – Поздняков, ныне опальный Куваев, Иван Мельников, который вдруг позвонил к нам на дачу и, выслушав по телефону мой сбивчивый рассказ об Изании, обещал посодействовать и через несколько дней вернуться к разговору. Спустя несколько дней он никак не мог вспомнить, кто я, и что, собственно, от него хочу, послал ещё к кому-то или куда-то…
Короче, повторялся тот кошмар тридцатилетней давности «бодания тёлки с дубом», от которого я тогда сбежала в свою «неясную поляну». Я извела на «межгород» кучу денег, десятки минут и миллионы нервных клеток. Потом одна сердобольная аппаратная дама доверительно шепнула мне, что всё это «дохлый номер», что никому здесь ничего такого не надо, никаких перемен, тем паче глобальных.
И тут поверила не сразу. Уже были проиграны выборы, а я всё пыталась пробить лбом этот засыхающий дуб. Передала пару экземпляров «Дверей» в «Совраску», в том числе лично Чикину. Звонила, отправляла туда время от времени ещё какие-то материалы – всё проваливалось и гибло, будто в чёрной дыре. А ведь я не была для них «человеком с улицы», безвозмездно отдала газете все причитающиеся мне экземпляры нескольких тиражей книг Алексея Рыбина. Некоторые даже с его автографами, которые попросила автора сделать «для лучшей коммерции» – газета регулярно взывала к читателям о материальной помощи. Потом видела эти книжки в продаже в киосках оппозиции, но на судьбу моих отношений с «Совраской» это никак не повлияло – мол, ходят тут всякие и мешают по горло занятым людям… Прочла как-то в «Совраске» беседу Виктора Кожемяко с Михаилом Антоновым на тему «Коммунизм и христианство», дозвонилась Кожемяко и сказала, что хочу написать отклик. Получила «добро» страниц на семь.
B БЕСЕДКЕ С: Андреем и Юстасом
По поводу обмена иуе на доллары
Андрей - Юстасу: - А их обменивать никто и не собирался. Изначально так и задумывалось, что в наличные изанские деньги изанские условные единицы не превращаются. Полученная наличность в Изании превращается в продукцию, которой обеспечиваются очередные заявки.
То есть нет долларов как таковых, есть, например, доски, кирпичи или какие-нибудь другие товары, которые трудно получить в обмен на что-то иное, кроме денег.
Индикатор качества услуг изанина
Андрей - Юстасу: Можно сделать резюме по личной статистической информации в виде какого-то индекса, располагаемого рядом с ценой на услуги. Чтобы не лазить каждый раз по личным делам, а видеть суть непосредственно при подборе исполнителя. Что-то вроде такого индекса: первая цифра – количество жалоб, вторая – количество оказанных услуг. Несложно сделать, чтобы эти данные проставлялись автоматически.
Кроме цены за услугу, отсюда мы по индексу легко оценим мастера. Пример.
Иванов – денег не дерёт, работает без жалоб, и уже 253 раза успел оказать услуги за время сотрудничества в Изании, т.е. индекс 0-253 (0 жалоб – 253 оказанных услуги).
Петров – середнячок, цены у него средние, пара жалоб была, всего оказал 100 услуг, т.е. 2-100 (2 жалобы - 100 оказанных услуг).
А Сидоров – явный халтурщик – цены взвинтил, всего-то 10 раз сработал, а схлопотал за это уже пять жалоб. Его индекс 5-10.
Данные в базах легко сортируются и общепринято выстраивать список товаров (в данном случае услуг) по возрастанию цены: вверху списка – самые низкие цены, внизу – самые высокие. Так что уровень цен будет виден сразу. Вот так будет выглядеть запись для нашего примера:
Иванов 500 руб. 0-253
Петров 700 руб. 2-100
Сидоров 900 руб. 5-10
Одного взгляда достаточно, чтобы понять, с кем лучше иметь дело:
- На Иванова будет явный спрос.
- Петров должен будет повышать качество своей работы и понижать цену, чтоб получить работу.
- Услуги “рвача и бракодела” Сидорова никому не будут нужны, и он сам уйдет из Изании.
Юстас как зеркало «изанской революции»…
Юстас - Ю.И.: - Да-с, матушка, уж не взыщите, я вам по-честному…
Ю.И.: - А не пора ли вам подключиться к делу?
Юстас: - Сама формулировка вашей просьбы мне не понравилась. Если вы считаете, что я до этого не делом занимался, обсуждая Вашу идею, то оцените по этой шкале собственный труд. Я на добровольных началах стараюсь сформулировать ваши мысли, в то время как вы, автор идеи, сами этим не озабочены и переливаете из пустого в порожнее приятные для себя слова.
Да и редактировать «Изания –выход» нечего. Выньте из него всё, что не касается конкретного дела, а всё остальное отбросьте.
Я остаюсь на форуме только из уважения к самой идее (
Потрудитесь, наконец, сами. А вот это «напишите за меня!» бросьте. Умеете, но не хотите. То ли от презрения к читателю, то ли от любви к себе.
2003-10-10
Такая вот Изания…
Андрей – Юстасу: - Вообще, в данном случае, речь идёт не о художественной прозе, а о формулировке проекта, в котором и вы заинтересованы.
Если авторскую точку зрения на это вы видите неверной, ничего нет худого в том, чтобы вы приняли посильное участие в отборе того, что тут главное, а что второстепенное.
Дело-то общее. И гонораров за него Ю.И. не получает.
Как читатель со стороны, покажите поконкретнее, что нужно изменить.
Например, входящие в текст статьи, которые вам, очевидно, не нравятся – это то, чем Ю.И. старается убедить определённую категорию людей в нужности Изании.
2003-10-13
Понеси меня, я не люблю ходить в горку
Юстас: - Про «поконкретнее» Как читатель со стороны я высказался достаточно
Юстас: - Что касается входящих в текст статей, то кому может быть не понятно, что у любого публичного текста существует чёткий адресат? Пишешь для неимущих - это одно, пишешь для олигархов, это другое, пишешь для верующих, это третье.
А угодить и первым, и вторым, и третьим в одном тексте, всё равно, что пытаться одной предвыборной речью понравиться и коммунистам, и демократам, и фашистам с исламскими фундаменталистами.
Нищий не будет читать то, что адресовано лоснящемуся олигарху. Плевать ему на олигарховы интересы (Но у меня-то в статье «Как спастись олигарху» говорится как раз об интересах «нищих» – Ю.И.) и на то, спасётся он или нет. Олигарху, в свою очередь, по должности положено плевать на всех остальных и неинтересны ему все эти спасения-неспасения. (! – Ю.И.). Сделает он на этом бабки или имидж – всё, что ему нужно знать. Желательно на одной странице текста, чтобы его референт смог прочитать, а не сунул сразу в ведро для бумаг.
Ни первые, ни вторые, терпеть не могут всей этой церковной письменности, однозначно трактуя текст как религиозную агитушку или сектантство, и дальше первых таких слов читать не будут.
Верующие, как показывает форум, такого глумления над верой как нетрадиционная трактовка этой самой веры, данная Ю.И., тоже не выносят.
Вы мне говорите, что эти статьи нужны для того, чтобы убедить людей в нужности Изании. Убеждать нужно. А как же. Но каждого по-своему. Обычному человеку – один текст, на его языке с общечеловеческими ценностями. Верующему – другой текст, на его языке. Олигарху – и даже не ему, а его специалистам по PR – третий текст, чтобы они свою выгоду почувствовали, какие политико-экономические прибыли данный олигарх с Изании поимеет (
Вот такие три текста и надо компилировать. И поместить религиозный – на религиозном форуме, олигарший – олигарху наемэйлить с пометкой, что это полезный ход для его имиджа, а выжимку из обывательского текста можно заливать подряд во все форумы – может, кто заинтересуется и зайдёт почитать поподробнее.
Чем про апокалипсисы судачить, лучше бы сочинили несколько коротких внятных текстов по Изании, чтоб в метро можно было клеить. И народ ходил бы на форум и дело, глядишь, сдвинулось.
А упомянутая «художественность прозы» здесь не при чём. Писать Ю.И. умеет. Неохота возиться, так и скажите.
2003-10-20
Объединяющий текст
Андрей - Юстасу: - По идее, Ю.И. как раз хотелось бы сделать текст, который объединял разные категории людей, наводил бы мосты. Поэтому три разных текста – не совсем верно. И это подтверждается практически.
Например, Язов - совсем нерелигиозный и даже воинствующий атеист, после прочтения «Дверей» стал более уважительно относиться к христианской символике.
А ненавидящие Сталина христиане, наоборот, стали писать, что поняли его.
Для Ю.И. было бы ценно, если бы вы со своим свежим взглядом могли бы определить, что в описании Изании интересно для таких, как вы, людей.
2003-10-21
Объединение кошек, собак и голубей
Юстас: - Эти три категории, как известно, терпеть друг друга не могут. Но теоретически можно их воспитать так, что они из одной миски будут есть.
Однако для этого сначала надо как следует потрудиться – вырастить их вместе, и, как минимум, отучить кусаться и бояться. Вы же навалили в одну миску зерна для птицы, кровоточащего мяса для собаки, валерьянки для кошки, и уселись ожидать идиллической картины – как они эту бурду будут жрать.
Долго ждать придётся.
По теории, Изания действительно может объединить разные слои населения в силу второстепенности для неё их мировоззрений (
А сейчас вы всех своими замороченными речами распугаете только.
Что касается того, что в Изании интересно моему классу людей, вы и так знаете. Моему классу интересно всё, что касается дела. О религиозной подоплёке нам вообще знать не надо, для нас это признак неадекватности. В олигархов, которые маются совестью, мы, естественно, верить не собираемся.
Из нравственного нас вообще интересует только одно – чтоб люди в компании были хорошие
А вот если нам более этого параметра будут нравственную лапшу на уши вешать про моральные законы и высший смысл, нас тут же аллергически стошнит, и мы с такими не пойдём. Про высший смысл мы сами для себя определяем и никто больше нам это определить не может. Точно так же и про творчество.
Поэтому для моего класса главное, чтобы дело было тщательно и наглядно описано, а его идейная сторона должна упоминаться один раз и очень кратко. Мы уловим. Зачем нам чужие идеи. Мы свои генерим сколько хочешь и по своим живём. (
Вот почему практически все словеса, кроме как по делу, надо выкинуть. Написать только, безо всяких вампиров, что Изания создаётся для того, чтоб человек нашёл средства и реализовал свою жизнь в том достойном виде, в котором он сам захочет (
2003-10-20
СПАСИБО «СОВЕТСКОЙ РОССИИ»
(2000 год)
Прочла как-то в «Совраске» беседу Виктора Кожемяко с Михаилом Антоновым на тему «Коммунизм и христианство», дозвонилась до Кожемяко и сказала, что хочу написать отклик. Получила «добро» страниц на семь. Вот отрывки из этого отклика:
«Спасибо за «Православную страницу», где мы, «советские православные люди», можем, наконец-то, обсудить самую сейчас актуальную для тысяч людей тему – коммунизм и Небо. Не космическое, а которое «не от мира сего», обещающее человеку выход в подлинное бессмертие. Думается, что лишь разобравшись в плюсах и минусах монархического и советского прошлого нашей страны, отделив «пшеницу от плевел», мы сможем вместе построить новую идеологическую крепость – коммунизма с Богочеловеческим лицом. Согласна с участниками беседы – основная причина распространения атеизма в царской России и оскудения веры – церковная проповедь «непротивления злу», искажающая смысл слов Христа, Который учил «не противиться «злому», а не «злу». Совесть обличала - официальная церковь предпочитала закрывать глаза. В результате – массовый поиск истины вне храма.
Трудно согласиться с М.Антоновым, что «Христос не оставил нам норм идеального устройства общества и государства». Оставил! Для внимательного ока инструкции разбросаны повсюду: всякое растение, птица, наше тело, любой живой организм свидетельствует о Замысле... Вот корень, ствол, ветви, каждый лист - всё взаимосвязано, поддерживает и питает друг друга, всё на своём месте, самоотверженно работает на Целое, а Целое – на каждого. Здесь даже самые первые листья , которые когда-то осенью давным–давно отпали, продолжают жить в дереве – в его настоящем и будущем».
Далее я поведала про Изанию - что она «могла бы стать прообразом нового обновлённого Союза, о котором многие из нас мечтают. В его основу легла бы не столько социальная, сколько духовная революция. Объединение в противостоянии Новому мировому порядку, царству Зверя. Ведь Творец завещал нам «выйти из Вавилона» дурных страстей и материальных «тленностей», построив новое здание на камне «во главе угла», который в своё время так опрометчиво отвергли строители. В результате чего всё и рухнуло».
B БЕСЕДКЕ С:
Юстасом, почтой и свежей прессой
Галатея из ОСВОДа
Юстас: «Умеете, но не хотите. То ли от презрения к читателю, то ли от любви к себе.»
Ю.И.: - Себя я не люблю. Люблю, выражаясь высоким штилем, сильных духом и телом фанатичных искателей Истины (не путать с земной «правдой»), для которых нет ничего невозможного – есть лишь слово «надо». Которые всё умеют, никого и ничего не боятся, но при том не лезут на рожон, просчитывая каждый ход, как шахматную партию. Которые хитры, мудры, однако при необходимости проламывают стену.
Как вы уже, наверное, догадались, люблю столь ненавистных вам «златовых». Они практически вывелись, но без этой редкой породы ни одна положительная революция (а Изания по замыслу – революция, хоть и мирная) – невозможна. И мне остаётся только их сочинять в романах.
Читателей своих я жалею (синоним слова «любовь» в русском языке) и от души хочу спасти. Иначе к чему мне морока с изанским ковчегом для ворчливых инертных пассажиров? Сама себе я уже давно «Изания». Совершенствовала бы алмазную прозу типа «прекрасная незнакомка в Булонском лесу» или штамповала захватывающие сериалы про олигархов-вампиров. И совесть чиста, и в кармане не пусто. Однако дело в том, что проекту (который, как я считаю, вполне готов к запуску) нужны не только пассажиры, а прежде всего команда
И ещё вспомнился «Колокол» из «Андрея Рублёва». Мальчишка, которого играл Бурляев. Изании нужен лидер, пусть даже безо всяких там особых качеств и знаний, но с искрой Божьей, от которой сразу «возгорится пламя».
Есть, не помню кем высказанное, определение творческого процесса: берётся каменная глыба и отсекается лишнее. Получается Галатея. Ежели вложить в процесс максимум вдохновения и любви, то камень оживёт. Вроде бы, всё ясно и красиво. Но возникает главный вопрос: кто определит это «лишнее»? Сам автор? Но он необъективен в любви к своему творению. К тому же, в данном случае, его «Галатея» – девушка из ОСВОДА, призванная спасать утопающих. Всех, кто орёт: «Помогите!», невзирая на паспорт и толщину кошелька».
Юстас: «Пишешь для неимущих – это одно, пишешь для олигархов – это другое, пишешь для верующих – это третье. А угодить и первым, и вторым, и третьим в одном тексте – всё равно, что пытаться одной предвыборной речью понравиться и коммунистам, и демократам, и фашистам с исламистскими фундаменталистами.»
Ю.И.: - То есть автор должен изваять одновременно сотню-другую «галатей» - пусть каждая дама спасает свой персональный контингент. А потом, на берегу, один спасённый поведёт её в Лас-Вегас, другой – в коммуналку, третий – захватывать «Норд-Ост», четвёртый – на демонстрацию в защиту абортов. А бедному автору останется только умереть от тоски по своей клонированной, но так и не ожившей мечте.
Это я снова к тому, Юстас, что понятие «ненужного и лишнего» в данном случае
Теперь о моей «лени» в отношении предполагаемых «пассажиров». Могу ли я одна схватить всех пускающих пузыри скопом за волосы и волочь в ковчег? Даже если и решусь, невзирая на пенсионный возраст, - надо, по крайней мере, чтобы разношёрстные «утопающие» хотя бы гребли в одну сторону! Не отпихивали друг друга, не топили (ты, мол, «не наш»). Надо достичь хотя бы элементарного консенсуса. Перебрать десятки возможных вариантов. Вот я и вывалила их на обсуждение – по методу «мозговых атак». Кстати, материал «Как спастись олигарху?» сейчас звучит более чем актуально. Текст я по мере возможности раздаю разным людям – один экземпляр даже попросили разрешения увезти в Штаты.
А своим предложением «подключиться» хотела просто чётко прояснить для себя именно вашу
А ещё обратилась именно к вам, потому что, хоть вы и полагаете, что от начала форума «ничего не изменилось», только лично вами проведённая работа (присланные статьи, предложения и т.д.) – весьма внушительна. Потрудились и другие участники. Пусть пока наша Галатея из ОСВОДА лишь в формулах и чертежах, но разве этого мало? И плевать, что «многие сбежали». Если они внесли хоть какую-то лепту в дело, то можно считать, что «вошли в историю». Потому что всё мало-мальски полезное и интересное, вся летопись нашего форума, Бог даст, зафиксирует моя новая книга (не менее пяти тысяч экземпляров). А рукописи, как известно, «не горят». То есть нетленны, в отличие от участников форума. Шутка.
Ну ладно, пусть лично я эти три года «тюльку гнала» – но и вы добрых сто страниц ценных мыслей и предложений выложили на форум в полемике с автором. А пассажир, то бишь народ, всё равно безмолвствует и похрапывает. Или тоже «тюльку гонит», и не только у нас. Как только предложишь мало-мальски конкретное задание – в кусты. Ждём-с, когда кто-то отольёт нам колокол или нарубит деревьев, как в фильме «Коммунист».
Старая история – жатвы много, а делателей мало. Впереди у Ю.И.«работа адова» по кропотливому поиску этих «делателей» - лишь тогда пробьёт «час Изании». Время работает на нас. Пожелайте автору не только дожить, но и сберечь силы.
С изанским приветом!
2003-10-30
Читательница с e-mail: - Спасибо за интересный материал. От души желаю Вам успехов в достижении цели. По части оценки окружающей обстановки во многом с вами солидарна, но полагаю, что рассчитывать на серьёзные перемены к лучшему, пока существует чиновничество и «ветхое сознание» народа – не приходится.
Ю.И.: - Изания как раз призвана изнутри это сознание постепенно переделать – стимул заинтересованности материальной заменить стимулом духовным (творческое осуществление и самоутверждение всего лучшего, что в тебе заложено). Гнилые кирпичи заменить качественными.
Будем оживлять статуй или как?
Юстас: - Касательно Галатеи вы завернули так, что я не разобрался, что вы хотели сказать. Выбрали бы метафору попроще.
Это ваша главная ошибка. Проще надо с нами. С людями.
Чужие. Из жизни «вампиров»
«Рыночный фундаментализм – это бунт пищеварения, когда обслуживающие общество экономические структуры (прежде всего финансовые) вышли из-под контроля людей и их разума. Общественный желудок начал неудержимо разрастаться и уже бездумно поедает жизненно важные органы – оборону, науку, образование, здравоохранение и, наконец, самое здравый смысл.
Стоит лишний раз решиться на пешую прогулку внутри Садового кольца г. Москвы, как всякий раз охватывает чувство безрадостного изумления. Всюду толкутся среди себе подобных блестящие лимузины стоимостью в свечной заводик каждый (эти предметы будущего металлолома означают реально закрытые и продано-пропитые заводы). Обитатели «заводов» закусывают в заведениях внеобщественного питания. Где стоимость будничного одноразового приёма пищи одним человеком значительно превосходит среднемесячную зарплату «дорогого россиянина». Ну что, что эти люди празднуют? Почему так смело демонстрируют украденное счастье? Откуда эта воровская гордость в глазах?
Что Господь охотнее слушает: крики раздавленной нуждой толпы или радостные песни раскормленной элиты, в массе своей увешанной увесистыми крестами? Однако пока ещё никто публично не отрицает, что христианство лежит в основании западной цивилизации, хотя борьба христианской этики любви с коварно-бездушной и претенциозно-бестолковой казуистикой талмудических установлений, столь характерная для западной цивилизации, теперь пришла и к нам в Россию. Сегодня, спустя две тысячи лет с рождества Христова, с новой силой звучат слова: «забота века сего и обольщение богатства заглушает слово».
Люди наши, уже находясь в желудках улыбчивых капитанов большого бизнеса, восторженно кричат: «Да здравствует рыночная демократия!»
Всё самое гадкое в душе человека спрятано в слове «бизнес». В современном рыночно ориентированном обществе любая деятельность по овладению денежными ресурсами называется словом «бизнес». Нелепая и запредельно бездушная обезличенная власть денег, совершенно противоположная самому русскому духу, надеюсь, никогда окончательно не приживётся у нас, пока мы живы.
Дело в том, что рыночный фундаментализм, основанный на иллюзии всё определяющего денежного расчёта, находится в неразрешимом противоречии с нетехнологизируемостью моральных установлений. Несводимое к рациональным объяснениям фундаментальное очарование отношений любви и дружбы, захватывающий дух золотого века человечества, столь ясно ощущаемый в целом ряде выдающихся произведений искусства, несмотря на свою кажущуюся иллюзорность, удалить из души человека можно только тогда, когда умрёт последнее человеческое существо.
Управление людьми в обществе потребления достигается путём жёсткой привязки сознания человека к бытовым приспособлениям, а также вообще к любым предметам и явлениям, имеющим особый капиталистический знак – денежную метку, а значит, полностью подчинены держателям крупного капитала. Монетаризм тем самым является главным и всё определяющим способом организации современного «демократического» общества. Такой способ общественной жизни, распространяющий рыночный обмен практически на все стороны как политической, так и личной жизни принуждает весь мир обслуживать заблуждения акционеров западной экономики – узкий круг заговорщиков, управляющих денежной системой Америки, Европы, а теперь и России.»
2003-10-30
БЫЛ МЕСЯЦ НОЯБРЬ
B БЕСЕДКЕ С: Юстасом, Иосифом Сталиным и свежей прессой
Везти воз или трахаться на кладбище?
Юстас: «Объединение кошек, собак и голубей.»
«Из нравственного нас вообще заинтересует только одно - чтобы люди в компании были хорошие. А будут они по утрам молиться на восход или по ночам на кладбище трахаться – нам без разницы.»
Ю.И.: - Тогда определите значение слова «хороший». Продолжим смысловой ряд. «Молиться или трахаться по ночам на кладбище – нам без разницы.» Это как, на могилах? Соблазнив в склепе какую-нибудь безутешную «донну Анну?» Или детишек обоих полов развращать по кладбищенским и окрестным кустам, а потом удавку на шейку, чтоб молчали? Где предел «хорошего человека» по Юстасу? Ну ладно, хрен с ним, с кладбищем. Допустим, подвожу я регулярно в сумерки на своей девятке некоего дядечку с чужими детишками на Хованский погост, дядечка честно проставляет в моей карточке: «заказ выполнен». Я пожимаю «хорошему человеку» на прощанье руку, а что дети бесследно исчезают и милиция с ног сбилась – «это наше личное и даже где-то интимное дело, и болтать на эту тему нечего. Тем более нотации читать» Или я не так поняла, или ваше кредо: вытворяй, что хочешь и где хочешь, только будь честным партнёром в общем бизнесе.
Юстас: - А хорошо сказано! И точно, так и есть. Если человек честен в бизнесе, отсюда вытекает, что и вытворять он будет вещи более-менее честные. Т.е., если и будет трахаться на кладбище, то по согласию, а на кладбище потому, что ему там забавнее.
Если он в бизнесе честен, что редкостно, значит, у него есть принципы.
Ю.И.: - Это «принципы» типа – не жульничай в казино, а то морду набьют и больше играть не пустят. В Изании, кстати, на первой ступени это качество и проверяется – жулик или нет. А в дальнейшем, если у человека какие-то иные «закидоны», цель Изании – развить в нём лучшую, светлую сторону, подавив тем самым «звериное», но с условием «грех а карантин!». То есть он должен воспринимать свою «дурь», как болезнь и не заражать ею других. Иначе нечего было вступать в Изанию – вокруг злачных мест полный примус.
Юстас: - Значение слова «хороший» – нормальный, добрый. И что-то мне подсказывает, что при личном знакомстве с Чикатилло, вы и я вряд ли оценили бы его как «хорошего» человека. Человек замкнутый, с закидонами.
Ю.И.: - Следователи, кажется, утверждали обратное. Желаю вам, чтобы при вторичном знакомстве ваше приятное впечатление от такого «хорошего партнёра» не было омрачено целлофановым пакетом на голову.
Юстас: «Зачем нам чужие идеи. Мы своих генерим сколько хочешь и по своим живём.»
Ю.И.: - Это вы про заповеди? Если начисто отвергнуть «родство душ», разные там нравственные принципы и убеждения, останется, как вы предлагаете, лишь «Изания по Юстасу». Но должно же быть у «лебедя, рака и щуки», претендующих на некую взаимопомощь в сдвигании с места воза - хоть что-то общее, объединяющее, а? Какой-то единый пункт назначения – иначе зачем вместе впрягаться?
Юстас: - А никто и не впрягается. Это вы такими категориями всё мыслите, по своим павло-корчагинским привычкам.
Живут, работают со вкусом, на взаимовыгодных условиях хорошие люди. Чего вам ещё надо? (Ну что ему, предложить «Экклезиаст» прочесть? Ведь пару лет назад пел совсем иное…- Ю.И.) Чего вы всё их заорганизовываете, как старший пионервожатый. Ваша задача - сделать удобно. А направление народ выберет сам. Хочешь – картошку расти, хочешь – рубашки шей. Куда «впрягаться»? Вы же сами вопили многократно, что Изания распрягает людей, высвобождает время для жизни и творчества.
Ю.И.: - В творчество и «впрягаться», дорогой Юстас – сюда, кстати, относится и шитьё рубашек, и выращивание картошки, если это – твоё призвание. А не шляться по кладбищам.
Юстас: «Написать только, безо всяких вампиров, что Изания создаётся для того, чтоб человек нашёл средства и реализовал свою жизнь в том достойном деле, в котором он сам захочет, чтоб у него на это время высвободилось, и чтоб сознавал он, что он человек, а не винтик в чужой машине.»
Ю.И.: - Но я вам могу назвать не один десяток величайших злодеев, жуликов и негодяев, убеждённых, что реализовали или реализуют свою жизнь в самом что ни на есть «достойном деле». Однако не дай Бог им в этом помогать.
Да и как обойтись без общего направления? У лебедя «достойное дело» по призванию – «рваться в облака», у рака – «пятиться назад», у щуки – «тянуть в воду». А объединяет этих водоплавающих, дорогой Юстас, пресловутый общий «воз», который они вместе взялись везти, понимая, что в одиночку его не сдвинуть с места. Но, кроме мышечных усилий, для успеха необходима ещё и общность направления, наличие устраивающего все стороны пункта. Соблюдая каждый свой интерес, заключённый в этом «возе», участникам необходимо волей-неволей «стать винтиками в одной машине». В басне эта машина-воз – коллективная собственность героев. Нас же нынче вообще впрягают в воз чужой, и задача Изании, как вы её ни редактируйте, - перезагрузить телегу своей поклажей и помочь друг другу доставить к некой одновременно и собственной, и общей цели. А для этого, хошь не хошь, придётся каждому тянуть в нужную и одну для всех сторону, и с одинаковым рвением, и безо всяких там «кладбищенских оргий».
Воз крыловских кооператоров, не нашедших общего языка в направлении движения, как известно, «и ныне там». Мораль – очень жаль.
То есть, разумеется, «кошка, гуляющая сама по себе» вполне может с обоюдной пользой сотрудничать с Изанией – например, приобретать у неё на общих основаниях одноразовые продуктовые, медицинские карты или пользоваться ремонтными мастерскими. Но в мире очень мало учреждений, безразличных к нравственности сотрудников. Разве что стрипбары. Даже в обычных объявлениях о найме жилья указывается: «сдам тихим, порядочным, без вредных привычек». А то и требуют свидетельство о браке.
К тому же, в Изании подразумевается некая «круговая порука» – например, покупать продукты, лечиться, проживать, снимать дачи только у «своих», отсекая таким образом «вампиров», о которых вы даже упоминать запрещаете. А ежели кто-то надумает самоутвердиться, построив казино, бордель или наркопритон, пусть втридорога заплатив за это изанским строителям? Неужели соблазнимся, оставим «своих» без крыши над головой? А другой попросит кредит в Изан-банке на издание какой-нибудь «Лолиты»? Лично я, при всём моём уважении к литературному мастерству Набокова, в такой общий «воз» не впрягусь. Да мало ли, повторяю, кто на какой телеге грезит въехать в историю! Свяжешься – не отмоешься.
Юстас: - А кто проконтролирует?
Ю.И.: - Вот видите! Вы говорите: «не навязывайте мне, Ю.И., свои идеи, - что хочу, то и ворочу». Да ведь я и не навязывала, специально попросила вас прочесть по совершенно конкретному вопросу конкретный параграф, чтобы лишний раз не дразнить гусей. А вы зачем-то углубились в предназначенный для совсем другой аудитории текст, завелись, и теперь отрицаете за инакомыслящими право даже прочесть то, от чего лично вас «тошнит». Откуда такая нетерпимость, свободолюбивый вы наш? Мол, «не родился ещё человек, который это прочтёт по своей воле». Ну и хрен с ним, не родившимся, пусть я ему за чтение ящик «Клинского» поставила. Даже в ларёк сбегала, как «самая умная» – вам-то что - люди-то мы все при этом «хорошие»… Ан нет – коли щуку тянет в воду, то лебедь про небо и читать не моги. Да и нет никакого неба - это всё ивановская блажь. Коли щук от чего-то «тошнит», то и прочие водоплавающие обязаны два пальца в рот…
Это я без обиды. Вы вообще, по-моему, как «Юстас-Штирлиц» – порой не тот, кем хотите казаться. Многоликий Юстас. Двойной, а то и тройной агент. Или, может, сами запутались, на кого работаете. Ну да ладно, так даже интереснее. Для Изании, во всяком случае, вы всегда дорогой гость, хоть и любите наезжать не по делу.
Просто я опять к тому, что не стоит сетовать, что изанский воз пока без локомотива – лучше уж семь раз отмерить, чем в канаву или под откос. Уповаю на Вечность в запасе и Промысел – час Изании обязательно пробьёт, дождёмся птицы-тройки. Хорошо бы, конечно, при жизни.
Помните? «И мчится, вся вдохновлённая Богом…» А вовсе не «зерном, мясом и валерьянкой».
Ну да ладно, а то ещё и на Николая Васильевича наедете.
С изанским приветом.
2003-11-05
Инструкция для полудохлых Шварценеггеров
Юстас: - Будете ли рассчитывать на материализацию сочинённых Златовых-Шварценеггеров или будете ориентироваться на обычных нефанатичных и полудохлых людей, которые составляют наше окружение, и из них (и для них) составлять Изанию?
Ю.И.: - Конечно, в первую очередь, на «полудохлых» – отсюда и моя метафора с «оживлением Галатеи». «Статуй», в данном случае, - «полудохлый материал» из разрозненных кусков разнопородной глины. А Златовы-Шварценеггеры – только скульпторы. Однако без них – и не туды, и не сюды. Разве разобщённые «осколки» смогут сами по себе, без «организующей и вдохновляющей», по-терминаторски сползтись и самовосстановиться в живой монолит? Тогда и Изания была бы ни к чему.
Чтобы сварганить «Галатею», «пигмалиону- златову» необходимо:
1. Отобрать из общей кучи более-менее подходящие заготовки для будущего тела (глаз-ушей, рук-ног и прочих жизненноважных органов). Органам этим вовсе не обязательно быть «идеальными» – они могут и болеть, и давать сбои, и даже ломаться. Единственное, что они все должны добровольно принять – так эту самую «инструкцию» (закон, заповедь), без которой никакое воссоединение, тем более, оживление, невозможны. По которой каждая часть живого целого добросовестно, а порой и самоотверженно, обязуется служить каждому и всем здоровым и «заболевшим», а также вправе рассчитывать на такое же отношение к себе. Круговая порука. Помните, кажется, вы сами прислали на наш сайт материал о Дарвине и амёбах, которые выжили в истории именно потому, что сумели сплотиться в единую колонию согласно пресловутой «инструкции»?
2. Отсеять в процессе испытаний лишние и примазавшиеся элементы (халявщиков, накрутчиков, посредников-чиновников и всевозможное жульё). Составить предварительно-необходимую базу данных по всем программам жизнеобеспечения.
3. Определить по взаимной договорённости примерную долю и обязанность каждого участника в общем деле.
4. Решить демократическим путём, но, не отступая от «инструкции», организационные вопросы: устава, помещения, компьютерного и прочего обеспечения (например, системы дежурств) членских взносов. Экономические и юридические рамки будущей деятельности. А Златов-Пигмалион в данном случае явится как бы «хранителем Инструкции», подобно «хранителю Ковчега» в древности.
5. И теперь самое главное – вдохнуть в «Галатею» душу. Запустить систему, сделать её жизнеспособной по инструкции: «все за одного, один за всех». Без оной даже на биологическом уровне «оживить» статуй невозможно, тем более, одушевить (придать индивидуальность, способность мыслить). Ну а уж одухотворить «по образу и подобию» – и вовсе задача невыполнимая без участия всяких там Высших Сил или, в крайнем случае, их представителей в лице каких-либо товарищей типа Пигмалионов-Златовых.
6. Управлять нами «пигмалионам» придётся по призванию – «Слуга Царю (Небесному), отец – солдатам (нам)». Прочих «начальствующих» просим не беспокоиться.
Средств поставить «инструкцию» во главе угла не так уж много.
А) Заставить при помощи штата управленцев. Проходили, не подходит, - вы правы. Пререрождаются, гады. Советский Союз из-за этого рухнул, как только разделился на вампиров и доноров.
В) Уповать на нравственность, веру в Бога, совесть и т.д. Иногда можно, но только иногда.
С) Уповать на разум (разумный эгоизм). Мол, качество жизни – не в рвачестве, а в согласии и взаимопомощи всех её составляющих. Здесь обычно убеждает практика.
D) Уповать на «Основной инстинкт». Под ним я подразумеваю не «плодитесь, размножайтесь» и даже не «траханье на кладбище», а самоутверждение высшего порядка. Оправдание собственного бытия («что-то в жизни совершить»). Веру в бессмертие и прочие высокие материи.
Лично для меня «фишка» Изании – в двух последних пунктах. Но может, и пункт «В» кого-то оживит.
Юстас
: - Как будет Изания управляться ?
Ю.И.: - В основном, изнутри, этой самой инструкцией, данной нам Творцом или, по-вашему, матушкой-Природой. Как управляется всякая живая система, в том числе, и ваш организм? Законом о взаимопомощи и согласованности как основе всякой жизни, по которому из-за порезанного мизинца начинает болеть и температурить всё тело. Что-то ведь здесь срабатывает! Так вот, это «что-то» обязательно должно срабатывать в каждом захудалом изанине.
«Тоталитарно, наверное, не получится» – вы правы. Тут уж даже не Златов потребуется, а Иосиф Виссарионович, Царствие ему Небесное.
Юстас: - «Демократически» – дать всем денег на баб и наркотики. Статую придётся лепить из г.»
Ю.И.: - Нетушки, пусть господа демократы сами себя лепят, сами спасают. К тому же «г», как известно, не тонет.
С изанским приветом.
2003-11-18
Так похоже на Изанию…
«Летучие» ремонтные отряды, призванные при возникновении внештатных ситуаций помогать членам товариществ собственников жилья и жилищно-строительных кооперативов, вскоре появятся в Москве.
Как сообщили «МК» в Комплексе городского хозяйства, ремонтные бригады будут включать от двух до восьми человек в зависимости от сложности проводимых работ. В них будут входить слесарь-сантехник, плотник, кровельщик, электрик. Все бригады объединит единая диспетчерская служба, которая станет оперативно принимать заявки о разного рода неполадках и тут же высылать на место отряд «спасателей». Ремонтники смогут переложить, к примеру, участок трубопровода, починить электропроводку, залатать теплосеть, поменять батареи и произвести другие некрупные работы. Бригады будут ездить на автомобилях с логотипом, где изображён рабочий с гаечным ключом. Сейчас для «летучих» ремонтных отрядов разрабатывается специальная опознавательная экипировка.
Создать единую ремонтную службу для ТСЖ и ЖСК решено не случайно. Сейчас же для того, чтобы произвести ремонт в таких домах, (а только ТСЖ в Москве насчитывается несколько сотен), управляющая компания должна в каждом конкретном случае искать исполнителя заказа (фирм, осуществляющих такие работы, также сотни), что совсем не оперативно и дорого для жильцов. Ремонтом же в муниципальных домах по-прежнему будут заведовать ДЭЗы.»
Вполне изанский тост вождя.
«Как основа держит вершину…»
«На приёме Сталин произнёс тост:
- Не думайте, что я скажу что-нибудь необычайное. У меня самый простой, обыкновенный тост. Я бы хотел выпить за здоровье людей, у которых чинов мало и звание незавидное. За людей, которых считают «винтиками» великого государственного механизма, но без которых все мы – маршалы и командующие фронтами и армиями, говоря грубо, ни черта не стоим. Какой-либо «винтик» разладится – и кончено. Я поднимаю тост за людей простых, обычных, скромных, за «винтики», которые держат в состоянии активности наш великий государственный механизм во всех отраслях науки, хозяйства и военного дела. Их очень много, имя им легион, потому что это десятки миллионов людей. Никто о них ничего не пишет, звания у них нет, чинов мало, но это – люди, которые держат нас, как основа держит вершину. Я пью за здоровье этих людей, наших уважаемых товарищей.»
Торжественный приём в Кремле в честь Победы.
Июнь, 1945 г.
ШОЛОХОВ ШОЛОХОВЫМ, А КОММУНИЗМ – КОММУНИЗМОМ
(2000-й год)
Я передала статью в редакцию, где её, само собой, благополучно потеряли. Пришлось отлавливать лично товарища Кожемяку. Виктор Стефанович встретил меня сумрачно, пролистал опус и сказал, что ежели мне нужна реклама Изании, то надо было написать несколько строчек, а не семь страниц. Я ответила, что Изания необходима вовсе не мне, а людям, так сказать, человечеству, а потом мы ведь по телефону обговорили объём…
Ни о какой договорённости он, разумеется, уже не помнил, да и про тему «Христос и коммунизм» думать забыл, сообщив, что сейчас занимается совсем другим (кажется, Шолоховым).
Я возразила, что Шолохов Шолоховым, а коммунизм коммунизмом и в вопросах идеологии топтаться на месте смерти подобно. Тут он стал закипать, на лице появилось то самое: «Ходют тут всякие», когда у занятых людей через полчаса совещание, и попробовал учинить мне разнос, как в добрые старые времена. Пришлось снова помянуть про «патроны».
Виктор Стефанович немного смягчился. Я спросила, как он себя чувствует, не дать ли что-нибудь от сердца? Выглядел он действительно неваженецки - лицо серое, мешки под глазами … Таблетку анаприлина проглотил сразу. Мне стало его жаль, посоветовала отказаться от совещания. Он уныло отмахнулся. Короче, полыхал на работе. Я стала прощаться.
- Может, всё-таки дадим рекламу? – вздохнул он.
- Да ладно, спасибо. «Завтра» уже давало.
Я тогда не обиделась, приносила им ещё какие-то частушки к президентским выборам, где, помнится, были такие строчки:
«Кто вы, В.В.Путин? Вождь али Распутин? Что-то от Дзержинского, что-то от Бжезинского…»
Снова ни ответа, ни привета, красно-коричневая дыра. «Совраску» я выписывала с тех пор, как она стала считаться оппозиционной, но в конце концов, каюсь, даже в руки брать не желала, постепенно докатившись до стремительно левеющего МК. Со временем и «левым» в Думу перестала названивать - до сих пор скорблю, сколько денег извела по межгороду.
Боже, какими мы были наивными!… Хоть уже далеко не молоды.
В поисках соратников до упора обзванивала внесённые в список кандидатуры. Развозила книги, некоторым дарила. Одни читали, хвалили. Другие просматривали, предлагали при случае встретиться и серьёзно обсудить, но как-то не получалось, все были заняты (в том числе и я), и постепенно телефонное общение сводилось на нет. Шёл белый бычок по доске…Вот Марлену Мартыновичу Хуциеву (он был худруком в телевизионном «Экране», когда я там работала сценаристом) оставляла по договорённости с дарственной надписью все свои книги в киоске кинематографистов на Васильевской. Звоню до сих пор, скорее уже по традиции:
- Да, Юля, помню, обязательно надо поговорить. Но я сейчас убегаю (сплю, болею, у меня люди, пишу сценарий, уезжаю). Так что позвони через час (вечером, завтра, через недельку, через месяц).
Я забываю, не звоню, потом всё повторяется. И каждый раз вспоминается некий таинственный «Женя», с которым героиня хуциевского «Июльского дождя» так же «сотрясала воздух» по телефону.
Отдала «Двери» Станиславу Куняеву в «Наш современник». Он при встрече сказал, что роман гуляет по редакции и что я «выдумщица». Леонид Бородин («Москва»), наверное, так и не прочёл – не знаю. Обратно удалось вернуть лишь первый том, другой потерялся. Прочёл Виктор Алкснис (вынашивала какие-то утопические планы по поводу развёртывания Изании в Одинцовском районе, где он был избран депутатом). Но поговорить серьёзно так и не пришлось – то Виктор Имантович был всю дорогу занят, то я одумалась, сообразив, что есть Одинцовский район и какие там ставки на кону. Замочат ни за грош.
Состоялся интересный разговор с Александром Зиновьевым на его кафедре в МГУ. К роману он отнёсся хорошо, но счёл Изанию «утопией».
НАСТУПИЛ МЕСЯЦ МАЙ 2000 ГОДА
СВЕТЛОЕ БУДУЩЕЕ
2003-й, поздняя осень
Снова кончился, слава Богу, цветочный сезон, за окном дождь пополам со снегом. Сижу за компьютером и переругиваюсь с Юстасом. В соседней комнате возлежит Борис – с некоторых пор он облюбовал для этого огромный старинный сундук - во-первых, твёрдый и плоский, (по методу Ниши), во-вторых – свежий воздух (рядом с лоджией), в-третьих, рядом со мной - можно всё время общаться. Борису эти три компонента необходимы – у него двусторонняя грыжа, болят спина и ноги, бывает одышка, но особенно важно общение, потому что от неприкаянности и дружбы с Бахусом он либо в возбуждении, либо в тоске. Особенно усилилась депрессия после смерти свекрови. Тянет приложиться хотя бы к холодному вину или пивку, поймать привычный кайф, но всё это под запретом из-за подагры и гипертонии. А удрать к соседям и пропустить рюмочку тем более нельзя, так как одной не отделаешься, а больше - опять придётся скорую вызывать.
Борис предаётся воспоминаниям – о былой работе, о детстве- юности, об ушедших в никуда друзьях-товарищах (целый мир), о каких-то наших с ним и с ними похождениях – я многое не помню, но поддерживать эти экскурсы в прошлое необходимо. И ещё он последнее время увлекается всякой нетрадиционной медициной, экспериментирует на себе «советы бывалых почти покойников» (иногда с печальными последствиями), всё это тоже надо квалифицированно обсуждать, а то и служить из солидарности подопытным кроликом (питьё керосина, перекиси водорода или настойки из дождевых червей).
Я по возможности впопад поддакиваю Борису, правой рукой управляюсь с мышью и клавиатурой, а в левой - телефонная трубка, по которой нужно тоже впопад время от времени отвечать соседке Полине.
НЕХОРОШИЙ ДОМ
(невыдуманная история)
Он возвышается как раз напротив окна, перед которым я работаю за компьютером. Кажется, что его ломаная крыша из грозно поблескивающего на солнце гофр железа нависает надо мной, как гильотина, маленькое смотровое окошко в крыше напоминает бойницу. Перед домом – заросший бурьяном участок и сарай с такой же крышей-гильотиной - только поменьше. И ещё между нами – развалившийся почерневший забор. Дом не велит его восстанавливать, потому что имеет тенденцию к расширению, постепенно придвигаясь к нашим и другим соседским границам, как какое-нибудь оборзевшее НАТО.
Летом нас вроде бы защищает от нашествия моя раскидистая яблоня сорта «Витязь», покрываясь обильной листвой и редкими яблочками, но поздней осенью и особенно зимой - вот она, крыша-гильотина, всё ближе, уже на расстоянии вытянутой руки. Можно, конечно, повесить на окно занавеску в мелкий горошек – но что ежели однажды утром «горошек» раздвинешь, а бойница уже здесь, дуло в стекло упёрлось…Ну и что вы тут делаете на моей территории, а?
Страшно, аж жуть.
В общем, нехороший дом. Но ведь был совсем другим - уютный такой, голубенький, с балкончиком в резных кружевах, с молодыми яблоньками и беседкой…И проживала в нём Пелагея Григорьевна, или просто Полина, с тремя дочерьми. С Тоней, Соней (имена изменены) и Светочкой – инвалидом с детства. Про таких говорят - «убогая». Но Полина не любила это слово, была она боевой, энергичной, членом партии и активисткой, стойко переносила нелёгкое своё житьё-бытьё. Сиротское детство, детдом, и побираться случалось, и батрачить…
Служила в ВОХРе на Колыме, потом подрабатывала на Шпицбергене. Познакомилась там с Виктором, нарожала одну за другой девок – Светка на беду подхватила менингит да так и осталась на всю жизнь в пятилетнем возрасте. Она играет в куклы, рисует цветными карандашами, меня привечает – когда прежде заходила к ним в гости, всегда обнимала так крепко и искренне, что на глаза наворачивались слёзы. Потому что не было в этих объятиях ни лукавства, ни фальши – вот уж воистину «У- бога –я»! И ещё Светочка обожала говорить со мной по телефону, сама подзывала мать восторженно-детским криком: «Мама, ди (иди) - Юля!». На прощанье, коверкая, говорила две фразы: «Не надо болеть» и «Не надо ругаться».
Приехали они семьёй в Подмосковье, когда наш посёлок ещё только создавался, на скопленные деньжата построили дом. Деньги быстро кончились. Виктор уехал на заработки и пропал, оставив Полину с детьми и долгами. Но она не унывала – завела корову, поросят, приобрела «Зингер» и шила – и своим, и на заказ. У меня до сих пор лежит в шкафу её шедевр – прямая чёрная юбка на все случаи жизни и размеры. От 46-го до 50-го.
Ни одно более-менее масштабное мероприятие в посёлке не обходилось без заядлой общественницы Полины – строительство школы, больницы, газификация, телефонизация…Пробивала, добывала, управлялась с местными властями и рабочей силой, готовя ей (рабсиле) обеды и наливая стопку-другую. И все улицы сама именовала соответственно убеждениям – Дзержинская, Будённого, Чапаева, Куйбышева, Чкалова, Фрунзе. Республиканская, Пионерская, Молодёжная, Танкистов…
Девчонки подрастали, учились, хорошели, вышли замуж. А Светочка, самая любимая, оставалась «дитём», продолжая играть в жизнь.
Замужние дочки хотели поселиться если не в самой Москве, то поближе к столице, пришлось покупать им жилплощадь, продав полдома. Покупательницей стала Фёкла Макаровна с Украины, или просто Фаина. Так что, когда мы в 73-м приобрели дачу, соседками нашими с северной стороны были Полина и Фаина. Вдоль забора по границе с Фаиной мы возвели гараж, а с Полиной – баню, где Полина иногда мылась со Светкой. Париться она любила. Когда мы строили, решила, что со временем и себе соорудит такую же. Договорились сэкономить место и разместить обе бани в метре друг от друга. Получился моечный комплекс. Знать бы, чем это кончится!
Жили мы с Фаиной и Полиной дружно, разве что одна роптала, если свалим в тупике торф близ её забора, а другая – когда ветер гнал дым от бани в их сторону. Но это так, мелочи.
Несчастья начались в конце семидесятых. Сначала заболела и померла Фаина, потом её сын и наследник Степан - тоже захворал и преставился. За ним последовали дочка Шура и племянница. Единственная наследница, степанова вдова Маша, женщина религиозная, сказав, что дом «нехороший», решила свою половину срочно продать. Право «первой ночи» принадлежало Полине, и она, разогнав других претендентов, воссоединила своё имение. Помню, что очень за дёшево – то ли две, то ли три тысячи.
У обеих дочек к тому времени было уже по квартире – казалось, жить бы и радоваться. Но тут сонин муж скоропостижно оставил её вдовой, а потом и тонин…просто оставил. Андрюшу (имя изменено) Тоня подкинула бабушке, однако с личной жизнью так и не заладилось. Может, потому она и залютовала с тоски, летом одиноко отдыхая целыми днями на раскладушке на территории поголовно вымерших прежних хозяев. Купим ли мы машину песка, собака наша на кого тявкнет – сразу вызывает милицию и собирает подписи, что мы разворовали государство и перекусали полпосёлка. Ловила наших кур, забредших к ней на территорию, перевязывала им лапы и швыряла назад через забор.
Однако зимой дочери появлялись редко, и я снова наведывалась к Полине, приносила Светочке игрушки, шоколадки и цветные карандаши. Мне нравилось с ней играть. А Полина любила рассказывать про свою жизнь, показывала почётные грамоты и благодарности, письма и фотографии. Вот её девчонки, когда ещё только пошли в школу – хорошенькие, как куклы – сама их обшивала, наряжала. Вот Полина в молодости – похожа на популярную тогда актрису. Вот бравый красавец Виктор, многочисленные полинины друзья-подруги и соратники. Здесь второй справа - покойный муж Сони, журналист, в папке вырезки его статей. А это – внучёк Андрюша, сын Тони, такой умненький – учителя не нахвалятся. (Андрюша действительно скоро начнёт выигрывать школьные олимпиады, без проблем окончит институт, будет служить на престижной фирме и зарабатывать приличные баксы). Полина радовалась успехам внука, рос он ей помощником – и во саду-огороде, и вообще по хозяйству. Верила, будет в старости утешение, только б ему невесту найти хорошую. Приглядывалась к моей крестнице Наташке. Мечтала Полина о долгом счастливом закате своих дней, о правнуках. Собственно для них, ненаглядного Андрюши и будущей его семьи, и надумала расширять дом.
B БЕСЕДКЕ С: Юстасом и Александром Минкиным
Кто-кто «обязуется служить самоотверженно»?
Ю.И.: «…где каждый…добросовестно, а порой и самоотверженно, обязуется служить каждому и всем здоровым и «заболевшим.»
Юстас: - Кто-кто «служить обязуется самоотверженно?» Не-е, надо разобраться. «Служить каждому самоотверженно» – это противоречит самому смыслу Изании. Это как раз те высокие словеса, из-за которых народ бежит – чур меня – подальше от такой барщины. То вы предлагаете взаимовыгодное сотрудничество для общего процветания (это одно), то вы предлагаете всем самоотверженно служить кому-то или чему-то (это совершенно другое). «Самоотверженно» по условию противоречит собственному благополучию и собственным целям. Чего это полудохлый человек с его эгоизмом подпишется кому-то самоотверженно служить? Да на кой ему это нужно? Вы вбили себе в голову, что кто-то что-то должен. Например, должен понимать, что ему (как вы думаете), хорошо, а что плохо. Но не должен он. Мне тоже надоест биться лбом в стену, в конце концов. И я брошу попытки стаскивать вас с облаков на землю.
Александр Минкин: «Мораль общества может улучшаться и ухудшаться. У нас всё делается, чтобы она ухудшалась. И ничего, чтобы улучшить. Результат очевиден: общество развращено и деморализовано. Десятки миллионов людей возмущаются грязью, но не способны протестовать. Совершенно не видно, кто может это исправить, даже если колоссальные усилия разврата почему-то прекратятся. Где эта сила, которая могла бы поднять…
Допустим, какие-то добрые люди уцелеют под напором негодяйства или приедут из-за бугра. К кому они обратятся? К муравейнику? У муравьёв есть обоняние, может быть, вкус, осязание, но органа восприятия морали – нет. Они не чуют её, как мы не чуем радиацию. Но– это не значит, что радиации нет или что она безвредна, раз мы её не видим и не слышим.
То, что общество перестало руководствоваться моралью, не значит, что мораль не существует. Не значит, что аморальность безвредна, и что всё нам как с гуся вода.
А если душа (орган морали) атрофировалась, отмерла за ненадобностью – тогда что?
Если содран, смыт, сдут плодородный слой – конец. На камне, на глине ничего не вырастишь.
Душа не обсуждается нигде и никем. Террор, Тузла, НАТО, еда, косметика, Рыбкин, способы достижения оргазма – всё, что бурно обсуждается и рекламируется, обращено к желудку и ниже. Год назад невнятно промычала дискуссия: преподавать ли религию в школе? Вопрос, похожий на «кормить или не кормить». Конечно, да!
Но если у поваров дизентерия, то, конечно, нет!
Сколько будет дважды два – этому может учить и негодяй. Обучать душу – не может, только губить. Кто эти десятки тысяч предполагаемых преподавателей души? Подвижники? Столько нету. Лицемеры? Тогда лучше не надо.
Против нашей голодающей души выставляют откормленный спинной мозг. Против совести – взбудораженные гормоны.»
Юстас: - Про пункт 5 «все за одного, один за всех» – это напыщенный и заезженный до дыр лозунг, который всем с детства надоел – относится к развитой Изании. До той поры размахивать скомпрометированным (! –Ю.И.) лозунгом – верный способ отпугнуть от Изании всех и вся.
(
Про средства сделать главенствующей инструкцию я не понял (речь идёт о вписанном в сердца Законе, то есть о совести – Ю.И.). Меня интересует, как работает спроектированная вами машина, как управляется, поедет ли, где у неё, к примеру, рулевые тяги. Вы мне отвечаете: «заставить нельзя, можно уповать». Я не понимаю этот язык. Давайте все ляжем и будем уповать на манну небесную. Такое же результативное дело, что уповать на человеческий разум и совесть.
«Фишку» вашу о самоотверженности и разуме я понимаю – вам этого страстно хочется. Но для Изании это не может быть мотором, т.к. вы сами пишете про материал из дохлых людишек, у которых нет такого самосознания. Это для них приятное (для тех, кто поймёт), дополнение. А мотор и рычаг – конечная, извините за поганое слово, выгода, выигрыш во времени, освобождение от забот в результате обмена того, что умеешь делать, на то, что не умеешь. (
Искать высоконравственных героев и из них лепить Изанию – так нет их в окружающей действительности. Есть просто люди со взглядами и без. Если в Изании будут со взглядами – уже достижение (
Про управление Изанией ваш ответ я не понял окончательно. Демократически – вы против. Тоталитарно – вы против.
Ваш ответ: Будет управляться этой самой инструкцией, данной нам Творцом.
Это чушь какая-то. Отписка – «отстань со своими вопросами».
Судя по праздным абы каким словам, которыми вы стали заменять ответы, спорить вам надоело. Я не настаиваю.
2003-11-26
«Вмешается ли Бог? Захочет ли Он нас спасти? Иногда Он это делал (Потоп, Содом и Гоморра…) После Потопа он обещал больше не делать одного – не уничтожать
Бог считает нас людьми за душу, а не за колесо, порох, компьютер, ТВ. Утратив душу, мы в Его глазах перестанем быть людьми, и Он скорее всего устроит зачистку.»
2003-11-28
БЫЛ МЕСЯЦ ДЕКАБРЬ
КАК ПАПА КАРЛО СОТВОРИЛ ЧЕЛОВЕКА…
Страшная рождественская история
«А не сотворить ли мне сынка? - подумал под Новый год одинокий Карло, - Буратину какого-нибудь: в трудах помощника, к старости – наследника.»
Задумано – сделано. Первым делом, Инструкцию внимательно изучил, спущенную свыше – как людей делать. Затем чертёжик набросал, подробный макет из глины вылепил – где глазки, где ушки, носик с ротиком, ручки с ножками. Что для какой цели служит и что с чем монтируется. Разные там внешние и внутренние органы присобачил, мозги, чтоб кумекали, сердце - кровь по сосудам качать, печень – очищать плоть от шлаков. Одних капилляров, почитай, потребовалось сто тысяч миль, не говоря уж о разных там кишках, жилах, костях и кожно-волосяных покровах. Короче говоря, не гвоздь вбить… Но отступать Карло не привык. Славный получился экземпляр – точно по чертежу и Инструкции. Проверил приборами – всё, вроде бы, функционирует. Глазки глядят, ушки слышат, рот жуёт, улыбается, а может при необходимости даже речь толкнуть. Всё к месту привинчено, всё откуда надо истекает, куда надо втекает и не каплет нигде.
Пришло, значит, время, опробовать систему на деле. Велел Карло для начала глазам обозреть окрестности и присмотреть место для будущего семейного жилья. А глаза прищурились и велели рту передать, что стоить эта информация будет никак не меньше двухсот баксов. И рот за передачу сообщения ещё себе пару зелёных выторговал.
- Вы что, пацаны, в натуре, оборзели? – возмутился Карло, - Это же ваш дом, сами в нём жить-поживать будете. Руки будут кирпичи класть, ноги – по этажам банки с краской разносить да по стремянкам лазить, внутренние органы манную кашу на всех стряпать да вместе переваривать, лёгкие – свежим воздухом жильцов снабжать. Мозг – за общее руководство будет отвечать, нервы – за коммуникации…Дело каждому найдётся, и по душе, и по призванию…
Тут осёкся Карло на полуслове, потому как ему, знай, счета изо рта у Буратины выскакивают (вот ведь сразу врубился, подлец, будто банкоматом и родился: аккуратненько цифирь выписывает, в столбик). И за обозрение окрестностей – от глаз, и за кладку кирпичей – от рук, и за ходьбу по лестницам – от ног. И за манную кашу, и за свежий воздух, и от мозгов за общее руководство, и от нервов - за связь с коммуникациями. И, само собой, от него, банкомата – за посреднические услуги.
- Да где ж это видано, чтоб уши с глаз, а печень с задницы плату взимали? – возопил Карло, - Вы ж одно тело, единый организм, мать вашу…Вы друг на друга работаете, друг другу служите, то есть самому себе,
- Знаем мы это «для всех»! - заверещал рот, не забывая при этом выплёвывать счета - по центу за слово и по полцента за грамм слюны, - Это всё коммуняки про «блаженство» сочиняли, чтоб электорат охмурять. - «Все за одного, один за всех»! А сами в спецбуфетах балыки с икоркой трескали… Не надо нам никаких ихних инструкций, даёшь демократию!…Каждый за себя, а рынок рассудит!»
Напрасно Карло убеждал, что Инструкция эта - никакая не коммунячья, а Божья - о любви к ближнему, как к самому себе. То есть о наиболее нравственной и совершенной формуле жизни, установленной свыше. Публика настырно требовала введения денежных отношений с правом на поимённое голосование. В итоге вышел безобразный скандал, потому что каждый считал именно себя наиболее ценным и незаменимым и назначал себе любимому наивысшие оклады. А не то грозил жесткими санкциями – в смысле ослепить, оглушить, задушить, парализовать, заморить голодом и оболванить…Жилы посулили повязать непокорных, чтоб не вздохнуть, не охнуть, а скелет – тот и вовсе пригрозил учинить полный дефолт, всё и вся обрушив «до основанья».
- Царь нам нужен, - подытожил Аппендикс, - Строгий и справедливый Президент. Он рассудит.
Царём –Президентом всенародным голосованием избрали Живот, как самого солидного, благородных кровей (от слова «жизнь»), к тому же снабженца. Поблагодарил Живот за доверие и тут же стал, как пылесос, засасывать в себя манную кашу с малиновым вареньем да цыплячьи крылышки, пока не превратился в пузо, и, отрыгнув, захрапел на несколько дней. Едва удавалось всяким подхалимам да прихлебателям время от времени, переворачивая на другой бок его величество, выклянчивать себе на пропитание с барского стола крошку или косточку.
Одной такой косточкой и подавился в спешке Аппендикс, стал задыхаться и пищать, что ему требуется неотложная помощь по переливанию свежей крови, не то он загноится, задохнётся и лопнет. На вопли эти никто не реагировал –подумаешь, атавизм какой-то бесполезный возникает, потенциальная зараза в организме…Ну и лопнет, эка беда! Кому он нужен, авоська дырявая! Меньше народу, больше кислороду. Напрасно Карло увещевал, что, согласно Инструкции, никаких бесполезных частей в организме нет, что даже самая малая клетка в случае нужды вправе рассчитывать на немедленную и самоотверженную помощь от всех и каждого –иначе могут все накрыться рейтузами… Никто про Инструкцию не слушал - пропаганда, и дело с концом.
Но тут новорождённый сынуля вдруг стал раздуваться непомерно, покраснел, побелел, посинел, расцвёл всеми цветами радуги. Завыл, заверещал дурными голосами, завертелся на месте, ручонками замахал, будто пропеллером, да ка-ак лопнет!
Всё вокруг незнамо чем забрызгало – то ли хлоркой с бензином, то ли курятиной с малиной, то ли пивом Клинским…Вздохнул Карло, смахнул слезу – всё-таки столько материала и времени зря угрохал! Смёл всё это непотребство в корзину и побыстрей отнёс на помойку – уж больно смердило. А потом снова положил перед собой Инструкцию и крепко задумался. В чём же он промашку дал? Где она вышла, ошибочка?
Эпилог.
Думал-думал, и придумал. На последние кровные смастерил себе другого человечка, правда, чуть подешевле да поменьше. Безротого. Только узкая полоска вместо рта, чтоб улыбаться да целоваться. Вернее, чмокаться. Но никаких тебе речей и счетов. Только для приёмки пищи отверстие оставлено в углу губ. Одно на всех. Вводи трубку и загружай трижды в день норму манной каши с вареньем или чего другого, согласно штатному расписанию. Распределение автоматическое и обжалованию не подлежит.
И пошло дело на лад. Сынуля рос – не нарадуешься, послушный, трудолюбивый, на все руки. Разве что молчаливый. Придёт, бывало, к ним на огонёк старый столяр Джузеппе по прозванию Сизый Нос, сядут втроём у очага, раздавят на троих – тут бы самое время за жизть поговорить. А народ в лице сынули безмолвствует… Принять-то он за воротник через трубочку может, слезу пустить от умиления – и это пожалуйста. А вот насчёт обратной связи – глухо. Только улыбается, кивает да чмокает. Не получается разговора по душам. Безмолвствует, бедолага.
Так и нарекли его по-итальянски –Безмольвио. Потом ему Карло жену такую же сконструировал из безмольвиного ребра – Безмольвину, значит. И стали они молча жить–поживать и, как ни странно, добра наживать.
Потому что молчание, как известно, – золото.
B БЕСЕДКЕ С: Юстасом, Доброжелателем, Геннадием,
Николаем Боголюбовым, Владимиром К.
и Геннадием Шиповым
Юстас: «Служить каждому самоотверженно» - это противоречит самому смыслу Изании, Это как раз те высокие слова, из-за которых народ бежит – чур меня чур – подальше от такой барщины. То вы предлагаете взаимовыгодное сотрудничество, для общего процветания (это одно), то вы предлагаете всем самоотверженно служить кому-то или чему-то (это совершенно другое)»
Ю.И.: - Вот видите, для ответа на ваш вопрос пришлось целую сказку сочинить. Изания по замыслу – единый организм, где болезнь каждого органа неизбежно отразится на тебе самом (в этом смысл заповеди: «возлюби, как самого себя»). Разумеется, здесь все должны находиться в равных условиях. Разве вы не бросаете самые выгодные дела и не мчитесь делать противостолбнячную прививку, наступив на гвоздь какой-то ничтожной пяткой?
Другое дело – надо «полудохлому чурику» всё разжёвывать. Для такого контингента я уповаю не на слова, а на практику. Придёт время – сунем за шкирку мордой в блюдце – или придётся лакать, или подыхать. Текст статьи «Изания – выход», повторяю, совсем для другой публики.
Юстас: «Про средства сделать главенствующей инструкцию я не понял. Я не рассуждаю понятиями «Уповать - не уповать»
Ю.И.: - Эти понятия относятся к категории «Свободы». Управляется система внутренним Законом свободы совести или нет? Есть ещё слова: заставить, купить, соблазнить, обдурить и т.д. Я их понимаю, но мне это неинтересно. Я вот уповаю на то, что человека после многих кровавых мытарств всё же что-то проймёт и изменит. Вероятней всего, к худшему, ну а вдруг - к лучшему? Можно выпороть его для этого «улучшения» прилюдно на площади или пообещать выделить квартиру, как расстрельщикам Белого Дома, - но те ли это методы? Да и стоит ли овчинка выделки?
Напоминает частушку: «Сидит милый на скамейке, долбит хреном три копейки...». Всё равно три рубля не получится.
Юстас: «Выигрыш во времени, освобождение от забот в результате обмена того, что умеешь делать на то, что не умеешь.»
Ю.И.: - Вот тут правильно. Копать для начала надо именно здесь.С изанским приветом.
2003-12-04
Ю.И. - Доброжелателю: - Хотелось бы знать Ваше мнение о публикациях «Размышление о Царстве Небесном» и «Смерть вторая».
2003-12-04
С форума С.Кара-Мурзы: «Новую сказку прочитало 70 человек»
Геннадий: «Симпатичная сказка, спасибо.»
Ю.И.: - Не знаю, прочёл ли её Юстас, – в ней суть Изании. Наверное, всё же прочёл. Во всяком случае, ещё раз высказался на форуме. Не больше не меньше, как о Царстве Божьем.
«Всё не так, ребята…» Очистили теорию от финтифлюшек, а там…
Юстас: - Посмотрим без словесных финтифлюшек на Изанию и на Царство Божье (далее ЦБ для краткости).
Вот как описывает суть ЦБ в Евангелии Иисус: «Я вам дал пример, чтобы вы поступали друг с другом, как я сделал вам (поступаю с вами). Любите друг друга, как я полюбил вас».
Ю.И.: - Речь здесь, вообще-то, о Новой Заповеди. Ну да ладно, не будем придирчивы…
Юстас: - Если просуммировать суть ЦБ в самом первоначальном тексте Евангелия, то окажется, что ЦБ, по сути, не что иное, как хорошие отношения между людьми, о которых в момент написания Евангелия и мечтать не могли. Тогда такие отношения, скорее всего, никому в голову не приходили – не принято было тогда жить без насилия, не помыкая другим или не мечтая помыкать другим. И тут, в этот несовершенный злобный мир пришёл Иисус и дал личный пример нормальных отношений. Так что в ЦБ нет ничего заоблачного. Если такие отношения наступили на каком-то участке местности – там наступило ЦБ (например, внутри хорошей семьи существует ЦБ в результате родственных отношений, но это какое-то слишком малоформатное царство).
Ю.И.: - Но тогда как же отнестись к нижеследующим словам Иисуса, особенно в связи с вашим сравнением ЦБ с «хорошей семьёй»?
«Не думайте, что Я пришёл принести мир на землю; не мир пришёл я принести, но меч;
Ибо я пришёл разделить человека с отцом его, и дочь с матерью её, и невестку – со свекровью её. И враги человеку – домашние его.
Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня.
И кто не берёт креста своего и следует за Мною, тот не достоин Меня.
Сберегший душу свою, потеряет её, а потерявший душу свою ради Меня, сбережёт её.» (Мф. 10, 34-39)
Юстас: - Такую трактовку Евангелия не я придумал
Подразумевается, что ЦБ – повседневные отношения между людьми в светлом будущем
Ю.И.: - Вот сходу и стих сочинился: «Чтоб в ЦБ жилось богато, мы с Грицком вступаем в НАТО. Сербия, Ирак, Афган – нынче здесь, а завтра там. Лучше нету того света – все помрём в борьбе за это!»
Юстас: - Т.е. по Евангелию, ЦБ – это когда в каком-то пространстве обитают люди, любящие друг друга, не желающие друг другу плохого, и напротив, норовящие помочь при всяком удобном случае
Ничего не напоминает? Точно, Изания по Ю.И., это и есть ЦБ, только наступившее не в участке реального пространства, а в некоей среде, состоящей из пространственных связей между людьми. Некое виртуальное пространство, в котором оперируют люди, находящиеся в хороших отношениях друг с другом, поступающие друг с другом так, как хотели бы поступать с собой, помогающие, доброжелательные и одухотворённые. Потом, конечно, это может доразвиться до милых моему сердцу изанских территориальных поселений, где и будет ЦБ в традиционном понимании – на участке земли.
Юстас: - Т.е. Изания – попытка создать подобие Царствия Божьего на Земле, т.к. это способ культивировать добро в отношениях между людьми за счёт отфильтровывания наиболее склонных к этому людей и установления между ними хозяйственных связей.
Ю.И.: - «Культивировать добро» - лишь путь к Царству.
Изания – просто облегчение дороги в ЦБ для «неразбуженных», «невоцерковлённых» и «неврубившихся» в божественный смысл исторического процесса. Сказано: «Царство Моё – не от мира сего». Оно наступит на земле в конце времён, и Человек в нём – сотворец этого Будущего Века. Он – бог, хоть и с маленькой буквы, но «по образу и подобию.»
Юстас: - Если самоизолировать добропорядочных людей от недобропорядочных – жить первым стало бы намного легче. Это не улучшит породу, скорее, ослабит хватку, но есть резон, что высвободившуюся от борьбы с обстоятельствами энергию добропорядочные люди направят на что-нибудь добропорядочное.
Обращаю ваше внимание, что люди сами направят
Ю.И.: - Поэт и философ Владимир Соловьёв остроумно сказал по поводу «
Юстас: - Так что не надо пугать народ нравственно-религиозными теоретизированиями. Давайте сосредоточимся на том, чтобы собрать порядочных людей. А порядочные люди имеют свою голову на плечах, они взрослые и уже сформировали точку зрения на жизнь. Убеждать их поздно. Им просто надо задать условия: «Без насилия», «не во вред окружающим» - чего-нибудь такое и т.п. А они сами решат, подходит им это или нет. Кому подойдёт, останется.
Ю.И.: - И на том спасибо. Впрочем, я не возражаю – ищите «порядочных» людей, Юстас, благословляю. Только кто ответит за возможные последствия? И как быть, ежели на практике большинство людей – что Луна: одна половина светлая, другая – тёмная? То светлой стороной повернутся, то вдруг такое выкинут, что мало не покажется. Это господин Достоевский очень хорошо понимал - двойственность человеческой природы. Для того и исторический процесс задуман – отделить пшеницу от плевел. И Изания, в конечном счёте, для этой цели, но вы предлагаете
Достоевский сказал: «Если Бога нет, то всё дозволено». Поэтому обосновать «что такое хорошо и что такое плохо», не выходя за пределы быстротечного, так или иначе кончающегося нулём земного бытия, я, например, не берусь. Приходится для этого возноситься, по выражению Пушкина», «во области заочны»…
Море зла по колено, если Правда в душе,
Если дух выше тлена на земном вираже.
Если в смуте и в горе призван волей Отца
Стать скалой в этом море и стоять до конца.
Если радость Причастия не в улыбке пустой,
А в твоём соучастии в тяжкой брани земной.
Если крылья не смяты, пусть в слезах и в крови…
Если тело распято ради высшей Любви.
Если жизнь ради чрева не удел твоих дней.
Если крестное древо – древо жизни твоей.
Мне эти строчки Николая Боголюбова близки и понятны, для кого-то они – «религиозное науськивание». Речь здесь, разумеется, об «избранниках», о златовых, а не о рядовых изанах. Изания – это прежде всего
Я уже предлагала вам составить свой вариант рекламы Изании для соответствующего контингента. Дерзните!
Представление же лично моё о ЦБ – в напечатанных в «Завтра» статьях: «Размышления о Царстве Небесном» и «Вторая смерть». Есть на сайте.
Основная мысль публикаций: ЦБ, где всё спаяно Любовью и куда мы стремимся, «глядя в небеса» – идеальная обитель любящего Отца, с которой когда-нибудь сольётся и наша преображённая Земля. Сюда верные, заслужившие бессмертие сыны-воины, будут возвращаться после битв со злом и тьмой уже с иных, неустроенных первозданных миров, которым нет числа. Чтобы передохнуть, подзарядиться божественной энергией, а затем – снова в бой с хаосом. Потому что человек «по образу и подобию», как и Создатель - вечное творчество, движение, борьба со смертью, которая есть ступор и тлен.
Короче – ждёт нас в ЦБ не путёвка в санаторий с ангелами и кущами, а повестка на новый фронт. Для «избранников» это и есть
За такой рай для себя и для других и умереть не жалко…
Ю.И.: - Кстати, Юстас, вопреки вашим предсказаниям, нашлись у меня и единомышленники:
«Юлия Иванова предложила потрясающую трактовку того, что есть Царство Небесное! С одной стороны – православию не противоречит (по моему скромному разумению), с другой стороны – за такой рай для себя и других и умереть не жалко. Самое главное то, что это опять-таки совпало с моими личными установками, представлениями о Боге и идеальном. Я не люблю спорить о Вере, переубеждать, проклинать, противопоставлять себя другим и представлять себя носителем «мудрости» перед «убогими».
Но её текст – вещь, в некоторой степени отображающая мой внутренний мир тоже.
Спасибо, Юлия!» (Владимир К.)
Повторяю этот постинг только для того, чтобы подчеркнуть – люди бывают разные, и не просто разные, но и разно-многоликие в одном и том же экземпляре. Вот я вас, например, про себя называю «многоликий Юстас». Двойной, а может, и тройной агент.
Цель Изании – не отбирать «хороших», а производить таковых, перевербовывать, если уж на то пошло. А для этого надо самим чётко определить – куда рулить-то будем?
2003-12-03
Устами учёного…
«Геннадий Шипов – физик-теоретик, автор фундаментальных работ по теории физического вакуума, академик Российской академии естественных наук, доктор физико-математических наук, директор Научного центра физики вакуума при Международном институте теоретической прикладной физики РАЕН.
- Можно ли сказать, что созданная вами теория физического вакуума обобщила теорию Эйнштейна, или она её отрицает?
- Ни в коем случае не отрицает. Как раз с Эйнштейна всё и началось. Он потратил тридцать лет на построение единой теории поля, но, как известно, не преуспел в этом. В чём суть его попыток? Гениальному физику хотелось свести все известные в науке законы к единой формуле, которая бы описывала все существующие в мире явления. Другой великий физик Нильс Бор утверждал: до тех пор, пока
За 20 лет я пришёл к убеждению, что единая физика поля переросла в теорию физического вакуума.
- То есть можно считать мечту Эйнштейна воплощённой
- Лично я в этом не сомневаюсь. Физический вакуум – первооснова всего, что существует в мире. Если мы знаем уравнение вакуума – сумеем описать все процессы в природе, в том числе
- Такое представление в философии называется идеалистическим
- Ну мы ведь больше не шарахаемся от этого слова. И не противопоставляем идеализм материализму. Это две неразрывные части единого представления о мире.
Чтобы построить дом из кирпича и бетона, нужен план. Панели и балки – материальные составляющие будущего дома, план –
- Вы даёте такое толкование возникновения материального мира, как верующий человек, или, наоборот, ваше представление о Творце возникло в результате размышлений над устройством мира?
- Моё сознание эволюционировало по второй модели. Как у большинства людей моего поколения, у меня было атеистическое сознание. Но постановка вопросов о первопричинах сущего и попытки найти на них ответы привели меня к мысли о неизбежности разумного творческого начала, без которого возникновение материального мира было бы невозможно.
- Подобную эволюцию сознания пережил и Эйнштейн.
- Да, в конце жизни он признавал неизбежность разумного созидающего начала, «запустившего» механизм мироздания.
- И вслед за мыслителями Востока вы готовы доказать, что материальный мир – результат творческих усилий Создателя
- Доказать существование Творца методами современной науки невозможно: слишком сложный объект. Только в информационном единстве, в диалоге двух мировоззрений, двух культур мы приходим к выводу о существовании Творца. Доказать я вам не смогу, но указать на
- Метод аналогий позволит нам если не доказать, то приблизиться к идее Творца. Человек, как известно, создан по его образу и подобию. Кроме того тела, которое мы физически ощущаем, восточная наука выделяет ещё шесть, насаженных на физическое тело, как матрёшки, большего размера. Это так называемое эфирное тело (вместе с физическим телом оно ответственно за подсознание), призрачное, астральное, ментальное (эти три тела ответственны за сознание, а также тело души и тело духа (их область ответственности – сверхсознание).
После естественной смерти физического тела постепенно распадаются и другие тела: эфирное – примерно через три дня, призрачное – через девять, астральное – через сорок дней. А вот тела души и духа не распадаются, это божественная часть сознания, отвечающая за связь с Творцом.
Индуктивное мышление, свойственное западной науке, ориентировано на сбор информации, оторвано от участия Творца. Хотя и это не совсем так. Обычное выражение «мне пришла в голову мысль» ясно показывает: не сам человек создал в своей голове мысль, а она ему пришла. Откуда?
- Дедуктивное мышление Востока указывает
- Прямая. Всё, что мы видим, состоит из молекул, молекулы – из атомов. Это можно считать доказанным: и молекулы, и атомы при достаточно сильном увеличении можно увидеть. Из чего состоят атомы? Из элементарных частиц, научили нас в школе. Но увидеть их – уже проблема: только косвенно – следы, оставляемые ими. А из чего состоят элементарные частицы?
Теория физического вакуума снимает эту неопределённость, утверждая, что элементарные частицы рождаются из первичных вихрей, возникающих в вакууме. Таким образом, вакуум уже не синоним понятия «пустота». Он плотен, высокоэнергетичен.
Активизировать потенциал вакуума для создания простейших кирпичиков грубоматериального мира может только творческое сознание. (
- Но косвенно доказывается и это утверждение. Иногда, очень редко, рождаются люди с высокоразвитым сознанием. Такими были Сергий Радонежский, Серафим Саровский. Сегодня тоже есть такой человек, живущий на юге Индии, - Саи-Баба. Благодаря более развитому, чем у большинства людей, сознанию, он больше подобен Творцу, чем все иные. И умеет кое-что делать, чего простым смертным не дано. Например, материализовать с помощью мысли предметы.
- В Пензе недавно умер Анатолий Антипов, который так управлял своим сознанием, что на глазах очевидцев нарушал известные законы физики. Он мог, скажем, стоя притягивать своим телом четыре 40-килограммовые металлические плиты. Понимаете, никакая теория современной науки не может объяснить это явление, создававшееся по воле Антипова.
- Кстати, хотя вы и теоретик, знаю, что на выставке новейших технологий в МГТУ им Баумана демонстрировался ваш вездеход, которому для перемещений не требуется опора. Что стало с этой машиной?
- Она усовершенствована. Если та модель, что была на выставке, передвигалась рывками, вскоре мне удалось добиться равномерного движение «тарелки». Причём ей безразлично – ездить, плавать или лететь.
- Выходит, скоро улицы наших городов (или небо?) заполнятся самодвижущимися аппаратами – чистыми, бесшумными?
- Моё изобретение никого в России не заинтересовало, поскольку, по экспертной оценке авторитетов из Российской академии наук, это вздор, плоды лженауки, представителем которой я являюсь. Пришлось мне запатентовать новый двигатель в Таиланде, а уже тайцы оформили патенты в США и Японии.
- Что же человечество вправе ожидать от вакуумно-энергетической техники
- О вакуумных двигателях мы уже говорили. Они очень скоро вытеснят ракетную технику – неэффективную, опасную, дорогую. Вы только представьте: полезная нагрузка составляет лишь два процента от массы ракеты. Всё остальное – ядовитое топливо, которое, сгорая, отравляет воздух и землю, куда попадают отработанные ступени. Новый двигатель будет потреблять энергию вакуума, а она безгранична.
- Скорость света – это предел только для электромагнитных взаимодействий. А здесь используются другие поля, у них нет предела скоростей. Связь на основе этих полей будет мгновенной. Вихревые технологии сегодня обеспечивают огромные запасы энергии без выброса тепла вовне.
- Вот перспективы самых ближайших лет. Развитие цивилизации находится во власти Создателя, а не во власти авторитетов.»
НЕХОРОШИЙ ДОМ - II
Тут к Полине неожиданно и невесть откуда вернулся Виктор – спившийся и без денег. Пожалела, приняла. Думала, поможет строиться. Не тут-то было – тебе, мол, надо, ты и валяй. А сам часами сидел на лавочке – один или с такими же забулдыгами, потягивал сивуху прямо из горла, заедая яблочком, или что там в огороде выросло, и гнал пургу.
То ли он Дом своим отказом прогневал, то ли ещё что, но вскоре и Виктора не стало – захирел и помер. А Полина закупила кирпича, песка, цемента, наняла поначалу рабочих, потом всех разогнала, засучила рукава и стала класть стены сама.
Было это уже в начале восьмидесятых, а Полина – 13-го года рождения, то есть ровесница моей мамы. Значит, размешивала раствор, лазила по лестнице туда-сюда с цементным ведром и кирпичами – бабуля под семьдесят пять. Но эта «бабуля» ещё и пела на лестнице во время трудового своего подвига, чем приводила меня в восхищение. Распевала советские и русские шлягеры – они до сих пор популярны, - молодым серебристым голоском, который я про себя назвала «комсомольским», заслушиваясь её звонким пением за прополкой собственных грядок.
Так у Дома появилась кирпичная пристройка – большая комната-зала (для Андрюшеньки) и тёплая ванная с туалетом – для Светочки. Освободившуюся часть площади предприимчивая Полина сдавала дачником, покупая на эти деньги оконные рамы, краску и обои для внутренней отделки.
Разросшийся Дом был её гордостью – она водила гостей по новым апартаментам как на экскурсию, подробно рассказывая, кто где будет через несколько лет обитать, когда Андрюша женится, где будут играть внучата и Светочка с ними - она ведь так любит малышей! Где какая будет мебель, светильники и ковры. Ковры необходимы, потому что детям нужно тепло, а одного газового котла на все комнаты теперь не хватает, и в полу из щелей дует. Ну да это ничего, временные трудности. Был бы Дом.
Однако, сам Дом уже не желал слышать ни о каких «временных трудностях», требуя к себе постоянного внимания сегодня, сейчас, и злобно мстил за все недоделки промерзающими стенами, ледяным дыханием оконных рам и пола. То ли от этого холода, то ли от комсомольского трудового подвига на лестнице под грузом, но у Полины вдруг согнулся позвоночник, стали болеть кости таза, ноги и руки, да и вообще всё тело. Она не сдавалась, растиралась водкой, иногда принимая внутрь глоток-другой, по-прежнему тянула все дела, опираясь сначала на палку, потом на костыль. По выходным приезжали дочки с Андрюшей, привозили продукты и кости для собак – Полина всегда любила и жалела животных, привечала больных и бездомных псов и кошек, по вечерам скликала своих питомцев из окна. И, когда кто-то из них надолго исчезал, звонила мне, слёзно умоляя сходить на соседние улицы и поглядеть – не сбила ли машина, не погрызли ли кота собаки…Помню, как она страдала, когда пропал её красавец Бобик, сын моей Альмы. Наверное, кто-то польстился на пушистую шкуру, – тогда, перед перестройкой, пошла мода на собачьи шапки.
Потом грянула и сама перестройка. Полина, в отличие от большинства обитателей посёлка, осталась убеждённой коммунисткой, исправно платила в первичку членские взносы и нещадно костерила «предателей и перерожденцев». Ей нравилось, что мы с ней по одну сторону баррикад, в то время как дочери, особенно работающая в Газпроме Тоня, перерождались и борзели на глазах. Особенно это стало заметно, когда настала эра тотальной приватизации. Примчались к матери - имение надо срочно приватизировать! При мысли, что наконец-то детище и сокровище станет её безраздельной собственностью, у Полины сладко замерло сердце, и она сходу согласилась. А Нехороший Дом понял, что настал его звёздный час.
Для приватизации понадобилось множество документов и как-то сам собой возник вопрос, который Полине совсем не понравился – кому что достанется после её смерти.
Никакая не смерть входила в её планы, а большая дружная семья с кучей правнуков, наполнившие дом детские голоса и смех…Тех, кого бы она кормила манной кашей и укачивала в колясках, пела песенки, рассказывала были-небыли о долгом и трудном своём пути, показывала почётные грамоты, старые письма и фотографии, для чего, конечно же, надо будет купить хороший альбом. Она, Полина – глава, эпицентр этой замечательной семьи, её сердце... А когда совсем состарится, все будут ухаживать – за Светочкой и за ней, тоже кормить с ложки манной кашей, мурлыкать на ухо её любимые «Землянку» и «Уходили комсомольцы». И будут, как прежде, звонить по праздникам с поздравлениями из парторганизации, присылая цветы и открытки, навещать соседи, благодаря за всё, что она сделала хорошего для посёлка, за всю свою долгую славную жизнь… А потом она с тихой улыбкой и сознанием выполненного долга уйдёт, уснёт, прощально сжимая в слабеющей руке тёплый детский пальчик…
Долгая – от слова «долг».
Однако, как ни крути, делить Дом всё-таки было необходимо – как знать, вдруг Соня или Тоня надумают с кем-то соединить свои немолодые жизни, или Андрюшина жена не поладит со свекровью, да и инвалидку Светочку надо обеспечить на случай опекунства… И скрипя сердце согласилась Полина выделить каждому долю. Пристроенная зала, само собой, досталась Андрею, старая часть дома с кухней и кирпичным санузлом – Свете, апартаменты вымершей фаининой семьи - Соне, а верх с кружевным балкончиком – Тоне. Антонина сразу же принялась свой чердак перестраивать, в результате чего и ощетинился Дом крышей-гильотиной с повёрнутой в нашу сторону бойницей.
Но основные неприятности начались при делёжке участка. Нарезали в посёлке всем по 10 соток, у Полины было 11, 3. Но всё равно на пятерых смехотворно мало. Андрею она выделила 4, 4 сотки, себе со Светой – 5,5, Соне досталось – 1,1, только чтоб пройти к дому, а Тоне и вовсе не хватило. Начались скандалы, истерики. Полина успокаивала – впоследствии возьмёшь над Светочкой опекунство и получишь нашу долю. А Дом слушал эти ссоры да обещания и в радостной злобе звенел непромазанными окнами. Ишь ты, опять делить его надумали, на части рвать! Даже не замечает глупая Полина, что теперь Тоньке для получения земли потребуется не только её, полинина смерть, но, в перспективе, и светкина – кому охота возиться с инвалидкой. Только б опекунство оформить с правом наследования.
Однако, несмотря на хвори, помирать Полина отнюдь не собиралась, и вообще была из породы долгожителей. Поэтому Тоня решила пока что поискать себе две-три сотки у соседей. Вспомнилось, что с востока прежде проходила когда-то сливная канава, да и с юга располагался бесхозный участок, откуда соседи отрезали себе по кусочку. Потом Мособлисполком выделил его одной заслуженной агрономше (10,3 сотки), которая построила дом и продала нам.
Наступление началось с востока – за канаву соседа Сени (имя изменено). Баталии разыгрались не на шутку – вопли, драки, газовые баллончики и даже полинин костыль, которым она лихо фехтовала. Потом кто-то кого-то толкнул и, само собой, заявление в милицию «об избиении». Протокол, судебное разбирательство… Однако «привлечь», не получилось – объявили амнистию.
Пришлось открывать второй фронт, южный - против моего благоверного. Бесконечные жалобы, комиссии, экспертизы, замеры. И опять, как ни крути, лишней земли у нас не обнаружили – даже чуть меньше положенного. К северу Дому тоже двигаться некуда, дальше – газовая магистраль и шоссе. А на западе – тупик. Госсобственность без названия.
И тогда Дом повелел Тоньке идти во власть, что та и сделала, подговорив подругу выдвинуть на собрании жителей её кандидатуру в уличком. Должность хлопотная, желающих конкурентов не было, проголосовали единогласно, кроме благоразумного Сени. А мы с Борисом были четырьмя руками «за», уповая, что общественно-полезный труд вызволит бедную Антонину из рабства у Нехорошего Дома. Но Дом лишь смеялся, звеня непромазанными стёклами – и над нашими наивными упованиями, и над восьмидесятилетней Полиной, дежурящей с клюкой на пограничной канаве, и над пожилыми сёстрами, забывшими, «сколько человеку земли нужно», спускающими остатки жизни в сенин сливной сток. И над Андрюшей, который по выходным, вместо того, чтоб искать себе хорошую жену - тоже теперь по домову велению да материному хотению бродил по участку с рулеткой или, подобравшись по лестнице к печной трубе нашей бани, колотил по ней кувалдой.
И над сонмом тутошних и столичных чиновников, которых отныне будут терзать бесы под началом облечённой властью Антонины, мобилизуя на поиски «поддельных документов». Над депутатами местного разлива, для которых она будет собирать подписи избирателей в обмен на «ходатайства». Над всякими там БТИ, комиссиями, экспертами, свидетелями и судьями, тоже втянутыми в изматывающую смертельную пляску под дудку Нехорошего Дома.
Затем Тоня, убедившись, что и от хождения во власть особого проку нет (на очередном собрании её со скандалом переизберут как использующую эту самую власть не по назначению), уговорит мать подать на обоих соседей в суд – по поводу захвата ими сточной канавы и метрового просвета между банями. Полине будет уже за восемьдесят, понадобятся истцы – представители потерпевшей, которыми и станут, само собой, Тоня с Соней и примкнувшим к ним Андрюшей. И под стекольное хихиканье Дома Полина подпишет исковое заявление, не ведая, что вынесла себе смертный приговор.
Тяжба продлится много лет. Экспертизы, комиссии, повестки и прочие хождения по мукам. Поначалу оба ответчика исправно ездили на заседания, даже я пару раз сподобилась. Но вовремя опомнилась, расслышав за кулисами торжествующе-кладбищенский смех Дома да свист его косы. Ужаснулась и перестала пускать туда Бориса, у которого начались из-за стрессов проблемы со здоровьем. Ладно, будь, что будет.
И Полина всё больше слабела, недомогала, с дочерьми часто ссорилась, особенно с Тоней. В какое-то время семейка вдрызг разругалась и сёстры перестали навещать старуху, бросив со Светкой на произвол судьбы. Хорошо, что соцпомощь ещё доставляла тогда продукты немощным и одиноким, но ведь надо было стряпать, стирать, переворачивать Свету на кровати, выносить помойные вёдра. А тут боль такая, что саму бы Полину кто на другой бок перевернул…
Основные проблемы были с водой. Сердце обливалось кровью, когда видела из окна скрюченную бабку, передвигающуюся с ведром от колодца к крыльцу при помощи табуретки. Однажды не выдержала, прибежала, донесла ведро и взяла слово, что всегда будет, когда что надо, звонить мне. Обнялись, будто и не ссорились. Да мы действительно не сорились из-за суда, не выясняли отношений, я вообще этой темы избегала. Полина иногда сама заводила разговор, что вот, хорошо бы поставить по весне новый забор – старый-то совсем завалился… И опять я играла со Светой, которая радовалась, повторяя: «Не надо ругаться» и «Не надо болеть», приносила им ёлочку на Новый год, цветы к восьмому марта, домашнюю стряпню, продукты из магазина, лекарства. Наливала воды в расширитель и кастрюли, если долго не приезжал Андрюша – он будет последним, кто отречётся от Полины.
Она очень по нему скучала.
Снова и снова усаживала меня за стол, доставая старые фотографии, письма и грамоты, рассказывала в который раз свои истории, не желая отпускать, а мне, как всегда, было некогда, спешила домой к недоконченной книжке и прочим делам. Может, из-за этой моей мизерной помощи и возненавидела меня окончательно Антонина, вымещая злобу на матери. Полина часто повторяла: «Она на меня из-за тебя кидается…».
Поняв, что бойкот не удался, сёстры к лету снова перебрались в Дом, скандалы возобновились. Полина в слезах звонила, жаловалась, но мне дорога туда отныне была заказана, – любая встреча с сёстрами заканчивалась площадной бранью. Самое мягкое из обвинений – я хочу завладеть Домом.
Полина действительно в беспомощном исступлении грозила лишить их наследства и завещать всё детям-сиротам или КПРФ. Но более всего доверенные истицы опасались почему-то меня – пришлось даже в суд написать, мол, это всё равно, что подозревать мальчика, который переводит старушку через улицу, будто он собирается вырвать у той сумку. Впрочем, и такое, наверное, бывает…
Сеня поведал, что судья в ответ на моё зачитанное вслух заявление, смахнул слезу: - Мальчика жалко.
Ловушка под названием «дело о наследстве», где мы все, и в первую очередь Полина, стали заложниками Нехорошего Дома, захлопнулась. Добрые соседи обернулись «нехорошими мальчиками» - любая наша попытка помочь «неходячей» преодолеть жизненную дорогу теперь толковалась как намерение завладеть её сумкой, которую наследники-истцы с нетерпением поджидали на той стороне полининого бытия.
Мы были уже не соседями, а ответчиками, когда «всякое слово и действие может быть истолковано не в вашу пользу». Да и прочие друзья - знакомые допускались «к телу» строго по критерию – с кем ты?
Тогда Полина стала названивать во всевозможные общественные и прочие организации и учреждения, включая больницу, администрацию, милицию, суд… Но все инстанции уже были предупреждены сёстрами-наследницами о «спятившей бабке». Знакомая история, начиная со времён короля Лира и пьесы «Перед заходом солнца». А если кто и отваживался войти во двор, залитый нечистотами и охраняемый бродячими собаками, которых сёстры специально прикармливали, и проникнуть через псарню в полинину дверь, то, увидав на койках две высохшие согбенные фигурки в тряпье, грязи и зловонии, в панике ретировался. Потому что Полина сходу начинала жаловаться и кричать, Светка – мычать, и ещё пуще лаять собаки.
Потом конфронтация достигла апогея. Полина перестала пускать наследников в кухню, требуя, чтоб они «убирались вон», а сёстры разжигали во дворе костёр вблизи нашего гаража и на огне стряпали. Лето стояло засушливое, мы не могли заснуть, опасаясь пожара. Потом Соня взялась возводить кирпичную пристройку с выходом в тупик. Полина говорила: – «чтоб народ не видел, когда они мать убьют и втихую отсюда вынесут».
Ни телевизора, ни радио… Даже свой старенький ВЭФ я не рискнула ей передать - случись в вилке замыкание, не отмоешься. «Заживо похоронили», – сетовала Полина. Мол, Светка от тоски всё время грызёт ногти, да и сама она боится действительно рехнуться в этой гробовой изоляции. К тому же – всё болит и никакой помощи. Однажды её-таки забрали в больницу, но через несколько дней выписали. Запросилась домой, из-за Светы. Санитары, поняв, что им не заплатят, в сердцах свалили с носилок на койку, как мешок с картошкой. Страшная боль, невозможно дышать. Видимо, перелом ребра…
- Ничего, бабка, до свадьбы заживёт, - с тем и уехали.
- За что? Ведь я - человек…Эту их больницу помогала строить, газ проводить, - рыдала в телефон Полина, - Трубы им добывала в первую очередь… Где справедливость?
С тех пор передвигаться ей стало невозможно даже со спасительной табуреткой, почти ползала на кухню и обратно, опираясь то на стол, то на комод. Единственным окном в мир оставалась телефонная трубка, а собеседницей - я. Даже бывшая подруга, обладающая телефоном, перешла на сторону наследниц-дочерей. Полина жаловалась, что её «накачивают снотворными», что она целыми днями вынужденно спит, а потом трещит голова и тошнит, как с похмелья. Спрашивала меня, проснувшись, который час на дворе, день или ночь. Однажды, открыв глаза, она увидала, что комната пуста – исчезли холодильник и почти вся мебель, кроме шкафа. В тупик действительно приезжал грузовичок, что-то в него таскали тяжёлое.
Потом пропали все документы из шкафа вместе с письмами, грамотами и фотографиями.
- Всю мою жизнь украли! – опять рыдала Полина, - теперь я никто…Видать, завещание искали. Скажи, куда обращаться, должна быть где-то защита! Я ж их холила-лелеяла, как кукол обряжала… Тонька станет надо мной – «Когда ж ты, наконец, сдохнешь?» Разве можно такое матери? И старшая не лучше, она за деньги у Тоньки в шестёрках. Андрюша, и тот меня предал, - молчит, не заступится… Я ж для них этот дом... своими рученьками…
Она звонила всё чаще («У меня никого теперь нет, кроме тебя»), снова и снова повествуя о своих заслугах перед людьми и никак не желая примириться с мыслью, что никто из властей, друзей и соседей за неё так и не заступится. Потом я стала привыкать и к её, и к своим хворям. Было, как всегда, некогда, слушала краем уха, прижимая плечом трубку и одновременно управляясь с клавиатурой.
Страшнее всего было ощущение бессилия. Тупик наш безмолвствовал, только слышался в трубке леденяще-стекольный хохот…
- Я расскажу о тебе. - пообещала как-то, - Напишу.
- В газету? – обрадовалась она, – Можно в «Советскую Россию». Или в районную.
- Нет, в своей книжке.
- Ох, а как же я прочту – очки-то слабые, совсем не годятся.
- Прочтёшь.
Она поверила. И я теперь твёрдо знала - напишу и прочтёт.
Иногда Полина плакала, что голодает, и вообще рассказывала всякие ужасы про пыточное своё житьё, - уже отличить действительность от вымысла не представлялось возможным… Время от времени умоляла принести что-то от сердца, давления, бутылку молока или водки («для растирки – всё болит»)… Когда сёстры отлучались, я побыстрей отливала в бутылку молоко из кастрюли в холодильнике, совала в пакет ещё что-нибудь съестное и лекарства. О водке, разумеется, не могло быть и речи – засудят! Отбиваясь от собак, подавала пакет Полине в форточку.
Она благодарно сжимала мне пальцы, – каким крепким было это пожатие! Несмотря ни на что, ей так хотелось жить…Хоть и говорила порой, что только из-за Светочки.
Практически никогда не удавалось кого-нибудь уговорить передать пакет вместо меня, - никто не желал рисковать и нарываться на скандал. Косились подозрительно (все знали, что именно она подала на нас в суд). Ох, неспроста пионер переводит бабку через улицу!
- А в Бога я верю, - говорила в трубку Полина, - Неважно, что коммунистка, у нас тоже ничему плохому не учили. Мы за народ, как и Бог…Я вот что тебя попрошу, милка…Будешь в церкви - стань на коленки перед Богом и помолись за меня. Чтоб простил, коли в чём виновата. Он же правду видит …
Был не помню какой церковный праздник, в храме земные поклоны запрещены. В точности исполнила просьбу - вопреки уставу опустилась на колени перед большим распятием, представила Полину рядом, мы вместе поплакали и помолились. Чтоб простил и не дал погибнуть…
Она всё чаще жалела о судебной тяжбе между нами, собиралась звонить в суд и прекратить дело. Мечтала, - вот, поставим новый забор с калиткой, и я снова смогу её навещать с внутреннего входа…После таких заявлений по ту сторону провода обычно вспыхивали скандалы с криками, грохотом и обоюдными проклятьями. Во время очередной свары – внезапный треск и короткие гудки. То ли оборвали провод, то ли аппарат об пол грохнули. С тех пор телефон замолчал.
Полина ещё долго не сдавалась. Приподнявшись на койке, истошно жаловалась в форточку на творящиеся в отношении неё издевательства и беззакония, перечисляла свои заслуги, взывала к народу и власти, требовала защиты и наказания обидчикам, сулила любые деньги. Прохожие спешили мимо, некоторые останавливались, пробовали подойти ближе, но тут из дверей крыльца чья-то бдительная рука спускала собак. Многоголосый лай отпугивал даже самых любопытных и корыстолюбивых – (мол, вдруг и впрямь что-то перепадёт от шизанутой?)
Яков Яковлевич, ветеран и общественник, спросил как-то на улице моего Бориса - что там за вопли всё время из окна?
- Так это Полина.
- Да ты что? А я думал, она померла давно. Значит, совсем спятила, вон оно как…
Борис махнул рукой – оба куда-то торопились.
Яков Яковлевич проработал с Полиной в уличкоме не один десяток лет…
Потом наступила тишина. Говорили, что Полина совсем плоха и не встаёт. Оставалось лишь молиться за болящую Пелагею и делать духовное упражнение, которому меня научил один монах – как можно шире раскинуть руки, как бы вмещая всех, кого любишь, а затем медленно скрещивать их на груди, заключая в объятия нуждающихся в помощи и защите. В Божьей и твоей. Святые так молились за целый мир…
Ну а я, грешная, мысленно перечисляя родных и знакомых, теперь прижимала к себе и высохшее тело Полины, явственно, до слёз, чувствуя запах её седых волос – наверное, спутанных и давным-давно не мытых. Она ещё по телефону жаловалась, что дочери обсыпают ей голову каким-то белым порошком – мол, не иначе, хотят отравить. По этой же причине боялась принимать от них пищу.
Вот так. Даже если удастся ей что-то передать – отравят, а нас привлекут. Отомстили, мол, злые соседи за судебную тяжбу. Стыдно признаться, но именно это думалось.
Порошок. Наверное, от вшей…
Обесточив Полину, Дом снова взялся за нас. Тоня с рулеткой, как ни глянешь в окно, опять несла вахту на границе, готовясь к «последнему и решительному». Борис письменно отвечал на повестки, психовал, по утрам зашкаливало давление. Он почти всё время лежал. Все домашние заботы обрушились на меня, плюс сайт в интернете и новая книга, плюс ещё какие-то бури на солнце. К зиме мы совсем свалились – сначала я с сердечной аритмией, потом Борис с давлением. Суд опять состоялся без нас. Сеня сообщил, что всё в порядке, в претензиях на нашу землю истцам отказано.
- Думаете, это конец? - обрадовала нас Соня при встрече, - Это только начало.
(продолжение следует)
ОГОНЬ
Случилось это перед самым Новым Годом. Числа не помню, передавали только, что были несколько дней подряд небывалые выбросы на Солнце, магнитные бури и прочие катаклизмы, из-за чего даже какой-то японский спутник с орбиты сошёл. Ну и я сошла. Чувствовала себя неважно давно, но, как всегда, старалась не обращать внимания. Наверное, была среда, потому что ездила в Москву. Вернувшись, решила немного «взбодриться» и поработать за компьютером, выпив, в виде исключения, вторую чашку кофе.
Внеплановый кофе плюс магнитно-солнечные происки, наверное, и вызвали приступ - с повышением давления, глотанием лекарств, бессонной ночью и прочими, уже привычными, неприятными последствиями. Но к утру, вопреки обыкновению, давление не снизилось. Пришлось принять ещё одну таблетку. И более того, стало спотыкаться сердце – не «мерцать», как год назад, а именно «спотыкаться», как старая усталая кляча. Несколько шагов – остановка. Ещё пару ударов - опять остановка. Будто раздумывая – а стоит ли вообще куда-то топать?
Затаивала дыхание, надавливала на глазные яблоки, звонила знакомым врачам, принимала какие-то снадобья…Всё бестолку. Спотыкалось, кляча. Остановится, потом заворочается где-то в средостении, заспешит. При волнении, быстрой ходьбе. Я пугалась, хваталась за пульс. Частит, спотыкается. В общем, приехали.
Врачи посоветовали сделать кардиограмму и пройти обследование. Это вообще повергло меня в панику. Наверняка что-нибудь найдут, придётся таскаться по анализам, потом положат в стационар, а может, и на операцию…Дом на Бориса оставить нельзя по известной причине –начнут собираться дружки-соседи, того гляди споят и спалят …Прежде всего, конечно, опять были у меня мысли о неоконченной книге, о папках с материалами наших дискуссий по «Изании» и читательскими письмами…О так называемом «имуществе» в лице дома не думалось, не говоря уж о мебелях и тряпках. Хотя, конечно, тоже, вроде бы, жалко.
Решила жить, как жила. Как Бог даст. И будь, что будет…
Старалась не напрягаться и не волноваться, по-прежнему делала по утрам довольно интенсивную гимнастику, игнорируя эти самые систолы, обливалась холодной водой, продолжала работать над «Дверью в потолке», отвечала гостям на сайт, ездила в Москву… С последним было труднее всего - даже дойти до станции, особенно «под грузом» книг. Пару раз выручали попутные машины. Ну а в Москве…Чуть прибавишь привычно шаг – спотыкается мотор и частит. Поволнуешься - опять трепыхается.
В последний раз перед Новым Годом собралась, как всегда, на электричку, простилась с Борисом и вдруг поняла – не могу. Страшно. Вдруг станет в дороге плохо, не доеду, заберут на скорой в больницу, и тогда…Мой мир без меня. И кто знает, на какой срок. А что будет с книгой?
И никуда не поехала... Раз, другой, третий, по возможности перепоручая свои дела то тому, то другому - чаще всего Борису, которого прежде старалась пускать в Москву как можно реже, особенно на семейные торжества. Из-за его больных ног и опасения, что пойдёт в разнос. Дочь с зятем усаживали его ужинать, стол щедро накрывали, контроль в лице меня отсутствовал… Обычно он возвращался, что называется, «на полусогнутых», в буквальном и переносном смысле. А назавтра у обоих зашкаливало давление.
B БЕСЕДКЕ С: Новосёлом, Андреем, И.Т. Яззем, Семёном,
AG-ом, Юстасом и Денисом Будяком
Идея Изании мне подходит
Новосёл: - Посмотрел сайт и форум. Роман читать долго, а на форуме кое-что понять можно. Пора от моральных обоснований переходить к обсуждению конкретной организации. Лозунг «врач вам пломбу поставит, а вы ему комп. отремонтируете» – мне подходит. А рекламу Вашу на КОНР-ТВ надо бы сделать поподробнее. (Приводится электронный адрес).
2003-12-07
Андрей: - На данном форуме пока мало информации, потому что он новый. А новый он потому, что загнулся наш старый форум на by.ru вместе с этим самым by.ru. Вот на том отшумели крепкие споры о том, как конкретно делать организацию. Если время позволит, мы соберём архив и вывесим где-нибудь на сайте. Там было что почитать. Заходите.
2003-12-08
И.Т.: - На сайте disputy.narod.ru размещён полный список заголовков старого форума. Видна интенсивность обсуждений и тематика. Когда соберёте тексты сообщений этой дискуссии, готов выложить их на этом сайте.
Яззь: - К Юлии: действует ли Изания сегодня? То, что Ю.И. обходила своих соседей, во что-нибудь конкретное вылилось? Или это не пошло дальше переговоров? Желаю Вам добра и с нетерпением ЖДУ!!!
2003-12-19
Андрей: - Ю.И. отвечала по телефону (ехать в Москву пока не позволяет здоровье). Тезисно:
Когда писалась статья «Праздник на нашей улице», Ю.И. зондировала возможность построения такого союза внутри посёлка, в котором живёт. Нашла много согласных людей разных профессий, но не запустила «Изанию», так как в основе даже маленькой поселковой Изании должен быть энтузиаст, который бы повёл людей. Т.е. рядовых потенциальных членов Изании полно, такой взаимовыгодный обмен нужен многим. Но нет лидеров.
Сама Ю.И. - «неосвобождённый» лидер. Ей приходится тратить львиную долю времени на работу. Кроме того, сейчас она заканчивает автобиографическую книжку, куда войдут и варианты Изании. Поэтому лично впрячься и тащить даже поселковую Изанию она не может.
Изании нужна организующая сила, те, кому люди могли бы довериться, чтобы организаторы не слиняли, набивши карманы. Важно не скомпрометировать саму идею.
Ю.И. благодарит вас за активное внимание к проекту и надеется на сотрудничество.
2003-12-15
Семён: - Хотелось бы, чтобы Юлия Иванова и участники форума откорректировали мой вариант рекламы форума Изании:
«Обсуждаем проект Изании – организации взаимопомощи в нынешнем отталкивающем укладе жизни, восстанавливающей среди желающих солидарные принципы жизни. Эта организация художественно описана в романе Юлии Ивановой «Дремучие двери» и теперь её пытаются создать в реальной жизни.
Её участниками могут стать и люди религиозные, и атеисты, признающие общий нравственный закон, который Юлия Иванова называет Закон Неба. Культурные истоки этого закона взяты из христианства. Дело не в названии и не в истоках, а в попытке организовать людей на взаимопомощь в наши тяжёлые времена.
Ваши мысли и опыт в этой дискуссии помогут создать такую организацию. Адрес форума такой-то»
2003-12-11
Вопрос для обсуждения. К кому примкнуть?
Андрей: - Иванова считает проект достаточно готовым, чтобы можно было приступить к его реализации в начальной форме.
Прежде всего, нужно помещение под эгидой какой-либо организации или движения и 2-3 энтузиаста. Движений нынче много, они в миноре и простаивают. Им нужна идея. У нас есть идея. Вопрос: кому можно предложить проект? Тут главное – не навредить.
Вот это и надо обсудить. Ваше мнение?
КПРФ после поражения заинтересуется идеей
AG: - Уважаемый Семён! Глазьев с Рогозиным на идею Изании не клюнут. А вот КПРФ может. Поэтому взял с глазьевского форума «Товарищ» ваш текст, добавил строчку, и разместил на слабомодерируемом форуме КПРФ.
Строчку добавил такую: «Эти идеи близки коммунистам и социалистам». На левые форумы лучше давать текст с такой строчкой.
Мой вариант текста для КПРФ: «Новая форма работы с людьми – организация взаимопомощи».
Не прекращая всех прежних первостепенных направлений деятельности, можно попробовать и другие формы. Здесь речь идёт об организации помощи людям в выживании, о помощи им в самоорганизации выживания в нынешних тяжёлых условиях. Понимаю, что сил у КПРФ не так много, а задач немало. Однако возможно, что удастся обеспечить эту работу, не слишком отвлекая силы от других форм, т.к. для организации взаимопомощи потребуются люди другого склада, которые несомненно есть среди членов КПРФ и пока не задействованы.
Это – агитация не очень заметным для СМИ, но заметным для самих людей делом, которое должно привлечь к КПРФ дополнительные симпатии народа.
Задача: помочь найти друг друга людям, нуждающимся в услугах и имеющим возможность помочь ко взаимной пользе.
Единая Россия как партия власти может изображать, как она помогает строить мост через Волгу или чинить теплосети.
А КПРФ может помочь рядовому человеку, бедному человеку.
Такие схемы обсуждаются на форуме проекта «Изания» – проекта подобной организации, описанной в романе Юлии Ивановой «Дремучие двери», которую энтузиасты пытаются превратить в реальность».
2003-12-12
Неизвестное пугает…
Юстас: - 1. Я бы не стал в рекламном тексте упоминать неизвестный читателю рекламы «нравственный закон», который Юлия Иванова называет «Законом Неба».
Неизвестное пугает. Это они потом сами прочтут, что за закон такой.
2.Упоминание христианства на нерелигиозных форумах, считаю, сыграет отталкивающую роль. На религиозных форумах, напротив, оно как раз поможет. Т.е. нужно применять эти два варианта каждый для своего случая.
Для нерелигиозных форумов я бы написал: «Её участниками могут стать и люди религиозные, и атеисты, желающие жить по совести в окружении близких по духу людей».
Далее по тексту.
А в остальном, текст, с моей точки зрения, именно такой, какой и надо.
2004-01-13
Новосёл: - Надо зарегистрировать некоммерческую организацию – фонд. Тогда ничего платить не потребуется. Так я слышал.
Денис Будяк: - Хотелось бы встретиться с Ю.И. по поводу проекта «малой Изании». Или хотя бы поговорить по телефону.
2003-12-27
БЫЛ МЕСЯЦ ЯНВАРЬ
СВЕТЛОЕ БУДУШЕЕ
2004 год
Новый год мы с Борисом встречали вдвоём. И, тем не менее, ночь выдалась бурной. К вечеру стало ни с того, ни с сего вышибать электропробки, одна даже раскалилась, запахло жареным – в прямом и переносном смысле. Обегала соседей, одалживала пробки, меняла, переставляла – бестолку. Позвонила дежурному электрику. Тот ответил, что их касается лишь происходящее снаружи дома, а внутри – «ваши проблемы».
- А если сгорим?
- Отключите свет и ложитесь спать.
- Но как же Новый год?
- Тоже мне праздник, мы вот уже встретили, трам-тарарам… (
- Тогда с Новым годом!
- Хватит балаболить! – дежурный разозлился, - Ненавижу эти праздники – надо их все на … отменить.
Короткие гудки. Я снова набрала номер и попросила позвать начальника.
- Какой тебе тудыт-растудыт… в полдесятого начальник!
Но я нутром чувствовала – здесь он где-то, отмечает в коллективе.
- Да не может он подойти, ясно?
- Пусть подползёт. Скажите – знакомая. Писательница.
Поняв, что не отстану, дежурный раздобыл-таки шефа, который пробурчал в трубку, что никаких писательниц знать не знает. Эка невидаль – пробку вышибает. А ты её через пять минут обратно. Всё равно ночь не спать.
- А если сгорю?
- Твои проблемы. Мы только за улицу отвечаем.
- Но ведь не одна я сгорю, ещё и соседи. Такого знаете? (называю весьма известную начальнику, и не одному ему, фамилию), - Напротив меня живёт. Он ведь, кажется, ваш друг, да? Вдруг тоже полыхнёт?
Пауза.
- Вот прилипла... Ладно, сейчас подъедем.
Приехали двое ребят на огромной спецмашине, что-то поковыряли в коробке, поставили вместо пробки напильник и пообещали, что в ближайшие дни не сгорю, если не буду включать всякие там электрокомбайны. А после праздников сделают щиток «как родной тёте» за соответствующее вознаграждение. И попросили в подарок книжки с автографом, что я с удовольствием исполнила.
Пробили куранты, мы с Борисом поцеловались. У Бориса в рюмке плескался чайный гриб, у меня – коктейль из сердечных капель.
Щиток нам через пару дней сделали.
НЕХОРОШИЙ ДОМ - III
- Думаете, это конец? - обрадовала нас Соня при встрече, - Это только начало.
Вскоре из суда пришла бумага – мол да, захвата земли не обнаружено, но, поскольку ваша баня построена с нарушением санитарных норм (почти тридцать лет назад, по взаимной договорённости с Полиной !), её следует передвинуть на один предписанный метр от границы.
От какой границы? - в этом же постановлении сказано, что её за давностью «установить невозможно», надо делать кадастровую съёмку посёлка. А во-вторых, как можно «передвинуть» баню, как какой-нибудь стул, на пути у которого ещё и стоит впритык жилой домик аж со времён прежних хозяев. Помнится, был, вроде бы, прецедент в 30-е годы в Москве под газетной шапкой «Дом переехал». Так куда нам до грандиозных свершений тех лет, когда и горы двигали!
Борис хватается за сердце – мерцательная аритмия. Диагноз ставлю сама – у меня летом такая же была. Вызываем скорую. Уколы, постельный режим. И у меня аритмия с декабря не проходит. Слава Богу, не мерцалка, но тоже не подарок. Сердце несколько раз стукнет – пауза. Несколько шагов пройду – в груди трепыхается, замирает, пульс то частый, то с перебоями…Но не мерцалка. Однако никуда не денешься – надо овчарку выгуливать, хотя бы дважды в день. Иду по тупику, а из Нехорошего Дома всякий раз свора собак с диким лаем. Наш пёс норовит в драку, едва удерживаю. Того гляди, поводок порвётся вместе с бедным моим сердцем. А Дом, гад, радуется, стёклами позванивает, досками пощёлкивает – мол, вот вы у меня все где!
Оклемавшись, Борис пишет в суд протест. Отвечают – срок подачи жалобы истёк, давайте справку от врача, что не могли присутствовать на заседании. Участковый терапевт находит букет хворей. Отсылаем справку.
Но спустя несколько дней приходит из суда бумага, где «должнику» снова предложено: «добровольно перенести баню на расстояние 1 метра» от владения истцов. В случае неисполнения взыскивается сбор в размере 5 минимальных «размеров оплаты труда».
При повторном неисполнении – штраф до 200 «размеров», а затем - привлечение к уголовной ответственности, то бишь тюрьма. В общем, сушите сухари, граждане ответчики.
Очередная неотложка. Встречая машину, сама едва стою на ногах. Сделать кардиограмму и записаться к кардиологу снова отказываюсь. Болеть никак нельзя, особенно двоим сразу. Сижу рядом, держа борисову руку – сердце под моими пальцами то мечется в панике, то замирает, будто попавшая в силки пичуга. Проклятый Дом!
Бориса накачали уколами. Забрав гонорар и, уже традиционно, мои книжки с автографами в подарок, в который раз порекомендовали обоим всерьёз лечиться и уехали, пообещав, что ритм восстановится. К счастью, Борис вспомнил про анаприлин, который ему всегда помогал, и проглотил двойную дозу. Сработало. Вскоре он уже похрапывал, а я всё никак не могла оклематься, горестно размышляя, что же теперь будет.
Скованные одной цепью, распятые на одном кресте. Всё правильно - у венчанных одна плоть на двоих.
Прежде, несмотря на артрит, Джина вёл Борис, с трудом удерживая поводок. Несколько раз Джин его сваливал. А что делать сейчас? Выгуливали мы его обычно трижды в день, - теперь это превратилось в пытку. Поводок держал тот, кто в данный момент хоть как-то был способен передвигаться. Доковылять до конца улицы и назад. Если хватит сил, купить там что-либо в продуктовой палатке. Другой дежурил у тупика, наблюдая за передвижением первого – не завалился ли. И отгонял разъярённую псарню.
В общем, двое в дырявой лодке, не считая собаки.
У Полины по-прежнему светятся два окошка, за которыми тишина. Жива ли? Говорят, уже не встаёт. Бездвижное страдающее тело в паутине Нехорошего Дома. Мы-то хоть кое-как передвигаемся….
Тонька распространяет версию, что это мы свели её мать с ума, наклеив на окно икону Спасителя. Ну, во-первых, икону наклеили не мы, а Сеня. Во вторых, не Спасителя, а Николая Угодника, а в-третьих, только бесы бесятся от православных икон…Но мысль хорошая. Тоже наклеиваем на окно напротив дома-супостата репродукцию иконы Преподобного Сергия, подаренную ещё отцом Германом из Лавры, который крестил Бориса. Сергий помогает - понемногу начинаем выздоравливать.
Теперь ходим гулять в лес через территорию соседа-козовода, но Дом и там достаёт - то Тоня, то Соня. Выскакивают из-за спорного аппендикса между банями, будто специально караулят. Проклинают, угрожают, потрясая какими-то свитками времён толстовского приятеля Черткова, к которому заезжал когда-то в наши края сам Лев Николаевич. Молча осеняю сестёр крестом. Бледнеют, синеют, но вопят ещё пуще – будто ветер завывает в трубе. «Именем Российской федерации!.. Очистить нашу территорию…»
Как в «Золушке»: «Я выживу тебя отсюда. И ты умрёшь в лесу, и тебя съест людоед…» – не помню точно текст…
Проклятый Дом. Уповаю, что Бог всё равно сильнее каких-то там стекляшек и деревяшек. Даже кирпичей, даже гильотины из гофржелеза.
В лес далеко уходить боимся - вдруг кто-то «замерцает». Делаем традиционный круг вдоль посёлка - мимо сгоревшей в позапрошлом году дачи, мимо жилья алкоголика Женьки и его неходячей, как и Полина, матери, о которых я писала в далёкие Штаты Игорю Игнатову. Он тогда ещё посоветовал мне организовать в нашем посёлке для таких «отверженных» Изанию.
Ни Женьки, ни его матери уже нет в живых. У забора стоит иномарка кого-то из родственников.
Не поддамся. Надо во что бы то ни стало завершить книгу. Никуда не ездить, никаких поликлиник, врачей. Молиться можно и дома – Господь простит. И никаких второстепенных дел, тем более гостей и праздников. Даю себе слово. Не встану из-за стола, пока не поставлю точку. И будь, что будет.
Сижу за компьютером. Поднимая глаза, всякий раз вижу в окно нацеленную на меня бойницу соседней крыши и думаю о Полине. Господи, дай ей силы всё вынести.
Приходит бумага, что наша жалоба передана в областной суд.
(продолжение следует)
B БЕСЕДКЕ С: Семёном, Искрой, Яззем, Игорем Игнатовым,
Чёрным Котом, Андреем, Катей
и свежей прессой
Изания в интернете
Семён: - Идея Изании понемногу распространяется в Интернете. Поиску немного мешает типичная опечатка в слове «Издания», когда пропускают букву «д» и получается «изания». Таких ссылок около 40 %.
Я встретил немало сообщений, кроме ссылок на собственные сайты Изании и её форумы. Вот некоторые из них:
Нашему народу пора собираться…
1. Искра (электронный адрес): Полный текст Ю.Ивановой «Изания-выход» (идейно-социальный проект) .Итоговый вариант описания проекта «Изания» со ссылкой на её сайт.
2. Форум сайта «Интернет против телеэкрана» (электронный адрес):
Есть группа «Изания», которую возглавляет Ю.Иванова. У них очень похожие разработки. Кстати, я тоже сторонница этого подхода (и видимо, он правилен, раз уж такая масса народу его разделяет). Нашему народу пора «собираться». В какой форме это всё будет происходить – другой разговор. Но общину (или много общин) создавать необходимо обязательно. Мы должны подойти к кризису уже с такими ячейками.
3. Яззь на форуме КПРФ.: - Здравствуйте все! Уважаемая ИВА! Пока что самое лучшее, что я нашёл по теме – это проект «Изания». Там с главной страницы для полного представления нужно ещё открыть ссылку про «ступени Изании».
Смысл состоит в локальном (а предлагается глобализовать в разумных пределах) обмене различными услугами членов некоторого общества.
4. Есть ещё реклама «Изания – союз взаимопомощи» на форумах (следует перечисление).
Вы не слишком оттягивайте с практической работой…
Письмо от Игоря Игнатова: - Примите запоздалые поздравления с Рождеством Христовым и Новым Годом. Огромное спасибо за своевременный ответ. С женой вроде пронесло. Что-то очень странное с ней произошло – аномальное. Врачи (!) даже посоветовали квартиру в Запорожье окропить, что и было сделано.
Извините за долгое молчание – жизнь такая напряжённая, что едва успеваешь уворачиваться. Как у Вас дела? Сделано ли что-либо практическое в направлении Изании? Закончили ли Вы Ваш труд, который как бы служил «препоном» к практической деятельности?
У меня тут свои дела мешают копать в том же направлении – надо статьи доделывать, курсов привалило (три вместо двух), правда и зарплаты – слегка тоже.
Вы не слишком оттягивайте с практической работой. Самое главное Вы уже сделали. Надо искать сторонников и начинать что-то делать. Я попробую в ближайшем будущем выложить что-нибудь на СГКМ Форум по своей теме – община. Там уже выявляется ядро, которое хотело бы – и не столько по материальным принципам, сколько по духовным.
«Русско-советский ген» живёт и не собирается умирать.
Благослови Бог Вас, Вашу семью и все дела Ваши.
Первые впечатления
Чёрный кот: - Привет, народ! Только сегодня узнал об Изании и только начал изучать проект. Первое впечатление – сейчас ничего из этого не выйдет. Просто не припёрло ещё так, что хоть в гроб ложись. Но всё к тому идёт семимильными шагами. Так что лет через пять, если не раньше Изания или подобный проект станет более чем актуален. Тогда и организаторы найдутся и вообще всё пойдёт само собой.
Молодцы, что начали думать об этом уже сейчас. Завтра думать некогда будет, делать придётся… А пока проголосуем дружно за Путина и пожелаем ему успехов в деле создания всех предпосылок в актуальности Изании. Последние 4 года это у него очень неплохо получалось, и есть все основания считать, что и продолжать будет в том же духе. И вообще восточные мудрецы учат, что в каждом явлении есть зародыш его отрицания.
Так что не всё так безнадёжно, как порой кажется. Удачи! Рад был вас найти!
2004-01-22
Уже легли, но ещё ждут
Андрей: - Собственно, многие уже легли, ручки опустили, ножки сложили и ждут вымирания.
Их бы как-то организовать, и всё ожило бы. Но сами они организоваться не смогут – не умеют и не хотят, потому что организовывать – не свойственное им занятие.
Потенциал у них есть – это всё люди конкретные, делать что-то умеют. Энергия есть – всегда хочется делать, что умеешь, особенно, когда больше нечего, и за оплату. Вот чего нет – так это управляющей системы, которая бы честно и объективно учитывала и использовала их труды и услуги. Т.е. заменила бы атрофированную волю.
Так что заходите. Публикуйте здесь свои мысли по поводу, которые обязательно появятся.
2004-01-22
Не всё сразу
Чёрный кот: - Привет, Андрей! Не требуй от людей всего и сразу. Я тут рассказывал на одном форуме анекдот на эту тему, увы, он немного неприличный, а потому воздержусь. У вас, насколько я сейчас понимаю, ситуация типа:
Мы не сделали скандала
Нам вождя недоставало.
Настоящих буйных мало,
Вот и нету вожаков…
Беда в том, что буйные (вожаки) – контингент особый, за ними самими глаз да глаз, уколы, процедуры там разные, смирительные рубашки…Поэтому, мне кажется, я пошёл в своих размышлениях чуть дальше Ю.И. Мне кажется, в крупных городах такой проект абсолютно нежизнеспособен. Просто из-за неуправляемости аппарата координации и управления (власти, иными словами). А вот в деревнях и сёлах всё пойдёт на ура. Там все друг друга знают, и все у всех на виду, в том числе и власть. И вообще что такое Изания как не русская деревенская община? Так и место действия должно быть соответствующим. Деревня, община, землячество…И вся страна как объединение общин с координирующими органами
И значит, скорее всего, по сути верна…
Андрей, теперь практический вопрос. Как я понял, Ю.И. живёт в Подмосковье и народ тут, в основном, московский. Встречаетесь ли вы? Я сам из Москвы. Очень бы хотелось всей кучей встретиться. Форум – это здорово, но поговорить, а тем более кучей, всё же лучше. Удачи!
Андрей: - Ожидается массовый исход из городов? И куда исход, в общины?
Практический ответ
Периодичность появления зависит от занятости, т.к. все работают и выживают, что естественно. Поэтому собрать их было бы непросто.
По опыту живого общения населения других форумов можно сказать, что большинство лучше и конструктивнее выражается письменно. Кроме того, те, кто обсуждает подобные системы, как правило, имеют достаточно собственных идей и не склонны приходить к общему знаменателю. Как у самцов в природе – пометил свой ареал и живёшь в нём, на чужую территорию не заходя и на свою никого не пуская.
Поэтому «живые» встречи вызывают, в основном, флейм. Который, как проведение времени – недопустимая роскошь для меня, например. Как говорила одна подружка дней моих юных, «гулять надо с целью».
Это сугубо моё мнение. Что никоим образом не ограничивает вас в том, чтобы призвать посетителей форума встретиться и насладиться-таки живым общением.
Удачи вам в этом, как, впрочем, и в остальном.
Катя: (Ответ на «Изанцы выступили на форуме КПРФ»): - И чего они оттуда получили? Пока там не догрызутся – ничего не получат.
Чёрный кот: «Но всё к тому идёт семимильными шагами.»
Ю.И: - Мы неоднократно сообщали нашим гостям о таких шагах властей – как, например, о дешёвых и бесплатных пунктах современной связи, в том числе и компьютерных центрах с выходом в Интернет. Они создаются в других городах и даже сельских районах, в том числе в глухой провинции - при школах, клубах, библиотеках и культурных центрах. Это значительно облегчит нам задачу при запуске проекта.
Теперь прокладывается ещё одна лыжня, которая своим положительным и отрицательным опытом сможет нас в дальнейшем сориентировать:
Ещё один шаг к Изании
«В феврале в рамках развития нашей компании
- Что значит для Группы изданий «Пронто-Москва» выход на ТВ?
- Это одни из наших новых проектов, ещё одна возможность донести до людей полезную, разнообразную информацию, которой мы располагаем.
- Известно, как неоднозначно в России относятся люди к рекламе на ТВ. Вас это не настораживает?
- Справочно-информационный канал принципиально отличается от традиционной , привычной рекламы на ТВ. Это уже не реклама в её чистом виде, а домашний справочник, который поможет человеку решить свои проблемы, не выходя из дома. Информация, скомпонованная в блоки по определённой тематике (
- Это касается только недвижимости?
- Всего: автомобилей, отдыха, нахождения работы, знакомств. Тут можно будет просмотреть анонс новых кинофильмов, репертуар театров. В любое время получить телефоны разных городских служб и т.д. Кроме того, телеканал «Из рук в руки - ТВ» - это 24 часа самой актуальной информации: новости, курсы валют, прогноз погоды…
- Но аналогичные услуги есть в Интернете?
- Согласитесь, что пользование телевизионным пультом гораздо проще, удобнее. Достаточно просто нажать кнопку. Это можно сделать, даже стоя у плиты на кухне!
- А если надо продать товар или услугу? Цена рекламы на ТВ, не секрет, похожа на «кривой» номер мобильного телефона. Дорого!
- Стоимость размещения объявлений на телеканала «Из рук в руки – ТВ» такова, что будет доступна практически любому человеку, представителям малого и среднего бизнеса. Разработана гибкая система скидок. Как говорится, наши цены вам приятно удивят.
И ешё один шаг – компьютер можно будет заказть по почте
«Подружить» как можно больше россиян с компьютерами решили чиновники Минсвязи России. В ближайшее время даже жители российской глубинки смогут получить сравнительно недорогой хороший компьютер …по почте.
Как сообщил МК начальник Управления по координации федеральной целевой программы «Электронная Россия» Олег Бяхов, сегодня домашние компьютеры есть только у 11% россиян, работать на компьютере умеют лишь 38% жителей страны. (
Чтобы повысить популярность ПК, в Минсвязи решили их сделать более доступными. Предполагается, что базовая модель компьютера со всеми необходимыми периферийными устройствами будет стоить не более 10 тысяч рублей. В настоящее время цены на компьютеры зависят от сборщиков «умных машин», которые предпочитают не связываться с дешёвыми моделями, потому что им это просто невыгодно. Чтобы разрешить проблему, в министерстве решили установить взаимовыгодные отношения с основными игроками компьютерного рынка. Компьютерщики станут собирать недорогие компьютеры, а взамен получат возможность расширить рынок сбыта, в частности, с помощью почты. Так как её отделения разбросаны по всей стране, то потенциальными покупателями компьютеров автоматически становятся почти все россияне, располагающие достаточными средствами (Изане смогут «скидываться» на покупку по несколько человек – Ю.И.) . Каждый «народный компьютер» (так условно называется программа) будет снабжён всем необходимым программным обеспечением, к тому же счастливые покупатели смогут сразу же приобщиться ко Всемирной Паутине. Минсвязи планирует договориться с крупными провайдерами во всех регионах о том, чтобы они предоставляли покупателям «народных компьютеров» бесплатный доступ в Интернет на непродолжительное время, что будет выгодно как пользователям, так и провайдерам: оценив возможности виртуального мира, они наверняка захотят побывать там снова.»
СМЕРТЬ НАДО ЗАРАБОТАТЬ…
Стараюсь держаться, по-прежнему занимаясь самолечением. Часами сижу за компьютером, перерабатывая и заново осмысливая четырехлетний материал нашего Форума. Всё стало мукой – неотложные дела, которые приходится кому-то перепоручать, гимнастика по утрам, холодный душ, прогулки. Продолжаю уповать на «правильный образ жизни», надеясь с его и Божьей помощью выкарабкаться. «Полезная» и безвкусная еда, которую надо в себя запихивать, отказавшись от острого, солёного и сладкого. Единственный отрадный островок – кресло у монитора – всё прочее вызывает отвращение, даже думать тошно. Вот только успеть закончить хотя бы сырой интернетовский вариант, отправить на сайт - будто в море запечатанную бутылку с посланием для потомков. А потом лечь, закрыть глаза , расслабиться и… Ни о какой золотисто-синей двери в потолке уже не мечтаю - лишь о небытии, где не надо ни общаться, ни волноваться, ни есть, ни спать, ни просыпаться, ни отбиваться от собак, ни судиться из-за забора.
Ни запихивать в себя еду, ни разминать позвоночник, ни содрогаться под душем, ни вглядываться в борисову физиономию – не глотнул ли? Ни гонять гостей с бутылками за пазухой, ни вызывать скорую, ни хвататься за мужнин и свой пульс... Прежде все мои планы на будущее так или иначе были связаны с «практической Изанией», подразумевающей наличие сил и здоровья – для поездок, деловых контактов и встреч, пламенных речей и исторических свершений. А теперь… Кому нужен «полудохлый», по выражению Юстаса, лидер? Только б успеть запустить в житейское море это самое «послание». По ящику как –то пророчили, что люди в будущем станут бестелесными файлами. Свободно перемещаясь и функционируя в виртуальном пространстве, они фактически обретут бессмертие. Тогда «Дверь в потолке» – и есть мой файл. Вся моя жизнь, а Изания – главный её итог. Её дитя, смысл и будущее. Конечно, многих и сегодня спасла бы Изания – но кто нынче задумывается об «Инструкции» свыше, не говоря уж о Предназначении? Так что плыви, моё слово, до лучших времён, когда пробьёт твой звёздный час.
Говори, что знаешь, делай, что должен, и будь, что будет. Только не прервать цепь, передать свой файл тем, кто побежит дальше - «и в день грядущий острый профиль вдвинет». Вот и всё. Беги, бегун…
Отправляю на форум очередной газетный материал о «московском Вавилоне»:
Наполеон не сумел расправиться с Москвой – это удалось
сделать намного позже
«Кто они, эти люди, изуродовавшие, как похотливые насильники, лик города? Неужто никто не рассказывал им в детстве сказок и они ничего не знают о духах дома, берегущих дыхание ушедших людей, из которого время прядёт невидимое чудо – атмосферу былого?
Нельзя сдать в аренду, не приносит прибыли – вот содержание смертного приговора. В Москве имеют право на существование лишь три вида помещений: тонары с куревом, выпивкой и шаурмой, элитные высотки по полторы тысячи долларов за квадратный метр и подземные парковки.
В двух шагах от жемчужного Пашкова дома, некогда залитого сиренью, в сотнях метров от Кремля, по дороге к Арбату всё уделано теми же тонарами, загажено, заплёвано и приправлено мочой. Напротив «Праги» смели с лица земли кусок бесценного Арбата, снесли весь центр, Зарядье.
На Павелецкой, у Таганки не осталось ни одного живого, настоящего московского дома.
Сожгли Манеж. Произнести страшно.
Гостиница «Москва» доживает последние дни.
Теперь настала очередь «Детского мира». Куда они денут дыхание многих поколений детей? Кто защитит его, детскую мечту, подарившую столько радости?
Иностранцы, небось, нам завидуют. Думают, москвичи, как подданные арабских шейхов, утопают в золоте, изнемогают от излишеств. Едешь по Ленинскому, по Кутузовскому, по Ленинградскому проспекту – а там ни одного человеческого магазина. Аптеки, булочные, молочные – простыл и след. Зато появились косметические салоны для особ королевской крови, магазины элитных вин, деликатесов, персидских ковров, одежды и обуви с такими ценниками, что кажется, будто зрение подводит. От Белорусского вокзала до метро «Аэропорт» - четыре казино и несколько «игровых мешков».
Выгнали из города его ангелов-хранителей – значит, теперь это другой город.
В Америке ведь тоже есть Москва.»
Медленно погружаюсь в блаженное ничто – ниже, ниже. Рядом похрапывает Борис. Со мной ли, без меня – всё равно ему кранты после очередной мерцаловки и давления за двести. И мне кранты. Это неизбежно. Жить, кроме нас, на даче никто не сможет и не хочет – у Вики аллергия, пахать здесь на грядках никто не будет – наследники наши пашут на работе и отовариваются в супермаркетах.
Бедный Джин! Надо на него составить специальное завещание.
Но вот что радует – никаких там, в «потусторонке», не будет чокнутых соседок, рухнувших заборов, судов в стиле Кафки…Потусторонним вход воспрещён!.
Продолжаю погружение. Чтобы никто и ничто не достало. Больше не вижу двери в потолке, - этот сине- золотистый свет надо заслужить.
Смерть надо заработать.
Но разве мне не повезло? Как известно, «рукописи не горят». Найдут когда-нибудь своих адресатов и мои книжки, и Изания - уже находят. Куда хуже простаивающим режиссёрам, стареющим актёрам, всяким там невостребованным работникам «ящиков», лабораторий, хозяйств, у которых мечта и любимое детище всей жизни погибает на глазах из-за какого-нибудь «недофинансирования» (слово-то какое поганое)! Сколько их получило инфаркты и инсульты, спилось…Не говоря уж о самоубийствах.
Моя Изания…Она прежде всего для таких, как они, талантливых, кого в первую очередь до слёз жалко…Впрочем, неталантливых нет - есть неразбуженные, нераскрученные. Но и спасателей нет как нет... Умирающее царство напрасно ждёт принца с поцелуем Любви.
Продолжаю погружение. Всё спокойненько. «И закусочка на бугорке.» Вика пристроена, Ритка пристроена, Наташка пристроена, за Борисом скопом как-нибудь присмотрят. И меня помянут иногда. Может, и читатели вспомнят «добрым тихим словом»…
Нет, так нельзя. Как говаривал дед, с которым мы обустраивали дачу: «Обед мы с тобой, Юлька, ещё не заробили». Небытие ей подавай, бугорок, бутылку запечатанную… Размечталась! А с текстом ещё возни полно, завтра надо встать в форме. Господи, дай силы. Только бы компьютер не сдох. Новый принтер, слава Богу, достала, дискеты и бумагу обещали привезти – а для черновиков пока что хватит обратной стороны рукописи «Дремучих дверей»…
Наутро Борис объявляет сухой закон, решив подготовить для российского Паломнического центра фотовыставку из редчайших снимков - о деятельности и имуществе за рубежом Православного Палестинского общества в прошлом веке. То есть появилась надежда продержаться несколько месяцев, укрепив супруга телом и духом и завершив «бутылочно-интернетовский вариант» романа. А уж затем можно будет по очереди отправляться по врачам, обследованиям и клиникам.
БЫЛ МЕСЯЦ ФЕВРАЛЬ
Фактор «Икс» или «Буратино, соблюдай инструкцию!»
(Учёный подтверждает правильность социально-духовных принципов Изании)
Беседа с одним из ведущих демографов страны – доктором медицинских и кандидатом философских наук, профессором кафедры здорового образа жизни и философии Российской медицинской академии последипломного образования, руководителем лаборатории Государственного научно-исследовательского центра профилактической медицины Минздрава РФ, действительным членом РАЕН, экспертом Государственной думы РФ, председателем Ассоциации независимых учёных «Россия ХХ-ХХ1» Игорем Алексеевичем Гундаровым:
«В короткий промежуток до 1988 года наблюдалось необъяснимое снижение смертности, а с 1989 года она вновь растёт, причём с начала 90-х этот рост резко ускорился: если в 90-м году на одну тысячу населения приходилось 10,4 умерших, то в 94-м году – 15,7! Обычно такой инерционный параметр меняется плавно, а тут вдруг – резкий подскок , даже специалисты усомнились в точности статистических данных. Но специальные исследования подтвердили: смертность возросла в полтора раза. Значит, случилось что-то небывалое.
С момента необъяснимого перелома в 1992 году количество избыточно умерших превысило семь миллионов человек. Половину этих жизней унесли сердечно-сосудистые болезни, ещё одну треть – несчастные случаи, травмы, отравления и насилие; оставшиеся умерли по разным причинам. В то же самое время что-то произошло с рождаемостью: она снизилась примерно в два раза. В 1992 году произошло печальное пересечение двух кривых: рождаемость стала ниже смертности. С тех пор эти кривые расходятся всё дальше. И объяснить ежегодное вымирание 0,7 % населения простой случайностью невозможно.
Есть территории – всего их 18, - где депопуляция максимальна. Это северо-запад и центральная часть европейской России – исконно русские земли, на которых образовывалось наше государство. Здесь интенсивность вымирания достигает 1% в год. Это значит, «время полураспада нации» составит всего лишь 50 лет: ещё при жизни нынешних детей численность проживающих в этих землях снизится вдвое. А в Псковской области скорость депопуляции вообще максимальна: 1,5 % в год.
- Давайте посмотрим, что делается за рубежом и в развитости ли тут причина. Кроме нас, «в минусе» оказались Украина, Белоруссия, Литва, Латвия, Эстония, Болгария, Венгрия , Румыния, Словакия, Чехия, Германия, но не вся, а только восточная часть страны. Никакой закономерности не просматривается?
- Заметьте, это ваш вывод, а не мой. Не будучи специалистом в демографии, вы сразу увидели очевидное. Почему-то эта очевидность не стала предметом обсуждений.
Нас губит отнюдь не бутылка
В поисках причин непонятного явления обратим внимание на то, что с 1991-1992 годов в 2-4 раза возросло количество аварий и катастроф во всех отраслях и сферах нашей жизни. Динамика авиакатастроф всегда совпадает с динамикой смертности (там и здесь пик в 1994 году, затем – некоторый спад и вновь подскок в 1998-м), хотя в разбившихся самолётах погибает ничтожный процент всех окончивших жизнь. Значит, должна быть какая-то, не установленная нами закономерность.
Ещё один график – смертность младенцев в возрасте до одного года, обычно это происходит по вине матерей. И здесь на 1992-1994 годы приходится резкий взлёт кривой. Словно с матерями что-то произошло.
Примерно такие же кривые мы получим по происшествиям на шахтах, по инфекционным заболеваниям, по частоте несчастных случаев на производстве…
Всё то же самое происходит на европейских постсоветских территориях. А вот в Закавказье и Средней Азии картина несколько иная: там в последние 15 лет смертность снижается.
- Причину, конечно же, лучше всего искать исходя из этого различия. Одна гипотеза напрашивается сама собой: на Кавказе и в Средней Азии и традиции другие – там так убойно не пьют, как наши соотечественники и ближайшие соседи. Может, всё дело в «смертной» пьянке?
- Разумное и естественное предположение. Давайте его проверим. По данным 1994 года (самого, напомним, «пикового» в списке российских несчастий), население Франции потребляет алкоголя почти в два раза больше, чем в России... Данные по 13 европейским странам убеждают: никакой связи между потребляемым спиртом и смертностью не существует.
- Ну, если не пьянство, так бедность, обнищание людей в процессе реформ?..
- Да, логика позволяет так предположить. Но обратите внимание, где в России прирост смертности максимален: в Москве и Петербурге. Но ведь не скажешь, что беднейшее население страны сосредоточилось в столицах. Как раз наоборот. Бесстрастная статистика доказывает, что в небогатых Чили, Панаме, Венесуэле смертность куда ниже, чем в «сытых» Швейцарии, Бельгии, Голландии. По уровню достатка наше население сейчас живёт так же, как в 60-х годах. Но тогда смертность составляла 6 человек на тысячу. А сейчас – 16. Выходит, вымираем и не от бедности.
- Тогда, может, в массовых смертях повинны стрессы: сейчас выживание требует напряжения всех сил, даже, наверное, перенапряжения.
- Смертность в США в годы экономического кризиса практически не росла. Отечественная война была для людей сильнейшим стрессом. Но известно, что с 1943 до 1945 года смертность в СССР снизилась вдвое!
Эпидемиология духовности
- С нами что-то происходит. Статистика по смертности от инфекционных заболеваний в Петербурге ужасающая. В 1992-1994 годах дизентерия дала прирост на 1100 %, сальмонеллёз – на 900 %, дифтерия – на 1200 % (а по России в целом – на 2400%), обострение хронического сифилиса выросло на 1400%. Сопоставимые величины демонстрируют стрептококк, гонорея и другие возбудители. Инфекционисты отказываются объяснить этот обвал.
-
- Проверяли – нет. Действует какой-то невидимый фактор Х. Его свойства можно описать: огромные скорости распространения, синхронность, точный захват постсоветского пространства, нечувствительность к нему детей и стариков – фактор Х поражает здоровых и работоспособных, острие его удара приходится на возрастную группу 20-29 лет, на женщин он действует в три раза слабее, чем на мужчин; фактор Х управляет всеми без исключения болезнями.
- Меня не покидает мысль, что загадка кроется в общественном устройстве: вы называли лидеров депопуляции, а получились исключительно страны бывшего СССР и СЭВ.
- Вы, таким образом, выдвигаете на первый план информационный фактор. Который наверняка связан с психикой людей. Давайте позаимствуем у религии опыт исследования самых пагубных для человеческого духа явлений. В Библии они перечислены: - это семь смертных грехов: сребролюбие, блуд, сотворение кумиров, неуважение к родителям, гордыня, гнев, тоска.
Чем материальным можно измерить эти духовные категории? Духовность, как элементарные частицы, можно обнаружить не напрямую, а по следам. Нарушение библейских заповедей проявляется в поступках, которые фиксируются в официальной статистике. Например, злоба, агрессия имеет своё крайнее проявление в убийстве, существует статистика убийств. Тоска, уныние, ощущение безнадёжности проявляются в самоубийствах, которые также отражены в статистике. Сребролюбие отражается в хронике краж и грабежей. Неуважение к родителям – в количестве пожилых людей, сданных в дома престарелых…
Если мы что-то хотим понять в необъяснимом росте смертности на нашей земле, надо попытаться дать оценку греховности территории, как бы странно это ни звучало. Как только меня посетила эта мысль, я впервые сопоставил динамику смертности и преступности. Практически полная идентичность двух кривых убедила меня, что найден правильный путь анализа. Коэффициент взаимосвязи двух кривых превышает 1,9, из чего я делаю уверенный вывод: динамика смертности обусловлена динамикой общественной нравственности.
Более того, динамика преступности примерно на полгода-год опережает динамику смертности. Что тоже можно понять: дух определяет жизнь материи, а не наоборот.
Динамика смертности на 73% объясняется возросшей агрессивностью в обществе (убийства) и на 11% - безысходностью и потерей смысла жизни (самоубийства). В сумме два этих фактора составляют 84%. Таким образом, сверхсмертность последних лет объясняется агрессией и депрессией как самыми главными причинами. Негативная информация, вызвавшая их к жизни, играет роль вируса, поразившего наше общество.
- Если предполагать, как это делает большинство моих коллег, что демографическая ситуация зависит прежде всего от экономической, то выхода нет: в этом случае Россия обречена на вымирание, а территория – на заселение другими народами. Если же истинна моя концепция и депопуляция объясняется смятением народного духа, просвет возможен: с изменением духовной атмосферы в обществе изменится и его отношение к жизни. Необходимо найти нечто духовноподъёмное.
- На мой взгляд, принять закон об ответственности власти за качество жизни (не уровень жизни, под которым понимают экономическое благополучие, а именно качество жизни, включающее духовную удовлетворённость людей жизнью). Ежегодно в отчёте перед Федеральным собранием президент анализирует демографическую и нравственную ситуацию. Если она ухудшилась, он обязан намечать конкретные меры её улучшения. Качество жизни – это своего рода компас. Если курс корабля не совпадает со стрелкой компаса – либо меняй курс, либо уходи.»
2004-02-04
АРТЕК
- В Артек я попала, закончив четвёртый класс подмосковной школы, в награду «За отличные успехи и примерное поведение», хотя, помнится, была ужасной драчуньей и поэтому ходила в школу в лыжном костюме (так было удобней драться).
Только что были отменены продуктовые карточки, ещё была свежа память о супе из селёдочных голов и хлебе с вкраплениями сладковатой мёрзлой картошки (да и его никогда не было вдоволь). Поэтому, как только мама отвезла меня на Курский вокзал и мы с группой таких же счастливцев расселись по плацкартным местам, а потом нас оприходовали, пересчитали и поезд тронулся, я поняла, что попала в сказку. Особенно, когда проводник принёс каждому по стакану настоящего сладкого чая в настоящем подстаканнике, из которого пить, по моему глубочайшему убеждению, имели право только папы.
Наутро нас разбудил украинский говорок – в опущенные окна (тогда их можно было опускать до самого низа и, высунувшись по пояс, наблюдать за дорогой , так что сажа от паровоза в лицо летела) – протягивались смуглые руки с разными лакомствами. Варёная картошка с солёными огурцами и помидорами, кульки ягод и семечек, яблоки поштучно и в авоськах, молоко и варенец в баночках разного калибра, варёные куры и даже раки. Всё вполне доступно по цене и сказочно вкусно. И удобно – высыпал товар прямо на полку на газету, сунул в окно деньги, и порядок. И так – почти на каждой станции. Из вагона нас не выпускали – за каждого сопровождающий отвечал головой. К вечеру мы уже еле двигались от обжорства, а у туалета выстроилась очередь.
Запомнились ещё удивительные белые насыпи из ракушечника. Местная девчонка любезно зачерпнула мне горсть и подала в окно. Настоящие белоснежные ракушки, только крошечные – можно сделать бусы…
Потом пошли насыпи из камушков – круглых, отшлифованных – я тоже таких прежде не видывала. Хотела прихватить с собой, но мне объяснили, что такого добра на морском берегу будет навалом. И назывались кругляши волшебно, будто живые: «галька».
Потом мы всё торчали у окна и боялись пропустить море. И оно появилось – сначала Азовское, затем пошли холмы, затем – настоящие горы, и уже рано утром - Чёрное. Узкая синяя полоска в розовой дымке всё ширилась вдали, поезд сделал очередной поворот, и вот оно неожиданно рядом, ни конца, ни края. Мы едем почти по берегу, так что видно рыбаков в лодках, и чайки вокруг, и слёзы наворачиваются на глаза от восторга. И уже не страшна паровозная сажа, даже что уголёк в глаз влетит, как стращала мама. Вот оно море, настоящее, и я буду в нём плавать, и я не сплю!
Запомнилась и дорога в автобусе по узкому горному серпантину, всё выше и выше…Было и страшновато – вдруг свалимся в пропасть, изумляло нагромождение горных пород – будто гигантские куски многослойного развалившегося пирога, украшенного пучками редкой растительности и нависающего над маленьким нашим автобусом – вот-вот кусище обрушится прямо на крышу. То и дело кого-нибудь укачивало, мы часто останавливались, ползли дальше…
Разместили нас в летних домиках по отрядам, мальчиков и девочек отдельно. Выдали каждому форму – короткие синие трусы, белую рубашку и пионерский галстук, а также курточку из плотной ткани – на случай плохой погоды. Наш отряд был, кажется, номер 11, вожатую звали Региной. Сами выбрали председателя совета отряда и звеньевых, которые должны были следить за порядком.
А порядки были, надо сказать, строгие. Утром всех будил горн, бежали на зарядку, затем быстро убирали койки, приводили себя в порядок – и на линейку, где каждый председатель совета отряда рапортовал, что все в сборе, никаких происшествий, и можно поднять флаг.
- Смирно! Юные пионеры, к борьбе за дело Ленина-Сталина будьте готовы!
- Всегда готовы! – дружно отвечали мы, салютом вскидывая руки.
- Вольно!
После линейки – в столовую завтракать, потом на море – тоже всё строго по команде. Столько-то загорать (начали с пяти минут, потом до пятнадцати), затем дружно по свистку в воду, плавать только у берега и, тоже по свистку – на сушу. Попробуй замешкаться в воде – сразу оштрафуют на одно, а то и несколько купаний.
Затем играли на пляже в волейбол, в салочки, в штандер – кто во что горазд. Часам к одиннадцати разбредались по мероприятиям и кружкам, а их в Артеке было множество – театральный, рисовальный, хоровой, танцы народов мира, резка и выжигание по дереву, авиамодельный – не упомнишь. Я выбрала картонажный, где мы не только мастерили и клеили всевозможные декорации и маски для сцены, но и разные там коробочки, шкатулочки с секретом, расписные тюбетейки, подставки, полочки, и вообще массу нужных в хозяйстве вещей. И ещё записалась в библиотеку. Помню, как прочла Пушкина «Прощай, свободная стихия!», а потом мы ходили на «тот самый» утёс, и также бились об него волны, только не голубые, как у Пушкина, а серые, как на известной картине, потому что штормило.
Почти каждый день были экскурсии, и обязательные, и по желанию. По разным боевым и историческим местам, в Ботанический сад, прогулки на катере.
В Ботаническом саду я нашла большой лист магнолии, на котором написала и послала маме письмо. Оно долго хранилось среди маминых реликвий, но потом, после её смерти, наверное, было уничтожено роднёй вместе с другим «ненужным старьём».
Вечером после ужина и линейки – отбой и сон. Дежурные по спальне следили, чтоб никто не шептался, отходил «в объятья Морфея» точно по режиму.
Запомнился и прощальный костёр – сплошные слёзы. Очень не хотелось уезжать.
Вернулась окрепшей, загорелой, умеющей плавать и ещё много чему полезному научившись. Не могу употребить стандартную фразу, что «приобрела много друзей», потому что вообще никогда не была коллективисткой, скорее «кошкой, гуляющей сама по себе», но Артек значительно расширил мой кругозор, познакомил с ребятами из самых разных уголков Союза, научив главному, о чём писал Аркадий Гайдар. Что счастье – «это любить и беречь нашу огромную прекрасную землю, которая зовётся Советской страной».
Хочу подарить артековской библиотеке свои книги – «Последний эксперимент» и «Лунные часы» - последняя детская повесть непосредственно касается затронутого нами разговора. Напишите, как это сделать, по какому адресу переслать книги.
С артековским приветом!
B БЕСЕДКЕ С: Кулигиным Н.В.
Изания и терроризм
Ю.И.: - Мы уже писали о преимуществах закрытой системы взаимопомощи Изания в самых различных экстремальных ситуациях: природно-чиновничьих катаклизмах (компактные поселения), краха той или иной валюты (одновременный перевод всех членов Изан-банка на другую, более устойчивую). Глобальных эпидемий (изане покупают только у своих по системе заказов, ездят на своём транспорте и практически не пользуются наличными, которые являются при передаче из рук в руки основным разносчиком инфекции). Теперь возникает ещё и проблема терроризма, рассчитанного на массовые передвижения и скопления людей. Отравленные продукты, всевозможные «распыления» ядов, бактерий и т.д.
Проблема стоит очень остро, потому что подобные негативные явления во всём мире будут только множиться.
Для члена развитой Изании передвижение по городу общественным транспортом значительно сократится – всё необходимое (еду, покупки, учёбу, врачебную помощь, занятия с детьми, уход за больными и престарелыми, любые справки и т.д.) он сможет получить через нашу Службу в Интернете, не выходя из дома. Для изан, работающих и учащихся в разных точках города, будут дежурить в часы пик наши маршрутки в определённых узловых пунктах, мобильно связанные с изанской транспортной диспетчерской и потенциальными пассажирами.
Для единоличной поездки можно будет заказать персональный рейс. Или иметь на службе по договору своего шофёра (ежедневно привозить и отвозить, остальное время – свободен). В общем, вариантов много.
Автор проекта продолжает оставаться в убеждении, что Изания - реальная альтернатива не только глобальному людоедству, но и террористическому интернационалу.
2004-02-08
Письмо от читателя
Кулигин Н.В.: (Самарская обл.) - Уважаемая Юлия Львовна!
Здравствуйте, с искренним уважением к Вам ваш читатель Кулигин Николай Васильевич. Я получил ваши книги и прочитал их. Ваш роман «Дремучие двери» удивительно мудрый. Мне кажется, что он в какой-то степени автобиографичен, ведь написать так – это вложить частицу своей души, своего мировоззрения. Сердечное спасибо Вам. Изучая фигуру Сталина, я тоже пришёл к выводу, что Сталин был богоданный вождь, что он защитник всех слабых.
Благодаря вашей книге, я стал ближе к вере, по крайней мере, стал задумываться о смысле жизни, а ведь воспитан я атеистом, как и многие.
Уважаемая Юлия Львовна, если есть у вас время, пожалуйста – вышлите мне список религиозно-философской литературы. Начну приобретать и внимательно читать.
С уважением.
2004-02-02
Ю.И.: - Уважаемый Николай Васильевич! Большое спасибо за добрые слова по поводу моих книг - ради таких слов от читателей, собственно, и стоит жить. Очень порадовало, что удалось в чём-то изменить Ваше мировоззрение, особенно в отношении веры.
С удовольствием выполняю Вашу просьбу - порекомендовать список религиозно-философской литературы. Правда, начать я всё же советую с Евангелия (Новый Завет) – на русском и лучше с толкованием. Читайте не спеша, перечитывайте, вдумывайтесь. Если будет что-то непонятно, составляйте периодически перечень таких мест и можете присылать вопросы мне – постараюсь по мере сил отвечать.
Теперь о религиозно-философской литературе. Начните с ранней работы Владимира Соловьёва «Духовные основы жизни», затем попробуйте достать Семёна Людвиговича Франка «Смысл жизни», «Два града» Сергия Булгакова (не путать с Михаилом Булгаковым). Отец Сергий был марксистом, потом стал священником, официальная церковь к его работам относится терпимо. Также она благосклонна – к отцу Павлу Флоренскому (это – гений с трагической судьбой, тоже учёный-священник). Если достанете, читайте те места, которые по силам, остальное пропускайте – может, потом станут доступны. Я сама так читала.
Лично я очень люблю Николая Бердяева, хотя церковь его не слишком жалует, и вообще рекомендует прежде всего читать не философов, а святоотеческую литературу. Может, это и правильно, но у нас уже так испорчены мозги, что Святые Отцы порой кажутся «наивными». И только потом понимаем, что у «философов», по сути, то же самое, только «заверчено».
Если встретите у любого из названных мной авторов учение о «Софии» - смело пропускайте. Ересь.
Желаю успехов и да хранит Вас Господь. Пишите.
(Извините за плохую печать – принтер барахлит)
БЫЛ МЕСЯЦ МАРТ
БЫЛ МЕСЯЦ АПРЕЛЬ
B БЕСЕДКЕ С: прессой, Александром Минкиным
и Бернардом Лиетером
Разрушение веры
«Еда для живота – в холодильнике. А духовная пища?
На книжной полке? Детективы, сериалы, эротика и прочий глянец – это такая же духовная пища, как гуталин – икра. В телевизоре? Нет. И там для живота и ниже – жвачки, проститутки, майонез. А для головы – контрольный выстрел. И новости для гробовщиков: где сколько убито, куда поставлять товар. По количеству мертвецов телевизор – просто супергроб.
Ещё не кончив разрушать мысли и чувства, ящик взялся за разрушение человеческих инстинктов. Это совершенно откровенная тенденция – не оставить в двуногих ничего человеческого. Превратить нас в ходячую покупательную способность.
Уже не только душой нашей занимаются и не умом, а спинным мозгом. А душа давно оставлена без еды. Или кормят её такой дрянью…
Но вот Пасха. Трансляция из Храма. Это уж точно для души.
Верующие и неверующие в полночь у ящика. Сейчас из него подадут нам духовную пищу.
Неверующие смотрят: кто в храме Христа Спасителя рядом с президентом (в фаворе), кого нету (в опале). Раньше так разглядывали трибуну Мавзолея Ленина: кто рядом с Генсеком.
Верующие смотрят на величайший христианский праздник.
И все – верующие и неверующие – видят роскошь храма. Пудовые свечи, оклады и слышат голос патриарха. Очень странный голос.
Лица тех, кто стоит впереди, тоже странные. Тысяча голосов восклицает: «Христос воскресе!», а лица наших правителей угрюмы. Никто не сияет от счастья, никто даже не улыбается. А ведь провозглашается самая великая Радость.
Может, им кажется, что радоваться несолидно? Но стоять с мрачной физиономией, когда Христос воскресе, ещё неприличнее.
Или они просто ничего не слышат, не видят («Покрыты мздою очеса» - Державин). Заняты: непрерывно решают свои кадровые и иные земные проблемы. Ничем не отвлечёшь. А может – бесы? Мрачно присутствующие при Воскресении своего Врага, пощады от Которого им не будет. Прервав пасхальную службу – самую главную службу, - патриарх в прошлый раз вдруг обратился лично к Владимиру Владимировичу:
- Ваше превосходительство, глубокоуважаемый Президент Российской Федерации Владимир Владимирович! В эту пасхальную ночь я хочу приветствовать и поздравить Вас от лица Епископата, духовенства и православного народа нашей страны! От народа Божия, который присутствует здесь, в этом соборном храме, и который по лицу земли русской и в ближнем и дальнем зарубежье прославляет воскресшего Господа Спасителя… И мы молитвенно желаем, чтобы радость о воскресшем Господе Спасителе помогла бы и Вам нести Ваше высокое служение на благо нашего отечества, на благо народа земли нашей! Я приветствую Вас радостным пасхальным приветствием, которое идёт от времён апостольских и передаётся из рода в род, из поколения в поколение. Христос воскресе! И как символ пасхальной радости я хочу передать Вам пасхальное яйцо, как символ жизни!
Не станем комментировать, ибо не уверены, действительно ли апостолы прерывали богослужение для поздравления земных владык или это неприличное новшество.
А через несколько часов – в светлое Христово Воскресенье – РТР в «Вестях» коротенько (несколько секунд) показывает крестный ход, службу, а потом закадровый голос диктора (ликующий, как Левитан при взятии Берлина) возглашает:
- И вот наступает Кульминация Пасхальной Радости. Патриарх обращается с приветствием к Президенту России В.В. Путину!!!
И полностью повторяется, полностью звучит всё то, что вы прочли выше. Видимо для тех, кто проспал «кульминацию» или был в эту ночь в любой другой православной церкви мира, кроме Христа Спасителя, куда строго по именным билетам.
До сих пор казалось, что кульминация Пасхальной Радости - это Христос воскресе.
Нехристи? Так думать нельзя. И писать об этом нельзя. Только соберёшься – сразу чудится буглаковский Понтий Пилат, у которого от нелояльных мыслей начинала болеть голова и в ушах раздавался гнусавый голос палача: «Закон об оскорблении величества!»
Будь они в своём кругу, церковные и земные владыки, (как сто лет назад), - было бы не так тяжело. Но сейчас всё это происходит на виду у телекамер – то есть на виду у всей страны.
Президент у нас в стране всемогущий и самый главный. Но всё же не царь, не помазанник Божий. Он раб Божий, а не Президент Божий.
И духовенство – хоть на Пасху – должно бы служить не кесарю. Папа Римский в торжественные дни обращается urbi et orbi ( к городу и миру). Он не поздравляет ни Берлускони, ни даже Буша (чемпиона по числу подданных-христиан).
Чуткость слуха к фальши ещё выше, чем чуткость обоняния к тухлятине. У человека внутри камертон. А маленького ребёнка обмануть вообще невозможно. У него слух на фальшь абсолютный, а мозги ещё не запудрены, ещё нет рабского поклонения перед авторитетом. И потому именно ребёнок кричит: «Король-то голый!»
Человек
То, что этой интонацией окрашена лесть властям, - пусть. Но те же ноты – и в его словах о вере. Впрочем, может, хоть что-то одно он произносит от души.
Президент, депутаты, министры – светские власти – материальная жизнь. Патриарх – духовное окормление. Материальная у нас не очень. А с духовной ещё хуже. Кто окажет сопротивление цинизму и растлению? Патриархия, которая торгует табаком и водкой?
Где та сила, которая бы встала на пути безудержного разврата – рекламы, ТВ, порно и товарного насилия?
Революция 1989-1991 года была безыдейна. Она отрицала коммунистическую идею (догму), но предложила взамен не другую идею, а еду. Гордые собой, молодые упитанные реформаторы развернули лозунг: « Я пришёл дать вам колбасу!» Потом схватили свечку и побежали в церковь (где их уже ждали телекамеры) и – на Пасху! – поздравляли подданных с Рождеством Христовым.
Демократическую (?) Россию возглавили не идейные противники бесчеловечного режима (теперь, через 15 лет, он кажется добрым дедушкой), а партийные аппаратчики и пропагандисты. Не историки, не юристы, не философы, а бессовестные специалисты по научному коммунизму, воинствующему атеизму и политэкономии социализма.
Но если главный враг – пустые прилавки, а символ новой жизни – колбаса, то дальше всё идёт само собой. Путь колбасы – только вниз.
Кое-кто морщился. Но стремительно богатеющие реформаторы говорили: «Вы чего нос воротите? Это путь естественный, природный! Во всём мире этот процесс происходит одинаково! И нам – туда же!»
Вниз было очень легко. С ликованием, со свистом, на горных лыжах. Съехали, и оказалось, что подъёмник не только не работает, он даже не построен. И как теперь вверх?
Духовная пища существует. Вот она, бесплатно. Но кто может её усвоить? Бездушному она – как беззубому орехи: не угрызть. А с непривычки – и невкусно, и скучно, и утомительно жевать. А если духовная пища не усваивается, откуда же возьмётся та сила, которая должна победить цинизм, равнодушие и многомиллиардные интересы торговцев?
То, что происходит в России, нельзя объяснить олигархами, их стычками между собой и Кремля с ними. Страна по уровню производства находится в 1960-х. Но не ужасайтесь, это чепуха. По образу жизни мы, похоже, в 1460-х. Не на сорок лет съехали, а на пять веков. Полстраны отапливаются дровами, месяцами не моются, сами о себе говорят «выживаем» – то есть все силы уходят на поиск хлеба. Особенно скудного по сравнению с изобилием шоколада на экране. «Россия – щедрая душа.»
О какой душе, о какой чести можно говорить? Но говорят. И говорливые политмехники находят разницу между плохим Березовским и хорошим Гайдаром. Как рыцари Круглого стола времён короля Артура, у которого была полная свобода слова обсуждать, какой дракон опасней: вилохвостый или винтохвостый.
Мораль общества может улучшаться и ухудшаться. У нас всё делается, чтобы она ухудшалась. Свечка теперь, как и комсомольский значок, обозначает верность кесарю, а не веру. Вчера теннис и свечка, сегодня лыжи и свечка. Но если свечки – пустая формальность, то держащие их – фарисеи, те самые, которым гореть.
И вот, год за годом, сияние лампад, свечей, драгоценных окладов и странный голос, не дающий верить, мешающий верить, разрушающий веру.
Многие перестали смотреть, ибо зрелище не даёт радости. Только горечь, насмешку и прочие не подходящие в святую ночь чувства. И, видя статистику убывания числа верующих, думаешь: не эти ли телепередачи отталкивают?
На вопрос «Смотрели трансляцию?» все, кого спрашивал, отвечали: «На что там смотреть? На подсвечники?» Подсвечниками у нас называют больших начальников, стоящих со свечками в праздничные дни. Верят начальники в Бога или нет, но народ не верит в их искренность – вот в чём дело. И никто (из тех, кого я спрашивал), не испытывал благоговейных чувств, глядя трансляцию из храма Христа Спасителя. Никто не думал о Воскресении; все – о лицемерии.
Да и кто у телевизора в эту ночь? Искренние и глубоко верующие сами молятся в церкви вместо того, чтобы смотреть, как молятся другие. У телевизора – или неверующие, или слабые духом, или настолько уставшие, что у них нет сил на крестный ход, на несколько часов ночной службы… И вот они-то, запертые, слабые и уставшие, - вместо духовной пищи получают разрешённую передачу – позолоченное фальшивое яйцо.
…Через телевизор нам предлагается определённый образ жизни. Такой, где душа не нужна. Хуже того – она мешает. Тут ничего не сделаешь. Власть живёт по своим законам. Это всегда и всюду так. Это нельзя изменить. Но это можно не показывать.»
2004-04-26 (МК)
Поддержка из-за бугра
Бернард Лиетер: «Для того, чтобы оздоровить общество, мы должны оздоровить денежную систему. Это требует сокращения значения денег в нашей жизни и восстановления их адекватной роли в деле воссоздания и защиты реального богатства.(
Деньги необходимо демифологизировать…Мы должны заново воссоздать социальное измерение в экономике. Это должно осуществляться через возрождение безденежных форм обмена. Индивидуумы, семьи и общины должны постепенно освободиться от хищнических институтов глобальной экономики. В обществе, где отношения определяются любовью, великодушием и коммунальной солидарностью, значение денег при помощи личного обмена и привлечения ресурсов значительно снизится. Произойдёт снижение уровня потребления и ослабление привязки к оплачиваемой работе, повышение значения местного производства для удовлетворения элементарных потребностей и усиление личной включённости в продуктивную семейную и общественную жизнь.
Общая валюта для членов отдельного города или географического района –это одно из средств в движении к данным целям.
Многие лучшие умы нашего времени заняты поисками путей использования финансовой системы в целях ещё большего присвоения реальных богатств нашего мира теми, кто уже сегодня контролирует их большую часть.
Но есть также и те, кто ищет возможности изменения денежной системы в пользу общества, действующего во благо всех людей и защищающего окружающую среду.
Сегодня человечество просто обязано решить главную задачу: заставить деньги работать не на себя самих, не на несправедливое обогащение хищного меньшинства, а на служение такому обществу, которое существует ради народа, ради труда, ради здорового и справедливого мира.»
Властителям и судиям
А.Минкин: «Старорежимные люди жалуются на детей: мол, растут потребителями. Но проедешь с ребёнком полчаса по любому проспекту или на метро – за эти тридцать минут его атакуют тысячи соблазнов: вывески, рекламы, растяжки – купи, купи, купи! съешь! покури! выпей!
И против этого грандиозного хора глупый и слабый дуэт мамы с папой: это вредно, это дорого, это тебе рано. И никакой помощи нигде. И дом уже не твоя крепость. И дома ящик продолжает эту атаку. И даже если вы выбрали подходящий фильм, какую-нибудь старую советскую Золушку и Принца, - фильм, в котором вы уверены, как в самом себе…Вы открываете ребёнку дверь в ваш родной дом…а в подъезде подонок, и не успели вы отшатнуться – прямо перед вашим лицом, перед лицом ребёнка он распахивает пальто: «Спонсор показа!», а за этим уродом и вся шайка: пиво, презервативы – в самый раз для Золушки.
Двести лет назад вертикаль власти была куда твёрже. Никаких депутатов, никаких европейских судов, никаких прав человека. Подданные Её Величества были абсолютно беззащитны. Однако появились и были напечатаны стихи, которые и сейчас невозможно читать без страха за судьбу автора:
Властителям и судиям.
Восстал всевышний Бог, да судит земных богов во сонме их;
До коли, рек, до коль вам будет щадить неправедных и злых?
Ваш долг есть: сохранять законы, на лица сильных не взирать,
Без помощи, без обороны сирот и вдов не оставлять.
Ваш долг: спасать от бед невинных, несчастливым подать покров;
От сильных защитить бессильных, исторгнуть бедных из оков.
Не внемлют! Видят и не знают! Покрыты мздою очеса:
Злодейства землю потрясают, неправда зыблет небеса.
Цари! Я мнил, вы боги властны, никто над вами не судья,
Но вы, как я подобно, страстны, и так же смертны, как и я.
И вы подобно так падёте, как с древ увядший лист падёт!
И вы подобно так умрёте, как ваш последний раб умрёт!
Воскресни, Боже! Боже правых! И их молению внемли:
Приди, суди, карай лукавых, и будь един царём земли!
За такой призыв к воскрешению - ни в каземат, ни в сумасшедший дом, ни на каторгу Державина даже не сослали. А после даже пригласили на выпускные экзамены Царского лицея.
Учат ли это сейчас в школах? Рядом с этими словами
Вмешается ли Бог? Захочет ли Он нас спасти? Иногда Он это делал (Потоп, Содом и Гоморра…) После Потопа он обещал больше не делать одного – не уничтожать
Но если, в результате упорного, мощного и стремительного расчеловечивания, люди исчезнут (останется лишь внешнее, бездушное сходство) – это снимет обещание. Животным Он ничего такого не обещал.
Бог считает нас людьми за душу, а не за колесо, порох, компьютер, ТВ. Утратив душу, мы в Его глазах перестанем быть людьми, и Он, скорее всего, устроит зачистку.
В Содоме Он готов был пощадить всех ради (после жуткого торга с Авраамом) десяти праведников. Не нашлось. На многие тысячи жителей не нашлось и десяти.» 2004-04-26, МК
БЫЛ МЕСЯЦ МАЙ
ПОКА НЕТ ИЗАНИИ…
Маркс, ты был прав!
«Как это ни парадоксально, но для понимания нынешнего времени нужно читать Карла Маркса. Бородатый пророк коммунизма оказался прав. Во второй половине ХХ века Маркс заявил: развитие капитализма ведёт к падению реальной зарплаты наёмных работников. В конце концов, капитал будет платить трудящимся ровно столько, чтобы не помереть с голоду и произвести на свет потомство. В это время сами капиталисты уменьшатся в числе, став кастой сверхбогачей, и от остального народа их отделит пропасть.
В ХХ веке над этими пророчествами Маркса смеялись. И действительно, прошлое столетие, казалось, год за годом опровергало Маркса. Благосостояние западных рабочих действительно росло, особенно во второй половине столетия.
Но люди, зубоскаля по сему поводу, не задумывались – а почему так происходит? 1917-й и революция в России – вот что насмерть перепугало капитал. Нужно было противостоять Советам, нужно было доказать, что капитализм способен дать работникам лучшую жизнь. А тут ещё СССР стал поистине отдельной планетой, со своей, самодостаточной экономикой, со своей, отдельной денежной системой. Лежал себе огромный Красный Медведь на одной шестой части планетарной суши, делая глобализацию неполной. Именно поэтому западногерманский рабочий получал за свой труд 45 марок в час. Именно поэтому укрепился многомиллионный средний класс, превратившийся в большинство на Западе.
Но вот СССР не стало, и на мировом рынке появились орды новых нищих, согласных на любую работу. И тогда западный капитализм сбросил маску доброго дядюшки, из-под которой выглянула жестокая и зубастая морда акулы (
Некоторые интеллектуалы вдруг вспомнили, что общество, в котором каждый имеет право голоса, где люди считают государство обязанным заботиться о благосостоянии граждан – это всего лишь маленький эпизод в истории капиталистического мира. Что на протяжении большей части эпохи капитализма богатые жестоко эксплуатировали бедных, и эти бедные были предоставлены только самим себе.
Теперь западным капиталистам незачем заигрывать со своими работниками. Теперь им незачем бояться того, что трудящиеся Запада выйдут на демонстрации под красными флагами, требуя сделать так, как в Советской России – за исчезновением последней.
Нагляднее всего нынешние процессы ожесточения порядков проявляются в Европе. Именно в ней элементы социализма были сильнее всего. Немцы катались, как сыр в масле. В Швеции бизнес платил громадные налоги, чтобы обеспечить народу бесплатное образование и медицинское обслуживание. Но вдруг капитал решил с этим покончить.
Зачем, в самом деле, держать предприятия в Европе, где рабочие так дороги и капризны? Ведь теперь можно основать заводы и фабрики там, где рабочие согласны вкалывать за гроши, не требуя никаких социальных гарантий, соглашаясь получать в месяц столько же, сколько европейский рабочий получает за день. Модно перенести производство в Китай, в Малайзию, в земли бывшего соцлагеря. Прибыли от этого только вырастут, зато высокие европейские налоги платить уже не придётся. Ибо, что остаётся в Европе? Всего лишь головные конторы корпораций, а уж они-то смогут замаскировать прибыли сотнями разных ухищрений. Если же государство станет качать права, то и конторы можно перенести в более сговорчивые страны, где налог на прибыль мал или вовсе отсутствует. А можно вообще обойтись без налогов, если разместить свой офис на собственном гигантском корабле (
Европейские капиталисты открыто издеваются над своими государствами. Ах, вы требуете от нас, чтобы рабочий получал не меньше трёх тысяч евро в месяц? Мы эту норму соблюдём. Только рабочих у нас теперь будет в десять раз меньше. И для этого мы уволим со своих заводов миллионы. Европейские товары стали терять рынок. Они слишком дороги, и потребитель намного охотнее покупает сапоги, кошельки и брюки известных европейских марок, но сделанные где-нибудь в Азии.
Но уход производства из старой Европы в другие страны – это только полбеды. Другой напастью для изнеженных западников стал технический прогресс. Хотя он и не носит революционного характера, всё равно он очень повысил производительность труда. И не только фабричного. Прогресс Интернета, информационных технологий и мультимедиа, электронных денег и банкоматов привёл к массовому сокращению рабочих мест в банках и управленческих конторах корпораций, в страховом бизнесе и торговле.
Внезапно оказалось, что Европе не нужны триста миллионов населения, что для насыщения рынка всеми благами нужно не больше 27 процентов ныне живущих европейцев. А остальные, получается, шлак, балласт, лишняя биомасса, содержать которую слишком уж накладно. Конкуренция дешёвой рабочей силы из незападных стран и технологический прогресс уничтожают Европу. Газета менеджеров «Уолл –стрит джорнэл» отмечает, что «конкуренция в жестокой глобальной экономике создаёт глобальный рынок труда. Надёжных рабочих мест больше нет».
Премьер-министр земли Саксония обнаружил аж «целую гору эгоистических интересов», которую надо «взорвать». Вот эти интересы: выплата зарплаты по больничным, денежные пособия на детей, защита от необоснованного увольнения, пособия по безработице, ежегодный тридцатидневный отпуск и многое другое, что издавна входит в социальную составляющую рыночной экономики Германии. Те же самые процессы идут и в Соединённых Штатах. Уже невооружённым глазом видно, как с 1973 года падает реальная зарплата среднего класса, а гарантированная занятость сменяется системой найма по краткосрочным контрактам. Фактически возрождается система труда поденщиков. Опасная болезнь США – это разложение и расслоение собственной нации. Да такое, которое грозит покончить с привычной нам американской демократией.
Если вы думаете, что обнищание образованных людей – только россиянская черта, вы ошибаетесь. Мы все хорошо знаем и о другом россиянском феномене: когда богачи, глубоко презирая честных людей, начинают создавать «новый феодализм». То есть селиться в особых посёлках за высокими заборами, под охраной наёмных головорезов-«секьюрити», заводить свои частные полицию, школы, детские сады, клиники. Но оказывается, то же самое происходит и в США. Обнищание среднего класса в США объясняется всё той же глобализацией; у американских инженеров, фирменных управляющих, врачей и квалифицированных рабочих появились обученные конкуренты в азиатско-тропических странах, которые, будучи тренированы не хуже американских специалистов, при сём согласны получать гораздо меньше зарплаты. И по неумолимому закону мирового рынка американские заработки стали падать.
А куда же тогда делись прибавка ВВП, рост экономики? Оказывается, они ушли высшим 10 процентам населения. Богатые стали богаче, а бедные – беднее. Глобализация, которая привела к закрытию многих предприятий в США (в станкостроении, судостроении, автопроме и сталелитейной индустрии) выплеснула в ряды безработных или на более низкооплачиваемые места в сфере услуг миллионы белых рабочих средней квалификации. Штаты стали люмпенизироваться . 600 тысяч бездомных в США и 600-800 тысяч, например, во Франции.
Другой вид американских люмпенов (5,8 миллиона душ) – это мужики трудоспособного возраста, которые в прошлом потеряли работу, не обучаются, не имеют права на пенсию по старости и живут без всякого видимого источника средств на существование. Они не голосуют на выборах, не обращаются в полицию, не всегда посылают своих детей в школу. И даже телефона у таких особей, как правило, нет. Этих людей называют «Третьим миром» в недрах США, сравнивая с босяками из жалких африканских стран. Скоро этот «внутренний Третий мир» вберёт в себя десятки миллионов американцев.
Начала развиваться «культура трущоб» – появление массы необразованных, необученных никакому ремеслу стад городской молодёжи. Воспитанное телевизором, агрессивное и склонное к насилию, это стадо двуногих недочеловеков обильно питает преступность, страдает наркоманией и хочет жить хорошо, но зарабатывать не может. (см. главу «Осколки» в «Дремучих дверях» – Ю.И.) Одновременно идёт обособление богатых. Богатые будут оплачивать из своих всё более высоких доходов охраняющую их безопасность частную стражу, тогда как средний класс должен будет довольствоваться опасными улицами, плохими школами, неубранным мусором и ухудшающимся транспортом. В наши дни сообщества, обнесённые стенами с запертыми воротами и охраняемые частной полицией, опять стали расти. Разъедаемые гангреной насилия, разрушением социальной сети и пропастью, растущей между богачами и «списанными со счетов» людьми, США могут быть вовлечены в спираль упадка с удивительной быстротой. Объединение Европы в одну Еврозону, маниакальное стремление Запада расширить ВТО только ускоряет процесс крушения прежнего, благополучного мира достатка, демократии и «прав человека».
Старик Маркс, глядя на происходящее с того света, довольно улыбается в густую бороду. Умерев в 1883 году, он точно предвидел будущее. Просто появление Советского государства
Юстас: - Грамотно, что хорошие статьи в одном месте выложили. Вот так бы их задвинуть и на сам сайт – а то ветки форума опустятся и они уйдут на другой лист форума.
Можно назвать подборку вроде «Системы обмена товарами и услугами в мире» или вставить ссылку «Мировой опыт» на лист со статьями в обращение к читателю на главной странице сайта.
И интересно было бы прочитать из «Частных денег», насколько практически было воплощено в жизнь что-то подобное. Сколько оно просуществовало?
НЕХОРОШИЙ ДОМ - IV
Умерла Полина 3 июня 2004 года, в день памяти равноапостольных Константина и Елены. Для нашей семьи – дата особенно примечательная. Князь Константин Сергеевич Радионов-Шаховской (двоюродный брат ныне покойного архиепископа и писателя Иоанна Сан-Франциского) – крёстный отец наших дочери и внучки. Еленами зовут мою крёстную, младшую сестру и крестницу моего мужа. Обычно в этот день ездим на кладбище и по гостям, но нынче продолжаем сидеть «в затворе». О полининой смерти ещё ничего не знаю. Снаряжаю Бориса на почту рассылать мои книги по заявкам, приходящим с разных уголков страны. Этими заявками и читательскими письмами очень дорожу, обычно в посылку вкладываю пару экземпляров и других своих книжек – в дар местной библиотеке и самому читателю.
На этот раз до почты Борис добрался не сразу – на главной улице, ведущей к станции и почте, полыхал туалетно-помоечный ансамбль, о судьбе которого я пророчила в статье «Праздник на нашей улице» («Завтра», 5 сентября 2001 года):
«Едва шагнёшь за порог, - всё те же разваливающиеся дома, заросшие огороды, больные сады и венчающая пейзаж огромная помойка у рухнувшего, когда-то монументального туалета, что у самой станции.
И платформу нашу тоже скоро перекроют решёткой, а помойка останется навсегда. Если, конечно, не проберётся к нам ассенизаторская машина.
Ну а ежели не придёт? Тогда кучи мусора у домов станут постепенно расти, пока не превратятся в одну сплошную гору, которая сольётся с помойкой у станции…»
В газете статью сократили, а в ней ещё я описывала, как жители шустро волокут с развалин годящиеся на дорожки плиты, чтоб мостить ими путь в рыночное будущее. И попросила Бориса сделать фото на память. Славный получился снимок – красный «Запорожец» с загруженной в багажник плитой стоит у двухместного скворечника, заменившего каменный туалет; рядом - хозяин в робе и рукавицах рыщет на развалинах развитого социализма, чуть поодаль – два помойных бака, уже доверху полных.
Спустя два года – второй снимок. Помойка, как и предсказано, аж до самой станции, двери у скворечника выломаны, да к нему и не пройти…
И вот 3 июня 2004 года. «Олимпуса» под рукой, чтоб заснять агонию горящего скворечника, у Бориса, к сожалению, не оказалось. Кашляя от ядовитого дыма, он доплёлся до почты и вызвал пожарных. Затем едва уговорил начальника принять бандероль – почта тоже работала последний день, закрывалась. За две с половиной тысячи рэ желающих «служить ямщиком» не было.
Символично, что и почта и туалетно-помоечный комплекс – всё это организовывалось и возводилось при активном участии Полины.
И умерли в один день…
- Ну что, помянем твою бабу-Ягу? – огорошили меня печальной новостью у деда-козовода, где собрались за столом её бывшие недруги – кого костылём огрела, в кого-то газовым баллончиком прыснула, кому-то АГВ с дефектом достался… Всё припомнили. Ну и мы с обоими Борисами, само собой, основные жертвы Яги – бумагу-то в суд она подавала…
Вот, мол, и получила свои два метра.
Слезам моим верить никто не хотел, слов в защиту усопшей слушать не желал, а налитую мне стопку даже на пол в сердцах выплеснули. Такие дела.
Мать церковного старосты, общающаяся с Тоней и Соней, поведала, что перед смертью Полина звала Юрия. Потому и сам Юрий с матерью, и мы с Борисом, собрали покойнице на отпевание, заказали сорокоуст. Желающих копать могилу в посёлке не нашлось, наняли украинцев. Да и место, где был похоронен Виктор, едва отыскали – там много лет никто не бывал.
Когда и через какие двери выносили тело из дома, сбылось ли мрачное полинино предсказание – не ведаю, не видала. Помолились с Борисом об упокоении, вечером прочла по ней первую кафизму Псалтири. Решила прочесть весь – до сороковин.
Утром в день похорон срезала охапку поздних тюльпанов – Полина так их любила! В тупике собрался народ – соседи, родственники, приехал на велосипеде даже представитель КПРФ с ведром жёлтых ирисов-петушков. Доставленный из морга гроб (в морг-то было зачем – тело высохшее и жары нет) поставили на лавке, как раз напротив того места, где покойница когда-то пела на лестнице с ведром раствора в одной руке и авоськой кирпичей - в другой. Открыли гроб. Я глянула и обомлела – её голова была повёрнута именно туда, в сторону Дома, заледеневшие приоткрытые глаза неотрывно смотрели в последний раз на своего возлюбленного, мучителя и убийцу, будто вопрошая: «За что?»
Всем стало не по себе. Пытались зафиксировать голову, как положено – никак. Она снова и снова возвращалась в то же странное положение. Нет, не здесь, не в наспех сколоченном ящике была свободная полинина душа – она делала то, чего была лишена последние годы. Жадно обследуя, изучая ещё земным взором все изменения и перестановки в Доме, искала по углам свою пропавшую мебель, документы и фотокарточки, ужасалась, как нелепо пристроили новое крыльцо, как зарос участок и завалился забор, как плохо выглядит Светка… « Мама, где ты? – Светка ощутила её присутствие, заплакала, - Болеть не надо…» Полина поцеловала её, погладила жёсткие, тоже уже седые волосы. Дитё под семьдесят - что-то с ней теперь будет?..
Я сказала, что надо подложить под подушку усопшей свёрнутое полотенце и выпрямить голову. Полотенце принесли, но никто не отважился прикоснуться к покойнице. Я взяла голову обеими руками, чувствуя через повязанный платок ледяной холод, но страха не было, только любовь и мольба, чтоб Господь ослабил, отпустил, развязал земные узы и страсти мятущейся её души.
И Полина, наконец-то, послушалась. Соня быстро надела ей на шею крест, я опустила голову на подушку. Теперь приоткрытые белки полининых глаз смотрели, куда им и полагается – в небо, которое, отразившись, окрасило их нездешней хрустальной голубизной.
Я отошла в сторонку – общаться ни с кем не хотелось. Поплакала, но «печаль была светла» - так, наверное, провожают сокамерника на свободу. Процессия наскоро свернулась, отъехала и остановилась – забыли ведро с цветами. А полинина душа, улучив момент, снова высвободилась из-под крышки, из катафалка, и полетела едва различимым лунным бликом над нашей улицей, дивясь переменам – хоромам новых русских и нерусских, кирпичным заборам, бетонным столбам высоковольтки, повзрослевшим детям и постаревшим местным юнцам.
Машина снова тронулась. Я бросила вслед горсть дорожной щебёнки с нитями тополиного пуха. А Полинина душа уже кружила высоко над посёлком, над своими Республиканскими, Пионерскими и Молодёжными, узнавая их и не узнавая. Над больным поредевшим лесом и замусоренным прудом, над свалками, поржавевшими трубами и дорожными ямами. Над жилищами предавших и прежде ушедших. И всех простила…А затем перелетела застроенное домами-мастодонтами поле, где когда-то росла совхозная кукуруза, а в низине жители сажали картошку, покружила над больницей и школой. Над милицией, администрацией и прочими учреждениями. Везде томились длинные унылые очереди. И она беззвучно прокричала им, что всё зря, что никто за этими дверями никому не поможет и никого не защитит… Хоть ори на всю улицу и оборви все телефоны. И что не стоит бояться смерти, потому что… Однако поняла, что её не слышат или не слушают. Но не стала озорничать, как булгаковская Маргарита, а тоже простилась со всеми в очереди и по очереди, и всех простила, включая милицию и администрацию, едва успев к собственному погребению.
Отец Василий и староста Юрий отпели новопреставленную, затем всё те же украинцы опустили гроб в могилу. Дом и им отомстил – засветились на публике. Регистрации-то нет! К вечеру приехала та самая милиция и всех замела.
Ну а я на сон грядущий ежедневно читала по усопшей псалтирь. И ходил ходуном, рычал Нехороший Дом, разрывались от лая собаки, тяжело ворочались в постелях, вздрагивая и прислушиваясь к скрипу половиц мучимые бессонницей Тоня с Соней. Светка улыбалась сквозь слёзы и звала мать, а полинина душа то улетала её утешать, то внимала чтению где-то совсем неподалёку. И дрожало пламя свечи перед иконой Спасителя – то ли от дыхания покойной, то ли когда Борис осенял себя крестом…
«Сердце моё трепещет; оставила меня сила моя, и свет очей моих, - и того нет у меня. Друзья мои и искренние отступили от язвы моей, и ближние мои стоят вдали.
Ищущие же души моей ставят сети, и желающие мне зла говорят о погибели моей и замышляют всякий день козни.
А я, как глухой, не слышу, и как немой, который не открывает уст своих;
Ибо на Тебя, Господи, уповаю я; Ты услышишь, Господи, Боже мой.
Я близок к падению, и скорбь моя всегда предо мною.
Беззаконие моё я сознаю, сокрушаюсь о грехе моём.
А враги мои живут и укрепляются и умножаются ненавидящие меня безвинно. Поспеши на помощь мне, Господи, Спаситель мой!»
Нехороший Дом в отместку выдал нам по полной программе, исторгнув в почтовый ящик из райсуда новое исковое заявление Тони, Сони и примкнувшего к ним Андрюши. Что мой супруг: «член-корреспондент, журналист и бывший крупный партработник (сроду не был!), используя своё высокое служебное положение, сумел подделать границы нашего (ихнего) участка в документе высокого ранга – Плане посёлка и Геосъёмке 1956 года с грифом «для служебного пользования». Он подрисовал в геосъёмке 56 года и наш (ихний) дом (построен в 1949-50 гг). Спустил вниз на 1.70».
Неслабо.
Все нам вроде бы сочувствовали,– и судебные органы, и администрация. Но помочь ничем не могли. Даже забор построить до окончания суда нельзя. Куда властям супротив Дома! Пусть собаки бегают, грядки топчут, грызутся и совокупляются на нашем участке, пусть шастают коты и вообще все, кому не лень…Пусть в бане помыться нельзя, даже детским мылом. Его величество Дом не велит. Выплеснуть после стирки в канаву хоть цистерну раствора «тайда», как все делают – пожалуйста. Помыться прямо у этой канавы в тазу или в корыте – извольте. Можно на собственной кухне, можно на чужой. Хоть крысиным ядом – никто проверять не будет. А вот в бане – ни-ни. 300 МРОТ. Жаль, конечно, что не прогреть больше ни сухим, ни русским паром бедные борисовы кости, но таков приговор Дома!
И рабов его жаль, что прогинаются под игом всех этих соток, сливных канав, прочих кирпичей-стекляшек да всевозможных бумаженций – пустых иль ценных, без разницы. Не только Тоню с Соней и примкнувшим Андрюшей жаль, но и армию бывших «слуг народа». Чья власть «от Бога», с кого спросится за эту ставшую былью «Кафку»… Ведь уже не Дом спросит, а Он Сам.
«Ты нам жизнь испортила!» – выкрикнула мне как-то бедная Соня, и стеклянный торжествующий хохот отозвался за спиной жутким эхом. Мол, ссорьтесь, страдайте, господа-товарищи, все вы тут скоро сдохнете, а я останусь! Любая моя стекляшка-кирпичина вас, дураков, переживёт, не говоря уж о канавах…
Сейчас там полным ходом кипит работа – Дом расширяется, матереет, благо дешёвой рабсилы вокруг навалом – и смуглолицых, и славянской внешности - все есть хотят. А некоторые – ещё и пить.
Первым делом сёстры обновили и перекрасили фасад с полиниными окнами, чтоб монтировалось с кирпичом. И чтоб не навевала голубенькая облупившаяся вагонка неприятных воспоминаний о какой-то чокнутой, прожившей здесь более полувека. Теперь Дом – ржавого цвета запёкшейся крови.
Да и была ли она вообще, какая-то бабка за окнами?
Когда Полина бодро взялась за стройку после бегства Виктора, она пребывала в возрасте Тони. А Соня теперь даже старше. Но это я так, к слову.
Вот вдруг возьми да женись Андрюша на молодой-красивой, да с ребёночком крутых кровей, да невзлюби невестка свекровь, что сплошь и рядом бывает, да объяви наследник престарелых сестёр выжившими из ума, да заведи дело в суде…Не повторится ли история?
Как-то напрямую спросила Тоню: неужто не жаль сливать в канаву остаток жизни?
- Я никогда не умру, – пробасила та в ответ железобетонным голосом, хрустнули в горле стекляшки-костяшки.
Я не вру, читатель. Именно так и ответила.
Вспоминаю, как и мой Борис ещё совсем недавно не спал, не ел, висел на телефоне, изводил горы подорожавшей писчей бумаги и девальвированного времени, обдумывая и сочиняя «наш достойный ответ Чемберлену». Рылся в документах, вынашивая планы битвы при Ватерлоо на областном уровне, буйно и тихо сходя с ума и сводя с него меня. Областной суд , верховный, Гаагский… И, наконец, Последний. Никто не ведает, когда.
За Бориса было страшно – но ведь и сама волей-неволей втягиваюсь иногда в сатанинский омут чудища – имя ему легион. И нехороших домов нынче легион:
«За кирпичными заборами – убежища господ. Укрыться не удаётся – монументальные хоромы на стандартных наших десяти, а то и шести сотках, впритык друг к другу, напоминают динозавров, в панике сбившихся в кучу и мечтающих слинять обратно в свою мезозойскую эру при первом удобном случае. Их хозяевам – тоже не по себе – некоторые поместья сменили уже не одного владельца. Кто погиб в разборке, кто – в автокатастрофе, кто просто куда-то сгинул…
А может, так и задумано – меньше народа, больше кислорода? - предостерегала я однажды. - Чтоб «дорогая моя столица» принадлежала лишь тем, кто умеет «красиво жить», воруя у пожилых заслуженную старость, у их детей – достойную жизнь и работу, у внуков – будущее. Уже сейчас принадлежащий «победителям» конец улицы, выходящей к лесу, перекрыт у шоссе шлагбаумом. Вот примут закон о купле-продаже земли – ни в лес сунуться по грибы или на лыжах, ни в пруд окунуться. Частные владения! Что им запрет Всевышнего:
Сороковины мученицы Пелагеи, когда решалась её судьба в вечности, выпали как раз на Петров день – праздник того самого апостола Петра, у которого ключи от рая. О чём-то это говорит? Прошу апостолов Петра и Павла милости к её душе.
Но и это не всё. В городке, которому принадлежит наш посёлок и которому она отдала столько времени и сил жизни, именно на её сороковины заложили камень для строительства будущей ильинской церкви. Присутствовали при закладке митрополит Ювеналий, губернатор Борис Громов и сотни людей – воистину получились исторические сороковины. О чём-то это говорит?
Прошу грозного, но справедливого пророка Илию о милости к усопшей.
А на поминки Полины в тот день собрались гости – в той самой зале, которую она своими руками построила для Андрюшеньки, мечтая здесь нянчить правнуков. Народу набилось немало – уж что-что, а поминать у нас любят. Приглашены были, само собой, только свои, лояльные к Дому. Говорили, небось, о добродетелях и заслугах покойницы - мол, энергичная, весёлая, красивая, работящая, общественница, образцовая мать и бабушка… И вряд ли кто вспомнил о замученной полумёртвой старухе, взывающей в пустоту родной улицы о справедливости и сострадании. Какое отношение имело это к нам, добрым людям?
Да и была ли она, старуха?
«Ибо алкал Я, и вы не дали мне есть; жаждал, и вы не напоили Меня; болен и в темнице, и не посетили Меня…истинно говорю вам: так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне.»
И пойдут сии в муку вечную…» (Мф. 25, 42-46)
Да и в самом деле уже не было никакой Полины ни на этих поминках, ни в заваленной землёй кладбищенской яме, ни в нашем посёлке, ни на самой матушке Земле, совершающей свой 2004-й круг после Рождества Христова. Стояла в тот день её душа, трепеща, совсем в другом измерении пред заветными вратами, и добрый седобородый Пётр задумчиво крутил на пальце связку хрустальных ключей, слушая по тамошнему мобильнику самые главные слова, сказанные однажды грешницей Пелагеей:
- А в Бога я верю. Неважно, что коммунистка, у нас ничему плохому не учили. Бог ведь тоже за народ …Будешь в церкви - стань на коленки перед Богом и помолись за меня. Чтоб простил, коли в чём виновата. Он же видит правду…
Мы с Борисом, само собой, на поминках, не были. Помянули соседку, гуляя в лесу, - молитвой, добрым словом и букетом полевых цветов. Потом вышли на перегороженную шлагбаумом улицу. Ту самую, из статьи.
Я с пакетом направилась вперёд, к магазину, Борис с собакой отстали. Возвращаюсь – Борис навстречу. Весь трясётся, губы прыгают:
- Я его, гниду, убью!
Оказалось, когда они с Джином проходили мимо одного из домов-мастодонтов, из ворот выскочил «новый нерусский» и заорал охраннику:
- Эй, тудыт-растудыт, неси ружьё! Я его сейчас пристрелю!
- За что? – опешил Борис, прижимая пса парфорсом к бедру.
- Сколько тебе говорить, мразь, чтоб не ходил по нашей улице! Слышь, ружьё где, - чего застрял, дурак?
- Думал – сейчас в спину или в собаку, - Борис долго не мог прийти в себя, рвался в бой. Еле успокоила.
«Вот и рассадят нас, уже рассаживают, по этим самым клеткам-резервациям. Без света, воды и тепла, без работы и связи с прочим миром. Эдакий экспериментальный зоопарк. Будут показывать за доллары туристам. Полюбуйтесь, господа, всё у «товарищей» отобрали – землю и недра, тепло и работу, сынов и дочерей, заводы и шахты. Оленей и рыбу. Даже воздух не оставили – отравили. Куда «зверям алчным, пиявицам ненасытным» времён крепостничества до нынешних! «Человек проходит как хозяин необъятной Родины своей.» Вот он, «хозяин», вот она, «страна героев и учёных». Сидят герои по суверенным клеткам, что те кролики, жуют траву и глядят, что же, в конце концов, у господ-экспериментаторов получится? Их едят, а они глядят.
А дальше? Дальше выжившим выдадут номера (уже выдают) и поставят печати на чело и руку – вроде пропуска в новую жизнь. Без печати этой – ни продавать, ни покупать, ни работать. На челе у некоторых печать уже давно просматривается – их едят, а они глядят. Мол, приятного аппетита, господа, лишь бы войны не было.» («Праздник на нашей улице», 2001-й г.)
Название этой «нехорошей улице» тоже дала Полина. Имени Будённого. За что боролись, товарищ красный комиссар Семён Михайлович?
Не позволять же им нас слопать! А как быть? Опять война, стенка на стенку?.. Ну, перестреляем друг друга, - дальше что? Они-то, нехорошие дома, всё равно останутся. И уже наши дети с внуками-правнуками будут биться друг с другом из-за стекляшек-деревяшек и прочих кирпичей с канавами.
А мой дом, который тоже этими вот руками, потом и кровью? Где я мечтала сотворить Изанию. Беззащитный, даже без забора, с нацеленной в лоб вражьей бойницей в крыше-гильотине напротив – с ним что будет после нас? Дочка с зятем уже строят свой, в других краях. Одноэтажный, без газа и телефона, зато вокруг тихо. Пока. Кому охота жить под гильотиной? Как говорится, никто не хотел умирать…
Не спится. Ночами Нехороший Дом затаивается, как паук. Отсвечивают фары проезжающих машин в его тёмных окнах-глазницах – Дом тоже не спит, грезит. О тех, уже не долгих временах, когда проглотит он и этих стареющих сестриц, и малохольного Андрюшу, а потом какой-нибудь их дальний наследник, ошалев от счастья, продаст его наконец-то настоящему Хозяину. И тот воздвигнет трёх…нет, четырёх, семиэтажку, с подземным бункером и стенами потолще Кремлёвских. И сожрёт всех. И нашу улицу, тоже когда-то названную Полиной именем другого героя гражданки, и посёлок, и поклонившуюся ему, Дому, страну, и весь мир…
Одного Нехороший Дом страшится – а ну как новый Хозяин нашего с Борисом дома окажется круче его Шефа? И водрузит стоэтажку с Вавилонскую башню, и стену в десять кремлёвских, и бункер с лазом в Америку, прямиком на Манхэттен.
Да ка–ак жахнет…
И останутся от Нехорошего лишь железки со стекляшками да груда битых кирпичей, именуемых в истории руинами.
Может, так оно и получится. Но победителем будет, слава Богу, уже не тот дом, что был когда-то моим.
Потому что мой – не «крепость», а Изания, о которой мечтаю, и из-за которой Нехороший Дом так ненавидит наш. Разные гены.
И останется Изанией, пока я жива. Пока мы живы.
Кстати, «дома-крепости» нынче ненадёжны - это даже олигархи поняли.
БЫЛ МЕСЯЦ НОЯБРЬ
В БЕСЕДКЕ С: Сергеем Павленко, Юстасом, Владимиром К.
и прессой
Премьера «В стране ловушек» в телеэфире
Сергей Павленко: - Поздравляю Вас с премьерой на канале «Культура» 14 ноября мультфильма «В стране ловушек», снятого по Вашей книге. Если не ошибаюсь, фильм был показан один раз по ТВ и лёг на полку, а в настоящее время он распространяется исключительно на видео.
Прочитал Вашу замечательную книгу «Дремучие двери», скачав с Интернета. Увы, стоила она в момент робкого появления в красноярской продаже (продавалась только в магазине Топ-книги, а это торговая накрутка примерно в сто процентов) невероятно дорого и была не по карману.
Удачи Вам! Сегодня она писателям вашего направления нужна как никогда.
2004-11-03
Осеннее солнце оказалось самым опасным
«Одна из сильнейших за последнее время магнитных бурь была зафиксирована в ночь на среду учёными. Геомагнитная активность начала возрастать с 8 ноября. Во вторник вечером она достигла максимума. Комментирует руководитель научного центра проблем жизнедеятельности человека РАН, профессор Виталий Шестаков:
- Действие сильного магнитного поля извне приводит к колебаниям и сбою в работе нервной и сердечно-сосудистой систем. А при особо сильных бурях клетки крови «слипаются», образуя сгустки, и закупоривают мелкие сосуды, что чревато предынсультным состоянием.»
Передают, что от этой напасти даже сверзлась на семь километров международная космическая станция – теперь её придётся снова водружать тягачами на орбиту. Что умер Арафат неизвестно от чего, а ещё тысячи людей – известно. От пуль, бомб и мин, от землетрясений, наводнений и катастроф, от несчастных случаев, нищеты и болезней. Просто от тоски и одиночества. Где те тягачи, что вернут нас на орбиту?
Дожить бы до 14-го. Завтра надо рассылать по заявкам книги и готовиться к зиме – накрывать цветы, сливать воду из бочек, заклеивать окна, солить капусту. И ещё – успеть написать оглавление к роману.
Господи сил, с нами буди...
2004-11-11
Фильм временами не просто пророческий – он страшный…
Сергей Павленко: - Ещё раз поздравляю. Теперь вполне понятно, почему фильм «В стране ловушек» мало того, что спрятали подальше, так ещё и даже во время перестройки не вытащили, хотя снимали с пресловутой «полки» всё подряд. Фильм временами не просто пророческий – он страшный, особенно в части о вещах. Хотя понимаю, что текст был здорово подчищен и приглажен.
2004-11-15
Ух ты! Здорово
Юстас: - Эх жаль, что в детстве такого не видел! Интересно, и абсолютно правильные подходы в восприятии жизни подбрасывает. Честно скажу, я маленько ликовал каждый раз, когда в конце серии шли титры, начинающиеся с Ю.Ивановой. И то, что люди играют всё известные, знакомые, впечатляет. Книга, конечно, побогаче будет – и событиями, и особенно авторским текстом, но главное фильм смог передать. Особливо мне понравилась Петрова, как модель женского поведения.
Спасибо, Ю.И., развлекли. Пойду первоисточник перечитаю.
2004-11-15
Владимир К.: - Кстати, как вы считаете, почему вдруг на одиозной «Культуре» решили этот фильм показать? Их соображений лишний раз провести мысль «вот как гнобили автора – очередной фильм с полки» (Я, честно говоря, в данном случае других мотивов не вижу). Или ещё каких?
Ю.И.: - Сама не знаю, Владимир – никаких комментариев не было… Наверное, просто настал час, и 27 лет провисевшее на стене ружьё вдруг пальнуло. Время разбрасывать камни и время их собирать… Может, когда-нибудь и для Изании прозвучит таинственный зов трубы из «Лунных часов»? И перекуём мечи на орала, а дома наши – на Изании. Не с гильотинами да бойницами, а с дверями в потолке и окнами в небо. И доберёмся до заветной двери, и выйдем на волю. Что в одиночку лишь святым по силам, но вместе мы прорвёмся – в светлое земное царствие, которое «не от мира сего».
Надо лишь сцепить руки, подставить плечи, как в первомайской пирамиде в добрые советские времена. И, вскарабкавшись по ней, последний станет первым. Распахнёт дверь в потолке, и увидит небо в алмазах, и выберется из плена. И подаст сверху руку следующему, и так спасём всех. И образуем цепь из самых сильных, и вытащим первого, который станет последним…
И тогда свершится. Сдвинется колесо истории, и что-то в наших мозгах сдвинется, и родимся свыше. «И ни плача, ни вопля не будет уже»… Ни чёрных развалившихся, ни неприступно-кирпичных заборов - только невесомые изгороди из золотистой карельской берёзы с синими листьями, как в том моём пасхальном сне…
И преобразится, расцветёт Земля, и станет человек творцом седьмого дня, и осуществится Великий Проект.
Жаль только, жить в эту пору прекрасную…
Оглавление
ИННА. ПЕРВАЯ ИСПОВЕДЬ (конец семидесятых) . . . . . . . . . . . . . . .
4
Кто страшится апокалипсиса
Страшно далеки вы, батенька, от народа!
Лев Толстой, Сергей Желябов,
Николай Бердяев и др. «агенты ГПУ»
Изания в коротких штанишках
Неофитка и одинокий волк
(конец семидесятых - начало восьмидесятых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 15
В самой гуще. Изания – альтернатива не только вампиризму,
но и терроризму
«Печка», от которой можно «танцевать» Изанию
Юля, освяти дом! (начало восьмидесятых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . 25
К халявщикам и слабонервным просьба не беспокоиться…
По проводу инициативной группы
Дело спасения утопающих
Искушение (начало восьмидесятых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 34
Почему они вымерли …
Про частную собственность
Отец Герман . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 41
Давно была бы очередь.
А креститься ему завтра нельзя… . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 47
Жатвы много, а делателей мало
А бегемоты у нас хорошие
Покой нам только снится… (начало восьмидесятых) . . . . . . . 54
Есть ли свобода воли у бегемота.
А если не замахиваться на Вильяма нашего, Шекспира?
Да суньте свой транспорант…
Вопрос форума - не как «к чему-то приспособиться»
А долговые расписки – это мысль!
Чудеса продолжаются (начало восьмидесятых) . . . . . . . . . . . . . 62
Ключ от жития Иоанны
А если не замахиваться на Вильяма нашего Шекспира…
Сашка, Васька и снова одинокий волк . . . . . . . . . . . . . . . . 69
(начало восьмидесятых)
И остави нам долги наши, как и мы оставляем должникам нашим…
Ой ли? Обратимся к первоисточникам
Молчание постсоветских ягнят
Про Третьяковых и Пироговых.
Тащить не всех бегемотов
Про власти-напасти
Предупреждение (
начало восьмидесятых
) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
78
Других мозгов у меня для вас нет…
Чего же надо и не надо бояться?
А как быть с классиками?
Одной ногой – в Изании, в Вампирии – другой
Так да не будет!
Не менять, а защищать от Вампирии
Куда там «осторожнее»! (начало восьмидесятых) . . . . . . . . . . . 84
Грёзы под лестницей на коврике
«Делателей» надо делать
«Много званых, но мало избранных»
Ещё раз о Лермонтове
Лиля и Наталья (начало восьмидесятых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 88
Так похоже на Изанию…
Соседи наехали… (начало восьмидесятых) . . . . . . . . . . . . . . . . . 93
Пришлите мне нынешние «варианты проектов»
Снова отец Герман . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 100
Варианты Изании. Ответ Филиппу (продолжение)
О кассе Взаимопомощи и Фонде Взаимопомощи
Артур из рода Скавронских
(первая половина восьмидесятых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 107
Вот тут-то и загогулина!
Ещё раз о тупике в нынешней медицине и не только в ней
У неё под одеждой власяница…
(вторая половина восьмидесятых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 112
Так кто же управился с Берлиозом?
Успение Артемия . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 117
«Религия, именуемая «православие» – штука опасная.»
Ну вы, батенька, и замахнулись…
О сытых телах с неким мировоззрением
Обратимся к первоисточнику
Здесь ничего бы не стояло…
Ты проснёшься ль, исполненный сил?
И когда ж ты начнёшь христианскую жизнь?
ПАНИХИДА ПО НОВОПРЕСТАВЛЕННОМУ ЮРИЮ (1984 год) . . . 126
Я от дедушки ушёл…
Статья об обмене товарами напрямую
при помощи телекоммуникаций
В больнице (1984 год) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 133
В село пришли Масяня и просвещение через интернет (из газет)
Интернет пришёл на родину Есенина
Благословите на книжку, батюшка… (1984
год
) . . . . . . .
139
Может, жара виновата?
Если не мы, то кто?
Чтобы не быть многословной
Мы с тобою оба правы…
Высказывание демократа в день 120-летия Иосифа Сталина
Началось! (1985
год
) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 146
Мочить таких «демократов» в сортире надо!
Что ест россиянин?
Мистический год (1991-й) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 152
Сушите сухари, товарищи коммуняки!
Идущий вместе…с мамкой
Прогресс, однако…
«Краснокоричневая» (
начало девяностых
) . . . . . . . . . . . . . . . . . .
159
«Свобода как система внутренних ограничений.»
«Невозможно жить иначе, кроме как каяться за то, что совершил»
Юлия, я вами восхищаюсь!
Православные крестьяне, ау!.
Завтра будет электронным
Привет от антихриста!
Рынок и МММ (начало девяностых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 168
Как спастись олигарху?
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
171
«Щас ему цветы!» или «В двух шагах от
«всенародно избранного» (май 1993 года) . . . . . . . . . . . . . . . . 181
Станем ли пахать на дядю?
Ариф от слова «арифметика» (1993-й) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 187
Статья о том, как эволюция ведёт к кооперации
Петер Рипота: «Молчание Дарвина»
Там (1993-й, октябрь) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 195
Так что не надо лохматить дедушку Чарли
Синдром МММ
Сменить крышу
Владимирская чудотворная (1993-й, 3 октября) . . . . . . . . . . . 201
Раздавили на троих
А был ли мальчик?
Куда ж податься бедной Изании?
За кем придёт «шариатская безопасность халифата»? (из газет)
От людоеда к бессмертию
Хочу Вас немного позабавить
Чёрный белый дом (октябрь 1993) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 207
Изания – никакая не сказка!
Глобальное казино
Бернард Лиэтер. Будущее денег: сотворение новых благ,
работы и более мудрого мира
Может, у Ивановой получится…
Ну, вы сравнили!
Опять путаете цель со средством!
О бедном клиенте замолвите слово…
«Напиши все слова, которые я говорил тебе, в книгу»
(1993 год) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 215
Член – плати взносы
Слона-то ты и не приметил!
За что ж вы Ваньку-то Морозова?
Дырка без бублика
Завтра будет хуже, чем вчера… (середина девяностых) . . . . . 221
Чтоб не отлетело колесо…
Три истории, рассказанные на ночь Генрихом Боровиком
в передаче о Сталине
«Россия, ты сдурела!» (середина девяностых) . . . . . . . . . . . . . . . 225
2003 год. Светлое будущее . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 227
Причём тут проценты? (Запоздалый ответ на 5 декабря)
О небе и унитазе
Померещится же такое!
Товарищ Сталин выслал бы вас на Соловки к чёртовой матери!
За что боролись? Или: зачем стриптизёрши ехали в автомобилях
с мешками картошки на дачу с фонтанами?
Ушёл Господь… (середина девяностых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 231
Любил Запад да комсомолочку… (из газет)
Россия съела всех романовых
Свинская жизнь (из газет)
Два яйца в одной корзине (из газет)
«Так выпьем за то, чтобы наши возможности
совпадали с нашими желаниями!»
Джин и другие (середина девяностых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 237
Бурлаки на таможне (из газет)
«В своём времени Сталин переиграл всех»
Шестое февраля 2003 года . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 242
«Цирк сгорел, клоуны разбежались»
«Орден похож на Изанию»
Пирамиды и их властелины (из газет)
Пруд (середина девяностых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 248
Завтра будет хуже, чем вчера…
(Спустя год после этой заметки) Ломоносовых оставят с носом
Из жизни «вампиров»
В своём времени Сталин переиграл всех (часть 2)
Совки (
середина девяностых
) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
254
Размышления у парадного подъезда Вампирии.
Деньги против богатства.
Денежная патология
Оздоровление денежной системы
Морока (вторая половина девяностых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 261
Деньги на службе трудового народа
Гражданка жена, держите себя в рамках!
(вторая половина девяностых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 265
Александр Дугин. Великий проект
Облава. Старики уходят (вторая половина девяностых) . . . . . . 271
Оказывается, Изания давно существует… на Западе
Алхимия денег Б.Лиетера
Одиннадцатый кусок кожи
«Я ж говорила – Юлька отдаст!»
(
вторая половина девяностых
) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
279
От Москвы до самых до Австралий…
В своём времени Сталин переиграл всех (часть 3)
Телохранитель (вторая половина девяностых) . . . . . . . . . . . . . . . . 282
В «Золотой век» по грязи и крови?
Как осуществить проект «Изания» на планете Земля
СВЕТЛОЕ БУДУЩЕЕ (2003 год). Огонь . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 288
«Великий и ужасный» (вторая половина девяностых) . . . . . . . . 289
Изания – выход (
Часть 1
) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
292
Идея цивилизации
Право личности на самоопределение
Нужна ли овцам общая с волками свобода?
«Убойся за Ельцина голос отдать» (1996
год
) . . . . . . . . . . . .
300
«Изания – выход»
(Часть 2
) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
302
Ступень первая – взаимное жизнеобеспечение или «хлеб насущный»
1. питание
2. Жильё, ремонтно-строительные работы
3. Транспорт
4. Служба быта
5. Дети, молодёжь
6. Медицинское обслуживание
7. Культура
8. Достойная старость
9. Экологическая служба
10. Правовые, юридические и иные консультации
Единая диспетчерская служба
Потоп (1996-й год) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 313
«Изания – выход» (Часть 3)
Как нам организовать Изанию в городе
(например, в Москве) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 314
а. Барышня за столиком
в. Из рук в руки. Смычка Москвы и области
с. Волки в шкуре овечки Долли
d. Если будет избушка
Эрика берёт четыре копии… (1997-98 годы) . . . . . . . . . . . . . . . . 320
«Изания – выход» (Часть 4) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 322
е. Изан-банк как инвестиционный фонд взаимопомощи
А что ты умеешь делать?
Три ступени вверх
Дачные радости (конец девяностых) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 327
«Изания – выход» (часть 5) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 329
Три «за» и русская идея
Свобода или отвязанность?
Зверь вышел из бездны (конец девяностых) . . . . . . . . . . . . . . . . . 334
Изания – выход (часть 6) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 335
Изакратия
Изания – выход (часть 7)
Изания – интернет насущный (статья в газете) . . . . . . . . . . . . . 338
Оседлать тигра
Не надейтесь слишком на Интернет
Идеи схем взаимопомощи обсуждаются всё шире
Пятый сон Веры Павловны (конец девяностых) . . . . . . . . . . . . . 341
В своём времени Сталин переиграл всех (продолжение беседы)
Дети подземелья
Лучевая болезнь
Изания – противостояние атипичной пневмонии
и другой типичной и нетипичной заразе
Последний зов
Об отношении к частной собственности
«Раздай нищим имение своё и иди за мной»
Технический прогресс на земле только начинается
Унитазы из золота
Грех не под нож, а в карантин.
Не тащи свою «атипичку» в массы!
Хождение по компьютерным мукам (конец девяностых) . . 354
С форума «Русский сон»)
Отцы отцами, а дела – делами
Народ дошел до точки «ру»
Эскадрон врачей летучих
Девчонки, гляньте, что с долларом! (1998 год) . . . . . . . . . . . 361
Тихо сама с собою я веду беседу… И читаю свежую прессу
Размышления о Царстве Небесном
«В смелости вам не откажешь»…
Не было бы счастья… (
август
1998-
го
) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
368
Вот об аде бы заодно…
Больший шанс на райские кущи?
Гений и злодейство – вещи очень даже совместимые
Электронный министр по имени Зверь
СВЕТЛОЕ БУДУЩЕЕ. Бодался телёнок с Думой…
(2000
год
)
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
377
Вторая смерть («Завтра»
, август
2003) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 378
Юля, вы молодчина!
Созидание музыки сфер
СВЕТЛОЕ БУДУЩЕЕ (2000 год) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 381
«Двухтомник Юлии Ивановой приобретёт через 5-10 лет
всемирное значение»
«Потрясающая трактовкатого, что есть Царство Небесное!»
Гений и злодейство. Неужели и «МК» способен «краснеть»?
Почему люди не летают? (2000 год) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 388
Их едят, а они глядят…
Как пристроить старый диван
Предсказанная читателями «анафема» не заставила долго ждать…
А вам нимб на голову
Встреча с претендентом (2000 год) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 397
Женщина да молчит в церкви
Анафемы Оригену не было
Не путёвка, а повестка
Не «мочить в сортирах, а не подставлять шею»
Сколько втекает и сколько вытекает
Скинуться на шалаш с телефоном и дежурить по очереди
Изанские робинзоны. Повторение пройденного
Изания – альтернатива Апокалипсису?
Москву спасут десять заповедей
Пришла к своим, а свои не приняли… (2000 год) . . . . . . . . . 406
По поводу обмена иуе на доллары
Индикатор качества услуг изанина
Юстас как зеркало «изанской революции»…
Такая вот Изания…
Понеси меня, я не люблю ходить в горку
Объединяющий текст
Объединение кошек, собак и голубей
Спасибо «Советской России» (2000
год
) . . . . . . . . . . . . . . . . .
413
Галатея из ОСВОДа
Будем оживлять статуй или как?
Чужие. Из жизни «вампиров»
Везти воз или трахаться на кладбище?
Инструкция для полудохлых Шварценеггеров
Вполне изанский тост вождя
Шолохов Шолоховым, а коммунизм –
коммунизмом (2000-
й год) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
425
СВЕТЛОЕ БУДУЩЕЕ (2003-й, поздняя осень) . . . . . . . . . . . . . . . . . . 426
Нехороший дом (невыдуманная история) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 427
Кто-кто «обязуется служить самоотверженно»?
Как папа Карло сотворил человека
Страшная рождественская история . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 433
«Всё не так, ребята…» Очистили теорию от финтифлюшек, а там…
За такой рай для себя и для других и умереть не жалко…
Устами учёного…
Нехороший дом – II . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 445
Огонь . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 453
Идея Изании мне подходит
Вопрос для обсуждения. К кому примкнуть?
КПРФ после поражения заинтересуется идеей
Неизвестное пугает…
СВЕТЛОЕ БУДУШЕЕ (2004 год) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 457
Нехороший дом – III . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 458
Изания в интернете
Вы не слишком оттягивайте с практической работой…
Первые впечатления
Уже легли, но ещё ждут
Не всё сразу
Ещё один шаг к Изании. И еще один шаг
Смерть надо заработать… . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 466
Фактор «Икс» или «Буратино, соблюдай инструкцию!»
Нас губит отнюдь не бутылка
Эпидемиология духовности
АРТЕК (Ответ о прошлом Артека Дмитрию Полюховичу) . . . . . . . . . . 473
Изания и терроризм
Письмо от читателя
Разрушение веры
Поддержка из-за бугра
Властителям и судиям
9 мая, день победы
Маркс, ты был прав! (из газет)
Нехороший дом
– IV . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
492
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
500
Премьера «В стране ловушек» в телеэфире
Осеннее солнце оказалось самым опасным
«Фильм временами не просто пророческий – он страшный…»
«Ух ты! Здорово»